Александр Шабрин

Зависть – это неотвязное сравнение себя с  ней, сравнение обязательно не в свою пользу; это паника из-за того, что я пишу недостаточно хорошо или недостаточно быстро, что я сама по себе не такая, как  надо, и не стану другой

Мы примерно в полпути от участка, и я уже давно окунулась в материалы дела, когда мне в голову приходит то, что недавно сказал Лэнг: «Не могу представить себе монстра настолько жуткого, чтобы напугать Робертса». В этом и есть суть проблемы. То, что мы не можем представить себе этого монстра, не означает, что его нет.

Человек вскрикнул от боли, попытавшись повернуться и поднять глаза на стены над его головой. – Я бы не назвал это… везением, – с трудом

Этот мир полон темных закоулков, куда правоохранителям не дотянуться, – тихо сказал Ду Минцян. – А значит, в нынешнем обществе Эвменидам реально отыщется место.

в сложной гамме чувств: от мольбы до проклятий.

состояние без подготовки может оказаться крайне опасным. Тебе известно, что первая машина считывания была изобретена в последней декаде двадцать первого века группой исследователей

так похожа на свою сестру. Добро пожаловать, хорошая моя. Так, так. Ну а это у нас… – Вайг. – Да, разумеется, Вайг. А где… – какую-то секунду он медлил,

лись дикая ярость, рев и лязг сражения, победа была подобна монетам в

никогда не считай захваченные знамена, пока битва не выиграна.

Терпение есть столь же страшное оружие, как и свирепость. На деле — страшнее, потому как мало кто им обладает.