Przejdź do audiobooka
«Падение уровня здоровья 320/340», — лаконично сообщил голопланшет на предплечье.
Я испуганно огляделась, пытаясь понять, как вырваться из оцепления. Чёртовы почилини, что окружили меня и теперь резво кусали за незащищённые скафом части тела. Чёртовы совхозные поля, через которые решила срезать путь до Железнограда. И чёртов Артемий, на поиски которого я, собственно, и отправилась!
«Падение уровня здоровья 300/340», – очередная тварь умудрилась дотянуться до бедра.
Размахнувшись серпом, единственным оружием, которое выдаётся на старте игры, срезала висящую на ноге бестию, здорово смахивающую на репчатый лук-переросток. Только с пастью практически во всю голову и начинённой зубами так, что эти твари запросто могли бы работать уничтожителями бумаги. Или незадачливых геймеров.
«Нанесённый урон – 270 пойнтов. Зафиксирован набор баллов уровня 0:120/1000».
Уф, а ведь такими темпами я точно успею прокачаться до первого «пионерского» уровня, даже не достигнув пригорода! Если, конечно, меня раньше не грохнут.
«Падение уровня здоровья 280/340», – а вот нечего подставлять спину под удар.
Дальше я даже не обращала внимания на сообщения с планшета, упрямо продолжая пробиваться сквозь возобновляемые ряды почилини. Последние лихо вылезали из грядок и тут же бросались в бой. Странно, что прироста баллов больше не наблюдалось: то ли била я не точно, то ли в системе глюк какой-то случился. Поняла, что дело плохо, лишь тогда, когда перед глазами моргнула надпись: «Критический уровень здоровья! 60/340! Задействовать протокол “Пламя Октября”?»
Э-э-э, нет! Самоподрываться я не собиралась, а потому резко отмахнулась от меню выбора и бросилась бежать по головам прыгающих монстряков. Одна из тварей вцепилась в сапог и с жадностью принялась за уничтожение обуви. С силой топнув, я отбросила поверженную гадину в догоняющую лукоголовую волну.
Остальные существа разом отпрянули от потерпевшей поражение тушки и даже бросились врассыпную. Тело почившей твари не исчезло, а принялось странно пульсировать, наливаясь красным светом. Не успела я и шагу сделать, как эта аномалия бахнула с оглушающим хлопком, выжигая всё вокруг себя.
«Падение уровня здоровья 10/340», – сквозь красную пелену увидела я сообщение на планшете.
И всё бы было хорошо, если бы не одно «но»: я чувствовала, как горю! И задыхалась я самым что ни на есть натуральным образом!
«Я же в игре, как это возможно?!» – мелькнула последняя осознанная мысль, перед тем как система выкинула меня в реал.
С резким вздохом приподнялась на подушках. Снова этот кошмар, бывший моим проклятием на протяжении уже девяти лет: я беспомощная, запертая в капсуле с токсично горящим омнигелем. Лоб и спину покрывает испарина, дыхание частит и никак не хочет возвращаться в норму, как и всегда после погружения в эти воспоминания. Похоже, снова придётся записываться на приём к психологу. А я ведь только начала спокойно спать.
Результатом того несчастного случая стала не только потеря голоса, но и куда более страшная утрата – наша с теперь уже бывшим мужем нерождённая дочь. Если бы Артемий не поскупился тогда и приобрёл партию легального геля, ничего бы этого не случилось. Но он решил сэкономить.
Возможность говорить так ко мне и не вернулась, и я жила, обретая голос лишь в виртуальном мире.
Спросите, что беременная забыла в виртуале? Искала своего нерадивого мужа, который пропал на несколько дней из реала, но в «Советах» его учётка висела активной.
И вот уже девять лет я работаю ищейкой на игровую корпорацию «Аэлис», выискивая в мире той самой онлайн-игры «Рассвет Советов» нелегалов и всякого рода торгашей в надежде отомстить и наконец-то излечиться от этой боли, что по-прежнему не даёт мне жить дальше.
Привычным для всех живущих и работающих в виртуале жестом проверила время на механических часах. По негласному соглашению все игровые студии исключили этот вид устройств из игр, дабы геймеры всегда могли отследить, в какой реальности они находятся.
