Czytaj książkę: «Ксар»

Глава 1 Чёрное пятно

Ташкент. Холодный дождь ранней осени хлестал по высоким кирпичным стенам резиденции; его шум заполнял весь двор. Из открытого окна тянуло сыростью, в комнату проникал запах прелой листвы и мокрой земли. Здесь, на втором этаже, было почти темно.

У окна стоял молодой мужчина. Он медленно вращал в руке хрустальный бокал, и красноватая жидкость покачивалась в тусклом свете, падавшем сквозь стекло. Так и не сделав ни глотка, он через несколько секунд поставил бокал на стол. Заметил, как дрожат пальцы. Какое-то время молча смотрел на свои руки.

В голове снова возникло знакомое давление. Поначалу слабое — словно кто-то осторожно сжимал виски изнутри черепа. Но за считаные секунды боль усилилась. Он судорожно втянул воздух и широко раскрыл глаза.

— Опять…

Он прижал ладонь к виску. Боль волной прокатилась по всей голове. Мужчина направился к огромному зеркалу у стены. Каждый шаг давался с трудом. Остановившись перед ним, он всмотрелся в своё отражение. Лицо тридцатилетнего мужчины казалось сдержанным и спокойным, но усталость в глазах выдавала его состояние.

Он чуть наклонил голову и посмотрел на правый глаз. На белке, рядом со зрачком, виднелось маленькое круглое чёрное пятно. Мужчина прищурился. Ещё вчера пятно было меньше. А сегодня… Он наклонился ближе к зеркалу. Казалось, чёрная точка снова немного разрослась. Челюсти напряглись.

— Нет…

Он коснулся пальцами кожи под глазом, словно этим можно было заставить пятно исчезнуть. Но оно осталось на месте.

Внезапно боль стала невыносимой. Дыхание перехватило. Мужчина опёрся на стол возле зеркала. Всё перед глазами поплыло. На мгновение комната исчезла. Вместо неё возникла другая.

Стена. Кровь. И отец, стоящий на коленях на полу.

Мужчина зажмурился. Но видение не исчезло. Отец бился головой о стену. Снова. И снова.

Тот день он не забудет никогда. Сначала головные боли стали сильнее. Потом начала отказывать память. Порой отец переставал узнавать даже близких. И наконец… умер. От этой самой болезни.

Мужчина открыл глаза. В зеркале снова отражался он сам.

— Я не ты.

Голос прозвучал едва слышно. Но он и сам не поверил своим словам.

Дверь тихо отворилась. Он не сразу обернулся. В комнату вошёл широкоплечий мужчина с прямой спиной и сединой в волосах. Закрыл дверь и несколько секунд смотрел на племянника. Потом медленно подошёл.

— Снова началось?

Молодой мужчина не ответил. Дядя положил ладонь ему на плечо.

— Чёрный.

Тот наконец встретился с ним взглядом в зеркале.

— Я в порядке.

Улугбек покачал головой.

— Не лги.

Чёрный промолчал. Улугбек всмотрелся в его глаз. Заметил пятно. Лицо его стало серьёзным.

Слишком быстро.

Несколько секунд они молчали. Потом дядя тихо продолжил:

— У твоего отца эта стадия наступила гораздо позже.

Чёрный посмотрел на него.

— А у меня — раньше.

Улугбек не ответил. Оба и без того всё поняли. Чёрный ещё раз взглянул в зеркало.

— У него всё тоже так начиналось, верно?

Улугбек помедлил.

— Да.

Чёрный глубоко вздохнул.

— И чем кончилось, я тоже знаю.

Дядя убрал руку с его плеча.

— Это ещё не конец.

Чёрный горько усмехнулся.

— Ты и сам в это не веришь.

Снаружи прогремел гром. Чёрный повернулся к окну. Во дворе один за другим появлялись огни фар чёрных машин. Его взгляд внезапно переменился.

— Ксары прибыли.

Улугбек посмотрел в окно. Во двор въехала ещё одна машина.

— Да.

Чёрный несколько секунд стоял молча. Поправил воротник пиджака и направился к двери. Улугбек смотрел ему вслед.

Пройдя по длинному коридору, Чёрный спустился вниз и направился в главный зал резиденции. Он ступал спокойно. Стражники, стоявшие вдоль коридора, провожали его взглядами. Никто не произносил ни слова. Когда он проходил мимо, они один за другим склоняли головы. У массивной дубовой двери двое охранников одновременно отступили в стороны.

Чёрный на мгновение остановился. Из-за двери доносились негромкие голоса. Английская речь. Китайская. Арабская. Японская. Фразы на разных языках сплетались, заполняя зал. Чёрный протянул руку к дверной ручке. Но ещё до того, как дверь открылась, разговоры внезапно смолкли. Словно все разом почувствовали его приближение.

Он открыл дверь. Зал был просторным и тёмным. Тяжёлые люстры, свисавшие с высокого потолка, давали тусклый свет. Вдоль стен тянулись панели из чёрного дерева с древними узорами; пол был выложен гладким камнем. В центре стоял огромный восьмиугольный стол. Камень, из которого его изготовили, был настолько чёрным, что свет люстр едва отражался в его поверхности.

За столом сидели семеро. Разные лица, разная одежда, разные страны. Объединяло их одно: все они ждали Чёрного.

С его появлением в зале воцарилась полная тишина. Он ни с кем не поздоровался. Медленно подошёл к столу.

Сидевший справа Джексон пристально смотрел на него, не скрывая недовольства. Напротив сидел Лэвэй; положив руки на стол, он следил за Чёрным. Дия молчала. София смотрела ему не в лицо — в глаза. Кириллл сидел, чуть склонив голову. Харуто, несмотря на преклонный возраст, с самого появления Чёрного ни на секунду не сводил с него взгляда.

Чёрный прошёл к креслу с высокой спинкой на противоположной стороне стола и сел. Несколько секунд никто не говорил. Слышен был только дождь за окнами. Чёрный положил руки на стол.

— Извиняться за то, что заставил вас ждать, я не стану.

Джексон приподнял бровь.

— Сегодня нам предстоит обсудить важные вопросы.

Лэвэй слегка подался вперёд.

— По нашему мнению, очень важные.

Чёрный посмотрел на него.

— Говори.

Прежде чем ответить, Лэвэй взглянул на Софию. Она едва заметно кивнула. Тогда он положил ладони на стол.

— Приближается новый век.

Чёрный молчал.

— Нам нужно поговорить о будущем Системы.

Глаза Чёрного чуть сузились. О будущем Системы?

Дия впервые вступила в разговор:

— Не только Системы. — Она пристально посмотрела на него. — О нашем будущем.

Чёрный долго смотрел на неё. Потом откинулся на спинку кресла.

— Сначала решим другой вопрос.

Джексон усмехнулся.

— Какой же?

Чёрный не ответил. Он запустил руку во внутренний карман пиджака. Несколько взглядов тут же обратились к его руке. Из кармана он достал небольшое чёрное устройство и положил его посреди стола. Совершенно гладкое. Ни кнопок, ни антенны, ни проводов.

Чёрный провёл пальцами по гладкому экрану. В следующую секунду включился большой настенный проектор, и появилась карта мира. Все взгляды устремились к ней.

— Из Англии поступило секретное предложение, — спокойно произнёс Чёрный.

Зал вновь замер.

— Распространяется вирус.

Он отметил точку на карте. На территории Англии вспыхнула красная метка. Затем ещё одна — в другой части Европы. И ещё. Красных точек становилось всё больше.

С лица Джексона исчезла насмешка. Чёрный продолжал смотреть на карту.

— Они не могут взять ситуацию под контроль.

Дия негромко спросила:

— Чего они хотят от нас?

Чёрный наконец поднял голову.

— Помощи.

Джексон откинулся на спинку стула и улыбнулся.

— А что мы получим взамен?

Чёрный посмотрел на него. На этот раз на его лице появилась едва заметная улыбка.

— Право выхода в космос.

В зале снова стало тихо. Но теперь никто не улыбался.

В разных частях Европы продолжали появляться красные точки. Не отрывая взгляда от карты, Джексон спросил:

— И что мы должны сделать за право выхода в космос?

Чёрный сдвинул карту в сторону. Свет изменился, и её сменила другая картинка: лаборатория. Люди в белых халатах за стеклянными перегородками за чем-то наблюдали. На экранах отображались результаты биологических анализов, неизвестные коды и карты распространения болезни.

— Остановить распространение вируса, — сказал Чёрный. — Сами они на это не способны.

Лэвэй подался вперёд.

— Почему?

— Потому что вирус необычный.

Чёрный ещё раз коснулся устройства. Изображение увеличилось. На экране появился вирус под микроскопом. Все молчали. София долго всматривалась в изображение.

— Не похоже, что этот вирус возник естественным путём.

Чёрный посмотрел на неё.

— Английские учёные говорят то же самое.

Джексон негромко постучал пальцами по столу.

— Значит, они хотят, чтобы мы его изучили.

— Нет.

Чёрный погасил изображение.

— Они просят нас найти тех, кто распространяет вирус.

Он поднялся.

— Они не знают, откуда он взялся. Им известно лишь одно: сам по себе он так распространяться не может.

— Значит, предложение Англии касается не только вируса.

Чёрный кивнул.

— Не только. — Он обвёл взглядом сидевших за столом. — Чтобы мы нашли этих людей, нам предоставят доступ к секретным данным их спутников.

В глазах Джексона вспыхнул интерес.

— На сколько?

— На три часа.

Джексон усмехнулся. Чёрный не сводил с него взгляда.

— Если выполним задачу.

Улыбка Джексона медленно погасла.

— А если нет?

Чёрный взял устройство в руку.

— Тогда можно забыть и о праве выхода в космос, и обо всём остальном.

Когда он выключил устройство, зал снова погрузился в привычный полумрак. Чёрный выпрямился. Все смотрели на него.

— Если все согласны, начинаем операцию.

Он немного помолчал, затем повернулся к Харуто:

— Подключайтесь к спутнику. Мне нужны текущие снимки и данные.

Харуто кивнул и взял устройство связи.

— Понял.

Через двадцать минут после этого короткого приказа на большом настенном экране начали сменять друг друга изображения. Города. Дороги. Здания. Больничные отчёты, движение денежных средств. Ксары в Японии передавали Чёрному все свои данные через спутник. Он не отрывался от экрана.

— Джексон. Скажи своим людям, пусть проанализируют все сведения. Рассчитают, где может произойти следующая атака.

На следующие полчаса зал погрузился в тишину. Люди Джексона, используя свои необыкновенные способности, мысленно связывали сотни разрозненных сведений, выделяя наиболее вероятные направления. На экранах непрерывно сменялись данные. Сам Джексон пытался с первого взгляда уловить связи между ними. Наконец один из его людей вышел на связь:

— Есть результат.

Джексон посмотрел на экран.

— Где?

— Италия. Провинция Варесе, район к северо-западу от Милана. Вероятность того, что следующая атака начнётся оттуда… девяносто процентов.

Все разом повернулись к Софии. Она ничего не сказала. Просто отдала распоряжение своим людям в Италии.

Местные Ксары пришли в движение и вскоре добрались до указанного района. Одни заняли крыши высоких зданий. Другие ходили по улицам. Третьи издали наблюдали за людьми. Никаких приборов у них не было. Их оружием было собственное тело.

Взгляд. Звук. Движение вдалеке. Слова, произнесённые шёпотом. Они пытались уловить то, чего обычный человек не заметил бы. Но район был слишком велик.

Спустя некоторое время один из людей Софии вышел на связь:

— Охватить всю территорию сложно. Слишком много людей. Чтобы всех услышать и за всеми уследить, нужно больше времени. Наших сил не хватает.

Услышав это, Чёрный несколько секунд молчал. Потом закрыл глаза, мысленно выделил Ксары Софии и ощутимо усилил их способности, ничего им не сказав. Боль в голове мгновенно обострилась, но и этого он никому не показал.

