Анна Малышева

Для любителя я рисую слишком хорошо, для настоящего художника - посредственно. Я решила быть вообще никем.

Альбинка была умнее меня! – Ирина с досадой хлопнула в ладоши: – А я,

славы – целых носков не имел! Да-да, сударыня, носков! Не извольте морщить свой прелестный носик! Вам повезло, не пришлось мыкаться по коммуналкам и общагам, годами питаться одними макаронами, самой шить одежду себе и детям, да что там шить – перешивать из старья, собранного по знакомым! Вам я встретился уже совершенно в ином

…Это была одна из модных кофеен, где варили кофе десятков сортов, предлагали десерты с претенциозными названиями, где можно было не только сидеть за столиками, но и возлежать на цветастых подушках прямо в витринах, на глазах у прохожих, непринужденно попивая кофе и болтая с приятелями

пребывает в  прострации. Не помнит добра. Как все бывшие наркоманы. Усмешка, жесткая и горькая, продолжала подергивать

«Легко тебя обидеть», – подумала она. Александра избегала так называемых ранимых людей – не потому, что действительно боялась их ранить, а потому, что считала их манипуляторами. Такие люди постоянно напоминали о своей уязвимости, ставили рамки, диктовали условия… И сами верили в свою исключительность. Александра по опыту знала, что такие люди сами ничуть не боятся обидеть кого-то

видение – грустное бледное лицо бывшей

– Если я слышу про идеальный брак, я сразу понимаю, что там где-то что-то сдохло,

. Кого однажды зачаровал янтарь, тот навсегда

«Мене, текел, упарсин», как на той огненной надписи, которую увидел на стене дворца пирующий царь Валтасар. Дураков тут не водится, а на умных не заработаешь!»