Вот и сейчас часовая стрелка подрагивала на отметке три часа. Ночь. Самое время выйти на охоту. Проведя рукой по ёжику коротких волос и растянув губы в зловещей улыбке, я подошла к капсуле погружения в виртуал, чья махина занимала большую часть спальни. Запустив программы проверки всех систем этой похожей на мыльницу бандуры, я отошла проверить устройство подачи кислорода и стабилизации омнигеля.
Взглядом зацепилась за большое, в полный рост, зеркало, стоящее напротив кровати. Давно надо было его или выбросить, или продать, да всё никак не находила время. Из него на меня смотрела усталая, безликая девушка. Некогда пышные формы сдулись до болезненной худобы, голубые глаза выцвели и больше не светились позитивом. Волосы я сбриваю для лучшего прилегания сенсорных контактов[1] шлема виртуальной реальности. Я больше не гонюсь за красотой тела, просто-напросто похоронив себя для реального мира. Теперь у меня другие цели в жизни, для которых внешность не играет никакой роли.
Написав сообщение о своей длительной отлучке маме, которая вернётся со смены в хирургическом отделении центральной больницы лишь поздним утром, я развернулась к засветившейся ровным зелёным светом «мыльнице». К моему погружению в «Рассвет Советов» почти всё было готово. Задав точкой входа в Тоталиград свою небольшую игровую квартирку, я надела шлем. Дождалась закрепления сенсоров по всей поверхности головы и, резко выдохнув, принялась медленно устраиваться в ложе капсулы. Заполняющий всё внутреннее пространство омнигель имел свойства, схожие с неньютоновской жидкостью: под давлением он менял свою плотность, обволакивая и удерживая источник воздействия в невесомости. И в то же время это вещество прекрасно передавало телу тактильные ощущения из виртуальной реальности.
Заняв удобное положение, я мысленно отдала команду на загрузку и под звуки допотопного модема отправилась в мир победившего социализма.
Открыла глаза уже в своей игровой квартире. Маленькая комнатушка спальни в тёплых бежевых тонах обставлена советской мебелью образца семидесятых годов: кровать, кресло и большой платяной шкаф. В принципе, игра предлагала широкий выбор дизайна жилища. Самым дешёвым и одновременно ненавистным для большинства игроков была мебель прямиком из восьмидесятых-девяностых с её ярким представителем в виде «стенки» – монстроподобным шкафом во всю стену. Чуть подороже и эстетичнее считался как раз мой вариант. Ну и элитарной мебелью являлись образцы тридцатых-пятидесятых годов Советского Союза. Но чтобы получить скины квартир в таком стиле, мало было иметь внушительный счёт ленкоинов, необходим доступ «партийца» в специальном магазине.
Подойдя к шкафу и вызвав инвентарь, проверила амуницию и сменила «шкурку»: искать очередного барыгу в юбке и блузе нулевого уровня, очевидно, гиблое дело. Буквально на днях мне удалось достичь сорок первого уровня, а с ним открылся магазин для «комсомольцев». Конечно, эта система уровней допуска «от октябрёнка до партийца»[2] здорово усложняла прокачку. Но в то же время делала сам кач более осмысленным. Хочешь красивых шмоток, вкусной еды и высококлассных развлечений – будь добр, работай. Вот и я «наловила» достаточно нелегалов, чтобы приобрести себе первый доступный для «комсомольца» боевой скафандр. Чёрный, облегающий, с композитными наручами, поножами и нагрудником костюм модели «Витязёк» имел цифровой шифр 3000 и к здоровью добавлял соответствующее количество пойнтов. В моей работе мне была важна мобильность и скрытность, поэтому от тяжёлых и массивных видов брони я отказалась. К дополнительным свойствам трёхтысячника можно было отнести увеличение силы на сто пятьдесят пойнтов, а ловкости и защиты – на целых двести десять. Такие показатели в совокупности с прокачкой моего игрового тела позволяли с лёгкостью побеждать шушеру ступеней «октябрёнок» и «пионер». А вот на своих собратьев «комсомольцев» мне ещё охотиться не доводилось.
