Czytaj książkę: «Мегакапля»
Золотые колосья тяжело шумели на ветру. Васюк с трудом протискивался между ними, раздвигал толстые стебли руками. Поддавались они плохо. Наплечная сумка то и дело цеплялась за узкие плотные листья и приходилось останавливаться, чтобы её освободить.
Но вот колосья стали тёмно-жёлтыми. Эти уже зрелые.
А вот и проплешина – тут зерно уже собрали.
– Васюк! Долго же ты!
Юрче стоял с другой стороны проплешины. Его наплечная сумка, которая лежала на земле, была уже наполовину полна зерном.
– Привет, Юрче.
– Ты один?
– Да.
– Хорошо.
Юрче усмехнулся и посмотрел Васюку за спину долгим взглядом. Крутые кудри его, такие же яркие, как колосья, волновались на ветру. Рубаха была расстегнута на груди, а концы витого пояса болтались чуть ли не у колен.
– У меня к тебе есть дело. – Сказал Юрче.
Васюк, который разложил свою сумку на земле и уже было схватился за первый колос, замер. Этот вот голосок, с вкрадчивой нотой, дрожащей, как оса, говорил о многом.
– Ну? – Угрюмо спросил Васюк.
– Ночью я иду к Щитку.
Васюк сам не понял, как выпустил колос из рук и тот, шурша, упал на землю.
– Что ты сказал?
– Иду к Щитку. И хочу, чтобы ты пошёл со мной.
– Зачем?
– Затем, что не хочу идти один.
Юрче улыбался, больше походя этой улыбкой на драчуна, чем на просителя. Но Юрче всегда такой. Он – лучший добытчик деревни. Самый молодой и самый сильный. Косая сажень в плечах, руки что лопаты, силы как у десятерых! И главное – нюх. Юрче чуял капли как не чуяли их даже старики.
Васюк другой. Нескладный и тихий, любая одежда на нём болтается, как на пугале. Двигается он будто у него ничего не гнётся. Васюк и слова лишнего боится прилюдно сказать, не то что рассмеяться: громко, во всю мощь лёгких, как это делает Юрче. А капли находит разве что случайно.
Но они выросли вместе. С детства бок о бок, где один, там и второй.
– Зачем тебе идти к Щитку? – Спросил Васюк.
– Я хочу пробраться за него.
Юрче обернулся и, прикрыв глаза ладонью, взглянул на гору.
Массивную серую массу горы венчала высокая башня, чья тупая макушка пряталась в облаках. Старая, белесая, чудом ещё стоявшая на всех семи ветрах, она служила вечным напоминанием существования чего-то чужого и опасного.
– Ты же знаешь, что туда не пройти. Ходы завалены и закрыты. Киркой будешь каменную породу долбить? Или чего? Снаружи тоже не пробраться, ни одной щели! До тебя сколько народу пробовало.
– Когда пробовало? – Юрче нарочито медленно сплюнул. – Сто лет назад? Мы пройдём. Я знаю, что пройдём.
– Мы?!
– Ну да. Я и ты.
– Но мне зачем идти к Щитку? Ты выдумал глупость – ты время своё и теряй!
Васюк разошёлся, хотел ещё много чего сказать своему другу, которому почти одному только и не боялся говорить в лицо, что думает, но Юрче его перебил.
– Осана согласилась выйти за меня.
Все слова как мелкие камешки застряли у Васюка в горле.
Он любил Осану много лет. Столько, сколько вообще себя помнил. Рыжие косы и розовые губы, которые всегда улыбаются. Ямочки на её щеках и на её локтях… и большие глаза, которые взглянут будто украдкой – и дар речи теряешь.
Васюк всегда знал, что Осаны не видать ему, как своих ушей. Она любит Юрче и выйдет за Юрче. Все знали. Недавно ей исполнилось шестнадцать… так что всё правильно, как и должно быть. Но в горле стоял комок и Васюк думал лишь об одном: как бы ноги не подкосились, не дали опозориться, показать свою слабость.
– Поздравляю. – Глухо выдавил он спустя минуту.
– Спасибо.
– Но… зачем тогда тебе Щиток? Осана и так согласилась за тебя выйти! Без испытания!
– Я хочу сделать ей подарок. – Юрче сделал паузу и добавил: – Большую каплю.
– Что?
– Ты слышал, Васюк. Хочу что-нибудь такое совершить, чтобы меня всегда помнили! Чтобы никто до меня такого не смог! Ты только представь! Вся деревня будет праздновать! Меня запомнят на много поколений! Юрче, который добыл большую каплю, будут говорить. И про тебя не забудут. Васюк, который всегда был с ним рядом. Здорово, да? Мы подарим нашим людям воду! Целую огромную… в два наших роста лужу! Купайся, сколько влезет! Много дней праздник! Понял? Ну что, как тебе идея?
Идея была не очень, но Васюк молчал. Эта вот энергия, которая ключом била из Юрче – она требовала выхода. Толкала Юрче на глупости, заставляла что-то выдумывать, без конца что-то творить.
И она же питала таких задохликов, как Васюк. Иногда ему казалось, без Юрче он лишь незаметная тень: ни девушки его не видят, ни охотники. Его мысли будто в загоне сидели и боялись шаг за ограду сделать. А мысли Юрче летали чуть ли не выше неба!
– И Осана будет рада. – Закончил Юрче.
Вот эти-то слова всё и решили. Они-то и стали последней каплей. Васюк кивнул.
– Ладно. Пойду с тобой.
– Тогда на рассвете у северного оврага.
И Юрче вернулся к сбору колосьев, напевая что-то себе под нос. Будто ничего не случилось.
