Czytaj książkę: «Непристойное предложение»
Глава 1
— Стоп! Снято! Марианна, ты великолепна!
Моих губ коснулась искренняя улыбка.
Махнув ладонью режиссёру, я медленно поднялась из кресла, и меня тут же обступили помощники — кто-то убирал камеры, кто микрофоны, забрали реквизит, а Диана, моя верная спутница на каждой съемке вот уже пять лет, едва качнув головой, помогла снять пиджак, в котором я буквально задыхалась последние десять минут.
— Спасибо, ты меня спасаешь.
— Хмм, конечно! Это моя работа. — Улыбнувшись в ответ, Диана протянула мне бутылку минеральной воды без газа.
Под камерами всегда так — много света и чертовски душно. Вот только сегодня казалось, будто пол, мебель и даже потолок плавились от жары.
— Скажи, почему так душно? Ты что-нибудь узнала?
— Ага. — Диана следовала за мной в гримерку, где мне предстояло переодеться и снять специальный макияж. Домой я предпочитала возвращаться в удобном костюме и с кристально чистым лицом. — Сказали, что ремонтируют кондиционеры. Поэтому весь павильон задыхается.
— А они не могли для ремонта выбрать другое время?
Диана пожала плечами.
— Что большое начальство говорит, то и делают.
— И этому начальству плевать на своих сотрудников, которые тут потом обливаются. Надеюсь, у меня не блестело лицо?
— Неа, не волнуйся. Я видела запись. Все отлично.
— Ты меня успокоила, — усмехнулась, глянув через плечо на помощницу.
— А то! — хмыкнула она. — Кстати! Что насчет интервью Валеевой? Будешь подтверждать? Она тебя очень ждет.
Я устало выдохнула. Горячая пора выдалась. Я едва успевала работать, не то что жить.
— А мне точно надо?
— Ну, — Диана пожала плечами, — можно и отказаться. Но знаешь, она сейчас на пике своей популярности. Так что тебе бы не помешало встретиться с ней, пообщаться. Она обещала предоставить все вопросы заранее и не будет отходить от плана. Так что за нее не беспокойся. Никаких вопросов с подковыркой.
— Вот этого я и боюсь.
Меня все еще передергивало после интервью, которое я давала три месяца назад. Одна пронырливая журналистка вывернула мои слова так, что впору было краснеть или связываться с юристами. Но решив, что лучше не привлекать к себе лишнего внимания и уж тем более не прослыть стервой, я решила спустить все на тормозах. Пока моя тактика приносила лишь положительные результаты.
— Ладно. Подтверди. Только не забивай мне график. Выбери какой-нибудь свободный день. И если ее устроит дата, то согласовывай.
— Ок, будет сделано.
— Что-нибудь еще?
— Нет.
Мы вошли в гримерку. Я села перед зеркалом, а мой гример тут же принялась снимать плотный макияж, от которого зудела кожа. Мне определенно нужно попасть к косметологу, и неплохо было бы запереться в каком-нибудь хорошем спа на целый день. Но увы, такой роскошью я не обладала. Времени совершенно ни на что не хватало.
Пока Диана связывалась с Валеевой, чтобы организовать наше интервью, я уже избавилась от маски на лице. Поднявшись со стула, направилась к гардеробной, собираясь переодеться, но именно в этот момент в гримерку ворвалась Элла с выпученными глазами и раскрасневшимися щеками. Чуть взъерошенная, на нерве, она малость напугала меня внезапным появлением.
— А, вот ты где! Думала, не успею!
— Эл, что случилось? — Я опустила руку, в которой держала футболку, намереваясь переодеться.
После тяжелого изнуряющего рабочего дня на съёмках хотелось поскорее выбраться из павильона и очутиться дома. Забраться в теплую ванну, включить релаксирующую музыку и выпить пару глотков вина. Я определенно заслужила немного отдыха и расслабления. Но внезапное появление Эллы, моей хорошей знакомой, которая тоже трудилась на телеканале, только по иную сторону экрана, заставило меня напрячься.