Покрутившись перед зеркалом на центральной дверке шкафа, я удовлетворённо хмыкнула. Здесь и фигурка моя была ладная, и короткий хвостик блондинистых волос, задорно торчащий на макушке, – всё меня радовало. В игре хотелось быть симпатичной, тем более это помогало работе.
Вызвав голопланшет на правом наруче, я проверила местоположение цели. Ещё вчера мне удалось закрепить «прусака»[3] на шинели очередного нелегала. И теперь ждала, когда он выведет меня к своему барыге. В последнее время этих контрабандистов, торгующих не только пиратскими аккаунтами и цифровой дурью, но и контактами тех, кто может достать контрафактный омнигель, развелось слишком много. И если к любителям словить кайф и тем, кто попадает в игру через пиратские ключи, я относилась вполне нейтрально, то вот поставщиков контрафактного омнигеля карала жёстко и с особой изощрённостью. Так, что, даже выходя из виртуала, эти подонки ещё несколько недель отлёживались в больницах. Омни отлично передавал даже переломы костей, и насколько я знаю, парочка пойманных мной дилеров мучились именно от такого вида травм.
«Прусак» замер в кабаке с патриотическим названием «Звезда Союза», что располагался через два квартала от моей квартиры. Что ж, прогулка по ночному городу мне не повредит. Если повезёт, подвернётся возможность подкачать скиллы[4] на каком-нибудь октябрёнке-пионере или городских мобах[5].
Надев массивные сапоги, стилизованные под обувь советских солдат, только усиленные пневмоприводами для более быстрого бега и увеличенной дальности прыжков, и проверив количество дополнительных батарей к импульсному «Макарову», я вышла из квартиры, заблокировав вход на панели доступа. Вообще, вся эта футуристическая начинка в сочетании с советским антуражем смотрелась крайне сюрреалистично. Но народу, ощущающему какую-то странную ностальгию по ушедшей эпохе, нравилось.
Моя квартирка находилась в типичной хрущёвке серии 1-335, стоящей в стандартном спальном районе на окраине Тоталиграда. Я уже давно могла купить себе жильё в брежневке поближе к центру города, но мои цели чаще всего отирались именно в хрущах. Да и, в отличие от остального населения «Рассвета Советов», которое именно что проживало свою жизнь социалистического гражданина, я не гналась за комфортом игрового существования. Моей целью была зачистка игры от преступного контингента, и с его представителями моего уровня я успешно справлялась. Даже разработчики отмечали мои достижения всякого рода плюшками: то премией в ленкоинах, то дорогущей гражданской «шкуркой» для посещения ресторана, доступного только «партийцам», то эксклюзивным видом оружия. К последнему как раз относится мой энергохлыст, который уже не раз показал полезность в коротких стычках с контрабандистами.
На улице, к моему удивлению, было достаточно многолюдно. Народ праздно шатался от одного открытого кабака к другому. Между домами висели горящие красным информполосы «15 лет возрождения Советов». Я совсем забыла, что на этой неделе разработчики празднуют юбилей запуска своего детища.
– Гражданка, куда следуете? – раздался голос за спиной.
Развернувшись, наткнулась на патруль из четырёх дружинников-октябрят. Совсем забыла, что в боевом облачении в городе ходить нельзя, необходимо хотя бы плащ поверх накинуть. Ох уж эта реконструкция!
– С какой целью интересуетесь, малыши? – лениво спросила я, демонстрируя правое плечо с нашивкой в виде красного знамени и серпа с молотом на нём.
– Она «комсомолка», нам не потянуть, – тут же зашушукались «мелкушки» между собой.
– Так что? Я могу идти? – поинтересовалась я, разглядывая шмыгающих мимо прохожих, которые делали вид, будто ни меня, ни дружинников на улице нет.
– Накиньте верхнюю одежду, иначе мы будем вынуждены сдать вас в первый же опорный пункт милиции! – дрожащим голосом заявил, очевидно, считающий себя главным «октябрёнок». – Правила едины для всех!
Я оглядела ребят: трое парней и девушка, судя по демонстрируемой амуниции, играющие от силы месяц.
