Przejdź do audiobooka
Это первая книга из серии Спецназ и Элитные войска: в 2020 году исполнилось 90 лет со дня создания Воздушно-Десантных войск СССР, а теперь и России, тысячи людей нашей страны прошли службу в рядах ВДВ и гордятся особенно в праздник день ВДВ 2 августа надевая голубой берет цвета неба. В этой книги я хочу рассказать о них, о генералах, офицерах и простых рядовых гвардейцах ВДВ. Книга «Воздушно-Десантные войска – Элита России НИ КТО КРОМЕ НАС» составлена как первая моя попытка собрать в энциклопедию все данные о воздушно-десантных войсках России и СССР. Рассказать о боевых операциях, в которых принимали участие непосредственно воздушно-десантные войска, в Великую Отечественную войну и в послевоенный период в Чехословакии операция «Дунай», в Афганистане ряд операций («Байкал 79», «Кунарские операции»,т«Пандшерские операции», операция «Магистраль», подвиг 9-й роты «Бой у высоты 3234»). Книга посвящается всем тем кто не вернулся с войны, с боевых операций, c горячих точек и всем тем кто прошел путь, через тернии к звездам и с гордостью носит берет цвета неба, который как поется в песни нам подарил Маргелов! В книге рассказывается о славной боевой не придуманной истории Воздушно-Десантных войск СССР и России.
Первый опыт использования воздушных десантов Красной армией относится к далекому 1929 году, когда во время борьбы с басмачами в Средней Азии, в районе таджикского города Гарм с приземлившихся в расположении противника самолетов была высажена группа из нескольких бойцов. Но официальная история советских воздушно-десантных войск ведет отсчет со 2 августа 1930 года, когда на учениях ВВС Московского военного округа под Воронежем на парашютах было выброшено подразделение десантников в составе 12 человек. И уже в задачах, поставленных армии на 1931 год, Реввоенсовет РККА определял: воздушные десантные операции должны быть всесторонне изучены с технической и тактической стороны Штабом РККА с целью разработки и рассылки соответствующих указаний на места. В том же 1931 году в Ленинградском военном округе был сформирован «авиамотодесантный отряд» численностью 164 человека под командованием Е.Д.Лукина – первое воздушно-десантное подразделение Красной Армии. Вскоре его численность была увеличена до 480 человек при 18 самолетах. А 11 декабря 1932 года было принято новое постановление Реввоенсовета СССР, в котором среди прочего отмечалось, что развитие авиационной техники, а также результаты, достигнутые в конструировании и сбрасывании с самолетов бойцов, грузов и боевых машин, требуют организации новых боевых подразделений и соединений РККА. Согласно этому постановлению на базе авиадесантного отряда Ленинградского военного округа создавалась воздушно-десантная бригада, которая должна была готовить обученных инструкторов по воздушно-десантной подготовке, а также отрабатывать оперативно-тактические нормативы действий парашютистов.
К марту 1933 года намечалось сформировать по одному авиадесантному отряду в Белорусском, Украинском, Московском и Приволжском военных округах. Тогда же в указанных округах начали формироваться так называемые «авиационные батальоны особого назначения». В 1935 г. на знаменитых маневрах Киевского военного округа в присутствии иностранных военных представителей был сброшен воздушный десант из 1200 парашютистов. Захватив район высадки, они быстро подготовили посадочные площадки, на которые были приняты самолеты, доставившие еще 2500 солдат с боевой техникой. В следующем году на маневрах под Минском самолеты РККА сбросили 1800 парашютистов, после чего доставили в этот район еще 5700 солдат с тяжелым вооружением – артиллерией и танкетками. К 1938 году советские воздушно-десантные войска насчитывали 6 бригад численностью по 3000 человек каждая. Полевой Устав РККА 1936 года (ПУ-36) так определял роль и место воздушно-десантных войск в современной войне: «Парашютно-десантные части являются действенным средством для дезорганизации управления и работы тыла противника. Во взаимодействии с войсками, наступающими с фронта, парашютно-десантные части могут оказать решающее влияние на полный разгром противника на данном направлении». Однако основной проблемой советских ВДВ оставалось отсутствие подходящего транспортного самолета. Единственной машиной, способной нести парашютистов, являлся тяжелый бомбардировщик ТБ-3 – в штатном варианте он поднимал 16 пехотинцев с оружием, специально переоборудованный транспортный вариант мог брать на борт десантника. На внешней подвеске самолет мог транспортировать боевую технику весом до 3 тонн артиллерийское орудие, мотоцикл с коляской, автомобиль, легкий бронеавтомобиль Д-8 или даже танкетку Т-27. Однако выброска тяжелой техники с парашютом в то время представляла серьезную проблему, поэтому танкетки, артиллерия и автомобили разгружались посадочным способом, хотя во второй половине 30-х годов проводились эксперименты по сбрасыванию легких плавающих танков Т-37А в воду с минимальной высоты. Но самолетов ТБ-3 и более старых двухмоторных ТБ-1 в стране имелось не так много, а их транспортные модификации и без того напряженно