***
Занималась заря, когда Васюк добрался до оврага. Юрче уже ждал. Он лежал на поваленном стволе, нога на ногу, руки под головой, смотрел в переплетённые ветви ивы и жевал сухую рыбью стружку.
– Давно ждёшь? – Спросил Васюк.
– Нет, только пришёл.
Юрче приврал, оба знали, но Васюк был благодарен за его враньё, которое позволяло не оправдываться.
Они пошли по лесу в сторону Щитка, который было видно уже отсюда. Почему его так прозвали, тоже никто не знал, ну, Щиток и Щиток. Лучше бы говорить – башня, но это не так красиво.
– Так что ты надумал? – Спросил Васюк. – Как ты хочешь туда попасть?
– Говорят, под землёй есть ход. Справа в горе, если от деревни идти.
– Ну, говорят. Так он же завален.
– Перекрыт. Там металлическая дверь.
– Ну да. Которую никак не открыть.
– Я сон видел… – Юрче притормозил. – Красный глаз.
– Это что такое?
– Это когда в темноте мигает глаз. Красный. Высоко. Значит, там есть проход за Щиток.
– Ну это же просто сон!
– А я узнавал… в летописях говорится про Красный глаз. Раньше такие были. В древности.
– Это когда?
– Когда деревню только строили.
– Строили? Деревня была вечно!
– Ну, так не бывает… Когда-то же её строили. Тогда Красные глаза за всеми наблюдали.
Васюк вздохнул. Юрче не переубедить, он до последнего будет стоять на своём. Ну и ладно. Сходят к горе, глянут, ничего не случится. Может даже капли найдут. Может даже свезёт и найдут много.
Всем известно, что капли летят как раз от Щитка. Вроде оттого, что там ветер с неба спускается и гонит их над землёй. Правда, чем дальше от горы, тем ниже опускаются капли, за деревней уже и на земле лежат, даже дети могут найти. И находят. Юрче вот свою первую каплю нашёл в семь лет. А Васюк… ну, как всегда. Васюк только в тринадцать. Старики говорят, это потому что капли чувствовать надо, но Васюк в их словах сомневался. Просто зрение нужно хорошее, внимательность и немного везения. А у него зрение с детства хромало: попробуй разбери на бледной траве прозрачную каплю, если она не сверкнёт зеркальным бочком.
Васюк задумался и не заметил, что Юрче ушёл вперёд. Леса тут были нехоженые, дикие. Всё из-за башни. То гул от неё какой-то неприятный идёт, отчего уши болят, то земля дрожит и из-под ног уходит. А иной раз пойдёшь туда и потом лежишь без сил два дня, сам не знаешь, отчего. Так и бросили туда со временем ходить.
Поэтому вокруг Щитка разросся лес и расплодились мураши.
Хищников у деревни не водилось, но мураши могли прокопать под землёй свои норы, в которые можно провалиться и увязнуть. А они и сожрать могут. Так что приходилось смотреть под ноги.
А Юрче шёл себе, насвистывал и под ноги почти не смотрел. Перепрыгивал через булыжники и стволы, отпинывал грибы и ленивых жаб, которые не успевали убраться с их пути, а временами подпрыгивал и висел на ветвях деревьев, как чистая макака.
Васюку сил хватало только ноги передвигать и котомку свою тащить. Но он не завидовал. На Юрче было приятно смотреть, он как живой огонь в ночи, который разгоняет жуткую темень.
До горы они добрались быстро, уже к обеду. Тут лес стал совсем другим. Когда земля ровная была, и по зарослям шлось нормально, здесь же приходилось карабкаться по укрытым травой и кустарником огромным валунам. Когда один такой дрогнул под ногой Васюка и сдвинулся с места, тот от страха чуть не завопил. Застыл как будто окоченел.
– Держись.
Юрче как стрела метнулся и подхватил Васюка раньше, чем тот упал.
– Спасибо.
Но друг уже впереди и не слышит: прыжком перемахивает через кучу сухого валежника, а следом сразу через широкий овраг. Будто бессмертный какой-то!
Васюку приходится куда тяжелее. Страшно. Нога соскользнет, застрянет в расщелине камней, камень повернётся, да ещё и придавит… и останешься тут, под ним навсегда. Поэтому каждый шаг теперь проверяется, по каждому камню приходится постучать, да потом опору найти.
– Васюк! – Донеслось издалека. – Нашёл! Я пещеру нашёл!
Хотелось рвануть вперёд… но Васюк продолжал делать шаг за шагом с прежней скоростью. Он давно перерос то время, когда мечталось быть, как Юрче, мечталось бежать с такой же скоростью и смеяться так же заразительно. Каждому своё, ничего не поделаешь.
А пещеру и правда издалека не заметить. Юрче сидел у входа на корточках и заглядывал сквозь занавес травы, которая длинными своими языками словно ковёр занавешивала проход.
– Сейчас уже буду. – Сказал Васюк.
– Не спеши, – отмахнулся Юрче.
Васюк не спешил. Каждый шаг основательный, точный.
– Что там?
– Проход. Темно только.
– Ничего не видно?
– Не-а.
Отсюда и Щиток не видать: плотные кроны закрывают и башню, и небо. Даже когда ветер дует, они волнуются, шуршат, но не расходятся.
– Как думаешь, для чего её строили? – Васюк задрал голову, прищурился, но в высоте по-прежнему виднелась лишь мельтешащая зелень.
– Не знаю. – Юрче пожал плечами. По голосу было слышно, что ему не интересно, строили и строили, значит, надо было. А если не надо было – тем более наплевать.
