Czytaj książkę: «Война и право на пути к вечному миру»
© Абрамов В.Ю., 2026.
© ООО «Издательство Родина», 2026
Вместо предисловия
И будет Он судить народы, и обличит многие племена; и перекуют мечи свои на орала, и копья свои – на серпы: не поднимет народ на народ меча, и не будут более учиться воевать.
(Библия: 2–4, Книга пророка Исайи)
Замысел к написанию данной книги возник у меня за несколько месяцев до празднования в России 9 мая 2025 года Великого праздника – 80-летия Победы во второй мировой войне над фашисткой Германией. В рамках подготовки к празднованию этого, по истине Великого для россиян и мирового сообщества события, во всех медиа средствах подробно освящались все события Второй мировой войны. По телевидению было продемонстрировано множество привлекательных художественных фильмов и заслуживающих внимание документальных фильмов о войне. Впервые были опубликованы интереснейшие исторические документы о второй мировой войне. Но более всего, меня поразил до глубины души и впечатлил документальный фильм выдающегося советского кинорежиссера – Михаила Ильича Ромма «Обыкновенный фашизм», в котором ее автор показал хроникальные кадры об ужасах второй мировой войны, об истинном нечеловеческом и зверином облике нацизма и фашизма, о «нелюдях», у которых были матеря и дети, но которые со звериным чутьем и аппетитом уничтожали самыми изощренными и непостижимыми человеческому разуму способами мирных жителей – женщин, детей и стариков. Даже жестокие и зловещие средневековые инквизиторы оказались менее изобретательными по уничтожению людей, нежели чем немецкие фашисты, потомки Курта (Игнациуса) Гессе фон Вайденхорста, основателя «Германской Инквизиции» – Конгрегации по делам веры Священной Римской Империи.
Глубочайшее расстройство и ощущение непередаваемого на словах горечи и скорби за судьбы измученных, изувеченных и уничтоженных фашистами людей во второй мировой войне, побудило во мне неимоверное желание написать историко-правовую книгу о правовых и дипломатических способах прекращения военных конфликтов и установления вечного мира на земле.
Общеизвестно, что война как сущность конфликта возникла одновременно с появлением человека на земле и неразрывно связанна с его жизнедеятельностью. Она олицетворяет способ силового воздействия одних лиц на других для достижения определенной цели, и этот способ, к великому сожалению, применяется до сих пор. Поколения людей сменяются, однако войны все продолжаются, и нет им конца и края.
Поэтому перед человечеством всегда будет стоять только один вопрос – как прекратить войны, как элиминировать (устранить) риски возникновения войн, как жить на земле без войн, и возможно ли такое в XXI веке, когда планета земля начинена огромным количеством ядерного военного арсенала, способного уничтожить не только эту планету, но и нарушить баланс всего мироздания, закономерно обустроенного Создателем, упредившем когда-то человечество о вероятном приходе на землю четырех всадников апокалипсиса за их грехи через откровения Иоанна Богослова. Но к счастью, в мире больше здравомыслящих людей из различных стран и сфер деятельности, включая выдающихся политиков, ученых, деятелей науки, культуры и простолюдинов, которые прикладывают не мало усилий для предотвращения и полного искоренения войн, последнее, к сожалению, пока не удается.
Среди таких людей я назову несколько ученых мужей, чьи труды сыграли огромную роль в упрочении мира и использовались мною при написании данной книги. Это Гуго Гроций, Иммануил Кант, Лев Николаевич Толстой, Питирим Александрович Сорокин, Николай Константинович Рерих, Генри Киссинджер и многие другие выдающиеся личности, упомянутые в данной книге, и внесшие огромный вклад в дело мира.
Наряду с научными трактатами, следует также назвать несколько выдающихся литературно-художественных произведений, в которых их авторы своим повествованием об ужасах войны, возвестили мир о необходимости отказа от войн во имя сохранения мира на земле. Речь идет, прежде всего, о романе Л.Н. Толстого «Война и мир», романе Эриха Мария Ремарка «На линии фронта без перемен» и повести Виктора Петрович Астафьева «Прокляты и убиты». Конечно, есть еще множество аналогичных повествований о войне. Но именно эти три произведения, на мой взгляд, достигли высоты художественного повествования в их исторической достоверности при освещении трех самых страшных и ужасных войн на земле с наибольшим количеством человеческих жертв, разрушений и разорений. Это Отечественная война 1812 года, подробно описанная Л.Н. Толстым; это Первая мировая (окопная) война 1914–1918 годов, в ужасы которой нас посвятил Э.М. Ремарк, и конечно-же, это Вторая мировая война 1941–1945 годов, увиденная глазами В.П. Астафьева и рассказанная им. Эти выдающиеся произведения литературы были написаны в исторические времена, когда человечество не имело представления и не знало о наличии на земле зловещего апокалиптического ядерного оружия, поставившего человечество перед угрозой исчезновения.
Прошло уже четверть XXI века, а тема войны набирает еще большую остроту и актуальность в связи с продолжающимися и неутихающими венными очагами в разных регионах мира, уносящими миллионы человеческих жизней. Но самое печальное то, что все это происходит на фоне увеличивающейся вероятности применения ядерного оружия и начала третьей, и очевидно последней мировой войны.
Поэтому вопрос искоренения войн и наступления вечного мира, сегодня как никогда, является наиболее актуальным и животрепещущим, тем более что к решению данного вопроса готова большая часть населения земли. А прекратить войны можно только путем дипломатии в сочетании с нормами международного публичного права, чему и посвящена представленная книга.
В мире все скоротечно и переменчиво, – беспрерывно происходят преобразовательные процессы, – на смену одних – устаревших жизненных явлений и процессов приходят новые. День заменятся ночью, лето осенью, естественная смерть одного человека – рождением нового человечка и т. п. В этом земном круговороте непрерывных событий остается понять только одно – когда и каким образом война навсегда исчезнет с лица земли и будет заменена вечным миром. Для ответа на данный вопрос и поиска путей к вечному миру, мною были глубоко изучены и всесторонне исследованы, как с исторической, так и с правовой точки зрения 36 войн, происходивших на переломных моментах истории человечества, и кардинально перестраивавших систему международной безопасности и миропорядок, начиная с доисторических времен и заканчивая XXI веком.
Путем краткой художественно-повествовательной иллюстрации 36-ти войн, их правовой сущности, причин возникновения и условий прекращения, мною была разработана концепция вечного мира XXI века и способы его достижения, которую я с огромным желанием представляю на рассмотрение и оценку дорогому читателю.
С глубоким уважением к дорогому читателю, автор!
Глава 1. Генеалогия войны
Война – это рукотворное человеческое ремесло, используемое в конфликтных ситуациях различными способами, в зависимости от причин и целей конфликта. Любой конфликт – это спор, который можно урегулировать двумя способами: миром или войной, то есть насильственным путем, в том числе с применения оружия или путем подписания мирного договора (мирового соглашения). Выбор способа разрешения конфликта зависит от нескольких факторов: от причины конфликта, стадии конфликта, положения сторон в конфликте с позиции влияния и силы, от ожидаемой сторонами цели конфликта, и самое важное от степени проявляемой агрессии конфликтующих сторон. Последнее является определяющим для выбора способа разрешения конфликта: миром или войной.
Люди склонны к агрессии, к деструктивному поведению, к конфликтам, включая военный конфликт с применением различных форм насилия, в зависимости от причин, побуждаемых к насилию, среди которых наиболее распространенными являются: тщеславие, жажда власти, зависть, жадность, ревность, месть и т. п. Проявление человеком воинственности и агрессии немецкий психоаналитик Эрих Фромм1 называл фрустрацией, или говоря простыми словами, психологическое состояние, возникающее когда желания человека не соответствуют его возможностям, вследствие чего у него проявляется психологическое расстройство, повышенная возбудимость, тревога, отчаяние и желание к совершению радикальных, а порой и безрассудных агрессивных поступков с применением силы.
Наглядным примером появления подобной агрессии из ревности и мести является библейский сюжет о братоубийстве Каином Авеля, по причине того, что Бог принял жертвоприношения Авеля, а у Каина не принял, из-за чего он разгневался на Авеля, не разобравшись в причинах неприятия Богом его жертвы. Находясь в психологически критическом и агрессивном состояние Каин убивает своего младшего брата Авеля, полагая, что причиной неприятия Богом его жертвы является Авель. Канин считал, что если бы не было жертвы Авеля, то Бог принял бы его жертву.
Неужели у Каина не было выбора между убийством брата и осознанием причины непринятия Богом его жертвоприношений? Конечно же было, но нежелание призадуматься, зависть, нетерпимость к брату и деструктивное мышление возобладали в рассуждениях Каина, который вполне мог одуматься и преодолеть дурные мысли, отказавшись от злонамеренней в отношении брата.
Здесь совершенно уместна внушительная мысль Эразма Роттердамского2, над которой следует задуматься. Посмотрите, говорит Эразм, какое скромное место Бог Юпитер отвел разуму – в укромном уголке головы, меж тем, как все остальное тело предоставил страстям. Далее, этому разуму – одному – он противопоставил двух свирепейших тиранов. Это, с одной стороны, гнев, засевший, как в крепости, в груди человека и держащий в своей власти самый источник жизни – сердце; с другой стороны, это похоть, имеющая самую широкую власть над человеком. Насколько силен разум против этих двух супостатов, достаточно показывает повседневная жизнь. Разум хоть до хрипоты кричи о правилах и требованиях нравственности, его супостаты, скрутив его по рукам и ногам, задают ему такую встряску, что тот в конце концов сдается и на все соглашается3.
Нежелание и отказ от здравомыслия на фоне возрастающей агрессии у человека, Эрих Фромм назвал попыткой, зачастую напрасной, приобрести силой то, чего человек был лишен. При этом, несомненно, речь идет об агрессии на службе жизни, но не ради разрушения. Поскольку фрустрация потребностей и желаний в большинстве обществ была и по сей день остается обычным явлением, не стоит удивляться, что насилие и агрессия постоянно возникают и проявляют себя. Агрессии, вытекающей из фрустрации, сродни враждебность, возникающая из зависти и ревности, которые являются специфическими видами фрустрации4.
Склонность человека к агрессии, к насилию, злобе и разрушению является одним из губительных пороков человеческой сущности. Но, к счастью, наряду с этими свойствами, человек способен к проявлению сострадания, сочувствия, доброты, эмпатии, милосердия, созидательности, миролюбивости и т. д. И при возникновении конфликтной ситуации, способной перерасти в войну, человек оказывается перед выбором: войны или мира, агрессии или спокойствия, добра или зла, жизни или смерти и т. п. Для человека нормального, не страдающего психическими расстройствами здоровья, выбор модели поведения в конфликтной ситуации обусловлен: а) благими целями достижения желаемого результата в конфликтной ситуации; б) готовностью к компромиссу и в) в законности действий.
