3 książki za 35 oszczędź od 50%

Остров осьминога

Tekst
Przeczytaj fragment
Oznacz jako przeczytane
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

Глава 3. Окружение

– Почти ничего, только знаю, что они необходимы для современных аугментаций.

– Джимодули были изобретены почти сто лет назад. До этого у нас были очень плохие протезы, которые устанавливали только людям, потерявшим какой-то орган. Но теперь их ставят все, кому не лень, и у кого хватает на это денег. Есть даже те, кто пытается полностью превратить себя в машину.

Современная аугментация состоит из двух мощнейших изобретений человечества. Первая – это почти бесконечная энергия, заключенная в небольшие формы. Проще говоря, вечные батарейки, которые и обеспечивают аугментации необходимым электричеством. Второе изобретение – это джимодуль.

Основой послужил один вид медуз, которых обнаружили в морях после войны наций. Их назвали Джелли Ремедиум. Эти медузы мутировали и стали странным образом совместимы с организмом человека. Первые эксперименты показали, что Джелли Ремедиум могут спокойно жить и существовать внутри человека, при этом врастая в его нервную систему. Их жгутики подсоединялись к нервным окончаниям и реагировали на внешние раздражители. Тогда и был придуман джимодуль.

Первый образец был ни на что не годен. Джелли Ремедиум поместили в капсулу, оставив несколько жгутиков снаружи. Но результатов добиться не удалось. Оказалось, что нужно, чтобы Джелли Ремедиум выросла внутри организма человека, тогда ее нервные волокна становятся похожи на нервные волокна человека. После соответствующих процедур такой джимодуль можно установить в любую аугментацию. Тогда Джелли Ремедиум становится управляющим органом имплантата. После этого жгутики подключатся к нервным окончаниям человека и станут их продолжением, а аугментация будет чувствоваться как продолжение организма.

С тех пор стали выращивать джимодули в людях, монтировать их в протезы и получать таким образом всевозможные имплантаты. Такой имплантат полностью контролировался мозгом человека, так как будто человек с ним родился. Все были довольны. Ученые вписали свои имена в историю, люди получили аугментации, улучшающие их, а корпорации – еще один источник дохода.

Со временем выяснилось, что выращивание джимодуля опасно для здоровья. Поначалу каждый выращивал Джелли Ремедиум сам себе. Но многие захотели иметь не одну или две аугментации, а много. Некоторым требовалось более ста джимодулей, чтобы получилось то, что они хотят. И люди сошли с ума, впрочем, не в первый раз в истории. Они выращивали в себе Джелли Ремедиум в невообразимых количествах и стали гибнуть. Некоторые выращивали их на продажу и тоже гибли. Когда медики разобрались, в чем дело, многие погибли. Выращивание Джелли Ремедиум требует огромного внутреннего напряжения от организма. Внутренние органы изнашиваются гораздо быстрее, чем при обычной жизни.

Итоговые рекомендации говорят о том, что безопасно выращивать только две единицы Джелли Ремедиум в одном человеке. Желательно, чтобы между периодами выращивания был перерыв в несколько лет. Поэтому корпорации и говорят, что люди – это самый важный ресурс. Джелли Ремедиум можно вырастить только в человеке. Ты сколько вырастил? – внезапно спросил Свамп у Мигеля.

– Два модуля, и оба они на мне. Один в голове, другой в руке.

– Если тебе потребуется еще один, то лучше купи, а не выращивай в себе.

– Если я правильно понял, – Мигель, после недолгой паузы, посмотрел доктору в глаза, – то мы здесь, на острове Осьминога, нужны корпорации.

– Всё правильно, как ты думаешь, откуда берется на острове еда? Откуда инструменты и оборудование? Как мы тут вообще выживаем?

– Поставляет корпорация.

– Всё верно, но зачем ей это? Мы – осужденные преступники, причем из самых опасных. Зачем корпорации нас кормить и содержать? – Свамп увидел, что Мигель уже понял и поэтому продолжил: – В ответ мы поставляем готовые выращенные джимодули. Мы им нужны как фабрика, как ферма. Мы – животные, из которых получают то, что нужно. И если животное умрет, то всегда есть, кого отправить на ферму еще.

– А разве нельзя организовать производство своей еды? Самим наладить жизнь на острове? – спросил Мигель. – Есть же инструменты, есть люди. Значит, можно что-то делать.