– Подумать только. – Васюк, наконец, добрался до входа в пещеру, встал на плоский камень. – Столько сил затратить, чтобы такую высоченную башню отгрохать! Это же… годы! Жизни! Много лет надо работать, да ещё, наверное, все вместе взрослые должны работать… чтобы Щиток этот выстроить. И зачем? Толку от него!.. Стоит себе огромная железная дура, и ничего не делает! Даже внутрь не залезть.
– Вот сейчас и залезем. – Бодро ответил Юрче. – Лампу взял?
– Да.
Они зажгли две небольшие масляные лампы, укрытые слюдяными колпачками. Этого света хватило, чтобы видеть, куда идти.
В пещере пол оказался более-менее ровным, без больших камней и трещин, но тоже всё заросло, только корнями. Они свисали с потолка: белые, длинные, извилистые, как черви. Васюк то и дело задевал их руками и от прикосновения холодных гладких корней ему становилось противно.
А Юрче их будто не замечал. И снова вышло, что Юрче впереди, раздвигает и рвёт корни, а Васюк за его спиной по чистому проходу идёт.
– Вот она.
Юрче застыл столбом, а потом бросился вперёд и начал обрывать одной рукой спутанную завесу, потом развернулся, сунул в руки Васюка свою лампу и продолжал уже двумя руками.
– Вот она!
Васюк посветил вперёд.
За последним слоем корней виднелась ровная серая поверхность… на ней остатки каких-то надписей. Пятна мха, который едва цеплялся за гладкую сталь, оставленные от слизней липкие дорожки следов.
– Дверь! Это дверь!
Юрче отступил на несколько шагов и залюбовался своей находкой.
– Она… открыта? – Спросил Васюк.
Юрче тут же попробовал. Рукой толкнул, плечом, потом ногой пнул. Раздался металлический лязг
– Не-а. Закрыта.
– Ну, давай искать, как открыть.
Они искали долго, но у них ничего не вышло. Как открывается эта странная дверь, они так и не поняли.
Юрче оборвал все корни вокруг, Васюк убрал их подальше, чтобы не мешались под ногами. Они вычистили и потолок, и стены. Ничего. Остался только серый камень, глина и дверь. Дверь сливалась с каменной породой, будто была единым целым. Ручек не было. Юрче нашёл острый камень, а когда начал им стучать по металлу, камень оставил разве что царапину. Ничего не помогало. Ножами ковырять они не стали, бесполезно, а то и вовсе ножи сломают. А хороший нож сделать непросто.
Васюк устал первым. Сел на расстоянии, скрестил ноги, направил на дверь свет лампы и стал думать.
Юрче ещё ходил некоторое время, недовольно поглядывал на дверь да скрежетал зубами, но после тоже сдался. Сел рядом с Васюком.
– Мы должны… должны зайти! – Словно во сне повторял Юрче. – Думай, Васюк! Думай, как нам туда попасть!
– Да откуда мне знать? – Васюк нахмурился. – Всё, как старики и говорили. Закрыто тут. И не открыть. Не мы первые, не мы последние пробовали – и не вышло!
– Думай! – Упрямился Юрче.
– Да думаю я, думаю!
– Я не мог прийти просто так. Время настало. Настало, понимаешь? Мне это снилось.
– Погоди… А Красный глаз твой? Он чего?
– Нету его тут. – Юрче сжал челюсти и кивнул наверх. – Под потолком я тоже всё обыскал. Нет Красного глаза…
– Так может и сон твой ни к чему был? Наслушался баек про Щиток, начитался старых хроник – вот и померещилось. Мы проверили. Прохода дальше нет, ты же видишь!
– Как хочешь, Васюк, но я отсюда не уйду.
Юрче сжал зубы, раздул ноздри, уставился на дверь и замер.
Да, так тоже бывало. И не уйдёт ведь! Васюк знал – он может хоть в деревню вернуться, Юрче не станет его задерживать. Но и сам не пойдёт. Будет здесь сидеть, пока эта чёртова дверь под его упрямым взглядом не сдастся и сама собой не распахнётся!
Что? Что они могут сделать? Чего не делали раньше? Копать, стучать, ломать, кричать. Что?
Васюк вскочил.
– Костёр! Давай разведём огонь!
– Зачем?
– Да просто так! Чего ещё делать?
– Думаешь… – Юрче встал медленно, повернулся вокруг своей оси. – Думаешь, тут спрятаны капли?
– Не знаю. Просто давай запалим огонь!
Через время они сидели у костра. Корни и валежник, который они нашли поблизости от входа в нору нещадно дымили, но горели. Дым, к счастью, уносило в проход.
– И что? – Юрче смирно сидел напротив. – И что? Думаешь, искупаемся?
– Хотя бы… Хоть не зря сходили, получается…
Они переглянулись и расхохотались. Оба были в земле и в мятой зелени, свою рубаху Юрче успел разодрать в левом боку и теперь в прорехе виднелись рёбра.
Огонь тем временем трещал и разгорался всё сильней.
Но воды не было.
Значит, капель тут нет. Васюк не то чтобы надеялся, однако мысль такая мелькала.
Капли – они ведь небольшие, с ноготь величиной. Не всегда и заметишь. А в каждой – по три ведра воды. Если каплю нагреть и она лопнет. Василь смотрел на обломки корней, которые торчали с потолка, но это были просто корни. Если капли где и зарождаются, то точно не здесь.
Вдруг Юрче крепко схватил его за руку. Васюк даже не сразу понял: друг застыл, пристально смотря вперёд и чуть вверх.
