Czytaj książkę: «Патриархат. Истоки гендерного неравенства»

Когда я убивала, я делала это правдой, а не ножом… Моя правда вселяет в них страх. Эта грозная правда придает мне великую силу. Она защищает меня от страха смерти, и жизни, и голода, и наготы, и уничтожения. Именно эта грозная правда не позволяет мне убояться жестокости правителей и полицейских.

Наваль ас-Саадави¹, Woman at Point Zero, 1975

Angela Saini

THE PATRIARCHS

How Men Came to Rule

© Angela Saini, 2023

© Е. Н. Шульга, перевод, 2024

© Оформление ООО «Издательство АСТ», 2026

Хронология

13–4 миллионов лет до н. э. – По различным оценкам историков, человеческий род отделяется от линии других приматов, включая шимпанзе и бонобо.

Примерно 300 000 лет до н. э. – В Африке, согласно археологическим данным, зарождается наш биологический вид – Homo sapiens.

10 000 лет до н. э. – В Плодородном полумесяце Ближнего Востока начинается аграрная революция, предваряя многотысячелетнее развитие растениеводства по всему миру и знаменуя начало неолитического периода в регионе.

7400 лет до н. э. – В крупных неолитических общинах в Чатал-Хююке на юге Анатолии практикуется относительное равенство полов, по свидетельствам археолога Иэна Ходдера.

Около 7000 лет до н. э. – В перуанских Андах захоронено тело женщины-охотницы на крупную дичь.

5000–3000 лет до н. э. – В Европе и некоторых частях Азии и Африки возникает эффект «бутылочного горлышка», подразумевающий, что у малого числа мужчин рождается непропорционально большее количество детей, чем у остальных мужчин.

3300 лет до н. э. – Начало бронзового века в Северной Африке, на Ближнем Востоке, Индийском субконтиненте и в некоторых частях Европы.

2500 лет до н. э. – Ку-Баба основывает III династию Киша и становится единоличной царицей Месопотамии.

2500–1200 лет до н. э. – Переселение народов из евразийских степей в Европу, а затем и в Азию, принесшее с собой, по мнению археолога Марии Гимбутас, более жестокие культуры, доминирующую роль в которых играли мужчины.

750 лет до н. э. – Богатые древнегреческие дома делятся на отдельные зоны для женщин и мужчин.

700 лет до н. э. – Древнегреческий поэт Гесиод в своем знаменательном труде по истории мира «Теогония» описывает женщин как «губительный род» и «причастниц дел нехороших».

Около 622 года до н. э. – Написана ранняя версия ветхозаветного Второзакония, в которой содержатся инструкции для мужчин о том, как обращаться с женщинами, взятыми в плен во время боя.

Около 950 года н. э. – В Бирке (Швеция) захоронена высокоранговая воительница и предводительница викингов.

1227 – Смерть монгольского правителя Чингисхана, потомком которого, как полагают генетики, на сегодняшний день является каждый двухсотый мужчина в мире.

1590 – Собрание индейских женщин хауденосауни в Сенека-Фолсе с призывом к миру между их племенами².

1680 – Трактат «Патриархия» английского политолога сэра Роберта Филмера защищает божественное право королей, утверждая, что монарх обладает естественной властью над своим народом в той же степени, что и отец – над своей семьей.

1765 – «Комментарии к английским законам» известного английского правоведа сэра Уильяма Блэкстона подкрепляют принцип, согласно которому правовое существование женщины во время брака неотделимо от правового существования ее мужа.

1848 – В Веслианской церкви города Сенека-Фолс, штат Нью-Йорк, проводится первая в мире конференция, посвященная правам женщин.

1870 – В Соединенном Королевстве принимается закон «О собственности замужних женщин», позволяющий замужним женщинам самостоятельно распоряжаться собственным заработком.

1884 – Немецкий философ-социалист Фридрих Энгельс называет упадок матриархальных сообществ «всемирно-историческим поражением женского пола».

1900 – В Гане королева-мать Ашанти Яаа Асантева возглавляет войну за независимость своего народа от Британской империи.

1917 – Русская революция приводит к созданию первого социалистического государства.

1920 – Советская Россия становится первой страной в мире, легализовавшей аборты.

1960 – В Шри-Ланке пост премьер-министра впервые в истории занимает женщина – Сиримаво Бандаранаике.

1976 – Легислатура индийского штата Керала упраздняет матрилинейность³.

1979 – Свержение правящей монархии в ходе Иранской революции приводит к созданию консервативной Исламской Республики.

1989 – Падает Берлинская стена, знаменуя начало распада Советского Союза.

1994 – Похищение невест в Кыргызстане объявляется незаконным.

2001 – Нидерланды становятся первой страной в мире, легализовавшей однополые браки.

2017 – Международная организация труда впервые включает принудительные браки в статистику современного рабства.