В тот же миг София и её люди ощутили странную перемену в собственных телах. Зрение обострилось. Далёкие звуки словно приблизились. Лица, которые прежде сливались, теперь можно было отчётливо различить. Они начали улавливать первые слова о вирусе, о подготовке к его распространению.

Через несколько минут связь возобновилась. Цель была обнаружена.

Чёрный открыл глаза и вернул их способности к прежнему уровню. Вместе с этим отступила и боль. Он повернулся к Кирилллу и произнёс его имя. Тот ответил, не дожидаясь конца распоряжения:

— Мои люди уже готовы.

— Люди Дии пойдут с вами, — сказал Чёрный.

Кириллл кивнул.

— Понял.

Вскоре боевая группа в Италии выдвинулась к установленному месту. Когда они ворвались на базу, их встретили ожесточённым сопротивлением. Однако бой длился недолго. Люди Кириллла разительно отличались от обычных людей: они обладали огромной силой, а их раны заживали с необычайной быстротой. Ксары одного за другим обезоруживали членов тайной группы. Увидев, на что способны нападавшие, остальные поняли, что сопротивляться бессмысленно, и сдались сами.

Посланник Дии тоже не остался в стороне. Он подошёл к пленным. Сначала поиграл с их чувствами: одного заставил плакать, другого — безостановочно смеяться. Затем мало-помалу выведал нужные сведения: сколько у них ещё людей и где хранятся запасы вирусов. Информацию передали в зал совещаний.

Чёрный повернулся к Умару.

— Что с моим поручением?

— Мои Ксары понесли большие потери, но мы справились, — ответил Умар и передал ему металлический футляр с антидотом против вируса. — Ваш приказ выполнен.

— Наконец-то.

Жидкость внутри слабо поблёскивала на свету. Чёрный протянул контейнер Лэвэю.

— Наладьте производство.

Лэвэй принял его.

— Сколько нужно?

— Как можно больше и как можно скорее. Затем отправьте в Английское королевство.

Лэвэй кивнул.

— Понял.

Операция завершилась за несколько часов. Когда всё было закончено, Чёрный вновь связался с руководством Английского королевства и сообщил, что глобальная угроза устранена. Отправив секретные снимки, подтверждавшие его слова, он потребовал выполнить обещание — предоставить космический коридор. Английская сторона безоговорочно подтвердила своё согласие.

Лондон. Глава британской Секретной разведывательной службы, MI6, объяснял премьер-министру, насколько могущественны эти Ксары и что, если не держать их под контролем, они могут захватить весь мир.

Премьер-министр, не отрывая взгляда от стены, сказал:

— Вы прекрасно понимаете, что произойдёт, если мы подберёмся к ним слишком близко.

— Это не доказано, — с тревогой возразил глава MI6.

Премьер-министр оборвал его:

— Вспомните историю прошлых столетий. Риск слишком велик. Даже без этой закономерности вы видели, на что они способны. Я не стану из-за них подвергать опасности свою семью.

В большом зале совещаний ташкентской резиденции вновь воцарилась тишина. Настенные проекторы один за другим погасли. Карта мира растворилась в темноте. Казалось, заседание окончено.

Но Дия не поднялась. Несколько секунд она молча смотрела на Чёрного. Затем спокойно произнесла:

— Прежде чем закончить, нам нужно обсудить ещё один вопрос.

Чёрный посмотрел на неё.

— Какой?

Дия положила руки на стол.

— Будущее.

Чёрный молчал.

— Сегодня мы решили проблемы нескольких государств, — сказала Дия. — Предотвратили войны. Изменили положение на рынках. Нам достаточно нескольких приказов, чтобы изменить человеческие жизни. — Она помедлила. — Но всё это зависит от того, существуешь ли ты.

София тоже вступила в разговор:

— Мы стоим на пороге нового века. Тысяча девятьсот девяносто седьмой год подходит к концу. До конца двадцатого века осталось три года.

— О будущем Системы нужно думать уже сейчас, — сказал Лэвэй. — Нам нужен наследник.

Взгляд Чёрного похолодел. София продолжила:

— Ребёнок твоей крови… — Она на мгновение замолчала. — …станет следующим центром Системы.

Чёрный сидел неподвижно. Дия не могла прочесть на его лице никакого ответа.

— Речь не только о твоей семье, — сказала она. — Речь о будущем всех Ксаров.

Наконец Чёрный медленно поднялся. Подошёл к столу и положил обе ладони на чёрную каменную поверхность.

— Значит, вы уже всё решили.

Никто не ответил. Он поочерёдно посмотрел на каждого.

— А я отвечу вам прямо сейчас. — Голос его был совершенно спокоен. — Я не женюсь.

Дия нахмурилась.

— Чёрный…

— И детей у меня не будет.

На зал опустилась тяжёлая тишина. Чёрный продолжил:

— После меня другого Чёрного не будет.

Джексон резко поднял голову.

— Что?

Чёрный даже не взглянул на него.

— На мне эта кровь оборвётся.

Джексон вскочил.

— Ты не можешь принимать такое решение!

Теперь Чёрный посмотрел на него.

— Я не могу распоряжаться собственной жизнью?

— Речь не о твоей жизни! — Джексон повысил голос. — Речь о нас! О нашей силе!

Лэвэй ударил кулаком по столу.

— Что нас ждёт, если не будет наследника?!

Дия заговорила тише, но не менее резко:

— Если сегодня за одну ночь мы способны изменить весь мир, то что станет с Системой завтра, когда мы тебя потеряем?

Чёрный смотрел на них. Несколько секунд. Потом закрыл глаза. Пальцы медленно сжались.

В тот же миг сам воздух в зале словно изменился. Все семеро Ксары одновременно ощутили внутри странную пустоту. Сила, годами струившаяся в их телах, будто внезапно иссякла.

Джексон задохнулся. София вцепилась в спинку стула. Лэвэй упёрся ладонью в стол. Лица остальных мгновенно побледнели. Они чувствовали не то, что слабеют… а то, что сила отдаляется от них.

Чёрный открыл глаза. На висках вздулись жилы. Во рту появился горький привкус железа. За эти несколько секунд тишины в его голове наконец стало спокойно. Шум, годами терзавший его изнутри, утих. Чёрный глубоко вдохнул.

— Я не обреку своего ребёнка на это проклятие. — Перед глазами словно снова возникли последние мгновения жизни отца. — На мне всё закончится.

Джексон едва держал себя в руках. В его глазах страх смешался с яростью. Рука медленно скользнула к оружию, спрятанному под плащом.

Харуто заметил это. Старик мгновенно перехватил его запястье.

— Стой.

Джексон повернулся к нему.

— Отпусти.

Пальцы Харуто сжались ещё сильнее.

— Ты с ума сошёл?

Джексон не сводил глаз с Чёрного. Харуто почти неслышно прошептал ему на ухо:

— Ты забыл о Ксаат Хорум?

Джексон застыл.

— Ты не можешь его убить. Мы его рабы, Джексон.

Слово «рабы» мгновенно остудило ярость Джексона.

— Если Чёрный умрёт…

Харуто не договорил. Но оба знали продолжение.

Чёрный. Сила в их крови. Всё было связано.

Джексон медленно убрал руку от оружия. Чёрный видел его движение, но ничего не сказал.

Через несколько секунд он разжал пальцы. Сила снова потекла по телам Ксаров. И боль в его висках тоже вернулась. В уголке рта выступила капля крови. Чёрный стёр её рукой.

Ксары один за другим поднялись. Прежней гордости в них уже не было.

Дия долго смотрела на Чёрного. Ничего не сказала. Но её взгляд ясно говорил: этот разговор ещё не окончен.

Чёрный указал на дверь.

— Покиньте Ташкент.

Никто не возразил. Через несколько минут зал опустел. Под дождём чёрные автомобили один за другим выезжали из резиденции.

В зале остались только Чёрный и его дядя. Чёрный стоял, опираясь обеими руками на стол. Улугбек медленно подошёл к нему.

— Не стоило говорить им об этом так открыто, племянник.

Чёрный не ответил.

— Теперь они не успокоятся.

Чёрный поднял голову. Улугбек продолжил:

— Закон тебя защищает. Но они будут искать способ его обойти.

Глава 2 Чёрная школа и шанс

Дождь окутал ташкентские улицы пеленой тишины. Городские огни преломлялись на мокром асфальте, вытягиваясь в длинные жёлтые полосы. Между ними почти бесшумно скользил чёрный бронированный Mercedes-Benz S-Class. Снаружи он выглядел как обычный роскошный автомобиль 1997 года. Но внутри скрывался совсем другой мир.

В салоне стояла глубокая тишина. Ни гул двигателя, ни стук дождевых капель по стёклам не проникали внутрь. Специальная акустическая защита словно отсекала весь внешний мир. Под отделанной деревом передней панелью едва заметно мерцали фиолетовые индикаторы, показывая, что защитное поле работает непрерывно. На центральном дисплее сменялись не привычные карты, а результаты анализа скрытой системы, отслеживавшей электромагнитную активность вокруг автомобиля.

Сидевший сзади Джексон смотрел на дождевые капли, стекавшие по окну. Каждая из них медленно скользила вниз, и ему казалось, будто вместе с ними рушатся четыре столетия истории.

Он неторопливо запустил руку в карман и достал компактное чёрное устройство связи, умещавшееся на ладони. Нажал боковую кнопку. На мгновение вспыхнул зелёный огонёк.

На экране появилась надпись: «Связь защищена».

Джексон поднёс устройство к уху. Несколько секунд молчал, затем заговорил негромко, но твёрдо:

— Значит… он решил разорвать многовековую цепь.

Воздух в салоне будто стал ещё тяжелее.

— Если его замысел осуществится, рухнет и Система, которую строили четыреста лет, и наша власть над миром. Я не стану просто смотреть на это, Лэвэй.

Казалось, собеседник тоже не хотел касаться этой темы. Наконец послышался спокойный, холодный голос Лэвэя:

— Проклятие Ксаат Хорум недвусмысленно. Нельзя ни причинять ему физический вред, ни убивать его. Тот, кто нарушит этот запрет… погибнет сам.

Джексон молчал. Этот закон он знал не хуже Лэвэя.

— Но… — продолжил тот. — Ни одно правило не запрещает сломить его волю.

За окном сверкнула молния, на мгновение осветив салон.

— Он избегает женщин. Отказывается создавать семью. Значит, в этом и есть его главная слабость. Принуждать его необязательно… Мы найдём такую женщину, что Чёрный даже не успеет воспротивиться.

Пальцы Джексона крепче сжали устройство.

Лэвэй продолжил:

— Нам нужен не он сам… Нам нужна его кровь. Нужен новый наследник.

По стеклу всё так же стекали капли. Джексон медленно поднял голову. Теперь в его глазах был не привычный холод, а расчёт опытного шахматиста.

— В этой партии нельзя торопиться. Один неверный ход может положить конец всей нашей истории.

Он замолчал. Теперь оба понимали: они искали уже не просто человека, а женщину, которой предстояло родить будущее.

Джексон выключил устройство. Зелёный огонёк погас. В салоне снова воцарилась тишина. Mercedes продолжил путь по дождливым улицам Ташкента, словно ничего не произошло.

Дождь усиливался, пряча старые махалли за серой завесой. Из придорожной пекарни тянуло горячим хлебом, только что вынутым из тандыра. Его запах смешивался с влажным воздухом.

Белый Mercedes-Benz плавно остановился у обочины. София потянулась к дверной ручке. В этот миг её слух уловил знакомую вибрацию. Рука замерла в воздухе, а взгляд мгновенно метнулся на другую сторону улицы.

За пеленой дождя почти бесшумно проплывал бронированный Mercedes-Benz S-Class.

— Джексон… — прошептала она.

Защитные волны, окружавшие автомобиль, не позволяли расслышать разговор внутри. Но тусклый свет уличного фонаря на мгновение скользнул по стеклу, осветив лицо Джексона. София не отвела взгляда. Его губы мерно двигались.

