Czytaj książkę: «Поле искаженной реальности. Мы видим мир таким, каким мы его видим», strona 3
Как-то Рейгана спросили о стратегии США в Холодной войне с Союзом: «Всё очень просто, – сказал он, – мы побеждаем, они проигрывают».
Такая действительно простая и убедительная стратегия. Вообще история самой демократичной демократии крайне поучительна. Шоу должно продолжаться. Ошеломляющие кадры прямых трансляций конфликта, как фильм-катастрофа, – и вот уже отряды контрактников отправляются на военную операцию за тысячи миль от родной Оклахомы. «Мы накажем усатого диктатора и мы не оставляем друзей (читается „нефтянных партнеров“) в беде». «Буря в пустыне», триумф Шфарцкопфа и Паулса.
«У каждого из нас должна быть своя война, папа» – предположительно такие слова сказал сын отцу. Срочно были найдены следы от теней оружия массового поражения, и ракеты полетели на Багдад во второй раз. Ну а потом – всё как всегда: закулисная активность ближайшего окружения, выигранные тендеры, нефтеразработки, реконструкции, освоение бюджетов, обычный бизнес. Лидеры Мира? Лидеры Бизнеса. Бизнеса с очень большой буквы «П». Политика.
Европа – не исключение…
Циничный мадьяр или мадьярский циник. Наполеон второй декады XXI века. Время от времени и по необходимости красиво жонглируя нормами и понятиями добродетели, в меру лживый, как и любой политик. Хотя для политика все эти качества, скорее, есть необходимые компетенции. Свежий взгляд на личную жизнь и брак, свежий взгляд на понимание партнерства и долга. Измена, везде измена. Всё в прошлом. Такова жизнь. История спишет.
Создание полей искажения реальности происходит у наших современников настолько откровенно цинично, что такая измененная реальность воодушевляет исключительно их самих и средства массовой информации, так боящихся остаться без горячих и горящих новостей.
Но циничность лидеров похожа на циничность доктора из популярного сериала. Герой сегодняшнего телемира – доктор наркоман, профессионал, эрудит, жесткий, абсолютно циничный и сценарно ироничный с берущим за живое налётом юношеского романтизма, и, соответственно, сам доктор также является хронически больным. Противоречивый, совершенно противоречивый, но герой.
До сегодняшнего дня герои приходили в сериалы и в кино из реальной жизни. Но ветер поменялся, дорога диверсифицировала правила двустороннего движения – герои экрана этапировались в реальную жизнь. И коррумпированные герои современной реальности стали всего лишь грустной неизбежностью, с которой мы согласились. Это мир, с которым мы согласились.
Но даже этому миру, с которым мы условно согласны, совсем не до нас. Мир усердно занят бесконечным выращиванием матрицы своих преданных адептов – потребителей. Это самая важная и ответственная задача сегодняшнего мира. Мира потребителей, где сами потребители живут мифом и иллюзией, полагая, что именно они и управляют этим миром. Эта концепция широко пропагандируется во всех учебниках по маркетингу, макро- и микроэкономике, в бизнес-школах и на блиц-семинарах. Но на самом деле именно потребители и являются рабами этого мира. Мира, где до сих пор правит один фараон с многочисленными именами и титулами – нажива, деньги, стяжательство, жадность, гордыня, лесть, и это ещё не все его имена.
Добротно взращенные потребители – единственно возможная питательная среда для фараона. И у потребителей есть Ключевые Показатели их Эффективности: вовлеченные и преданные, полностью сосредоточенные на своей основной функции – потреблять и, потребляя, обогащать уже реальных фараонов бизнеса и мира. Скажите, что вы потребляете, и я скажу, кто вы. Скажите, как вы потребляете, и вот вам ещё одна категория для вездесущей статистики – зрячей сестры предсказания. То, что вы потребляете, является безусловной ценностью для вас, и если вы потребляете иллюзию, значит, именно иллюзия и есть главная ценность в вашей жизни.