– Конечно, конечно! – изобразила я вежливость, вызвав инвентарь и щёлкнув по иконке модного полувоенного пальто, широкие полы которого надёжно скрывали очертания боевого скафандра. – Вы откуда такие дерзкие?
– Да почему сразу дерзкие? – возмутился предводитель этих «пернатых». – У нас задание такое, чтобы в патрулируемом квартале всё соответствовало установленным правилам игры.
– Тогда мой вам совет, причём бесплатный, – подмигнула разом всем дружинникам. – Не лезьте к комсомольцам с нравоучениями и не называйте «Советы» игрой. За первое огребёте от геймера выше уровнем, за второе – от первого попавшегося гражданина. Привыкайте воспринимать этот мир как новую реальность, если хотите тут прижиться.
– Больно надо! – фыркнула девушка, встряхнув длинными блондинистыми волосами. – Мы только недавно тут и ещё не решили, нравится или нет.
– Ладно, бывайте, товарищи октябрята! – потеряв интерес к беседе, ответила я. – Здравия Советам!
– Советам здравия! – эхом понеслось мне в спину.
Дурацкий лозунг, навязанный разработчиками как обязательное приветствие-прощание между игроками. Естественно, это требование мало кто выполнял, разве что в таких случаях, когда надо было однозначно закончить диалог.
Дальнейшая дорога до кабака «Звезда Союза» прошла практически без происшествий. Разве что у фабрики трёхрядников, на которой работяги уничтожают паллеты с мусором, выстраивая их на своих голомониторах в ряды по три и более штук, я помогла представителям пролетариата отбиться от банды бурачешей. Эти лопоухие создания ростом около полуметра и среди игроков прозванные «боевыми полметрашками» задумывались разработчиками как заменители городских крыс. Но, как обычно, что-то пошло не так, и эти твари стали сбиваться в организованные банды и даже строить небольшие колонии в заводских закоулках. Переписывать такой интересный глюк системы разрабы не стали, справедливо решив, что так даже веселее. Только растяжки повесили «Товарищи, опасайтесь бурачешей!», посчитав это достаточной мерой ограждения простых обывателей от воинствующих полметрашек.
Вот и сейчас я вызволяла бедолаг-рабочих из оцепления бурачешей как раз под такой растяжкой. Лопоушки сразу просекли, что против импульсного пистолета их копья и стрелы не потянут, и стратегически отступили, яростно осыпая меня проклятьями на своём странном языке, чем-то отдалённо напоминающем финский.
«Зафиксирован набор баллов уровня 41:37/1000, – пискнул отчёт боя на планшете. – Все системы скафа работают в стандартном режиме».
Ещё каких-то 963 балла – и я получу новый уровень «комсомольца». Самое обидное, что чем выше твой левел, тем тяжелее набирать баллы для перехода на следующий. Раньше за такую потасовку с бандой полметрашек мне бы капнула минимум сотня баллов! А тут и рост мизерный, и хабара эти чудики не оставили.
Отчитав незадачливых работяг и получив за своей души прекрасные порывы небольшую премию в ленкоинах, которая едва покроет мои расходы на батареи к «Макарову», я достигла точки назначения буквально на следующем перекрёстке.
Кабак «Звезда Союза» в противовес названию звёздностью не отличался. Располагался он в полуподвальных помещениях добротной девятиэтажки, и его голографическая вывеска с тремя красными звёздами заливала светом прилегающую территорию. Прямо у входа расположились двое забулдыг, по виду которых сразу и не скажешь – игроки или NPC[6]. Одной из особенностей полного погружения в виртуал стала возможность напиваться и получать кайф от любых видов наркотиков, напрямую стимулируя участки мозга, отвечающие за выделение соответствующих гормонов удовольствия. В итоге при абсолютно здоровом теле игроки зарабатывали психическую зависимость и мозг, неспособный адекватно реагировать на легальные источники радости. И вот как раз таки эти распространители электронной дури были одними из моих клиентов.
Откинув носком сапога перегородившую проход ногу одного из пьяниц, я спустилась в помещение кабака. Внутри было ожидаемо сумрачно, душно и накурено. Обычный бар для игроков уровней «октябрята», которые не могут позволить себе более дорогих развлечений. За барным прилавком справа от входа лениво протирал столешницу работник-NPC. У него мне ловить нечего: кроме заложенных программой диалогов, он не даст мне никакой информации.
