Маша Малиновская

всякий случай готовлю табель на случай твоего внезапного отпуска в дурдоме. – Спасибо за заботу, – фыркаю, закатывая глаза. Тома как всегда.

можешь? – он присаживается на край дивана, опираясь локтями на колени. Его взгляд цепляется за меня, как острые крючки. Я молчу. Отвечать невозможно. Всё, что я скажу, он перевернёт против меня.

Что происходит?.. – Некогда объяснять. Надо уходить, – он хватает

его руку. Он возникает спонтанно, неосознанно, и я едва успеваю одёрнуть себя. Пока идём по мягкому бежевому ковру к стойке регистратора брака, у

командой с тем, кто сначала прогнал тебя по лесу, а потом измывался своими дурацкими заданиями,

– Любовь Андреевна, вы правда классная, – улыбается Игорь. – В классе все говорят, что мне повезло. – А ты тут причём? – Мирон вскидывает брови, глядя на сына. – Как причём? – тот идеально копирует это выражение. Отец и сын – не ошибиться. – Это тебе она жена будет. А мне мамка. Мне больше повезло. Мирон смеётся, обнимая его за плечо, и я тоже не могу сдержать улыбку. – Ты красавчик, мелкий, – говорит

пытаясь унять бешеный ритм сердца. – Спи, – глухо бросает он, его голос хриплый

мрачные сценарии. Может, к отчиму пришли за долгами? Или

прикинь, я забыла рассказать своим родителям, что богатый мужик купил меня и при первой встрече сказал встать на колени и отсосать, не снимая корону.