2021 – В Афганистане «Талибан»⁴ снова приходит к власти после двадцати лет войны, немедленно ограничивая женщинам и девочкам доступ к образованию и работе.

2022 – Верховный суд Соединенных Штатов Америки отменяет решение 1973 года по делу «Роу против Уэйда», легализовавшее аборт на федеральном уровне.

2022 – Смерть Махсы Амини, последовавшая за ее арестом шариатской полицией в Иране, вызывает волну массовых возмущений против Исламской Республики.

МАТРИЛИНЕЙНАЯ КАРТА МИРА

Иллюстрация Мартина Брауна (основана на «Рисунке 1» к статье Александры Суровец, Кейт Т. Снайдер и Николь Креанцы «Глобальный взгляд на матрилинейность: проливая свет на системы человеческого родства посредством кросс-культурного анализа», опубликованной в журнале «Философские труды Королевского общества Б», том 374, № 1780, от 2 сентября 2019).

Введение

Во время написания этой книги меня не отпускали образы богинь.

Среди встречавшихся мне изображений есть одно, к которому я возвращаюсь до сих пор. Это популярная индийская литография, созданная чуть более века назад. Кали, истребительница демонов, покровительница времени и смерти, призывает нас взглянуть на учиненную ей бойню. Выпученные глаза, высунутый язык, ярко-синяя кожа приковывают взгляд. Волнистые черные волосы спадают ниже талии, опоясанной юбкой из отсеченных рук. Отрубленные головы висят на шее, как цветочное ожерелье. В одной руке она держит меч; в другой – голову демона; третья рука держит блюдо, на которое, словно подношение, стекает кровь поверженного; четвертой же Кали обводит кровавую сцену вокруг, словно благословляя ее.

Древнеиндийские богини и боги зачастую трансгрессивны, будто призваны из других вселенных. Но в эпоху империи британские власти и христианские миссионеры в Индии приходили в такой ужас от вида конкретно Кали, что революционеры-националисты избрали ее символом оппозиции колониальному правлению. Есть картины, на которых она изображена с серьгами в виде трупов, целиком продетых в мочки ее ушей. «До чего жуткий вид! – писала одна англичанка в трактате, опубликованном Библейским миссионерским обществом в 1928 году. – Однако же это дикое божество называют доброй матерью!»

Парадокс Кали заключается в том, что она – богиня-мать, та, кто бросает вызов современным представлениям о женском начале и власти. Независимо от того, является ли она отражением человечности или темной ее стороной, тот факт, что она в принципе родилась в чьем-то воображении, не перестает удивлять. В XXI веке ее приняли в свое лоно активистки борьбы за женские права от Нью-Дели до Нью-Йорка, называя ее «иконой феминизма, в которой мы сегодня нуждаемся». В ее лице мы еще можем разглядеть свою способность низвергнуть социальный статус-кво. Осознать нестерпимую ярость в сердцах угнетенных. Мы даже можем задаться вопросом: не головами ли многих патриархов истории увешана ее шея?

Вот какую власть имеет над нами прошлое. Почему мы в XXI веке обращаемся к героям древней истории, ища в них подтверждение нашей способности изменить мир? Что дает нам Кали, чего мы не можем найти внутри себя?

Примерно о том же рассуждал философ Кваме Энтони Аппиа, однажды спросивший, почему некоторым из нас необходимо поверить в более равноправное прошлое, чтобы представить себе более равноправное будущее. Этот вопрос взбудоражил умы многих историков, ученых, антропологов, археологов и феминисток. Я, как научная журналистка, пишущая о расизме и сексизме, тоже порой задумываюсь об этом. Мы хотим знать, как наши общества пришли к своей нынешней структуре и что они представляли собой раньше. И я думаю, что, глядя на Кали, мы хотим поверить в потенциальную возможность существования такой эпохи, где власть не принадлежала бы мужчинам; в утраченный мир, где феминность и маскулинность не означали бы того, что они означают теперь.

Но эта одержимость историческим прецедентом говорит нам и кое о чем другом. Она невольно дает понять, насколько безнадежной порой может казаться наша жизнь. Слово, которое мы сейчас используем для описания угнетения женщин – «патриархат» – стало чудовищным монолитом, вмещающим все виды жестокого и несправедливого отношения, с которым сталкиваются женщины и девочки во всем мире, начиная от домашнего насилия и изнасилований и заканчивая разницей в оплате труда и двойных моральных стандартах. Взятые вместе, они обретают размах и масштабы, на первый взгляд совершенно неподвластные контролю. Гендерное угнетение начинает казаться одним сплошным заговором, уходящим корнями в самое начало времен. Что-то, несомненно, ужасное должно было случиться в нашем забытом прошлом, чтобы привести нас в ту точку, где мы сейчас находимся.

* * *

Люди давно пытаются понять истоки патриархата.

