Ная Геярова

пролитая жидкость зашипела, покрылась пузырями. Символы, нарисованные мелом, начали растекаться, стягиваясь тонкими извилистыми

ли я сделать это снова? Когда придет следующий всполох? Когда все они направятся в тот самый поход? Я

пробудилось зло, – протянул ректор. – Вы не

метнул на меня мрачный взгляд. – Не смей звать меня пушистиком, чешуйчатый!

добротой. – Всегда пожалуйста. Но постарайтесь в будущем

условиях платят! – Ы–ы–ы–ы! –

презрением. Шикта ухмыльнулась ещё шире, скользя по нашей небольшой команде насмешливым взглядом