«…Чёрный…»

«…наследник…»

«…девушка…»

«…генетический…»

Нескольких секунд оказалось достаточно.

Глаза Софии блеснули. На губах медленно появилась улыбка.

— Значит… они уже начали игру. Решили найти Чёрному девушку…

Она прекрасно понимала: та сторона, которая первой обеспечит рождение наследника Чёрного, склонит в свою пользу будущее равновесие сил.

София тихо закрыла дверь. Запах горячего хлеба больше её не занимал. Она достала из кармана чёрное устройство связи и начала отправлять распоряжения одно за другим:

«Протокол первого уровня».

«Немедленно выявить подходящих кандидаток».

«Только самые чистые генетические линии».

За считаные секунды сообщения разошлись по доверенным людям. Долгие годы верность между Ксаров казалась незыблемой. Но эта ночь изменила всё.

Несмотря на дождь, во дворе усадьбы Чёрных царил покой. Капли с листьев вековых чинар падали в мраморный бассейн, разбегаясь по воде мелкими кругами. Шум внешнего мира сюда не доходил. Казалось, даже время текло здесь иначе.

Самым тихим уголком дома была библиотека. Поднимавшиеся до потолка стеллажи хранили редкие рукописи, оставшиеся от Бухарского, Хивинского и Самаркандского ханств. Стены были облицованы старинными синими изразцами. Между ними виднелись высеченные надписи, смысл которых на протяжении веков был известен лишь династии Чёрных.

Улугбек стоял у окна, заложив руки за спину. Молодой Чёрный, прислонившись плечом к колонне возле стеллажа, погрузился в раздумья.

Долгое молчание нарушил дядя:

— Ты ошибся, рассказав им всё, племянник. Они всё равно не успокоятся.

Не отрывая взгляда от окна, Чёрный ответил:

— Я лишь вернул им силу, дядя. Но так и не показал, кто на самом деле удерживает поток в их жилах.

Улугбек лучше всех понимал, что стояло за этими словами.

Внезапно дыхание Чёрного оборвалось. Острая боль поднялась из груди и ударила в голову. Зрение затуманилось, рука невольно потянулась к виску. В следующую секунду он опустился на одно колено на мраморный пол. Горло обожгла горячая кровь. Из уголка рта скатилась алая капля.

— Чёрный!

Улугбек поспешил к нему, но племянник остановил его жестом.

Дыша тяжело и прерывисто, Чёрный едва слышно произнёс:

— Видите… Я могу питать их силой одним своим чувством… — Он прижал ладонь к груди. — Но сам за это сгораю.

В библиотеке слышался лишь далёкий шелест дождя.

— Я не хочу, чтобы и мой ребёнок оказался связан этим проклятием.

Чёрный медленно поднял голову. В его глазах вместе с болью горела решимость.

— Не хочу, чтобы мои дети каждый день смотрели, как я сгораю, а потом унаследовали ту же участь. Этот род… закончится на мне.

Улугбек не нашёл ответа. Он лишь смотрел на племянника. Такое решение могло изменить судьбу не одного человека, а целой династии.

Держась за стену, Чёрный медленно поднялся. Вытер кровь с губ и вышел из библиотеки.

В комнате в конце коридора, в кресле у окна, сидела его мать. Европейка по происхождению, она и с возрастом не утратила ни аристократического облика, ни хладнокровия. Женщина спокойно читала книгу. В её глазах не было угольно-чёрного пятна, отличавшего династию. Она пришла в эту семью извне и никогда не ощущала на себе её генетического бремени.

Чёрный опустился в кресло напротив и с силой растёр лицо ладонями.

Мать не подняла глаз от книги.

— Я всё слышала, — раздался в комнате её ровный голос. — То, что ты говорил на собрании внизу…

Она закрыла книгу, положила её на стол и посмотрела на сына.

— Это просто глупость.

— Я уже принял решение, мама, — спокойно ответил Чёрный. — Эти мучения нужно прекратить.

— Ты разрушаешь семейные устои. Разрываешь многовековую цепь.

В её голосе не было ни тени чувства. Казалось, она выносила приговор не собственному сыну, а одному из членов династии.

— Этот род и Система, которую мы создали, стоят гораздо выше твоей личной боли. Твой отец работал до самой гибели, но ему и в голову не приходило разорвать цепь. Потому что он знал наше место в этом мире.

Несколько секунд стояла тишина. Затем Чёрный медленно поднял голову.

— Я не хочу умереть, как отец.

На этот раз взгляд матери изменился. Она встала и подошла к окну.

— Тогда найди лекарство, — сказала она, не оборачиваясь. — Для этого у тебя есть всё. Отправляйся в Швейцарию. Покажись нашим врачам. И пусть там… ещё раз напомнят тебе, кто ты на самом деле.

Чёрный ничего не ответил. Медленно поднялся и вышел из комнаты.

На следующее утро, едва рассвело, на дальней взлётной полосе Ташкентского международного аэропорта уже стоял готовый к вылету чёрный частный самолёт. С виду — обычный бизнес-джет. Однако специальное покрытие корпуса поглощало радиолокационные волны, превращая его для радаров в несуществующий объект.

Чёрный поднялся по трапу и занял место в салоне. Самолёт тронулся, набрал скорость и под гул двигателей ушёл в облака.

Через несколько часов за иллюминатором показались белоснежные вершины Альп. Солнце искрилось на снегу. Самолёт свернул в узкое ущелье между высокими горами.

Впереди возвышалась отвесная скала.

Пилот не менял курса.

В скале бесшумно разошлись скрытые створки, и самолёт исчез внутри. Стальные ворота за ним вновь сомкнулись.

Когда открылась дверь, в салон ворвался ледяной горный воздух. Солдаты личной гвардии, выстроившиеся на площадке, одновременно склонили головы. Позади них молча стояли учёные в белых халатах.

Это был самый засекреченный научный центр династии Чёрных. Именно здесь рождалось то, что служило подлинным источником могущества Ксаров. Каждое открытие, новый препарат, новая технология сначала появлялись в этих лабораториях. А затем Ксары использовали их, расширяя свои империи.

Чёрный прошёл во внутреннее отделение лаборатории. Увидев ожидавших его врачей, он без слов устроился в медицинской капсуле. Прозрачная крышка закрылась. Голубые лучи охватили его тело.

На экране появились биологические показатели:

Биологический возраст: 30 лет.

Через несколько секунд высветился второй результат. Все в лаборатории замерли.

Биологический возраст нейронов: 60 лет.

Главный врач глубоко вздохнул, не отрывая глаз от экрана.

— К сожалению… ваше состояние снова ухудшилось. Рака нет. Вирусов нет. Генетических мутаций нет. Состав крови совершенно нормальный. Господин… мы даже не знаем, с чем боремся. Ваш организм здоров, но мозг стареет с каждым днём.

Врач достал из холодильника препарат для инъекции.

— Новый нейростимулятор, разработанный арабскими Ксарами. Он не лечит болезнь, лишь временно активизирует отмирающие нейроны.

Едва игла вошла в вену на шее Чёрного, на его висках вздулись сосуды. Через несколько секунд все вновь посмотрели на экран.

60.

Число не изменилось.

Чёрный выбрался из капсулы. Боль немного отступила, но он знал: это ненадолго.

В этот момент Улугбек протянул ему толстый журнал.

— Сегодня утром доставили из Испании. Автор одной из статей выдвинул необычную теорию о биологической гармонии человеческого мозга.

Чёрный внимательно прочёл статью и решительно произнёс:

— Я встречусь с этим учёным. Но сначала… зайдём в Школу.

Выйдя из лаборатории, они направились в западное крыло базы. Белоснежные стены сменились холодным бетоном, запах лекарств — запахом металла и пороха. Массивные стальные ворота с тяжёлым скрежетом открылись, обнажив полигон, вырубленный в толще скалы.

Это была Чёрная школа.

Их встретил её комендант — седой, опытный военный с боевыми шрамами на лице. Когда Чёрный приблизился, он склонил голову.

— Господин.

— Готовы? — спросил Чёрный.

— Всегда.

На губах коменданта появилась лёгкая улыбка.

Они вышли в центр площадки. Все тренировки вокруг прекратились.

Комендант атаковал первым. Чёрный ловко отступил и ударил его локтем в рёбра. В ответ получил удар коленом в живот. Вместе с болью пришло странное облегчение: давление в голове словно немного ослабло.

Чёрный нанёс три стремительных удара подряд, вывел противника из равновесия и бросил через плечо на землю.

Поединок закончился. Чёрный протянул ему руку.

— Будь вы в моём возрасте… этот бой закончился бы иначе.

— Возможно. А возможно, и наоборот, — с гордой улыбкой ответил комендант.

Чёрный направился к детской части полигона. Там тренировался худощавый мальчик лет десяти — Темур. Его движения были точными и хладнокровными. Напротив него стремительно двигалась темнокожая девочка — Аша.

При виде Чёрного Темур опустился на правое колено и склонил голову.

— Господин.

Аша тоже встала на колени рядом с ним.

Чёрный положил руку мальчику на плечо.

— Зеница моя… Ни за что не прекращай тренировки. Нас ждут тяжёлые дни. Мне понадобится самый надёжный щит в мире. Расти скорее.

Темур посмотрел на угольно-чёрное пятно в глазу Чёрного.

— Я в любую секунду готов умереть за вас.

— А я хочу, чтобы ради этого ты жил, — тихо ответил Чёрный.

На лице Темура отразилось удивление. Чёрный взглянул и на стоявшую рядом Ашу, чувствуя преданность обоих.

Ощутив, что действие лекарства постепенно ослабевает, он повернулся к Улугбеку.

— Готовьте самолёт. Летим к автору того исследования в Испанию.

Глава 3 Незнакомый взгляд

Самолёт плавно приземлился на специальную взлётно-посадочную полосу барселонского аэропорта. Даже лёгкий толчок, с которым шасси коснулись бетона, словно усилил боль Чёрного. Он уже чувствовал, как постепенно слабеет действие нейростимулятора, введённого на секретной базе в Альпах. В висках вновь проснулось знакомое давление.

Стоило двери самолёта открыться, как в салон хлынул тёплый влажный воздух Барселоны. Он совсем не походил на ледяные ветры Альп. Но для Чёрного это не имело значения. Каким бы ярким ни было солнце снаружи, внутри него с каждым днём становилось всё темнее. Он медленно спустился по трапу.

У отдельного VIP-терминала его уже ждали выстроившиеся сотрудники охраны в чёрных костюмах. Чёрный сел на заднее сиденье бронированного автомобиля. Едва машина покинула территорию аэропорта, он прислонился головой к стеклу.

Утренняя суета. Кофейни у тротуаров. Старинные здания, от которых веяло историей. Люди на узких улицах… Всё проплывало перед глазами размытым пейзажем. Но он ничего не замечал. В голове неотступно вертелся один вопрос: «А если и этот учёный не найдёт ответа?»

В ушах вновь зазвучали слова врачей:

— Ваш организм здоров… Но мозг стареет… Мы не знаем причины…

Чёрный закрыл глаза. «Неужели эта болезнь поражает каждое поколение, а способа вылечить её так и не нашли?»

Исследование испанского учёного о биологической гармонии было его последней надеждой. Если и эта работа окажется бесполезной… Тогда не останется иного выхода, кроме как вместе со своей кровью уничтожить и всю Систему Ксаров.

Машина свернула к историческому центру Барселоны. Бронированный автомобиль ровно двигался по старинным улицам. Чёрный безучастно смотрел в окно. С каждой секундой ему всё сильнее казалось, будто кто-то медленно сдавливает его череп изнутри.

Вдруг его взгляд зацепился за большой рекламный щит. Над чашкой чёрного кофе поднимался пар. Внизу была лишь короткая надпись: «Café de la Sombra»..