использовались в народном хозяйстве (в частности, на Крайнем Севере). Прочие же пассажирские и транспортные машины либо выпускались в минимальном количестве, либо вообще остались в опытных экземплярах. Поэтому параллельно велись поиски «альтернативных» средств транспортировки десантников. К примеру, авиаконструктор и известный изобретатель Гроховский предложил использовать фанерные ящики-«кассеты», разделенные на узкие длинные отсеки, в которых парашютисты располагались лежа по несколько человек. Такие кассеты должны были подвешиваться под самолет Р-5. Однако если для тренировки парашютистов подобное средство еще как-то годилось, то транспортировка на большое расстояние вооруженных и экипированных десантников была весьма сомнительным мероприятием. В результате в боевых условиях советские воздушно-десантные части использовались в основном как наземные соединения, таким образом превратившись в род элитных войск (кстати, ничего экстраординарного в этом не было – то же самое произошло и с немецкими парашютными подразделениями в конце войны). 212-я воздушно-десантная бригада приняла участия в боях на Халхин-Голе в качестве пехотной части в сентябре 1939 г. 201-я, 204-я и 214-я воздушно-десантные бригады тоже перебрасывались наземным путем. Легенды об использовании парашютистов во время советско-финской войны и гибели при выброске едва ли не нескольких воздушно-десантных бригад, выброшенных в тылу у финнов, не соответствуют действительности.
Единственный опыт применения воздушных десантов в условиях, приближенных к боевым, имел место в июне 1940 года во время вступления советских войск в Бессарабию. Согласно плану ведения боевых действий, представленному 22 июня наркому обороны маршалу С.К.Тимошенко Военным советом Южного фронта, в случае отказа Румынии выполнить советское требование о возвращении Бессарабии предполагалось нанести по румынам два концентрических удара: 12-й армией – из района севернее г. Черновиц на юг вдоль реки Прут и 9-й армией – из района г. Тирасполя севернее Комрата на Хуши. В принципе замысел этот весьма походил на план Ясско-Кишиневской операции, осуществленной четыре года спустя – в августе 1944 года. Для дезорганизации тылов противника предполагалось высадить на направлении главного удара 12-й армии в районе Тыргу-Фрумос (восточнее Ясс) подразделения 201-й, 204-й и 212-й воздушно-десантных бригад. Всего по плану со 120 самолетов ТБ-3 высаживалось 2040 парашютистов, транспортные машины прикрывались тремя сотнями истребителей, а всей операции должен был предшествовать массированный воздушный удар по румынским аэродромам. Однако Румыния под давлением Германии приняла советские требования, поэтому план ввода войск был пересмотрен, наступление по правому берегу Днестра через Тыргу-Фрумос – отменено. Около полудня 28 июня 1940 года передовые советские подразделения без боя перешли Днестр и двинулись по следам спешно отводимых румынских войск. Однако основная часть сил 9-й армии задержалась на восточном берегу Днестра из-за проблем с переправой, поэтому для быстрейшего занятия территории было решено высадить в районе слияния Прута и Дуная воздушные десанты. Вечером 28 июня через командира 209-й тяжелой авиабригады задание на выброску получила 204-я вдбр полковника Губаревича. В 4.00 утра личный состав был выведен к самолетам, около 9 часов утра началась погрузка в машины. Никакой разведки района выброски, естественно, не производилось, истребительного прикрытия также не было. Всего до половины десятого утра в воздух поднялось 99 самолетов ТБ-3 с 1422 парашютистами, с 12.30 до 14.30 они произвели десантирование в 10 километрах севернее Белграда. Всего было высажено 1372 человека, 50 человек прыгнуть с парашютом не смогли из-за плохого самочувствия. Несмотря на то что выброска была осуществлена в довольно широком районе, уже к 16.30 основная часть бригады собралась в одном месте, а командир направил два батальона для занятия Белграда и станции Троянов Вал. К половине седьмого город и станция были заняты, тогда же в расположение бригады прибыл представитель штаба Южного фронта с новым приказом командования – занять города Рени и Кагул. Ночью рота десантников на реквизированных автомашинах достигла Рени, где имела стычку с отступающими румынами. Рано утром 1 июля 204-я вдбр заняла Кагул и взяла под защиту местное население, подвергавшееся ограблениям и насилиям со стороны деморализованных румынских солдат. Наземные части 25-й стрелковой дивизии достигли Кагула только 4 июля. На рассвете следующего дня (30 июня) 201-я вдбр, базировавшаяся на аэродроме Скоморохи, получила приказ высадить посадочный десант в Измаиле. Приказ был выполнен с некоторым запозданием, но все же около полудня 44 самолета ТБ-3 с 809 десантниками поднялись в воздух. Первые 12 машин благополучно приземлились в Измаиле, высадив 240 человек, но при этом выяснилось, что городской аэродром слишком мал для приема такого количества тяжелых машин. Поэтому оставшихся десантников решили выбросить с парашютами. В итоге было выброшено 509 парашютистов, три машины с 60 десантниками вернулись на свои аэродромы.
