Три года AD не выходит из квартиры на двадцать шестом этаже. Работа — базы данных, еда — на коврике у двери, разговоры — сообщениями. В примечаниях к каждому заказу у него стоит одно и то же: «Оставить у двери, не звонить, не ждать, спит ребёнок». Ребёнка нет. Есть отлаженный протокол, который заменил ему всё остальное.

В вечер ледяного дождя район обесточивает, а на площадке начинает дымить щиток. Чтобы вызвать пожарных, нужен чужой телефон; чтобы попасть домой на 26 этаж — чужая помощь. И первый человек, который за три года заговорит с ним вслух, окажется той самой курьершей, которой он два года писал про спящего ребёнка.

Рассказ о том, что доступность — не присутствие и что просьба, сказанная голосом, дороже тысячи сообщений.