Чёрный на секунду задержал взгляд на рекламе, затем отвернулся. Но в нём внезапно возникло желание.

Кофе. Горячий… Горький… Чёрный кофе с густым ароматом.

Он списал это на обычную усталость. Долгий перелёт, действие препарата и непрекращающаяся боль — причин хватало.

Машина ехала дальше. Позади осталось ещё несколько улиц. Чёрный снова прислонился головой к стеклу.

И тут…

Снова та же реклама. Тот же чёрный кофе. Тот же пар.

Словно сам город намеренно вёл его туда.

На этот раз желание стало сильнее. Ему даже почудился на языке горький вкус кофе. Странно. Очень странно. Но сейчас… почему-то казалось, что он непременно должен зайти в эту кофейню. Будто что-то звало его туда.

Он поднял голову.

— Поворачивай.

Водитель взглянул на него в зеркало заднего вида.

— Господин… Скоро встреча с профессором.

Чёрный не ответил. Он всё ещё смотрел на рекламный щит. Через несколько секунд заговорил снова, на этот раз холоднее:

— Сначала кофе.

— Но…

Водитель не успел договорить.

— Я сказал: поворачивай.

Воздух в салоне словно вмиг заледенел. Водитель больше не произнёс ни слова. Повернул руль влево. Бронированный автомобиль покинул главную улицу и направился в старые готические кварталы Барселоны.

Улицы становились всё уже. Туристы почти исчезли. Наконец машина остановилась у маленькой кофейни, затерявшейся среди старинных каменных зданий. На деревянной вывеске над дверью стояло то же название, что и на рекламе: «Café de la Sombra».

Несколько секунд Чёрный смотрел на вывеску. Что-то внутри словно шептало: «Ты пришёл куда нужно».

Он медленно открыл дверцу и бросил взгляд на выходивших следом охранников.

— Внутрь никто не входит.

Приказ прозвучал коротко и твёрдо. Затем он один переступил порог кофейни.

Медный колокольчик над дверью тихо звякнул, возвещая о его появлении. Внутри смешивались ароматы кофе и старых книг. Побелённые кирпичные стены, тёмные деревянные колонны и отполированные годами столы придавали этому месту особое спокойствие.

На полке в углу стояли книги на разных языках. У окна пожилой мужчина неторопливо перелистывал газету. Двое мужчин средних лет негромко что-то обсуждали. Из-за стойки доносилось ровное жужжание кофемолки.

Чёрный машинально поправил цветную линзу, скрывавшую врождённое чёрное пятно в глазу. Затем сел за самый дальний столик, стоявший в полумраке. Взглянул на входивших следом охранников.

— Ждите снаружи.

Те молча вышли.

Вскоре к нему подошла молодая официантка.

— Могу я принять ваш заказ?

— Чёрный кофе.

— С сахаром?

— Нет.

Девушка кивнула и отошла. Чёрный поставил локти на стол и медленно растёр виски. Боль возвращалась. Действие нейростимулятора почти закончилось. Давление нарастало, в голове снова пробуждался знакомый шум.

Он закрыл глаза. В мыслях оставался лишь один вопрос: «Каким будет следующий ход Ксаров?»

Джексон… Лэвэй… София…

В этот момент дверь кофейни снова открылась. Внутрь, смеясь, вошли три студентки. Они заняли свободный столик в трёх шагах от Чёрного. Заговорили об учёбе, экзаменах и повседневных делах, то и дело заливаясь смехом. В тихую кофейню ворвалось дыхание юности.

Чёрный лишь мельком взглянул на них и снова погрузился в свои мысли.

Через несколько минут официантка принесла кофе. Над чашкой поднялся горьковатый аромат. Чёрный уже протянул к ней руку…

И вдруг…

Его взгляд упал на одну из девушек. Рука застыла в воздухе. Сердце словно на мгновение перестало биться.

На белке её правого глаза… Рядом со зрачком… Виднелось угольно-чёрное пятно, похожее на каплю чернил, упавшую на белую бумагу.

Точно… Точно такое же, как у него.

Чёрный замер.

Как это возможно?

До сих пор он видел этот знак только у представителей династии Чёрных. Это не было магией. Не было и случайностью.

В тот же миг… он вдруг забыл о чудовищном давлении в голове. Словно шум, годами кричавший внутри черепа, разом оборвался. Боль в висках исчезла. Дышать стало легче. Невидимая тяжесть, сдавливавшая грудь, внезапно отпустила.

Чёрный невольно уставился на девушку.

«Кто она? Откуда у неё этот знак?»

Поначалу девушка ничего не замечала. Но через несколько секунд обратила внимание на незнакомца, который неотрывно смотрел на неё. Улыбка медленно сошла с её лица. Она неловко оглянулась, затем тихо сказала подругам:

— Пойдёмте.

— Что случилось?

— Потом объясню… Идёмте.

Подруги недоумённо переглянулись. Но, заметив её тревогу, не стали расспрашивать. Даже не собрав вещи со стола, они поспешно вышли из кофейни.

Колокольчик над дверью звякнул снова.

Этот звук привёл Чёрного в чувство. Он резко поднялся, не сводя взгляда с выходившей девушки.

Впервые в жизни… он увидел отражение собственной крови в другом человеке.

Чёрный застыл, глядя на дверь. Звон медного колокольчика давно стих, дверь закрылась. Но он всё ещё смотрел туда, словно девушка вот-вот должна была вернуться.

Несколько секунд…

Нет. Она уже растворилась в толпе.

Наконец, взяв себя в руки, он жестом подозвал своих людей. Двое охранников, ждавших снаружи, немедленно вошли.

— Господин.

Чёрный повернулся к ним.

— Вы видели трёх девушек, которые только что вышли?

— Да.

— Найдите ту, с чёрными волосами.

Охранники молча слушали.

— Кто она. Где живёт. Из какой семьи. Связана ли с кем-нибудь из Ксаров… — Он на мгновение замолчал. — Я хочу знать всё.

— Понятно.

— Нет, — голос Чёрного стал жёстче. — Об этом поручении никто больше не должен знать. Никаких отчётов на базу. Никаких сведений для Ксаров. Всё, что узнаете, сообщайте только мне.

Охранники одновременно кивнули.

— Приказ будет выполнен.

— И ещё.

Они остановились.

— Девушка не должна вас заметить. Не должна понять, что за ней следят. Если понадобится, заметайте следы, но не вызывайте подозрений.

— Понятно.

Оба вышли без лишних вопросов. Чёрный всё ещё стоял неподвижно. Перед глазами оставался её взгляд. На белке глаза… то самое угольно-чёрное пятно.

Впервые в жизни он увидел такой знак у кого-то, кроме себя. Это не могло быть совпадением.

Он достал из кармана телефон. Через несколько секунд соединение установилось.

— Дядя.

— Да.

— Отмените встречу с профессором.

На другом конце повисла тишина.

— Что случилось?

— Сейчас у меня есть дело поважнее.

— Чёрный…

— Я на какое-то время останусь в Европе.

— Да что произошло?

Чёрный посмотрел на оживлённую улицу за окном.

— Пока и сам не знаю.

Улугбек ждал объяснений. Но Чёрный прервал звонок.

Машина направилась к гостинице. За окном снова сменялись улицы Барселоны, но Чёрный их не видел. В его мыслях оставался один образ: взгляд девушки.

Эти мысли настолько захватили его, что он не заметил, как прошло время. Лишь когда вошёл в гостиничный номер и дверь за ним закрылась, наваждение начало понемногу рассеиваться.

И тогда… проснулась знакомая боль.

Сначала лёгкое давление. Потом жар в сосудах. А вскоре древний шум в голове вернулся с прежней силой.

Задыхаясь, Чёрный опустился на диван и обхватил голову обеими руками. Действие нейростимулятора закончилось окончательно. Боль была сильнее прежнего.

Но на этот раз он думал не о боли, а о девушке. В её глазах он увидел не просто такой же знак, как у него. Там скрывалась какая-то древняя загадка, которой он ещё даже не знал названия.

Чёрный медленно закрыл глаза.

Теперь его цель изменилась. Найти испанского учёного было важно. Но ещё важнее… было найти ту незнакомую девушку.

Глава 4 Подозрение

За панорамными окнами гостиничного номера тускло мерцали ночные огни Барселоны. На улицах жизнь шла своим чередом. Не прекращался поток машин, из кофеен доносился смех, по городу гулял ветер с моря.

Но ни один из этих звуков не проникал в номер. Комната утопала во тьме. Чёрный лежал на диване. Мысли кружились в голове, дыхание становилось всё тяжелее. Лоб покрылся холодным потом, лицо побледнело. Казалось, он больше не ощущал внешнего мира. И потому впервые с приезда в Барселону чувствовал себя совершенно беззащитным.

В тот же час семеро предводителей Ксаров, находившихся в разных точках мира, один за другим подключались к специальной зашифрованной сети связи.

На экранах постепенно появлялись знакомые лица. Никто не торопился, не произносил лишних слов. Но каждый из сидевших по ту сторону экрана прекрасно знал истинные лица остальных, скрытые под масками. Здесь улыбки не означали доверия. Молчание не было признаком мира. За каждым взглядом таилось подозрение. За каждым словом — осторожность.

Когда к виртуальному залу подключился последний участник, на несколько секунд повисла тишина. Наконец её нарушила Дия:

— Где Чёрный? — Она обвела взглядом экран. — Почему заседание началось без него?

Напряжение усилилось. Вопрос словно повис в воздухе. Все переглянулись. Наконец София негромко вздохнула и посмотрела прямо в экран.

— Мои люди видели его в Барселоне.

В виртуальном зале вновь стало тихо. Никто этого не ожидал. Чёрный… В Барселоне… Без предупреждения, без поручений, не поставив Ксаров в известность.

Каждый про себя задавался одним вопросом: «Почему именно Барселона?»

Джексон медленно постучал пальцами по краю стола. На лице сохранялось привычное спокойствие, но в глазах уже читался расчёт.

— В Барселоне?.. — Он чуть усмехнулся. — Интересно. Что он там делает?

Не дожидаясь ответа, продолжил, словно спрашивал не остальных, а себя:

— Новый ход, о котором мы ничего не знаем…

София медленно покачала головой.

— Не знаю. Он действует вне нашего контроля. Именно это меня и тревожит.

Наконец заговорил Харуто, чьё изображение занимало другой угол экрана. Как всегда, коротко и холодно:

— За ним нужно наблюдать.

София тут же возразила:

— Наблюдать? — Голос её стал резким. — Ты говоришь о Чёрном?

Харуто молча кивнул. София горько усмехнулась.

— Если мои Ксары приблизятся к нему, он их почувствует. Я не стану посылать их на бессмысленную смерть. Навлечь на себя гнев Чёрного…

Она не договорила. Продолжение знали все.

Лэвэй попытался вернуть разговор в спокойное русло:

— София, мы понимаем твоё беспокойство…

Но его перебил Умар:

— Сейчас неважно, где он находится.

В виртуальном зале снова воцарилась тишина. Умар продолжил:

— Его организм разрушается быстрее, чем мы ожидали. Лекарства действуют всё слабее. Сейчас ему нужно только время. И покой.

Кириллл тоже кивнул.

— Верно. Нам лучше не вмешиваться в его личные дела.

Лэвэй вновь взял слово. На этот раз никто не стал его перебивать.

— Итак… — Он взглянул на лежавшие перед ним документы. — Перейдём к основному вопросу.

На общем экране появилась карта мира. Один за другим на ней проступали отмеченные разными цветами торговые пути, энергетические сети и новые логистические проекты, охватывавшие целые континенты.

— Отчёт по проекту нового порта в Южной Америке, — спокойно произнёс Лэвэй.

Харуто кратко высказался. Кириллл уточнил несколько цифр. Дия заговорила о новых инвестициях. София внесла свои предложения по финансовым потокам в Европе.

