Czytaj książkę: «Милая моя…»

© Визбор Ю.И., наследники, 2026

© ООО «Издательство АСТ», 2026

Дизайн обложки Александра Воробьева

Составитель Василий Доценко

Я сердце оставил в Фанских горах

Горы – это вечное свидание

 
Здравствуйте, товарищи участники!
Ветер мнет палаток паруса.
Горы, накрахмаленные тщательно,
Гордо подпирают небеса.
 
 
Радостным пусть будет расставание,
Наши огорчения не в счет.
Горы – это вечное свидание
С теми, кто ушел и кто придет.
 
 
Ах, зачем вам эти приключения?
Можно жить, ребята, не спеша.
Но исполнен важного значения
Каждый высоту дающий шаг.
 
 
За горою вечер догорающий.
Путь наш и не легок, и не скор.
И живут в сердцах у нас товарищи,
Те, кто больше не увидит гор.
 
 
Но потом, вернувшись с восхождения,
Чаю мы напьемся от души,
И горит в глазах до изумления
Солнце, принесенное с вершин.
 
 
Радостным пусть будет расставание,
Наши огорчения не в счет.
Горы – это вечное свидание
С теми, кто ушел и кто придет.
 

1977

Домбайский вальс

 
Лыжи у печки стоят,
Гаснет закат за горой.
Месяц кончается март,
Скоро нам ехать домой.
Здравствуйте, хмурые дни,
Горное солнце, прощай!
Мы навсегда сохраним
В сердце своем этот край.
 
 
Нас провожает с тобой
Гордый красавец Эрцог,
Нас ожидает с тобой
Марево дальних дорог.
Вот и окончился круг —
Помни, надейся, скучай!
Снежные флаги разлук
Вывесил старый Домбай.
 
 
Что ж ты стоишь на тропе,
Что ж ты не хочешь идти?
Нам надо песню запеть,
Нам надо меньше грустить.
Снизу кричат поезда —
Правда, кончается март…
Ранняя всходит звезда,
Где-то лавины шумят.
 

1961

Теберда

 
Теберда, Теберда, голубая вода,
Серебристый напев над водой.
Теберда, Теберда, я хотел бы всегда
Жить в горах над твоею волной.
 
 
Серебрей серебра там бурунная рать
По ущелью бурлит не смолкая,
Там в туманной дали бастионом стоит
Синеватая Белалакая.
 
 
Теберда, Теберда, голубая вода,
Нет красивей твоих тополей.
Я б остался всегда коротать здесь года,
Если б не было русских полей.
 
 
Я б остался, поверь, если б как-то в метель
Я б одну не довел бы домой.
Теберда, Теберда, голубая вода,
Серебристый напев над водой.
 

1952

Синие горы

 
Я помню тот край окрыленный,
Там горы веселой толпой
Сходились у речки зеленой,
Как будто бы на водопой.
Я помню Баксана просторы,
Долины в снегу золотом…
Ой горы, вы синие горы,
Вершины, покрытые льдом.
 
 
Здесь часто с тоской небывалой
Я думал, мечтал о тебе.
Туманы ползли с перевалов
Навстречу неясной судьбе.
Звенели гитар переборы,
И слушали их под окном
Ой горы, ой синие горы,
Вершины, покрытые льдом.
 
 
Пусть речка шумит на закатах
И блещет зеленой волной.
Уходишь ты вечно куда-то,
А горы повсюду со мной.
Тебя я увижу не скоро,
Но счастлив я только в одном:
Ой горы, ой синие горы,
Вершины, покрытые льдом.
 

1956

Хижина

 
Лучами солнечными выжжены,
Красивые и беззаботные,
Мы жили десять дней на хижине
Под Алибекским ледником —
 
 
Там горы солнцем не обижены,
А по февральским вечерам
Горят окошки нашей хижины,
Мешая спать большим горам.
 
 
Известные своей решимостью,
Несемся мы по склонам солнечным,
И лишь одной непогрешимостью
Мы держимся в крутых снегах.
 