Румынские войска сопротивления не оказывали, однако от различных травм и несчастных случаев погибло 3 парашютиста, еще 7 получили переломы, а 25 – легкие травмы. В принципе для столь импровизированной высадки такие потери можно считать минимальными. Командование Южного фронта было вполне довольно проведенной операцией, заявив, что десанты «полностью себя оправдали и заставили румын считаться с соглашением». Однако Управление боевой подготовки РККА имело по этому поводу совсем другое мнение. В своем докладе от 24 июля начальник Управления генерал-лейтенант В. Н. Курдюмов заявил, что из-за отсутствия надлежащей подготовки операция была выполнена чрезвычайно плохо и в боевых условиях привела бы к провалу с бессмысленной потерей людей и самолетов. Правда, большинство из перечисленных недочетов (запаздывание с вылетом на полтора-два часа, несвоевременное поступление приказов, разброс парашютистов в зоне высадки по площади 10 на 10 километров) с учетом последующего опыта реальных десантных операций, скорее, могут вызвать улыбку. Как правило, воздушные десанты Второй мировой войны проходили куда менее организованно, чем высадка советских парашютистов в Бессарабии в июне 1940 года.
К июню 1941 года советские воздушно-десантные войска представляли собой самостоятельный род войск РККА. Они имели свое командование, штаб и транспортную авиацию и подчинялись непосредственно Верховному Главнокомандующему. Командующим советскими ВДВ был генерал-майор В. Я. Глазунов, начальником штаба – генерал-майор авиации П. П. Ионов. Всего в РККА насчитывалось десять воздушно-десантных корпусов. На стадии формирования находились еще пять корпусов, кроме них имелось несколько отдельных парашютных бригад и батальонов. Каждый воздушно-десантный корпус имел по три бригады в каждом. Бригада в свою очередь состояла из четырех парашютно-десантных батальонов, минометного дивизиона и четырех рот – зенитно-пулеметной, разведывательно-самокатной, саперной и роты связи. В парашютно-десантном батальоне имелось пять рот – три парашютно-стрелковые, минометная и рота противотанковых ружей, а также четыре взвода – пулеметный, саперный, разведывательный и взвод связи. Численность личного состава батальона составляла по штату 546 человек. Всего в бригаде было около 3000 бойцов, в корпусе – 10 000 человек. Практически единственным транспортным самолетом ВДВ к началу 1941 года оставался ТБ-3, производство лицензионных машин ПС-84 (позже —Ли-2) еще только разворачивалось (до 22 июня 1941 года было изготовлено 74 самолета этого типа). В результате при общей высокой боеспособности воздушно-десантных частей РККА их парашютная подготовка из-за недостатка самолетов оставалась весьма слабой. К примеру, из состава 4-го ВДК лишь личный состав 9-й вдбр совершил по два парашютных прыжка. В 8-й вдбр 25% бойцов не прыгали вообще и 65% имели всего по одному прыжку, а в 214-й вдбр, сформированной позже других, 65% бойцов вообще не имели ни одного учебного прыжка. Примерно такая же ситуация имела место и в других воздушно-десантных корпусах.
