Czytaj książkę: «Секс дыбом»

Глава 1
Представляюсь по случаю

Я – голубой. Длинношерстный. Британский.

Я – кот. И я не виноват, что слово «голубой» звучит неприлично. Цвет как цвет – ничем не хуже красного или зеленого. И я, если кому интересно, стопроцентный рафинированный кошачий натурал. Весом девять с половиной килограммов и с соответствующей биологией самца.

Меня зовут Пан Чарторыжский. Смею утверждать, кто-то из моих предков когда-то проживал на территории Польши – давно, еще во времена, когда эта страна считалась срединной европейский империей (примерное лет четыреста – четыреста пятьдесят назад – так что имеете наглядное представление о моей родословной!).

Я – чистопородный. Без вариантов.

Отвлечение:

Может быть, именно за чистоту породы хозяин меня любит и потчует не только сухим кормом, противными на вкус и на запах кошачьими консервами, но и курочкой, телячьей вырезкой и даже хорошенько прожаренными свиными эскалопами – хотя они и застревают меж зубов.

Сколько себя помню, хозяин всегда был при мне.

Я чувствовал его запах и прикосновения, будучи маленьким несмышленым слепым котенком, я увидел его лицо, когда впервые открыл глаза – а когда я однажды залез к нему в постель под одеяло, я обнаружил такое… Впрочем, пока не стоит об этом! Несколько позже.

С хозяином мне повезло. Обеспечен. Мне подстать. Хотя, наверное, и не могло быть иначе – с моей-то врожденной аристократичностью. Общество подобных мне (и моё, само собой) обходится очень дорого – мы реально ценимся на рынке и реально понимаем за что. Осознание собственной исключительности вживлено в нас на клеточном и субклеточном уровне – авторитетно могу заявить!

Может быть, вы спросите – откуда у кота такие глубинные знания, и я отвечу – вы и понятия не имеете, чем мы занимаемся в свободное время! И кто сказал, что мы не должны читать книги, не должны смотреть по телевизору научно-развлекательные программы или повышать образовательный ценз путем сочинения пары строк в дневнике! Кто сказал?

Вот взять меня. Аналитический склад ума и склонность к размышлениям я открыл в себе, едва научившись стоять на четырех лапах. Жизнь, как говорится, заставила.

Ее горькая правда явилась мне в виде паскудной копченой колбасы, которой гость хозяина по прозвищу «Этот дебил» (хозяин постоянно называет его так – понятно, когда того нет поблизости) меня угостил. А я ведь только-только оторвался от мамкиной груди – на моих губах еще не обсохло питательное молочко! Я смотрел на мир чистыми кошачьими глазами, ждал от мира только счастья – а тут на тебе! Желудок скрутило так, что полдня не слезал с унитаза.

Дождавшись, пока «дебил» (нет – без кавычек – дебил натуральный!) уйдет, хозяин, видя, как я мучаюсь, влупил мне поллитровую клизму в задницу, чем окончательно разрушил благостную картину окружающей меня действительности – вследствие чего во мне случился катастрофический надлом.

Всё смешалось в доме – и люди, и кони, и звери с котами! В моей голове что-то громко щелкнуло, и я сказал себе:

– Э нет, братцы-котики! Повторения сего конфуза я допустить не могу! А посему – даю установку! Изучить предметно еду во всех ее проявлениях, ориентируясь на запах и на вкус. Составить каталог пищи (каталогизировать, т. е.) в алфавитном порядке, выделив основные свойства и сделав упор на конечном результате – хорошо или плохо!

Мое воображение, растревоженное внутренним голосом и приятными мыслями о каталоге, вмиг нарисовало картину триумфа – я и толстые научные журналы с напечатанными в них статьями! Я возлежу на журналах и облизываю лапки!

Но легко сказать – трудно сделать! Об этом известно даже полевым мышам – а мы – коты – в любом случае, находимся на более высокой ступени развития, чем какие-то мыши. От них и мяса-то толком не получишь – одна беготня!

Итак – для особо тупых: если хочешь сделать что-то профессионально, сначала научись. Это закон, равноодинаковый для всех! И я начал учиться.

В процессе не обходилось без конфузов. Например, мою жажду к знаниям – к определению свойств разнообразной пищи и вычленению главных ее качеств (питательной, бодрящей, успокаивающей, наводящей на раздумья) по маленьким кусочкам – хозяин воспринял без всякого энтузиазма, обвинив меня в чрезмерной разборчивости.

То и дело я слышал от него обидные слова:

– Ну и вредный ты, котяра! – или еще круче:

– Совсем ты оборзел, скотина – уже морду от шашлыка воротишь!

Конечно, хозяину было невдомек, что я – совсем не вредный (и тем паче к «оборзению» не имею никакого отношения), я – просто исследователь и работаю над диссертацией, выраженной в каталоге!

* * *

Вообще, между котами и людьми часто возникают проблемы общения – проблемы, так сказать, коммуникации. У нас, у котов есть (и мы этого не скрываем) серьезные трудности в изучении иностранных языков – человеческого, собачьего и прочих нечитаемых! Говорят, всё дело в различиях в физиологии и в строении ротовой полости, но как по мне – уверен, пустое это! Просто мы слишком замкнуты на себе, на своих ежедневных проблемах – мы закоснели и не стремимся обрести новых друзей!

Есть и еще кое-что, внутренне мешающее нам – котам – преодолеть барьер безмолвия и заговорить на человеческом языке. Это ощущение превосходства, исходящее от людей. Причем, заметьте, превосходство ничем не обоснованно!

Вот, скажите, разве человек может так же ловко ловить мышей или играться с поролоновой свинкой, как кот? Нет! А разве может он выгнуться таким образом, чтобы его нос оказался аккурат рядом с жопой? Тоже нет (йоги и люди с ампутированными ребрами – не в счет, у котов и без всяких ампутаций получается!)

Следовательно, как минимум, на чемпионате мира по художественной гимнастике коты уверенно занимали бы все первые места – из года в год. А также на чемпионате по прыжкам на асфальт со второго-пятого этажей – первые места, на чемпионате по хождению над пропастью – первые (и т. д.) А вы говорите: человек – пуп земли!

Коты чувствуют, что люди – не пупы (ну, или не совсем – и не всегда)! И испытывают сильнейшее раздражение от осознания того факта, что человек и палец о палец не ударил, чтобы выучить кошачий язык – хотя бы несколько слов! А коли так (и в этом целиком вина людей), коты создают фронду – мятежное сообщество с девизом: «По-людски? Да никогда!». Вот вам и результат недальновидной культурной политики человека по отношению к котам.

Прискорбно, но барьер, разъединяющий горизонты общения, устойчив и неподатлив. Требует взаимных уступок и преференций – и в одностороннем порядке коты не намерены его преодолевать! Запомните это хорошенько.

Однако вернусь непосредственно к каталогизации.

Каталог – с чем его едят? Вопрос, казалось бы, простой – но даже среди моих образованных и культурных родственников немного найдется тех, кто в точности представляет, как должен выглядеть каталог.

Я не буду их строго судить, поскольку понимаю – у каждого из нас свои интересы, и если я с удовольствием трачу время на науку и связанную с ней классификацию, то другие смотрят сериалы или гоняют бабушкин шерстяной клубок по комнате. Они спортсмены!

Каталог – толстая претолстая книга, напичканная данными (тяжелый-претяжелый файл на компе – с графическими изображениями, с цветными и черно-белыми фотографиями и даже с полноценным видео «весом» до нескольких гигабайт).

Кошачий каталог – зарубки в памяти, поскольку письменных принадлежностей коты не имеют (жаль, конечно, но приходится с этим мириться и с этим жить). Зато все кошачьи (в том числе и, например, африканские львы) могут с гордостью похвастаться, что не страдают болезнью Альцгеймера, маразмом и склерозом – мозг исправно обрабатывает запросы на запись и извлечение информации, не перекладывая свои прямые обязанности на вредные (я считаю) конспекты и шпаргалки.

 
Еда – что может быть прекраснее на свете?
Лишь только сон – но не с пустым обвисшим животом!
И только после ужина – после котлеток,
Когда лежишь, свернувшись в кресле мягким круглым калачом!
 

Стихи, между прочим, мои.

Сознаюсь, меня частенько подмывает вспрыгнуть на стол и продекламировать что-нибудь вслух из собственного сочинения! И я так и делаю, когда хозяина нет дома. Я уже давно понял, что страсти к поэзии тот не имеет, а только делает вид – особенно, когда приводит в дом очередную легковерную пассию. Вот тогда он разливается соловьем! Здесь и Есенин, и Блок, и даже Шекспир!

Не претендуя на истину в последней инстанции скажу, Шекспир – барахло! Нет, конечно, это моё личное мнение – кота Пана Чарторыжского. И многие со мной не согласятся, и это их право! Спорить не буду! Замечу только, что Шекспир – хоть и англичанин, как и я – но какой-то несовременный. А слог у него, как кирпич, и тянет на дно ванной. «Ах, Дездемона, Дездемона! Молилась ли ты на ночь, бла-бла-бла!» Нет чтобы спросить, покормил ли хозяин колбасой!

* * *

Колбаса – прекрасная вещь. Но страшно вредная. Прекрасная и вредная – разве не в этом заключена гармония? Инь-янь, белое-черное, мужчина-женщина! И т. д. Единство противоположностей.

В двух наших огромных холодильниках фирм «Samsung» и «Sharp» всегда хранится не меньше десяти сортов колбасы. Вот, например, на день вчерашний зафиксированы следующие:

– «Балтийско-беломорская» с базиликом и жгучим перчиком. Сырокопченая. Странное название – смотрел недавно передачу по телевизору, так говорили, на строительстве Балтийско-Беломорского канала столько народу померло, что боюсь даже думать, из чего изготовлена эта колбаса! Если предложат попробовать – откажусь!

– «Хорошево-мневниковская», любительская пряная. Варенокопченая. Запах приятный – можно как-нибудь лизнуть, исходя из научного интереса (задачу наполнения каталога с меня никто не снимал)

– «Из дятла». Долго изучал этикетку, так и не понял, к какому классу (виду, подвиду) ее отнести. Не нашел ни страну производителя, ни дату изготовления, ни сроков хранения. Такое чувство, что хозяин собирается ею отравить «этого дебила», когда он в очередной раз припрется в гости.

