Czytaj książkę: «Между мирами»

Была бы задница, а приключения на нее всегда найдутся!

– Макс Фрай

Вместо введения.

Многим известно, что магии не существует. Я тоже это знаю, но любые фантастические книги говорят об обратном.

Это был один из тех дней, которые называют неудачными. Вы спросите почему? Я отвечу: меня уволили с работы. Как обычно, я забыла поесть, и, пока искала работу, не успела поспать. Когда зашла в любимую кофейню с красивыми потертыми бархатными диванами, меня облили кофе, затем я обнаружила, что забыла ключи. А сейчас я занимаюсь поиском новой работы, чтобы не остаться совсем без денег.

Громкий звонок телефона отвлек меня от дальнейших размышлений.

– Привет, Эва! Как дела? – Донесся из динамика знакомый голос.

– Привет, мам. Все хорошо.

– Почему ты говоришь это таким уставшим голосом?

– Потому что ждала именно этот вопрос, – улыбнувшись, сказала я.

– Всё же, ты чем-то расстроена? – не переставала спрашивать мама.

– Мам, меня уволили.

– Значит, ты придешь работать в нашу компанию! – Значительно веселее сказала мама.

Наша семья управляет сетью фирм. Я бы хотела работать в офисе, ведь это спокойная работа, хотя и немного скучная, моя неуклюжесть там ничего не испортит. Есть одно «но». Мой отчим обязательно, не без уговоров мамы, поставит меня на высокую должность, а этого я не хочу.

Как одна из причин моего нехотения – ненавижу, когда говорят «ой, молодец какая, папочка работу дал, а сама, наверное, ничего не заешь и не умеешь»

– Что ты решила?

– Мама, ты же знаешь, что я отвечу.

– Ты снова скажешь «нет», но…, – не успела договорить она.

– Мам?

– …

– Что произошло?!

– …

Я не понимала, что происходит и быстро побежала к маме. Я точно знала, что она в офисе, поэтому бежала туда, не смотря на усталость.

Когда я подбегала к зданию, увидела «Скорую». В нее на носилках ввозили человека. Не знаю почему, но при виде этой картины мои глаза наполнились слезами. Когда я подошла к «Скорой» и спросила, кого они увозят, от ответа врача я застыла от шока. Сзади ко мне подошел отчим и приобнял. Я стала вырываться и просилась к маме, но он не отпускал меня.

Позже я узнала, что у мамы случился инсульт, как уже понятно, с летальным исходом.

Я постоянно сидела в комнате, пылинки танцевали в лучах солнца из прорезей жалюзи, а в голову то и дело лезли мысли.

А что, если бы я тогда была рядом. Может ее смерти можно было избежать? Если бы я согласилась работать в этом угрюмом, сером офисе, я бы могла быть ближе к маме и, возможно, этого бы не произошло.

Через некоторое время у меня началась, как это называют, посттравматическая депрессия. Мама была для меня всем, хотя я не часто проявляла ответные эмоции, а тут ее не стало… не знаю, о чем мне думать. Всю неделю до похорон я провела у себя в комнате, не было желания никуда выходить или с кем-то общаться.

После я еще неделю просидела дома, думая о будущем, что я буду делать, как буду жить дальше с осознанием потери матери.

Единственное, что утешало, так это то, что отчим сначала пытался со мной поговорить, успокоить, но, когда понял, что это бесполезно, лишь отдал мне мамину любимую цепочку с подвеской. Эта цепочка была на ней всегда, сколько себя помню, но в тот день она ее не надела.

Может ли быть такое, что она что-то знала?

1***

Перенесемся на некоторое время назад и в другой мир

Я сидел в своем кабинете, когда в дверь постучали. По голосу я понял, что за дверью стоит мой преданный дворецкий. Вообще-то он дворецкий всей моей семьи, но много лет назад всех, кроме меня, убили. Я стараюсь не вспоминать тот день, хотя, как это забудешь?

– Простите, можно войти?

Ох, похоже, что я задумался.

– Да, конечно, проходи.

– Сэр, сейчас у вас встреча с леди…

Последних слов я не расслышал, потому что в комнату влетела девушка с розовыми волосами и зелеными глазами, в пышном платье, оттенком немного ярче ее волос. На платье были темно-зеленые банты и изумруды.

– Деррик! Я так рада тебя видеть!

– Леди Беруда, прошу вас, обращайтесь уважительнее…

– Ничего, Рел, мне наскучил уже этот официоз.

