Сам по себе мальчик

Tekst
4
Recenzje
Przeczytaj fragment
Oznacz jako przeczytane
Сам по себе мальчик
Сам по себе мальчик
Audiobook
Czyta Александр Маленков
Szczegóły
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

«Всякая химия» против «всякого бреда»

Откуда взялась эта тотальная, оголтелая, омерзительная страсть ко всему натуральному? «100 % натуральный продукт!» «Без искусственных добавок!» «Натуральная польза от самой природы!» Кажется, сегодня уже в принципе нельзя найти на прилавках продукт, который бы не притворялся пыльцой божьих одуванчиков из самого сердца альпийских морей.

Читаю рекламу: «100 % натуральные матрасы – являются самыми воздухопроницаемыми. Только натуральные материалы оказывают на Вас исключительно благотворное воздействие и лечебный эффект». Натуральные матрасы, подумать только! Мы-то всю жизнь прозябали на дурацких искусственных матрасах из заразных пружин и агрессивного поролона. А есть, оказывается, натуральные матрасы, которые, видимо, растут на деревьях, а потом добрые панды, пьянея от воздухопроницаемости, приносят их прямо в магазин. «Слой натурального латекса обеспечивает мягкость…» Знаете, как делают промышленный латекс? Возьмите каучуковый сок – белую липкую жижу. Добавьте в нее вулканизующие агенты, загустители, пластификаторы, пеногасители и еще десяток достижений химической промышленности. Получается латекс, который делает матрас мягким. Теперь возьмите нож и ударьте туда, где у натурального латексного матраса сердце. Но что такое? Он не вскрикнул и не заплакал. Из него не полилась липкая белая жижа. Знаете почему? Потому что ее там нет! Потому что латекс в принципе не может быть натуральным!

«Наши матрасы содержат кокосовую стружку и волокна сизаля!» На хрена мне в матрасе кокосовая стружка? Каким образом наличие кокосовой стружки может подтолкнуть разумного человека к выбору матраса? В квартире голод. Съели все запасы, сапоги и ремни. И вдруг – постойте! У нас же есть натуральный матрас! С кокосовой стружкой и волокнами сизаля! Зовите соседей, устроим пир! Матрас подходит даже вегетарианцам! Нет, серьезно, назовите его уже сразу «Матрас деликатесный» или «Витаминный», и безмозглые покупатели сметут товар с прилавков.

Хотите натуральный матрас? Идите в лес и усните в муравейнике. Там получите и бережный уход, и природную заботу.

Женщины, как более легковерная часть населения, активнее исповедуют натуральную религию. Поэтому природная вакханалия в отделах косметики проходит особенно бурно. Знаете, откуда берется огуречный крем? Химические гиганты строят космические лаборатории для синтеза все более изощренных средств. А потом со вздохом капают в свой шедевр огуречную эссенцию и рисуют на тюбике зеленый овощ – «натуральное здоровье от природного огурца!» Потому что по-другому его не купят. Ученые не спят ночей, чтобы выделить единственный работающий компонент огурца, воспроизвести молекулу заново без балластных примесей и аллергенов, зато усилив его способность проникать в кожу. Но потребительница мажется кремом в легком подозрении, что настоящий огурец позаботился бы о ее коже куда «естественнее». И, чтобы успокоиться, заваривает себе зверобой с яйцами клещей. Вместо того, чтобы принять персен с вытяжкой действующего вещества зверобоя, очищенной коварными фармацевтами от постороннего барахла.

Все ополчились на ароматизаторы, окислители и консерванты в еде, считая их безусловным злом и «вообще химией». А уж увидев на этикетке кекса код E162 или Е150а, пищевой натурист припасет эту ядовитую бомбу на случай войны, чтобы забрасывать кексом вражьи танки. Хотя Е162 – это всего лишь свекольный сок, а Е150а – карамель. Да, все пищевые добавки имеют Е-код.

Но подозрительные граждане все равно покупают натуральные продукты у бабушки на обочине и скучают по экологически чистым временам, когда все было натуральным – и молоко, и вода, и мясо. И кишечная палочка в молоке, и сальмонеллы в яйцах, и ботулотоксин в мясе. Правда, люди в те времена едва доживали до тридцати лет, зато хоронили их в земле, свободной от нитратов.