— Ты пойдешь со мной.
— Куда это?
— Все вопросы потом. Давай быстрее.
И не дожидаясь ответа, Элла схватила меня за руку и потащила за собой. Едва поспевая за ней, я никак не могла даже предположить, что же случилось. Да и идти быстро не получалось — мои бедра стягивала элегантная юбка, которая отлично смотрелась в кадре, но была совершенно непрактична в повседневной жизни, да и блузка липла к влажной коже.
Казалось, в коридорах было еще жарче, чем в главном павильоне.
— Элла, куда мы идем?
Но стоило мне задать вопрос, как подруга тут же застыла на месте, а я едва не налетела на ее. Толкнув дверь в монтажную, она недолго думая втолкнула меня, а потом заскочила сама. Оглянувшись и проверив, что никто не ходил в коридоре, закрыла дверь.
— К чему эта секретность? И что мы тут вообще делаем? — Я взглянула на мониторы. Похоже, тут только что кипела работа, а теперь все куда-то испарились. — Элла, что происходит?
Я перевела взгляд на подругу, убежденная в том, что Элла так просто сюда бы меня не притащила. За ней вообще не наблюдалось подобное поведение. Обычно она с порога заявляла, если что-то ее волновало, бесило или радовало. Но вот играть в секреты Элла точно не умела. И все же, мы здесь.
— Вот сюда глянь, — так ничего и не объяснив, подруга подошла к одному из мониторов. Нагнувшись, пощелкала по клавишам, кнопкам, что-то подмотала и запустила видео, на которое я должна была обратить внимание.
Решив, что получу объяснения после того, как увижу некое видео, я сложила руки на груди и стала смотреть на монитор, ожидая увидеть там что-то такое, что могла вот так заставить нервничать и секретничать Эллу.
И я увидела это.
Нет, не сразу. Сначала репортер нашего телеканала Женя Мерзлякова что-то рассказывала про новый гостиничный комплекс, который открылся примерно полмесяца назад. Здание, как и все что примыкало к нему, определенно вызывало восхищение. И я даже подумывала как-нибудь выбраться туда, чтобы поужинать на открытой веранде с видом на озеро с голубой водой или же посетить их фирменный спа. Вот где полный релакс по высшему разряду.
Но все мои мысли о еде и отдыхе тут же выветрились из головы, стоило заметить какую-то фигуру на заднем фоне, попавшую в кадр, скорее всего, случайно.
Под ребрами неприятно кольнуло.
— Узнаешь? Мне ж не померещилось, да? — вставила Элла, нажав на кнопку «стоп». Картинка замерла. Размытый фон, размытая фигура. Рядом с ним еще одна фигура — кажется, высокая, стройная блондинка.
Мне могло померещиться. Да, определенно померещилось.
— Узнаю? Нет.
— Марианн, но это же он!
— О ком ты? — удивленно захлопала ресницами, с трудом оторвав свой взгляд от фигуры.
— Это Фил.
Я прищурилась, пытаясь изобразить недоверие.
Элла громко вздохнула.
— Это Филипп. Твой муж. А это, — и Элла, развернувшись к экрану, ткнула пальцем, — какая-то шалава идет рядом с ним.
Я сделала вид, что меня озаботили слова подруги. И даже наклонилась поближе к экрану, чтобы повнимательней рассмотреть того, кого Элла так упорно называла моим мужем.
Но покачав головой, выпрямилась и, одарив подругу мягкой улыбкой, произнесла:
— Нет. Это точно не Филипп.
Вот только Элла была упертой. Она продолжила доказывать мне, что видит Филиппа, и хоть ты тресни, но подруга права. Я же никогда не была конфликтной, поэтому и спорить с подругой не умела. То есть пыталась, но не получалось.
— А я говорю, что это Фил. Вон посмотри — это же его фирменная походка, — и в качестве подтверждения Элла дважды промотала момент, когда вдалеке за журналисткой, рассказывающей о новом гостиничном комплексе, прошел мужчина, а рядом с ним, держась за руку, вышагивала какая-то блондинка. И если честно, она меня беспокоила больше, чем упрямство Эллы.
