© Дмитрий Семенов, 2024
ISBN 978-5-0064-2880-5
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
В моем рассказе будет очень много странных понятий и словосочетаний, например: синхрофазотрон, адронный коллайдер, распорядок дня, тихий час и другие. Скажу как на духу, значение некоторых я сам не понимаю. Но я все равно попытаюсь объяснить в примечании их значения, по мере своей осведомленности.
Иногда я буду объяснять значения, вероятно вам понятные и без меня. Не сердитесь сильно за это, а вдруг кто-то не знает. С другой стороны, в мое оправдание – «повторение – мать учения».
Еще могу сказать, что если вы не любите разъяснений или действительно всё знаете без меня, то можете данные примечания просто не читать, так даже будет короче и быстрее.
Будь готов! Всегда готов!
В жизни каждой семьи иногда наступают моменты, когда члены этой семьи хотят отдохнуть друг от друга. Особенно отдохнуть хотят взрослые. Отдохнуть от своих пионеров1. А иначе, как еще можно объяснить то, что родители отправляют их с глаз долой, по принципу: избавиться от этих пионеров хоть на какое-то время. Стараются отправить на лето под разными предлогами к дедушка-бабушкам – «в деревню» -«на дачу», а у кого таких возможностей нет – в пионерские лагеря.
В каждом пионерском лагере всё для пионера: пионерская линейка2, футбольное поле3, клуб4, столовая5, пионерские отряды6, корпуса7, палаты8 и вожатые9.
Есть еще «распорядок дня», так называемые правила жизни пионера в лагере.
«Распорядок дня» очень необходим чтобы быть пионером, ведь без него не ясно, что и когда делать ему.
А между тем, попадая в лагерь, пионер мгновенно превращается в обычного мальчика или девочку, которые очень любят бегать, играть, веселиться, громко кричать. К сожалению так устроен этот цикличный мир, всё возвращается к начальным этапам: был ребенок – стал пионером – и снова превратился в ребенка.
Обычный ребенок знать не желает, что когда солнце садится, – это начинается вечер, который переходит в ночь. Тут «распорядок дня» и помогает вспомнить, что все здесь не обычные мальчики и девочки, а пионеры. А ночью настоящие пионеры должны спать.
С другой стороны, зачем ночью спать? Любой ребенок уверен, что в этом нет необходимости. Он знает, в каждом из детей установлена вечная батарейка, которая никогда не садится. Энергии хватит на освещение и обогрев всей страны, а не только какого-то маленького пионерского лагеря и одного пионера.
В этом «распорядке дня» обязательно присутствует «тихий час» и «отбой» у которых разный названия, а смысл один: в это время все пионеры должны лежать с закрытыми глазами, укрытыми одеялами в кроватях, изображать спящих. Кому-то удается не изображать, в самом деле спать и видеть десятый по счету от начала «тихого часа» сон.
Чтобы эти важные пункты «распорядка дня» были соблюдены в обязательном порядке10, поставлены вожатые. Иногда пионерам удается обмануть, провести этих самых «вожатых». Тогда ночью мальчики ходят к девочкам в гости и наоборот. А, как каждый знает, дружбы между мальчиками и девочками не бывает. Говорят, есть какая-то любовь, но ее никто не видел. Поэтому ни того, ни другого у пионеров не бывает. Так для чего же они тогда ходят друг к другу? В гости? В этом-то и есть весь интерес, радость, веселье – это шутки. Собрать в единый узел всю одежду, спрятать полотенца, связать шнурки у обуви, наконец, измазать спящих зубной пастой. Да мало ли, что еще фантазия подскажет!
Вы, вероятно, возразите: «Пионер так не поступает!».
Соглашусь. Да, не поступает! Потому, что пионер в этот момент лежит, укрытый одеялом, и спит – тихий час, отбой! А бодрствует, не спит, обычный мальчишка или обычая девочка.