Лучшие умы человечества тратят время на усовершенствование нашей жизни, а мы готовы поставить крест на самом прогрессе и вернуться в пещеры. Но я вот не хочу в пещеру. Мне нравится мое нескисающее молоко; мне нравится, что проблема голода решается генно-модифицированной кукурузой; мне нравится, что болезни, дарованные нам матушкой-природой, лечатся химическими лекарствами. Так что, если кто не доел консервированную черную икру, – отдайте ее мне. И идите спать на дышащем матрасе. Мне важнее подольше дышать самому.

Девушки и геи

Одно из достоинств (недостатков) репутации холостяка состоит в том, что тебе в любое время суток может позвонить кто-то знакомый в надежде (с требованием) получить свою порцию общения. Репутация – штука ценная, даже если создалась без твоего участия, поэтому приходится соответствовать. Даже когда голос бывшей девушки, которая уже давно вышла замуж, в час ночи говорит: «Можно я к тебе сейчас приеду? Очень нужно!» Ты, конечно, соглашаешься – что-то, видимо, случилось! – и успеваешь к ее приходу прибраться, побриться и переодеться из удобно-домашнего в сексуально-домашнее.

А случилось понятно что – муж (ну что ж ты так, брат!) попался на измене. Вся в слезах и губной помаде, да, у меня есть кофе, на, возьми салфетки. Эпизод вполне житейский. Если бы, допустим, у меня случилось что-то подобное и я бы, допустим, вздумал переживать, то, конечно, тоже позвонил бы другу и провел чудную ночь в рассуждениях, что все бабы известно кто. Для этого мужчинам и нужны друзья, а женщинам подруги. Солидарность, все такое… Но я все никак не мог понять, почему в эту роковую ночь в роли подруги вдруг выступил я? Мы, конечно, расстались друзьями и периодически мило общались, но… Выдав порцию неуклюжих утешений и горячо согласившись, что все мужики кобели (то есть пару часов спустя), я все же задал мучивший меня вопрос – why me? Почему я? А как же закадычные Оля, Света и Наташа, с которыми вы так славно дружили раньше по-девичьи, а теперь семьями?

Возможно, для кого-то, особенно если он – женщина, полученный мной ответ покажется само собой разумеющимся. Но для меня он стал вехой в понимании женской психологии и женского способа дружить. Ответ был: «Я не хочу им говорить». То есть (объясняю для таких же тормозов, как я) – ей не хотелось делиться с закадычными, но счастливо-замужними подружками своей проблемой. Жаловаться на мужей-трудоголиков, обсуждать детей, вместе отдыхать – да, а признаваться в женской несостоятельности – нет.

Понятное дело, я тут же великодушно предложил отомстить изменнику. Прямо вот тут же. Разок. (У меня был трудный день, я немного устал.) Но оказалось, что она не в этом смысле. Мужская самооценка, вставшая было с колен, опять рухнула. Мы заснули как друзья. Как брат с сестрой. Как женщина и ее друг нетрадиционной ориентации. Да-да. Бывшая девушка с помощью слез и уговоров сделала из меня того, кем я больше всего на свете боялся стать.

Зато я понял, зачем женщины дружат с геями. Мужчина-гей – незаменимый компаньон, когда все плохо в личной жизни. Когда все хорошо, женщина переживает события с нормальными мужчинами на личном фронте, а потом обсуждает их с подругами в личном тылу. А когда все плохо, а признаваться в этом не хочется – он. Он и посочувствует без злорадства, и совет даст, с точки зрения кхм… мужчины, и правду скажет насчет эпиляции там или прически. А прищурив сознание, можно с ним и пококетничать, особенно если выпить. Да и в качестве кавалера тоже сгодится, они частенько бывают импозантными, геи эти. Рассмешит, похвалит, угостит. Универсальный, в общем, заменитель полноценного общения. Тыл и фронт в одном лице. Даже героиня «Секса в Большом городе» так делала. Был у нее такой лысый утешитель, который выныривал в моменты отчаяния.

