Czas trwania książki 14 godz. 16 min.
2020 rok
12+
Французская революция
O książce
Французская революция XVIII века уникальна тем, что ее опыт востребован и актуален вот уже более двух столетий. Она – точка отсчета и матрица для всех последующих революций, участники которых равнялись на нее, подражая ей или пытаясь ее превзойти. Неудивительно, что и в наши дни историки и социологи видят в ней идеальную модель для изучения динамики революций в целом и выявления их общих закономерностей, обращаются к ее опыту вновь и вновь, пытаясь понять, как происходят и как развиваются революции. Жившие два с лишним века тому назад люди в напудренных париках и камзолах были не так далеки от нас, как это может показаться на первый взгляд…
Inne wersje
Opinie, 1 opinia1
Вот это да!
Авторам ОГРОМНОЕ СПАСИБО! Какая глубина, какая смелость и какая стройность!
Чтец великолепен. СПАСИБО ВАМ ЗА ТО, ЧТО СДЕЛАЛИ ЭТУ ПРЕКРАСНУЮ КНИГУ ДОСТУПНОЙ ДЛЯ ТЕХ, КТО НЕ МОЖЕТЬ СИДЕТЬ С КНИГОЙ.
РАДОСТИ И ЗДОРОВЬЯ ВАМ И ВСЕМ, КОГО ВЫ ЛЮБИТЕ!
Литресу СПАСИБО.
Вообще, где бы он ни был, генерал Бонапарт не забывал о пропаганде, о журналистах и художниках. Сражение при Лоди, которое во многом способствовало зарождению наполеоновского мифа, было запечатлено на многочисленных гравюрах. Известный французский историк Жюль Мишле писал: «В моем детстве и до 1814 года на бульварах и на набережных – везде я видел мост Лоди. А на этом мосту со знаменем в руке – Бонапарта, которого там не было».
В те дни юный русский граф Павел Строганов писал отцу из Парижа: «Мы здесь имеем весьма дождливое время, что заставляет опасаться великого голода, который уже причинил во многих городах бунты. Теперь в Париже премножество войск собраны, чтобы от возмущения удерживать народ, который везде ужасно беден».
давным-давно перегорели и остыли; от них остался лишь пепел. За минувшие два столетия мир подвергся таким величайшим изменениям во всех сферах, что ныне время двуконных почтовых дилижансов, гусиных перьев и измеряемого мощью голоса ораторского дара Мирабо представляется нам – людям конца ХХ века – почти
к войскам говорилось: Солдаты! Я знаю, что на вас производят глубочайшее впечатление те беды, которые угрожают отечеству, но никакие реальные опасности