Конкордия Антарова

Если человек носит в себе понимание, что все внешнее – это лишь изменяющаяся оболочка и что важна не она, а никому не видимая внутренняя сила в человеке, его убежденность, вера и верность, – никаких особых усилий ему не понадобится. Любовь поведет человека весело и радостно. Любящему, верному и преданному существу только счастье быть полезным своим близким в их несчастье и вынести на своих плечах их скорби. Плачут всегда о себе. Любя близких, побеждают скорбь и радуются быть им полезными.

– Теперь недолго страдать и мучиться в догадках, – сказал Флорентиец. – Али все расскажет тебе, друг, и ты поймешь всю серьезность и опасность создавшегося положения. Я молча кивнул головой, мне казалось, я достаточно уже все понимал. На сердце у меня было так тяжело, как будто, выехав за город, я перевернул какую-то легкую и радостную

Всякая неприбранная комната отвратительна высоко развитому и чистому человеку

…ЧТОБЫ ИМЕТЬ ВОЗМОЖНОСТЬ СДЕЛАТЬ ЧТО-ЛИБО ДЛЯ ЧЕЛОВЕКА, НАДО НЕ ТОЛЬКО САМОМУ ИМЕТЬ ДЛЯ ЭТОГО СИЛЫ. НАДО, ЧТОБЫ И  САМ ЧЕЛОВЕК ЖЕЛАЛ ПРИНЯТЬ ПРЕДЛАГАЕМУЮ ЕМУ ПОМОЩЬ И УМЕЛ ВЛАДЕТЬ СОБОЙ, СВОИМИ ЧУВСТВАМИ И МЫСЛЯМИ, УМЕЛ ХРАНИТЬ ИХ В ЧИСТОТЕ И ЖИТЬ В ГАРМОНИИ.

…думать, что ты можешь кого-либо поднять к более высокому миросозерцанию, если приобщишь его к той или иной истине, раскрывшейся тебе благодаря твоему собственному труду любви, – это такое же заблуждение, как пытаться объяснить немузыкальному человеку прелесть песни.

и смысл твоей собственной жизни глубже и шире. И ты станешь служить не только своей родине, но и всей необъятной, звенящей вокруг жизни. Мы поговорим об этом на пароходе. А сейчас ешь мороженое, а то оно все растает, – закончил он, опять

тистами московского Большего театра, в 1918–1922 годах. Он начал заниматься с нами в своей квартире в Каретном ряду, и первое время его занятия были неофициальны, безвозмездны, не имели никаких точных часов. Но Константин Сергеевич отдавал нам все свое свободное время, часто отрывая для этого часы от собственного отдыха. Нередко наши занятия,