– И мы делаем. Например, мы выращиваем фрукты, которые в этой широте прекрасно растут и дают богатый урожай несколько раз в год. Но ресурсы острова очень ограничены. И мы многого не умеем. Вот скажи мне, каким полезным навыком ты обладаешь, чтобы мы могли выжить?

– Никаким, – ответил Мигель.

– Именно, почти никто из тех, кто попадает на остров, не обладает никакими навыками. Большинство людей здесь – это убийцы, маньяки, насильники и воры. Есть небольшой процент тех, кто просто не тем людям перешел дорогу или не смог поступиться своими принципами. Людей, умеющих что-то делать, очень мало. Например, я врач. Но изначально я генный инженер. Я, конечно, имею медицинское образование, но не совсем такое, которое нужно. А профессию травматолога я стал осваивать только здесь. И далась она мне тяжело. Многие погибли на моих руках, прежде чем я научился своему делу.

– А из-за чего ты здесь? Кому ты перешел дорогу?

– Это долгая история, пойдем пообедаем. А потом будем решать, что с тобой делать.

Мигель и Свамп спустились в столовую, где Нинель накормила их не очень вкусным, но очень сытным и питательным обедом. Изысков на острове не было. А после обеда Свамп отвел Мигеля в большую комнату, которую назвал залом собраний.

– Сейчас соберутся все, кто трудится в клинике, и главари банд. И будем решать, что с тобой делать. Не переживай, во-первых, тебя никто не собирается убивать. Во-вторых, я замолвлю за тебя словечко. В-третьих, максимум, что тебе грозит, – это то, что тебя выгонят с острова Банд. Хотя мне бы этого не хотелось.

Через полчаса в зале было уже много народу. Мигель разглядывал людей и пытался предположить, кто есть кто. Сотрудников клиники было видно сразу – многие носили красный крест, как опознавательный знак, на груди и спине. Но было еще несколько человек, которые, видимо, представляли те самые банды, управляющие островом Банд.

Помимо доктора Свампа, в толпе выделялись три человека. Один – коренастый, с шикарной, ухоженной бородой, длинными, собранными сзади в косу волосами, внимательным взглядом карих глаз, с мощными руками, которые он не знал куда девать, поэтому постоянно то засовывал их за ремень, то прятал в кармане, то складывал на груди. Второй – высокий, стройный, даже немного худой, с носом, похожим на птичий клюв, с черными, аккуратно подстриженными волосами, черными глазами, смотрящими свысока, даже если их обладатель сидел. Третий – маленький, худой и в преклонном возрасте старичок, с виднеющейся лысиной, хитрыми и улыбающимися глазами, с тростью в руках, которую он держал скорее как оружие, чем как предмет для помощи при ходьбе.

Свамп взял слово и представил Мигеля всем присутствующим, а затем стал перечислять всех присутствующих. Там, где можно было обойтись группой людей, он не стал называть каждого по имени.

– Это глава банды славян, – Свамп рукой показал на коренастого и бородатого. Тот в ответ кивнул Мигелю. – Его зовут Петр.

– Это глава банды свободных, – рука доктора передвинулась и стала указывать на высокого. – Его имя Магнус, но все называют Вороном.

– А это глава банды востока, – рука теперь показывала на старика с тростью. – Мы называем его Абый, а настоящего имени никто и не вспомнит уже.

– Мое имя Рахман, – улыбнулся Мигелю старик. – Молодец, что не попал в чистку. Редкая удача.

Мигель благодарно кивнул Абыю и стал слушать дальше.

– Я хочу взять этого человека к себе в больницу, – сказал доктор. Сказать, что он удивил всех, не сказать ничего. Даже сам Мигель этого не ожидал. Втайне надеялся, но понимал, что смысла в этом нет.

– Зачем он тебе? – первым пришел в себя Абый. – Ты совсем не знаешь этого человека. Видишь его в третий, может, в четвертый раз в жизни. Сотрудников у тебя в больнице больше чем достаточно. Чем он так ценен для тебя?

– У меня две причины, – Свамп, как всегда, улыбался. Что сейчас значила его улыбка, Мигель не понимал. – Первая – он действительно может мне помочь в больнице. Вы все знаете, как я его встретил и при каких обстоятельствах. Кроме него, тебя, Абый, и еще пары человек на всем острове я не знаю еще хоть кого-то, кто смог бы правильно зажать ту рану. Тут нужны не только знания, но и опыт. А вторую причину я озвучивать не хочу, но скажу сразу, что работать он будет на меня и в наших общих интересах.

– А ты, может, поставишь нас в известность об этих самых интересах, – влетел в разговор Магнус. – У меня складывается ощущение, что я их просто не знаю.

