O książce
Семьи, которые изображает Дина Рубина, далеки от идеала. Всё как у всех. Одинокая мать, воспитывающая сына; «выходной» папа; брат и сестра, отец которых покидает дом в надежде на новую любовь… Кругом «ухабы характера», всюду «щипки, тычки и щекотания», «грызня грызнёй»… Не случайно мальчик, персонаж рассказа «Терновник», заявляет вечно занятой матери: «Я найду себе другую женщину!» А подросток, которого растят двое отцов, из рассказа «Двойная фамилия», произносит: «Никогда не женюсь, правда-правда!» Но при этом Дина Рубина – исключительный мастер в изображении семейной любви, ее созидательной силы. Любовь родителей способна растворять камни, топить лед, согревать с того света. Нет ничего значительнее этого «Великого Братства Кормящих»!
Повести, вошедшие в сборник, издавались ранее.
Inne wersje
Opinie, 120 opinie120
Обожаю Дину Рубину. Любое произведение шедевр! Ее слог уникален и даже если не называть фамилию автора, то узнаваем на 100%. После всех ее книг всегда «книжное похмелье», поэтому каждую книгу жду с нетерпением. спасибо автору!
Как всегда с удовольствием прочитала Рубину, читаешь и зачитываешься, вроде только начал читать, а уже конец книги…хочется читать Дину бесконечно
Замечательные рассказы замечательной писательницы, но есть один недостаток – они не новые. Написаны в 70-х, 80-х годах, самый новый 2017 года
Какая прелесть!) Как раз заканчиваю слушать Бабий ветер. Отложу в копилочку и это произведение автора. Рубину можно слушать бесконечно! Она – это жизнь, это правда, это сегодняшнее.
Мне очень понравилось! Жизненно, красочно, так и видишь перед собой героев. Прочитала буквально за два дня. Всем любителям хорошей женской литературы советую. Рубина – одна из лучших писателей.
Личная жизнь не удалась – подумаешь! – говорит она. – Те, у кого она удалась, ходят в стоптанных туфлях и с высунутыми языками.
Когда погибает любимая женщина, вместе с ней гибнет целый мир, даже не мир – целая эпоха в жизни человека; молодость, прожитая с ней, намерения, мысли, что были с нею связаны, все гибнет вместе с ее жестами, голосом, мимикой, походкой. Каково же человеку, когда то, что могло быть в старости приятным воспоминанием, превращается в кошмар, в сплошную ноющую рану? Разве может другая женщина, пусть даже по-своему близкая, закрыть собой эту рану? По-моему, нет…
«Человек – как трава, дни его, как цветок полевой… Ибо ветер прошел по нему, и место его не узнает его». Проносится жизнь под меркнущим небом, она проносится мимо, цокая каблучками и шелестя плащами и юбками, окликая нас то по имени, то по прозвищу. А бедная душа остается один на один со своим единственным днем и своим последним мигом: человеческая душа, одинокий ребенок в безнадежном поиске материнской любви…
Cегодня, как теплое пахучее яблоко, выкатился последний денек из подола бабьего лета
«В темную безлунную ночь по площади бредет слепец, держа перед собой зажженную лампу. На что она ему?»