Но тут кроется ловушка. Видел я дам, сплотившихся в странном союзе с голубым другом: начиналось, видимо, с пары откровенных бесед, а кончилось вон чем – так и ходят теперь не разлей вода по заведениям, вечно веселые, упивающиеся самодельным декадансом. То ли пали ниже всех, то ли воспарили над мещанскими условностями. Стрижки – все короче, шутки – все циничнее… А навык-то общения с нами, гетеросексуальным быдлом, уходит, уходит.

Так что предлагаю считать женскую дружбу с геями тревожным симптомом. Или вредной привычкой. То есть в качестве болеутоляющего – да, а если каждый день – то немедленно спасать.

А мужа-то она простила. Переночевала у меня, дала ему помучиться и простила. Сейчас живут душа в душу, ездят с другими семейными парами отдыхать, растят детей. Мне, конечно, было лестно такое доверие, но я тоже решил не увлекаться. Потому что, если часто спать с женщинами в одной кровати как брат с сестрой, тоже можно навыки растерять. И так на работе устаешь…

Эмансипатология

Самая интересная олимпийская дисциплина – это борьба между политкорректностью и здравым смыслом. Я понимаю, что на свете есть женщины, которые занимаются боксом. Ну так вышло. В кружках мягкой игрушки и художественной гимнастики мест не было, а бабушка не железная – отдали ребенка хоть в какую-то секцию. Бокс… Ничего, девочка окрепнет, научится паре приемов, глядишь, пригодится. А у девочки стало получаться. Вот ни в школе, ни со сверстниками ничего не получается, а в секции – получается. Ребенок увлекся – приятно, когда тебя хвалят. Районные соревнования, городские – все лучше, чем во дворе ошиваться. А когда хватились – уже поздно, уже взрослые игры начались: честь школы, спорткомитет… Как-то так и вышло… Девочка-боксер. Странно, конечно, зато не курит! Родители махнули рукой – и вот пожалуйста: в стране десятки девочек-боксеров, ни к чему больше не пригодных, зато все страсть как хотят соревноваться. Ну что с ними делать? Распустить – так они пойдут на митинги, да еще перекалечат омоновцев… Нет, товарищи, это теперь наша ответственность! Поднажали, пригрозили дискриминацией по половому признаку, и пожалуйста – женский бокс стал олимпийской дисциплиной.

Так всегда и бывает: каждый отдельный шаг вроде бы логично вытекал из предыдущего, а пришли в ад. В квадрате, огороженном канатами, две женщины мутузят друг друга по лицу на потеху толпы. И все понимают, что это вопиюще противоестественно, куда более странно, чем пресловутые браки гомосексуалистов, но молчат. Хочется съязвить: что будет дальше? Женская тяжелая атлетика? Но съязвить не получается – женская тяжелая атлетика стала олимпийской дисциплиной еще раньше.

 

Хочется спросить: вы что там, совсем спятили? Ну понятно, эмансипация, равные права, но есть же предел! Ну какой женский бокс?! Ну алё! Женщины – это такие нежные, добрые существа, рожают детей, утешают… Вы же запретили мужское синхронное плавание, значит, какие-то остатки логики еще у вас там в олимпийских головах есть?

Чтобы нам однажды не оказаться в мире мужских упражнений с лентой, чтобы однажды в детский сад не заявилась бородатая Баба Мороз, чтобы мужчин однажды не заставили законодательно писать сидя, нужно провести границу. И вот где: никаких женских силовых видов спорта и единоборств. Все поняли меня? Приду проверю.

Ум за разум

Одна моя родственница училась на психолога и часто делилась со мной свежеполученными знаниями. Два самых интересных открытия, которые я сделал во время этого деления, заключались в следующем. Первое: психология – это не наука. Потому что не может быть наукой набор противоречивых мнений с очень слабой системой измерения результатов, непонятно в каких величинах. И второе: никто не знает, что такое интеллект. То есть, как и во всех других областях психологии, понятие интеллекта представлялось несколькими взаимоисключающими определениями авторитетных психологов. Я удивился и полез в словари, но и там в сухом остатке говорилось что-то вроде «интеллект – это типа способность мыслить, понимать и рассуждать, что-то вроде того, а если вы не понимаете, что такое интеллект, значит, у вас его точно нет, отстаньте». То есть типичное фундаментальное аксиоматичное понятие, как «точка» в математике, для которого нет определения. Определений, в которых «точка» участвует, как раз полно, а сама точка – нечто интуитивно понятное, что невозможно объяснить, абстрактный объект в пространстве.

