не заорать. – Ляля, – не задумываясь, отвечает Влада. – Она позвонила. Предложила встретиться. Сказала, что очень соскучилась. А я чувствовала себя в Сестрорецке птицей в клетке… – Вот и вылетела, – роняю, не скрывая раздражения. И вздохнув резко поднимаюсь с места. Малыш жмется к матери. А Влада смотрит напряженно.
полагаю, мы сейчас можем подписать лицензионный договор
«Ты бы ей дал возможность?» – проснувшись, интересуется совесть. «Захотела, сказала бы», – горячечно возражает внутренний голос. Еще вопрос… Но одно я знаю наверняка. Точка в наших отношениях не поставлена. Два года превратились лишь в затяжную агонию и ничего не принесли. Ни облегчения, ни свободы. Стоило
диван, укладываю ноги на журнальный