Czytaj książkę: «Два дня»

Остросюжетный любовный роман

Уважаемые читатели! Действия книги разворачиваются в придуманных автором городах юго-восточного побережья США и несуществующего острова Коста-де-Пальма, по сюжету расположенного неподалеку от Кубы.

Все события и персонажи вымышлены. Любые совпадения случайны.

Эван украл мое сердце. Ради него я пошла против семьи и хотела начать новую жизнь вдали от дома.

Не зная, что была лишь частью сделки.

Остросюжетный роман о власти семьи, цене свободы и любви, которая оказалась сильнее расчета

Пролог

За 2 дня до событий книги.

Эван

Я держу Уолдера за горло и собираюсь врезать по его самодовольной роже.

Он извивается, как червяк, напряженно глотая воздух, но вместо оправданий предлагает сделку:

– Я верну тебе компанию и исчезну, если ты сделаешь для меня кое-что.

– И что тебе нужно, ублюдок? – кричу, остановив кулак за сантиметр до его носа.

– Отец решил женить меня на дочери друга, Вивьен Нокс. Мать уже напросилась к ним на ужин. Ты соблазнишь девчонку, а папарацци заснимут вас, и на этом все. После разрыва помолвки с меня снимут поводок, а дальше – дело техники. Решай, Миллер.

– Никак не пойму, как такое дерьмо все еще живет на свете? – рычу, толкнув его к столу.

Уолдер разворачивается и с вызовом смотрит на меня.

– У тебя нет выбора. Иначе я развалю “EL”, и тебе будет проще спалить его, чем отбиться от кредиторов.

– Почему я? – цежу сквозь зубы.

– Потому, что твоя репутация валяется где-то между плинтусом и подошвой моих ботинок, Миллер.

Глава 1

Спустя 2 дня.

27 июня 2025 г.

Зал Глейнвил Конгресс Холла.

Благотворительный вечер.

Сегодня я впервые должна выступить лицом благотворительного фонда моего отца. Этого дня с нетерпение ждали родители и Тина – моя помощница и лучшая подруга.

Сейчас все они в зале: мама выбрала ближайший столик к сцене, а Тина – место поближе к прессе.

Она любит раздавать интервью и за чашечкой кофе подчеркивать, что без нее я не смогу справиться с ответственностью, свалившейся на меня. К ней, конечно, подключится мама и скажет то же самое о себе, а я, как всегда, молча улыбнусь, потому что хочу, чтобы меня оставили в покое.

Сегодня мне нужно рассказать, чего достиг наш фонд с момента основания, поэтому уже полчаса я стою за кулисами, пересчитывая лампочки на люстре.

Их, кстати, тридцать две.

Одна из ведущих по имени Джейд, женщина лет сорока в элегантном брючном костюме, проверяет микрофон на лифе моего ужасно неудобного платья и в который раз предлагает «припудрить нос».

Я соглашаюсь, ведь жутко устала от ожидания, и иду к зеркалу, чтобы еще раз увидеть незнакомку в отражении.

– Ну, привет, – говорю себе, убрав от лица выпущенные пряди.

На мне небесно-голубое платье в пол, а на голове – высокая прическа, из-за которой я все утро не могла нормально двигаться.

Я предпочла бы надеть черный футляр и лодочки, чтобы как-то уравновесить свой природный блонд, но из-за мамы вынуждена выйти как королева выпускного.

Боже! Мне уже двадцать один, а я не могу выбрать даже платье, чтобы один раз надеть его и спрятать в шкафу!

– Вивьен, – зовет Джейд, указывая на свои часы. – Пора. Скоро наш выход.

Приблизившись к сцене, откуда доносится вступительное слово отца, я быстро просматриваю сценарий и вдруг замираю, потому что вижу, как поверх листов ложатся сильные мужские пальцы.

Медленно поднимаю голову и спрашиваю:

– Какие-то проблемы?

А потом начинаю бессовестно рассматривать красавчика, который встает передо мной.