Но позвольте! – подумал я. Точка – штука простая, любой сразу может отличить точку от прямой, от круга, от холодильника, от жирафа. Но интеллект – сложная штука. Должно же быть описание, какие-то приметы, чтобы понять, где уже интеллект, а где еще нет. Тем не менее никто не может четко сказать, что это такое.

Вот у животных есть интеллект? Допустим. А у насекомых? Ну, что-то вроде. А у растений? Точно нет. То есть он есть только у живых существ. А как тогда быть с грибами? Они умеют запоминать и строить маршруты своими нитями… Или новорожденный – вроде человек, но какой у него интеллект? Сплошной набор инстинктов. А ведь есть еще искусственный разум… Не говоря уже о необходимости измерять интеллект, если мы претендуем на его понимание. Кто умнее – дементный алкоголик или дельфин? Ворона или гугломобиль?

Смешно получается – мы, люди, больше всего гордимся своим разумом, даже называем себя хомо сапиенс, человек разумный, при этом нам его не хватает, чтобы самим себе объяснить, что это такое. Мало того – мы уверены, что он у нас есть, но как-то мало. То есть можно было бы побольше. Нам все время кажется, что мы не используем мозг (который с некоторой осторожностью можно назвать местом обитания интеллекта) в полной мере. Что вот сейчас мы закончим курсы MBA, выпьем ноотропил, прокрутим дырку в черепе, и тогда-то он заработает как полагается! Мечтаем веками напролет о высшем разуме, но не понимаем, каким он должен быть. Понятно, что лучше нашего, но каким? Придумываем для этого богов, которые получаются сплошь такими же злобными, обидчивыми и нелогичными, как мы сами. Конечно, чтобы описать высший разум, нужно им обладать. Но если мы не можем описать даже обычный разум, получается, что у нас и его нет?

И в принципе, доказательств его отсутствия у нас не меньше, чем присутствия. Хотите разочароваться в величии человеческого интеллекта – зайдите в институт проктологии и посмотрите на стенд, где собраны объекты, которые пациенты засовывали себе в задний проход. Такой идиотизм не по плечу ни животным, ни растениям. Грибы после этого покажутся вам Эйнштейнами.

Ладно, чего там – мы умны. Мы полетели в космос и придумали виагру. Мы умны. Но чтобы и дальше пребывать в этой приятной иллюзии, лучше не задумываться, а что конкретно это «умны» значит.

Как говорить с мужчиной

В детстве я думал, что девочек дома в основном учат завязывать бантики и печь пирожки. Сегодня, имея за плечами богатый опыт общения с девочками, я твердо знаю: мамы учат их только одному: «Леночка, запомни! Если ты чего-то хочешь от мальчика, никогда не говори об этом прямо! Возьми слова, выкинь половину, перемешай оставшиеся произвольным образом – у и тебя получится туманный намек. Используй намеки и интонации вместо нормальных слов!»

Никак иначе я не могу объяснить женскую манеру подразумевать одно, а говорить другое.

Так вот, девчонки, мамы вас обманывали. С мужчиной нужно говорить по-другому. Мы не хуже животных улавливаем интонации, но нас сильно отвлекает знание смысла слов, которые вы используете в своих намеках. Чтобы достучаться до мужчины, представьте, что у него включена функция голосового управления, как в навигаторе. Вы же не будете обращаться к навигатору: «Навигатор, послушай, только не перебивай, я тут подумала, помнишь тот магазин, в котором было синее платье, я еще думала его купить, но потом передумала, хотя сейчас жалею, а чего ты такой мрачный? Ты меня разлюбил? Так вот, там рядом есть где-то салон красоты, в который ходила Наташка, интересно, как туда добраться?»

Вы наверняка четко назовете адрес, а навигатор построит вам маршрут.

Так вот, если вы хотите добиться от нас чего-то, просто сформулируйте это, как будто обращаетесь к компьютеру. Не из будущего, а такому допотопному ржавому, туповатому компьютеру.