— Ну скажи, это же он. Мне не померещилось, ведь так?
— Ох, Эл, ты так упорно пытаешься мне доказать это. Но нет. Это точно не он.
Элла поджала губы. Ее явно не устраивал такой ответ.
— Ладно. Когда съемка была?
Элла взглянула на экран и по тайм-коду назвала мне дату.
— Двадцатого.
— Хмм, — протянула я, скрестив руки на груди. — Филипп двадцатого был на выездной съемке совсем в другом месте. Он не мог быть и в отеле, и на работе. Хочешь, я могу у него узнать? Прямо сейчас позвоню и спрошу.
Губы у подруги нервно дрогнули.
Она вздохнула и, упершись плечом в стену, медленно покачала головой.
— Ничего не нужно узнавать. Я просто думала... Черт! Чувствую себя такой дурой! Прости меня. Я не знаю, что творю...
— Ничего страшного не произошло, — спокойно ответила я, продолжая лучиться той мягкой улыбкой, которая, как говорят, любого врага обезоружит.
Может быть, я и не умела спорить, но всегда разрешала напряженные ситуации иначе: без вил и факелов. Моя стратегия заключалась в урегулировании конфликта словами и положительными эмоциями. И похоже, в этот раз удалось даже переубедить Эллу, ту, кого казалось бы вообще не трогали мои улыбки и слова.
— Прости меня, пожалуйста. Я тут вся на нервах. Да еще это, — и она нервно ткнула пальцем в сторону мониторов. — Ты же знаешь, канал продали. Дошли слухи, что кое-кто пойдет под сокращение. Новый босс намеревается перекроить всю сетку вещания. Даже будет закрывать передачи, которые он считает нерентабельными или устаревшими.
Я приблизилась к подруге и приобняла ее за плечи.
— Кажется, и я вылечу. Новый владелец намеревается сменить шоураннеров. А у меня, как ты знаешь, уже три провальных шоу за два года.
— Элла, он будет последним идиотом, если посмеет вышвырнуть тебя из команды. Потому что у тебя как минимум десять программ, которые били рейтинги. А те три... Не такие они уж и провальные. Не накручивай себя, пожалуйста. — Я погладила подругу по плечу. — А если он посмеет разорвать с тобой контракт, то я тоже уйду. Пусть ищет новую ведущую. Посмотрим, как у него получится заменить меня.
Подруга улыбнулась, вот только губы ее дрожали.
— Спасибо, Мариан. Что я без твоей поддержки делала бы?
— Наверное, повесила бы нос, — усмехнулась, легонечко ткнув пальчиков в острый носик подруги.
Элла рассмеялась, и тоненькая сеточка морщинок в уголках глаз вмиг разгладилась, вернув моей подруге ее очарование и озорство.
С Эллой я была знакома еще со временем моих первых попыток пробиться на телевидение. Именно благодаря ей я получила свое первое шоу, а потом попала и на утреннюю передачу, став главным лицом программы. В итоге «Доброе утро с Марианной Литовой» стало визитной карточкой нашего телеканала. Поэтому я и не переживала, что новое начальство тронет мое шоу. Я даже об этом почти не думала, так как голова была забита совсем другими мыслями.
— Не расстраивайся, Эл. Все в порядке. И да, я тебя прекрасно понимаю.
— И все-таки я себя накрутила.
— А знаешь что, — чуть звонче, чем стоило, произнесла, хлопая в ладошки, — давай на неделе выберемся в какой-нибудь ресторанчик? Перекусим, поболтаем за бокальчиком вина.
— Хорошая идея, — улыбнулась подруга, чуть-чуть приободрившись. Если честно, я впервые видела ее такой: то на нерве, то едва не рыдающая по пустякам.
— Или в спа сходим. Давно хочу вырваться куда-нибудь, немного отдохнуть.
