Лена Обухова

жидкость внутри него тоже походила на коньяк, налили ее туда щедро, как какой-то сок. Отхлебывала ее Женя примерно

действительно не хотелось через пару дней узнать, что здесь снова случилось нечто подобное прошлогодней трагедии.

штемпелю, – оживился Карпатский. – Да и содержимое письма многое может рассказать. Однако по фотографиям разобрать нужные детали не удалось и пришлось снова идти в лабораторию Логинова, чтобы взять и письмо, и конверт. Они уже были отделены друг от друга и разложены по пакетам для улик. – Двадцатое февраля, – не без труда прочитал на штемпеле Карпатский

здесь полежит, – неожиданно для себя ответила Юля, оставляя находку на комоде. Может, это Влад притащил с какой-то пробежки? Он, конечно, давно вышел из того возраста, когда мальчики тащат в дом все красивые камушки

насмешливо поинтересовался Даниэль. – Мне кажется, это вы боитесь снова брать с собой кого-то из нас, – Войтех посветил фонарем в сторону Страха,

восьмого один человек, а девятого трое, включая убийцу. Двое погибли ночью, трое днем, сам убийца – вечером. Но и это еще не все. В ночь на седьмое первая жертва сама впустила к себе убийцу. На столе в кухне были найдены початая бутылка коньяка и три стопки. Генетический материал на одной стопке принадлежал убитому участковому, на другой – Мартынову, а на третьей – неизвестному. Дементьев сделал паузу, давая Серегину осознать услышанное. Когда у того

крючком. Следом за слезами из Лины потоком полились