Неправильно будет сказать: «Я забыла косметичку в машине, а там такой дождь…» Правильно: «Дорогой, сходи, пожалуйста, в машину за моей косметичкой, она лежит на заднем сиденье и имеет форму трапеции». (Кстати, про цвет в разговоре с мужчинами лучше не упоминать вовсе – эти ваши горчичные, болотные, сиреневые мы не понимаем. Особенно бежевый. Выдуманный цвет. Если уж хотите упомянуть цвет, ограничьтесь синим и красным.)

Неправильный вариант: «Я пришла, а ты так и сидишь на диване!» Правильный вариант: «У меня плохое настроение, обними меня и скажи что-нибудь ласковое». Потому что первый вариант для нас – лишь констатация двух очевидных фактов: что а) ты пришла и б) я сижу на диване. Никакого противоречия между этими фактами мы не увидим и пропустим реплику мимо ушей.

Неправильный вариант: «Дорогой, ты не знаешь, как настроить почтовую программу на компьютере?» В лучшем случае вы получите короткий и логичный с нашей точки зрения ответ: «Знаю», после чего мужчина продолжит играть в свои танки. В худшем случае он вообще скажет: «Нужно создать учётную запись и вбить имя smtp-сервера». Поэтому правильный вариант: «Оторвись от своих дебильных танков и настрой почтовую программу!»

Неправильно говорить: «Тебе понравилась эта дура в лосинах? Ну иди, иди потанцуй с ней, ага!» Логичный мужчина может не уловить риторичности вопроса, ответит, что да, понравилась и, неровен час, воспользуется вашим разрешением сходить к девице. И кто из вас дура, вы будете потом обсуждать с подругами. Правильно сказать: «Если ты не прекратишь на нее пялиться, получишь тарелкой по лбу!» Тогда мужчина поймет, что к дуре нельзя, вздохнет и пригласит танцевать того, кого можно, – вас.

Неправильно: «Ты никогда не задумывался, к чему ведут наши отношения?» Правильно: «Ты собираешься на мне жениться или нет?» Потому что ответ на первый вопрос, скорее всего, – нет, не задумывался. А ответ на второй с большой вероятностью – да, собираюсь.

Возможно, вам не хочется нас просить. Просить неприятно. И вам кажется, что, завуалировав просьбу туманными намеками, вы как бы… Не важно, что вам кажется, это не работает. Слова, которые заставляют нас встать и пойти под дождем в машину, это все равно просьба – замаскирована она под метеорологические наблюдения, стишок или басню.

Мы не телепаты. Даже когда мы вас очень-очень любим, мы все равно не становимся телепатами. Мы не можем угадать, что вы думаете, хотите или чувствуете. Поэтому, пожалуйста, вспомните, для чего нужны глаголы и существительные, и предельно емко, четко, давая нам время на осмысление, сформулируйте, что вы от нас хотите. Это тяжело и неприятно, вам понадобится терпение, но это единственный способ. Честно.

Исповедь кидалта

Есть такое слово в английском языке «кидалт», возникшее скрещением двух других: «kid» – ребенок и «adult» – взрослый. Кидалты – это взрослые дети. Ответственные, приличные дяди, которые, однако, любят заниматься невзрослой ерундой вроде компьютерных игр, машинок и первоапрельских розыгрышей. Мужчины, принципиально не желающие взрослеть и становиться скучными. Не все представители этого славного племени знают, что для них придумано специальное название. Не все они знают, что не одиноки во взрослой вселенной. Многие до сих пор стесняются расстреливать в ванне солдатиков из брызгалки.

Кидалтам приходится нелегко. Носить костюм на работу, боясь, что из-под сорочки просвечивает майка с суперменом. Прятать рогатку перед приходом новой знакомой. Ждать, когда останешься один, чтобы надуть пузырь из жвачки… Обходить за сто метров, хотя можно перелезть через забор… Постоянный страх, что тебя рассекретят, навесят ярлык «инфантильный» и исключат из приличного общества. Как признаться родителям, что ты кидалт? Перенесут ли они это? Как будут смотреть в глаза соседям?