«Прусак» на нелегале сделал своё дело – привёл к барыге, и теперь был бесполезен, так как при таком приближении к объекту переставал вообще себя отмечать на планшете. Требовалось точечное сканирование, чтобы определить, куда делся нелегал.
Решив больше не отсвечивать на входе, я прошла за единственный свободный стол практически у чёрного выхода на противоположной стороне помещения. Ожидая повышенного внимания к моей персоне – всё-таки не каждый день в такие заведения заглядывают симпатичные барышни, – я была жестоко разочарована полным игнором. Пролетариат продолжал усиленно напиваться, то ли отмечая общеигровой праздник, то ли просто прожигая свои заработанные честным казуальным[7] трудом ленкоины.
«Раз вы меня не разглядываете, значит, смотреть буду я!» – с такими мыслями активировала информационную полумаску и принялась за сканирование помещения, ища своего «прусака».
Малыш-шпион нашёлся в подсобных помещениях, куда меня точно не пустит бармен. Не стоит и пытаться. А устраивать побоище, даже оправдывая его поимкой очередного поставщика дури, мне никто не позволит. Местная служба технической поддержки, выполняющая в игре роль милиционеров, была скора на расправу: забанят на пару месяцев. Хорошо если при этом все достижения и инвентарь оставят. Поэтому я решила просто дождаться выхода своего объекта. Ну не будет же он отсиживаться в подсобке вечно?
Спустя полчаса самого нудного в жизни ожидания, за которое я успела два раза отказаться от предложения выпить с особо захмелевшими гуляками, мои страдания были вознаграждены. Хлопнула дверь служебных помещений, и на пороге показался товарищ, вид которого просто кричал: «Я то, что надо!»
Я даже руки мысленно потёрла в предвкушении разборки. Высокий худощавый мужчина, одетый в боевой скаф «пионерского» уровня с накинутым сверху пальто песочного цвета, воровато оглянулся и двинулся в мою сторону. Очевидно, он хотел покинуть кабак через аварийный выход, но, увидев меня, напряжённо замер. Согласна, маскировкой в этот раз я не озаботилась и на фоне местного контингента выглядела, как новенькая иномарка посреди распродажи старой рухляди.
В глазах торговца промелькнуло понимание, что я здесь по его душу, и дальнейшие действия барыги оказались для меня полной неожиданностью. Резко сбросив пальто, мужчина кинул в мою сторону две светошумовые обманки, рассчитанные на выведение из строя информполумасок. Деактивировать последнюю я не успела и заработала вполне очевидные дебаффы[8].
«Временные слепота и снижение слуха – 30 секунд!» – сработало голосовое оповещение «Витязька».
Так лопухнуться мог позволить себе октябрёнок или пионер, но никак не игрок моего уровня! Сквозь вату в ушах услышала хлопок расположенной рядом двери.
«Уходит, падла!» – мысленно зашипела я, поднявшись и опрокинув стол.
На ощупь бросилась к выходу и, резко рванув створку двери, вывалилась в грязный проулок. Зрение уже начинало возвращаться в норму, всё-таки обманки у барыги были не лучшего качества. Самого торговца я заметила практически на выходе из подворотни.
– А ну, стоять, мурло ты наркоманское! – заорала я что было сил, поднимаясь по ступенькам.
Одновременно вызвала из инвентаря энергохлыст и, сделав замах, оплела ногу мужчины. Резко дёрнула на себя, повалив животом на асфальт, и подтянула к себе. Этот хлыст, под кодовым названием «Молчание ягнят», помимо стандартной для такого орудия функции, отключал все системы скафов низкого уровня. Поэтому барыга сейчас в своей броне был словно килька в консервной банке – готов к употреблению.
– Ну-ка, посмотрим, что у тебя заныкано? – довольно улыбаясь, произнесла я, подтащив мужчину к стене дома и подключившись к его голопланшету на предплечье.
– Да пошла ты, стерва! – только и смог прошипеть в ответ барыга. – Чего я тебе сделал?