– Так и есть, не знаешь. Но когда мы будем вчетвером, то я вам всё поясню и всё расскажу. Сейчас же просто доверьтесь мне. Это никому не повредит, а если получится, то принесет нам большую выгоду.

– Хорошо, – резко сказал Абый, вставая. – Будь по-твоему. Тогда сегодня вечером ты нам всё объяснишь. А сейчас не будем терять время. Мигель, считай, что ты под покровительством Свампа. Советую тебе нанести красный крест на рубаху. Тогда на всем острове мало кто тебя решится трогать.

Глава 4. Задание

Мигель проснулся рано. Его никто не будил, просто старая привычка не спать лишнего. Организм отдохнул, и достаточно. Валяться в кровати он не любил.

Вчера после общего собрания Бароссо не смог поговорить с доктором. Свамп как будто испарился, как Мигель его ни искал. Ближе к ночи один из сотрудников сказал Бароссо, что доктор сейчас с главарями банд, и до утра его лучше не ждать. Теперь Мигель надеялся, что Свамп расскажет, что это за задание и для чего нужен именно Бароссо.

В столовой сидело несколько человек за одним столом. Вместе со всеми за столом сидела и Нинель. Она увидела вошедшего Бароссо и рукой показала ему присоединяться. Мигель сел за стол. Ему тут же подвинули тарелку с едой, дали кружку с чаем и даже хлеб. Он поднял взгляд на Нинель, и она ему улыбнулась, взглядом показывая, чтобы он ел.

 

Потом он познакомился с несколькими сотрудниками больницы. Больше всего ему понравился Адам. Высокий, мускулистый, сильный черный мужчина. Он был немного застенчив, но словоохотлив. Как только Адам понял, что Мигель не желает ему зла, сразу же разговорился. Адам по своей доброте, которая никак не угадывалась под его внушительной внешностью, рассказал Мигелю про себя всё, что успел. Множество имплантатов, вмонтированных в его тело, усиливало его мощь. Грудная клетка была закрыта мощной металлической пластиной, находящейся под кожей. В мышцы имплантированы нановолокна, позволяющие увеличить скорость и силу сокращения тканей. Адам был медбратом, который помогал ухаживать за больными и теми, кто не мог самостоятельно передвигаться. На остров он попал вследствие того, что не мог управлять собой в ситуациях, когда видел, как обижают слабых. Он жил в мегаполисе, и всё было хорошо, пока не увидел, как несколько полицейских загоняют и убивают бродячего пса. Что произошло потом, он не помнит, но видео показывало, как он голыми руками разорвал несколько человек и раскидал их остатки. Он не знал, что пес был опасен и сбежал из лаборатории. В первый раз его спасли врачи, доказавшие, что он не может себя контролировать. Когда произошел второй подобный случай и погибло несколько гражданских людей и двое полицейских, его отправили на остров Осьминога. Его психологическая проблема так и не была решена, хотя врачи и пытались. Когда он попал на остров, во время чистки на него накатил очередной приступ, и он убил четырнадцать заключенных, напавших на вновь прибывших. Остальные разбежались. Сначала его хотели убить, но Свамп взял его к себе, сказав, что это бесценный экземпляр для его больницы. Адам прижился, стал помогать, а потом и полностью влился в коллектив. Самое интересное, что при нем все перестали ругаться и ссориться. Никто не знает, кого Адам сочтет слабым и решит его защищать. Даже Свамп не брался предугадывать такие действия и последствия.

После завтрака персонал больницы пошел заниматься своими делами. Мигелю делать было нечего, и он предложил свою помощь Нинель, но она выгнала его с кухни, сказав, что это ее территория и нечего к ней соваться. «Сама справлюсь, не в первый и не в последний раз». Мигель не стал навязываться и пошел искать доктора.

Свамп появился только после обеда, с больной от похмелья головой. Он поел, выпил много воды и чая. Вечерние посиделки с главами банд дались ему тяжело. Захватив с собой полный чайник, он махнул Мигелю, что означало: «следуй за мной». И медленно, не делая резких движений, стал подниматься на крышу. С момента последнего посещения ничего не изменилось. Они сели за тот же стол, что и в прошлый раз.

– Ну, рассказывай, как тебе у нас? – начал издалека доктор.

– Свамп, не тяни резину! Давай сразу к делу, – ответил Мигель.

