Cytaty z audiobooka «Почему мама хочет напиться»

5:00. Проснулась от оглушительного грохота. Его устроило мое хрупкое дите, кубарем скатившееся по лестнице. Бросилась вниз и увидела это самое дите, изогнувшееся вопросительным знаком над планшетом. Наорала на мелкого монстра, чтобы тот вернулся в кровать. Завернулась в одеяло, все еще кипя от ярости. Наконец-то уснула, с тоской отсчитывая минуты до звонка будильника. 6:00. Выключила будильник. Решила полежать еще пару минут. 6:10. И еще пару минут. 7:10. В панике соскочила с кровати. Запрыгнула в душ. Натянула первое, что попалось в шкафу. Распсиховалась из-за того, что задница разрослась как на дрожжах, и теперь трусы налезают только до колен. В спешке я даже не поняла, что все это время пыталась напялить трусы Джейн. С облегчением вздохнула. Пусть моя задница и не самая крошечная и подтянутая, но тем не менее она даст фору любой взрослой женщине в состязании «впихни свой зад в трусы восьмилетнего ребенка». Высушила волосы головой вниз. Мрачно осмотрела свое отражение с прической дикобраза-безобраза и решила, что конский хвост с резинкой Hello Kitty будет выигрышнее. Попыталась убедить себя, что резинка Hello Kitty – это аксессуар, который подчеркнет мою чудаковатую индивидуальность. Убедить себя не получилось.

А еще я вспомнила события прошедшего дня. Допив вонючий коктейль с виски, я перешла к коктейлям на джине. Моим следующим воспоминанием было то, как я тысячу раз переспрашивала у таксиста, дал ли бы он мне сорок лет. Вроде бы он ответил, что не дал бы, но скорее из-за страха, чем по правде.

? – Ну, Саймон, дорогуша, – напустилась я. – Если бы ты не торчал все выходные в своем дурацком сарае и не избегал общения со мной и своими детьми, потому что у тебя якобы очень срочные и важные дела, то, возможно, я бы и могла с тобой посоветоваться. Не думаешь? На что он ответил: – Ну уж извини за то, что я хочу хотя бы на выходных побыть наедине с собой, милая, ведь, видишь ли, кому-то из нас приходится работать полный рабочий день. И этот «кое-кто» не может закончить работу в обед или наслаждаться выходным в середине недели, дорогая, поэтому он, черт возьми, к выходным уже задалбывается в край. – КОЕ-КТО из нас не заканчивает работу к обеду, как ты сказал, КОЕ-КТО выбегает, как псих, с работы тогда, когда надо поехать в школу, чтобы забрать КОЕЧЬИХ детей, ДОРОГОЙ! КОЕ-КТО из нас целый день развозит КОЕ-ЧЬИХ детей по кружкам, готовит ужин, стирает белье, проверяет домашние задания, следит, чтобы КОЕ-ЧЬИ дети не утонули в ванной, укладывает их спать, потому что, конечно, КОЕ-КТО слишком устает после

Твою ж мать. Сегодня мне стукнет тридцать девять. Не хочу, чтобы мне было тридцать девять. Это как, вообще, так? Когда именно это произошло?

Было бы здорово, если Ханна переедет сюда жить. Мы могли бы ходить друг к другу в гости на бокал вина хоть каждый день, а не видеться раз в месяц в лучшем случае, как это было раньше. Могли бы вместе разбираться с детскими домашками, дополнительными занятиями и все такое. Хотя кого я обманываю, наверняка, мы бы просто бухали по-черному.

Саймон засыпает перед телевизором за просмотром очередного осточертевшего автошоу, начинает храпеть, как злой бородавочник, тонущий в чане с кашей, а потом кричит: «Ну я же смотрю!», если я попытаюсь забрать из его цепких рук пульт.

гиперактивности, я не говорю уже о демоническом состоянии Зайчика Дюрасел, которое появляется у моих детей после сладкого.

Когда люди проходят мимо моего дома, они не видят женщину, которая задается вопросом, сделала ли она правильный выбор в жизни, которая уверена в том, что она ужасный родитель, которая не знает, любит ли ее муж – потому что он ведет себя так, будто не любит, и они даже не разговаривают, ведь общих тем для разговоров нет. И никто не знает, как долго она сможет прикрываться лучезарной улыбкой и говорить всем, что

7:10. В панике соскочила с кровати. Запрыгнула в душ. Натянула первое, что попалось в шкафу. Распсиховалась из-за того, что задница разрослась как на дрожжах, и теперь трусы на

Мы все чувствуем то же самое. Все мы рано или поздно начинаем сравнивать себя с другими и думать, что у всех все получается, в то время как мы сами – жалкое говно. Просто никто об этом не говорит. Только потом, когда выпиваешь с кем-то бокал вина, можешь услышать признания, что они не раз подумывали начать биться головой о пол в церкви, если детям еще раз скажут петь эти заезженные песенки. И тут ты понимаешь, что ты не одинока. Мы все проходили через это. Было бы намного легче, если бы было при