— Одобряю оба варианта, — поддержала Элла и как-то так, за разговорами об ужине мы выбрались из монтажной.
Продолжая щебетать о предстоящем и заслуженным для нас обеих отдыхе, добрались до моей гримерки. Элла шагнула вперед и крепко сжала меня в объятиях.
— Ой, ты чего это?
— И все равно прости меня.
— Да мы ж вроде всё уже решили, — пробормотала я, но Элла, похлопав меня по плечу, улыбнулась и попрощавшись, отправилась по своим делам.
Я же, проводив подругу взглядом, вернулась в свою гримерку. Внутри никого не было. Закрыв за собой дверь, прижалась к холодному металлическому полотну и, закрыв глаза, выдохнула.
Оказывается, врать тяжело.
Надеюсь, Элла простит меня.
Сглотнув подступивший к горлу комок, я отринула прочь ненужные мысли. Подумаю обо всем потом, когда наконец-то выберусь из душного павильона и окажусь у себя дома, в прохладной ванне, в окружении благоухания ароматических свечей и с бокалом белого полусладкого.
Диана вернулась в гримерку, когда я уже сменила рабочий костюм на спортивный, а туфельки на удобные слипоны. Оставалось лишь забрать сумку и, махнув команде на прощание рукой, отправиться домой. Новые съемки послезавтра. И я надеюсь, что к тому времени тут хоть как-нибудь решат вопрос с кондиционерами.
— С Валеевой договорились. Вопросы отправит завтра. Я их перешлю тебе, — с гордостью заявила моя помощница и опять потянулась к телефону, который в этот самый момент зазвонил.
— Тогда до завтра, — махнув на прощание, закинула на плечо сумку и направилась прочь подальше от павильона, который превратился в баню.
Лишь на парковке, ощутив легкое дуновение ветерка, смогла выдохнуть. Наконец-то всё осталось позади.
Забравшись в салон автомобиля, врубила кондиционер на максимум и пока машина охлаждалась после простоя на испепеляющем солнце, я словно в замедленной съемке прокручивала кадры в голове.
Вот Элла склонилась над консолью. Включила запись.
Лицо ведущей, рассказывающей о новом гостиничном комплексе.
Элла указывает на фигуру позади репортера, выходящую в компании какой-то блондинки из главных дверей отеля.
Блондинка так и льнет к мужчине, а он, словно ничего не стесняясь, держит девушку за руку.
Они куда-то уходят за пределы кадра.
Элла утверждает, что это Филипп.
Я же утверждаю, что он там просто физически не мог быть в тот самый день, когда и шла запись.
Но кого я обманываю?
— К черту, — вспыхнув, я раскрыла глаза и ударила ладонями по рулю.
Не хотела думать о том, что Элла, возможно, была права.
— Да пошло оно все, — зарычав то ли от бессилия, то ли от злости на саму себя, я вдавила педаль газа, и автомобиль сорвался с места, вырываясь на подъездную к павильону дорогу.
И в этот же самый миг навстречу мне выехал из-за поворота другой автомобиль. Черный гелендваген резко ударил по тормозам за секунду до того, как это сделала я. Казалось, вот-вот случится непоправимое...
Засвистели тормоза по раскаленному асфальту.
Автомобиль дернулся и замер на месте. А вот мое сердце едва не выскочило из груди.
Вцепившись в руль, как в спасательный круг, я смотрела на то, как у другого автомобиля медленно открылась дверь. Из-за тонированных стекол я не видела водителя и могла лишь предположить, что он испугался так же, как я. Или, наоборот, очень разозлился.
Но стоило мне увидеть мужчину, который неспешно приближался к моему автомобилю, я удивленно захлопала ресницами. Его лицо... Оно не выражало абсолютно ничего. И в то же время меня пробрал озноб.
Это всё нервы.
Я просто испугалась возможного столкновения.
У меня ни одной аварии за десять лет водительского стажа.
Успокаивая себя, что ничего дурного не случилось, я опустила стекло.
Мужчина остановился в полуметре от машины.
Улыбнулась.