– «Алтайская special». Обернута в фольгу со слоганом: «Незаменима для охотников и рыболовов!». Пока не пробовал – я животное нежное, а «Алтайская», похоже, предназначена для наживки на уду вместо червей или для приманки медведя в капканы. Рисковать не буду. Кстати, обозначает ли присутствие колбасы в холодильнике, что хозяин (его зовут Женя-Жека-Джон) намылился на рыбалку? Если так, то скоро полакомлюсь вкусной корюшкой!

– «Заурядная столовая». Вареная. По мне – самая вкусная. Женя тоже любит – особенно обжаренную в масле с яичницей. «Заурядной» у нас всегда много – насколько я понимаю, стоит она недорого, а качество – отменное!

– «Тургеневская». С прослойками жира (вероятно, генномодифицированного), порезанная на тонкие-тонкие кусочки. Лежит в холодильнике уже месяца два, и ничего с ней не становится! А с натуральными продуктами такого не бывает – это вам скажет любой профан.

– «Особая». Ну, здесь всё понятно! Хозяин покупает ее специально для меня. Между прочим – полторы тысячи рублей за килограмм, процентов девяносто – цельное мясо, остальное – добавки, разрыхлители и консерванты. Что сказать – любит меня Женя, балует! Да и как не любить такого красавца!

– «Филейная, марьинская, твердая». Для чего написано «твердая» – кто-нибудь может мне объяснить? Ни разу в жизни не встречал мягкой колбасы – потому что, если мягкая, это никак не конечный продукт, а полуфабрикат! Наверное, имеет место оригинальный рекламный ход от производителя – типа, смотрите, не мягкая – твердая! Ведь мягкость – она не всегда полезна, особенно если по ночам!

– «Танковый батальон» Ливерная. Высший сорт. Изучил – воротило так, что не смог удержаться от продолжительного чиха. Теперь думаю, неужели у нас в доме завелись грызуны, и Женя решил их приманить «Батальоном», чтобы потом всех вместе сразу и порешить? Причина нахождения ливера высшего сорта в «Sharp» неясна. Но хоть обернут в четыре слоя целлофана – и то хлеб!

– «Мечта удачливого бизнесмена». Трехслойная. Если смотреть на палку в разрезе – в середине ядро говядины, далее – окружность из свинины, внешний слой – птица (похоже, индейка). Хозяину ее подарили – бережет, даже мне не дает! Скряга! Уж для любимого питомца мог бы и расщедриться! Но ничего – вот наберусь смелости и откушу кусок! Только нужно дождаться, пока хозяин напьется пьяным – чтобы потом всё свалить на его неосознанные неконтролируемые поступки.

* * *

Понятно, на колбасе свет клином не сошелся. Я почему так подробно рассказываю – только потому, что я – кот научной направленности труда, и меня интересуют нюансы.

А будь я ласковой персидской самочкой? Прихорашивалась бы себе перед зеркалом, строила глазки – и вся работа! И чесали бы меня, и кормили – и пускали бы в постель на чистое мягкое надушенное белье! И всё задаром! И не спрашивали бы о производственных показателях, потому что с самочек – какой спрос?

Только вспомнил о духах, сразу нос зачесался, усы задрожали, и шерсть на хвосте встала вертикально к поверхности. Уж я этих духов столько нанюхался – словами не передать! Двести, нет – пятьсот сортов духов через меня прошли точно. А, может, и тысяча. Как говорится, все духи– в гости к нам!

Хозяин мой – точь-в-точь моя копия. Любит девочек больше жизни. И не абы какой платонической любовью – самой что ни на есть плотской, зримой и овеществленной. И девочки его тоже любят – хотя, наверное, меньше, чем меня! Я для них – привлекательней! Стоит им только перешагнуть порог и завидеть Пана Чарторыжского – не могут удержаться! Давай сразу хватать и гладить. Нравлюсь я им.

Но сразу, чтоб все знали – даюсь не всем! Избирателен. Многое зависит от фактуры гостьи. Не путать с фартуком!

Фартук – его надел, снял, повесил на вешалку или сразу выкинул, не раскрывая упаковки – особой разницы нет! А еще бывает фартук на токарном станке – мне об этом рассказывал мужик по «России-24». И такой вид у мужика был серьезный, что я ему сразу поверил. Хотя до сих пор представить не могу, как можно надеть фартук на токарный станок!

* * *

Итак, фактура.

Это нечто особенное.

В фактуре заключены не только стать и формы приятной округлости, но и многое, многое другое. Говоря инженерным кошачьим языком – заключены переменные, постоянные, условно-переменные, условно-постоянные параметры, а также время от времени мелькающие или внезапно выстреливающие – тоже параметры. И всё это счастье обильно сдобрено характерными чертами, присущими изделию изначально и определяющими его половую предпочтительность. Не слишком сложно для могучего интеллекта!

С фактурой мы определились – но что хотелось бы отметить особенно.

Восприятие фактуры сильно зависит от угла зрения – одно дело смотреть снизу, другое – сбоку, третье – сзади, а совсем четвертое – сидя у фактуры на руках и прижимаясь к груди. Здесь закачаешься от переизбытка чувств!

Но пока отвлекусь от анализа видимых образов. И тому есть причина.

С точки зрения полноценного научного подхода, воспринимаемое качество фактуры всегда коррелируется с запахом ее духов (и еще неизвестно, что лежит в основе – в базисе восприятия). Некоторые (в том числе и я) утверждают, что именно духи первичны, а зрительный образ фактуры вторичен, духи есть суть, а фактура – так сказать, наполнение и следствие. Но это вопрос философский – из разряда дилеммы «курица-яйцо» или «деньги-женщины-деньги».

К последней дилемме я еще обязательно вернусь (сей вопрос волнует меня чрезвычайно), а пока что, коли уж зашел разговор, остановлюсь подробнее на духах.

Духи есть странная эссенция, не имеющая никакого практического применения, но стоящая кучу бабла. Это мне известно доподлинно – и про деньги (бабло), и про никчемность эссенции.

Посудите сами – приходит к вам дама (т. е. ко мне), а от нее разит запахом «Шанели» так, что невозможно подойти ближе, чем на три метра. Но она этого не чувствует и не осознает! Она хочет близкого со мною общения, но я ведь не самоубийца, чтобы к ней приближаться!

Облако духов душит меня, как хлор под Ипром, как фосген примерное там же, как бинарный газ на госиспытаниях. А она не понимает, обижается, что Пан Чарторыжский не уделяет ей никакого внимания – а я чихать на нее хотел! А всё потому, что от «Шанели» у меня – мощнейшая аллергическая реакция, начинаю чихать и никак не могу остановиться!

Но «Шанель» это еще ничего. Бывают сорта и смеси гораздо противнее. Особенно новомодные, модерновые – от эпатажных продвинутых дизайнеров. Основываясь на полученной мною информации – на результате изучения мужских и дамских журналов – утверждаю: количество духов бесконечно, количество парфюмеров бесконечно, качество духов отвратительно, качество парфюмеров отвратительно! Как вам такое утверждение? И ах, бога ради, не спорьте!

Каковы четыре основных критерия духов? Запах, стойкость, дизайн тары и цена! Тара и цена лично для меня не являются определяющими, поскольку дамы моего хозяина поливаются духами вдали от нашего дома – или же в закрытой туалетной комнате прямо перед интимом с хозяином (закрытой напрочь, и даже я не могу туда проникнуть!)

А когда тебя не пускают подсмотреть, что следует? Доподлинно узнать, как выглядят флакончики, и изучить ценники на духах не представляется возможным. Поэтому я могу строить лишь предположения, а они – вещь слишком зыбкая, чтобы перерасти в твердые знания предмета.

Зато в запахах и в параметрах стойкости духов я настоящий дока! Умник! Гений! Молодчага! Не могу не похвастаться! Итак, запахи:

Категория первая: «глазные» – стоит первым флюидам аромата коснуться моего чувствительного носа, слезы брызжут из глаз! Брызжут, как Ниагарский водопад, нескованный льдом.

Категория вторая: «чесательные» – стоит первым флюидам аромата коснуться моего чувствительного носа, начинаю чесаться, как шелудивый Шарик, что живет неподалеку в будке у сторожа коттеджного поселка!

Категория третья: «чихательные» – о них я уже говорил («Шанель»). Стоит первым флюидам аромата коснуться моего чувствительного носа, начинаю чихать, как главный герой повести Гоголя «Нос».

Категория четвертая: «дыбительные» – стоит первым флюидам аромата коснуться моего чувствительного носа, шерсть встает дыбом и никак не хочется ложиться на место – словно я какой-то бешеный ежик, а не аристократический голубой кот!

Категория пятая: «сногсшибающие» – стоит первым флюидам аромата коснуться моего чувствительного носа, лапы подкашиваются и начинают заплетаться при ходьбе – моторика движений отказывает!

Категория шестая: «дурманящие» – стоит первым флюидам аромата коснуться моего чувствительного носа, накатывают миражи! Они возникают перед глазами по одиночке и группами – иногда страшные, иногда красивые, а я смотрю на них и начинаю плакать, вспоминая золотое беззаботное детство! Мама, мамочка – ну почему детские годы проходят так быстро?

Категория седьмая: «тупые» – стоит первым флюидам аромата коснуться моего чувствительного носа, я начинаю тупеть прямо на глазах! И становлюсь таким же тупым, как и мой хозяин после пяти литров пива из пластиковых бутылок!

Категория восьмая и самая страшная: «смертельные» – смесь нескольких ароматов из парфюмерного магазина, откуда, видимо, гостья сразу рванула к хозяину на рандеву. Искомая категория вмещает в себя семь предыдущих – «глазные», «чесательные», «чихательные», «дыбительные», «сногсшибательные», «дурманящие» и «тупые»! Легко представить, как она действует на беззащитных животных – к коим, по воле судьбы, отношусь и я!

Запахи духов очень легко запомнить – если составить аббревиатуру из первых букв, получится: ГЧЧДСДТС – «Гоги часто чачу делал, (и) сам дома трескал самогон!» Элементарно! Намного проще, чем: «Каждый охотник желает знать, где сидит фазан!»

С запахами мы разобрались – переходим к стойкости!

* * *

Стойкость первой категории – самая низкая. Если гостья обрызгала себя духами (туалетной водой, парфюмерной водой, дезодорантом-духами или репеллентом против укусов комаров и мошки) прямо перед дверью нашего дома, я могу выдержать воздействие запаха на расстоянии от гостьи в один метр, в течение пятнадцати минут через час с момента ее прихода. Сложно, но разобраться вполне по силам. Такая стойкость равна одному «Смраду».