Первый опыт применения советских воздушно-десантных войск в Великой Отечественной войне имел место 14 июля 1941 года на Западном фронте под Могилевом, в районе деревни Горки. Десант носил диверсионный характер – сброшенная с четырех ТБ-3 парашютная рота из состава 214-й вдбр (64 человека) должна была разгромить обнаруженную воздушной разведкой колонну немецкой техники, остановившуюся в ожидании подвоза горючего. После тяжелого боя в расположение своих войск пробились 34 парашютиста, остальные погибли либо попали в плен. Через несколько дней, в конце июля, подобная операция была проведена и на Юго-Западном фронте. Здесь для нарушения коммуникаций противника и уничтожения артиллерийских складов, оставленных нашими войсками при отходе, было сброшено несколько подразделений 104-й и 212-й вдбр общей численностью до 300 человек, из которых в расположение своих войск вернулась лишь небольшая часть. Наиболее известной советской воздушно-десантной операцией 1941 года является выброска диверсионного десанта под Одессой 22 сентября. Для обеспечения высадки морского десанта у Григорьевки возле деревни Шицлин был сброшен воздушный десант в количестве 23 человек, который нарушил коммуникации румынских войск и вызвал панику в тылу противника. Этот эпизод был отражен в рассказе Леонида Соболева «Батальон четверых». 30 сентября 1941 года ударом 2-й танковой группы Гудериана из района севернее Конотопа на северо-запад началось новое немецкое наступление на Москву. Уже 2 октября передовые части немецкого 24-го механизированного корпуса, пройдя около сотни километров, захватили Дмитровек-Орловский, расчленили ослабленную бесплодными наступательными боями последней декады сентября и не успевшую занять оборону группу генерала Ермакова и вышли на тыловые коммуникации 3-й и 13-й армий Брянского фронта. На пути ударной группировки противника организованных войск больше не было, и советское командование вынуждено было использовать все возможности, чтобы приостановить продвижение противника к Мценску и Туле хотя бы на несколько дней. Для этого было решено использовать 5-й воздушно-десантный корпус генерал-майора И. С. Безуглого, дислоцированный возле Ярославля. Уже 3 октября началась переброска частей корпуса на угрожаемое направление. Первая группа десантников была высажена на аэродроме Орла, но противник уже ворвался в город, здесь начались тяжелые бои, поэтому следующие подразделения пришлось высаживать на аэродроме Оптуха между Орлом и Мценском. Всего за два дня, 3 и 4 октября, в район боев по воздуху были доставлены две воздушно-десантные бригады общей численностью 5440 чел., а также 12,5 тонн груза – десять 45-мм орудий, миномёты, пулеметы, мотоциклы и другое военное снаряжение. Переброска осуществлялась на 40 самолетах ТБ-3 и 20 машинах ПС-84, каждый самолет совершил по 3-4 вылета. Десантники выполнили свою задачу – совместно с бойцами 36-го мотоциклетного полка из резерва Ставки они задержали продвижение ударных группировок противника вдоль шоссе Орел—Тула и дали возможность сформировать на угрожаемом направлении из срочно переброшенных резервов 1-й гвардейский стрелковый корпус Д. Д. Лелюшенко. Среди прочих соединений в его состав вошли и остатки 5-го воздушно-десантного корпуса. Однако действительно активно советские воздушно-десантные силы РККА стали применятся только после начала контрнаступления под Москвой. Уже 15 декабря 1941 года к юго-западу от города Клин в тылу отступавших немецких войск был выброшен парашютно-десантный батальон из состава 214-й воздушно-десантной бригады в количестве 415 человек, которым командовал капитан И. Г. Старчак. Батальон оседлал единственное шоссе, ведущее из Клина на Теряеву слободу и далее к Волоколамску. Полностью блокировать путь отступления клинской группировки противника на Волоколамск не удалось, но итогом диверсионных действий парашютистов, согласно донесению командира батальона, стало уничтожение 29 мостов, 48 автоцистерн, 2 танков и не менее 400 солдат противника. Использовались парашютисты и во время Керченско-Феодосийской десантной операции в декабре 1941 года. Согласно первоначальному плану за несколько часов до высадки морского десанта в Феодосии воздушный десант должен был захватить аэродром у станции Владиславовка в 15 километрах от города. Затем сюда предполагалось перебросить истребители для воздушного прикрытия переброски войск морем. Однако высадка 44-й армии в Феодосии была перенесена с 26 на 29 декабря, а воздушный десант в составе одного парашютного батальона под командованием майора Няшина был выброшен только 31 декабря – и не у Владиславовки, а севернее, у берега Сиваша в районе косы Арабатская стрелка. Батальон должен был перекрыть пути отхода немецких войск с Керченского полуострова по Арабатской стрелке на север. Операция готовилась руководством воздушно-десантных войск РККА и судя по всему, при отсутствии должного контакта с командованием 44-й армии, в оперативное подчинение которой парашютисты должны были перейти только после высадки. Десантники сбрасывались с самолетов ТБ-3 ночью при низкой облачности с высоты 450 метров и оказались разбросаны на большой территории. Утром 31 декабря они захватили и уничтожили артиллерийскую батарею противника, а позднее соединились с частями 44-й армии.