Никакой реакции. Только взгляд такой пустой, что ли, но цепкий, от которого хотелось обнять себя за плечи и превратиться в песчинку.
Но ведь я ничего плохого не сделала, да и не столкнулись мы. Вовремя затормозила, как и он успел отреагировать.
— Извините. Я вас не заметила, — прощебетала звонким, взволнованным голосом, продолжая улыбаться. Обычно это действовало, но на незнакомца не произвело ровным счетом никакого эффекта.
Он лишь голову чуть вбок склонил и посмотрел на меня вновь, но уже под другим углом.
Мне показалось угадывание в его глазах, хотя сделать это было сложно — спортивный костюм, ни грамма косметики, даже волосы стянуты во взлохмаченную гульку на затылке. Сейчас я не выглядела как телеведущая утреннего шоу. Сейчас я была обычной женщиной средних лет, уставшей, напряженной и дико извиняющейся за едва не случившееся по ее вине ДТП.
Но мужчина молчал, я же начинала еще больше нервничать.
А может все-таки удар был, но я просто не почувствовала его. И теперь нам предстоит оформлять кучу бумаг, вызывать аварийных комиссаров или что там в таком случае делают?
В голове роились напуганные мысли, пока мужчина продолжал смотреть на меня.
Время, казалось, превратилось в вечность, хотя на самом деле все продлилось не дольше секунд тридцати.
— Извините, — прочистив горло, повторила я и потянулась к ручке.
Наверное, нужно выйти и посмотреть на место удара, оценить ущерб и наконец-то перестать трястись как осиновый лист. Ничего плохого не случилось. Просто маленькая авария, недоразумение. Всё наладится.
Жаль, что в жизни всё было иначе.
Я выбралась из прохладного салона автомобиля.
— Кажется, меня ослепило солнце, — пропищала, старательно делая вид, что держу ситуацию под контролем. — Я вас не заметила. Извините еще раз.
Продолжая бормотать извинения, обошла машину и убедилась, что удара не было. Мы остановились буквально в десяти сантиметрах друг от друга.
Выдохнула. Обернулась. Опять улыбнулась, но на мужчину никак не подействовало.
Я уже начала сомневаться в силе своей безупречной улыбки.
А во всем виноват Филипп.
Что б его!
Если бы я не увидела то видео, если бы Элла не поселила в моей душе сомнения, мой мозг работал б исправно. Я бы не психовала, вдавливая педаль газа в пол. И сейчас уже была бы на полпути домой, к моей прохладной ванне, со свечами и бокалом вина.
— О, вроде бы ничего серьезного, — развела руками, намереваясь вернуться в машину.
И вновь в ответ молчание. Он что от испуга язык проглотил?
Хотя не похоже, чтобы испугался. Это я струхнула так, что сердце из пяток едва смогла достать.
— Приношу еще раз свои извинения за свою невнимательность, — продолжая щебетать тем самым голоском, которым общалась с нашими телезрителями с экранов тысяч телевизоров, я вернулась к машине и открыла дверь. — Ну, раз ничего плохо не произошло, я тогда поеду.
Не дожидаясь хоть какой-нибудь реакции от мужчины, юркнула в машину. Если честно, незнакомец малость меня пугал. То, как он смотрел своими пустыми серыми глазами.
Но стоило мне завести мотор вновь, как на дверь легла его ладонь. Так как я не успела поднять стекло, то теперь могла без труда рассмотреть длинные пальцы с аккуратными ногтевыми пластинами. Кожа у незнакомца была чуть смуглая — отчетливо виднелся загар, который бывает после недельки-другой на побережье моря. Сама-то я так давно не загорала — мне нельзя было менять хоть что-то в своей внешности без одобрения продюсеров шоу. Идеальная картинка во всем, и никому не нужна пережаренная на солнце телеведущая. Впрочем, я не так уж и часто куда-то выбиралась, а отдыхать мы с Филиппом и вовсе летали полтора года назад.
Ну вот, я вновь думала о муже.