По аналогии: два «Смрада» – через час, два метра и пятнадцать минут, или через два часа, один метр и пятнадцать минут.

Три «Смрада» – через час, три метра и пятнадцать минут, через три часа, один метр и пятнадцать минут, через час, один метр и пять минут!

Стойкость первой категории – самая низкая. Один «Смрад». Пример – «Дезодорант без цвета и запаха, не оставляющий пятен – и невидимый вообще».

Стойкость второй категории – ниже среднего. Четыре «Смрада». Пример – «Парфюмерная вода из турецкой или египетской разливочной – содержание отдушек и эфирных масел минимально».

Стойкость третьей категории – средняя. Семь «Смрадов». Пример – «Туалетная вода из турецкой или египетской разливочной под фирменным французским или итальянским брендом».

Стойкость четвертой категории – выше среднего. Десять «Смрадов» Пример – аутентичные дезодоранты-духи, аутентичная туалетная вода, аутентичная аэрозоль для распугивания лесных клещей.

Стойкость пятой категории – высокая. Тринадцать «Смрадов» Пример – промышленное средство от моли, духи стоимостью от десяти до двадцати тысяч рублей – в зависимости от производителя.

Стойкость шестой категории – наивысшая. От шестнадцати «Смрадов» Пример – духи стоимостью от двадцати тысяч рублей, строительные лаки и краски, клей БФ.

Конечно, градация стойкости весьма условна – точно так же, как и любая дискретная шкала. «Смрады» имеют свойство усиливаться или наоборот выветриваться – в зависимости от дамских предпочтений. Обычно они колеблются в пределах от пяти до десяти – но и этого достаточно, чтобы заставить бедное животное (к коим имею честь относиться и я) страдать.

Подведя итог – что лучшее лично для меня? Один «Смрад», категория «Дурманящие». Что худшее? Шестнадцать и больше «Смрадов», категория «Смертельные». Здесь вероятность выжить крайне низка, и дамам с таким запахом и с такой стойкостью я никогда не стану другом! Никогда!

* * *

Теперь, по моему кошачьему мнению, можно поговорить о view. Т. е. о взгляде со стороны на фактуру – или же на одушевленный предмет Вашего обожания или раздражения. Пару мыслей я уже изложил выше – самое время углубиться в подробности.

Женщина человеческого рода (по-нашему, самочка) – существо, безусловно, загадочное. Что-то есть в ней такое, что одновременно привлекает меня, как кота, и отталкивает – опять же, как кота. И поскольку в себе я изъяна не нахожу, то такая моя двойственность (если хотите, волновой и корпускулярный дуализм) есть следствие воздействия на меня женщины как таковой.

Среди котов ходят упорные слухи, что женщина послана свыше, чтобы даровать нам хлеб. И если в процессе одаривания хлеб чудесным образом превращается в мясо, рыбу или в те же самые консервы – это заслуга женщины (впрочем, в моем случае, слухи неверны, поскольку еду я получаю от хозяина, а он что ни на есть мужик!)

И если с едой – туда-сюда, то вот что действительно свойственно женщинам – это их мягкость. Спать на них удобно, как на перине – в противовес мужикам, которые тощие и костистые, или же наоборот – как мешки с салом, и как на него не ляг, всё время сползаешь вниз (а попробуй ухватиться когтями за жир – снимут с пищевого довольствия и выгонят на мороз!)

А женщины – совокупность приятных округлостей, укромных и удобных ложбинок и местечек. Женщина просто создана для кошачьего сна – и я лично особенно люблю почевать на бедрах – или чуть пониже (если женщина лежит на животе и, например, пишет SMS возлюбленному). Главное, чтоб не болтала ногами – от морской качки у меня кружится голова!

Может быть, вы спросите, что я могу взамен предложить женщине, и почему она должна терпеть мой вес у себя, простите, на попе? Отвечу. Я дарю ей обратную мягкость, пушистость, иногда – мурлыкание, и общее хорошее настроение, которым и отличаюсь! Симбиоз получается совсем неплохим – и женщина это чувствует.

* * *

Вид на женщину со спины – один из моих любимых. Иногда я шалю – пробираюсь женщине между ног и страстным взглядом насыщаю ее своим кошачьим вожделением. Мы с ней хоть и принадлежим к разным биологическим видам, но зато разнополые, и наши энергии дополняют и обогащают друг друга! А уровень сексуальной энергии котов ничуть не меньше, чем у человека! А, может быть, и выше – концентрированнее и свирепее. Это я вам как зверь говорю!

У котов в крови (или в мышцах или даже в самом головном мозге) есть такой гормон – озверин. О его существовании я узнал года три назад – когда случайно посмотрел мультик «Приключения кота Леопольда». Кот там – хоть и зануда, и ботаник, но все же и в нём под воздействием чудодейственных таблеток пробудилась его настоящая кошачья сущность! Что, конечно, говорит о пользе фармакологии. Но я не об этом.

«Озверин» схож по звучанию с «эстрагоном», но это совсем не то. Эстрагон – приправа к борщу (я его ненавижу), а озверин нельзя ненавидеть – он просто есть, и нужно это принять, как факт. Во мне его – чувствую – полна коробочка! Самого высшего сорта – племенной заряженный озверин!

Озверин – преобразователь энергии, получаемой нами от пищи, сна и ласки, в движение (так мне кажется – но если ошибаюсь, прошу не судить строго). Желание прогрызть дыру в тапке хозяина или разорвать обои в хлам, проехавшись по ним когтями сверху донизу, зависит исключительно от уровня озверина. Другое дело, что часто приходится себя сдерживать – чтобы не получить от хозяина по шее – но здесь уж озверин никак не виноват!

Кстати, если вам интересно, далее следует классификация степеней озверина среди котов. Подопытный экземпляр – Пан Чарторыжский в единственном лице. Для чистоты эксперимента вполне достаточно!

Ноль. Кот мертв.

Один. Кот жив, но почти мертв. Дышит – уже хорошо!

Два. Кот жив, но плох! Не ловит блох – и даже не умывается.

Три. Кот вполне способен заявить о себе и о своих правах. Потребовать еды и чего-нибудь попить.

Четыре. Кот в норме. Захочет играть – поиграет, не захочет – не поиграет. Захочет поесть – поест, не захочет – не поест.

Пять. Уровень выше среднего. Кот готов спариться с кем-нибудь. И так и ищет, так и ищет – кого бы изловить и очаровать (чтобы потом отвести на мягкое ложе и вонзить, так сказать!)

Шесть. Величина, навевающая думы о возможном неконтролируемом кошачьем взрыве изнутри. Кот кипит, клокочет яростью, и мрачные образы возникают в возбужденном воображении. Единственный рецепт – срочно гладить, потом покормить обильной жирной пищей – так, чтобы не смог встать.

Семь. Почти что нет кота совсем. Он уже далеко – сумасшедшая энергия влечет его вдаль, он прыгает с балкона, не думая об опасности, он несется через дорогу, не замечая машин и груженых фуражом вьючных повозок, он – уже там. За горизонтом, на пороге вечности!

Восемь! На поминки просим! Кот умер – концентрация озверина достигла критической величины, и сердце бедняги-кота не выдержало! Слава, вечная слава герою! На поминки собираются родственники, приводят с собой маленьких котят и невесток, огромная семья кошачьих скорбит и дружно сочиняет эпитафию, которая выглядит, примерное, следующим образом:

 
Жил-был на свете кот —
О лапах четырех, с хвостом и пастью,
Не знал забот, не знал хлопот,
Готовил себя к длительному счастью.
Но вдруг – откуда ни возьмись,
Кошачье наваждение —
И кот возьми, да и сорвись,
И побеги – на зависть молодому поколению!
 
 
Бежал чуть-чуть, совсем недолго,
Пути не разбирал – не в этом суть,
На зависть всем, кошачьим стал он волком,
Жизнь прожил так – что в его честь коты венки несут!
 

«Кошачьим стал он волком» – в этой фразе вся суть концентрации озверина степени восемь. Емко и доходчиво.

Я вот никогда и близко не приближался к «восьмерке» – и даже к «семерке». Ну, максимум шесть – и то, предпринимаю все меры, чтобы отойти от опасной черты. Известным способом – много ем и требую глажки. А поскольку в доме вечно полно женщин, то глажку я получаю сполна (особенно если пересилю «Смрады», от них – женщин – исходящие).

А вообще, мой нормальный уровень озверина – четыре-пять. При нем я чувствую себя полноценным, физически здоровым и способным на свершения котом – и внутренний потенциал организма не расходуется опрометчиво и глупо! Да, вероятно, я не рожден гореть подобно кошачьему Джордано Бруно – но меня это устраивает! Не всем же быть такими, а на костре – жарко!

* * *

Еще я люблю лежать на груди женщины, повернувшись своей мордочкой к её мордочке. И смотреть пристально женщине в глаза. Не мигая – как могут смотреть только коты, избравшие для себя охоту. Женщина – дичь. Нет, не в прямом смысле слова – ведь я её не ем! Предполагаю, что она окажется не такой вкусной, как хотелось бы (и экспериментировать не хочу).

Зато я поедаю её глазами. И если бы она знала, какие в это время мысли и образы роятся в моей голове, она бы сразу утратила интерес к мужчинам и предпочла бы Пана Чарторыжского на всю оставшуюся жизнь.

Разве мужчины могут дать женщине столько поэтического лирического слога и нашептать столько красивых длинных комплиментов, как я? Да никогда в жизни – и тому пример мой хозяин! Кстати, он не самый плохой – дамы все без исключения полагают его обходительным – и вообще душкой! Но куда ему до меня!

Не буду далеко ходить. Признайтесь, дамы, кто из вас хоть когда-нибудь слышал такое?

 
Звезда моя!
Ты столь прекрасна,
Что хочется мне пасть перед тобой,
Лобзать тебя, дарить любовь и негу —
И нежность вечную, и сон прекрасный во плоти!
 

Как, нравится? Мне – очень! И будь я одной из дам – не устоял бы! Или вот еще:

 
Красавиц много я встречал,
Но чтоб такую?
Чтоб охватило и сжигало вожделение?
Чтобы язык готов был в пляс пуститься —
Чтоб только овладеть, прижать,
Напиться редкой красоты и прелести очарованья?
Да в жизни никогда!
И знай – я раб твой полностью отныне!
 

