Recenzje książki «В ЧЁРНОМ КВАДРАТЕ», 3 opinie
Эта книга — смелое исследование кризиса современной культуры и сознания. Философско-эстетическое расследование того, как и почему гуманизм, просвещение и прогресс в современном мире утратили доверие. В книге хорошо прослеживается как ранее провозглашенные цели — моральный прогресс, торжество разума, всеобщее благополучие — на практике оказались не тем, чем казались.
В книге звучат вопросы что же произошло с искусством и культурой за последние сто лет, откуда же взялся авангард. Это те вопросы, которые я нередко обсуждала с семьей, потому что многое современное искусство для меня не кажется чем-то гениальным.
Автор отмечает, что в Новое время гуманизм стал главным идеалом, мерой успеха которого был прогресс, а средством достижения — просвещение. Современное общество даже достигнув успехов в науке и технике не стало моральнее или счастливее. Просвещение в массовом исполнении обернулось размыванием глубины знаний: научные истины, предназначенные возвысить человека, будучи распространены повсеместно, частично потеряли свою ценность. Автор напоминает, что просветители верили — стоит донести знание до каждого, и человечество станет разумнее и добрее. Но реальность сложнее: даже самые образованные люди способны творить зло, а распространение образования не избавило мир от пороков.
Алексей Белозерский связывает упадок элитарных идеалов с расцветом массовой культуры. Желание сделать культуру доступной каждому обернулось тем, что планка содержательности неизбежно снизилась до уровня понятного массам. Автор приводит примеры из искусства: в прошлом ценность живописи Рембрандта понимали лишь немногие, лично пережившие эстетическое откровение, а большинство остальных просто знали из школы, что это великое искусство. Но в 20 веке появилась критическая масса публики, готовой соглашаться с любыми новаторскими выходками художников — так стал возможен художественный авангард. Достаточно стало активному меньшинству провозгласить новым искусством черный квадрат на холсте, а большинству — поверить и повторить эти мысли. Ценность произведения или идеи начинает определяться не её истинной глубиной, а популярностью. Белозерский не без горечи отмечает, что современность бессильна устоять перед мягкой, всепроникающей силой влияния толпы.
Рост поп-культуры предстаёт у автора как симптом того, что общество предпочитает лёгкое и развлекательное — ведь оно усреднённо понятно всем — сложному и требующему размышления. При этом автор не голословен: он напоминает труды мыслителей, предвидевших эту ситуацию. Ещё Руссо предупреждал, что прогресс может повлечь моральную деградацию, а Герберт Маркузе писал о манипулятивной силе СМИ, оглупляющей массы.
Одно из самых тревожных наблюдений Белозерского — это то, как в современном мире размываются сами понятия истины и знания. Автор убедительно показывает, что в эпоху интернета информация обесценивается от избытка и доступности. Когда у каждого в кармане смартфон, а Google на запрос выдаёт короткий видеоролик вместо вдумчивого трактата, средний человек привыкает довольствоваться малым. Книга блестяще демонстрирует: то, что поддержано большинством или навязано через масс-медиа, объявляется правильным по факту своей популярности. История знает множество примеров, когда общественный консенсус провозглашал что-то абсолютной истиной, а спустя годы признавал это ошибкой. Таким образом, подмена истины общим мнением — один из центральных пороков нашего времени, вскрытых в книге.
Стиль изложения Алексея Белозерского можно охарактеризовать как интеллектуальный, написанный в стиле эссе, но при этом достаточно живой и доступный думающему читателю. Автор не прячется за сухой академичностью — напротив, он пишет от первого лица, делясь личными наблюдениями и эмоциями. Такой прием делает текст человечным, чувствуется, что книгу писал живой человек, а не сухой теоретик. При всём субъективном начале, изложение остаётся логичным и структурированным. Белозерский не претендует на строгую научность — он сам оговаривает, что книга задумана как свободное эссе, а не исследование по всем канонам науки.