В философской, исторической, социологической и правовой литературе высказываются различные мнения и точки зрения о выборе человеком необходимой модели поведения для разрешения конфликтных ситуаций, имеется в виду путем войны или мира.
Начать здесь хочется с мысли Цицерона5 о том, что от гневного человека нужно удалять тех, кто вызвал его гнев, пока он сам не соберется с мыслями для того, чтобы собрать воедино рассеявшиеся части души, или же упрашивать его и умалять, чтобы свою месть, если она ему подвластна, он отложил, пока не перекрепит гнев. А кипящий гнев – это жар души, не сковываемый разумом. И почему люди так раскаиваются в том, что они сделали в гневе? Мы знаем, что царь Александр Македонский после того, как в гневе убил своего друга Клита, едва не наложил на себя руки – таково было его раскаяние6.
Мысль Цицерона о влиянии гнева на порочные действия человека весьма убедительно доказывает, что для разрешения конфликтной ситуации необходимо, прежде всего, избавиться от гнева и агрессии, предпочитая здравый рассудок и спокойствие в момент принятия судьбоносных решений. Ибо гнев и агрессия возбуждают в человеке воинственность, стремление к немедленной схватке, противостоянию и борьбе, а на государственном уровне к объявлению и началу войны.
В повседневной жизни нам часто приходится сталкиваться с конфликтными людьми, которые любую жизненную ситуацию решают только посредством конфликта. Они так устроены и по-другому жить не могут. Таких людей называют – людьми войны. Ими могут быть среднестатистические граждане, руководители различных рангов, главы корпораций и иных коллективных образований, государственные чиновники и деятели, а также главы государств (правители). И каждый из перечисленной категорий людей на своем уровне власти может прибегнуть к силовому способу решения спорных вопросов, которые при этом вполне решаемы мирным – согласительным путем.
Когда конфликтные люди в стремлении достичь какой-либо цели сталкиваются с оппонированием, дискуссией, спором или противостоянием, они готовы заполучить ее любыми способами и средствами, и первую очередь путем принуждения и давления на оппонента, даже тогда, когда эту цель вполне можно добиться бесконфликтно – миром. В особо острых спорах, для подавления противоположенной позиции, конфликтные люди зачастую прибегают к применению различных способов воздействия: психологического, физического, путем запугивания, изоляции, причинения вреда, нанесения боли, и в конце концов физического уничтожения. А в противоречиях на межгосударственном уровне, конфликтующие стороны, как известно, противостоят и сопротивляются друг другу силой оружия, путем ведения открытой вооруженной войны, сопровождающейся массовым уничтожением людей, городов и государств.
Мировая история повествует нам, что размах военных конфликтов во многих случаях охватывает несколько государств из разных стран, объединенных военными блоками, альянсами и союзами, о чем свидетельствует 25-вековая история человечества, состоящая из революций, порабощений целых народов и войн.
Вопрос о происхождении войны вполне объяснимый, так как война, в сущности, – это противостояние двух противоборствующих сил по отстаиванию или защите своих интересов путем вооруженного конфликта. На вопрос, – когда в истории человечества произошла первая война с применением оружия, ответ можно найти в древней истории. При этом целесообразно исключить первородные конфликты семейно-родового характера, возникавшие между членами общины одного племени с применением каменного орудия или иного подручного инструмента, в соперничестве за первенство и лидерство в управлении общиной (племенем).
Первые вооруженные конфликты возникли в процессе распада первобытнообщинного строя и формирования независимых коллективных образований, расположенных на отгороженных территориях под единой властью вождя. Речь идет о протогосударственных образованиях, в которых существовали различные по имущественному положению семьи, но еще без разделения на классы, сословия и касты.
В процессе развития производственных сил и обогащения отдельных родовых семей путем закрепления за ними имущества на правах собственника, между такими семьями стали возникать вооруженные конфликты за передел собственности и за власть для увеличения своего благосостояния и расширения земельных владений. Однако и такие вооруженные конфликты вряд ли можно назвать военными конфликтами в современном понимании сущности слова война, которая все-же возникла после образования первых самостоятельных государств – суверенов, преследовавших в основном две военные цели:
а) захват территорий другого-сопредельного государства, и
б) осуществление защиты границ собственного государства от внешних захватчиков.
Поэтому вопрос о первородстве войны в историческом контексте целесообразно приурочить к периоду возникновения первых государственных образований на Ближнем Востоке, где были выявлены первые ростки цивилизации с признаками урбанистической государственности. Речь идет о государстве Шумер, находившемся в устье двух рек – Тигра и Евфрата, севернее долины Нила, а также о государстве, образованном на стыке Верхнего и Нижнего Египта, прозванном Древним царством со столицей в городе Мемфис, и просуществовавшем более пяти столетий, начиная с XXVIII и до XXIII века до н. э.
Древнее царство просуществовало в течение нескольких династий, правивших во времена четырех царских периодов: Древнее царство (начало зарождения египетских династий с 1 по 10 династии); Среднее царство (XXI–XVII века до н. э., в период правления с 11 по 17 династии); Новое царство (XVI–XI века до н. э., период правления с 18 по 20 династии); Позднее царство (XI–X века до н. э., период правления с 22 по 30 династии).
Существования указанных царских государств было неспокойным, так как они периодически подвергались воинским набегам со стороны древневосточных кочевнических племен – гиксосов, а позднее со стороны хеттов – индоевропейского народа бронзового века, жившего в Малой Азии, где было основано Хеттское царство (около 1800 лет до н. э.). Именно хетты соперничали с могущественным в то время Египтом по завоеванию сопредельных государств, в особенности завоеванию территории Сирии, которая была образована в шестом тысячелетии до н. э. А первые в мировой истории крупные межгосударственные захватнические войны начались в ХХ веках до н. э., с участием Восточных государств: Шумер, Египет и Сирия.
История повествует нам о том, что первое крупное кровопролитное военное сражение произошло при расширении шумерского государства в период правлении шумерского военачальника – Саргона, который после завоевания крупного древнего города Аккад, расположенного на юге Месопотамии (современный Ирак) стал называться Саргоном Аккадским. Так, в течение первых трех лет своего царствования Саргон Аккадский завоевывал земли по Верхнему Евфрату и совершал военный поход в Сирию. После ожесточенных боев на подступах к сирийскому городу Эбла, сирийский правитель этого города признал власть Саргона над Эблой, который стал его сателлитом, что открывало Саргону морской путь к Средиземному морю.
Наряду с этими первыми в истории военными событиями, в другой части древнего Востока – Египте, в конце периода его Среднего царства, то есть в конце XVIII века до н. э. вспыхивают новые военные конфликты, связанные с вторжением в Египет иноземных кочевых племен – гиксосов, которым удалось захватить значительную часть Египта и господствовать в нем свыше 100 лет.
Для завоевания всего Египта, гиксосы стали поступать на военную службу в мелкие княжества (царства) Нижнего Египта для получения со временем высокого военного статуса и создания основы для мощной военной силы. В качестве вознаграждения за службу гиксосские военачальники получали в управление большие земельные наделы и даже целые области. Так, перманентно гиксосы вторглись во всю территорию Египетского царства.
Внутренняя раздробленность египетского государства и предательство отдельных египетских князей (вельмож) не позволили египтянам отразить натиск гиксосов, и в результате весь Египет перешел в управление гиксосских царей, среди которых видное место занимал царь Хиан, господствовавший над всем Египтом.
Длительное правление Египтом гиксосами позволило египтянам перенять военную тактику и вооружение гиксосов, и впоследствии постепенно вытеснить их из территории своего государства, освободив большую часть Египта. При этом египтянам во главе с фараоном Мисфрагмутосом не удалось освободить самый крупный в то время город Аварис. Позднее сын Мисфрагмутоса Туммсово, собрав 480-тысячное войско осадил Аварис, но взять его сразу штурмом не смог. И лишь долгая осада города вынудила в итоге измотавшихся гиксосов покинуть Аварис и весь Египет, и переселиться в Иерусалим.
Позднее царь гиксосов Аменофисе, собрав 300-тысячное войско, совершил повторную попытку военного вторжения в Египет. Но после ряда серьезных военных неудач Аменофисе с незначительной частью военных бежал в Эфиопию, оставив большую часть войска, которую окончательно разгромил Рамсес и изгнал гиксосов в Иудею.
Надо сказать, что в дальнейшем войны Древнего Востока не утихали, а напротив, набирали обороты, расширяя географию венных действий, и вовлекая в них другие государства, например, Вавилонское царство, Ассирию, Хеттское государство, Палестину, Финикию, Сирию и другие древневосточные государства. Но первый крупный очаг войны в истории Древнего Востока возник в Шумере (современный Иран).
Затем военные события (войны) перенеслись в другие регионы и континенты. В частности, войны охватили древний Рим и Грецию, когда Рим завоевывал греческие земли. В этот же период древней истории военные события охватили Азию, точнее древний Китай, где таже происходили военные конфликты между различными китайскими династиями за расширение династических земель путем захвата новых сопредельных земель.
Древне-историческим войнам характерны некоторые общие черты и особенности. Все они происходили в основном по экономическим соображениям, то есть в целях расширения производственной деятельности путем освоения новых земель. В незначительной степени войны возникали из-за тщеславия и личных амбиций правителей древних государств, желавших показать сопредельным государствам свою силу, власть и военную мощь, таким был, например, Египетский фараон Рамсес II.
В ряде случаев войны инициировали для подавления возникающих внутренних социальных протестов путем отвлечения низших слоев населения на военные мероприятия – военные походы. Например, в Шумере после смерти царя-завоевателя Саргона и вступления на царский престол его сына – Римуша, начались дворцовые интриги, повлекшие народные волнение, которые были подавлены военным походом шумеров на Элам (историческая область и древнее государство на юго-западе современного Ирана – провинции Хузестан и Лурестан). Это позволило Ремушу предотвратить развитие внутригосударственных противоречий.
Зачастую военному вторжению в суверенное государство извне способствовала внутренняя расточительная политика некоторых правителей, которые все государственные средства и ресурсы направляли на строительство храмов и дворцов, проведение развлекательных мероприятий и праздное времяпровождение, уделяя тем самым незначительное внимание укреплению обороноспособности страны, развитию военного дела, формированию регулярных войск. Подобное попустительство в вопросах обороны государства со стороны правителей становилось причиной для вероломного вторжения других государств с хорошо вооруженной армией, которая легко завоевывала слабые-неподготовленные к обороне и адекватной защите своих рубежей государства. Например, позднее царство Египта рубежа XI–X веков до н. э., которое с легкостью покоряли вначале хетты, затем с севера полукочевые ливийцы, с юга эфиопы, и в итоге власть захватили персы. А в период правления Клеопатры Египет и вовсе стал частью Римской империи.