У меня тоже было детство. В четвертом классе я был пионером, впрочем как и все вокруг меня. И так получилось, что у моих дедушек и бабушек дач-деревень не оказалось. Ну получилось так, никто в этом был не виноват. Поэтому мне не давали превратиться на лето в ребенка, отправляя меня в пионерский лагерь. Этим летом, чтобы я остался пионером, родителями был выбран лагерь с гордым названием «Орлёнок», который оказался, как и другие до этого, обычным нормальным пионерским.
Нашего вожатого звали Сергеем.
В один из вечеров, о котором пойдет рассказ, перед отбоем Сергей предупредил нас, что ночные походы, по палатам, а по корпусу и подавно должны быть прекращены, приехала «проверка»11:
– Чтобы через пять минут все были в кроватях! И никаких походов к девочкам.
Надо обязательно объяснить, что девчачью половину нашего отряда отделяла лишь одна дверь, которой мы часто ночью пользовались, чтобы подшутить над девочками, но «проверка» делала эту дверь железобетонной плитой.
Наступил отбой. Однако, даже у самых настоящих пионеров глаза не закрывались.
Если у самых-самых это не получилось, то у меня и подавно. Таких, как я, была целая палата.
На соседней кроватке ворочался перепионер Вовка. Он был чуть больше пионером, чем все. Больше не по духу, а по телу, килограмм так на десять.
Вовка долго ворочался, мешая всем остальным стать хоть частью настоящего пионера, постараться повернуться набок и тихо лежать в ожидании, когда глаза закроются.
Ладно бы просто ворочался, Вовка еще что-то бубнил. Его бубнёж был похож на шумящее бульканье кипящей воды при варке яиц. Это обычное вовкино состояние, которое некоторые научились не замечать.
Внезапно, как-будто это было продолжением истории, известной одному рассказчику Вовке, бубнеж перешел во внятную речь. Это было очень похоже на радиоприемник. Долгое шуршание помех разрывает голос актера в радиопостановке, которая идет уже долгое время и начала которой мы не слышали:
– …вроде обычный комар, но очень живуч!
Все притихли.
– Когда я его прихлопнул, – продолжал Вовка, – он долго вертелся, шевелился, потом появилось облачко кремового цвета, комар окрасился в цвет облачка, у него вытянулись ноги, стали очень длинными, в начале тонкие обычные, но постепенно «сплющивающиеся» в упругую ленту длиною около метра.
Тут не выдержал один из нас.
– Что за сказки?
Вовка, не обращая внимания, бубнил дальше:
– …я посмотрел потом в энциклопедиях разных. Этот комар – насекомое, когда сдохнет, из него вылетает какая-то каша, которая очень быстро застывает. И эта каша с комаром становится похожей на танцующую балерину. Поэтому его и называют «комар-балерина» или «комариный ангел».
Вовка замолк. В палате был слышен редкий скрип пружин кроватей. Все ожидали продолжения рассказа. Не выдержал тощий маленький Петька:
– Ну и чего дальше, ботаник?
– Не, ботаник это по растениям. По комарам энтомолог.
– Не ботаник, так Профессор.
Вовка-профессор молчал и лежал тихо, даже не бубнил.
– Эй, Профессор, так чего там дальше?
– Он уже дрыхнет!
– Ничего себе!
– Во дает! Чего-то пробубнил и заснул!
– И это история!? – воскликнул очкастый Петька
– Не нравится, расскажи свою. Зря, что ли, очки носишь, умник!
Петька не обиделся:
– Жила одна девочка, – Петька начал рассказывать свою́ историю, – У нее были папа и мама. Любила она их очень!
– А кто не любит?! – раздался голос из угла. Серега с орлиным носом (ему его повредили зимой шайбой, когда он играл в хоккей, это с его слов) любил вставлять свои пояснения в чужие истории.