– Извините, я пойду.

Я кивнул в знак согласия. Релторрен вышел. Я встал, чтобы обнять подругу.

– Деррик, а где же тот твой друг? – спросила она, и слово «друг» прозвучало так, будто она съела перед этим сотню лимонов.

Я усмехнулся про себя. С Аланом мы дружим с детства, но Пиро, как аристократка в энном поколении, не может себе позволить дружбу с простолюдином. Или, как она любит говорить, «с сыном какого-то купца».

Точно! Ведь скоро должен прийти Алан, как же я мог забыть!

Я бросил взгляд на дверь. Неприятная ситуация. И ведь не выгонишь аристократку. Ладно…

– Деррик Алред! – донеслось до меня.

– А? Что? – я постарался придать лицу самое невинное выражение. – Я тебя внимательно слушал.

– Ну да, конечно, – фыркнула она. – И ты, конечно, услышал, что я приглашаю тебя завтра на празднество?

– Да, конечно, я приду, – ляпнул я, не подумав.

Пиро просияла так, будто я только что подарил ей корону. И тут до меня дошло.

– Прости, но я всё прослушал, – признался я. – Не скажешь ещё раз, по какому поводу празднество?

– Так я и знала! – она ткнула меня пальцем в грудь. – Ты всё прослушал, но уже согласился, так что отказаться не сможешь!

– Сейчас откажусь, если не скажешь!

– Ладно, ладно. – Она сделала паузу, явно наслаждаясь моментом. – Это званый ужин в честь нашей помолвки.

– Чего?

Тишина повисла в комнате такая, что я слышал, как потрескивают свечи.

– Нуу… – Пиро отвела взгляд. – Тетушка сказала, что аристократы не могут так долго «просто дружить». И сказала, что всё нужно брать в свои руки…

– И ты, конечно же, согласилась? – спросил я, хотя ответ был очевиден.

Она молчала. Впервые в жизни я видел её такой растерянной. Пиромина Беруда, которая всегда знает, что сказать, которая всегда на три шага впереди, стояла передо мной и теребила кружево на платье.

Я вздохнул и отошёл к окну. За стеклом раскинулся сад – тот самый, где мы в детстве играли в принца и принцессу. Она была принцессой. Я был принцем, который её спасал.

Мы дружим очень долго. Она красива, умна, умеет подать себя. Её с детства учили быть «леди совершенство». Но чего-то ей всё равно не хватает. Того, что цепляет. Она как кукла – идеальная, но пустая внутри.

– Но ты ведь придешь, Диро?

Я вздрогнул. Диро. Давно я не слышал, чтобы меня так называли.

Развернулся и пошёл к столу, делая вид, что занят бумагами.

– Извини, Пиро, но разговор окончен. Рел, выведи леди и сопроводи до повозки!

Релторрен появился в дверях мгновенно, будто только и ждал команды. Он аккуратно взял Пиро под локоть и повёл к выходу.

– Увидимся завтра, леди Беруда, – бросил я, не оборачиваясь.

– Но, Диро…

Дверь закрылась, и её голос стих.

Я опустился в кресло и закрыл глаза. Помолвка. С Пиро. Как вообще до этого дошло?

Мысли путались. Перед глазами встало её лицо в тот момент, когда она сказала «Диро». В её взгляде было что-то… настоящее. Наверное, впервые за много лет.

– Тьфу, – я тряхнул головой. – Рел!

– Да, господин?

– Алан ещё не пришёл?

– Уже подходит, господин. Я провожу его, как только он появится.

Я кивнул и снова уставился в окно.

Помолвка. С ума сойти.

2***

Спустя какое-то время в дверь снова постучали.

– Войдите.

– Привет, Алан! – я встал ему навстречу. – Как жизнь? Как дети?

– Какие дети, Деррик? – Алан снял плащ и бросил его на спинку стула. – Я, конечно, понимаю, мне уже двадцать два, но ты о чём?

– Ладно, ладно, извини. – Я усмехнулся. – У меня, кстати, для тебя две новости.

– Хорошая и плохая?

– Ну… насколько я тебя знаю, то плохая и ещё хуже.

– От тебя другого и не ожидалось, Деррик! – Алан плюхнулся в кресло и закинул ногу на ногу. – Ну, что там у тебя?

– В общем, сейчас приходила Пиро…

– Мне уже не нравится, – перебил Алан, но я продолжил:

– Так вот, приходила Пиро и заявила мне, что у неё в поместье на днях состоится празднество.