А там…
Красный глаз был крошечный, прятался где-то в углу и еле заметно подмигивал.
– Это он нам? – Шёпотом спросил Васюк.
– Это он. – Тихо ответил Юрче. – Красный глаз.
Юрче поднялся и смело вытянулся перед глазом.
– Ты меня видишь? – Крикнул он. – Я тут! Я пришёл!
Васюк и сказать ничего не успел, как вдруг раздался странный звук, будто птичье пиликанье и вдруг прямо по ним прошлись яркие зелёные лучи. Юрче успел отпрыгнуть, а Васюк – нет. Но лучи сразу же исчезли.
– Ты как? – Юрче уже стоял рядом, ощупывал Васюка. – Что оно сделало?
– Ничего. Я ничего не чувствую.
Тем временем раздался скрежет – и дверь дрогнула. А потом открылась.
Юрче посмотрел на Васюка долгим взглядом, быстро раскидал костёр, затушил огонь и направился к двери.
– Пошли.
Васюк незаметно сжал дрожащие руки в кулаки и пошёл за ним. Оставить друга он не мог.
Сразу за дверью они ступили на странную мягкую поверхность. Чёрная, вся в одинаковых дырах. Васюк присел и аккуратно её пощупал.
– Резина.
Юрче почти не смотрел по сторонам: на коридор с гладкими голубыми стенами и на потолок, по которому, как змеи ползли толстые провода разного размера. Каждые несколько метров под потолком горели яркие огни размером с длинное яйцо гагары.
Юрче пошёл вперёд, Васюк бросился за ним. Не оставаться же тут одному?
– Где мы? – Спросил он.
– Это Щиток… внутри.
– Мы идём в башню?
– Посмотрим.
Коридор вывел их в круглую комнату без потолка. Внутри комнаты была огромная полая труба, а вверх шли ярусы, словно сложенные друг на друга поленья. Всё это терялось где-то в высоте.
– Мы в подвале. – Сказал Васюк.
– Башня… она огромная, – прошептал Юрче.
– Может, вернёмся, пока не поздно?
Юрче глянул на него, ничего не ответил, но Васюку стало горячо от стыда. Что-то мелко задребезжало. Юрче склонил голову, будто искал источник звука под полом.
Но звук шёл сверху. Оттуда по трубе спустилась кабинка: небольшая, аккуратная, размером с уличный туалет. Открылись почему-то двойные двери. Внутри было светло и так же серо, как в коридоре.
– Нам туда.
Юрче не сомневался, просто пошёл вперёд. Васюк подумал, что он бы так быстро в эту кабину не полез, мало ли что там. Хотя Васюк тут бы и не оказался… он бы и к горе-то не подошёл по своему желанию.
Как только они вошли в кабинку, дверцы захлопнулись. Васюк вздрогнул, но Юрче был спокоен, поэтому они просто стояли и ждали.
Кабинка полетела вверх, это чувствовалось по движению. Оба схватились за ручки на стенах, но кабина не дергалась. На одной её стене было что-то вроде листа бумаги, на котором появлялись рисунки. Цифры и всякие значки… они менялись, появлялись другие, и третьи. Васюк ничего не понимал, от них осталась лишь рябь в глазах.
И вот кабинка остановилась, дверцы снова открылись… перед ними опять лежал коридор. Только теперь по нему шла какая-то красная линия, которая загоралась и мигала, как живой светлячок.
– Нам туда.
Юрче пошёл по линии.
– Почему ты думаешь, что туда?
– Кто-то же её включил.
– Думаешь, тут есть кто-то живой? – Васюк встал на месте как вкопанный.
– Не знаю… А ты что думаешь?
– Старики говорили… раньше было такое волшебство – всё само собой происходило. Ну, ты говорил вслух, чего хочешь, а твои пожелания тут же выполнялись.
– Сами по себе? Или их исполняло какое-то существо?
– Какое существо может это сделать? – Васюк кивнул на коридор.
– Не знаю. – Юрче вздохнул. – Да и какая разница? Пойдём.
– Только не спеши. Будем слушать, что впереди!
– Ну, давай.
Они медленно двинулись вперёд, прислушиваясь к каждому звуку. Только вот звуков никаких не было, только их собственные шаги и дыхание.
Коридоров становилось много, один превращался в два, а то и в три, и они сворачивали в тот, по которому пролегала алая светящаяся нить.
На стенах то и дело были нарисованы треугольники и слово “ЩИТ” огромными буквами. И ещё куча мелких значков, которые, наверное, что-то значили, но они не знали, что.
Нить закончилась у очередной двери, обе створки которой тоже были украшены треугольником. А ещё там были нарисованы какие-то жёлтые молнии и незнакомые буквы.
– Ну вот мы и пришли. – Сказал Юрче и радостно улыбнулся.
Они ждали недолго. Дверь беззвучно отворилась и Васюку почему-то захотелось развернуться и убежать. Вернуться в деревню и жить дальше, как ни в чём не бывало. Любоваться Осаной, пусть даже со стороны, собирать капли и зёрна. А в самые холодные вечера собираться у огня и рассказывать жуткие истории про башню из железа, в которую никто не может попасть. Да и не нужно…
Но он не мог бросить Юрче.
Комната за дверью оказалась огромной. Она была доверху набита какими-то странными предметами. В ней всё переливалось, сверкало и пищало, множество гладких пластинок покрывали рисунки, которые двигались сами по себе.
Это было жуткое место.
Они брели между этими штуками, напрягались от каждого звука, но никого не видели. В комнате было пусто.
В какой-то момент они подошли к огромному длинному ящику с прозрачными стенками, которые все сплошь были разрисованы картинками и надписями, в ящик со всех сторон заходило много разноцветных трубок и проводов.
