Amara Vey

Она умерла в сорок — и голос предложил ей сделку. «Всё нужное останется. Всё остальное — уйдёт само». Так ушли имя, память и вся прежняя жизнь. Осталось умение считать — и лавка, которой в этом мире быть не должно: за любой товар платят любой монетой, а прилавок сам решает, что продавать. Она не пишет ни строчки: вся бухгалтерия у неё в голове, и врать ей нечем. Двор уже сделал ставку на её гибель, а где-то выковано оружие с её именем. Бог дал ей второй шанс. Это не милость — это ставка. И рано или поздно она узнает, на что её подписали. Счёт не сходится.