Петька продолжал:
– Красивая была мама! Как кукла Барби у нашей Юльки! Девочке нравилось, как мама одевалась. Нравилось бардовое платье, которое маму превращало в настоящую королеву. А когда мама надевала на себя свои бусы из кораллов, жемчужное ожерелье, серьги из перламутра12…
– Из чего – из чего украшения? Ты описываешь русалку? Уверен, у нее будет рыбий хвост! – прервал петькин рассказ Серега.
Петька как-будто не заметил колкости продолжал:
– … То становилась еще красивей. Хотя нет, она всегда была красивой. Особенно Светке, так звали эту девочку, нравилось маленькое тонкое колечко с зеленой ящеркой в сверкающих камушках. Девочка училась в школе…
– Какая неожиданность! А я думал девочка была бабушкой и сидела дома, на пенсии! – Серега в углу все не унимался.
– В школе у нее была подружка – Маша. Ей со Светкой нравился один мальчик…
– Тьфу, сопли, любовь-морковь.
Или Петька был упертым и терпеливым, или может нравились ответные реплики, поэтому он рассказывал дальше:
– Они даже часто ссорились из-за этого мальчика. Могли не разговаривать целую большую перемену! Однажды в школе под Новый год организовали бал-маскарад с героями произведений русских классиков под названием «Горе от ума». Все очень ждали этот бал, особенно девчонки, им потанцевать, да покрасоваться. Но на бал нужно прийти парой. Обе подружки хотели пойти на него с этим мальчиком, и, понятное дело, снова поссорились.
Светка пришла домой и за «домашкой»13 заскучала. Сами знаете: уроки – невеселое занятие.
Тут она снова вспомнила про маскарад. Для него она выбрала «Пиковую даму» и готовая маска14 уже ждала на своих веревочках на спинке стула. Девочка представила, как она танцует с мальчиком. Из шкафа взяла папин халат и держа его за плечики начала кружить в танце. В светкином воображении она была одета в то самое мамино бардовое платье. На пальце сверкало мамино колечко.
Когда натанцевалась, она бросила халат на стул поверх маски и села снова за уроки. Домой пришла мама, почему-то без папы. До этого родители всегда домой приходили вместе. Оказалось папу отправили в командировку.
На мама кухне готовила ужин. Когда нарезала зелень для салата нечаянно порезала палец. Порезала сильно. Прям до крови! Девочка начала жалеть маму, принесла бинт, пластырь, йод, зеленку, спирт…
– Ага, целую аптеку притащила, с уколами! Только гипс забыла! Она бы еще скорую помощь вызвала! – снова Сережка из своего угла вставлял колкости.
– Ничего ты не понимаешь! Светка же очень любила маму и папу! – объяснил Вовка, – Когда лечили палец, мама сняла колечко и положила на полку, носить его она сможет только, когда палец станет здоровым.
– Здоровенным, прям, как огурец! – это уже Вовка, он оказывается не спал, а, как и все, слушал историю.
– Ты чего, тупой? Здоровым это выздоровевшим, нормальным! Вот дурак! На следующий день в школу не пришла подружка Маша. Оказалось, она сильно простыла. Ангина. Светка обрадовалась: с мальчиком на балу будет танцевать она, и подружка не помешает, ведь соперницы не будет. Но к концу уроков Свете стало грустно по этой же причине – подружки нет. Не с кем ссориться из-за мальчика!
Она сидела в раздевалке в школе и грустила.
– Ты чего домой не идешь? – раздался голос из подсобки-сторожки, в каждой школе есть такая.
Светка подошла к двери и заглянула внутрь. В глубине каморки на старом кресле сидела нянечка-старушка и вязала15. Со спиц спускалась и простиралась до двери, где стояла девочка, длинная пестрая полоса. То ли ковровая дорожка, то ли шарф, а может шарф-ковер.
– Скучно – подружка сегодня заболела – ответила девочка.
– А мама и папа тебя дома не ждут?
– Не. Папа вчера в командировку уехал, а мама сильно палец порезала и сегодня в поликлинику пошла.