Стиль письма насыщен отсылками к истории идей и культуре: встречаются упоминания Руссо, Шопенгауэра, Маркузе, Владимира Соловьёва — всё это свидетельствует о широкой эрудиции автора. Эти ссылки вплетены органично и не превращают текст в свалку цитат. Язык Алексея Белозерского образный, меткий, местами ироничный. Он не чурается ярких метафор и сравнений. Например, рассуждая о современном образовании, автор явно с иронией перечисляет экзотические вузовские специальности и подразумевает их бессмысленность.
Эта книга дала мне своеобразную теоретическую базу под ощущения, которые прежде были разрозненными. Многие мысли очень точно передали мои ощущения. Откликнулись мне размышления автора о поп-культуре и искусстве. Конечно, не обошлось и без внутреннего спора с автором. В некоторых главах чувствуется довольно пессимистический настрой, я же все-таки хочу стараться думать больше в оптимистическом ключе. Да, массовое сознание упрощает культуру, но всё же и в наше время остаются островки глубины — не стоит, на мой взгляд, совсем хоронить гуманизм. Некоторые явления массовой культуры могут быть мостиком к более сложным вещам. Текст пробуждает мысли, заставляет искать контраргументы, спорить, а значит, он явно небезразличен.
"В черном квадрате" — глубокая и провокационная работа. Автор сумел соединить историко-философский анализ с живым авторским голосом. Конечно, текст потребует от читателя определённой вдумчивости – тут нет развлекательной легкости поп-литературы, да и не должно быть. Зато вознаграждением станет расширение горизонта: после этой книги начинаешь острее замечать вокруг проявления той самой эры упрощения, о которой предупреждает автор.
Эта книга — смелое исследование кризиса современной культуры и сознания. Философско-эстетическое расследование того, как и почему гуманизм, просвещение и прогресс в современном мире утратили доверие. В книге хорошо прослеживается как ранее провозглашенные цели — моральный прогресс, торжество разума, всеобщее благополучие — на практике оказались не тем, чем казались.
В книге звучат вопросы что же произошло с искусством и культурой за последние сто лет, откуда же взялся авангард. Это те вопросы, которые я нередко обсуждала с семьей, потому что многое современное искусство для меня не кажется чем-то гениальным.
Автор отмечает, что в Новое время гуманизм стал главным идеалом, мерой успеха которого был прогресс, а средством достижения — просвещение. Современное общество даже достигнув успехов в науке и технике не стало моральнее или счастливее. Просвещение в массовом исполнении обернулось размыванием глубины знаний: научные истины, предназначенные возвысить человека, будучи распространены повсеместно, частично потеряли свою ценность. Автор напоминает, что просветители верили — стоит донести знание до каждого, и человечество станет разумнее и добрее. Но реальность сложнее: даже самые образованные люди способны творить зло, а распространение образования не избавило мир от пороков.
Алексей Белозерский связывает упадок элитарных идеалов с расцветом массовой культуры. Желание сделать культуру доступной каждому обернулось тем, что планка содержательности неизбежно снизилась до уровня понятного массам. Автор приводит примеры из искусства: в прошлом ценность живописи Рембрандта понимали лишь немногие, лично пережившие эстетическое откровение, а большинство остальных просто знали из школы, что это великое искусство. Но в 20 веке появилась критическая масса публики, готовой соглашаться с любыми новаторскими выходками художников — так стал возможен художественный авангард. Достаточно стало активному меньшинству провозгласить новым искусством черный квадрат на холсте, а большинству — поверить и повторить эти мысли. Ценность произведения или идеи начинает определяться не её истинной глубиной, а популярностью. Белозерский не без горечи отмечает, что современность бессильна устоять перед мягкой, всепроникающей силой влияния толпы.
