Czas trwania książki 6 godz. 58 min.
2019 rok
16+
O książce
«Нравственные письма к Луцилию» – один из итоговых трудов выдающегося древнеримского философа Луция Аннея Сенеки. Книга представляет собой свод морально-этических норм, уроки совершенствования души, изложенные в форме писем к другу и ученику Луцилию.
Inne wersje
Opinie, 9 opinie9
Великая книга , ставшая основой стоицизма. Есть ещё прекрасная версия на английском языке от Tim Ferries, поищите у него на сайте.
удивительная книга, которая давно уже разошлась на цитаты. Вам предоставляется возможность оценить мудрость стоика через века и применить полученное знание в жизни.
Или, по меньшей мере, «отъюстировать» свой жизненный компас
отличная книга. слушается на одном дыхании. есть конечно своебразные моменты, где автор противоречит себе, а может быть просто тут не хватает какой-то части с объяснениями, тк это сокращённая версия писем. чтец хороший
Книга может заинтересовать по разным причинам: как книга по коучингу. как морально-нравственные поучения и другое. Мне было интересно с исторический точки зрения. Слышал как версию о том, что Сенека позаимствовал у христиан доктрину, так и о том, что христиане позаимствовали доктрину у Сенеки. Не думаю, что стоит вдаваться в такие споры. С одной стороны евангелия письменно оформились по разным датировкам позже Сенеки, с другой стороны в устном виде учение Христа распространялось к моменту написания писем и почему бы ему не послушать проповеди "христовых блогеров" и не вдохновиться. Этот спор можно продолжать бесконечно. В любом случае по времени написания писем Сенеки и Евангелии они находятся примерно в схожих исторических условиях, что как Сенека вписывается в идеологию христианства, так и наоборот.
В целом многие положения в плане из Библии и Сенеки реально сходятся. Совет не жить завтрашним днём, а жить сегодняшним, не растрачивать время, не увлекаться богатством и излишествам и прочее. Смерть у Сенеки не означает конца. Он говорит о дальнейшем возрождении, хотя и не поясняет в каком царстве. Очень часто употребляет "бог" в единственном числе, употребляет термин божество, хотя и "богов" тоже упоминает. Такое ощущение, что речь уже говорит как минимум о монолатрии (т.е. об одном верховном боге). Есть у него термин "святой дух", но скорее он говорит о том, что он живёт в каждом из нас, а не о Святом Духе из Святой Троицы, возможно эта концепция отсылает не столько к христианству, сколько к зороастризму, который повлиял и на христианство и мог стать мировой религией. А в целом письма представляют концепцию объективного идеализма, где прежде всего бог, хоть и непонятно пока чей, что также сближает с христианской идеологией. Есть и положения противоречащие христианству: с одной стороны более спокойное отношение к смерти, но и не отрицал ухода из жизни, если жизнь в тягость.
В любом случае много общих с христианством подходов явно имеется, что независимо от первоисточничества идеологическая почва для христианства, репостнутого "римским блогером" апостолом Павлом была готова, что определило развитие нашей цивилизации.
Очень понравилась книга. И озвучка шикарная.
Вроде написано о простых вещах, которые мы все знаем, но иногда забываем.
Согласна со всем кроме «отношения к смерти».. не получается к этому так просто относиться, как описывает автор.
Удержишь в руках сегодняшний день – меньше будешь зависеть от завтрашнего.
А пока вот тебе моя ежедневная дань – изречение Гекатона, которое, по-моему, весьма замечательно. «Ты спрашиваешь, – пишет он, – чего я добился? Я стал сам себе другом». И он в самом деле многого достиг. Он никогда не будет одинок. Знай, кто друг себе – друг всем людям.
Лошадь не становится лучше, если узда у нее из золота
Луций Анней Сенека Нравственные Письма к Луцилию Письмо I Сенека приветствует Луцилия! (1) Так и поступай, мой Луцилий! Отвоюй себя для себя самого, береги и копи время, которое прежде у тебя отнимали или крали, которое зря проходило. Сам убедись в том, что я пишу правду: часть времени у нас отбирают силой, часть похищают, часть утекает впустую. Но позорнее всех потеря по нашей собственной небрежности. Вглядись-ка пристальней: ведь наибольшую часть жизни тратим мы на дурные дела, немалую – на безделье, и всю жизнь – не на те дела, что нужно. (2) Укажешь ли ты мне такого, кто ценил бы время, кто знал бы, чего стоит день, кто понимал бы, что умирает с каждым часом? В том-то и беда наша, что смерть мы видим впереди; а большая часть ее у нас за плечами – ведь сколько лет жизни минуло, все принадлежат смерти. Поступай же так, мой Луцилий, как ты мне пишешь: не упускай ни часу. Удержишь в руках сегодняшний день – меньше будешь зависеть от завтрашнего. Не то, пока будешь откладывать, вся жизнь и промчится. (3) Все у нас, Луцилий, чужое, одно лишь время наше. Только время, ускользающее и текучее, дала нам во владенье природа, но и его кто хочет, тот и отнимает. Смертные же глупы: получив что-нибудь ничтожное, дешевое и наверняка легко возместимое, они позволяют предъявлять себе счет; а вот те, кому уделили время, не считают себя должниками, хотя единственно времени и не возвратит даже знающий благодарность. (4) Быть может, ты спросишь, как поступаю я, если смею тебя поучать? Признаюсь чистосердечно: как расточитель, тщательный в подсчетах, я знаю, сколько растратил. Не могу сказать, что не теряю ничего, но сколько теряю, и почему, и как, скажу и назову причины моей бедности. Дело со мною обстоит так же, как с большинством тех, кто не через собственный порок дошел до нищеты; все меня прощают, никто не помогает. (5) Ну так что ж? По-моему, не беден тот, кому довольно и самого малого остатка. Но ты уж лучше береги свое достояние сейчас: ведь начать самое время! Как считали наши предки, поздно быть бережливым, когда осталось на донышке.1 Да к тому же остается там не только мало, но и самое скверное. Будь здоров.
Судьба не направляет, но опрокидывает и топит. Ведите здоровый образ жизни, заботьтесь о теле, лишь насколько это необходимо для здоровья. Надо быть суровым к плоти, чтобы она повиновалась духу. Пусть пища только умеряет голод, питье – жажду, одежда – холод и жилище служит защитою тела от непогоды. Но решительно безразлично, построено ли оно из дерна или из цветного, чужеземного камня: знайте