– Ну, к делу, так к делу, – доктор начал наливать себе очередную чашку чая. – Только не всё так просто. Чтобы ты понял всё, что от тебя требуется, ты должен сначала узнать, кем я был, за что сюда попал и что знаю.

– Я готов тебя слушать, – спокойно ответил Бароссо. Он видел, как тяжело доктору, но тот быстро приходил в себя. Даже слишком быстро. Мигель подумал, не проглотил ли он каких-нибудь таблеток. Но не стал уточнять или торопить Свампа.

– В общем, так, я родился не в мегаполисе, – начал доктор.

– А где?

– На удаленной научной станции. Корпорация «Аспирати», на которую работали мои родители, владела ей. Там, собственно, я и родился, а когда вырос, то тоже стал на ней работать. Я был генным инженером. Научная станция, она же база «Монтис», огромна, похожа на небольшой город, и в ней несколько уровней, часть базы находится под землей. На ней постоянно ведутся разработки, и довольно успешно. Впоследствии корпорация «Аспирати» торгует этими разработками почти со всеми другими корпорациями. Многие вещи, которые давно и прочно вошли в обиход как военных, так и обычных граждан, разработаны именно там. Например, твои нанороботы были изобретены именно там. Конечно, остальные корпорации тоже имеют свои лаборатории, но ни одна не идет ни в какое сравнение с базой «Монтис». «Аспирати» постоянно выкупают лучшие умы и необходимые материалы для дальнейших разработок. Для научного человека там почти что рай.

Там я и трудился всю свою сознательную жизнь. Группа, в которой я состоял, занималась улучшением генома. Мы смогли вывести новую породу собак. Внешне они напоминали немецких овчарок прошлого, но на самом деле сильно от них отличались. Мы назвали новую породу Царями. У них отсутствовал запах как таковой, то есть другие животные не могли их учуять. Только когда сталкивались с Царями лицом к лицу, но тогда было уже поздно. Вес пса почти не изменился, только увеличился на 10–15 процентов. При этом сила и скорость, которую смогла развивать собака, увеличились более чем в 1,5 раза. Все чувства Царей были обострены, способность к дрессировке также улучшена. Помимо всего прочего, мы сделали так, что любые аугментации легко приживались на псах. И всё это стало возможным благодаря нашей работе. Только с помощью генной инженерии мы добились потрясающих результатов.

Потом мы перешли к другим животным. Крысы, способные переносить вирусы и другое биологическое оружие на себе, а также управляемые с помощью специального модуля. Кошки, как домашние, так и дикие, обезьяны. Всё шло в работу, и результаты были. Правда, большинство из них невозможно было использовать в силу разных причин. Например, обезьяны стали чересчур агрессивны и нападали на всё, что движется. До сих пор их можно встретить в одном лесу, куда мы вывезли их и отпустили. Даже не знаю, как они там теперь живут.

Рано или поздно это должно было случиться. Мы перешли на работу с геномом человека. Мы старались разобраться, что и как устроено, и потратили на это уйму времени, ресурсов и сил. Но кое-каких результатов мы смогли добиться. Мы научились делать сыворотки, дающие человеку отдельные способности животных. Правда, надо сказать, что у них был побочный эффект. Многие наши подопытные приобретали внешние черты животного. У нас была сыворотка ночного зрения. Если ее использовать, то глаза человека со временем менялись на кошачьи. И хорошо, если бы на этом мутации заканчивались. Но они продолжались. У человека отрастали жесткие кошачьи усы. А ногти менялись на когти и образовывались подушечки, в которые они могли прятаться. Выглядело всё это достаточно отвратительно, но в современном мире, с учетом всех аугментаций, такие люди могли бы существовать.

Мы жестоко ошиблись. Общество не приняло таких людей. Они стали отверженными, изгоями. Люди стали избивать их и издеваться над ними, как будто они олицетворяли какое-то вселенское зло. Мы так до конца и не разобрались, в чем причина такой лютой ненависти. Но ни одно общество не захотело, чтобы измененные люди жили рядом с ними. Сначала создавали резервации и сгоняли туда всех измененных, где они и гибли. С каждым днем их становилось всё меньше и меньше. А потом содержать резервации стало слишком дорого. И всех уцелевших измененных согнали сюда, на остров Осьминога.