Крупнейшей воздушно-десантной операцией советских войск в ходе Великой Отечественной войны стала Вяземская десантная операция, проведенная во время наступательной фазы Московской битвы зимой 1942 года. Увы, затянувшись почти на два месяца (с 4 января по 28 февраля), она не привела к достижению желаемых результатов. К началу января 1942 года под Москвой сложилась чрезвычайно сложная для обеих сторон обстановка. Советские войска, уже почти месяц ведущие активное наступление, были в достаточной степени измотаны, в то время как германские войска, потерпевшие серьезное поражение, оказались обескровлены и деморализованы. В условиях холодной зимы обе стороны испытывали недостаток снабжения: части Красной армии – из-за того, что далеко оторвались от налаженных коммуникаций и продвигались по выжженной противником территории, немцы – из-за слабости железнодорожной и автомобильной сети, к тому же постоянно подвергавшейся ударам партизан. Наибольшего успеха в декабрьских боях достигли подразделения Западного фронта. За неполный месяц они прошли с боями от 100 до 300 километров, причем части 10-й армии генерал-лейтенанта Голикова Ф.И. и 1-го гвардейского кавалерийского корпуса генерал-лейтенанта Белова П.А. далеко опередили своих соседей и окружив немецкий гарнизон в Сухиничах, вышли на железную дорогу Москва-Брянск севернее города.
Передовые части корпуса генерал-лейтенанта Белова П.А. находились всего в 8 километрах от Варшавского шоссе. Правее них вели наступление 50-я, 49-я и 43-я армии, последняя 1 января 1942 года заняла Малоярославец. В немецкой обороне наметился 40-километровый прорыв на линии Сухиничи—Бабынино, создавалась реальная возможность выхода советских войск в район Юхнова на Варшавское шоссе и дальнейшего продвижения к Вязьме – в тыл немецкой 4-й и 4-й танковой армиям и на жизненно важные коммуникации группы армий «Центр». Для оказания помощи 43-й и 49-й армиям, продвигавшимся с северо-востока по обе стороны Варшавского шоссе, командование Западного фронта решило высадить воздушный десант. Десант должен был перерезать шоссейную дорогу из Медыни на Гжатск, захватить станцию Мятлево и пресечь движение из района Калуги на Вязьму, а также воспрепятствовать отходу войск 57-го армейского корпуса немцев по Варшавскому шоссе от Малоярославца и Алешково через Медынь на Юхнов и прикрыть подходы к станции Мятлево от возможного контрудара противника из района Юхнова. Основные силы десанта составлял 250-й воздушно-десантный полк майора Н.Л.Солдатова в составе 1300 человек, который предполагалось высаживать посадочным способом. Обеспечить эту высадку должны были два парашютных отряда. Один отряд в составе 202 человек должен был высадиться на аэродроме у Большого Фатьянова (в 5 км восточнее Мятлево, на западном берегу реки Шани), захватить аэродром и подготовить его к приему посадочного десанта. Второй парашютный отряд из 348 человек выбрасывался в районе сел Гусево, Бурдуково и Гусаково в 12-15 км северо-западнее Медыни возле шоссе Медынь—Гжатск, он должен был поставить заслон от продвижения противника со стороны Гжатска, а затем выйти на Варшавское шоссе и, взорвав мост через реку Шаня (в 10 км юго-восточнее Медыни), прикрыть район высадки основных сил от наступления противника со стороны Малоярославца. Для операции были выделены 21 самолет ТБ-3 и 10 самолетов ПС-84. Всю высадку предполагалось проводить в четыре рейса – первыми перебрасывались парашютисты, а затем тремя рейсами доставлялись пехотинцы и снаряжение. Однако позднее планы были изменены, и первым рейсом в ночь на 4 января был отправлен только один парашютный отряд для захвата аэродрома Большое Фатьяново, численность которого увеличили до 416 человек. Десант был выброшен в стороне от аэродрома и с боем захватил его только к исходу дня 4 января. Однако из-за начавшейся снежной метели операцию решено было прекратить и высадку посадочного десанта отменить. В дальнейшем парашютисты действовали как диверсанты – они захватили станцию Мятлево, уничтожили находившиеся здесь два эшелона с техникой, а 19 января вышли в расположение 49-й армии. 