– О Единый! – Алан закатил глаза. – У них там каждый второй день какие-то празднества. Ну а в этот раз какой повод?

Я помедлил.

– Нуу… она сказала, что оно состоится в честь помолвки.

– В СМЫСЛЕ?! – Алан аж подскочил. – КАКОЙ ПОМОЛВКИ?!

– Моей с ней…

– …

– Но! – я поднял палец. – Я пойду туда, чтобы отказаться от неё!

Алан смотрел на меня так, будто у меня выросла вторая голова. Глаза его стали размером с две золотые монеты.

– Ты готов к ещё худшей новости для тебя? – спросил я, чувствуя, как губы сами расплываются в улыбке.

– Нет!

– Значит – да! – я хлопнул его по плечу. – В общем, мало того, что ты идёшь со мной…

– Стой! Прошу, не продолжай!

– …так тебе ещё и придётся одеться в самый лучший наряд!

– Надеюсь, не в платье? – с подозрением прищурился Алан.

– Я подумаю, – ответил я, и в глазах у меня заплясали озорные огоньки.

– В смысле – подумаешь?!

– Ну, ты же меня знаешь. – Я развёл руками. – И не такое придумать могу.

– Деррик…

– Что?

– Зови врача!

– …

– Меня сейчас инфаркт хватит! – Алан схватился за сердце. – Вот уже сердце болеть начинает! Кажется, температура поднялась! Ой, я заболел, кажись!

– Нет, дружище, не прокатит. – Я покачал головой. – Но над актёрским мастерством можешь ещё поработать.

– Потрясающе… – простонал Алан, падая обратно в кресло.

Мы помолчали. Я смотрел на друга и думал о том, как мне повезло, что он есть. Алан – единственный, с кем я могу быть собой. Не герцогом, не наследником, не «тенью короны». Просто Дерриком.

– Если серьёзно, – тихо сказал я. – Ты пойдёшь со мной?

Алан вздохнул и посмотрел на меня. В его глазах мелькнуло что-то тёплое.

– Конечно, пойду. А то как же! Не увидеть такого представления? Как смешно!

Я улыбнулся.

– Спасибо.

– Обращайся.

Мы ещё немного пообсуждали завтрашний день, и Алан ушёл. А я остался сидеть в кабинете, глядя на догорающие свечи.

Зачем я вообще во всё это ввязался?

Ответа не было.

3***

И вот настал день празднества.

Я сидела перед зеркалом и смотрела на своё отражение. Платье – белое, с серебряной вышивкой, украшенное жемчугом – сидело идеально. Волосы уложены в высокую причёску, с мелкими цветами, которые тётя выбрала сама. Даже драгоценности подобраны со смыслом: изумруды, к семейному цвету.

Кукла. Я выглядела как кукла.

– Пиромина! – в комнату влетела тётушка Грейс, сверкая довольной улыбкой. – Ты просто чудо! Герцог упадёт к твоим ногам.

– Тётя… – начала я, но она уже раздавала указания служанкам.

– Ленты поправьте! Цветы! Нет, не так, левее! О, дорогая, сегодня вечером ты станешь самой счастливой девушкой в королевстве.

Я промолчала. Спорить с тётей, когда она в таком настроении, было бесполезно.

– Тётя Грейс, – осторожно сказала я, когда служанки на мгновение вышли. – А если он… если Деррик не захочет?

Она резко обернулась. Взгляд её стал острым, как лезвие.

– Не захочет? Глупости. Вы друзья детства, он к тебе привязан. А мы… мы сделаем всё, чтобы он понял: этот союз выгоден всем. Ты же хочешь, чтобы наш род занял достойное место?

– Хочу, – ответила я, и это была правда.

Но внутри всё сжималось от страха.

Гости начали съезжаться ещё засветло. Я слышала шум из окна: стук колёс, ржание лошадей, приветственные крики дворецких. Зал внизу уже наполнялся людьми – нарядными, шумными, чужими.

Я стояла у окна в своей комнате и смотрела, как солнце садится за деревья. Скоро. Скоро он приедет.

Воспоминания нахлынули сами собой.

– А если дракон будет слишком большой? – маленький Деррик, лет семи, стоял, уперев руки в бока, и пытался выглядеть серьёзно.

– Тогда ты его победишь! – я, в том же возрасте, сжимала деревянный меч, который он мне дал. – Ты же принц!

