Cytaty z audiobooka «Кровь и молоко»
Ты должен Всех обмануть, желая стать как все: Придать любезность взорам, жестам, речи, Цветком невинным выглядеть и быть Змеёй под ним. Прими радушно гостя. И положись всецело на меня. В великом деле предстоящей ночи, Чтоб наслаждаться властью и венцом. Все дни и ночи мы могли потом.
Любовь склонна по доброй воле к жертвам, И платит самой дорогой ценой. Уильям Шекспир
Умалчивать о своём прошлом не то же самое, что лгать! – уверенно парировала Говард. – Джеймс, неужели у вас нет секретов, которые вы утаиваете от посторонних? Быть может, Томас всегото пытался начать жизнь с чистого листа? Вам ли не знать, как скор высший свет на расправу. Позволь им усомниться – и они вмиг смешают ваше имя с лошадиным навозом!
указывают на вас! Мы должны укоренить в сознании присяжных, что в этой истории вы главная жертва! А наличие яда сему не способствует! На некоторое время в камере застыл даже воздух. Гудмен понимал, что его вопрос мог задеть Амелию. Слышать обвинения со стороны собственного адвоката то ещё удовольствие. Но также мужчина надеялся, что его клиентка осознаёт всю тяжесть ситуации и сможет справиться с
работали в доме судьи. Когда мальчику исполнилось девять, мистера Уэбстера обвинили в измене Англии, что-то связанное с распространением листовок мятежного характера. Он был убит в тюрьме, так и не дождавшись слушания по своему делу. Спустя полгода мать Томаса покончила с собой в доме, как вы уже могли догадаться, Питера Байрона. – А сам Томас? Что случилось с ним, как он оказался
– Мне не пережить этот день в здравом уме… Детектив тяжело сглотнул, с опаской оглядевшись по сторонам, и крайне нерешительно протянул Амелии наркотик вместе с небольшой серебряной коробочкой, в которой хранилось всё необходимое для поджига лампы. – Вы прежде пробовали? – с тревогой уточнил он. – Я и замуж прежде не выходила, – забирая дурман, беззаботно отозвалась леди. – Как-нибудь разберусь. Благодарю. После Говард поспешила удалиться, дабы не столкнуться прежде времени со своим будущим супругом. Заперев молитвенную комнату на ключ, Амелия присела на кушетку и открыла шкатулку, доставая из неё спички. Она не была заядлым курильщиком, а в редких случаях, желая расслабиться, предпочитала опиуму лауданум. Но сегодня был особенный
девушку через толпу, ближе к музыкантам, где помимо них танцевало ещё несколько пар. Чарующие звуки скрипки и фортепиано обаяли волнительной мелодией. Мужчина встал напротив дамы и учтиво ей поклонился.
несчастны, И на огромном мировом театре Есть много грустных пьес, грустней, чем та, Что здесь играем мы!" Уильям Шекспир
еще ни разу ранен…" Уильям Шекспир После разговора с детективом Амелия вернулась в свои
много. Большинство господ пожелали не ввязываться в сие