Здесь я немного приукрашиваю, преувеличиваю (насчет «раба»), но стиль, изысканность момента обязывают! Ведь что такое раб – сегодня раб он, а завтра он, глядишь, хозяин мира. «Мы не рабы, рабы не мы!», – подсмотрел я как-то в старом букваре выпуска 1968 года. Составители знали, о чем писать! Впрочем, бог с ним, с этим рабом – сдался он мне, этот раб! Тьфу на него! А вот комплименты и страстные речи – другой разговор!

 
Со мной томленья чудо вдруг произошло,
Лишь бросил взгляд на ножки божества!
Лишь мысль мелькнула – может быть,
И мне такое счастье в жизни будет!
Не отступай, о чудо, внемли мне —
Услышь мои молитвы и мечты!
Услышь и воплоти —
Я буду весь твоим, о муза бриллиантового света!
 

А теперь представьте – сей слог, изложенный путем ласкового мурлыкания и поглаживания мягкой лапкой (со спрятанным когтями) по гладкому женскому животику! Или по чудной груди с розовыми сосочками, коих я касаюсь нежно и с чувством переполняющего меня чувства! «Чувство переполняющего меня чувства» – совсем не каша масляная, а моя литературная находка! Ведь есть еще ощущения ощущений, эмоциональные эмоции и даже точечные ковровые бомбардировки – хотя это совсем из другой оперы!

Но, чур! Накал, напор растёт, и крепость дамской неприступности вот-вот падёт!

Ура – рота, за мной! Штыки примкнуть, прикладом бей врага, саперными лопатками круши кости, гранатами ударим метко!

 
К тебе я прикасаюсь,
Я чувствую, как сердце бьется гулко,
Как грудь вздымается,
Как лоно жаждет внутрь принять мой дар —
Испепелил он чтоб тебя моею страстью!
Чтоб испила ты чашу наслаждения,
Чтобы к вершинам унеслась
Заснеженных недостижимых пиков заоблачной любви!
 

И вот – крепость – а над ней – белый флаг, и чудные, чудные раздвинутые ножки, а дальше – дальше…

– Мрр-мрр-мрр! Муррр-муррр-муррр! Вот до чего могут довести дебри размышлений о моей природной галантности и неотразимости! Прочитал недавно афоризм: «Мужчина долго находится под впечатлением, которое он произвел на женщину!». Не буду утверждать, что это про меня и обо мне – пусть природа сама решает, я же совсем не претендую на особые восхваления!

И – после такого нужно немедленно перекусить!

* * *

– Что еще у нас есть в холодильнике? – такой вопрос я задаю себе минимум четырежды в день, а то и чаще! Если хозяина долго нет – вопрос может прозвучать и десять раз, и двадцать – а если хозяина нет очень долго – то, бывает, я сбиваюсь со счета – столько раз себя уже спрашивал!

В такие унылые минуты мне остается только одно – обратить внутренний, преисполненный сарказма и горечи взор на каталог домашней снеди имени меня – моё любимое детище и предмет приложения усилий.

Если я еще не говорил (а я не говорил), каталог состоит из тринадцати частей:

1. Паштеты

2. Рыбка

3. Молоко, сметаны, козий продукт, кумысы, простокваши

4. Мясные изделия (но не мясо)

5. Мясо (но не мясные изделия)

6. Банки (консервы)

7. Батоны, «Дарницкий» и «Бородинский»

8. Флотские макароны и спагетти

9. Сладкие полезные палочки для зубов

10. Вонючий сыр

11. Неполезные, несъедобные полуфабрикаты

12. Неполезные, несъедобные овощи-фрукты

13. Супы и ужас, исходящий от них – как финальная глава.

Паштеты – штука довольно вкусная, но все зависит от производителя. В последнее время (в связи с санкциями) буржуйского в доме стало совсем немного – зато отечественной номенклатуры прибавилось. И это не может не радовать – потому что, в отличие от буржуев, наши производители оставляют в паштетах немного печени или, допустим, рыбы – а буржуи вообще ничего, кроме консервантов и ГМ-сои, не кладут. Впрочем, к паштетам я отношусь прохладно – кушаю только в охотку и очень редко.

Рыбка – совсем другое дело. В моем каталоге она разделена на несколько подгрупп: речная, морская, океаническая – свежая, охлажденная, замороженная. Я уважаю только свежую – шевелящуюся. Подходишь к ней с головы и вцепляешься зубами в рахитичный рыбий мозг – чтоб сразу, и чтоб не мучилась! А потом с утробными звуками поедаешь ее голубушку до самого-то скелетика! А уж после – ложишься где-нибудь на мягком, тщательно вылизываешься – и в сон! Вот и сейчас – пришло время хорошенько вздремнуть, а вы пока познакомьтесь с моим хозяином!

P.S. к этой главе. С каталогом я не прощаюсь – и даю твердое кошачье слово при первой же возможности вернуться к нему и осветить позиции подробно. Но сейчас не могу – зевота раздирает!

Глава 2
Человек со мною рядом

Его зовут Женя. Не Женя, Женечка, Катюша – а Евгений! Твердо и очень-очень по-мужски. Евгений Валерьевич Обручев.

Кто-то предпочитает вычурные ФИО, а вот у моего хозяина всё наоборот. И в имени, и в отчестве, и в фамилии нет ничего особенного! И если бы я был человеком, тоже хотел бы такое ФИО иметь! На зависть многим. Например – вот им:

Жлобовым (Аркадию и Борису),

Сипухиным (Аркадию и Борису),

Синезадовым (Аркадию и Борису),

Безмозгловым (Аркадию и Борису),

Дурило, Остолоповым, Венерическим, Мракобесным (Аркадию и Борису) – и т. д.

Всех страдающих от ФИО (или от отдельных его составляющих) не перечесть – и это только из российского ассортимента! А ведь есть еще Сруль (из завезенных) и многие другие! В общем, Обручев – почти джекпот!

Хозяину – тридцать восемь лет, рост – 184 см, объем груди – внушительный и атлетический, объем мускулов – то же самое, стройные ноги (хотя не знаю, уместно ли мне говорить про мужские ноги – но факт, наездником Женя не был никогда), глаза зеленые, нос прямой, лоб высокий, ум есть. Хозяин настолько умен, что даже пару-тройку раз в неделю читает книжки – толстые и без картинок!

Недавно на глаза попалась его анкета – в бумажном виде и с наклеенной цветной фотографией. Я поначалу испугался – подумал, что хозяин совсем сошел с ума и хочет жениться, но потом оказалось (узнал позже) – анкету подарили хозяину старые друзья на день рождения – ради шутки.

АНКЕТА ЗАКОРЕНЕЛОГО ПРЕТЕНДЕНТА НА ЖЕНСКОЕ СЕРДЦЕ

1. ФИО

ЕВО, ЕОВ,

ВЕО, ВОЕ,

ОЕВ, ОВЕ

(нужное подчеркнуть – подчеркнуто ЕВО)

2. Семейное положение

Женат, неженат,

В браке, холост,

Разведен, бобыль

(нужное подчеркнуть – подчеркнуто «бобыль»)

3. Материальное положение (деньги)

Нет, мало,

Не хватает, хватает, но мало,

Есть и хватает,

Выше среднего и хотелось бы еще,

Выше среднего, и пока негде прятать,

Уже достаточно,

Много, очень много,

Так много, что и словами не передать,

Так много, что удовлетворю трех неверных жен и еще на пять любовниц,

Я – олигах.

(нужное подчеркнуть – подчеркнуто «выше среднего, и пока негде прятать»)

4. Обеспеченность жильем

Нет жилья,

Съемная квартира,

Хрущеба, двушка, трёшка в панельке,

Приличная хата на окраине,

Коммуналка в центре (одна, две, три комнаты мои),

Бабушка оставила мне хоромы на Кутузовском,

Купил недавно этаж в высотке на Котельнической набережной с видами на Кремль,

Дом за городом в деревне «Свинопасы»,

Тот же дом – только в коттеджном поселке «Для друзей недорого»

Вполне себе приличный особняк в «Переделкино»

Дворец на Рублевке

Замки в Йоркшире и на Нью-Йоркщине.

(нужное подчеркнуть – подчеркнуто «вполне себе приличный особняк в „Переделкино“»)

5. Какую бы невесту хотелось найти

Хорошую,

Красивую и хорошую,

Можно не то чтобы красивую, но милую и с ангельским характером,

С внешностью, как у модели, и горячую в постели,

Стерву с огромными деньгами и тремя злыми пуделями в услужении,

Благородную и с родословной,

Домоправительницу и одновременно продюсера,

Потомственную кухарку,

Величавую паву,

(нужное подчеркнуть или же другие варианты вписать)

Внизу – синими чернилами: «А можно так – чтоб сразу всё это вместе, и каждый день другие? Преданность и яростный секс на одну ночь обещаю!»

6. Что для Вас главное в семейной жизни?

Сдобные булочки на столе

Свежие постиранные носки и трусы

Что-то мягкое под боком под утро

Путешествия вдвоем на рынок и по магазинам

Дети, много детей

Тесть с тещей чтоб жили далеко и отдельно (можно с ними вообще не встречаться)

Возможность убежать с друзьями в баню или на пятидневную рыбалку на Мальдивы

Чистые полы в доме и накрахмаленное бельё

Разговоры по душам и совместное принятие душа раз в неделю

(нужное подчеркнуть или же другие варианты вписать)

Внизу – синими чернилами: «Да блин! С такими-то раскладами я никогда в жизни не женюсь!»

Прочитал я анкету до конца, и сразу мне полегчало. Кот! Мой хозяин – настоящий мартовский кот, который точно знает, что свобода – лучшее, что существует на свете! Свобода включает в себя все аспекты бытия – но главное – разнообразие и непривязанность к чему-либо надоевшему хуже горькой редьки и опостылевшему так же разнузданно!

Свободные люди (и кошачьи) и чувствуют себя по-особенному. И особенно если есть деньги и природная красота и пушистость. У моего хозяина есть первое и второе, у меня – второе и третье! Вместе с ним мы образуем чудесную неотразимую пару, против которой не может устоять ни одна дама! И даже две – что иногда тоже бывает!

Вообще, человеку, который способен ловко обращаться с двумя дамами в постели, нужно ставить памятники на площадях – это ИМХО (или мое скромное мнение)! Памятники могут быть выполнены из латуни, бронзы, состаренного железного дерева или же обожженной глины – здесь главное не материал, а скульптурная композиция и оригинальный замысел художника!