Юрче подошёл к ящику первым. А когда подошёл Васюк, то понял, что перед ними не ящик.
Это был гроб.
Человек, который лежал внутри, был очень стар. Тонкая кожа цвета сухих листьев покрывала лысый череп и острый нос. Глаза были закрыты и, кажется, слиплись. А щёки… облезли, будто кожа на них порвалась.
Васюк отступил.
– Почему они не хоронили трупы?
– У меня гости…
Голос прозвучал так неожиданно, что Васюк всё же подпрыгнул. Лишь в последний момент удержался, чтобы не спрятаться за Юрче.
– Приятно видеть, что вы пришли. Я так давно один, что каждый звук, который издаёт живой человек, кажется чем-то потрясающе прекрасным. Жизнь звучит так красиво! Любая жизнь. Присаживайтесь, гости, чувствуйте себя как дома.
– Кто это говорит? – Юрче осторожно отступил в сторону и принялся разглядывать переплетения трубок и коробок.
– Это он. – Васюк дёрнул Юрче за рубаху и указал на гроб. – Это он говорит…
– Верно, это я. Меня зовут Олег. А вас?
Васюк и рта открыть не успел.
– Меня зовут Юрче. Мой друг – Васюк. А ты кто? Мертвец? – Голос у Юрче был спокойный, он спрашивал без страха, с интересом.
– Мертвец? – Раздался скрипучий смех. – Мертвец… Можно и так сказать.
Васюк не отводил взгляда от прозрачного гроба и видел, что там, внутри, ничего не шевелилось. Вообще. Даже губы у трупа не двигались. Но как же тогда он разговаривал?
– Присаживайтесь, ребята. Вы, наверное, устали. Хотите пить? Есть?
– Пить? – Воскликнул Васюк. – У тебя есть вода?
Мертвец молчал. Васюк и Юрче переглянулись.
– Вода… – Мертвец вздохнул. – Знаю. Для вас вода – роскошь…
– Что такое роскошь? – Шёпотом спросил Юрче у Васюка. Тот пожал плечами.
– Вода – ресурс, который вам получить сложно. Желаемый комфорт. Вот что это такое. – Продолжал мертвец.
– А вам? – Осмелел Васюк. – Вам воду получить не сложно?
– Нет.
– Как так? – Спросил Юрче, снова с интересом. И, пожалуй, с каким-то щенячьим восторгом. Ему тут нравилось.
– Садитесь. Я всё расскажу.
Васюк заметил какой-то мягкий квадратный брусок, который стоял поближе к стене, подальше от гроба. Юрче ничего другого не нашёл и сел рядом.
– Сидите и слушайте. Вы же не просто так пришли?
Юрче пожал плечами, будто мертвец из гроба мог его видеть.
– Не просто так. – Сказал Васюк.
– А зачем?
– Мы ищем большую каплю! Или даже много больших капель! Ты знаешь, где они? – Васюк и сам не ожидал от себя такой смелости. Юрче промолчал, а он – нет.
Мертвец снова рассмеялся.
– Знаю. И вы их получите. Когда я закончу свою историю.
Юрче вцепился в Васюка руками и сделал круглые глаза – мол, я же говорил! Говорил! И да, Юрче снова оказался прав… они и правда могли унести отсюда большие капли. Если в малой три ведра, в большой точно не менее трёх бочек!
– В большой капле пять тысяч литров. – Заявил мертвец.
Пять тысяч! Васюк сглотнул. Пять тысяч! В ведре около двенадцати… в малой капле тридцать пять литров. А пять тысяч… Такое разве бывает?
– И ты дашь нам эту каплю? – Охрипшим голосом спросил Юрче.
– Дам. Обещаю. Но это не всё… – Голос мертвеца стал медленным и каким-то равнодушным. – Мы вернёмся к этому… позже. Пока выслушайте меня.
И вдруг перед ними появилось яркое красочное свечение… как будто откуда-то из воздуха соткалась огромная живая картина. Как те, что вокруг. На ней сразу же показалось небо, по которому плыли облака.
– Это экран. Я покажу вам то, что случилось века назад. Это – Земля.
На экране возник огромный красочный шар на тёмно-синем фоне. Красивый, как подземные грибы, которые в деревне собирали в начале весны.
Васюк уставился на картину, да так, что и про Юрче забыл. Тот, однако, смирно сидел рядом.
– Земля – планета, с которой прилетели сюда ваши предки. Видите? Это – один из самых больших городов того времени. Некоторые дома в этом городе достигали двух километров в высоту. В каждом из них жило столько людей, сколько, вероятно, вы не сможете себе даже представить… Очень много. И вот в конце двадцать первого века на Землю напали инопланетные захватчики. Бессчётное количество монстров… и земляне не смогли выяснить, откуда они прилетают. И чего хотят. Они просто появлялись, изматывали людей своими атаками, разрушали города и очаги производства – и пропадали. Их орды не уменьшались.
Васюк смотрел на картинки… на людей, таких же, как он сам, только в непонятной одежде… на высоченные дома вроде башен, только со множеством окон, и везде – свет… на какие-то странные предметы округлой формы, которые двигаются, в которые садятся и из которых вылезают люди. На девушек в ярких, пёстрых платьях. Дороги на картинках были ровные, всё было такое чистое, светлое… как из сказки, что старики рассказывают.
А потом эти незнакомые деревни стали взрываться и гореть. Васюк вздрогнул, хотя и не знал этих людей. Но огонь – это всегда страшно.