Со стороны это выглядело как обычное деловое совещание. Казалось, партнёры, которые уважали друг друга и долгие годы работали вместе, обсуждали планы на будущее. Но это была лишь видимость. За улыбками таились подозрения, за вежливыми словами — расчёт. Они делали вид, что слушают друг друга, однако на самом деле никто не следил за разговором.

У каждого в голове вертелся один и тот же вопрос: что Чёрный делает в Барселоне?

Пока Лэвэй говорил, Джексон почти не слышал его голоса. Он размышлял о причине неожиданной поездки Чёрного. София смотрела на отчёты, но внутренне была готова в любой момент получить весть от своих людей. Харуто, как обычно, ничем не выдавал чувств. Однако его взгляд несколько раз скользнул к пустому окну Чёрного на экране.

Обсуждение продолжалось. Заседание, затянувшееся больше чем на час, наконец подошло к концу. Лэвэй окинул экран взглядом.

— Если других вопросов нет, на этом закончим.

Никто не возразил. Экраны стали гаснуть один за другим. Виртуальный зал пустел. Но одно оставалось неизменным: весть о том, что Чёрный находится в Барселоне, продолжала отсчитывать секунды в сознании каждого, словно бомба, готовая вот-вот взорваться.

Тик… Так…

Джексон первым отдал своим людям короткий приказ:

— Чёрный в Барселоне. Выясните цель его приезда.

Почти одновременно София привела в действие собственную сеть.

— Задействовать все наблюдательные посты в Барселоне.

Она на мгновение замолчала, затем добавила:

— Ксары не должны к нему приближаться. Используйте обычных людей.

Харуто. Кириллл. Дия. Умар. Лэвэй.

Каждый из них независимо от остальных поступил точно так же. Они ни о чём не договаривались. Но все пришли к одному выводу: Чёрный оказался в Барселоне не случайно. На этот раз никто не собирался рисковать.

Не прошло и нескольких минут, как в тайные командные центры Барселоны один за другим начали поступать зашифрованные приказы. Содержание было почти одинаковым:

«Чёрный в Барселоне».

«Установить за ним наблюдение».

«Но не подпускать к нему Ксаров».

«Он почувствует их присутствие».

«Использовать только обычных людей».

«Никто не должен знать, что за ним наблюдают».

Уже через несколько секунд приказы начали исполнять. В разных частях Барселоны к работе привлекали людей, совершенно незнакомых друг с другом. Таксистов. Сотрудников гостиниц. Официантов кофеен. Уборщиков улиц. Туристов…

Никто из них не знал, зачем на самом деле делает то, о чём его просили. Кто-то согласился ради дополнительного заработка. Кто-то считал, что выполняет обычную просьбу. А кто-то полагал, что это очередное дело частного сыщика.

Сами того не замечая, они стали пешками в огромной игре.

Казалось, Барселона ничуть не изменилась. На улицах жизнь шла своим чередом. Но в глубине города уже началась невидимая охота.

Глава 5. Железная клетка и холодный взгляд

Чёрный медленно открыл глаза. В комнате всё ещё было темно. За панорамными окнами тускло мерцали предрассветные огни Барселоны, а на далёких улицах только начинала пробуждаться жизнь.

В дверь негромко постучали.

— Войдите.

Чёрный сел, опершись на спинку дивана. В комнату вошёл один из его личных охранников с небольшим планшетом в руке.

— Господин… Сведения, которые вы запрашивали, готовы.

Не проронив ни слова, Чёрный поспешно взял планшет. Отчёт на экране был кратким, точным и бесстрастным:

Имя: Габриэлла.

Возраст: 27 лет.

Род занятий: докторантка Барселонского университета, специализация — архитектура.

Место жительства: Барселона.

Чёрный прокрутил страницу вниз. Следующие сведения оказались ещё более странными:

Родители: неизвестны.

Детство: воспитывалась в приюте на окраине города.

Родственники: не установлены.

Его взгляд скользнул к концу страницы. Внимание сразу привлекла красная отметка: АНАЛИЗ ДНК.

Чёрный раздвинул пальцы на экране, увеличивая текст. Анализ провели по образцам, взятым со стакана, оставленного в кофейне. Результат же… оказался полной противоположностью тому, чего он ожидал.

Генетического совпадения не выявлено. Связь с генотипом Чёрного не обнаружена. Генетическая структура обследуемой соответствует обычному человеку.

Чёрный не отрывал глаз от планшета. Перечитал отчёт с самого начала, пытаясь найти ошибку. Но результат оставался прежним.

Он медленно положил планшет на стол и посмотрел на просыпающийся город за окном.

— Тогда… — Голос прозвучал почти шёпотом. — Кто же ты?

В памяти снова возникло угольно-чёрное пятно на белке её глаза. Он видел его совершенно отчётливо. Это было не смутное воспоминание и не игра воображения. Но отчёт утверждал совсем другое.

Не оборачиваясь, Чёрный произнёс:

— Подготовьте машину. Когда соберусь, сообщу.

Охранник тут же склонил голову.

— Куда поедем?

Ответ был коротким:

— В университет.

В Барселонском университете, как всегда, было многолюдно. В просторном дворе между старинными корпусами студенты разговаривали небольшими группами. Одни торопились в аудитории, другие сидели на скамейках в тени деревьев, обсуждая занятия.

Чёрный стоял неподалёку от главных ворот, внимательно следя за потоком людей. Он всматривался в каждого выходившего студента, но лицо его оставалось привычно невозмутимым.

Прошло несколько минут. Наконец появилась она — Габриэлла.

В руках — толстая папка, на плече — кожаная сумка. Она неторопливо спускалась по ступеням, почти не замечая шума вокруг.

Чёрный невольно шагнул ей навстречу. Расстояние между ними сокращалось. Один шаг, ещё несколько… Он уже собирался заговорить, но Габриэлла неожиданно остановилась и посмотрела ему прямо в глаза.

Оба молчали.

Наконец она спросила:

— Вы за мной следите?

Голос был негромким, но твёрдым.

Двое студентов поблизости невольно обернулись. Чёрный не ответил.

— В тот день в кофейне вы тоже не сводили с меня глаз, — продолжила Габриэлла, прижимая папку к груди. — А теперь ждёте у университета.

Она не отводила взгляда.

— Что вам нужно?

Впервые в жизни кто-то не испугался его взгляда, а потребовал ответа. Это удивило Чёрного, хотя на лице ничего не отразилось.

— Вы неправильно поняли, — спокойно начал он.

— Тогда объясните, как понимать правильно.

Чёрный достал из кармана визитную карточку.

— Я занимаюсь строительством нового научного комплекса.

Габриэлла даже не взглянула на карточку.

— Ваши университетские профессора рекомендовали вас, — продолжил он. — Я ознакомился с вашей научной работой. Мне нужен архитектор, способный мыслить за пределами привычных схем.

Она смотрела на него с прежним подозрением.

— Кто именно из моих профессоров?

Чёрный не спешил отвечать.

— Назвать его имя означало бы нарушить условия соглашения.

Габриэлла слегка усмехнулась.

— Значит… — Она перехватила папку поудобнее. Взгляд стал ещё пристальнее. — Если такой проект действительно существует… у меня есть вопрос.

Чёрный кивнул.

— Прошу.

Она приготовилась задать свой первый вопрос. На протяжении многих лет Габриэлла поднимала его и на научных конференциях, но внятного ответа так и не получила.

— Представьте… Здание, которое вы собираетесь построить, находится в сейсмоактивной зоне. Подземное давление высокое. Грунт постоянно испытывает микроколебания. — Она шагнула ближе. — Как в таких условиях вы будете компенсировать смещение нагрузки на фундамент?

Вокруг снова стало тихо. Вопрос был непростым. Даже опытные инженеры затруднились бы с ответом.

Габриэлла следила за лицом Чёрного. Ждала заминки. Или хотя бы слов: «Этим займутся мои инженеры».

Но он оставался спокоен.

— Мы не станем использовать монолитный фундамент.

Габриэлла чуть приподняла бровь.

— Чтобы динамические колебания грунта не передавались конструкции, распределим нагрузку через упругие опоры, — продолжил Чёрный.

Он смотрел на землю, словно мысленно вычерчивал схему.

— Основной каркас соберём из пространственных ферм с треугольными ячейками. Тогда нагрузка будет распределяться по всей конструкции, а не сосредоточиваться в одной точке.

Он снова посмотрел на Габриэллу.

— Если расчёты верны… здание не будет бороться с сейсмической волной. Оно к ней приспособится.

Габриэлла замолчала. Это была не отвлечённая теория из учебника. Это было практическое решение.

Она невольно спросила:

— Вы архитектор?

— Нет.

— Инженер?

— Нет.

Она удивилась.

— Тогда откуда вы всё это знаете?

Чёрный чуть улыбнулся.

— Если я сам не понимаю проектов, которые воплощаю… как могу доверить их другим?

Они смотрели друг на друга. Габриэлла начинала видеть стоявшего перед ней человека иначе. Он был не просто богатым заказчиком. Он что-то скрывал.

Но что?

В этот момент взгляд Чёрного скользнул мимо неё, на противоположную сторону улицы.

Мужчина с газетой возле красного телефона-автомата. Другой — на остановке, словно ожидавший чего-то без всякой цели. Водитель в серой машине у обочины… Эти люди ничем не походили друг на друга. Но Чёрный не верил в подобные совпадения.

Он заметил слежку.

Чёрный снова посмотрел на Габриэллу.

— Может быть, поговорим в более спокойном месте?

Он указал на чёрный BMW у обочины.

— Остальное обсудим по дороге.

Габриэлла взглянула на машину, затем снова на Чёрного. Чутьё подсказывало ей быть осторожнее. Но любопытство взяло верх, и она молча направилась к автомобилю.

Стоило двери закрыться, как городской шум внезапно оборвался. Габриэлла невольно оглянулась. Двери защищала толстая броня, стёкла были затемнены снаружи. С первого взгляда становилось ясно: автомобиль необычный.

Но больше всего её поразила передняя часть салона. Она молча разглядывала её. Механических кнопок почти не было. Ни магнитолы, ни привычного блока управления вентиляцией, ни обычной приборной панели. От края до края тянулось гладкое чёрное стекло. Казалось, за ним ничего нет.

Чёрный просто завёл машину.

Под тёмным стеклом тотчас пробежали тонкие зелёные линии. Затем один за другим вспыхнули светящиеся значки, и вся панель словно ожила.

Габриэлла невольно подалась вперёд.

— Это…

Она не договорила. Слышался лишь лёгкий шелест шин по асфальту.

Габриэлла посмотрела в окно. Улицы оставались позади. Но взгляд её снова вернулся к панели.

— Я видела эту модель. Но ничего подобного — нигде.

Чёрный не отрывал глаз от дороги.

— И не увидите.

Она помолчала. Затем задала главный вопрос:

— Зачем вам лаборатория?

Чёрный плавно повернул руль, но ответил на другой вопрос:

— Мы построим её в Ташкенте.

Габриэлла тут же повернулась к нему.

— В Ташкенте?

— Да.

— Почему? Почему не в Барселоне? Или в Лондоне… В Берлине. С такими средствами вы можете построить её где угодно.

Чёрный не спешил с ответом.

— Потому что мне нужно не здание… — Он сделал короткую паузу. — Мне нужна безопасность.

Габриэлла не поняла.

— Что вы имеете в виду?

Он не ответил. В передней панели бесшумно открылся потайной отсек. Внутри лежали толстая папка и запечатанные документы. Чёрный достал их и передал Габриэлле.

— Проектная документация. Финансирование. Гарантии безопасности. Все необходимые вам материалы.

Она взяла папку и, ощутив её тяжесть, посмотрела на Чёрного.

Автомобиль плавно остановился у её дома.

Чёрный повернулся к ней.

— Не торопитесь с решением. Завтра в пять утра я буду ждать в аэропорту. Если приедете… приступим к работе. Все расходы я беру на себя.