Не вдаваясь в исторические детали тактики завоевания чужих земель, общая картина первых древнейших войн характеризуется следующими тремя признаками:
I) По тактике и напряженности все древнейшие войны были длительными, кровопролитными и изнурительными, уносившими много жизней.
II) По географическому расположению первые военные конфликты происходили в основном в Древнем Востоке с участием семитских народностей, тесно связанных между собой языковой принадлежностью, которые по приданию имеют одно происхождение, то есть от одного из сыновей Ноя – Сима, отца Ассура, Арама и Елама (Быт., 10: 22). Последний из них – Елам стал родоначальником ассирийцев, арамеев и евреев. К семитской языковой группе в настоящее время относятся арабский язык, амхарский (эфиопский) язык и иврит. В семитскую группу народонаселения входили Аравия, Месопотамия, Сирия, Финикийцы и израильтяне. Семиты подразделялись на четыре больших рода: южные семиты, восточные семиты, западные семиты и израильские семиты, в частности:
а) южные семиты (арабы) – это родоначальники семитской группы народов, проживавшие на Аравийском полуострове, омываемом с двух сторон Персидским и Аравийским заливами. Вся жизнь южных семитов проходила в племенных усобицах, постоянно враждовавших между собой по обычаям кровной мести. Но кроме воинственной природы, арабы как все семиты обладали также благородством, гостеприимством, стремлением к независимости и свободе. Территориальное положение южных семитов характеризовалось тем, что торговые пути, соединявшие Южную Аравию, Египет, Сирию и Месопотамию, проходили через их землю, что позволяло им извлекать из этого свои выгоды путем взимания платы за проводы караванов или путем грабежей;
б) восточные семиты – это народности, обитавшие в долине Тигра и Евфрата, между Сирийским плоскогорьем и Иранскими горами. За 2,5 тысячи лет до н. э. восточные семиты, проживавшие на востоке от Тигра в стране Элам, сформировали государственное устройство с царским правлением. Некоторые из этих государств, упоминаемые также в первой книге Моисея, как Кедорлаомер, распространяли свое владычество от Ирана до Сирии. А Западнее Эламского царства, восточные семиты образовали Вавилонское государство с городами Бабилим (Вавилон), Ур, Урук (Эрех), Сиппар и др.;
в) западные семиты – это ханаанеяне – халдейский народ с долгой, значительной и насыщенной историей. Западные семиты проживали на обширной территории, примыкающей к Средиземному морю в стране, под названием Сирия. Поскольку Сирия находилась на географически открытой территории, она была доступна для проживания различных переселенцев с востока и запада, а позднее стала и полем для сражений южных и восточных народностей. В частности, на сирийской территории воевали египетские цари с сирийскими племенами.
Ханаанеяне-сирийцы были многочисленны и вели оседлую жизнь, пользуясь благами городской жизни. В середине XIII века до н. э. в Сирии, наряду с ханаанеянами стал возобладать народ из другого племени – амореи, оттеснившие часть побежденного старого племени к северу, в страну, простиравшуюся между Ливаном и морем, известную грекам под названием Финикия, где в это время процветали новые города. В тот же исторический период, Южнее Финикии поселилось еще одно племя – филистимляне, пришедшие с запада – с острова Крит;
г) ивриты (израильтяне) – племя, позднее примкнувшее к семитской группе народов, изначально обитавшее в низовьях Евфрата в области Ур в Вавилонии, и затем переселившееся в область Харан (к востоку от среднего течения Евфрата). Это произошло, когда часть этого племени, под предводительством его главы Авраама, двинулось на запад, и вступила в долину Иордана. Ханаанеяне дали им название пришельцев – иври (израильтян), или евреев, которые принесли с собой нечто совершенно новое, издревле существовавшее у них почитание Единого, Всемогущего Бога. Сами себя они называли по имени одного из своих патриархов7, сынами Израилевыми. В древнейших преданиях, упоминая об арабах, адомитянах, моавитянах, аммонитянах, а также вавилонянах и ассирийцах, ивриты называют их родственными себе племенами.
Еврейское племя семитов в то время было еще немногочисленно. В 1591 году до н. э., побуждаемое голодом, оно переселилось в Египет, где, несмотря на ненависть египтян к пастушьим племенам, они получили разрешение поселиться в стране Гесем. После 230-летнего пребывания в Египте ивриты покинули эту страну и двинулись в долину реки Иордан, где в итоге расселились по разным берегам вдоль этой реки.
III) По итогам многие древние военные конфликты заканчивались юридическим актом – заключением мирного соглашения, например, договор о мире и о ненападении друг на друга был заключен египетским царем Рамсесом II с одним из хеттских князей. Этот древнейший правовой акт был одним из первых образцов мирного договора, предусматривавшего вечный мир и дружелюбие на долгие времена по всем правилам вежливости между Рамсесом II – великим египетским царем и Хаттусилисом III – великим князем хеттов. Договор предусматривал союзническое правило о том, что если какой-нибудь враг вздумает напасть на подчиненные египетскому царю земли и царь пошлет к хеттскому князю, говоря: «приди, приведи с собою воинские силы против моего врага», то князь должен так поступить: «если сам не может прийти, то по крайней мере должен прислать своих стрелков с луками и свои военные колесницы». Согласно данному условию, египетский царь принимал на себя обязательство вступить с князем в оборонительный союз. Кроме того, договор предусматривал условие об обоюдной выдачи беглых преступников, бежавших или насильно уведенных рабов и прочий рабочий люд.
С исторической точки зрения первые древнейшие войны, – крупномасштабные или малые, не имеет значения, влекут за собой только разрушение и потери, причем как человеческие, так и материальные потери, на восстановление которых требуются годы, а в некоторых случаях и десятилетия, когда речь идет об огромных человеческих потерях и разрушениях. Поэтому войны только замедляют эволюционное развитие человечества в различных сферах жизнедеятельности, за исключением венно-технических и инженерно-конструкторских отраслей, для которых войны являются предпосылкой для развития научной мысли. Например, война выявляет недостатки и отсталость вооружений. После каждой войны все его участники стремятся совершенствовать свое вооружение и укреплять обороноспособность.
Эволюция военного дела прошла путь от деревянных копий и каменных топоров до современных летательных аппаратов, включая беспилотные летательные аппараты и тактическое ракетное вооружение типа: воздух-воздух, воздух-поверхность, поверхность-воздух, противокорабельные и противотанковые или штурмовые морские авианосцы, торпедные корабли, подводные субмарины и т. п.
С политической точки зрения, войны способствуют изменению баланса внешнеполитических сил в мире путем корректировки сфер влияния различных государств на общий миропорядок. После каждой крупномасштабной войны победители и побежденные объединяют вокруг себя сторонников и противников, формируя таким образом различные политические силы в форме военно-политических блоков, альянсов, коалиций и союзов, о чем подробнее речь пойдет в следующих тематических главах данной книги.
С юридической точки зрения, каждая война характеризуется следующими признаками:
1) Нелегитимностью (противоправностью) в виде незаконного вторжения на территорию чужого государства, то есть вероломно, без предварительного объявления о начале войны либо с объявлением войны. История повествует о том, что войны в основном начинаются вероломно без предупреждения. С юридическое токи зрения такие войны характеризуется как захватнические и рассматриваются как агрессорские войны.
2) Несправедливостью; в этом случае критерий справедливости оценивается по отношению к воюющим сторонам. Так, военные действия со стороны защищающегося и обороняющегося государства в отношении государства агрессора и захватчика являются с очевидностью справедливыми. Справедливыми также следует рассматривать военные действия третьего государства, выступающего на стороне обороняющегося и защищающегося от агрессора государства. Например, в древней истории справедливыми можно считать венные действия народа Египта в войне против захватчиков – гиксосов, которые вооруженным путем вытеснили их из территории египетского государства. Или, другой исторический пример, – вооруженное сопротивление сирийского народа аккадской армии царя Саргона, вероломно ворвавшегося со своим войском в южные территории Сирии.
Но есть и другие исторические примеры, когда государство-военный агрессор в одном случае вначале выступает в качестве поработителя-захватчика, а затем в качестве обороняющегося и защищающегося границы своего государства. В частности, древний Египет в период правления Рамсеса II вначале захватил значительную часть Западной Азии и Нубию, а через некоторое время занял оборонительную позицию от нападающих хеттов, и позднее гиксосов. В отношении таких государств вполне уместно применить библейскую притчу: Кто рыл и выкопал яму, сам в нее упадет. Зло его к нему же и вернется, на него обратится его жестокость (Псалтирь 7:15–17).
3) Срок военных действий также следует причислить к юридической стороне военного конфликта, так как затягивание военных действий приближает готовность участников войны к прекращению боевых действий и началу мирных переговоров. И чем раньше воюющие стороны сядут за стол переговоров, тем меньше будет человеческих жертв и быстрее закончится война, независимо от причин ее возникновения и поставленных целей по итогам войны.
4) Правовые итоги окончания войны оформляются в виде договора о мире, когда война завершается с согласия воюющих сторон, либо без такового, когда война завершается поражением и полной капитуляцией одной из сторон. Кроме того, итоги любой войны следует оценивать с учетом: человеческих жертв, распределения (изъятия) спорных территорий (аннексия) и распределения расходов на восстановление разрушительных последствий войны (контрибуция). После завершения военных действий, независимо от основания их прекращения, имеется в виду капитуляция или договор о мире, в любом случае оба этих события подлежат юридическому оформлению для согласования взаимных претензий и требований по результатам войны. Например, на проигравшую войну сторону может быть возложена обязанность по выплате контрибуции и/или совершение территориальной уступки. По итогам завершения войны могут быть предусмотрены иные военно-политические требования, подлежащие урегулированию в рамках мирного договора о завершении войны.
В древние времена по итогам войны практически не заключали мирных соглашений, так как зачинщики войны насильственным путем захватывали чужие территории, обращая их граждан в рабство. Тем не менее, все древние войны можно было предотвратить путем заключения договора (соглашения) о взаимном ненападении, экономическом сотрудничестве и взаимодействии на сопредельных территориях без насильственного завоевания чужих земель.
В древневосточных войнах имеется один неразгаданный историками вопрос о том, как родственные по родовому признаку, по этногенезу, по антропологическим признакам, по языковому признаку и по истории возникновения народы семитского происхождения начали воевать между собой, захватывая друг у друга территории. Причем до сих пор эти народы, имеется в виду арабы и израильтяне никак не могут мирно сосуществовать, ужиться между собой путем решения возникающих спорных и конфликтных вопросов цивилизованным – договорным путем.