В результате остались одни дымящиеся развалины. А люди пропали. По крайней мере, чистые и красивые. Вместо них появились грязные, слабые и пугливые – они постоянно и от всего прятались.
Потом картинка сменилась – теперь по тёмному ночному небу плыли какие-то огромные, неуклюжие пузыри, будто обмотанные цепочками огоньков.
– Это космические корабли. В какой-то момент было решено спасать человечество. Увозить на одну из планет, подходящих для колонизации. Оптимальной стала эта… та, где мы сейчас находимся. Вы, должно быть, не знаете, что ваши предки с другой планеты?
Юрче и Васюк переглянулись. Конечно, знали.
– Мы с неба упали, – недовольно сказал Васюк. – Это все знают.
– С неба упали? Ну, можно и так сказать. И вот как это было. Общими усилиями люди выбрали и оборудовали из всего земного космического флота три корабля, которые и повезли первых переселенцев. Всё прошло хорошо, корабли долетели до точки назначения на сверхсветовой скорости, высадили людей, и люди принялись активно обустраивать новое поселение. Секунде… так они назвали эту планету. Второй шанс. Конечно, у неё было и другое, звучное официальное название, но люди стали называть её так.
– Секунде – это наша деревня! – Воскликнул Васюк.
– Да. Теперь вы называете так своё поселение. Но это неважно. Так вот, всё шло согласно плану. Один из кораблей опустился на поверхность, мы сейчас в нём. Начал процесс терраформирования…
– Стой! Мы на корабле? – Юрче вскочил, указывая на картинку, где летали красивые, неповоротливые штуки. – Это корабль? Мы же в башне!
– Нет. – Голос мертвеца звучал спокойно, хотя его и перебили. – Вы на корабле, который опустился на поверхность для процесса терраформирования. Это значит, корабль должен был изменить поверхность планеты, сделать условия более подходящими для человеческого проживания. Вы называете это место башней?
– Щитком. – Уточнил Васюк.
– Щиток. Так называлась защитная система корабля. Она работает до сих пор и не позволяет уничтожить всё то немногое, что сохранилось от людского поселения. Климатический контроль. Контроль излучения. Контроль метеоритных осадков. Без этого деревня давно бы вымерла.
– Ага, как же, – презрительно фыркнул Юрче.
Мертвец будто не слышал.
– Итак, корабль сел на поверхность и приступил к терраформированию. Главное заботой была вода. Здесь она практически отсутствует, следовательно, почти нет растительности. Забавный факт. Человечество к моменту заселения Секунде умело создавать космические корабли дальнего следования, но так и не научилось создавать воду. Простейшие элементы, всего два атома водорода и один кислорода – что в этом может быть сложного? Но энергетическая отдача от соединения настолько взрывоопасна, что воду делать человечество по-прежнему не умело. Пока не полетело сюда. Это было одновременно и спасением, и проклятьем… Итак, в процессе терраформирования выяснилось, что запасов привезённой с собой воды недостаточно, ледяная глыба, которую буксировал один из кораблей, по дороге почти полностью развалилась на куски и растерялась. Потом ещё сломалась главная распределительная установка и часть воды была растрачена зря. Нужно было искать выход, без воды мы бы не выжили. И тогда учёные отдела терраформирования вместе со специалистами “Щита” плотно взялись за эту проблему и… создали капли. Сконструированный ими аппарат позволял получать воду новым методом – в виде спрессованных в нано-капсуле атомов. Когда такая капсула нагревалась, вся энергия от создания воды тратилась на разрыв оболочки. Получилась такая лёгкая, компактная упаковка, которая позволяла даже разносить её потоком воздуха над землями в нужных местах планеты. А проблему высокой температуры тоже решили – с помощью точечного теплового луча.
Васюк задумчиво кивнул. Да, так и было. Каплю ничем не разрушить. Можно давить её в руке, кусать зубами, даже глотать – и такие смельчаки находились – и она просто выходила наружу с экскрементами, оставаясь такой же, как была. Только огонь… только жар заставлял каплю лопаться и отдавать воду. Или те алые лучи в небе, после которых сверху хлестала вода.
– Но потом случилось нечто похуже отсутствия воды. – Продолжал голос. – Напрочь пропала связь с Землёй. Командование кораблей собралось для принятия решения. Аналитики “Щита” доказали, что для функционирования человеческого поселения хватит одного корабля. Два других корабля, которые оставались на орбите и часть экипажа отправились в обратный путь, к Земле. С тех пор от них тоже нет новостей. Передачи оборвались в момент входа в Солнечную систему. Мы остались одни… во всей вселенной. Вот такая вот печальная история.
Юрче покосился на Васюка и пожал плечами. Васюк тоже пожал. Они не понимали, отчего у мертвеца такой несчастный голос и чего тут печального. Ну нет и нет новостей, чего им горевать. И насчёт одни… Секунде – их дом, они тут родились и выросли, всех знали и совершенно не нуждались в каких-то посторонних людях.
– Потом стало ещё хуже. Произошёл раскол в команде и большая часть людей ушла из корабля в поселение на поверхности, хотя оно ещё не было готово к нормальной жизни. Но они ушли. Выдумали какую-то религию… и убили командира миссии и двух его помощников. Они планировали управлять всем, захватить корабль, но здесь смог остаться один из инженеров “Щита”. Он сумел забаррикадироваться.
– Ты? – Зачем-то спросил Васюк. – Ты остался?
– Ну что ты. – Раздался сухой смех, который звучал довольно жутко, потому что мертвец продолжал лежать неподвижно и его губы не шевелились. – Не я. Это было почти два столетия назад. Так что это был не я. Его звали… а впрочем, уже неважно. Так вот, благодаря этому человеку, чьё имя уже стёрлось из истории, ваше поселение всё ещё функционирует. И, возможно, дождётся помощи.