– А ты принцесса. Принцессы не воюют.

– Тогда я буду принцессой, которую спасают. Но ты должен меня спасти, договорились?

Он кивнул и протянул мне руку. Так мы играли всё детство – он спасал, а я ждала спасения.

Глупая.

– Юная госпожа, – голос Элис вырвал меня из прошлого. – Пора спускаться. Гости почти все в сборе.

Я глубоко вздохнула, поправила платье и вышла.

Зал встретил меня гулом голосов и жаром сотен свечей. Я скользила между гостями, улыбалась, кивала, обменивалась ничего не значащими фразами. Всё как всегда.

Но внутри сердце колотилось так, что, кажется, его стук слышали все вокруг.

Где он?

– Леди Пиромина, вы сегодня ослепительнее всех в этом зале! – маркиза Вэйд, кажется, искренне восхищалась.

– Благодарю, маркиза.

Я повернулась к выходу и замерла.

Деррик.

Он вошёл в зал вместе с Аланом. На нём был серый костюм, идеально сшитый, с синим бантом, на котором переливался камень. Белые волосы, красная прядь у лица – и это лицо, такое спокойное, такое родное.

Он оглядывал зал, словно искал кого-то. Меня?

– Иди к нему, – шепнула тётя, незаметно подтолкнув меня в спину. – Иди, девочка.

Я сделала шаг. Потом другой. И вдруг поняла, что не могу пошевелиться. Ноги будто приросли к полу.

Алан что-то сказал Деррику, и тот посмотрел в мою сторону. Встретился взглядом.

И улыбнулся.

Так, как улыбался в детстве, когда мы играли в саду. Тепло, открыто, по-настоящему.

У меня внутри всё растаяло.

Я пошла к нему. Быстрее. Ещё быстрее. Гости расступались, кто-то что-то говорил, но я ничего не слышала.

– Деррик! – выдохнула я, оказавшись рядом. – Я так рада тебя видеть!

Он улыбнулся шире, и в этот момент я поверила: всё будет хорошо. Он поймёт. Он согласится.

Ведь это же Деррик.

Мой Деррик.

4***

Зал утопал в свете сотен свечей. Их огоньки отражались в драгоценностях гостей, в полированном дереве длинных столов, в хрустале бокалов. Здесь было шумно, нарядно, душно – всё как я ненавидел.

– Деррик, ты сегодня просто прелесть! – прощебетала Пиромина, появляясь передо мной словно из ниоткуда.

– Ах, спа…

Она увидела Алана. И осеклась. Всего на мгновение, но я заметил. Что-то мелькнуло в её взгляде – удивление? растерянность?

– …сибо, – закончила она, но прозвучало это уже совсем не так, как начиналось.

Мы стояли и смотрели друг на друга. Вокруг гудели гости, кто-то смеялся, звякали бокалы, а между нами повисла такая тишина, что я слышал собственное дыхание.

– Приветствую вас, леди Пиромина, – процедил Алан с каменной вежливостью. – Выглядите великолепно.

– Здравствуй, – ответила она, не сводя с меня глаз. – Спасибо. Сегодня просто… немного носик припудрила.

Я едва сдержал улыбку. Вечно она острит, когда волнуется.

– Я прошу прощения, но мы тут ненадолго, – сказал я, чувствуя, как напряжение в воздухе становится почти осязаемым.

Пиромина перевела взгляд с меня на Алана и обратно. И вдруг на её лице мелькнуло что-то похожее на облегчение. Будто она поняла, зачем я здесь, и… испугалась? Или обрадовалась?

«Ох, Диро, ты меня спас! – читалось в её глазах. – Теперь он сам всё расскажет тетушке».

– Тогда для какого дела вы тут? – спросила она с вызовом, но голос дрогнул. – Может, отужинаете хотя бы?

– Нет, мы не голодны, благодарю, – ответил я и, набрав в грудь побольше воздуха, добавил: – Я лишь хотел сказать…

Я замялся. Тётушка Грейс стояла в двух шагах и смотрела на меня с таким выражением, будто уже всё знала. Чёрт. Если я скажу это сейчас, при всех, обратной дороги не будет.

А какая, собственно, разница? Её всё равно нет.

– Сказать о чём? – Грейс шагнула ближе, и в её голосе послышались стальные нотки.

– Я отказал Пиромине в помолвке! – сказал я. Громко. На весь зал.