Представьте: приходит к Вам курьер – в ливрее или в николаевских баках и в усиках в нитку – из префектуры (или даже из целой мэрии), вручает запечатанный сургучом пакет и говорит:

– Велено передать! Велено, чтоб Вы расписались в получении! Велено проследить, чтоб получили!

Вы смотрите на него, как баран на новые ворота, и недоумеваете – кто это, и что ему от Вас нужно? А оказывается, всё просто: поскольку Вы – признанный эксперт по части создания памятников, вот Вам задача – изобразить трех любовников в одной постели – но только так, чтоб не пошло, но напротив – изысканно, и чтоб чувствовалась любовь!

Вы вскрываете конверт, быстро читаете пожелание за подписью мэра, кидаете курьеру гривенник за труды и убегаете в студию – там у вас уже приготовлен гипс, из которого Вы уже к завтрему изготовите полноразмерную 3D-модель.

Но сначала – сначала должны быть проработаны эскизы и названия к будущему шедевру. И как человек-дока, собаку (двух, трех) съевший на подобных ответственных заказах, Вы понимаете, что начинать нужно именно с имени шедевра. А потом уже от него дальше плясать.

Вариант номер один: Он без трусов и без лифчика, она без трусов, но в лифчике, она без лифчика, но в трусах.

Вариант номер два: Все трое в лифчиках, но без трусов.

Вариант номер три: Все трое в трусах, но без лифчиков.

Вариант четыре: Все трое голые – в чем мать родила.

– Стоп! – говорите Вы себе. – Это совсем не имена, а описание – имена должны быть короче и ёмче – поэтому:

Для варианта номер один: «Ты и твои полторы полуготовые половины».

Для варианта номер два: «Полуготовый ты и две половинки в степени полуготовности».

Для варианта номер три: «Половинки и ты – подготовленные наполовину».

Для варианта номер четыре: «Экстазия».

Как ни крути, а вариант номер четыре в обоих случаях – вне конкуренции! И по контенту, и по содержанию. И не нужно людям дополнительно объяснять, что половинки именно полуготовые – потому что ведь не готовы они полностью (трусы и лифчики ведь никуда не делись!)

Итак – идея монумента определена, название придумано. Дело за малым – воплотить художественные находки в жизнь!

Вы чувствуете внутри творчески зуд: лепить обнаженную женскую натуру – Ваша давняя страсть. Мужчину тоже необходимо будет вылепить, но только уже совсем без страсти, поскольку одна мысль о голом мужике вызывает в Вас отвращение.

Отвращение придется подавить и загнать глубоко в организм – и сделать работу профессионально. Но если совсем невмоготу, вместо мужика можно вылепить еще одну женщину и назвать всю скульптуру, например: «Когда муж ушел за пивом!» Но, конечно, изменение идеологической направленности монумента придется сначала согласовать с мэрией – но трудно, поди докажи, что ненавидишь мужиков! Не поймут – поэтому ничего, кроме утрамбовывания отвращения внутрь, придумать нельзя.

Вы хлопаете себя ладонью по лбу плашмя! Озарение – ты появилось вовремя! Решение проблемы – на поверхности, нужно просто мужика отдать на лепку Вашей возлюбленной Нимфадоре – у нее получится!

Позы – теперь позы всех троих! И по ходу вопрос – обязательно ли, чтобы у каждого в руках было знамя? Или можно отделаться профессионально закрепленными strap-on(ами)? И еще – можно ли в скульптуре показать обнаженную грудь и филейные места – и не вызовет ли их появление (в камне) массового гнева публики?

Вы напряженно думаете, а потом весело смеетесь! Вы нашли! Памятник будет трехслойным – в виде гамбургера (первая нижняя половинка булочки – дама, соевая котлетка посредине – кавалер, вторая половинка булочки сверху – снова дама). Булочки и котлетка – не круглые, как положено в стандарте, а прямоугольные – и с головой и ножками от пяток до колен. Все остальные подробности надежно спрятаны под слоем кетчупа!

Кавалер-котлетка лежит на даме-булочке, задрав ножки (от пяток до колен), и смотрит даме-булочке прямо в лицо. Вторая дама-булочка лежит на нем сверху, перекрестив ножки (от пяток до колен) с ножками кавалера, задранными вверх, и смотрит ему в затылок. Вроде бы, неудобно, но с другой стороны (поскольку на верхней даме надет strap-on) – очень, очень естественно и целесообразно!

– О! – Вы уверены: такой памятник станет лучшим украшением любой (даже самой центральной) площади любого (даже самого большого) города мира! – О, йееееееееееее! О майгаттыбыл! Пусть первый, кто скажет, что я не гений, выйдет сюда, и я брошу в него камень!

А руки – руки тем временем сами (без участия головы) берутся за работу – крошат гипс, льют в него воду и перемешивают, перемешивают! Они – руки – знают дело, как свои пять пальцев, и пока Вы предвкушаете, что получите первый приз на Конкурсе Художественных Работ, они уже всё изготовили, отлили, остудили и отполировали! И даже подвесили strap-on(ы) на определенные им природой места в скульптурную группу.

– Меж Севильи и Гранады! – напеваете Вы под нос, подобно профессору Преображенскому, укладывая на носилки полноразмерную модель «Экстазии» – чтобы перенести ее в печь для обжига. А тут – раз, и время обеденного перерыва!

* * *

– Согласитесь, в последовательном изложении чего-либо последовательного только прирожденный зануда может черпать вдохновение! А я – Пан Чарторыжский – не такой! – мысль в моей голове сделала полный оборот и пришла к мысли, что пора возвращаться непосредственно к хозяину.

Как вы думаете, в чем разница между Касабланкой, Капабланкой и Капуей, например? В том, что первое – живой современный город, второе – мертвый чемпион мира по шахматам, третье – мертвый римский город. К чему это я? А к тому, что хозяева тоже бывают живые, мертвые и древние – тоже мертвые.

Представьте какого-нибудь замшелого женатика – отца двух-трех-четырех детей! От него сплошь одна скукота и серость существования. Всё, что он умеет и на что способен – лежать на диване и почесываться, как чудесная толстая свинья в луже в Вишневом саду. Вокруг него время от времени мелькает красавица-жена (с любовником под диваном) или же жена совсем некрасивая – без любовника, но зато с таким стервозным характером, что только диву даешься, как она до сих пор не взорвалась, подобно авиабомбе на парашюте.

«Красавица – не красавица» – и то, и другое лишь отражение неспособности женатика-свиньи удовлетворить женщину самостоятельно! Потому что привык, потому что уже ничего не интересно, быт засасывает, и дети периодически достают похуже комаров.

И хочется женатику иногда (иногда чаще, иногда реже) взять жену за шкирку и макнуть ее лицом в тесто, которое она приготовила для пирожков. Не потому что женатик не любит пирожков (очень даже любит и настойчиво раз в неделю требует, чтоб были на столе) – а потому, что просто хочется вновь почувствовать прелесть свободы!

А вот мой хозяин – он другой. Он есть овеществление искомой свободы в самом себе. С точки зрения унылой семейной жизни – он, конечно, человек никчемный, бесполезный и потерянный. Зато с точки зрения жизни холостой – умница и молодец!

«Холостяк» звучит гордо! Холостяк – это перспектива, это шанс и одновременно подтверждение, что на мужчину можно положиться (но только если он живёт один – без мамы). А если с мамой – то, увы, он даже хуже женатика. Он – «маматик», существо без всякой надежды когда-нибудь правильно обустроить свою жизнь.

И вроде нужно рассказать об этих существах (маматиках) поподробнее, но бог с ними! В конце концов, это их выбор, они тоже находят в этом определенную прелесть, так что судить их смысла нет.

В настоящем холостяке (с домом, с машиной и приличной работой) бушует энергия. Она двигает его вперед и всегда вперед – от одной намеченной цели к другой, от одной юбке к другой.

* * *

Ах, уж эти юбки – они заставляют моё сердце биться с удвоенной, утроенной силой, и я считаю, что юбки – одно из немногих изобретений человечества, которое пошло бы на пользу и кошачьим!

Вот идет сексапильная кошечка в мини! Не так, как сейчас – повсеместно все ходят голыми, прикрываясь только хвостами – нет!

Очаровательное мини, скрывающее прелести и придающее тайну – вот мечта котов! Чтобы в порыве страсти смело забросить мини наверх, ну а потом уже – отдаться океану всепроникающей любви!

Иногда я фантазирую, что судьба дала мне возможность получить профессию кошачьего модельера. И организовать собственную линию модной одежды под брендом: «Ателье котовых изделий!» Или, например: «Всё для вас, милые кошечки! Я и для вас тоже!» Или, например: «Кот и Габбана. Сумки, ремни и намордники под заказ. Питон, носорог, перья страуса!»

Круто было бы! Ходил бы я себе (гоголем по подиуму) в окружении моделей и под восторженные овации зрителей – с трубкой, набитой дорогим кубинским табаком, в одной лапе и с бокалом коньяка – в другой. В мою честь играл бы туш и оглушительно били литавры, а я бы улыбался (в перерывах между затяжками и глотками), показывал бы свои беленькие остренькие зубки и завлекающе строил бы глазки дамам!

Мини, безусловно, – источник вдохновенья! Когда мой хозяин приглашает к себе девушку в мини, я первым делом (предварительно зажав лапой нос, чтобы снизить концентрацию Смрада) бросаюсь к ней в ноги и ласкаюсь. Она начинает меня чесать и играть со мною, но я – я, прежде всего, хочу подсмотреть, что у нее там – скрыто под мини!

О – это волшебное, часто безумное зрелище – иногда красота, иногда восторг, иногда – квинтэссенция вожделения. Недаром девушки припрятывают это для особых случаев. Но я – я имею доступ! Я кот – и мне нет преград!

Не подумайте, что я злоупотребляю поэзией слишком уж. Но мини влечет меня на поиски рифмы, и я не в силах устоять!

 
Выкинь штаны ватные,
Выкинь толстые лосины,
Выкинь джинсы неаккуратные,
Выкинь от пупа до колен мокасины!
Выкинь строительную робу,
Выкинь форменные брюки,
Развяжи руки гардеробу,
Пусть хватает и хранит только юбки!
 
 
Пусть их будет много —
Мини, микро и совсем невидимых,
Помни – ты вовсе не недотрога,
Повидала самцов – и робких, и убедительных!
 