– Зачем нам помощь? – Фыркнул Юрче. – Мы и сами обойдёмся!
– Нет. Даже если учитывать, что защитные системы “Щита” смогут работать в автономном режиме ещё очень долго, существует одно направление, которое не способно функционировать без человека. Вода. Её производство требует регулярного контроля человека. Когда я окончательно умру, капель не станет. Вас ждёт долгая мучительная смерть.
А вот это уже… уже напрягает.
Васюк почувствовал, как заколотилось в груди сердце. Нет, сразу он не поверил, но этот… мертвец – он ведь сидит тут, в башне? Где всё такое странное? И как-то владеет силой, которая открывает двери? И много знает про большие капли. И… вообще.
– Корабль до сих пор не закончил терраформирование. Ему не хватило времени. Ещё тридцать пять лет… тридцать пять лет протянуть – и воды будет достаточно. Запустится цикл круговорота. Но есть проблема. Я столько не протяну. Поэтому… вам решать.
– Что решать? – Глухо спросил Юрче, который за последние минуты рассказа, кажется, ни разу даже не шелохнулся.
– Кто-то должен занять моё место. И протянуть тридцать пять лет. Здесь, в башне, как вы её называете. Кто-то должен защитить вашу Секунде. И кроме вас, этого сделать некому. Видите? Тут только я и вы.
Голос хмыкнул и замолк.
Стало тихо. Васюк не понимал, что сказал мертвец, а может, просто не хотел понимать. Он ждал, пока что-нибудь случится, время сдвинется с точки, на которой замерло, и всё будет как раньше.
– Я включу помощника. – Продолжал мертвец. – Это искусственный интеллект, то есть машина. Он не настоящий. Но он будет обучать вас и составит вам компанию, чтобы вы не сошли с ума. Гарри, рабочий режим!
– О, у нас гости! Приветствую!
Новый голос был такой… такой, что даже голос Юрче звучал хуже. Спокойный, добрый, он что-то задел в душе Васюка, захотелось слушать его бесконечно.
– Так приятно видеть новых людей. – Добавил голос.
– Живых, ты хотел сказать? – Хрипло засмеялся мертвец. – Ну как, Гарри, ты ещё не растерял навыки? Сможешь обучить квантовой механике дикаря?
– Смогу. С использованием нейропластин даже обезьяну можно обучить чему угодно.
– Нейропластины – это больно. – Мрачно сказал мертвец. – Но сейчас хотя бы два варианта… со мной такого не было.
– Ты прав, Олег. С тобой выбора не было. Ты пришёл сюда один.
Юрче, пока шёл весь этот разговор, наклонился к Васюку.
– Ты слышал?
– Про воду?
– Ага. Как думаешь, врёт?
Васюк пожал плечами.
– А не пора ли нам повеселиться? – Спросил мертвец.
Новый голос, Гарри, молчал.
– Ты чего молчишь?
Юрче снова наклонился, чтобы опять что-то прошептать Васюку на ухо, но не успел.
Вдруг раздался отвратительный громкий вой, от которого буквально заложило уши. Замигал ослепительно-яркий свет. Васюк зашипел от боли и прищурился.
– К сожалению, вынужден доложить об аварийной ситуации. – Невозмутимо сказал Гарри. – Произошедший скачок температуры и давления после открытия шлюза спровоцировал выброс газа и как следствие подземный обвал. Нам грозит наклон корабля примерно в двенадцать градусов и падение на двести метров. Удар при падении будет такой силы, что живые организма его не выдержат.
Комнату начало трясти. Да так резко, что Васюк соскользнул с сидения и приложился головой об пол. С трудом сел. Перед глазами всё расплывалось. Что-то продолжало оглушительно визжать, не давая собраться с мыслями. Ясно было одно – надо бежать.
– Ты как?
Васюк поднял голову и увидел Юрче. Угадал вопрос по движению его губ.
Кивнул, мол, в порядке.
– Всем нужно немедленно покинуть корабль, иначе вы погибните. В вашем распоряжении пятнадцать минут. Начинаю отсчёт…
Юрче, у которого на лице тоже отпечатался след от падения, поднял Васюка и побежал к гробу, стал щупать трубки и заглядывать за его изголовье.
– Мертвец! Что нам делать? Как тебя вытащить?
Васюк тоже доковылял до гроба и стал щупать крышку сбоку. Должна же быть застёжка! Какой-нибудь замок!
– Он не выживет без своей камеры. – Сообщил Гарри. – Оставьте его.
– Бегите. – Сказал мертвец.
– А… что мы можем сделать? Как мы можем помочь? – Закричал Васюк.
– Капли у выхода. – Добавил мертвец. – Они ведь вам нужны? Возьмите их.
– Мы можем тебе помочь? – Снова спросил Юрче.
– Что нам сделать? – Повторил Васюк. – Скажи нам!
Мертвец молчал.
Вдруг визги прекратились, красные и оранжевые огни пропали, как и тряска. Стало так тихо, что Васюку показалось – он оглох.
– Молодцы. – Вдруг сказал мертвец.
Юрче и Васюк стояли над гробом и смотрели друг на друга дикими глазами.
– Извините за эту небольшую проверку. Всегда мечтал это сделать. – Заговорил мертвец. – Не обижайтесь. Со мной когда-то поступили так же. Только я сбежал…
– Это… не по-настоящему? – Юрче разозлился и пнул гроб, вернее, коробку, на которой тот стоял. Раздался металлический лязг.