Тоже самое происходит и с азиатскими народами одного происхождения, одной антропологической группы и расы людей, одних традиций и уклада жизни, и даже одной веры, – речь идет о китайских, корейских, японских и индийских народностях, которые издревле и с периодичность воюют между собой.
Подобные вопросы являются большой исторической загадкой, на которые ни историки, ни политики, ни социологи до сих пор не могут дать ответа.
Очевидно, ответ на данный вопрос заключается в психологических особенностях человека, что не является предметом тематического рассмотрения данной книги. Единственное, на что можно обратить внимание в данном вопросе, – это на библейские события, которые возможно раскроют причины братоубийственных войн, и дадут ответ на вышеобозначенный исторический вопрос, или во всяком случае станут поводом для размышлений над тем, – почему братские народы воюют между собой и убивают друг друга?
Причинами соперничество между братьями являются зависть, борьба за власть или за богатство. В Ветхозаветном писании о происхождении родовых колен или целых народов зачастую упоминается соперничество между братьями одного рода (Суд. 20–21; 3 Цар. 12) или соперничество между родами одного народа (Ам. 1:11; Авд. 1:10). Прототипом братьев-соперников в Библии являются Каин и Авель (Быт. 4:1—16), о которых подробно описано выше. В библейских сказаниях соперничество между братьями рассматривается как проявление человеческой греховности, в том числе зависти (Быт. 30:1; 37:11; Чис. 12), половой распущенности (2Цар. 13) и стремления к власти (Суд. 9:1–6).
Библейская история соперничества братьев – Иакова и Исава повествует, что вся их жизнь в родительском доме проходила под знаком соперничества. Они демонстрировали полную противоположность характеров и пристрастий (Быт. 25:27), каждый пользовался благосклонностью одного из родителей (Быт. 25–28), причем близнецы начали биться еще в утробе матери (Быт. 25:22). До некоторой степени они были пешками в игре родителей и добивались права первородства, отцовского благословения и благожелательного отношения родителей в повседневной жизни. Эта библейская история о борьбе, интригах, обмане, ненависти и намерении совершить убийство, к счастью, заканчивается памятной сценой встречи и примирения, когда Исав простил брата (Быт. 33:1—11). История взаимоотношений Иакова и Исава, а также другие ветхозаветные истории показывают нам как враждующие между собой братья слепы и не узревают, что Божье благословение обеспечивается всем братьям.
Но самая развернутая история соперничества между братьями в Ветхозаветном писании – это рассказ о взаимоотношениях Иосифа и его братьев. Иосиф, пользовавшийся расположением отца и увидевший себя во сне сыном судьбы, вызывал у своих десяти братьев зависть и озлобление, которые неприкрытой ненавистью к нему, сговорились убрать своего беззащитного младшего брата. Эта братоненавистническая история не имеет себе равных. Из многочисленных младших братьев Бог оказал предпочтение Иосифу за его ум и доброту, что привело к напряженным отношениям между братьями. История Иосифа и его братьев показывает, как Бог ненависть братьев использует в искупительных целях (Быт. 45:5–8; 50–20), и демонстрирует, как можно на человеческом уровне приобрести утраченные возможности для установления доброжелательных отношений и сотрудничества между братьями.
В другом библейском сюжете о жизни Давида, Библия повествует о том, когда Давид прибыл на поле битвы, и был унижен старшим братом (1Цар. 17:24–29). А сыновья Давида Авессалом и Адония ожесточенно боролись за престол, хотя он уже был предназначен Соломону (3Цар. 1:5—53).
Новозаветные рассказы о соперничестве между братьями также придают таким сюжетам посыл к перемирию. В притче Иисуса о блудном сыне и его грубоватом старшем брате мы видим подчеркнутый контраст между склонной к приключениям молодостью и послушной долгу зрелостью, которые невозможно примирить, несмотря на пример отца, идущего навстречу обоим братьям (Лк. 15:11–32). Или другой пример, когда ученики Иисуса, подобно братьям, спорят по поводу того, кто из них больше, то есть велик (Лк. 9:46–48).
Соперничество между братьями является разновидностью своекорыстия, – стремление получить власть или преимущество над кем-то. Поэтому Библия учит и проповедует об обратном – о необходимости единения между братьями и детьми. В Псалме демонстрируется преимущество единства и благословение, которым оно сопровождается словами: «Как хорошо и как приятно жить братьям вместе!» (Пс. 132:1). Аналогичные наставления встречаются в книгах закона (Лев. 18:18; Втор. 15:9; 19:18), и в Причтах мудрости, где Соломон говорит: Друг любит во всякое время и, как брат, явиться во время несчастья (Притч. 17:17; 18:19).
Краткое описание древних Библейских историй о взаимоотношениях братьев, их соперничестве, конфликтах, войнах за власть и богатства, являются поучительными примерами, которые в конечном итоге по Божьему велению заканчиваются перемирием и дружбой. Этому, во всяком случае Бог учит все братские народы. Но, к сожалению, не все родственные народы внемлют Божьему наставлению и поучению; поэтому на земле до сих пор продолжаются кровопролитные войны между издревле братскими народами, которые можно предотвратить идеями и мыслями, изложенными далее в данной книге.
Каждое военное событие и военное действие имеют свои индивидуальные характеристики и свойства, в зависимости от следующих факторов: цели войны; тактики и условий совершения военных действий; законность совершения военных действий; соблюдение гуманитарных правил ведения войны; количество государств, вовлеченных в войну; территориальный охват военных действий; законность начала войны; основания прекращения войны, а в целом – законы войны. Большая часть этих факторов является предметом деятельности военных специалистов, профессионально занимающихся военным делом, тактикой ведения боевых действий и в целом войной. Не малая роль в периоды войны отводится также политикам, дипломатам и государственным деятелям.
Но есть факторы, которые являются элементами исключительно правовой сферы, характеризующие войну с юридической точки зрения и законности ведения военных действий, которые общим термином именуются законами военного времени. Это такие факторы, как законность начала войны, условия и правила ведения военных действий, соблюдение гуманитарных правил войны и т. п.
Среди всех видов войн, известных мировой истории, чаще всего совершались: завоевательная война, народная война, партизанская война, прокси война, информационная война, психологическая война, тотальная война, холодная война и даже была эпическая война, овеянная романтизмом любви. Речь идет о Троянской войне, возникшей из-за, так называемого, любовного треугольника.
Троянская война является одной из первых крупных локальных войн, происходивших на рубеже XIII–XII веков до н. э. Эта война, наряду с тем, что она велась с применением новой тактики военных действий, характеризуется также особыми юридическими признаками, и привлекающей к себе внимание необычной причиной ее возникновения, а главное абсолютной возможностью предотвращения и недопущения данной войны. Но главным свойством Троянской войны, как и других войн является посев смерти, раздора и кровопролитие, которых можно было избежать. Разгул гнева, страсть мести, желание принудительного овладения чужой женой, затмили здравый рассудок троянцев, которые по итогам войны не достигли своих целей.
Особый интерес к Троянской войне вызывают взаимоотношения ее главных персонажей, которые наполнены романтической любовью, дружбой и преданностью, во имя который совершались боевые действия. Здесь же не обошлось и без предательства, без которого не обходится ни ода война.
Но более всего, данная война уникальна тем, что она возникла исключительно на почве любви между представителями разных воюющих сторон. При том, что все войны возникают в основном из-за власти, богатства и территориальных притязаний.
С исторической точки зрения Троянская война привлекательна своей неопределенностью, так как историки разошлись во мнениях о достоверности бытия данной войны. Одни исследователи Троянскую войну считают поэтическим вымыслом древнегреческого эпоса – Гомера, описанном им в первой части его эпической поэтической дилогии – «Илиаде». Другие исследовали и историки, придерживались иного мнения. Например, основатель и отец мировой истории – Геродот8 считал, что история с похищением и возвращением древнегреческой красавицы Елены действительно была, но эта история завершилась без длительной войны между греками и троянцами.
Точку в этом вопросе поставил немецкий предприниматель и археолог самоучка – Генрих Шлиман, прославившийся своей находкой в феврале 1873 года в Малой Азии (в средней части современной Турции) башни и остатки древней дороги, ведущей к Скейским воротами и к дворцу Приама, описанными Гомером в «Илиаде». После этой находки Г. Шлиман в аугсбургской (Баварской) газете «Альгемайне Цайтунг», вышедшей 24 мая 1873 года, заявил, что выполнил свою задачу и доказал историческое существование гомеровской Трои9. Здесь надо отметить, что Троя – это крупный город в Троянском царстве, располагавшийся в Северо-Западной части полуострова Малой Азии.
Описанная Гомером Троянская война не могла быть вымыслом в том числе по причине того, что сложно вообразить или выдумать, и до точности подробно описать военные события того времени, имеется в виду переправу через морской путь сотню оснащенных военных кораблей и высадку многотысячной армии вооруженных греков – спартанцев на подступах к городу Трое, без их фактического исторического бытия. Сложно также выдумать и подробнейшим образом описать весь процесс длительной осады города Трои и последующий его захват.
Интересное суждение по этому поводу высказал российский историк – Л.С. Васильев, писавший, что греки – воины, с одной стороны, это герои, знатные и достаточно, по тем меркам, богатые люди, ведшие за собой отряды бойцов и имевшие корабли, на которых они прибыли в Малую Азию. С другой – это правители-басилеи10, о реальных владениях которых не упоминается. Так были ли в реалиях дорийских «темных веков» подобного рода богатые и знатные басилеи, задается вопросом Л.С. Васильев, и сам же отвечает на него следующим образом.
Есть весомые основания считать, что прослойка басилев в период «темных веков» превратилась в социальный слой имущественно богатых и пользующихся если не властью, то престижем в округе. Этот статус неизбежно вновь вел к постепенному появлению в дорийской Греции слоя знати. Вот это и сыграло, видимо, свою роль в том, что богатые и знатные басилеи, оставаясь в реалиях предполисной Греции, выступили главными действующими лицами в поэмах Гомера, где были причудливо перемешаны реалии разных эпох11.
Изложенные факты подтверждают существование Трои и достоверность событий, происходивших в XIII–XII веках до н. э., связанных с похищением Елены, и ее силовым возвратом обратно в Герцию. Здесь возможны только два художественно-поэтических вымысла Гомера по описанию военных событий:
а) десятилетняя осада Трои, что по тем временам невозможна, так как не реально выжить без провианта и воды в длительном осажденном городе, и
б) наличие Троянского коня.