Но если ты думаешь, что на этом эксперименты закончились, то сильно ошибаешься. Нашей следующей задачей стало создание сыворотки сверхчеловека. Мы должны были понять, почему появляются побочные эффекты и как их предотвратить. Помимо этого, мы должны были сделать сыворотку универсальной и содержащей в себе всё, что нужно. То есть, такая сыворотка должна была одновременно улучшить человека со всех сторон. На самый крайний случай мы должны были сделать серию сывороток. Человек должен был стать, сильнее, умнее, быстрее, выносливее, дольше жить и дольше оставаться молодым, быстрее регенерировать, выживать там, где раньше не мог, дополнительная защита от радиации и ядов.

Задача сложная и почти невыполнимая. Но мы работали, и, знаешь, у нас стало получаться. Подопытные действительно становились сильнее, умнее, выносливее, получали необычные способности, но побочные эффекты проявлялись постоянно. Мы получали очень странных и страшных существ. Даже людьми их назвать язык не поворачивается. Большую часть после осмотров и анализов высылали и продолжают высылать сюда – на остров Осьминога. Они все живут в квартале Изгоев. Даже здесь их не смогли принять.

И вот что я заметил. За последние несколько лет прибывающие стали изменяться. Сначала к нам прилетали различные уродцы. Люди с зубами как у аллигаторов и такой же кожей, помесь человека с пауком, кошачьими, рыбами. Кого только не было. Один страшнее и уродливее другого. Но все сильные, выносливые, быстрые, а в условиях отсутствия огнестрельного оружия в достаточном количестве и смертельно опасные. А теперь к нам прилетают такие же люди, но с гораздо менее выраженными мутациями с внешней стороны. Они остались такими же сильными, но выглядеть стали более похоже на обычного человека. А значит, корпорация достигла определенного успеха. И если так продолжится, то скоро мы можем получить новый биологический вид – сверхчеловека. Меня это очень пугает, – признался Мигелю доктор.

– А от меня что требуется? – спросил Бароссо.

– Мне нужно чтобы ты выяснил, насколько ученые продвинулись в своих исследованиях. Мне надо насколько возможно точно знать, насколько близки они к решению этой загадки.

– И как ты предлагаешь мне это сделать? Я здесь, на острове, они там, – Мигель неопределенно махнул рукой в сторону. – У меня нет никаких технических средств и никаких возможностей. Я не думаю, что ты ставишь реализуемую задачу, и это вообще реально.

– Конечно, у тебя нет ни средств, ни каких-то особых возможностей. Но у тебя есть самое главное. Ты умеешь сопоставлять факты, анализировать и делать правильные выводы. На острове таких людей очень немного. В большинстве своем здесь выживают, и вся мыслительная деятельность связана с этим. Мы разучились это делать. А у тебя еще свежая голова, и ты можешь этим заняться. Я не говорю, что это будет легко и безопасно, не говорю, что мы тебе предоставим все средства. Но я знаю, с чего начать, и знаю, как тебе помочь.

– Как ты предлагаешь начать? – спросил Бароссо с большим сомнением в голосе.

– Для начала тебе нужно попасть на «чистку» и поговорить с теми, кто будет прилетать и будет относиться к изгоям. У них есть информация, а еще она есть в квартале Изгоев. Попасть туда можно, но вот выйти или выжить очень непросто. Изгои отвечают нам так же, как мы относились к ним. Мы их боялись, ненавидели и уничтожали. Теперь пожинаем плоды своих действий. По территории всего острова ты сможешь передвигаться в относительной безопасности, мы позаботимся об этом. Но в квартале Изгоев мы бессильны.

– А как я по острову буду передвигаться?

– Мы дадим тебе форму больницы. Тем более ты всё равно ее получишь, раз уж я принял тебя к себе. И если ты не согласишься взяться за задание, я всё равно буду рад твоим рукам в больнице. Помощники мне нужны, хотя работы в последнее время стало немного. Поэтому я очень тебя прошу подумать над заданием. Не торопись, у тебя есть пара дней до прилета новеньких. Просто попробуй, а будет результат – очень хорошо. А нет, ну что поделать. Мы не всесильны, тем более находясь на острове.

– Хорошо, – согласился Мигель. – Я подумаю, но не обещаю, что возьмусь за задание. Последние месяцы моей жизни были очень напряженными, и я хотел бы немного отдохнуть. А то, что ты рассказываешь об изгоях, не очень радует, и совсем не внушает оптимизма.

– Главное, подумай, Мигель, – доктор встал со стула. Он посмотрел на солнце, что-то обдумывая, но больше ничего по заданию не добавил. – А теперь пойдем, я покажу тебе твое место в больнице, и чем ты будешь должен заниматься. Конечно, если ты не согласишься на задание.

To koniec darmowego fragmentu. Czy chcesz czytać dalej?