– Мда, не весело, – подтвердила нянечка-старушка, – Как-то много всего за вчера и сегодня. А что ты вчера вечером делала?
Девочка рассказала про танец с халатом.
– Брать чужое нехорошо, а ты еще потанцевала с ним. Напяливать маску на халат и подавно. Теперь у тебя появился новый «друг». «Друг в маске», и зовут его Живоглаз16. Ты подарила ему тело и глаза. То, что произошло с твоими папой, мамой и подругой его рук дело. Если от Живоглаза не избавиться, то будет еще хуже.
– А как теперь быть?
Старушка научила девочку, как избавиться от нового «друга в маске».
– Маска – это глаза Живоглаза, и без нее он слепой. Нужно ночью, пока Живоглаз, висит на стуле, как просто халат и маска, накрыть его покрывалом. Постараться вытащить халат так, чтобы под покрывалом осталась маска. Дальше халат отнести в ванную. Разложить халат и глубоко вонзить в него нож. Чтобы не испачкаться, это лучше делать в ванной. Халат начнет дергаться, но нужно его удерживать, пока не затихнет. После обязательно сжечь. Маску ни в коем случае сжигать нельзя.
Светка стояла остолбеневшей с открытым ртом. Старушка прервала вязание, посмотрела внимательно на девочку и спросила:
– Ты чего застыла? – затем резко, как приказала, – Ото-мри!
Светка сразу очнулась, сорвалась с места, схватила свой рюкзачок с тетрадками-учебниками и быстро побежала домой.
Вбежав в дом и не забыв закрыть за собой дверь17, девочка поспешила выполнить так, как сказала нянечка. Когда ткнула ножом в халат, то пошла кровь. Длинные рукава светкиной кофты, которая конечно же была надета на Светку, тоже намокли, пропитались, испачкались кровью. Кровь с халата стекала в ванную, пока не остановилась. Потом девочка в темном зале повесила высохнуть тело Живоглаза, зажгла камин. Но сколько не пыталась халат просушить перед камином, он как был мокрым от крови, так и оставался.
Тогда Светка взяла маску, завернутую в покрывало, отнесла в сад и закопала.
Когда вернулась и посмотрела на халат, увидела, что кровь на нем быстро высыхает, прям на глазах. Только халат просох, девочка бросила его в камин. Халат сразу вспыхнул и быстро сгорел, как-будто бумажный.
Как только халат превратился в золу, открылась дверь и появились мама и папа. Папа хотел переодеться, но халата нигде не мог найти:
– Где же он? – голос папы дрожал от волнения.
– Милый, нет его, ну и ладно, – мама старалась успокоить супруга.
– Да как же не волноваться, ведь он так тебе нравился!
– Мне?! Нравился?! – по этим вопросам было понятно, что мама сильно удивлена.
– Конечно тебе! Ведь это подарок твоей бабушки
– Сказать честно: мне этот мрачный кусок тряпки никогда не нравился. Но ты его с таким удовольствием носил…
– Конечно с «удовольствием». Ведь когда я его надевал твои глаза становились от восторга такими большими…
– Это не восторг, а ужас, – прервала его мама.
– Так он тебе, что, не нравился, что ли?!
– «Не нравился» не то слово.
– Ну слава Богу, теперь все ясно, – успокоился папа и через небольшую паузу добавил, – Зато какие глаза у тебя были!… Красивые!
Петька замолчал.
– Халаты, девочки, мамы-папы, маски какие-то. Ерунда! То ли дело ведьмы! – пробурчал недовольно Андрюха.
– Вот и расскажи сам!
– Пожалуйста! Попав в испытание, его надо пройти до конца, прожить жизнь. Большая жизнь состоит из кучи маленьких.
– Ну ты философ! Так и будем теперь тебя звать – Философ! – не заставил себя ждать Серега.
– Вы будете слушать или мне клички подбирать? – ответил Андрюха.
– Давай, вещай, Философ.