Тем не менее, история повествует, что дети царя Приама, в том числе и Парис часто посещали Грецию. И во время одной из таких поездок Парис влюбился в жену Менелая – Елену, которую он тайно похитил и увез с собой в Трою – в царство своего отца – Приама.
Незаконное похищение чужой жены, вопреки законодательным запретам Греции, является юридическим фактом, ставшим причиной начала войны между греками и троянцами. Историки по-разному описывают это юридическое событие. Так, И.Ю. Портнягина пишет, что Парис предпочел предложенную ему богиней Афродитой любовь Елены, прекраснейшей из смертных женщин, и вручил золотое яблоко богине любви – Афродите. Елена прекрасная дочь Зевса и Леды, была женой спартанского царя Менелая. Парис, явившийся в дом Менелая, воспользовался его отсутствием и с помощью Афродиты убедил Елену покинуть мужа и уехать с ним в Трою. Беглецы прихватили собой рабов и сокровища царского дома12.
Схожее описание данных событий изложил другой историк – С.Ю. Нечаев, повествовав, что дети Приама – царя Трои как друзья посещали Грецию. Однако Парис, сын Приама, оплатил злом за прием, оказанный ему в Греции спартанским царем Менелаем, и увез с собой супругу Менелая Елену (якобы благодаря содействию богини Афродиты Елена и Парис полюбили друг друга). Это и дало повод к ставшей знаменитой благодаря Гомера Троянской войне13.
Но более достоверно историю похищения Елены описал Геродот, современник тех событий, познавший историю похищения Елены со слов египетских очевидцев. В частности, Геродот писал, что все эти события рассказывают сами Египтяне; теперь я передам то, что рассказываются другими народами об этой стране и с чем египтяне соглашаются; впрочем, добавлю кое-что и из собственного наблюдения. На мои расспросы о Елене жрецы рассказывали следующее: с похищенной Еленой Александр (по описанием речь идет о Парисе) отплыл из Спарты в родной город.
И когда я спросил жрецов относительно повествования эллинов о Трое, нелепо ли оно или правдиво, они на это отвечали, что знают происшествие из рассказов самого Менелая, а именно: что после похищения Елены в Тевкрскую землю прибыло огромное войско эллинов на помощь Менелаю, что, высадившись на сушу и расположившись лагерем, эллины отправили в Трою послов, вместе с ним пошел и сам Менелай, что, войдя в городские укрепления, они требовали обратно Елену, уворованные Александром сокровища, а также удовлетворение за обиду; в ответ на эти требования тевкры тогда и впоследствии говорили одно и то же, под клятвой и без клятвы, что ни Елены, ни требуемых сокровищ у них нет, и что все это находится в Египте, и поэтому несправедливо было бы подвергать ответственности их за то, чем владеет Египетский царь Протей. По прибытии в Египет Менелай отправился в Мемфис, там он рассказал все, как было, нашел очень радушный прием, получил обратно Елену, здравую и невредимую, и сверх того все свои сокровища обратно.
К сообщенному египетскими жрецами рассказу об Елене, я по собственному соображению могу прибавить следующее, писал Геродот: если бы Елена была в Трое, то ее отдали бы эллинам, с согласия ли Александра или вопреки ему. В самом деле, ни Приам, ни прочие ему люди не были же настолько безумны, чтобы рисковать собственной жизнью, детьми и своим государством из-за такого только, чтобы Александру жить с Еленой. Если бы даже первое время Приам и его родственники были действительно так настроены, то после гибели многих троянцев, павших в битвах с эллинами, после того, как в каждом сражении сам Приам терял по два, по три и даже больше сыновей, – что только можно говорить на основании поэтического произведения, – то я уверен, что после всего этого, если бы даже сам Приам жил с Еленой, он возвратил бы ее ахейцам в надежде избавиться от удручавших Трою бедствий.
Кроме того, царская власть не переходила к Александру, так что при старости Приама государственные заботы на нем не лежали; наследовать власть Приама должен был Гектор, как старший и более мужественный; ему не подобало потворствовать несправедливым действиям брата, особенно тогда, когда через это и на него самого, на всех прочих троянцев обрушивались грозные несчастья. Троянцы говорили правду, что не могут выдать Елену; но эллины не верили им; по моему мнению, далее пишет Геродот, которое я и высказываю, случилось так по божескому соизволению ради того, чтобы поголовная гибель троянцев дала ясно понять людям ту истину, что за тяжкие неправды следуют от богов и тяжкие наказания14. Что и произошло с троянцами после похищения Елены Парисом.
Действие Париса по похищению Елены троянской является юридически неправомерным, и соответственно преступным, которое тщательно готовилось и было совершенно путем введения Менелая в заблуждение относительно цели визита Париса к нему в гости. Конечно-же, Парис совершил преступление, нарушив закон гостеприимства, и тем самым вовлек свой народ и Трою в войну с греками. В наши дни подобного рода преступление считается тяжким, совершенным с особой дерзостью, и влекущим суровые санкции.
Похитив обманным путем Елену, Парис нанес огромную обиду и оскорбление не только Менелаю, но и всему микенскому народу. Поэтому микенский царь Агамемнон – решил отомстить троянцам. Он собрал тысячное войско, с которым двинулся к Трое, чтобы вернуть Елену и похищенное Парисом богатство.
Когда греческое войско переплыло Эгейское море и достигло окраин города Трои, расположившись лагерем около него, Одиссей – друг Менелая предложил ему вначале вступить в переговоры с троянским царем и потребовать возврата Елены добровольно, прежде чем приступать к военным действиям.
Данное миролюбивое намерение греков и последующее за ним мирное действие имеет исключительно правовой характер и является юридически значимым актом, предотвращающим войну, и способствующим завершению конфликта, связанного с похищением Елены, миром. Но, несмотря на желание самой Елены вернуться к Менелаю, троянцы отказали грекам в их требовании решить вопрос миром, и вступили в войну с греками.
Эта грубейшая и непоправимая правовая ошибка троянцев обошлась им очень дорого. Они потерпели от греков сокрушительное, бесславное и унизительное поражение в этой войне. Более того, проявление троянцами несговорчивости является классическим примером недальновидности и полного отсутствия прозорливости у властителей Трои. А демонстрация враждебности и агрессии к грекам является специфической разновидностью фрустрации, о признаках которой изложено выше. Когда право и законы «молчат» и не действуют, то говорят орудия и наступают ужасы войны со всеми ее катастрофическими последствиями.
Надо сказать, что в тот исторический период времени не было норм международного права, регулирующих порядок и условия прекращения военных конфликтов. Поэтому в умах троянцев вместо здравого рассудка, возобладала ничем не обоснованная надменность, тщеславие и ошибочная самоуверенность в своей неуязвимости и победоносных способностях. Но все обернулось трагичного и плачевно для троянцев.
Мотивы греков, побудившие их идти с войной на троянцев во имя восстановления справедливости и возврата похищенной, и насильно удерживаемой троянцами Елены, с нравственно-правовой оценки являются справедливыми. А если еще учитывать попытки греков по высвобождению Елены мирным путем и завершению возникшего конфликта миром, от которого отказались троянцы, не оставив грекам никаких шансов на мир, то действия греков по вызволению Елены силовым – военным способом вполне объяснимы и оправдаемы.
Поэтому с юридической точки зрения их можно признать правомерными. Тем более, что сама Елена выразила желание оставить Париса и вернуться к своему законному супругу Менелаю, когда греки обратились к троянцам с мирным предложением о добровольной передачи им Елены. Однако, троянцы вопреки ее желания и требований Менелая стали, по сути, насильно удерживать Елену, что в юридическом смысле признается пленением. В этих случаях заинтересованная сторона предпринимает законные меры по высвобождению незаконного похищенного лица из плена.
После осады греками Трои, троянцы заняли глухую оборону по защите города и предотвращению проникновения в него троянского войска. В этой ситуации, на первый взгляд напрашивается мысль о том, что действия троянцев по обороне своего города и оказанию вооруженного сопротивления грекам являются справедливыми. Но во имя чего? Во имя удовлетворения прихоти Париса, который свои чувства к женщине противопоставил уничтожению своего народа и всего троянского царства, которое в итоге пало и было уничтожено. Поэтому вряд ли данный поступок Париса по отношению к своему народу можно признать справедливым и правомерным.
Троянская война не была внезапной и вероломной, так как оно была начата с предварительным предупреждением греками троянцев о применении к ним вооруженной силы в случае их отказа от добровольного высвобождения Елены.
История троянской войны позволяет сделать следующие правовые выводы:
– поводом и причиной для начала Троянской войны послужили противоправные действия Париса по похищению Елены – законной супруги греческого царя Менелая;
– Троянскую войну можно было бы предотвратить и избежать путем заключения мира и добровольной передачи Елены грекам;
– Троянская война была справедливой со стороны греков;
– итоги Троянской войны: Троя пала, ее жители были отчасти перебиты, отчасти уведены в рабство, а город был разграблен и сожжен до самого основания, исчезнув с лица земли. Греки с победой вернулись домой, Менелай снова взял в жены прекрасную Елену;
– в Троянской войне абсолютно не учитывались общечеловеческие правила гуманизма, напротив, проявлялась крайняя жесткость и бесчеловечное обращение с людьми.
Все войны, в зависимости от количества привлеченной и примененной военной силы и техники, а также охвата территории, подразделяются на три основные разновидности войн: локальные войны, региональные войны и мировые войны.
Отличительными признаками мировой войны являются:
– количество вовлеченных в войну государств;
– широкомасштабный охват военных действий территориями нескольких государств;
– длительность войны по срокам, состоящей из несколько венных фаз – вызревания войны, эскалация и затухание войны.
Любая война с правовой стороны характеризуется следующими признаками:
– правомерностью или противоправностью целевой направленности военных действий;
– справедливостью или несправедливостью военных действий со стороны участников войны;
– масштабами военных потерь, а также порядок и условия их компенсации;
– гарантией соблюдения перемирия и условий мирных договоренностей;
– другие правовые стороны военных конфликтов.
У войны, как говорится, свои законы, как писанные, то есть легальные законы объективного права, так и не писанные – морально-нравственные законы, которые более всего относятся к принципам гуманности.
В древние времена законы войны менее всего признавались, а тем более соблюдались из-за низкого уровня интеллектуального развития людей. В средние исторические периоды воюющие стороны стали рассматривать и признавать возможность разрешения межгосударственных конфликтов путем подписания мирных соглашений. А в новое время воюющие стороны и вовсе обязаны придерживаться законов военного времени в рамках норм международного публичного права, которые начали формироваться и действовать в ХХ веке, о чем подробнее изложено в последующих разделах книги.