Габриэлла прижала папку к груди. Молча открыла дверь и вышла. Как только дверь закрылась, Чёрный вновь направил машину по улицам Барселоны.

Габриэлла стояла неподвижно, пока автомобиль не скрылся из виду. Затем, крепко держа папку, повернулась и вошла в подъезд старого многоэтажного дома.

Добравшись до своих людей, Чёрный пересел на заднее сиденье. За окном потянулись улицы Барселоны. Водитель взглянул на него в зеркало заднего вида.

— В гостиницу, господин?

— Да. Продолжайте наблюдение за ней. Никому не приближаться и не попадаться ей на глаза. Если возникнет угроза, устраните её. Ничего больше.

— Понятно.

Чёрный ненадолго замолчал, затем заговорил ещё твёрже:

— Наблюдать до пяти утра. Если она сама приедет в аэропорт… — Он оборвал фразу. — Не вмешивайтесь. Если не приедет…

На этот раз голос прозвучал холоднее:

— Доставьте её, даже если придётся силой. Не причиняя вреда. Она нужна мне… целой и невредимой.

— Приказ понятен.

Время больше не работало на него. Ксары уже пришли в движение. Если он не успеет увезти Габриэллу в Ташкент раньше остальных… следующий ход будут определять его противники.

Джексон сидел в кабинете один. В комнате царила тишина. На мониторах перед ним сменялись экономические отчёты из разных концов мира.

Внезапно зазвонило устройство связи на краю стола. Одного взгляда хватило, чтобы определить приоритет вызова. Это был не очередной отчёт.

Джексон нажал кнопку.

— Слушаю.

Послышался мужской голос. Говоривший старался скрыть волнение.

— Господин… Сегодня Чёрный встретился с неизвестной девушкой возле Барселонского университета.

Джексон промолчал. Агент продолжил:

— Нашим людям удалось её сфотографировать.

На монитор передали снимок. Джексон увеличил изображение. Было видно, что снимали издалека, сквозь толпу. Но одну деталь всё же можно было различить, пусть и нечётко.

На белке правого глаза девушки… Рядом со зрачком…

Угольно-чёрное пятно.

Взгляд Джексона застыл. Он не отрывался от фотографии. Потом очень медленно откинулся на спинку кресла.

— Любопытно…

Он прошептал это словно самому себе.

До сих пор он перебирал сотни возможных причин приезда Чёрного в Барселону. Теперь же… все вероятности разом изменились.

Он нажал кнопку на столе.

— Проверьте снимок ещё раз. Убедитесь, что это не монтаж. И… соберите все сведения о девушке. Не теряйте ни минуты.

— Понял, господин.

Связь оборвалась. Но Джексон был не единственным, кто получил эту весть. В те же секунды подобные сообщения начали расходиться по всему миру.

София, Харуто, Лэвэй, Кириллл, Дия, Умар…

В секретной системе каждого появилось одно и то же:

«Барселона».

«Неизвестная девушка».

«Врождённое чёрное пятно на белке глаза».

За считаные секунды одна девушка… стала человеком, которого разыскивали семеро самых могущественных людей мира.

Никто из них ещё не знал правды. Но все ясно понимали одно: теперь Чёрный действовал не один.

И на этот раз целью охоты… был не только он.

Глава 6. Глобальное равновесие Ксаров

Ещё не рассвело. Частный терминал барселонского аэропорта казался тише обычного. Жёлтые огни, тянувшиеся вдоль взлётной полосы, тускло отражались на мокром асфальте. Холодный осенний ветер слегка шевелил флаги перед зданием.

Чёрный молча стоял у лётного поля. Воротник длинного чёрного плаща был поднят, руки спрятаны в карманы. Он то и дело смотрел на наручные часы.

04:10.

Каждая минута была на счету.

В скрытом наушнике сухо треснула связь.

— Господин.

Чёрный сразу ответил:

— Слушаю.

— Объект вышел из дома. С одним чемоданом.

Чёрный молча закрыл глаза. Невидимая тяжесть на плечах словно немного ослабла.

— Продолжайте наблюдение. Не упускайте её из виду, пока не сядет в машину. Если заметите что-нибудь необычное, немедленно вмешайтесь.

На другом конце ненадолго замолчали. Затем снова послышался голос охранника — теперь с заметным удивлением:

— Господин… Полагаю, в этом уже нет необходимости.

Чёрный нахмурился.

— Почему?

— Она без колебаний села в подготовленное нами такси. Никакого сопротивления. Совершенно спокойна. Словно заранее знала, что поедет в аэропорт.

Чёрный ничего не ответил. Лишь продолжил смотреть на взлётную полосу.

Через двадцать минут у терминала плавно остановилось такси. Водитель ещё не успел открыть багажник, когда распахнулась задняя дверь.

Габриэлла вышла из машины. На ней было серое пальто, в руке — небольшой чемодан. Она не оглядывалась по сторонам, не торопилась и не выказывала волнения. Спокойно направилась к терминалу, словно уже не раз проделывала этот путь.

Чёрный вышел ей навстречу.

Несколько мгновений они молча смотрели друг на друга. В бледном предрассветном свете чёрное пятно в её левом глазу казалось особенно отчётливым.

— Я не опоздала? — спросила Габриэлла.

Голос её был по-прежнему спокоен.

Чёрный взял у неё чемодан и передал стоявшему рядом охраннику.

— Нет. Вы как раз вовремя.

Он указал в сторону терминала.

— Самолёт готов.

Габриэлла не стала задавать лишних вопросов. Молча прошла мимо него и направилась к трапу. Даже на середине подъёма не обернулась — ни к Барселоне, ни к аэропорту, ни к жизни, которую оставляла позади.

Чёрный задержался, глядя ей вслед, затем тоже поднялся на борт.

Через несколько минут рёв двигателей разорвал утреннюю тишину. Самолёт, выполнявший секретный рейс, разогнался по полосе, поднялся над Барселоной и взял курс на восток.

В салоне было тихо. За широкими иллюминаторами белые облака расстилались бескрайним морем. На востоке постепенно разгорался рассвет.

Габриэлла сидела у окна, глядя на далёкий горизонт. Напротив неё Чёрный перелистывал документы. Со стороны казалось, что он занят чтением, но на самом деле он не прочёл ни строчки.

Молчание нарушила Габриэлла:

— Сколько лететь до Ташкента?

— Около шести часов.

Снова тишина. Слышался только ровный гул двигателей.

Габриэлла задала ещё один вопрос:

— Я по-прежнему почти ничего не знаю об этой лаборатории.

Чёрный закрыл документы.

— Узнаете.

Она посмотрела на него.

— Я сообщил вам лишь то, что было необходимо. Остальное увидите, когда доберёмся до Ташкента.

Габриэлла больше ни о чём не спросила. Снова повернулась к окну.

Чёрный на мгновение задержал на ней взгляд. Её спокойствие всё ещё не давало ему покоя. По его мнению, она слишком легко приняла предложение.

В этот момент дверь салона тихо открылась. Вошёл один из охранников и склонился к Чёрному.

— Господин.

Чёрный взял протянутую записку. Быстро пробежал её глазами. Выражение лица не изменилось. Он лишь сложил листок пополам и убрал в карман.

— Понятно.

Охранник молча вышел.

Габриэлла не вмешивалась, но на мгновение проследила взглядом за запиской, исчезнувшей в кармане Чёрного. Он заметил это, однако ничего не объяснил.

Самолёт продолжал лететь на восток. Под ним сменялись континенты, а за тысячи километров отсюда самые могущественные Ксары мира уже строили планы и просчитывали последствия этого полёта.

Заработала линия связи, соединившая два края света. На экране появилось лицо Лэвэя.

Джексон молча посмотрел на него.

— Пришли новости из Барселоны, — наконец произнёс он. — Чёрный не один.

Он передал фотографию.

Лэвэй увеличил изображение. Лицо девушки. Чемодан в руке. Чёрное пятно в левом глазу.

— Значит… это правда.

— До сих пор мы считали, что в династии Чёрных бывает лишь один носитель чёрной метки, — сказал Джексон. — Теперь появился ещё один. И самое опасное… Чёрный везёт её в Ташкент.

Лэвэй закрыл фотографию.

— Я связался с тобой не из-за этого.

Джексон нахмурился.

— Тогда в чём дело?

Лэвэй открыл несколько лежавших на столе научных отчётов. На экране появились сложные графики и волновые диаграммы.

— Мы завершили очередной этап лабораторных исследований Ксаров. И наконец кое-что доказали.

Джексон молча ждал.

— Тело каждого Ксара непрерывно испускает биологический сигнал. До сих пор мы объясняли всё способностями, инстинктами или наследственными особенностями. Теперь нам удалось зарегистрировать этот сигнал приборами.

Взгляд Джексона стал серьёзным.

— Значит, именно эти сигналы чувствует Чёрный.

Лэвэй кивнул.

— Не только чувствует. По нашим предположениям, он способен на них воздействовать. Иначе он не смог бы установить над Ксарами такой контроль.

Повисло короткое молчание. То, о чём годами говорили как о легенде, теперь обретало научное подтверждение.

— Если это правда… — начал Джексон.

Лэвэй не дал ему договорить:

— Именно. Теперь мы хотя бы знаем, что искать.

Джексон ответил твёрдо:

— Не прекращай исследования. Получишь столько денег, сколько потребуется. Мне нужен результат.

Лэвэй кивнул.

— Уже сегодня начнём следующий этап.

Связь оборвалась. Монитор погас.

Джексон снова открыл фотографию. Его взгляд остановился на чёрном пятне в глазу девушки. Теперь его тревожила не сама незнакомка… а следующий ход Чёрного.

Тем временем начался другой сеанс связи. В виртуальном зале один за другим зажглись четыре экрана.

София. Харуто. Кириллл. Дия.

Это было не рядовое совещание. На этот раз их собрала одна причина: Чёрный. И неизвестная девушка, с которой он летел в Ташкент.

— Я получила отчёт от своих людей в Барселоне, — сказала София.

Голос её был, как всегда, спокоен.

— Сегодня на рассвете Чёрный вылетел в Ташкент с неизвестной девушкой. По словам наблюдателей… — Она ненадолго замолчала. — В её левом глазу есть врождённое чёрное пятно. Такое же, как у Чёрных.

В виртуальном зале воцарилась тишина.

Первым заговорил Кириллл:

— Сведения надёжные?

— Три независимые группы наблюдения передали одну и ту же информацию. Вероятность ошибки практически исключена.

Харуто задумался.

— Если это правда… значит, мы недостаточно знаем о династии Чёрных.

— Меня беспокоит другое, — сказал Кириллл. — Если эта девушка действительно связана с ними… как она до сих пор оставалась вне поля зрения всех нас?

Никто не ответил. Этот вопрос занимал каждого.

Наконец ровным голосом заговорила Дия:

— По-моему, мы торопимся с предположениями.

Все посмотрели на неё.

— Пока у нас есть только отчёты наблюдателей. Никаких достоверных сведений о том, кто эта девушка, у нас нет.

Харуто положил руки на стол.

— Тогда что будем делать?

— Соблюдать правила консенсуса, — ответила Дия. — Когда Чёрный прибудет в Ташкент… вызовем его на официальную встречу. И потребуем объяснений по поводу этой девушки.

София медленно кивнула.

— Пока нет смысла идти на открытое противостояние, — добавил Кириллл.

Харуто посмотрел на три пустых окна у края экрана.

— Джексона и Лэвэя не видно.

Взгляд Софии переместился к третьему окну.

— Умара тоже нет.

Харуто пожал плечами.

— Джексон и Лэвэй, как обычно, заняты собственными расчётами. А Умар… — Он слегка усмехнулся. — Снова поставил нейтралитет превыше всего.

Через несколько секунд совещание закончилось. Экраны погасли один за другим.

Но для каждого из Ксара один вопрос так и остался без ответа: почему именно сейчас появился ещё один Чёрный?

Ведь это было невозможно.