7 января 1942 года была подписана директива Ставки ВГК, определявшая задачи стратегической операции по окружению и разгрому основных сил группы армий «Центр». Левое крыло Западного фронта силами 43-й, 49-й, 50-й армий и 1-го гвардейского кавкорпуса должно было нанести фланговый удар из района Калуги и Мосальска в общем направлении на Юхнов—Вязьму с одновременным фронтальным наступлением армий правого крыла на Сычевку и Гжатск. Одновременно правое крыло Калининского фронта в составе 22-й и 39-й армий, имея в резерве 29-ю армию, наносило удар с севера на Ржев и Сычевку. Обе ударные группировки должны были встретиться в районе Вязьмы, довершив окончательный разгром основных сил группы армий «Центр». 8 января ударная группировка Калининского фронта прорвала вражескую оборону северо-западнее Ржева. Уже 10 января передовые части 39-й армии перерезали шоссе Ржев—Великие Луки и достигли района Сычевки. Штаб 9-й немецкой армии, оборонявшей ржевский участок фронта, чтобы не попасть в окружение, переместился в Вязьму. Командующий армией генерал-полковник Штраус подал в отставку и был заменен генералом Вальтером Моделем. На юхновском направлении к середине января тоже наметился успех: подразделения 49-й армии подошли вплотную к станции Мятлево, части 43-й армии заняли Медынь и через Шанский завод продолжали наступление на запад. 14 января 1942 года командующий Западным фронтом генерал-армии Г. К. Жуков отдал приказ: 49-й армии – к 15 января выйти в район Погорелое, 43-й армии – не позднее 16 января овладеть Мятлево, 50-й армии – до 17 января взять Юхнов, 1-му гвардейскому кавалерийскому корпусу Белова – к 20 января прорвать оборону противника и выйти к Вязьме. Для обеспечения этих действий в ночь на 16 января в помощь наступающим войскам в 20 км северо-западнее Медыни была выброшена усиленная парашютная рота из состава 1-го батальона 201-й вдбр. Десантники действовали на путях отхода немецких войск, а позднее соединились с вышедшими сюда частями 43-й армии. Отчасти результатом действий этой десантной группы было решение немецкого командования отводить свои подразделения не на северо-запад, а на запад от Медыни. В результате во вражеской обороне образовалась брешь, куда вошла наступавшая севернее 33-я армия генерал-лейтенанта М. Г. Ефремова, нарушив контакт между 4-й танковой и 4-й общевойсковой армиями противника. Основные силы 4-й немецкой армии, насчитывавшие под Юхновым до 9 дивизий, оказались под угрозой обхода с севера. Южнее Юхнова к 20-м числам января подразделения правого фланга 10-й армии вышли на железную дорогу Вязьма—Брянск в районе Кирова, нарушив рокадное сообщение между 4-й танковой и 4-й общевойсковой армиями противника. Однако части 50-й армии и 1-го кавалерийского корпуса генерала-лейтенанта Белова П.А. все еще стояли в 10—15 км от Варшавского шоссе, а основные силы 10-й армии совместно с 16-й армией были заняты ликвидацией окруженной в Сухиничах группы генерала фон Гильза (6 пехотных батальонов) и отражением контрудара 24-го танкового корпуса немцев, 16 января начавшего наступление из района Жиздры на Сухиничи с целью деблокировать город. В этих условиях командование Западного фронта решило поддержать наступление 50-й армии и 1-го кавалерийского корпуса Белова высадкой в тылу противника воздушного десанта. Местом высадки десанта был район поселка Знаменка и деревни Желанье в 40 км южнее Вязьмы. В задачу десанта входило перерезать шоссе из Вязьмы на Юхнов и железную дорогу Вязьма—Брянск, перехватить коммуникации противника и содействовать войскам Западного фронта в окружении его юхновской группировки. Одновременно наступлением в направлении деревни Темкино десант должен был содействовать продвижению 33-й армии. В состав десантной группы включался тот же 250-й воздушно-десантный полк, а также 1-й и 2-й батальоны 201-й воздушно-десантной бригады (из состава 5-го воздушно-десантного корпуса). Общая схема высадки оставалась той же, что и при несостоявшейся операции в районе Большого Фатьянова, десант выбрасывался в три приема – сначала группа парашютистов должна была захватить Знаменский аэродром, через 2,5 часа выбрасывалась стартовая команда для его оборудования и подготовки к приему посадочного десанта, а затем группами по 3—4 самолета (во избежание скопления большого количества техники) на аэродром перебрасывались пехотинцы. Для перевозки десантников был выделен 21 самолет ПС-84, а для транспортировки 45-мм противотанковых орудий предназначались 3 бомбардировщика ТБ-3. Исходным пунктом операции был подмосковный аэродром Внуково. Из-за сильной метели и низкой облачности намеченная на утро 17 января высадка была перенесена на следующую ночь. В ночь на 18 января 1942 года в районе деревни Желанье с 16 самолетов ПС-84 были выброшены подразделения 201-й вдбр – 2-й батальон капитана Н.