Тишина упала как топор. Где-то звякнул упавший бокал, кто-то ахнул, но все эти звуки доносились будто сквозь вату. Я смотрел на Пиромину и видел, как её лицо медленно белеет.

«Прости», – хотел сказать я, но слова застряли в горле.

Гости замерли. Кто-то смотрел на меня с ужасом, кто-то с любопытством, кто-то с плохо скрываемым злорадством. А тётушка Грейс побелела так, что я испугался, как бы ей и правда не стало плохо.

Пиромина стояла не двигаясь. Только губы её дрожали, и в глазах медленно набухали слёзы.

Я сделал шаг к ней. Один. Второй.

И вдруг она кинулась ко мне. Обхватила руками за шею, прижалась так сильно, будто хотела стать частью меня. Я растерянно замер, не зная, что делать.

– Какая же ты всё-таки эмоциональная! – прошептал я, чувствуя, как её слёзы капают мне на плечо.

Наклонился к уху и добавил совсем тихо, чтобы никто не слышал:

– Пусти, задушишь ведь…

Она отстранилась. Её глаза – огромные, зелёные, мокрые – смотрели на меня с такой болью, что у меня внутри всё перевернулось.

– Ты идиот, Деррик! – крикнула она так, что, кажется, в соседнем крыле было слышно. – Самый настоящий идиот!

И выбежала из зала.

Я стоял и смотрел ей вслед. В голове было пусто. Только одна мысль билась, как раненая птица:

«Почему? Что я сделал не так?»

– Деррик, – прошипел Алан, дёргая меня за рукав. – Нам пора. Немедленно.

Я очнулся. Кивнул. И, не глядя на гостей, на тётушку Грейс, которая, кажется, собиралась упасть в обморок, на весь этот чёртов праздник, быстро пошёл к выходу.

В спину летел шёпот. Но мне было всё равно.

– Прошу прощения за испорченный вечер, – бросил я на ходу, даже не обернувшись. – У меня остались важные дела.

Какие дела – я понятия не имел. Но оставаться здесь больше не мог.

5***

– Деррик! – начала леди Грейс, и её голос эхом разнёсся по залу. – Вы с Пироминой поссорились?

– Ну что вы, нет, – ответил он с такой лёгкостью, будто речь шла о погоде. – Просто… как я могу быть помолвлен на подруге детства?

Тишина стала тяжёлой, почти осязаемой. Я смотрела на него и не верила своим ушам. Подруга детства? Это всё, что я для него?

А потом слёзы хлынули сами – я даже не успела их остановить. Кинулась к нему, обняла, прижалась изо всех сил, чтобы он почувствовал, как мне больно. Чтобы понял.

– Какая же ты всё-таки эмоциональная! – прошептал он мне на ухо, и я услышала в его голосе что-то похожее на нежность.

«Пусти, задушишь ведь…» – едва слышно добавил он, и я отстранилась. В глазах всё плыло, но я видела его лицо – растерянное, встревоженное. Он правда не понимал.

«Почему она плачет?» – читалось в его взгляде.

– Ты идиот, Деррик! – выкрикнула я, срывая голос. – Самый настоящий идиот!

И побежала. Просто бежала, куда глаза глядят, лишь бы подальше от этого зала, от этих людей, от него.

Коридоры поместья сменяли друг друга, а я всё бежала, пока не выдохлась. Остановилась у какого-то окна, прижалась лбом к холодному стеклу и попыталась отдышаться.

«Идиотка, – подумала я о себе. – Чего ты ждала? Что он растает от твоих чувств? Он же Деррик. Он ничего не видит дальше своих бумаг и долга».

Где-то вдалеке хлопнула дверь. Голоса гостей постепенно стихали – праздник был безнадёжно испорчен.

Я вытерла слёзы и побрела в свою комнату. Нужно было собраться с мыслями. Или хотя бы просто дойти, не упав по дороге.

У дверей меня ждала Элис. Она молча взяла меня за руку и завела внутрь.

– Я сейчас вернусь, госпожа, – тихо сказала она. – Принесу воды.

Я кивнула и опустилась на кровать, глядя в одну точку.

«Что теперь будет? Тётя Грейс… она этого так не оставит. А Деррик…»

Мысли путались, и я даже не заметила, как задремала.

Проснулась от тихого стука. За окном уже стемнело.

– Войдите, – хрипло сказала я.

Вошёл посыльный – молодой парень в форме городской стражи Эвандола. Откуда он здесь?

– Госпожа, это послание вам прислал Гельт, – он протянул конверт.