Рост поп-культуры предстаёт у автора как симптом того, что общество предпочитает лёгкое и развлекательное — ведь оно усреднённо понятно всем — сложному и требующему размышления. При этом автор не голословен: он напоминает труды мыслителей, предвидевших эту ситуацию. Ещё Руссо предупреждал, что прогресс может повлечь моральную деградацию, а Герберт Маркузе писал о манипулятивной силе СМИ, оглупляющей массы.
Одно из самых тревожных наблюдений Белозерского — это то, как в современном мире размываются сами понятия истины и знания. Автор убедительно показывает, что в эпоху интернета информация обесценивается от избытка и доступности. Когда у каждого в кармане смартфон, а Google на запрос выдаёт короткий видеоролик вместо вдумчивого трактата, средний человек привыкает довольствоваться малым. Книга блестяще демонстрирует: то, что поддержано большинством или навязано через масс-медиа, объявляется правильным по факту своей популярности. История знает множество примеров, когда общественный консенсус провозглашал что-то абсолютной истиной, а спустя годы признавал это ошибкой. Таким образом, подмена истины общим мнением — один из центральных пороков нашего времени, вскрытых в книге.
Стиль изложения Алексея Белозерского можно охарактеризовать как интеллектуальный, написанный в стиле эссе, но при этом достаточно живой и доступный думающему читателю. Автор не прячется за сухой академичностью — напротив, он пишет от первого лица, делясь личными наблюдениями и эмоциями. Такой прием делает текст человечным, чувствуется, что книгу писал живой человек, а не сухой теоретик. При всём субъективном начале, изложение остаётся логичным и структурированным. Белозерский не претендует на строгую научность — он сам оговаривает, что книга задумана как свободное эссе, а не исследование по всем канонам науки.
Стиль письма насыщен отсылками к истории идей и культуре: встречаются упоминания Руссо, Шопенгауэра, Маркузе, Владимира Соловьёва — всё это свидетельствует о широкой эрудиции автора. Эти ссылки вплетены органично и не превращают текст в свалку цитат. Язык Алексея Белозерского образный, меткий, местами ироничный. Он не чурается ярких метафор и сравнений. Например, рассуждая о современном образовании, автор явно с иронией перечисляет экзотические вузовские специальности и подразумевает их бессмысленность.
Эта книга дала мне своеобразную теоретическую базу под ощущения, которые прежде были разрозненными. Многие мысли очень точно передали мои ощущения. Откликнулись мне размышления автора о поп-культуре и искусстве. Конечно, не обошлось и без внутреннего спора с автором. В некоторых главах чувствуется довольно пессимистический настрой, я же все-таки хочу стараться думать больше в оптимистическом ключе. Да, массовое сознание упрощает культуру, но всё же и в наше время остаются островки глубины — не стоит, на мой взгляд, совсем хоронить гуманизм. Некоторые явления массовой культуры могут быть мостиком к более сложным вещам. Текст пробуждает мысли, заставляет искать контраргументы, спорить, а значит, он явно небезразличен.
"В черном квадрате" — глубокая и провокационная работа. Автор сумел соединить историко-философский анализ с живым авторским голосом. Конечно, текст потребует от читателя определённой вдумчивости – тут нет развлекательной легкости поп-литературы, да и не должно быть. Зато вознаграждением станет расширение горизонта: после этой книги начинаешь острее замечать вокруг проявления той самой эры упрощения, о которой предупреждает автор.
Если кто-то пишет серьёзную книгу о чёрном квадрате, это не может быть «пустота» или «ничего»! Эта книга кажется мне чёрной дырой, настолько плотной, что понимаешь, что разумного выхода нет. Эта книга не о искусстве, а является крайне политическим манифестом. Когда речь идёт о определении того, что такое искусство, это лингвистический вопрос, а не политический.
Кажется, что она написана с целью противостоять многим формам искусства, которые автору не нужны, потому что они не соответствуют его неизвестным критериям. Однако очевидно, что искусство, принадлежащее «l'art pompier», строго соблюдающее официальные правила, не особо ценится большинством арт-критиков и широкой публики. Неуместно снова выступать против «entarte Kunst».