– Мне ничего, – уже равнодушно ответила я, всматриваясь в инвентарь мужчины. – А вот тысячам игроков уже вред нанёс.
– Я-то тут при чём? – удивлённо выгнул бровь собеседник. – Я им дурь в мозг не сую, они сами покупают и закидываются. Взрослые все люди.
Я покивала, будто соглашаясь с его словами, а сама напряжённо выискивала файлы с кодами электронных наркотиков. Но то, что я нашла, не понравилось мне ещё больше. Среди кучи абсолютно нелепых вещей, из-за которых инвентарь барыги становился похожим на свалку безумного барахольщика, нашлись указания от некоего Цеховика. Упоминания этого персонажа достаточно часто встречались в файлах других пойманных мной преступников, из чего можно было сделать вывод о его высоком положении. Значит, пора обратить внимание на этого игрока. Но сначала – выяснить, где спрятаны наркотики.
– Где прячете нычки с кодами? – спросила барыгу, подняв того за горло и со всей дурью приложив о стену.
Мужчина захрипел и, отчаянно жестикулируя, показал, что готов сотрудничать. Я ослабила давление ровно настолько, чтобы он мог ответить на вопрос.
– На фабрике казуальщиков[9]!
– Ты мне зубы не заговаривай, – прошипела я. – Здесь все фабрики казуальные!
– Так это, фермеров! – мужчина предпринял отчаянную попытку вырваться, но мои рефлексы, усиленные параметрами скафа, не позволили ему этого сделать. – Клубничный цех! – прокричал он.
И снова я поплатилась за излишнюю самоуверенность. Не заметила, что хлыст соскользнул с ноги барыги, и к тому вернулась способность двигаться. Внезапный удар под рёбра напрочь снёс щиты у «Витязька».
«Показатели защиты 0/210», – лаконично вывелся отчёт на наруч.
Я повалилась на грязный тротуар, с удивлением наблюдая, как казавшийся ранее относительно слабым игроком барыга встаёт надо мной с ломом, носящим говорящее название «Нет приёма». Редкое оружие и, в отличие от простых фомок, с ходу снимает все баффы[10] защиты, оставляя атакуемого только с собственноручно прокачанными показателями. Непростой товарищ мне попался, однако!
– Теперь не такая смелая, да? – злобно оскалился мужчина, материализуя во второй руке такой же «Макаров», как у меня. – Ну ничего, возвращение в «октябрята» научит тебя держать свой прекрасный носик подальше от дел серьёзных людей.
И тут-то до меня дошло, что, несмотря на «пионерские» скаф и значок, торговец явно имел минимум «комсомольский» уровень. Такое наглое введение в заблуждение в игре считалось читерским[11] , но наказать нарушителей не представлялось возможным.
Сгруппировавшись, я откатилась к стене девятиэтажки, но всё равно пропустила первый выстрел, угодивший прямо между лопаток.
«Падение уровня здоровья! «Витязёк» 1500/3000, игрок Искра 1727/3465! Снижение мобильности на 40%», – сообщил отчёт.
«Это что ж у него за патроны такие убойные?» – промелькнуло в голове.
– Куда же ты, карательница доморощенная? – ехидно поинтересовался мужик. – Думаешь, твои действия останутся незамеченными? А, Искра?
Прижавшись к стене дома, я испуганно оглянулась. Он знал, кто за ним придёт! Это ловушка конкретно для меня, а значит, передо мной не торгаш, а элита бойцов местного бандформирования. Насколько же я им поперёк горла встала, раз решили послать за мной ликвидатора?
Мужчина угрожающе надвигался на меня, а я судорожно пыталась поднять руку с зажатым пистолетом. Полученный удар в спину здорово снизил физическую активность.
– Бай-бай, девочка! – охотник навёл ствол мне в лоб. – «Советы» детям не игрушка!
Но прежде, чем он успел спустить курок, кто-то сзади обхватил его за горло и резким поворотом сломал шею. Мужчина кулём упал на заплёванный асфальт. Не умер, конечно, но на пару часов выбыл из строя.
А за ним стоял, злобно сверля меня уставшими глазами, Артемий Котов, мой бывший муж.