Cytaty z audiobooka «Его заложница»
https://t.me/mashamalinovskayawriter
подготовку к государственным экзаменам. – Кому весной пахнет, а кому госэкзаменами и защитой диплома. – Это точно, – тихо говорит Олеся, вздохнув. – Никакого кайфа от весны. Вздохнув скорее о своём, я концентрируюсь на том, что говорит преподаватель. Ещё раз проверяю список литературы, который нужно сдать для рецензии. Стараюсь сосредоточиться, потому что в последнее время это у меня выходило совсем нехорошо. Все мысли
расчёсываюсь и собираю низкий хвост на боку заколкой. Ресницы я красила утром, так что только подвожу стрелки на веках и наношу блеск на губы. – Я готова тусоваться, – поворачиваюсь снова к Должанову, поставив од
пять утра ты приходишь сюда и пидоришь полы в основном зале. Потом шуруешь в школу. После школы жрёшь и снова сюда. Тренировка. Будешь моей грушей, пока не научишься держать удар. Потом пидоришь полы в коридоре и валишь домой учить уроки и спать. У тебя больше не будет времени на то, чтобы попытаться
кухне с мамой. Устало опускаюсь на стул, пока мама включает чайник и что-то достаёт из холодильника. Они с папой очень редко покупают еду, предпочитают готовить сами. – Мясной пирог будешь? – Угу, – киваю угрюмо, а у самой слюнки
постепенно успокаиваюсь. Мама на всех так действует. С ней когда общаешься, сам не замечаешь, как отпускает напряжение. Её коллеги говорят, что мама даже самых буйных успокаивает парой фраз. Папа, конечно, не в восторге от её работы в психиатрическом диспансере, но соглашается, хотя и скрипит зубами. Мама там начмед, она с пациентами редко работает, но иногда подключается.
Сносил в прямом и переносном смысле. Но нет, это было не прозвище. Это была его настоящая фамилия. И она ему чертовски шла. Полностью оправдывала себя. Тогда, в тот самый день, когда я впервые воочию увидела одну из его первых сокрушительных побед, мне было тринадцать, а ему двадцать три
когда судья произносит «три». На «четыре» начинается
отставив кружку, чувствую, как меня начинает клонить в сон. Сладко зевнув, я расслабляюсь и позволяю себе задремать. Вот только уснуть глубоко у меня не получается. Едва только
давая даже разок оттолкнуться. Окурок летит туда же. Вот такой я засранец, да. Но, скажем откровенно, Кубань и без меня давно засрали, едва ли не каждый ЖК говно