С точки зрения международного права, каждая война характеризуется следующими признаками:
– нарушением прав суверенных государств;
– нарушением внутригосударственных и межгосударственных норм права;
– нарушением клятвенных обещаний, установившихся традиционными порядками между государственными правителями, в том числе нарушение устных договоренностей между ними;
– совершением обмена межгосударственными документами по факту военных конфликтов (грамоты, ноты протеста, заверения, общения, ультиматумы и т. п.);
– ведением переговоров воюющими сторонами о мирных инициативах.
Но наиболее важной частью любой войны является ее окончание и оформление результатов войны договором о мире, провозглашающим новые принципы международных отношений в послевоенный период.
В мировой истории было четыре подобных мирных договора, кардинально изменивших систему международных отношений и миропорядок, базировавшихся на равновесии баланса политических сил на мировой арене. Речь о нижеследующих мирных инициативах:
1) Вестфальском мире, оформленном двумя мирными соглашениями – Мюнстерское и Оснабрюкское, подписанными 15 мая и 24 октября 1648 года. Этим миром завершилась Тридцатилетняя война в Священной Римской империи и была установлена новая система международных отношений;
2) Венском международном акте о мире и сотрудничестве, принятом европейскими государствами на Венском конгрессе 28 мая 1815 года, который определил новую расстановку сил в Европе, сложившуюся к концу наполеоновских войн, на долгое время обозначив ведущую роль стран-победительниц – России, Пруссии, Австрии и Великобритании – в международных отношениях.
3) Версальском мире — оформленном мирным договором, подписанном в Версале (Франция) 28 июня 1919 г., и зафиксировавшем официальное завершение первой мировой войны 1914–1918 годов, вследствие поражения Германии в этой войне и победой союзными державами: США, Британской империей, Францией, Италией, Японией, Бельгией, Боливией, Бразилией, Кубой, Эквадором, Грецией, Гватемалой, Гаити, Гондурасом, Либерией, Никарагуа, Панамой, Перу, Польшей, Португалией, Румынией, Сербо-Хорвато-Словенским государством, Сиамом, Чехословакией и Уругваем;
4) Потсдамском мире — оформленном в 1945 году соглашением – документом, зафиксировавшем итоги Потсдамской конференции, состоявшейся незадолго до окончания Второй мировой войны с 17 июля по 2 августа 1945 года во дворце Цецилиенхоф в Потсдаме. На Потсдамской конференции державами-победительницами были приняты решения о новом политическом и территориальном устройстве Германии, ее демилитаризации, выплачиваемых Германией репарациях и судьбе немецких военных преступников.
В древние исторические времена практически все государственные образования и самостоятельные народы, населявшие Европу и Азию постоянно находились в состоянии готовности к войне. Люди мало думали о мире и стремились к завоеванию чужих территорий или богатств, развязывая войны. Мужское население с юношества погружалось в военное дело, большая часть которых погибала в войнах. А женщины соответственно выполняли репродуктивную функцию и занимались бытом.
Поэтому поводу Платон15 говорил: – то, что большинство людей называет миром, есть только имя, на деле же от природы существует вечная непримиримая война между всеми государствами. Став на эту точку зрения критский законодатель установил все наши общественные и частные учреждения ради войны; он заповедовал охранять законы именно согласно с этим, т. е. никакое достояние, никакое занятие, вообще ничто не принесет никому пользы, если не будет победы на войне: ибо все блага побежденных достаются победителю16.
Как видим, в древние века война была нормой жизни для людней, которые готовы были к длительной военной осаде городов и крепостей. Человеческие потери, грабежи, разорения, мародерство, пожары, уничтожение городов и государств, изгнание в рабство целые народы в результате войн было нормой в древних цивилизациях. Военное дело в древних государствах считалось наиважнейшим и почетным занятием, поэтому оно постоянно развивалось и совершенствовалось. И только лишь Древний Рим в начальный период своего Республиканского правления в течение трехсот лет пребывал в состоянии умиротворения, создавая законы и культурные ценности (театр, архитектуру, право, философию и литературные опусы).
Войны и насилие стали естественными явлениями в жизнедеятельности древних людей, и следствием их произвольных насильственных действий. Философ, гуманист и мыслитель – Фома Аквинский17 писал, что насильственное движение противоестественно. Но движение воли иногда бывает противоестественным, что ясно из движения воли к прегрешению, которое противоестественно. Следовательно, движение воли может быть принуждено. Даже если то, что воля направляется к согрешению, является злым и противоречит разумной природе согласно истине вещи, тем не менее оно схватывается разумом как благое и подобающее природе, коль скоро является подобающим человеку согласно некоторому претерпеванию чувству или согласно какому-либо порочному навыку18.
Как видим, Фома Аквинский опровергает суждения, оправдывающие насилие, агрессию и гнев, как неконтролируемые сознанием и волей действия человека. Однако, если человек пожелает начать войну, проявить агрессию, выразить гнев, причинить боль, оскорбить, унизить и т. п., то он сделает это, причем вполне осознанно, чтобы реализовать свой воинственный инстинкт, заложенный в человеке природой, но, к счастью, поддающейся управлению.
Вся человеческая жизнь проникнута началом борьбы. Ибо борьба есть имманентная форма человеческой деятельности. И к чему бы человек не стремился, чтобы он ни создавал, он всюду наталкивается на препятствия, встречается с оппонентами, конкурентами, и наконец врагами, поэтому он должен постоянно менять мирные орудия труда на военное оружие.
И тем не менее, как писал С.Л. Франк19, сохраняется коренное различие между трудом созидающим и трудом-борьбой, между работой производительной и военным делом; лишь первая цена сама по себе и приносит действительные плоды, тогда как последнее нужно только для первой и оправдывается ею. Это соотношение применимо ко всем областям человеческой жизни. Всюду борьба есть хотя и необходимая, но непосредственно не производительная форма деятельности, не добро, а лишь неизбежное зло, и, если она вытесняет подлинно производительный труд, это приводит к обнищанию и упадку соответствующей области жизни. Производство и война суть как бы символы двух исконных начал человеческой жизни, и нормальное отношение между ними, состоящее в подчинении второго начала первому, есть всегда условие прогресса, накопления богатства, материального и духовного, – условие действительного успеха человеческой жизни20.
В своих суждениях С.Л. Франк напоминает о том, что жизнедеятельность людей происходит в двух направлениях: войны и мира, соответственно зла и добра, из которых только добро и мир должны возобладать над людской деятельностью. В тоже время и военное ремесло является необходимостью для обеспечения мира до тех пор, пока войны полностью не исчезнут с лица земли. О том как можно искоренить войны или во всяком случае элиминировать их масштабы и количество, изложено в последних главах книги. Но пока на земле сохраняется хотя бы один очаг войны, не говоря уже о масштабных мировых войнах, потребность в военном ремесле и военном искусстве будет востребована для защиты мирных граждан и обеспечения им спокойной жизнедеятельности.
Война – это такого рода ремесло, которым частные люди честно жить не могут, поэтому война должна быть делом только республики или королевства, говорил Макиавелли21. Государства, если только они благоустроены, никогда не позволят какому бы то ни было своему гражданину или подданому заниматься войной как ремеслом, и ни один достойный человек никогда ремеслом своим войну не сделает. Никогда не сочтут достойным человека, выбравшего себе занятие, которое может приносить ему выгоду, если он превратится в хищника, обманщика или насильника и разовьет в себе качества, которые необходимо должны сделать его дурным.
Люди, большие или ничтожные, занимающийся войной как ремеслом, далее рассуждает Макиавелли, могут быть только дурными, так как ремесло это в мирное время прокормить их не может. Поэтому они вынуждены или стремиться к тому, чтобы мира не было, или так нажиться во время войны, чтобы они могли быть сыты, когда наступит мир.
Ни та, ни другая мысль не может зародиться в душе достойного человека; ведь если хотеть жить войной, надо грабить, насильничать, убивать одинаково друзей и врагов, как это и делают такого рода солдаты. Если не хотеть мира, надо прибегать к обманам, как обманывают военачальники тех, кому они служат, притом с единственной целью – продлить войну. Если мир все же заключается, то главари, лишившиеся жалования и привольной жизни, часто набирают шайку искателей приключений и бессовестно грабят страну22.
Противопоставляя мирный труд военному промыслу, как бессмысленному труду в мирное время, Макиавелли по сути противопоставил войне мир, ратуя за мирную жизнь, говоря о ничтожности и бесполезности войны и военного ремесла.
Иного суждения придерживался древнеримский философ Сенека23. Сопоставляя мирную жизнь человека с войной, он говорил: подумай сам, чтобы ты выбрал, если б тебе предоставили право выбора – жизнь на войне или в съестной лавке. А ведь жизнь та же война. И те, кто готовы на всякие труды и бросаются во всевозможные опасные предприятия, те храбрые мужи и лучшие из бойцов. Те же, кто, видя, как трудятся другие, сами пребывают в вялости и покое, – подобны голубям, которых никто не трогает за их слабость24. Сенека видит в человеке больше воинственного начала, нежели чем умиротворенное состояние, поэтому он и призывает к вечной борьбе, как к источнику продолжения рода человеческого, но не через мир, а через воинственность. Односторонний взгляд великого философа на человеческую жизнедеятельность обусловлен отражением в его сознании сущности человеческой жизни того исторического периода времени, в котором он сам проживал, когда все общественные и межгосударственные отношения базировались на борьбе за власть, за деньги, за труд и наконец за жизнь.
Однако, спустя почти восемь веков, когда человеческая жизнедеятельность во многом и значительно изменилась на новом ветке исторического эволюционного развития, тем не менее, схожую мысль высказал другой именитый философ немецкого происхождения – Гегель25. Он говорил, что дух всеобщего сочетания, под которым подразумевал правительство страны, как рефлектированный в себя действительный дух, есть а) простота и б) негативная сущность изолирующих систем, под которыми он подразумевал личную независимость и личное право индивида. И для того, чтобы последнее не укоренились и не укрепились в этом изолировании, благодаря чему целое могло бы распасться и дух улетучился бы, правительство должно время от времени внутренне потрясать их посредством войн, нарушать этим и расстраивать наладившийся порядок и право независимости; индивидам же, которые, углубляясь в это, отрываются от целого и неуклонно стремятся к неприкосновенному для – себя – бытию и личной безопасности, дать почувствовать в указанной работе, возложенной на них, их господина – смерть26.
Для обычного гражданина, не погруженного и не посвященного в глубины философской онтологии о сущности бытия, изложенные суждения Сенеки и Гегеля о воинственной сущности человека (Сенека) и необходимости регулярных войн, чтобы человек не был слишком независимым от правительственного духа (Гегель), покажутся несуразными и противоречащими концепции нормальной жизнедеятельности человечества, то есть без войн и катастроф.