Улыбка сползла с моих губ, превратив их в две дрожащие полосочки.
— Осторожнее... — проговорил он спокойным, но чертовски ледяным голосом, чуть склонив голову вперед. Так что наши взгляды вновь пересеклись, — на дорогах.
Я сглотнула, молясь, чтобы эта рука не схватила меня за горло.
— Да-да, извините, — прохрипела я, потянувшись к кнопке подъемника.
— До встречи, Марианна.
Мой палец дрогнул, вжимаясь в кнопку.
Стекло поползло наверх, а мужчина, убрав ладонь, отошел от машины. Еще раз бросив в мою сторону совершенно нечитаемый взгляд, он вернулся в гелендваген. Через мгновение его машина тронулась с места, тихо шурша шинами по асфальту. И вот я уже наблюдала в зеркале заднего вида, как черная машина скрывалась за новым поворотом, и могла поклясться, что мне совершенно не понравилось то, как он говорил со мной.
И да, похоже, меня все-таки узнали.
Но вот кто он такой? Раньше я его здесь никогда не встречала...
Глава 2
От бокала вина пришлось отказаться.
Дико разболелась голова. Я пыталась убедить себя, что это из-за духоты, которая царила весь день на съемочной площадке, но кого я обманываю? Разволновалась из-за случая на дороге, что до дома кое-как добралась. До сих пор руки тряслись и коленки подгибались.
Не знаю, что меня больше напугало. То, что едва не попала в аварию по своей же глупости и невнимательности. Или потому что мужчина на меня так посмотрел. Аж жуть пробирала до костей.
Поежившись, опустилась поглубже, так что пена укрыла мои плечи, а подбородок касался воды.
На краю ванны стоял стакан с минералкой. На дне желудка уже растворилась таблетка обезболивающего и потихонечку начинала действовать, притупляя боль в висках. Вода тоже оказывала благоприятное воздействие на мой потрепанный съемками организм.
Кажется, я начинаю сдавать. И нуждаюсь в отпуске.
Немного поерзав в воде, ощутила, как каждая частичка моего тела отзывалась тупой болью.
Вздохнув, прикрыла глаза.
Мысли. Мысли. Мысли.
Почему нельзя просто выключить голову? Нажать на кнопку и погрузиться в пустоту. Там, где нет работы, семьи, мыслей о том, что Элла была права.
Мой муж мне изменяет.
И кого я пыталась обмануть?
Теперь подруга будет думать, что у нее с головой не все в порядке, раз видит то, чего нет. А ведь я сразу узнала Филиппа. По его одежде, по той самой фирменной походке. Мы же в браке почти десять лет. Тут человека, с которым ты столько прожил бок о бок, можно узнать не только по походке или голосу, но и по запаху, дыханию, прикосновению.
И я знала, что на том видео был он.
Но что он делал в отеле?
Можно было бы решить, что просто изменили место для съемок. Ведь так уже бывало, да? Сколько раз Филипп ругался, что приходилось менять декорации, костюмы, даже моделей. А уж сменить место так это в порядке вещей. И все же он вышел из отеля в компании девушки модельной внешности. Высокая, стройная блондинка, которую он держал за руку, а потом и вовсе приобнял.
Кто знает, что осталось за кадром.
И вот я вновь себя накручивала.
Боль застучала в висках с удвоенной силой.
Потянувшись за минералкой, случайно обронила стакан в воду. Он с гулким буль ушел на дно.
— Вот же черт, — прорычала, пытаясь отыскать под водой стакан. Похоже, мой релакс закончился. Пора выбираться из остывающей воды и идти за второй таблеткой обезболивающего.
Именно так я и поступила, когда раздался звонок.
В квартире на двадцать втором этаже с панорамными окнами царила тишина. Поэтому звонок мобильного напугал меня.
Подскочив на месте, я обернулась на звук. Найдя телефон под горой одежды, я улыбнулась, глянув на экран.
Таня.
Моя старшая сестра.
Моя радость и утешение.
— Привет!