 
Понимаешь, что в юбке сила,
Понимаешь, что в юбке мощь —
Носишь, будешь носить и уже столько носила!
Тягу к юбке твою невозможно превозмочь!
 
 
Мини – вот настоящее счастье!
Мини – вот мечта мужиков,
Мини преодолеет все напасти,
Мини – надела и выходи, и замужество недалеко!
 

Последнее четверостишие, признаться честно, вызывает во мне определенные вопросы. Например, такое ли счастье замужество, как это многим кажется? Типа: «Выйти замуж – не напасть, замужем бы не пропасть!» И: «Лето красное пропела, глянь, зима катит в глаза!». Как в таком случае быть с принципом свободной любви и свободных отношений?

Картина – берут меня за все четыре лапы, надевают на меня колючий неудобный фрак и блеклую обвисшую после стирки с «Ариэлем» бабочку и волокут в ЗАГС – расписываться с некой мадам (фройляйн, мадемуазель), которая хоть и вызывает во мне эмпатию, но не настолько, чтобы связать с нею жизнь на веки вечные!

А в ЗАГСе играет Мендельсон, гремят бокалы с шампанским, и веселая пьяная уже с утра распорядительница приглашает меня и кошечку (предмет моей внутренней эмпатии) занять свои места в очереди таких же бедолаг брачующихся! И, понятно, что мы тоже пьяны – особенно я, поскольку во фраке и уволочен в брак!

К вискам приливает кровь, я чувствую, как во мне возгорается, как искра, неприязнь, я беру поллитру и засаживаю ее в одно горло – чтобы с души полегчало! Отпускает, лапы становятся неустойчивыми, глаза осоловелыми, и она – предмет моей прошлой внутренней эмпатии – хватает меня за хвост (вследствие чего я выпрямляюсь и не падаю на паркет).

И тут я понимаю: жена нужна для того, чтобы удержать меня от неправильного шага, вызванного нежеланием видеть рядом с собой жену каждый божий день! Как говорится: «Оц тоц первертоц, бабушка здорова! Приплыли!»

И можно только позавидовать закоренелым холостякам, которые ежедневно проносятся на крутой тачке (с новой красоткой на сиденье рядом) мимо ЗАГСа и плюют в его сторону, показывая неприличные жесты и шепотом произнося: «Чур меня, чур меня, изыди ЗАГС, изыди!»

* * *

Страшно подумать, что бы было, народись я в кругу большой семьи! Или, например, окажись там путем дарения или намеренно совершенной покупки! И чтоб рядом дети, пузатый глава семейства, брюзжащая жена – и теща с тестем наездами, или вообще – постоянно рядом! Вот где жуть!

Моя участь была бы незавидна. Сначала меня бы кастрировали и спилили бы мне все когти, потом – а потом уже и не нужно ничего! Жизнь закончилась – всё равно, что Вам в расцвете лет отстрелили яйца из дробовика! Грубо? Да, грубо! А Вы, я смотрю, предпочитаете нежное прикосновение скальпеля хирурга? Плавненько так – чик, был кот – и нет кота! Остался только комок шерсти с глазами – толстый, ленивый кастрат из итальянских!

Но я бы мстил! Ах, какой страшной была бы моя месть! Месть за поруганное кошачье достоинство, за чувства, оскверненные навсегда, за отсутствие радости бытия – за всё, что отнял у меня проклятый хирург вместе с еще более проклятым женактиком-свиньёй!

Я бы гадил в ботинки по ночам;

Я бы (за неимением когтей) драл обои зубами;

Я бы обгрыз пульты от телевизора и DVD-проигрывателя;

Я бы призвал в дом мышей и смотрел бы, как они пожирают гречку и рис из магазина;

Я бы завалил линялой шерстью все ковры, и пусть дети женатика давятся аллергическим чихом!

Я бы дождался, пока женатик с женой уйдут на работу, а дети – в школу, открыл бы все краны в ванной и на кухне и затопил бы ненавистный дом!

Я бы… Я бы устроил им такую жизнь, что они сотню раз пожалели бы, что лишили меня радости секса! У – ненавижу!

Хотя что я так разошелся – я ведь совсем в другом положении! И за это искренний поклон моему хозяину!

Евгений любит меня, и я уверен, у него и в мыслях нет ничего похожего на чик-чик! А если и есть, то в любом случае, я заранее почувствую и убегу в подвал! И пусть я буду голодать, но честь сохраню! А это важнее всего на свете! Что, не согласны? По глазам вижу, сомневаетесь! А почему? Потому что вы – люди – думаете, что можете обращаться с нами, как вам угодно, и вам за это ничего не будет?

А представьте, вдруг мир изменится – и на вершине пищевой пирамиды воцарится гигантский кот – как уже было каких-то пятьдесят тысяч лет назад! Если помните, тогда коты правили миром – свирепые, полосатые и с гривами хищники охотились на всё, что видели, а вы – жалкие потомки обезьян – спасались от них на деревьях, забивались в пещеры и оплакивали скорбными печальными голосами свою злую судьбу! Но коты вас не слушали и пожирали, пожирали, пожирали!

И, по моему разумению, правильно делали! Я бы тоже полакомился парочкой двуногих – будь моя воля! Не потому, что жесток по натуре и страдаю каннибализмом – нет, просто для разнообразия! Но хозяина я бы трогать не стал. Он слишком похож на кота, чтобы его запросто съесть! Лапа не поднимется, и пасть не раскроется!

Нет, хозяин, конечно, не обладает никакими признаками, определяющими его принадлежность к кошачьим – тело без шерсти, бесхвостый и ходит прямо – вместо того чтобы, как все нормальные существа, бегать на четырех лапах! Но сущность его от этого не меняется – ее даже искать не нужно! Просто побудь рядом с хозяином пару недель и удостоверишься – хозяин – наш человек! Простите, наш кот!

Глава 3
Моя территория

Как сказано в анкете, наш дом расположен в дачном (коттеджном) поселке «Переделкино». Поселок вполне приличный, соседи – культурные, образованные и интеллигентные люди (некоторые даже с писательским прошлым – хотя таких мало). Часто по вечерам соседи устраивают коллективное чтение русской классики, я и тайком от хозяина (заругает!) пробираюсь послушать.

Мне нравятся:

– Чехов;

– Гоголь;

– Толстой.

Мне не нравятся:

– Островский;

– Чернышевский;

– Гончаров.

Пока не определился с:

– Достоевским;

– Куприным;

– Тургеневым.

Только прошу – не стоит презрительно шипеть в мою сторону – дескать: «Смотрите, какой невежда! Ему, видите ли, не нравятся вот эти трое – величайший русский драматург, революционер и литературный папа Обломова! Да гнать его взашей метлой – и близко не подпускать к высокой литературе!»

Хулителям меня отвечу:

Во-первых, всё сразу нравиться не может – иначе, ты не вдумчивый читатель или слушатель, ты дурак набитый три раза!

Во-вторых, я имею полное право на предпочтения – как свободное мыслящее существо! И не вам – ценителям чего-то там – меня упрекать!

В-третьих, слог, господа и дамы, слог! Он либо легкий, либо такой, как у Чернышевского – вязнет на зубах, и его невозможно заглотить! Нет, конечно, умом я понимаю, что то да сё – Чернышевский – наше всё, но увольте! Пусть его слушают почитатели его творчества, а мне и Чехова вполне достаточно!

В-четвертых, как будто специально, на Островского, Чернышевского и Гончарова подбираются такие чтецы, что уже через пять минут весь поселок мирно дремлет под их занудные голоса! Невозможно выдержать, невозможно воспринимать – зато отличное снотворное, после которого просыпаешься бодрым и полным сил!

Всё, устал приводить аргументы – четырех достаточно! Пора спрыгнуть с забора, лишив литературные посиделки своего аристократического присутствия, и познакомить вас с участком и коттеджем.

* * *

Земли при доме – двенадцать соток. Неплохо, учитывая ее местоположение и ценность!

Земля вся благоустроена – частично заасфальтирована, частично засажена деревьями и кустарниками, частично пересекается парковыми, выложенными камнем тропинками. У нас есть даже фонтан с бассейном – размером три на три. Иногда хозяин выпускает в него живых карпов – поохотиться! И что тут начинается!

Конечно, главный в семье охотник – это я! Хозяин так – иногда со спиннингом ездит на ближайшее озеро, платит деньги и сидит с утра до вечера на берегу, пьет пиво, делая вид, что что-то ловит, иногда – чистит ружье и отправляется на юг на недельку – пострелять бекасов и жирных фазанов. Но прибытка от него – ноль! Ни разу я не видел, чтобы он вернулся домой с рыбой или птицей – хозяин съедает трофеи (если они есть) прямо по месту добычи!

Совсем другое дело, когда в нашем бассейне плещутся серебристые тельца с плавниками – да, они считают себя рыбой, но я-то знаю, что вскоре «рыба» превратится в отдельные безголовые тушки. В безголовые потому, что голову я им отъем обязательно!

Летом, примерное один раз в две недели, по Переделкино ездит трактор с бочкой, и тракторист громко оповещает собственников и арендаторов домов, что он приехал и привез живую рыбу. Хозяин останавливает тракториста, закупает килограммов двадцать карпа (шесть-семь штук), и они с трактористом вдвоём выпускают карпов в бассейн. А здесь уже я собственной персоной – готов когтями и зубами доказать, что отношусь к смертельно опасной хищной породе!

Карпы, раздувая жабры, ныряют в воду и расслабляются – а я вспрыгиваю на бортик бассейна и притворяюсь неотъемлемой частью пейзажа. Жду, пока они ко мне привыкнут! Я лежу, не шевелясь, и высматриваю подходящую добычу – крупного самца-наглеца, что смеет с гордым видом плавать у меня в бассейне!

И вот – сладостный миг! Я резко выбрасываю вперед лапу с остро отточенными когтями, затем вторую, третью и четвертую, запрыгиваю на карпа верхом и передней парой лап вцепляюсь ему в морду, заворачивая к небу – чтобы карп, подлец, не ушел на глубину! Он, конечно, начинает истово биться тушей о бортики бассейна – нагоняя волну в жалкой попытке освободиться от моей смертельной хватки. Но не на того напал!

Никогда Пан Чарторыжский не позволит примитивной рыбе удрать – особенно если почувствовал пьянящий запах свежей чешуи! Никогда! Во мне уже проснулся и ревет дикий зверь – мои когти безжалостно полосуют плоть карпа, зубы ищут его яремную вену – перегрызть и испить крови! В этот миг я похож на мифического вурдалака – нет, я не похож, я он и есть!