Я сам через это прошел. Мне было двадцать три года, я уже работал и поэтому точно знал, что я не такой, как все. Рядом со мной не было друга, который хлопнул бы по плечу, сказав «Ты просто кидалт, парень! Это нормально. Прими себя таким! Врубай „Тома и Джерри“ на полную!» Решение проблемы пришло с неожиданной стороны – у меня родился ребенок.

Вначале ничто не предвещало облегчения. Первый год я гулял с коляской примерно по тем же местам, где еще недавно играл в прятки и мечтал, чтобы меня не увидели ребята. Это было так серьезно – ребенок… Отцовство… И так скучно!

Но потом прошел еще год, и ребенок Маша стал проявлять отдаленные признаки гуманоида – ломать вещи и издавать речь. Мне это понравилось. Мне тоже было интересно, что будет, если надеть на голову тарелку с кашей. Мы вместе с Машей смотрели, как каша стекает по стулу и капает на пол, а кошка ее нюхает. Тут я понял, что от такой, казалось бы, бесполезной в хозяйстве вещи, как ребенок, может быть толк. Я не запрещал ей рисовать на обоях и рвать газеты, устраивать потопы в ванной и забрасывать тапочки на шкаф. Я получал страшное удовольствие, что теперь могу делать то, что мне вначале запрещали, а потом я запрещал себе сам. Оказалось, что ребенок – это отличное оправдание для взрослого заниматься той самой ерундой.

Если взрослый пускает в луже кораблик из пачки сигарет, три часа напролет смотрит мультфильмы или залез на дерево – он псих, возможно, буйный. Если все это он проделал в компании ребенка, то он – прекрасный отец. Даже если ребенку было неинтересно.

Но Маше было крайне интересно. Я учил ее счету за игрой в «Монополию». Ей одной на всей площадке разрешалось залезать на самый верх «паутины». Да что там говорить! Я учил ее прыгать по крышам гаражей и поджигать тополиный пух! Она говорила: «Никто из взрослых не смотрит со мной мультфильмы, кроме тебя». Маша, Маша… Честно говоря, я не совсем взрослый… Ты еще слишком мала, чтобы это понять. Когда-нибудь ты поймешь и простишь. Кстати, знаешь, что будет, если положить кусочек льда на раскаленный утюг?

В короткий период времени между моим и ее детством я, можно считать, не жил. Попав случайно (или не очень) в магазин игрушек, я выходил на улицу подавленный. Столько всего успели изобрести, а я уже вырос! Теперь я скупал конструкторы, машинки и самолеты, наборы для фокусов и прикольные липкие субстанции в баночках – ребенку, все ребенку. Она такая избалованная, каждый день хочет новую игрушку, вы же понимаете… Теперь я мог позволить себе куда больше, чем в детстве. А главное – мне не надо было спрашивать ни у кого разрешения! В детстве родители не очень радовались, когда я строил из кресел и диванных подушек замок или карету. Теперь я развернулся во всю мощь былых детских фантазий, помноженную на высшее техническое образование. Мы не просто построили из двух кресел дом. Туда было проведено освещение. Туда были снесены настоящие съестные припасы и телефон. Жалко только, что я туда не помещался. С легкой завистью я разрешил Маше переночевать в этом жилище. Мама не вмешивалась – папа играет с дочкой, что может быть прекраснее. А ребенок, естественно, был в восторге.

 

Правды ради надо сказать, что ребенок был в восторге не всегда. Она никак не могла взять в толк прелесть игры в машинки, а я не понимал, что делать с ее куклами. Логичной для меня игрой было взять и расстрелять их из пушки, Маша же, наоборот, все время заставляла их пить чай. Так что иногда мы играли каждый в свое в разных углах комнаты.

Жизнь обрела гармонию. Она продолжалась лет десять, а потом произошла катастрофа – Маша выросла. В один прекрасный день я обнаружил, что мой ребенок предпочитает мультфильмам Джонни Деппа, а конструктору свою страничку на «Фейсбуке». Игрушки почили в дачных кладовках. Теперь у меня снова нет оправданий для дуракаваляния, и из хорошего отца я снова превратился в инфантильного дядьку. Выход напрашивается сам собой – надо родить еще одного ребенка. Что и советую всем братьям по несчастью – кидалтам.