— Приветик, сестричка, — протянула она, буквально с первой же секунды заряжая меня бодростью. Слушая ее голос, смех, рассказы так и хотелось смеяться и пританцовывать. И почему я сразу не позвонила сестре, как вернулась домой? Может, и голова перестала бы трещать, как сломанное радио. — Как дела? Уже дома?
— Да. Вернулась час назад. Отмокала в ванной.
— О, это хорошее дело. Я бы тоже не прочь поваляться в ванне, попить вина.
Не выдержав, я рассмеялась.
— Ты прям мои мысли читаешь. Правда, от вина отказалась. Голова болит.
— Отдыхать надо, сестричка, тогда и голова не будет так часто болеть.
— Ты права, — выдохнув, опустилась на пуфик перед зеркалом.
Мокрые волосы облепили щеки и шею, а с кончиков капала вода, от которой промокла футболка, в которую я успела переодеться до того, как сестра позвонила.
— Я видела утреннюю программу. Миленький костюмчик. Но сиреневый не твой цвет.
— О, мы снимали этот выпуск на прошлой неделе, — вспомнила я, хотя сестра знала, что все программы утреннего шоу выходят с небольшим запасом. Форс-мажоры никто не отменял, тем более на нашей работе. — Да, мне тот костюм тоже не понравился. Но раз начальство одобрило весь гардероб на сезон, то выбора, как знаешь, у меня нет.
— А жаль, — пропыхтела Таня. — Ты их звезда, лицо программы. Уж пора бы и тебе право голоса дать.
— Да ладно, все обо мне да обо мне. Как у вас дела? Как мальчишки?
— Ой, развезла всех по секциям, наконец-то могу выдохнуть. На полчаса, — и сестра разразилась заливистым смехом.
Я не удержалась и тоже рассмеялась, хотя знала, что скрывается за столь заразительной реакцией.
Таня старше меня на два года, и у нее есть муж, на которого она может положиться в самой тяжелой ситуации, зная, что Ваня ее никогда не подведет. А еще у Тани четыре сына. Да, она у нас мама многодетная, обожающая все свое большое и шумное семейство.
Порой я завидовала сестре, но стоило оказаться у нее в гостях, выбиралась оттуда выпотрошенная, уставшая и с напиханными в сумку игрушечными пистолетиками, пластилином и целым взводом солдатиков. А как-то мне в карманы пальто отсыпали щедрую порцию лего, которое я обнаружила только дома, когда полезла искать ключи, а вместо них напоролась на игрушки и потерянные два часа на то, чтобы вновь съездить к сестре и уже забрать свои ключи.
В общем, Таня и ее семья были образцом того, какой могла бы быть моя жизнь, выбери я иную профессию и другого мужа.
Но мы оставались на своих местах: многодетная мамочка и уставшая телеведущая.
Сестра обожала свою семью и ни разу не пожалела, что все сложилось у нее именно так, как сложилось.
И я ни разу. Почти. По крайней мере, работу свою я обожала. А вот с мужем...
Ком подступил к горлу.
— Я вот что тебе хотела сказать, — пересказав как Таня управляется с детьми и пытается не сойти с ума, она наконец-то перешла к теме своего звонка, — мы планируем на дачу ехать через недельку. Если надумаете, то приезжай вместе с Филом. Отдохнем, шашлычки сварганим, а там и банька с бассейном.
— Ой, Тань, ты мои мысли опять читаешь! Я так вымоталась за последние дни, что просто катастрофически нуждаюсь в отдыхе. В любом.
— Тогда по рукам! — хохотнула старшая сестра. — Как поедем, я тебя предупрежу.
— Спасибо.
Я посмотрела на свое отражение, впервые за долгое время заметив блеск в глазах. Как же хорошо, что у меня есть вот такая сестра. Всего-то пять минут разговора по телефону, а я уже свечусь как лампочка.
Мы еще поболтали минут десять, обсуждая, казалось бы, всё на свете, когда хлопнула входная дверь и послышался голос Филиппа.
— Марианн! Я дома!