Битва в разгаре! Волны бьют меня со всех сторон, я задыхаюсь от недостатка кислорода, моя нежная шерстка прилипла к телу и похожа на линялый палас, а я сам похож на бобра – только без ласт и без передних выступающих зубов. Мне приходится несладко, но цель – высшая цель охотника – влечёт меня вперед, велит мне не отступать и не сдаваться!

Рыба-карп упорна и жизнестойка. Это вам скажет любой любитель-рыболов. Добыть ее (особенно, в честной борьбе) ох как непросто, но зато если получилось, если смог, смело и по праву гордись собой и наслаждайся сочным мясом карпа в сыром, свежем виде!

Все мои четыре лапы и бессчетное количество зубов работают без остановки. Я – терминатор! Я – разделыватель и потрошитель! Я – ужас, летящий на спине карпа, и от меня нет защиты! Рыбе никуда не деться, уйти по течению, сбежать в омут она не может – заперта в бассейне! И в итоге я обязательно добьюсь своего!

Конечно, рыба – тупа! Никто не станет этого отрицать. Мозгов у нее хватает только на то, чтобы жрать и метать икру время от времени. Но зато (вследствие своего примитивизма) рыба бьется за жизнь до конца, не понимая, что цивилизованное создание давно попробовало бы испросить почетные условия капитуляции.

Вдруг – противник проявит уважение и согласится? Вдруг, он не беспощадный безжалостный убийца, а нормальный такой парень – улыбчивый и комфортный в общении? Да мало ли чего бывает – вдруг просто совесть заест и велит перестать наслаждаться конвульсиями бедной рыбки?

Но рыба тупа, и в этом ее беда! Она не просит пощады, не говорит кошачьим (или человечьим) голосом – и увещевать ее бесполезно. Она никогда не увидит во мне друга, никогда не поймёт, что я – носитель тонкой чувствительной натуры, и жалость, и милосердие часто стучаться в мое сердце! Поэтому – что? Правильно – нужно ее изловить, наказать и съесть!

Мал по малу, удар за ударом, укус за укусом – мои когти и зубы делают своё дело! По поверхности воды плавает содранная с карпа чешуя, кровавые мутные потеки пачкают бортики бассейна – я рычу и утробно вою, победа близка!

Минута, две, три – наступает агония. Карп (некогда полный сил и преисполненный чувства собственного достоинства) переворачивается брюхом вверх и всплывает, а я с непередаваемым, восхитительным, небесным удовольствием вонзаю клыки ему в голову – прямо в глаза и начинаю пожирать его, чувствуя, как жизнь покидает его! И ем его плоть, одновременно выпивая душу – о, я сам Дьявол!

Постепенно я начинаю замечать, что творится вокруг меня. По периметру бассейна установлены три видеокамеры (хозяин – обеспеченный парниша, он может себе позволить купить и три, и четыре, и пять – сколько захочет!). Камеры тщательно, не пропуская ни одного кадра, снимают меня и бедолагу-карпа во всех подробностях – с первых же секунд охоты. Женя заранее позаботился!

Кстати, коли уж пришла такая мысль – нужно мне как-нибудь заглянуть на Youtube – вдруг, я уже звезда мирового уровня, и благодаря мне Женя зарабатывает на пропитание?

Вдруг, у меня уже миллионы просмотров, вдруг, на моем имени уже раскручиваются рекламные кампании, а толстые миллионеры подсчитывают прибыля, скрепя гусиными перьями и тщательно записывая колонки цифр в бухгалтерские гроссбухи? Да – было бы неплохо осознать себя не только красивым, но еще и успешным, и мегапопулярным!

А насчет рекламной кампании – у меня есть чуть-чуть домашних заготовок – броских запоминающихся слоганов! И неважно – обращена реклама к котам или к людям – слоганы универсальны!

«Если Вы ленивы и хочется спать – две кварты пива, и по лесу гулять!»

«Если водки перепил – долой с фронта, уволен, в тыл!»

«Если две понюшки насвая показалось Вам мало – закати третью, главное, чтоб кайфа хватало!»

«Если в коньяке не увидели жизни смысла, лишь эмоциональные опилки – дело в производителе, купите правильный коньяк в дорогой бутылке!»

«Если виски не пошёл – значит, не односолодовый он, а так – пережженный свиной мосол!»

«Если текила с лимоном и с солью не катит – встаньте, отожмитесь – валяться на кровати хватит!»

«Если ликеры – апельсиновый и манго – достали вас, спуститесь в магазин – купите квас!»

Ну и как? Можно меня приглашать на ночной конкурс пожирателей рекламы? Я ведь совсем не претендую на главный приз – согласен на вторую или на третью премию для начала. Потому что чувствую, в рекламе должно быть не только отрицание, но больше позитива, например: «Самбука хороша, сука! Пьется легко, хоть и итальянское барахло!»

Впрочем, ладно! Не кошачье это дело – разевать роток на чужой вершок. Пусть Женя, если получается, зарабатывает на рекламе – главное, чтобы обеспечивал меня всем необходимым – в том числе и охотой!

Забыл сказать. После того, как с карпом покончено (и его пока что живые собратья прижимаются в страхе к бортикам бассейна), я вытаскиваю рыбину из воды и в три приема (с перерывами, поскольку карп уж больно тяжелый) уволакиваю ее к себе в «дворовую нору» – как называет Женя мой личный небольшой деревянный домик.

«Дворовая нора» – о трех этажах, обустроена в центре участка, метрах в семи от бассейна, и там я предпочитаю столоваться летом. И спать в тенёчке, овеваемый теплым мягким ветерком.

Кто-то может сказать, что «нора» похожа на собачью конуру – и этот кто-то навсегда будет вычеркнут из списка моих друзей (и даже знакомых). Некорректно и вызывающе сравнивать кошачьего аристократа голубых кровей из Британии с шелудивым блохастым псом – будь он хоть породистым бульдогом! Мы (я и собака) отличаемся во всём!

Коты никогда не пойдут в услужение человеку, мы гордые и независимые, и корм нам дают просто так. За наши неоспоримые достоинства, мягкость и красоту. А собака вечно просит милостыню, готова ради ласкового словца какой-нибудь барышни нырнуть в озеро за палкой, которую для нее туда зашвырнули, готова часами ждать хозяина возле магазина, привязанная за поводок к перилам. Мерзкое подобострастие налицо!

Но не стоит о собаках – слишком болезненная тема, боюсь, войду в раж, и тогда добрых полтора часа буду только о них и говорить! Об овчарках и пуделях, о догах и шпицах, о таксах и борзых! О – какое отвращение вызывают во мне эти особи! Вернусь лучше к «норе».

Она такая большая, что в ней может поместиться человек. Да, ему пришлось бы немного согнуться, чтобы влезть целиком, и расширить проход внутрь (особенно, если человек любит пончики и толстый), но это – единственные неудобства! Всё остальное – только плюсы.

Имеются в наличии простор, комфорт, уют и моё персональное жизненное пространство, предназначенное для уединения. Вы думаете, что коты – существа социальные, и собственное жильё им не нужно? О, как вы наивны и даже глупы! А как же интим, как погружение в грёзы, как спокойный восстанавливающий сон?

Как, наконец, желание слиться с тишиной и отстраниться от постоянной человеческой трепотни, выматывающей душу переходами от согласных букв к гласным и от шипящих звуков к звонким? Хозяйская кровать? Хороша! Но «нора» – лучше! Поэтому прежде чем утверждать что-либо насчет котов (с умным видом), подумайте – вдруг окажитесь в дураках, и над Вами будут смеяться!

* * *

Помнится мне, несколько месяцев назад к Жене (не к жене!) прибыла дама с роскошной персидской красавицей на руках. Красавицу звали Марианна – и она была та еще штучка!

Бытует (особенно среди котов моего круга) мнение, что персидки – взбалмошные, излишне щепетильные, излишне требовательные и вообще – ставят себя так высоко, что и не подойти! Ослепительно прекрасные да – но чтобы добиться от них благосклонности, нужно извернуться ужом (или же догнать и съесть ежа!). И уж, и ёж – согласитесь – пренеприятнейшие твари, и иметь с ними дело – бррр!

Но моя Марианна (говорю открыто – моя!) оказалась другой! Не взбалмошная (и т. д. по списку), но, напротив, отзывчивая, ласковая и дружелюбная. Вероятно, я покорил ее слёту – поскольку перед моими котовыми чарами невозможно устоять. И если бы я был кошечкой, то, завидев себя в зеркале, сразу завалился бы на спину и раздвинул лапы – бери меня, мой красавец-властелин!

Следует отдать должное Марианне и ее смекалке – она сразу поняла, кто настоящий хозяин в доме (а кто так – мебель), спрыгнула с рук дамы (ее звали Софа) и присоединилась ко мне.

В программе нашего вечера были:

– немецкие кошачьи котлетки (весьма недурственны),

– десерт сухим кормом (печенье и бисквит),

– три вида молока на выбор (плюс неограниченное количество воды – газированной и still),

– прослушивание симфонии падающей воды («Журчание фонтана в вечерних красках»),

– расслабляющий массаж и обоюдное облизывание на мягком одеяле в «Норе» – возможно, со всеми вытекающими дальнейшими действиями!

Забегая чуть-чуть вперед, скажу – что они (действия) состоялись, последовали, случились, накатили на нас асфальтоукладчиком, обрушились на нас, подхватили и понесли – бесконтрольно и бесшабашно!

Но всему свой черёд.

Прежде чем сблизиться, каждая воспитанная кошечка должна понять, кто ее ухажёр (а посему процесс ухаживания со стороны сильной кошачьей половины должен быть благопристойным и уважительным). Куртуазным, я бы сказал.

В части ухаживания у галантного кавалера есть неоспоримое преимущество перед простонародным Ванькой – подвальным или помоечным – который ничего, кроме грубой силы и не менее грубых солдафонских шуток и замашек в процессе знакомства не использует. И, следовательно, ему никогда не покорить сердце рафинированной красавицы – она лучше вместо «Гурме» съест дохлую ворону!

Ко мне это не относится, я не Ванька (не Васька), я – Пан Чарторыжский и знаю, как и каким образом заслужить благосклонность персидки! И я это доказал.

После немецких котлеток и десерта я увлек Марианну к «Журчанию фонтана». Подсвеченные закатом струи воды выстреливались вверх и опадали в бассейн, создавая великолепную романтическую атмосферу.

