Александра Гусарова

слишком лакомый кусочек для Корнелиуса. Обе Еванджелины разом

взглядом ярко-синих глаз. Кощей лежал на кровати и с любопытством меня разглядывал. – И почему

действительно не ложилась спать. Затем она прищурившись оглядела Эвкин костюм и весело хмыкнула: – Интересно, чей костюм тебе достался, что сел как влитой? Подойди, я на вороте бирочку посмотрю. Уж очень любопытно узнать, кого из моих родственников эти

почувствовала, что нужна этим людям: Рине, Зине, парням. Может и еще кому? И внезапно поняла, что именно с этой точки зрения я буду

голову, склоненную набок, когда у хозяина хорошее настроение. – Но у меня нет магии! – мне только и оставалось, что обреченно развести руки по сторонам. Он сразу ничего не ответил. А лишь подтянул повыше одеяло и с помощью локтей подтянулся сам, оказавшись в полу-сидячем

– Чтобы банально не попасться! – Гениально

щал. Помните популярный анекдот? – Ты

меня обнимает мой любимый мужчина. И от этого разревелась уже в полный голос

меня разноцветным боком и надписью «Felix». А с картинки на меня смотрел

делает всё намного прозаичнее и проще. А вот от отца ей достался дар вышивальщицы с зачатками портновского искусства. И она сначала сама перенеслась к нам, а теперь ещё и вас перенесла. – Да, твой папа Костя…– начала было она. – Мама, я знаю, что Константин Алексеевич был моим родным дядей.