На миг я скривила губы, и была рада, что сестра позвонила мне не по видеосвязи. Иначе бы она все поняла.
— Ой, Тань. Прости. Муж вернулся. Пойду встречать.
— Передавай привет Филу, — хмыкнула Таня. — И про дачу не забудь сказать.
— Хорошо, обязательно передам.
— Ну, давай пока, беги встречать своего ненаглядного, — без капли упрека или издевки произнесла Таня, зная, как сильно я люблю мужа.
Любила.
Под ребрами неприятно заныло.
Попрощавшись с сестрой, отложила телефон и медленно поднялась с пуфика. Глянула на свое отражение — серая футболка, велосипедки, мокрые волосы, которые я так и не привела в порядок.
Потухший взгляд.
За спиной отворилась дверь
— А вот ты где, — сказал муж, едва бросив на меня взгляд. Прошел мимо, прямиком направляясь к гардеробной.
Я обернулась, наблюдая за напряженными плечами и резкой походкой. Что-то в нем было не то, хоть и выглядел он точно так же, как уходил утром — поло белого цвета, бежевые брюки, на правом запястье поблескивали позолоченные часы. Разве что волосы пшеничного оттенка были малость взъерошены. Ну а кто после целого трудового дня мог выглядеть хорошо? Но моему мужу удавалось. Даже легкая небрежность в прическе ни на грамм не портила его природной мужской красоты. Я могла часами любоваться на всегда гладковыбритое лицо супруга, зная, что он тоже любовался мной в ответ.
Но так было раньше.
Теперь я возвращалась домой загнанная как лошадь, в спортивном костюме и с гулькой вместо идеальной прически.
— У тебя вся футболка мокрая. Переоденься.
Вздрогнув от внезапного замечания, потянулась к своей одежде и уже было собиралась сдернуть футболку, на что мой муж отреагировал бы без раздумий, и ближайшие полчаса как минимум мы провели бы в постели, но мелькавшие картинки перед глазами, которые так и не давали покоя моему мозгу, внезапно остановили меня. Я опустила руки и отвернулась.
— Потом, — пробормотав, покинула спальню. Не уверена, услышал ли Филипп мой ответ. Да и плевать.
Голова вновь загудела.
Пора бы выпить еще одну таблетку.
Направившись в кухню, глянула на часы. Почти семь.
— Ты рано, — произнесла, когда Филипп вскоре за мной вошел в кухню. Теперь он был одет в простые домашние брюки синего цвета и футболку на оттенок светлее.
Пройдя мимо меня, Филипп приблизился к кухонному гарнитуру. Взяв из шкафа чашку, вернулся к холодильнику и набрал себе холодной воды. Все это время я наблюдала за ним, словно пытаясь найти ответ на свой вопрос.
На тот самый, в котором я бы хотела знать, что Филиппа не было в отеле. И я ошиблась. Элла ошиблась.
Мой муж верен мне. Он не лжет. И никогда не лгал.
— Так почему рано? Что-то случилось?
Филипп резко поставил стакан на стол и глянул на меня.
— Да, случилось. Эти идиоты прислали не ту пленку. Именно тогда, когда мне нужна эта чертова пленка, они так косячат, — зло прорычал муж, вновь хватаясь за стакан. Выпив всю воду, он вернулся к холодильнику и налил еще. — Неужели так сложно хотя бы раз не ошибиться, и не просрать мне чертовы съемки.
Порой Филипп срывался. Чаще всего из-за каких-то проблем на работе. Все-таки быть звездным фотографом накладывало на него повышенную ответственность. Заказчики у Филиппа были сплошь богаты и знамениты. Многих приводила к нему я. Но теперь он и сам сделал себе такое имя, которое без проблем себя продавало.
И все же мне не нравилось, когда он срывался на мне из-за чьих-то косяков.
Я же не несла мусор с работы в дом. Как и из дома никогда не выносила проблемы на всеобщее обсуждение.
Умение разделять работу и семью приходит не сразу, но, по крайней мере, я пыталась.