Но что для нас действительно ценно? Какие они, так называемые правильные и вечные ценности? Понятно, что существует несколько выверенных клише ценностей, бессмысленных тест-шаблонов, по которым вы должны дать правильные и стопроцентно предсказуемые ответы: свобода, семья, работа, самореализация. Далее и как можно плотнее между этими стандартными ответами каждый из исследуемых, возможно, представляет самый разнообразный список ценностей: автомобиль, дача, музыкальная система, дюжина костюмов, коллекция руби-нов, фабрика, черная карта American Express и курс эксклюзивных путешествий. Для кого-нибудь, самого беспечного, – яхта.
Но самое интересное и парадоксальное ожидает нас вне стандартной или расширенной линейки ценностей. Существует, обязательно существует что-то неуловимое, с легким, но таким стойким привкусом того, что мы называем «fun». И именно это понятие «fun» нами ощущается как самое ценное, но совершен-но бесполезное, как яйцо Фаберже. Дословно перевести это по-нятие трудно – это далеко не счастье и ещё не радость, а нечто подобное веселью с примесью жизнеутверждающего лукавого куража.
Это понятие настолько близкое, ироничное и по-детски доброе, что без него в нашем мире всё не то и не так и всё неважно. Как в фильмах братьев Коэн. В их историях и как-то по-другому построенных ими мирах что-то постоянно происходит: интересно и забавно, весело и трагично, но по сути бессмысленно, отрывочно и беспорядочно, но полностью понятно, почему-то естественно и строго по сюжету. Выбор категории абсурда и его обозначение братья оставляют за зрителями. Братья не настаивают и не декларируют, они развлекаются, давая возможность на 90 минут взглянуть на этот мир с совершенно другой вершины, сложенной из вечных и преходящих ценностей, которые мы и не сразу замечаем, потому что живем в плену иллюзорной логики причинно-следственных связей. Fun.
Что-то подобное существует и в бизнесе. Где-то там, в меж-дустрочье авантюрного успеха, прослеживается беспечный и за-разительный fun. Fun – мощный почерк безусловно сильных, уверенных и, как бы это странно не звучало, самокритичных лидеров. Пятый элемент самодостаточных и неспешных по-бед – это fun. Без него не существует сильного поля вовлечения в любого рода реальность.
Ричард Бренсон – не похожее ни на кого олицетворение европейского успеха с выраженной доминантой fun. Всё, что он делает, делает в удовольствие и с удовольствием. Он не пере-стает об этом говорить при каждом удобном и неудобном слу-чае. Бренсон создал ещё одно общепризнанное клише – образ успешного западноевропейского предпринимателя. Если мы говорим «предприниматель», то это однозначно Бренсон. Культовая фигура европейской мечты смело противопоставляется любой заокеанской. Ребенок, страдающий дислексией, с более чем скромной успеваемостью, ставший владельцем Virgin Group. Ганс Христиан Андерсен, ознакомившись с биографией Бренсона, наверное, публично сжег бы все свои сказки, подобные истории гадкого утенка. Авиаперевозки, звукозаписывающие студии, фитнес-центры, напитки, полёты в космос, и ещё десяток направлений, объединённых брендом Virgin. В общем, всё у парня получилось. И ещё он пишет книги, которые действительно читают.
Простой, а поэтому кажущийся невероятным, секрет успеха был открыт Бренсоном давно. Секрет, на первый взгляд, наивный, но явно живой и показательно эффективный, как и сам автор. Секрет логического сочетания двух простых слов: «Возьми и делай!». Миллионы берут и миллионы делают. У многих миллионов не получается. Никак не получается.
В их разочарованных глазах мелькает нескончаемая бегущая лента немого вопроса: «Как так, мы взяли и мы делаем? Мы про-читали заветную книжку Ричарда, мы аккуратно законспектировали главные постулаты, мы практически выучили её наизусть. Так где же наши заводы и пароходы? Где наш долгожданный успех, где оркестр и барабанщицы, где вспышки камер и кроваво-красная дорожка, в которой утопают наши бесценные штиблеты?».
Бренсон явно лукавит, ящик Пандоры оказывается с двойным дном: «Не то берёте, господа, и не так делаете». Но, так или иначе, главная ценность Бренсона – это его категоричное и постоянное «действуйте». Лидер, меняющий реальность сегодня, – это человек действия.
Люди в фартуках, изменяющие мир
Человечество старается воздействовать на перемены и сохранять свои нравственные устои. Оно организуется в закрытые клубы и общества хранителей истины. Общества создают государства. Активный экспорт ценностей – основа выгодной экспансии. Экспансия ценностей – предтеча новой реальности. Фокусированная декларация ценностей сегодня называется информационным потоком.
