Czas trwania książki 22 godz. 22 min.
16+
O książce
Константин Станиславский известен во всем мире как человек, навсегда изменивший театр. Это – его исповедь.
«Моя жизнь в искусстве» – одно из важнейших литературных произведений по истории культуры России начала – середины XX века, а главное, это незаменимый ориентир и фундаментальное руководство для любого актера, режиссера и всякого, чья жизнь тесно связана с театром.
Станиславский рассказывает о своем пути в мир искусства – от детских постановок в Любимовке до создания Московского Художественного театра, размышляет о поиске правды на сцене и в душе артиста, о драматизме внутренней борьбы между актерской игрой и подлинностью чувств, о постоянном оттачивании мастерства и поиске вдохновения. Это не просто мемуары, но ценный документ, рассказывающий о о сомнениях и открытиях, о неустанном стремлении к высшей цели театра – правдивому отображению человеческого духа.
Словно в документальных хрониках, на страницах книги оживают образы великих деятелей искусства, портреты гениальных современников автора, чьи имена навсегда вписаны в историю русского театра XX века: Владимира Немировича-Данченко, Антона Чехова, Всеволода Мейерхольда, Марии Ермоловой, Александра Бенуа, Ольги Книппер, Василия Качалова и многих других.
«Артист должен смотреть (и не только смотреть, но и уметь видеть) прекрасное во всех областях своего и чужого искусства и жизни. Ему нужны впечатления от хороших спектаклей и артистов, концертов, музеев, путешествий, хороших картин всех направлений, от самых левых до самых правых, так как никто не знает, что взволнует его душу и вскроет творческие тайники», – Константин Станиславский
Слушайте аудиоверсию мемуаров непревзойденного режиссера и театрального педагога, воспитавшего несколько артистических поколений, в мастерском исполнении Алексея Багдасарова.
Иллюстрация: Алла Белова
Запись произведена Аудио Издательством ВИМБО
©&℗ ООО «Вимбо», 2025
Продюсеры: Вадим Бух, Михаил Литваков
Inne wersje
как она начинает тянуться к нему, особенно, если он заинтересован на сцене чем-то важным и для нее самой.
Но я не променяю этого провала ни на какие успехи и лавры: так много важного принесла мне моя неудача.
Если нельзя играть на сцене, то хотя бы в жизни!
Но лишь только актер перестает считаться с толпой в зале,
Мамонтов, меценатствуя в области оперы и давая артистам ценные указания по вопросам грима, костюма, жеста, даже пения, вообще по вопросам создания сценического образа, дал могучий толчок культуре русского оперного дела: выдвинул Шаляпина, сделал при его посредстве популярным Мусоргского, забракованного многими знатоками, создал в своем театре огромный успех опере Римского-Корсакова «Садко» и содействовал этим пробуждению его творческой энергии и созданию «Царской невесты» и «Салтана», написанных для мамонтовской оперы и впервые здесь исполнявшихся. Здесь же, в его театре, где он показал нам ряд прекрасных оперных постановок своей режиссерской работы, мы впервые увидели вместо прежних ремесленных декораций ряд замечательных созданий кисти Васнецова, Поленова, Серова, Коровина, которые вместе с Репиным, Антокольским и другими лучшими русскими художниками того времени почти выросли и, можно сказать, прожили жизнь в доме и семье Мамонтова. Наконец, кто знает, быть может, без него и великий Врубель не смог бы пробиться вверх – к славе. Ведь его картины были забракованы на Нижегородской всероссийской выставке, и энергичное заступничество Мамонтова не склонило жюри к более сочувственной оценке. Тогда Савва Иванович на собственные средства выстроил целый павильон для Врубеля и выставил в нем его произведения. После этого художник обратил на себя внимание, был многими признан и впоследствии стал знаменитым.