Однако суждения Сенеки и Гегеля имеют и положительную сторону, ибо в них кроется глубинное рациональное «философское зерно», раскрывающее источник возникновения войн, точнее инициатора войн, о чем поведал Гегель, обозначив таковым – правительство. Не народ затевает войны, а власть, которую Гегель обозначил, как рефлектированный в себе действительный дух – простая самость нравственной субстанции в целом27. Или, как говорил Гюстав Лебон28, авторитетность и нетерпимость представляют собой такие определенные чувства, которые легко понимаются и усваиваются толпой и также легко применяются ею на практике, как только они будут ей навязаны. Массы уважают только силу, доброта их мало трогает, так как они смотрят на нее как на одну из форм слабости. Симпатии толпы всегда были на стороне добрых властителей, и самые высокие статуи толпа воздвигает первым, а не последним. Кто умеет вводить толпу в заблуждение, тот легко становится ее повелителем; кто же стремится образумить ее, тот всегда бывает ее жертвой29.
В тоже время, мир и мирную жизнь обеспечивает только толпа – та самая управляемая толпа, о которой говорил Лебон. Толпа является победителем на войнах, толпа является источником всех богатств на земле и наконец, толпа, когда ее социальные интересы существенно попираются, восстает и противостоит властям, о чем свидетельствует все история человечества. И в конечном итоге толпа желает только мира, и не просто мира, а мира через право и законы.
Русский философ Николай Бердяев30 писал, что война горьким опытом своим научит тому, что народ должен стяжать себе положительную силу и мощь, чтобы осуществит свою миссию в мире31. Ибо мир является самым благостным словом для всего человечества. И когда люди произносят это слово, они имеют в виду прежде всего спокойную и мирную жизнь на земле, а потом уже они говорят о втором значении этого слова, как мироздании, то есть как окружающую нас природную среду и объекты материального мира.
Мирная жизнь, о которой так много говорят и пишут, и есть то самое воплощение рая, каковым религиозно верующие люди считают потусторонний мир или новую жизнь на небесах, не замечая того, что рай можно устроить здесь на земле без войн, катастроф и хаоса, порождаемые людьми.
Состояние мира и мирной жизни целиком и полностью находятся в человеческой власти. Мир – это способ сосуществования людей без войн и конфликтов; это сбалансированное общественно-социальное состояние между людьми и политическое равенство между государствами. Однако сегодня такой мир слишком хрупок перед воинственной и агрессивной сущностью человека, и сохранить его можно только путем миролюбивого общежития между людьми, государствами и различными международными организациями. Одним из наиболее эффективных способов и механизмов обеспечения прочного мира на земле является правовой механизм, обеспечивающий мир на договорной основе или мир через право – норм международного публичного права.
Каждый индивид, равно как каждое сообщество людей и каждое государство в силу естественного права вправе претендовать на мирную жизнь. Для этого они обязаны соблюдать и сохранять существующий мир, причем не только на основе духовно-нравственных и религиозных начал, но и в силу обязательных предписаний, содержащихся в законодательных актах, имеется в виду в государственных конституциях каждого суверена или в нормах международного права. Международная мирная жизнь обеспечивается путем союзного сосуществования сопредельных государств, наций и народностей, а также путем экономических, культурных, гуманитарных и религиозных связей между государствами. Поэтому мирное сосуществование зависит от каждого государства, его внешнеполитических установок и внутренней политической ситуации.
В древней истории есть не мало примеров, когда мирная жизнь одного государства и народа нарушалась религиозной или внутриполитической неприязнью другого – более мощного и сильного государства, при том, что малое государство никакой угрозы не представляло более сильному государству. Тем не менее, сильные – вассальные государства вступали в войны и завоевывали малые государства для получения контроля над их политической и экономической жизнью, порабощая их народы и захватывая их территории. Историческим примером подобных войн являются древние иудейские войны.
Иудейские войны происходили, начиная с последнего тысячелетия до н. э. и до начала II века н. э., между иудеями и римлянами. Истоки возникновению Иудейских войн уводят нас в древнюю летопись иудейского народа, содержащуюся в Ветхом Завете Библии, повествующей историю приобретения иудейскими племенами мест постоянного обитания. Изначально еврейский, он же иудейский народ, не был оседлым из-за отсутствия места для постоянного проживания (отдельной территории), поэтому этот народ относился к группе кочевых семитских племен, обитавших более четырех веков в Египте – в низовьях Евфрата в области Ур, где преимущественно правили кочевые племена – гексосов, также относившиеся к семитской группе племен. И только в конце XIII века до н. э. после вытеснения египтянами евреев из Верхней Месопотамии, еврейский народ поселился на Палестинской земле и принес на эту землю нечто новое для людей – веру в Единого Всемогущего Бога Яхве, которого открыл им их вождь Моисей.
Эдуард Гиббон32 писал, что благочестивая и даже требовательная привязанность, которую обнаружили к Моисеевой религии иудеи, жившие после сооружения второго храма, покажется еще более удивительной, если мы сравним ее с упорным неверием их предков. В то время как закон был ниспослан на горе Синай при раскатах грома, как волны океана и течение планет были приостановлены для удобства израильтян, а мирские награды и наказания были непосредственными последствиями их благочестия или их неповиновения, они беспрестанно бунтовали против очевидного величия их божественного монарха, ставили идолов различных наций в святилище Иеговы и даже перенимали фантастические обряды, совершавшиеся в палатках арабов или городах Финикии. По мере того, как Небо справедливо отказывало в своем покровительстве столь неблагодарной расе, ее вера мало-помалу крепла и очищалась. Современники Моисея и Иисуса Навина взирали с беспочвенным равнодушием на самые удивительные чудеса. А в менее отдаленные времена, в то время как иудеи терпели страшные бедствия, вера в эти чудеса спасали их от всеобщего заражения язычеством, так, что этот оригинальный народ – в нарушение общеизвестных принципов человеческого ума, – по-видимому, с большею твердостью и с большею готовностью верил в традиции своих дальних предков, чем в свидетельство своих собственных чувств33.
По Библии евреев на обетованную ханаанскую (палестинскую) землю привел Моисей после долгого и зависимого пребывания евреев в Египте. Закрепление постоянного места жительства на палестинской земле оказалось сложным для евреев в связи с вынужденными постоянными отражениями военных вторжений и набегов со стороны других семитских племен: филистимлян, хананеян, маовитян, амонитян и др. Войны с ними длились более ста лет.
И только после образования Израильского царства при Сауле, как повествует французский историк Жорж Ру (1914–1999), и победы, одержанные Давидом над филистимлянами, хананеянами и государствами, находившимися к Востоку от Иордана (Аммон, Идумея и страна Моав), освятили господство потомков Авраама над Палестиной. Последующее правление Соломона было периодом великой славы еврейского народа34.
Правление Соломона было мирное и во многих отношениях благодетельное; слава всеобъемлющей мудрости, приписываемая Соломону не только еврейскими, но и всеми восточными преданиями, конечно, недаром выпала на долю этого замечательного государства, отмечает немецкий историк Оскар Егер. Изменения, внесенные царской властью в народную жизнь, были полезны и разумны. Благодаря ей создался внутренний порядок, оживилась промышленная деятельность и даже деспотизм одного правителя, как бы он ни был тягостен временами, был все-таки гораздо более сносен, чем предшествовавшая ему неурядица и произвол многих мелких местных тиранов. Но в еврейском народе никогда не смолкали исконные демократические стремления, направленные против новой царской власти. К этому примешивались, отчасти, зависть некогда сильнейшего из колен Ефремова, к преобладавшему при царях колену Иудину35.
Однако, славное правление Соломона после его смерти в 935 году до н. э. закончилось восстаниями, и царство было разделено на две части: Израиль на севере со столицей в Самарии и Иудею на юге, которая продолжала управляться из Иерусалима, пишет Жорж Ру36.
Распад страны совпал с нападением на Палестину соседних крупных держав, которое закончилось катастрофой для еврейского народа. В 722 г. до н. э. ассирийский царь Саргон II захватил столицу нового Израиля Самарию, разорил город и увел в Ассирию значительную часть населения государства. В итоге Израильское царство навсегда сошло с исторической арены, а уведенное в плен население Израиля ассимилировалось и растворилось среди населения Ассирийской державы. Иудея при этом осталась в стороне от ассирийского нашествия, сохранив тем самым свою независимость, которая продолжалась недолго, так как в 586 г. до н. э. нововавилонский царь Навуходоносор II взял столицу Иудеи Иерусалим, разрушил храм бога Яхве и увел значительную часть населения в Вавилонию.
Вся последующая история иудейского народа повествует о постоянной и ожесточенной борьбе за независимость иудейского государства. Во II и III веках до н. э. Иудея находилась под управлением греческих эллинов и была подвергнута сильному влиянию греческой культуры и укладом жизни, которые не совпадали с иудейской религией и культурой. В связи с этим в иудейском обществе возник вопрос о сохранении религиозно-культурной обособленности или принятие эллинской культуры и уклада жизни. Большинство иудейского народа выступило против греко-эллинской культуры и уклада жизни, что навлекло на иудеев большую беду.
В 167 году до н. э., греко-сирийский царь – Антиох IV македонского происхождения, управлявший Сирийским царством, которое находилось под жестким влиянием и зависимостью эллинов, в рамках проводимой им жесткой политики по эллинизации (распространении греческого языка и культуры) еврейского населения Иудеи, запретил иудеям выполнять законы их Бога – Яхве под угрозой смертной казни. Это обстоятельство послужило поводом для начала первой иудейской войны (167–142 до н. э.), вошедшая в историю как Маккавейская война, и подробно описанная древнееврейским историком и военачальником – Иосифом Флавием в его книге «Иудейская война».
Поводом и причиной начала Маккавейской войны между Сирийским и Иудейским царствами стало религиозное противостояние, т. е. война религий, при том, что каждый народ вправе исповедовать ту религию, которую он принял и признал в качестве официальной. Однако вопреки этого постулата, сирийцы, находящиеся под протекторатом греков-эллинов, стали требовать в принудительном порядке от иудеев отказа от своих религиозных обрядов, традиций и уклада жизни, взамен на греческую культуру и традиции.
Требование сирийцев нарушало религиозные чувства и права иудейского народа и государства Иудеи. Более того, данное требование было заявлено под угрозой применения силового воздействия для его исполнения. С правовой точки зрения, Маккавейская война со стороны греков-сирийцев была противоправной и соответственно не справедливой, а со стороны иудеев эта война стала оборонительной и вынужденной для защиты своих религиозных прав и традиций.
