выбитыми стеклами. – Черт, – пробормотала она и включила фары на полную мощность. Салон перевернутой машины по-прежнему был частично погружен в темноту, но внутри не просматривалось ни Тома, ни какихлибо признаков жизни. В свете фар тоже ничего не наблюдалось. Том всегда держал в