– Ещё раз прошу прощения. Я так рад… знаете, иногда я думал – может, всё зря? Кто мне все эти вот люди… которые живут в поселении, копаются там в земле, в грязи – и даже не знают, что я для них делаю? Вся жизнь… всю жизнь положить ради незнакомых дикарей! Горькая, злая мысль, которая выедает душу.
В голосе мертвеца появилась горечь.
– Но теперь я вижу вас – и не жалею. Я рад.
Юрче отступил от гроба.
– Так что? Если корабль в порядке, мы можем уйти?
– Ничего не изменилось. Один может уйти. Но если вы хотите, чтобы ваша деревня выжила, чтобы жили ваши родные… а в будущем чтобы люди смогли заселить эту планету – один должен остаться.
– Да ты же врун! – Возмутился Юрче. – Может, ты опять врёшь?
– Нет, к сожалению. Я докажу, что говорю правду. Гарри, привези им Мегакаплю.
– Выполняю.
– Капли изготавливаются здесь, на корабле, под моим присмотром. Большая часть процесса проходит автоматически… весь этот корабль работает под управлением искусственного интеллекта… к счастью. Иначе, как я уже сказал, мы все уже давно бы погибли.
В стене вдруг что-то стукнуло, вжикнуло и упало. Открылась незаметная дверца… и к ногам Юрче и Васюка выкатилась огромная капля.
Она была размером с человеческую голову, в остальном не отличалась от прочих капель: густой, плотный перламутр. Васюк присел и тут же ощупал каплю. Потом они с Юрче схватили её, в четыре руки попытались растянуть в стороны – но та выскальзывала из пальцев и, упруго покачиваясь, мгновенно возвращала себе форму.
– Это озеро. – Сказал мертвец. – В ней столько воды, что хватит наполнить целое озеро. Такая лужа размером с три ваших поселения и глубиной в два дома. Теперь вы мне верите?
Радость тут же испарилась. Васюк смотрел на каплю и ему становилось не по себе. Внутренности жалко дрожали.
– Один из вас отнесёт Мегакаплю в поселение – и у вас будет озеро. А второй останется здесь, займёт моё место, будет отслеживать текущую выработку воды и закончит процесс терраформирования. Вы знаете, вас окружаешь пустошь… А будут окружать поля и леса. Если кто-то из вас пожертвует своей жизнью и протянет тридцать пять лет.
Васюк смотрел на огромную каплю, которая дрожала на полу и видел на её поверхности своё зыбкое отражение. Оно расплывалось, будто сам Васюк пропадал…
– Я не буду никого заставлять. – Мягко добавил мертвец. – Захотите уйти оба – идите. Кто я такой, чтобы решать за вас?
Васюк сглотнул, но во рту было сухо. Язык как наждак.
О нём никто не будет скучать. Разве что немного мать, но у неё новый муж и новый ребёнок. И разве он не знал всегда, что… что однажды совершит нечто такое, на что не способен никто другой? Даже Юрче? Что в нём кроется сила, которая позволит спасти всех и каждого? Потому что не внешность главное, главное – сила воли!
– У вас мало времени. Через двадцать минут выход заблокируется и вам придётся остаться обоим. Вы открыли проход местным микроорганизмам, корабль запустит длительную дезинфекцию. В следующий раз хорошо если Гарри позволит открыть дверь через тридцать пять лет.
– Если понадобится новый хранитель. – Уточнил Гарри.
Васюк глубоко вздохнул.
– Иди. – Вдруг глухо сказал Юрче.
– Что? – Васюк непонимающе моргнул.
– Бери каплю и иди.
– Но… – Васюк покачал головой. – Но я должен остаться. Я!
– Ты хилый. Ты не продержишься тридцать пять лет.
Юрче стоял напротив – но, казалось, он уже далеко. И стал совсем другим. Кудри поникли, глаза потеряли цвет, а от улыбки не осталось и следа.
– Но… как же так?
Васюк вдруг вспомнил, что боится спать в комнате один, а по ночам рыдает, если ему снится что-то плохое. Что он не может забежать на холм и не запыхаться. Что если он ест корни, то потом покрывается сыпью и долго болеет.
– Думаешь, я хочу тут оставаться? Хоронить себя заживо? Уходи! – Юрче почти отвернулся, но вдруг добавил: – Сделай так, чтобы Осана была счастлива! Чего смотришь? Думал, я ничего не вижу? Ну же. УХОДИ!
Юрче вдруг оскалился, его глаза покраснели от злости и он замахнулся. Тогда Васюк, схватив дрожащими руками каплю, отступил и спустя мгновение побежал к двери.
– Я провожу. Поверни налево… – Донёсся голос Гарри из коридора.
Васюк был словно в тумане. Только и думал, как удержать скользкую, юркую каплю, как не упустить. Пока бежал по коридору к кабинке, пока кабинка спускалась вниз, он смотрел только на каплю, только в её перламутровую глубину, сохраняя там, в безопасности, весь свой разум.
Потом выбежал из кабинки в коридор, из коридора – в земляную пещеру, остановился у белесых корней, которые сам складывал совсем недавно. А казалось, целую жизнь назад.
Услышал металлический лязг. Вздрогнул. Оглянулся.
Дверь была закрыта. Красный глаз заснул.
Только тогда Васюк стал слышать звуки, будто они достучались до него сквозь вату. Только тогда, сжимая до боли в руках драгоценную каплю, стуча зубами, как припадочный, он упал на колени и зарыдал.
***
Первое на планете озеро назвали Юрча.
Конец
2024 г.