Глава 7. Древняя родословная

Секретный самолёт летел сквозь облака на восток. В салоне слышался лишь ровный гул двигателей. За иллюминаторами простиралась бесконечная тьма.

Чёрный молча сидел у окна. Вода в стакане, который он держал в руке, давно согрелась, но он так и не сделал ни глотка. Взгляд был обращён наружу, а мысли — совсем в другую сторону.

Габриэлла.

Он полагал, что труднее всего будет привезти её в Ташкент. Оказалось наоборот. Самое сложное начиналось только сейчас.

Как объяснить ей правду?

Всё, что он говорил о лаборатории, было ложью. Архитектурный проект — всего лишь прикрытием. Но назвать настоящую причину при первой же встрече было невозможно.

Чёрный глубоко вздохнул. Если рассказать всё сразу… поверит ли Габриэлла? Или решит, что он безумен?

В этот момент она села напротив.

— Не помешаю?

— Нет.

Габриэлла положила папку на стол.

— Я кое-чего не понимаю.

Чёрный молча ждал.

— Для чего предназначена лаборатория, которую вы собираетесь построить? Какие исследования там будут проводить? Чтобы спроектировать здание, мне нужно всё это знать.

Он не спешил отвечать. Несколько секунд помолчал, затем спокойно произнёс:

— Если я сейчас раскрою всё, проект утратит свою ценность. Давайте доберёмся до Ташкента. Я сам вам всё покажу.

Габриэлла не сводила глаз с его лица. Казалось, её занимал не столько ответ, сколько то, как он был произнесён.

— Хорошо.

Она взяла папку.

— Тогда по приезде можете поселить меня в гостинице. Я отдохну, а потом приступим к работе.

— Нет.

Ответ Чёрного прозвучал твёрдо.

— Почему?

— Потому что вы не обычная гостья.

Габриэлла молча ждала.

— В моём доме вам будет безопаснее. К тому же… — Его голос немного смягчился. — Я хочу познакомить вас с семьёй.

Она ничего не сказала. Несколько мгновений смотрела на него, затем спокойно кивнула.

— Хорошо.

Габриэлла поднялась и вернулась на своё место.

Чёрный закрыл глаза. Ещё один вопрос удалось отложить. Но он прекрасно понимал: долго это продолжаться не может. В Ташкенте скрывать правду будет уже невозможно.

Самолёт начал плавно снижаться. За иллюминатором занимался рассвет. Сквозь облака показались широкая долина, зелёные массивы и просыпающийся вдали город.

Через несколько минут шасси коснулись полосы. Самолёт слегка вздрогнул и приземлился в специальном секторе Ташкентского международного аэропорта.

Когда открылась дверь, в салон проник прохладный утренний воздух. Чёрный вышел первым. Габриэлла взяла чемодан и спустилась по трапу следом.

Здесь не было привычной аэропортовой суеты. У отдельного терминала стояли лишь несколько чёрных автомобилей и встречавшие их охранники.

Чёрный передал чемодан одному из сотрудников.

— Отнесите в машину.

Тот молча выполнил приказ. Габриэлла продолжала идти рядом с Чёрным.

— Мне неловко жить в доме незнакомого человека.

Он открыл дверцу автомобиля.

— Мой дом — не совсем обычный.

Она ждала продолжения.

— У меня работает больше пятидесяти человек. По уровню безопасности и комфорта дом во много раз превосходит гостиницы. Кроме того… — Чёрный ненадолго замолчал. — Его проектировали лучшие архитекторы мира. Думаю, вам будет интересно.

На этот раз Габриэлла не возразила. Молча села в машину. Чёрный устроился рядом.

Кортеж покинул аэропорт и направился по улицам просыпающегося Ташкента.

Вдоль дороги тянулись старые кирпичные дома и тенистые аллеи. Повсюду ещё царил утренний покой. Кое-где владельцы магазинов только открывали двери, у обочин люди ждали первых автобусов.

Габриэлла смотрела в окно, подмечая каждую деталь незнакомого города.

Оставив позади оживлённые улицы, кортеж въехал в тихий район, над которым возвышались высокие чинары. Впереди появилась массивная стена из обожжённого кирпича. Из-за неё виднелись лишь ветви огромных деревьев.

При приближении машин тяжёлые железные ворота медленно распахнулись. Кортеж въехал внутрь.

Габриэлла замерла у окна.

Перед ней была не просто роскошная усадьба. Восточное зодчество необычайно органично соединялось здесь с современной архитектурой. По обеим сторонам просторного двора тянулись айваны, украшенные старинными узорами. Посередине мраморная дорожка вела к фонтану. Главное здание напоминало древний дворец, но в его формах и пропорциях угадывался совершенно современный расчёт.

Машина остановилась перед входным айваном. Слуги тут же открыли дверцы.

Габриэлла вышла и сделала несколько шагов вперёд. Её взгляд скользнул по порталу, колоннам, очертаниям крыши. Некоторое время она молчала, не скрывая восхищения, затем спокойно произнесла:

— Это здание не принадлежит одной эпохе.

Чёрный посмотрел на неё.

— Восточное зодчество… Европейская классика… И современные конструктивные решения, — продолжила она. — Всё соединено в одном проекте.

Габриэлла ещё раз взглянула на узоры портала.

— Архитектор, который это создавал, не мыслил привычными шаблонами.

Чёрный слегка улыбнулся.

— Вы сразу заметили.

Она перевела взгляд на другую сторону двора, продолжая изучать общую композицию.

— Усадьбу расширяли на протяжении нескольких поколений, — негромко сказал Чёрный. — Каждое добавляло в неё частицу своей эпохи.

Габриэлла кивнула.

— Поэтому, несмотря на цельность облика… в ней сохранились следы разного времени.

Чёрный подал знак слугам. Тяжёлые деревянные двери открылись. Изнутри повеяло прохладой и особым запахом старого дерева.

— Добро пожаловать, — сказал он. — А теперь я познакомлю вас с семьёй.

Переступив порог холла, Габриэлла невольно остановилась. В утреннем свете просторный зал с высоким потолком казался спокойным и величественным. Старинные деревянные колонны, восточные орнаменты и мраморный пол создавали особую атмосферу.

Но её внимание привлекло другое.

На центральной стене, занимая её почти целиком, висело огромное родословное древо. Имена, выведенные золотыми буквами. Переплетённые ветви. И на самом верху — древний символ, начертанный чёрным.

Габриэлла медленно подошла ближе. Её взгляд заскользил снизу вверх.

— Очень интересно…

Чёрный встал рядом.

— Что именно?

— Это не обычное генеалогическое древо.

Она приблизила руку к символам, но не коснулась их.

— Каждое поколение отмечено особыми знаками. Значит, здесь отражено не только родство… Есть ещё какая-то закономерность.

Чёрный молча слушал.

Габриэлла снова посмотрела на древо.

— У вас очень древний род. Сколько веков насчитывает его история?

Он не успел ответить.

Наверху послышались шаги. Оба подняли головы.

Со второго этажа по резной деревянной лестнице спускалась женщина. Она шла неторопливо, с мягкой улыбкой хозяйки, готовой приветствовать гостя.

Но на середине лестницы… увидела Габриэллу.

И замерла.

Улыбка медленно исчезла. Глаза расширились. Словно перед ней стоял человек, которого она никак не ожидала встретить.

Нет… словно давнее воспоминание, оставшееся далеко в прошлом, вдруг ожило у неё на глазах.

Пальцы крепко сжали деревянные перила. На мгновение перехватило дыхание.

В холле повисла странная тишина.

Чёрный с удивлением посмотрел на мать.

— Мама…

Она не ответила. Всё так же не сводила глаз с Габриэллы.

Та заметила, что происходит нечто необычное, но сохраняла спокойствие.

Через некоторое время женщина овладела собой и медленно спустилась.

Чёрный попытался разрядить обстановку:

— Мама, это Габриэлла. Наша гостья из Барселоны.

Женщина едва заметно кивнула.

— Добро пожаловать…

Её голос звучал гораздо тише обычного.

— Спасибо, — вежливо ответила Габриэлла.

Чёрный почти никогда не видел мать в таком состоянии. Но расспрашивать не стал. Подал знак стоявшим рядом слугам.

— Подготовьте комнату для гостьи.

Они тут же вышли вперёд. Габриэлла последовала за ними наверх. Женщина оставалась на месте, пока девушка не скрылась из виду.

Когда шаги стихли, холл погрузился в тяжёлое молчание.

Чёрный посмотрел на мать. Она всё ещё стояла неподвижно, глядя на верхнюю площадку лестницы.

— Мама…

Она медленно повернулась к нему.

— Ты видел её глаз?

Чёрный удивился.

— Да. Чёрное пятно в левом глазу.

Женщина глубоко вдохнула.

— Такое пятно я…

Она не договорила.

В этот момент со двора донёсся шум машины. Дверь открылась, и в холл торопливо вошёл Улугбек.

— Чёрный!

Увидев их лица, он остановился.

— Что случилось?

Никто не ответил.

Улугбек перевёл взгляд с Райхон на племянника.

— В чём дело?

Райхон медленно покачала головой.

— Ничего… Просто…

Она снова умолкла.

Чёрный вопросительно посмотрел на мать, но та больше ничего не сказала.

В кармане Улугбека зазвонило устройство зашифрованной связи. Он сразу принял вызов и молча выслушал собеседника.

— Понял.

Связь оборвалась. Улугбек убрал устройство в карман и заговорил серьёзным тоном:

— Ксары уже узнали. Требуют сообщить, кто эта девушка. Ждут скорейших объяснений.

— Пусть пока подождут, — ответил Чёрный. — У меня ещё нет ответа. Сначала я сам должен понять, кто она.

Улугбек молча кивнул.

Мать, не произнеся ни слова, направилась на второй этаж. Холл опустел.

Оставшись один, Чёрный медленно подошёл к древней родословной. Его взгляд остановился на первой чёрной метке в самой верхней части древа.

Он достал телефон и набрал номер.

— Слушаю, господин.

— Немедленно вызовите ко мне домой всех профессоров и остальных генетиков. Всех. Без исключения.

— Понял.

Чёрный завершил вызов, убрал телефон и вновь посмотрел на родословную.

До сих пор он считал, что знает почти все тайны своей династии. Но случайная встреча в Барселоне в одно мгновение разрушила эту уверенность.

Он медленно повернулся к лестнице.

Габриэлла сейчас была здесь, на втором этаже его дома.

Кто она? Откуда чёрное пятно в её глазу? Почему она появилась именно сейчас?

Ни на один из этих вопросов у Чёрного не было ответа.

Он знал лишь одно: если не найдёт разгадку в ближайшее время, этого ему не простят ни Ксары, ни само время.

Глава 8 — Правда без масок и наследие длиной в 397 лет

День перевалил за половину. Солнечные лучи пробивались сквозь кроны старых чинар во дворе и ложились золотистыми бликами на влажную траву. Вокруг слышались лишь тихое пение птиц да мерный шум фонтана.

Чёрный медленно шёл по саду, держа руки в карманах и не отрывая взгляда от каменной дорожки под ногами. Утренние события снова и снова прокручивались в его голове: требования ксаров, странная реакция матери и, самое главное…

Габриэлла.

Позади послышались шаги.

Чёрный не обернулся.

Габриэлла подошла и остановилась рядом. В руках у неё были небольшой блокнот и карандаш.

— Здравствуйте, — спокойно сказала она.

Чёрный лишь слегка кивнул в ответ.

Габриэлла не стала тратить время на вступления.

— Когда мы поедем в лабораторию?

Он молча посмотрел на неё.

— Вы ведь не собираетесь строить её в подвале собственного дома?

В её голосе отчётливо звучала лёгкая ирония.

Чёрный невольно попытался улыбнуться, но улыбка так и не появилась.

Продолжать ложь больше не имело смысла.

После нескольких секунд молчания он посмотрел Габриэлле прямо в глаза.