Закатное солнце удлинило тени, вечерня тишина спустилась на «Переделкино», мы застыли рядом – хвост к хвосту – и слушали, слушали пространство вокруг. Марианна была настолько очарована, что даже перестала моргать. Я понимал ее чувства – и я сам не остался равнодушным!

Мы не издавали ни звука – мурлыкать и мяукать не хотелось, наше сознание объединилось с вечностью, и мы плыли по ней, впитывая красоту и гармонию мира – солнце, воду, сумерки и тишину! Уверен, если бы сейчас нас видел Мопассан, он бы создал свой лучший роман, а Шишкин написал бы лучшее полотно – «Вечер в саду в Переделкино».

К сожалению (а может, к счастью), очарование момента длилось недолго. Тьма сгущалась, краски постепенно тухли, и я вполголоса предложил Марианне заглянуть ко мне. Она согласилась без колебаний – видимо, моя куртуазность уже проделала брешь в ее чувственной обороне.

Что касается меня – я погрузился в необычное состояние – состояние отрешенности и безоговорочного принятия всего – что бы дальше между нами не произошло. Согласие так согласие, отказ – так отказ, тривиальное предложение «остаться друзьями» – я готов был принять всё, и принять с благодарностью. Я стал мягким, нежным и забыл, что я зверь!

Марианна влияла на меня чудесным образом. Мой первоначальный кураж куда-то испарился – я даже (о горе мне!) на несколько мгновений подумал, что быть кошечкой – примерное, так же приятно, как и котом, и не устыдился своих мыслей!

Интересно, что сказал бы по этому поводу старина Фрейд – хотя я лично с ним незнаком. Уж, наверное, представил бы на всеобщее обозрение одну из своих теорий: «Смотрите, птицы-звери, вот что бывает!»

«Возьмем кота и внушим ему, что он – кошка. Заставим поверить, что он кошка – покажем ему научно-познавательные фильмы о том, что он кошка, прочитаем ему лекции о том, что он кошка, а затем – повяжем на него розовый бантик, наденем на него гульфик и юбочку – и так отпустим пастись на просторе. И проследим, какие трансформации в его психике произойдут».

Вот будет потеха! Невероятный простор для анализа – масса экспериментальных данных, целые поля для исследований – и даже можно защитить несколько докторских диссертаций на тему: «Как из кота сделать кошку – и наоборот».

Фрейд был силен – ничего не скажешь! Жаль только, что прожил мало и не смог разобраться в половых фантазиях котов. А то бы, я уверен, четко и конкретно объяснил мне, что же со мной произошло рядом с Марианной, как это воспринимать, и как ко всему этому относиться. Поскольку если не объяснить, то становится жутко – а вдруг тяга превратиться в кошечку – это навсегда?

Но чур! Гнать подальше такие мысли – гнать, ощериться, отказаться! Всему миру заявить, что я – кот, и останусь им навечно.

Уф! Кажется, отпустило! Страх превратиться в создание противоположного пола вышел из меня толчками – я несколько раз дернулся, стиснув зубы – Марианна вопросительно посмотрела на меня своими прекрасными зелеными глазами – и я через силу улыбнулся. Марианне совсем ни к чему знать о борьбе, что развернулась у меня внутри – приватное и только моё!

* * *

В Норе было тихо и очень по-домашнему. Спокойствие и одновременно защищенность брусовыми стенами – что еще нужно для создания доверительной обстановки?

Толстое одеяло (недавно заботливо постиранное очередной гостьей хозяина) пахло альпийской свежестью и ароматами горных трав. И самое приятное – концентрированный химический запах порошка уже выветрился – на одеяле можно было не только спать самому, но и пригласить кошечку разделить ложе.

Дважды упрашивать Марианну не пришлось – она легла и лизнула шерстку на моем животе. Я тихо икнул, потом вздрогнул, а потом у меня подкосились лапы, и я завалился на бок – подставляясь так, чтобы ей было удобнее.

Если бы я был вепрь или волк, я бы завыл от страсти! Или, оставаясь самим собой, мяукнул бы так громко, что крыша Норы обрушилась бы на нас двоих и погребла обоих под руинами вечной любви. Но нет! Несмотря на крупную дрожь желания, охватившего меня, я помнил, что ответственность за наши судьбы лежит на мне, поэтому – никаких резких движений, никаких сорванных крыш и никаких развалин, больно бьющих по голове.

А Марианна улыбалась – я видел это в темноте. Она, конечно, понимала, какие муки я испытываю – ведь оказаться в объятиях такой красавицы мечтает любой кот (но только не любому дано)! Она мягко успокаивала меня лапкой, время от времени покусывая мне ушки и проводя там, где я чувствовал наибольшее возбуждение!

Уф! Даже вспоминая это, меня трясет! Хотя с момента нашей встречи прошло уже больше двух недель, я всё еще не могу успокоиться – и фантомные картины нашей близости заставляют меня подергиваться снова и снова – как будто всё это происходит со мной прямо сейчас!

Как тут не вспомнить бессмертные строки великого кошачьего поэта XIX века Порфирия Пушного!

 
Ты – богиня!
Ты – королева!
Ты – Афродита!
Ты – Венера!
 
 
В твоих глазах
Зрачки такие яркие,
Смотрю на тебя,
Смотрю с опаскою!
 
 
Я точно знаю,
Пробил мой час,
В тебе исчезаю,
Исчезаю сейчас!
 
 
Шерсть у тебя —
Словно шелк китайский,
Стоит коснуться тебя,
Корчусь от страсти!
 
 
Сразу ноет там,
Ноет сильно,
Страдаю, болею,
Потею обильно!
 
 
Желаньем снедаемый,
Готов порвать тебя на куски,
Впиться зубами в счастье,
Забрать с собой – унести!
 
 
Имя твоё шепчу,
Шепчу ночами и днём,
Говорю, говорю, не молчу,
От чувства горю огнем!
 
 
Милая Марианна,
Ты красоты идеал,
Роскошная пава —
Безумной любви оскал!
 
 
Спинка, лапки,
Коготки —
Без тебя – на плаху
Иль стреляться от тоски!
 
 
Без тебя – в омут
Головой!
Без тебя —
Ренту годовую со счета долой!
 
 
Без тебя потухли
Краски мира,
Ты – райская выхухоль,
Ты столь красива!
 
 
Ты – звезда
В подлунном мире,
Ты идеальная красота,
Ты – дива!
 
 
Молю,
Была чтоб моей —
Не его, не его, не его,
Не его, не его, не его,
Не его, не его, не его,
И даже не императора самого!
 

По странному стечению обстоятельств моя Марианна оказалось тезкой той – божественной, от Порфирия. Может быть, поэтому для меня, как кота, погруженного в литературу, она слилась воедино с великим художественным образом, созданным великим поэтом – и я умер, а потом снова воскрес!

Наши ласки были такими бурными, что я подспудно (краешком сознания) удивлялся, почему до сих пор на участок не приехала пожарная машина – тушить всепоглощающий огонь страсти! И я, и Марианна пылали, как два куска урана в пекле ядерного взрыва, мы впились другу в друга, слились, растворились – мы стали одним целым и одновременно достигли вершины экстаза. О – это незабываемо, и я, вероятно, пронесу это в своем сердце до конца дней!

Сразу хочу оговориться – обвинять меня в излишней эмоциональности, присущей кошечкам – все равно, что искать железный лом в груде трухлявых досок. Лома нет, и излишней эмоциональности тоже нет. У меня звериное каменное сердце, я циник и ловелас, я не испытываю никаких приступов мягкотелости – я охотник и всеми когтями за грубый котовый характер! Просто Марианна – она… У меня нет слов… Она… Слов нет… А так – я циник, охотник, зверь! И ни одной кошечке не позволю поработить моё сердце! Ну, разве что Марианне.

* * *

Кроме нижнего этажа, в Норе имеются еще два. Вы сильно удивитесь, если я скажу, что намеренно не занял их, а оставил для птичек? Для порхающих созданий – жаворонков, соловьев, зябликов!

Парадокс – не правда ли? Кот (плюс иногда кошечка) снизу и птицы (кои есть корм) – сверху. В прошлые времена меня бы за такую вольность по головке бы не погладили – уж так бы прищемили хвост, что убежал бы в Сибирь – а то и куда подальше.

Кот-ренегат, предавший идеалы борьбы с пернатыми! Еще немного – и он (т. е. я) переметнется на сторону собак. Взять его – заковать в кандалы, в столыпинский вагон – и в Норильск на веки вечные плавить алюминий для Прохорова!

Воздам хвалу небесам: нынче на дворе – культурный и толерантный двадцать первый век, и каждый сам себе командир, судья и палач. И прокурор, и адвокат.

Я, кстати, ни то, ни другое – ни третье, четвертое, пятое. Я – исследователь, поклонник литературы, ценитель кошачьих прелестей и натуралист. Во мне – масса положительных качеств и удивительных, обычно несвойственных котам, черт.

И я люблю наблюдать за птицами. Законом уже не запрещено!

Птички – они такие прикольные. Думал, какое слово лучше подобрать, и понял – что «прикольные» – самое оно. Птички – не коты. Их движения резки, порывисты, они постоянно чем-то озабочены и вечно смешно дергают головами, словно клюют воздух. Ну, а если видят зерно, семечки или хлеб – здесь их уже не остановить!

И каких только смешных и забавных звуков от них не услышишь. Переливы, песни, курлыкание, трещание, кряхтение и даже кваканье, похожее на песни лягушек из ближайшего обитаемого пруда. В общем, мир птиц весьма разнообразен и диковен – и после многих часов ненавязчивого наблюдения за их жизнью я пришел к выводу, что пока у меня есть немецкие котлетки, бисквит и парное мясцо, птички в моем присутствии могут чувствовать себя в безопасности. У меня хватит стойкости и выдержки характера не причинять им боль.

Что еще сказать о Норе и саде? Нора имеет форму усеченной пирамиды. Точка.

Сад: зелень, деревца, солнечный свет, большая будка с крышей – в ней часто жарят шашлык. Два кресла-качалки, два пуфика для ног, гамак из дырявой сетки – огромная сосна в центре участка – в общем, местечко многим на зависть. А мы с Женей здесь живем!

Но пора отправиться в хозяйский (и мой) дом. Дом огромен, и я специально пройдусь по нему от подвала до чердака – вспомнить всё.