Е.Калашникова и две роты 1-го батальона под командованием капитана И.А.Суржика общей численностью 452 бойца. Следующей ночью здесь удалось высадить еще 190 парашютистов (из 10 вылетевших машин часть вернулась по причине плохой погоды). Всего к 8 часам утра 19 января в районе Желанье собралось 642 десантника, общее командование над ними принял капитан Суржик. Предпринятая накануне попытка захватить Знаменский аэродром не увенчалась успехом, поскольку подходы к нему оказались сильно укреплены. Однако в полутора километрах к югу от Знаменки разведывательной группой десанта был обнаружен другой аэродром, куда после расчистки площадки в 17.50 18 января удалось принять четыре самолета ПС-84 с 65 бойцами стартовой команды. Однако, не имея лыжного шасси, самолеты не смогли взлететь с площадки. На следующий день немцы атаковали аэродром и уничтожили все машины, а стартовая команда и десантники отошли в район Желанье на соединение с главными силами отряда. Тем временем бойцы капитана Суржика, соединившись с партизанским отрядом А.А.Петрухина (около 1000 человек), с помощью жителей близлежащих сел начали подготовку снежного аэродрома возле села Плеснево. В ночь на 20 января сюда была принята первая группа самолетов, а всего до 22 января было доставлено 1643 десантника из состава 250-го полка во главе с командиром полка майором Н.Л.Солдатовым, а также вооружение и боеприпасы. Противник обнаружил аэродром и атаковал его с воздуха, при этом было потеряно 3 самолета ПС-84, а также 27 человек убитыми и 9 ранеными. Всего десантникам было доставлено два 45-мм орудия, 34 миномета калибром 82 и 50 мм, а также 11 противотанковых ружей. Уже 20 января 250-й полк получил по радио приказ генерала Г.К.Жукова: «К утру 21 января частью сил захватить Ключи и ударом в тыл противника в направлении Людиново содействовать группе Белова и войти с ней в связь». Вскоре последовало уточняющее распоряжение: «Первое – из района Знаменка, Желанье, Луги не уходить и во что бы то ни стало удержать район, заняв Знаменку; второе – наши части (соединения 33-й армии) 22 января выходят в район Темкино, им поставлена задача связаться с вами; третье – Белову оказать помощь частью сил, примерно двумя батальонами; четвертое – во что бы то ни стало прекратить движение войск противника по большаку Юхнов—Вязьма». По решению командира полка 1-й и 2-й батальоны 201-й вдбр под общим командованием капитана Суржика направлялись в район Ключи для последующего наступления на Людиново. Пройдя по тылам противника, отряд Суржика занял несколько сел, уничтожив в них вражеские гарнизоны, и 28 января в деревне Тыновка соединился с конниками генерала Белова. Тем временем остальные подразделения десанта (так называемая «группа Солдатова») вместе с партизанами удерживали захваченный район. 22 и 23 января они несколько раз пытались атаковать Знаменку, но были отбиты превосходящими силами противника. 1-й батальон 250-го полка атаковал станцию Угра на магистрали Брянск-Вязьма, занимаемую подразделениями 365-го немецкого резервного пехотного полка, и в двух местах разрушил большие участки железнодорожного полотна. 3-й батальон 250-го полка и часть 1-го батальона 201-й вдбр блокировали шоссе Юхнов—Вязьма, препятствуя движению войск противника. Однако Знаменка, являвшаяся крупным опорным пунктом на этом шоссе, все еще оставалась в руках противника несмотря на возобновление ожесточенных атак в ночь с 29 на 30 января. Для завершения окружения вяземской и юхновской группировок немецких войск было решено выбросить новые воздушные десанты. С этой целью в оперативное подчинение командующего Западным фронтом был передан 4-й воздушно-десантный корпус генерал-майора А.Ф.Левашова. Разработка плана высадки и организация всей операции возлагалась на штаб ВДВ РККА. Для высадки корпуса было выделено 65 транспортных самолетов и 30 истребителей прикрытия, однако фактически в распоряжении десантных войск оказались только 80 машин: 22 самолета ТБ-3 из состава 23-й авиадивизии, 39 транспортных машин ПС-84 и 19 истребителей – четыре звена из 402-го истребительного авиаполка ПВО и отдельная группа двухмоторных истребителей Пе-3 из состава 9-го отдельного бомбардировочного авиаполка (последние вели дальнюю разведку в интересах операции). Для размещения этих сил и в качестве исходного района операции отводились три аэродрома в районе Калуги, в 180—200 км от места высадки. Решение