— Я должен перед вами извиниться.

Она нахмурилась.

— За что?

Чёрный не торопился с ответом. Прохладный ветер прошелестел листвой.

— Потому что… — его голос прозвучал тише обычного. — Я обманом привёз вас сюда из Барселоны.

Спокойствие на лице Габриэллы не исчезло, но взгляд стал серьёзнее.

Чёрный продолжил:

— На самом деле никакого проекта новой лаборатории не существует. И архитектор мне здесь не нужен.

Сад вновь погрузился в тишину.

Габриэлла долго смотрела на него.

— Тогда зачем вы привезли меня сюда?

Чёрный на мгновение закрыл глаза.

Назад дороги уже не было.

— Потому что мне нужно узнать правду о вас. И никто, кроме вас, не сможет помочь мне её найти.

Габриэлла удивилась, но голос её остался спокойным.

— Продолжайте.

— Большая часть того, что я сейчас расскажу, покажется вам бессмыслицей. Возможно, вы вообще мне не поверите. Но я больше не хочу ничего от вас скрывать.

Он направился к деревянной скамье у края сада.

Габриэлла последовала за ним.

Они сели друг напротив друга.

Чёрный заговорил:

— Моя семья — не обычная семья. Наша династия существует уже почти триста девяносто семь лет.

Выражение лица Габриэллы не изменилось.

— Какая ещё династия?

— Сейчас это трудно объяснить. Но кроме нас в мире существуют ещё семь великих династий. Мы называем их ксарами. Каждая обладает собственной уникальной способностью.

Габриэлла внимательно слушала.

— И вы один из них?

Чёрный кивнул.

— Да. Я нынешний глава династии Чёрных.

На губах Габриэллы появилась слабая улыбка.

— Услышь это кто-нибудь другой, он решил бы, что вы сошли с ума.

— Возможно, — спокойно ответил Чёрный. — Именно поэтому до сегодняшнего дня я об этом не говорил.

Он поднял руку к глазу и осторожно нащупал пальцами край контактной линзы.

Габриэлла следила за каждым его движением.

Чёрный медленно снял линзу.

Солнечный свет упал на его лицо.

На белке левого глаза виднелось чёрное пятно.

Точно такое же…

как у Габриэллы.

Её глаза невольно расширились. Она машинально коснулась собственного глаза.

Чёрный держал линзу на ладони.

— Теперь понимаете, почему я так смотрел на вас, когда увидел впервые?

Габриэлла не ответила.

Она не могла отвести взгляда от его глаза.

Чёрный продолжил:

— Именно из-за этого знака много веков назад нас начали называть Чёрными. Всю жизнь я был уверен, что он принадлежит только моей династии.

Он слегка придвинулся к ней.

— А потом в том кафе в Барселоне я увидел вас. И понял… что ошибался.

Тишину нарушал лишь ветер, шелестевший листьями.

Наконец Габриэлла заговорила:

— Я… выросла в приюте. Я не знаю, кто мои родители. И никогда не знала, что означает это пятно. Для меня оно всегда было просто дефектом.

Чёрный посмотрел ей в глаза.

— Теперь нам придётся выяснить это вместе.

Габриэлла всё ещё смотрела на линзу в его руке.

Через несколько секунд она подняла голову.

— Значит… я тоже из вашей династии?

Чёрный покачал головой.

— Этого мы пока не знаем. Но одно я знаю точно: вы не одиноки.

Она молча ждала продолжения.

— Помимо нас существуют ещё семь ксаров. Каждый возглавляет собственную династию. И…

Он ненадолго замолчал.

— Они уже знают о вашем существовании.

Взгляд Габриэллы мгновенно изменился.

— Что вы сказали?

— Новость дошла до них почти сразу после того, как мы покинули Барселону. Теперь они тоже ищут вас.

— Зачем?

— Потому что вы…

Чёрный оборвал себя.

— Пока есть кое-что важнее.

Габриэлла резко развернулась.

— Так вот почему вы обманом привезли меня сюда!

Чёрный промолчал.

— Вы меня даже не знали. А я вам поверила. И теперь вы рассказываете мне о каких-то тайных династиях, ксарах и людях, которые за мной охотятся.

Её голос становился всё холоднее.

— Я не имею ко всему этому никакого отношения.

Габриэлла направилась к дому.

— Я уезжаю.

Чёрный сделал шаг вслед за ней.

— Постойте.

Она даже не обернулась.

— Вы не имеете права меня останавливать.

В этот момент Чёрный внезапно замер.

Перед глазами всё поплыло.

В виски ударила такая боль, словно внутри черепа одновременно вонзились тысячи игл.

Он невольно схватился обеими руками за голову.

Попытался сделать ещё один шаг…

но ноги подкосились.

Чёрный опустился на колено.

Габриэлла остановилась.

Обернувшись, она увидела, что он едва дышит. Лицо побледнело, на висках вздулись вены.

Несколько секунд она колебалась.

Потом вернулась.

— Что с вами?

Чёрный с трудом ответил:

— Это…

Он глубоко вдохнул.

— Проклятие нашей крови.

Габриэлла присела рядом.

Она не сводила глаз с его лица.

Теперь перед ней был уже не человек, который её обманывал…

а человек, испытывавший настоящую боль.

Постепенно приступ начал отступать.

Чёрный медленно поднялся.

Габриэлла молча наблюдала за ним.

— Это часто случается? — наконец спросила она.

Он горько усмехнулся.

— В последнее время… всё чаще.

— Врачи не знают причины?

— Никто не знает. И лечения тоже нет.

Габриэлла скрестила руки на груди.

— Хорошо. Тогда чего вы хотите от меня?

Чёрный ждал этого вопроса.

— Я хочу знать только одно: какое отношение вы имеете ко мне. Возможно, вы моя дальняя родственница. А возможно, совершенно чужой человек. Пока у нас нет ответа.

Она чуть склонила голову.

— И как вы собираетесь это выяснить?

— Медицинским обследованием. Образца крови и ещё нескольких анализов будет достаточно.

Габриэлла тихо рассмеялась.

— И всё?

Чёрный посмотрел на неё.

— Вся эта ложь, похищение, ксары, угроза войны… и в конце концов вам нужен всего лишь анализ крови?

Чёрный тоже невольно улыбнулся.

— Со стороны именно так и выглядит.

Габриэлла испытующе посмотрела на него.

— А если результат окажется не таким, какого вы ждёте?

Чёрный пожал плечами.

— Тогда я отправлю вас обратно в Барселону.

Она приподняла бровь.

— Правда?

— Да.

Он выдержал её взгляд.

— Я привёз вас сюда не для того, чтобы держать в плену.

Габриэлла глубоко вдохнула.

— Хорошо.

Она ненадолго замолчала.

— Я согласна на обследование.

В уголках её губ появилась лёгкая улыбка.

— Но если вдруг окажется, что я действительно ваша родственница…

Чёрный настороженно посмотрел на неё.

— …вы отдадите мне свой трон?

Несколько мгновений он просто смотрел на неё.

А затем впервые искренне улыбнулся.

— Если бы это было возможно…

Он покачал головой.

— Я был бы готов бесплатно отдать эту способность не только вам, но и первому встречному.

Габриэлла рассмеялась.

— Пока что ваша самая выдающаяся способность…

Она сделала короткую паузу.

— …врать.

Чёрный всё ещё улыбался.

— Иногда это тоже полезный талант.

— Особенно с такими упрямыми людьми, как я?

— Именно.

Габриэлла покачала головой.

— Ладно. Тогда не будем терять время.

Чёрный подозвал одного из слуг.

— Подготовьте подземную лабораторию.

Тот поклонился и ушёл.

Чёрный и Габриэлла вместе направились к центральному зданию резиденции.

Они пересекли холл и свернули в длинный коридор восточного крыла.

В самом его конце находилась тяжёлая деревянная дверь, почти ничем не отличавшаяся от остальных.

Чёрный приложил ладонь к небольшой металлической пластине рядом с ней.

Ничего не произошло.

Затем внутри стены раздался приглушённый щелчок.

Скрытый замок открылся.

Габриэлла бросила взгляд на дверь.

За ней оказался не узкий проход, а лифт, уходящий вниз.

Они вошли.

Чёрный коснулся одного из символов на панели.

Двери бесшумно закрылись.

Лифт начал опускаться.

Габриэлла посмотрела на панель, словно пытаясь найти указатель этажей.

Цифр не было.

Через некоторое время лифт остановился.

Двери раздвинулись.

Древний облик резиденции остался где-то наверху.

Перед ними тянулся длинный, ярко освещённый коридор. Стены были отделаны гладким металлом и белыми панелями, а встроенные в потолок светильники заливали пространство ровным светом почти без теней.

Габриэлла на мгновение остановилась у выхода из лифта.

Это место совершенно не сочеталось с тем, что она видела наверху.

Чёрный продолжил идти.

— Идёмте.

Дверь в конце коридора открылась.

Внутри их ждали Улугбек и несколько специалистов в белых халатах.

На столе уже были подготовлены медицинские инструменты.

Улугбек мельком посмотрел на Габриэллу, затем повернулся к Чёрному.

— Всё готово.

Она оглядела помещение.

— Так вот она какая… ваша лаборатория, которой, как вы недавно сказали, не существует?

Чёрный понял насмешку.

— Я не говорил, что у меня нет лаборатории.

Он посмотрел на неё.

— Я сказал, что не существует той лаборатории, которую якобы нужно построить.

Габриэлла покачала головой, едва заметно улыбнувшись.

— Вы очень тщательно подбираете формулировки, когда врёте.

Один из врачей выступил вперёд.

— Если позволите, сначала мы возьмём образец крови.

Габриэлла закатала рукав до локтя.

— Начинайте.

Она села на медицинский стол в центре комнаты.

Врач наложил жгут, нашёл вену и ввёл иглу. Несколько миллилитров крови наполнили небольшую стеклянную пробирку.

Габриэлла посмотрела на неё.

— Всё? Закончили?

Врач указал на длинный гладкий стальной стол в центре помещения.

— Вам нужно полежать две минуты.

Габриэлла перевела взгляд со стола на Чёрного.

— И это тоже часть «обычного» обследования?

— Да, — спокойно ответил он.

Она не стала задавать лишних вопросов и легла.

Один из врачей коснулся панели у изголовья.

Несколько светильников в помещении приглушились.

Из-под стола донёсся низкий, почти неслышный гул.

Габриэлла смотрела в потолок.

На первый взгляд ничего не происходило.

Но на мониторах перед Чёрным одна за другой начали появляться данные.

Скелет.

Внутренние органы.

Кровеносная система.

Нервные волокна.

Клеточные показатели.

Спокойствие на лицах врачей постепенно исчезало.

Чёрный заметил это.

Он подошёл ближе к мониторам.

— Что случилось?

Главный врач не ответил.

Его взгляд не отрывался от показателей на экране.

Через несколько секунд он медленно посмотрел на Чёрного.

— Господин…

Но не закончил и вновь повернулся к монитору.

Чёрный нахмурился.

— Что вы нашли?

Врач снова не ответил сразу.

Габриэлла, всё ещё лежавшая на столе, слегка повернула голову.

— Мне тоже можно услышать?

В комнате воцарилась короткая тишина.

А цифры на экранах продолжали непрерывно меняться.

Габриэлла медленно поднялась со стального стола. Прижимая ватный тампон к следу от иглы, она заметила огромные мониторы на стене.

На экранах вращалось трёхмерное изображение человеческого тела.

Кости.

Органы.

Кровеносные сосуды.

Нервные волокна.

Каждый слой отображался отдельно и сменял предыдущий.

Габриэлла подошла ближе.

— Это…

Она не смогла закончить.

Главный врач спокойно произнёс:

— Обследование завершено. Но…

Габриэлла не отрывала глаз от экрана.

— Я даже не заходила в рентгеновский аппарат. Я вообще не видела никакого сканирующего оборудования.