 
Пускай в долинах будет хуже нам,
Но не привыкли мы сутулиться:
Всегда верны мы нашим хижинам
И не завидуем дворцам:
 
 
Там горы солнцем не обижены,
А по февральским вечерам
Горят окошки нашей хижины,
Мешая спать большим горам.
 

1962

Слаломисты

 
Три тыщи лет стоял Кавказ,
И было грустно так без нас,
Ходили барсы по тропе,
Не опасаясь КСП.
 
 
Слаломисты, слаломисты —
Ленинградцы, москвичи.
Снег пушистый, воздух чистый,
Принял старт – быстрее мчи!
 
 
Но вот на склоне новички,
На грудь повесили значки,
И нацепили «мукачи», —
Они не едут, хоть кричи.
 
 
Туман спускается с вершин,
На склоне ночью ни души,
Лишь метеоры за окном
Горят на спуске скоростном.
 
 
Живем мы в разных городах,
Где нету снега, нету льда,
Но лето – это ж ведь не век,
Опять услышит Алибек:
 
 
Слаломисты, слаломисты —
Ленинградцы, москвичи.
Снег пушистый, воздух чистый,
Принял старт – быстрее мчи!
 

1961

Непогода в горах

 
Свечка темно горит,
Дождик в окно стучит,
Лето – сплошной обман,
В соснах висит туман.
 
 
Врут все мои друзья,
Что, мол, придет рассвет,
Что, дескать, есть края,
Где непогоды нет.
 
 
И не пробьет тех туч
Солнца густая кровь,
Их лишь разгонит луч,
Луч тот – твоя любовь.
 
 
Непогода в горах, непогода!
В эту смену с погодой прокол,
Будто плачет о ком-то природа
В нашем лагере «Узункол».
 
 
Нам-то что? Мы в тепле и в уюте
И весь вечер гоняем чаи.
Лишь бы те, кто сейчас на маршруте,
Завтра в лагерь спуститься б смогли.
 

1978

Хибины

 
Что есть на земле – всё стремятся укрыть
Снега в бесконечном посеве.
Представьте себе, что возможно любить
Страну под названием Север.
 
 
Забудутся песни и споры,
Но там, где мы шли на подъем,
Вот эти Хибинские горы
Останутся в сердце моем.
 
 
Зажги свой костер у подножья сосны.
Здесь горы о мужестве помнят,
Здесь в варежке держит фонарик луны
Глухая полярная полночь.
 
 
И всем, кто ходил в этих синих снегах,
Кто этой умылся водою,
Представьте, навечно она дорога —
Земля под Полярной звездою.
 
 
И если огонь на суровой заре
Погаснет, воскреснуть не смея,
Я сердцем прижмусь к этой мерзлой земле
И, может, ее отогрею.
 

1981

Лишь утром снега берегут

 
Лишь утром снега берегут
Остатки ночной тишины.
Стоял альпинист на снегу
У скал красноватой стены.
 
 
И кончив вязать на себе
Веревку, ведущую к другу,
Пожал он багровой Ушбе
Холодную скальную руку.
 

1952

Мадагаскар

 
Чутко горы спят,
Южный Крест залез на небо,
Спустились вниз в долину облака.
Осторожней, друг, —
Ведь никто из нас здесь не был,
В таинственной стране Мадагаскар.
 
 
Может стать, что смерть
Ты найдешь за океаном,
Но все же ты от смерти не беги.
Осторожней, друг, —
Даль подернулась туманом,
Сними с плеча свой верный карабин.
 
 
Ночью труден путь,
На востоке воздух серый,
Но вскоре солнце встанет из-за скал.
Осторожней, друг, —
Тяжелы и метки стрелы
У жителей страны Мадагаскар.
 
 
Южный Крест погас
В золотом рассветном небе,
Поднялись из долины облака.
Осторожней, друг, —
Ведь никто из нас здесь не был,
В таинственной стране Мадагаскар.
 

1952