Иосиф Флавий пишет, что для реализации целей войны, греко-сирийский царь – Антиох IV, став во главе могущественной армии, вторгся в Иудею, взял приступом Иерусалим, убил множество приверженцев Птолемея (представителя египетской династии царей), предоставил солдатам право беспрепятственно грабить; самолично ограбил Храм и остановил обычные ежедневные жертвоприношения на три года и шесть месяцев. Антиох IV, однако, не довольствовался ни неожиданным покорением города, ни грабежом, ни великой резней. Обуреваемый своими необузданными страстями и воспоминанием о трудностях иерусалимской осады, он принуждал иудеев, вопреки их отечественным законам, оставлять детей необрезанными и приносить на алтарь в жертву свиней.
Матттафия, сын Хесмоная, один из когенов селения Модин, далее пишет Иосиф Флавий, вооружился сам, а также вооружил пять своих сыновей, и кинжалом заколол военачальника Вакхида. В первое мгновение он, из боязни перед многочисленным гарнизоном, бежал в горы; но, когда к нему присоединилось много народа, он воспрянул духом, спустился вниз, победил в решительном сражении военачальников Антиоха и изгнал их из пределов Иудеи37.
После этого Иудея приобрела независимость, а ее народ еще больше уверовал в бога Яхву, причислив Его заслуги в победе над сирийцами, тем самым укрепив веру в действительность договора иудеев с богом Яхвой, и в свою «избранность» перед Богом. Это был период расцвета иудейского царства, где правили представители династии Хасмонеев, которые включили в состав иудейского государства всю Палестину.
Однако, в 63 году до н. э. на территорию Палестины вторгся римский полководец Помпей, который после трехмесячной осады овладел Иерусалимом, и римляне проникли в храмовый двор. Ничто, однако, пишет Флавий, так глубоко не сокрушало народ в тогдашнем его несчастье, как то, что незримая до сих пор святая святых была открыта чужеземцами. Помпей, в сопровождении своей свиты, вошел в то помещение храма, куда доступ дозволен только первосвященнику, и осмотрел все его содержимое: подсвечник с лампадами, стол, жертвенные чаши и кадильную посуду – все из чистого золота, – массу сложенного фимиама и храмовый клад, состоявший из 2000 талантов. На следующий же день после штурма он дозволил очистить Храм и возобновить обычное жертвоприношение. Точно также он, как и подобает доброму полководцу, старался успокоить народ больше милостью, чем строгостью. На Иудею и Иерусалим он наложил дань. Все города, которые иудеи завоевывали в Келесарии, он отнял, поставив их в зависимость от тогдашнего римского легата; иудейское же царство он ограничил его собственными границами38. В результате Палестина стала римской провинцией во главе с римским наместником – прокуратором.
В это время между иудейским народом произошел религиозный раскол, которой разделил народ на различные, так называемые, партийные секты, состоявшие из фарисеев, саддукеев и ессеев. Между ними стали происходить распри из – за политического влияния на прокуратора, занимавшегося госуправлением. Эти события проходили в период наместничества в Иудее римского прокуратора Гесия Флора, коварного и жадного лихоимца, который постоянно повышал налоги и взимал с народа высокие подати, крал казну и обогащал личное состояние. Возмущенные финансовой политикой Гесия Флора, иудеи обратились за помощью к иудейскому царю Агриппе, попросив его обратиться к императору Нерону о смене Гесия Флора на другого прокуратора. Однако такая замена затянулась, что вызвало сильное недовольство иудейского народа и побудило его на вооруженное восстание против римского прокуратора, в том числе путем захвата военного гарнизона римлян – крепости Масада, в котором находились римские легионеры.
Узнав о недовольстве иудеев и их восстании против Гесия Флора, Нерон в 69 году до н. э. направил против восставших армию под командованием легендарного полководца – Тита Флавия Веспасиана, фактически начав войну против иудеев, которая оказалась второй иудейской войной.
Римское войско встретило сильное военное сопротивление со стороны иудеев, поэтому с первого раза римлянам не удалось овладеть Иерусалимом. И только после повторного похода на Иерусалим полководца Тита – сына Веспасиана, Титу удалось завладеть Иерусалимом, который был полностью разрушен, а Храм был сожжен римским легионером.
Униженные осквернением веры и уничтожением святыни – Храма, иудеи оказали открытое массовое вооруженное сопротивление римлянам во главе с Симоном Бар-Кохбой, освободив Иерусалим и часть Палестины. Однако усилившийся последующий военный натиск со стороны римских легионеров во главе с полководцем Юлием Севера, ослабило сопротивление иудеев, и в результате был захвачен их последний оплот – крепость Масада, а Бара – Кохба погиб в сражении при обороне крепости.
По итогам второй иудейской войны иудеи потерпели поражение. Иерусалим и другие города Иудеи оказались под полным контролем римских наместников, а большую часть евреев изгнали, которые рассеялись по всему Ближнему Востоку. В частности, большое количество евреев осело в Вавилоне, Египте, Александрии, Риме, Греции, Македонии и других государствах.
Можно ли было предотвратить вторую иудейскую войну правовым – мирным способом? История повествует о том, что можно было. Иосиф Флавий подробно описал, как жители Иерусалима пытались договориться с Гесием Флором, когда он с войском въезжал в Иерусалим, но он отверг мирные предложения и намерения иудеев и повел себя агрессивно39. К сожалению, разум не возобладал над гневом и эмоциями. О справедливости и вовсе не могло быть речи.
Подводя итог истории иудейских войн, можно сделать следующие краткие правовые выводы:
– поводом и причиной для начала иудейских войн послужили: а) греко-римское вмешательство во внутренние дела и жизнь Иудейского царства, в виде насильственного, то есть военного насаждения греческой религии и культуры и б) грабительская римская фискальная политика;
– иудейские войны вполне можно было бы предотвратить и избежать путем мирного согласования с иудеями порядка проведения религиозных обрядов и традиций, гармонично сочетая их с греческой культурой, а также путем изменения фискальной политики римлян посредством заключения соответствующих двухсторонних соглашений, а не казнокрадства со стороны Гесия Флора;
– иудейские войны были захватническими со стороны римлян и освободительными со стороны иудеев;
– итоги иудейских войн: Иерусалим пал, Храм сожжен, большую часть жителей Иерусалима насильно изгнали из иудейского государства, они рассеялись по разным государствам юго-восточной Европы.
Если войну можно избежать мирными инициативами, то необходимо следовать именно этому правилу, ибо победители войн, в конечном итоге через несколько десятков лет сами становятся жертвами военной агрессии из-за успокоительной и упоительной послевоенной мирной жизни. История, как известно повторяется. Наглядным примером смены мира на войну является Древний Рим, который после смерти императора Феодосия I распался в 395 году на Западную Римскую империю и Восточную Римскую империю, сосуществовавшие вместе всего лишь 80 лет, так как в 476 году Западная Римская империя, после военного вторжения северогерманских варварских племен, которые с легкостью захватили ее и поселились на всей ее территории, стала огромным вассальным государством германских варваров.
В 800 году Карл Великий объявил себя императором Августом всей Западной части Римской империи, признав ее преемницей и наследницей Древнего Рима. А в 962 году германский король Оттон I с легкостью захватил весь Рим и возродил Римскую империю, которая вошла в историю как Священная Римская империя германской нации и просуществовавшая почти тысячу лет. Новая Священная Римская империя совершенно не походила на Римскую империю периода принципата и домината, а была всего лишь была жалким подобием цивилизованного Древнего Рима. В разные периоды в ее состав входили многие страны Европы: Италия, Германия, Чехия, Нидерланды, некоторые регионы Франции и балканские народы.
Восточная Римская империя (Византия) также просуществовала почти тысячу лет, но в 1453 году пала под натиском турков – османов, которые захватили Святыню христианского мира Константинополь и со временем обосновали там центр Османской империи.
Стремление к расширению своих территорий и усилению влияния на другие государства, захватывая их с последующим подчинением, было внешнеполитическим трендом средневековых Франции, Германии, Англии, Испания и Италия, входивших в состав Священной римской империи германской нации, которые в последующих XVIII–XX веках начали создавать мировую колониальную систему, полностью рухнувшую к концу ХХ столетия в результате национально-освободительных войн.
Что подталкивало государственных правителей, наделанных властью, богатством и влиянием к регулярным войнам, вопреки воли своих подданых и своего народа? Чего им не хватало для нормальной мирной жизни? При ответе на эти вопросы напрашивается множество причин, побуждающих вассалов вести свои народы с войной на другие народы и государства. Среди них особое место занимают такие причины, как тщеславие, прославление и возвышение, о которых устами Заратустры говорил Ницше40, провозглашая и восхваляя войну, как символ возвышения и возвеличия над всеми, и даже над Богом.
Заратустра говорил, я знаю о ненависти и зависти вашего сердца. Вы недостаточно велики, чтобы не знать ненависти и зависти. Так будьте же настолько велики, чтобы не стыдиться самих себя. И если вы не можете быть подвижниками познания, то будьте, по крайней мере, его воинами. Они спутники и предвестники этого подвижничества. Будьте такими, чей взор ищет врага – своего врага. Своего врага ищите, свою войну ведите – за мысли свои! Любите мир, как средство к новым войнам. И при том короткий мир – больше, чем долгий. Я призываю вас не к работе, а к борьбе. Я призываю Вас не к миру, а к победам. Да будет труд ваш борьбой и мир ваш победою!
Вы говорите, что благая цель освящает войну? Я же говорю вам, что благо войны освящает всякую цель. Война и мужество совершили больше великих дел, чем любовь к ближнему. Не жалость ваша, а храбрость ваша спасала доселе несчастных. Ваша любовь к жизни пусть будет любовью к вашей высшей надежде, а этой высшей надеждой пусть будет ваша мысли о жизни. Но ваша мысль должна быть приказана мною – и она гласит: человек есть нечто, что должно превзойти. Так живите вы своей жизнью повиновения и войны! Что пользы в долгой жизни! Какой воин хочет, чтобы щадили его! Я не щажу вас, я люблю вас сердцем, мои собратья по войне! Так говорил Заратустра41.
Эту оду и асану войне мог воспеть человек не познавший мирной жизни или не нашедший себя в ней, то есть человек, с очевидность воспитанный под натиском агрессии, недоброжелательности и недружелюбия. Страх, обида и злоба, которые впитались в Ницше с детства, выплеснулись в наружу через литературные мысли и суждения, пронизанные протестом, войной и агрессией. Даже будучи взрослым, Ницше не смог полноценно адаптироваться к мирной жизни, так и не поняв всю ее прелесть, находясь в состоянии душевного расстройства и внутреннего конфликта между сознанием и бытием. Иначе он не вложил в уста Заратустры призывы к войне.
Darmowy fragment się skończył.