В 1680 году английский политический теоретик сэр Роберт Филмер активно продвигал идею божественного права королей на власть, утверждая в своей «Патриархии», что государство подобно семье, в которой короли, по сути, выступают в роли отцов для своих детей – подданных. Коронованный глава государства становился высшим, рукоположенным богом земным патриархом, чей авторитет восходил к патриархам библейских времен. В мировоззрении Филмера – весьма удобном для аристократа, защищающего короля от его критиков, – патриархат был заложен в естественном порядке вещей. Он начинался с малого, в семьях, где отец господствовал над своим хозяйством, и заканчивался глобальным, укореняясь в институтах политики, права и религии.

В середине XIX века, а затем и во второй половине XX, интеллектуалы то и дело возвращались к концепции патриархата и истории его становления. Что это: всеобъемлющее господство всех мужчин над всеми женщинами или нечто более конкретное? Что стоит у его истоков: гендерный вопрос или вопрос труда? Укрепился ли патриархат благодаря капитализму или существует независимо от него? Есть ли у него вообще «история становления», или всему виной первородный закон, продиктованный нашей природой?

Даже сотни лет спустя во фрактальной интерпретации Роберта Филмера сохранялось убедительное зерно. В «Политике пола», классическом феминистском труде 1970 года, американская активистка Кейт Миллетт определила патриархат как доминирование более взрослых мужчин над более молодыми, а также доминирование мужчин над женщинами в целом. По-прежнему считалось, что гендерная власть брала начало в отчем доме, распространяясь за его пределы на общество и государство.

Но оставался вопрос, как мужчины изначально обрели эту власть. В 1979 году, изучая богатый пласт накопившихся к тому времени феминистских публикаций о патриархате, британский социолог Вероника Бичи заметила, что первопричины мужского господства чаще всего связывали с вопросами пола и произведения потомства. Принято было считать, что угнетение женщин зиждется на патологической тяге мужчин к доминированию над женским телом. «Тем не менее, – писала она, – нигде не разъясняется, что конкретно превращает мужчин в угнетателей и, что более важно, какие характеристики тех или иных форм общества наделяют их властью над женщинами».

По мнению Бичи, любая универсальная теория патриархата ломается о тот факт, что гендерное неравенство и угнетение никогда и нигде не были одинаковыми для всех. Взять ту же богиню Кали, в которой мы видим символ женской власти. Неважно, что она – мифологический персонаж; важно, что у нее никогда не было бы столько почитателей, если бы мы не узнавали в ней частичку самих себя.

В Индии, откуда я родом, женщины из высшего и среднего класса могут нанимать для уборки и приготовления пищи как женщин, так и мужчин, причем за минимальную плату. Когда мне было двадцать два года, и я жила одна, на меня тоже работали двое мужчин. Те, кто находится в самом низу кастовой иерархии, выполняют большую часть самой грязной и низкооплачиваемой работы в стране, включая уборку отходов жизнедеятельности за людьми и животными. Во время пандемии 2020 года, когда вся прислуга разъехалась по домам из-за карантина и не могла исполнять свои обязанности, богатейшие женщины страны внезапно оказались в ситуации, когда им, возможно, впервые в жизни пришлось заниматься ведением быта самостоятельно. Уже в начале следующего года (по случайному или не очень совпадению) политическая партия индийского штата Тамилнад начала кампанию по введению ежемесячной заработной платы для домохозяек.

Профессор феминологии Чандра Талпаде Моханти недоумевает: «Как можно говорить о повсеместном разделении труда по половому признаку, когда условия этого разделения кардинально меняются от одной среды к другой и от одного исторического момента к другому?». Если бы и впрямь существовали некие фундаментальные аспекты мужской и женской природы, наделяющие мужчин властью над женщинами и отводящие нам четко разграниченные роли, логично было бы предположить, что все люди во всем мире и на протяжении всей истории придерживались бы схожих моделей в организации быта и труда.

Но это, конечно, не так. Низкий статус одних женщин никогда не мешал другим женщинам в том же обществе обладать и распоряжаться огромными богатствами или властью. Королевы, императрицы, фараонши и могучие воительницы существовали от начала времен. За последние два века британский королевский престол дольше занимали женщины, чем мужчины. Женщины держали рабов и прислугу, и делают это до сих пор. Известны культуры, почитающие матерей настолько, что по их традициям дети даже не считаются принадлежащими к тем же семьям, что их отцы.

«Женщины из разных слоев общества имеют разный исторический опыт, – писала Герда Лернер, одна из основательниц академического направления женской истории в Соединенных Штатах, пытаясь разобраться в этих противоречиях. – Да, женщины оставляют в истории свой коллективный след, но, в отличие от других групп людей, они также могут и всегда могли выступать частью правящей элиты. Их угнетают, но иначе, чем расовые или этнические меньшинства, хотя часть из них к ним относится. Их подчиняют и эксплуатируют, но иначе, чем низшие сословия, хотя часть из них относится и к ним».