Постоянная забава европейцев с переделами прав и форм собственности приводила к нескончаемым и кровопролитным вой нам. Эта визитная карточка раннего Средневековья, да и всех первых десяти веков после Рождества Спасителя. в России и до сегодняшнего дня такая забава время от времени пользуется популярностью среди избранных кругов населения.
Но сейчас не об этом. Сейчас о ценностях, привнесённых в мир христианством. О тех простых человеческих ценностях, которые долгое время существовали в потрясающем отрыве от реальности, от формы существования общественного со-знания, от привычек тысяч людей. Они существовали отдельно от безумной и жестокой политики государств, рутинных предательств соплеменников, да и всего мира в целом. Они существовали отдельно от того, что делает человека человеком.
Помимо самой главной ценности, сакральной направляю-щей пути спасения, планетарного маяка с названием «ЛЮБОВЬ», в христианстве существовала и существует ещё одна важная изложенная в догмах последовательность. Известная и цитируемая мантра, декларирующая принципы отношений между людьми и, безусловно, знакомая всем тем, кто застал этот слоган в учебниках новой истории – «свобода, равенство, братство». При феодализме такой порядок сильнейших, но практически еретических понятий и призывов можно было сохранить и преумножить только в рамках ограниченного и закрытого круга единомышленников, полностью разделяющих эти идеалы и безоговорочно преданных им. Только ограниченный и избранный круг.
Так, собственно говоря, и родилось масонство. Ну, может, не совсем так, но суть его происхождения в подобного рода идеалах однозначно присутствует. Ценности этого профессионального политического движения неизменны – свобода, равенство, братство. Профессиональный союз английских вольных каменщиков, а именно это и означает слово «масон», строил замки, города, а потом и целые государства.
Символы братства тщательно разбросаны по всему миру. Они есть и на самой главной валюте мира (все это знают, но как-то не придают этому значения, не желая портить себе удовольствие от её использования). Создатель и первый президент этой страны – главный масон самого молодого государства. Все 55 участников Филадельфийского заговора – масоны.
Провозглашая высшую ценность свободы, в первую очередь они, безусловно, имели в виду свободу от английских налогов и всякого рода ограничений. В контексте Декларации было предложено для начала делиться ценностями в рамках одного рынка. Далее следовала программа экспорта этих ценностей по всему миру. Такой курс уверенно сохраняется и до сегодняшнего дня.
Самый известный символ масонства обозначает следующие стратегические принципы: мы познаем мир и стремим-ся к высшей истине, которая и есть Бог, у нас, в силу нашего происхождения, а может, и высшего сценария, присутствует некий ограниченный «угол зрения». Но сам Бог, будучи Великим Архитектором, открыт для познания, и миссия каждого из нас – познать его как конечную форму истины. Для одной жизни и благородно, и самодостаточно, и много. А может, и не так. Может, главный символ – это то, что осталось от печати Соломона.
Вчитайтесь в надписи вокруг пирамиды на однодолларовой купюре: Annuit Copts – он дал обязательство, Novus Ordo Seclorum – новый миропорядок. Новый миропорядок. Ключевое послание миру – новый миропорядок. Мы изменим этот мир. Мы изменим реальность.
Что же происходило дальше с заявленными ценностями североамериканских масонов в течение последующих трех веков? Ценности активно экспортируются и являются проводником массовой экспансии нового миропорядка. «По делам узнаете их». Мировой символ свободы с факелом в одной руке и скрижалью в другой. Свои действия братство и равенство полностью формулируют в рамках интересов отдельных промышленных групп, рынков и в конечном итоге личностей и их семей, по-священных в высшую идею. Мало что изменилось до и после операции «Филадельфия». Разве что некоторые внешние формы и планетарный масштаб. Делайте выводы. Всего за три века. Вот что такое люди-действия. Бренсон по сравнению с ними – развлекающийся в песочнице малыш.
Время действительно меняет формы и способы декларирования придуманных человеком ценностей и, следовательно, его интересов. Сегодня такие направленные заявления любой декларации интересов называются не иначе, как информационными потоками.