о проведении операции было принято еще 17 января, первоначально она была намечена на 21 января. Однако направленный в Калугу по железной дороге 4-й воздушно-десантный корпус задержался в районе Алексина из-за взорванного моста через Оку и в район сосредоточения к нужному времени не прибыл. Поэтому дата высадки была перенесена на 27 января. Тем временем корпус генерала Белова 26 января наконец-то прорвал оборону 40-го танкового корпуса противника, на следующий день пересек Варшавское шоссе, вышел в долину рек Попольта и Ресета и двинулся к Вязьме. С востока сюда же наступали части 33-й армии, нащупавшие брешь в немецкой обороне, а с севера двигались подразделения Калининского фронта. В прорыв возле Сычевки были введены 29-я армия и 11-й кавалерийский корпус, устремившиеся на юг. Уже 27 января подразделения 11-го кавкорпуса вышли к Минскому шоссе и железной дороге на Смоленск западнее Вязьмы. Образовался «слоеный пирог», окружение грозило уже основным силам группы армий «Центр» – 9-й и 4-й танковой армиям. 4-й воздушно-десантный корпус имел следующие задачи: 8-я вдбр – высадиться в районе Озеречня, занять оборону на рубеже Реброво – Градино – Березники и не допускать отхода противника на запад; 9-я вдбр – высадиться в районе Горяиново—Ивановка—Попово, оседлать шоссе и не допустить подхода противника с запада; 214-я вдбр – вместе с отдельным танковым батальоном и артдивизионом десантироваться в районе Высоцкое—Плешково– Уварово и оставаться в резерве корпуса. Таким образом, подразделения корпуса высаживались в далеко отстоящих друг от друга пунктах и возможность быстрого установления связи между ними оставалась весьма сомнительной. Для разведки и обеспечения высадки в 16 часов 27 января, то есть за полтора часа до выброски основных сил, в районах десантирования было высажено 7 диверсионных групп по 20—30 парашютистов. Кроме того, несколько групп было выброшено для установления связи с группой Солдатова (201-я вдбр и 250-й сп) и 11-м кавкорпусом. Из-за малого количества транспортных самолетов высадка соединений корпуса производилась поочередно. Первым высаживался 2-й батальон 8-й бригады, имевший задачу подготовить снежный аэродром для принятия остальных частей бригады. Однако из-за ошибки пилотов он был выброшен не у Озеречни, а в 15 км южнее, в районе деревни Таборье. Выброска проводилась в один заход, с большой высоты, поэтому десантников разбросало на очень большом пространстве (до 20-30 км). К утру 28 января в район сбора вышли только 476 человек из 638 сброшенных. В ту же ночь, пользуясь слабостью советской ПВО в районе Калуги, вражеская авиация силами 24 самолетов Ju-88 и Мe-110 совершила налет на один из аэродромов сосредоточения десанта. Было уничтожено 7 самолетов ТБ-3, один истребитель и склад горючего. В последующие ночи налету подверглись все аэродромы, с которых должен был десантироваться 4-й воздушно-десантный корпус. Ранее этими аэродромами пользовалась немецкая авиация, и немцы отлично знали их расположение, подходы и особенности обороны. В таких условиях до 2 февраля было десантировано только 2323 десантника из состава 8-й вдбр и 34 400 кг груза. Выброска парашютистов производилась на большой площади, поэтому в районы сбора вышли только 1320 человек, а 1003 человека (43% высадившихся) в бригаду так и не пришли. Не получая донесений от командования бригады, штаб корпуса был вынужден устанавливать с ней связь путем посылки разведывательных самолетов Пе-3 и офицеров связи на легких машинах У-2, оснащенных лыжным шасси. Зачастую с помощью таких самолетов устанавливалась связь штаба бригады (некоторое время находился в деревне Андросово в 12 км южнее поселка Алферово) с другими подразделениями бригады. С выходом в район действий 8-й вдбр и группы Солдатова 1-го гвардейского кавалерийского корпуса десантники были переданы в подчинение генералу Белову. 2 февраля корпус генерала Белова подошел к Вязьме, куда накануне вышли передовые части наступавшей с востока 33-й армии. Юхновская группировка противника, то есть ядро сил 4-й немецкой армии, командующим которой с 21 января вместо генерала Кюблера был назначен пехотный генерал Хейнрици, утратила связь не только с левым крылом армии, но и со своим тылом и фактически была окружена. Однако сил удержать кольцо у советских ударных частей уже не было – из 28 000 человек, имевшихся в корпусе Белова на 10 января, к 7 февраля у него осталось не более 6000 бойцов.