Секунд десять я молча смотрю на него, стараясь найти хотя бы один изъян, но вижу только каштановые волосы, небрежно приглаженные назад, пронзительные светло-карие глаза и фигуру Аполлона.

Облегающая белая рубашка подчеркивает мышцы на его груди и торсе, а запах одеколона обволакивает нас с Джейд ароматом морских волн и свободы.

– Пока я руковожу процессом, все будет гладко, – он останавливает взгляд на моих губах и лениво поднимает голову. – Стив устроит разнос всей команде, если что-то пойдет не так.

– А кто вы? – спрашиваю я.

– Я партнер в фирме, которая организовала это мероприятие, – отвечает незнакомец, продолжая изучать мое лицо.

На этот раз он не ограничивается губами, а медленно рассматривает шею, ключицы и лиф моего платья.

С виду его поведение напоминает сеанс бесконтактного обольщения.

Но правда оказывается куда прозаичнее.

Как только я провожу мысленную линию от него до себя, убеждаюсь, что он смотрит не на грудь, а на микрофон, который чудом удерживается на платье.

– Я не заметила, что задела его, – оправдываюсь, слегка прикусив губы.

Вот дура.

– Поэтому я здесь, – отвечает незнакомец.

Он склоняется ко мне и осторожно возвращает микрофон на место, а после, будто нарочно, проводит большим пальцем по ключице.

От его прикосновения я автоматически задерживаю дыхание.

Зачем он это делает? Хочет показать, насколько хорош?

Вернувшись на безопасную дистанцию, организатор вечера и… родео в моей груди, интересуется:

– Вы знаете, когда должны выйти?

Пока он терпеливо ждет ответа, голос разума на миг пробивается сквозь рок-н-ролл сердца: “Вив, ты спятила? Сосредоточься на выступлении, а не ягодицах этого мачо!”.

Я же, сгорая от желания пойти наперекор обоим, позволяю себе просто помечтать.

В этот момент в рации незнакомца раздается строгий мужской голос:

– Десять секунд до начала трансляции.

– Так вы сумеете выбрать нужный момент? – переспрашивает незнакомец. – Я могу подать вам знак из зала, если нужно.

– Нет, я умею считать до десяти.

Как же глупо я выгляжу сейчас.

Убедившись, что мы не сбежим, незнакомец сосредоточенно сдвигает брови и спускается по ступеням сбоку от сцены.

– Какой жеребец, – заявляет Джейд, сверкая от восхищения, как иллюминация на вечеринке. – Странно, что я никогда не видела его среди всех этих снобов.

Знала бы ты, что мне приходится жить среди них, а не встречаться по праздникам…

– Он… довольно привлекателен, – цежу я, стараясь не показывать интереса.

– Привлекателен? – выражение ее лица недвусмысленно передает все, что она хотела бы сделать с этим организатором, если бы осталась с ним наедине. – Да, это восьмой смертный грех, создавать таких мужчин! Вот увидишь, сегодня на него точно кто-нибудь накинется… – Джейд замечает, что ей пора на сцену, и вскрикивает: – Три секунды, Вивьен!

Как только ведущая отдаляется и, встав посреди сцены, объявляет: “Леди и джентльмены, Вивьен Нокс – глава благотворительного фонда имени Джона Нокса…”, а после раздается грохот рукоплескания, на меня опускается туман.

Я медленно выхожу и что-то говорю, но при этом совсем ничего не понимаю. Лица родителей, ведущих и Тины, показывающей “класс” обеими руками, – все стирается, как и новая должность.

Все, кроме него.

Он стоит в стороне, сложив руки на груди, и смотрит в сторону, потому что не верит моим наигранным эмоциям.

Еще бы. Этот парень и не догадывается, что в спектакле под названием «Примерная девочка» у меня главная роль, и я играю ее всю жизнь, иначе не отворачивался бы, а сочувствовал.

Пока же только Тина видит трагедию на моем лице, ведь знает меня лучше мамы. Но и ей сейчас приходится подыгрывать надменной миссис Нокс, чтобы та позволила ей переступать порог нашего дома и время от времени вытаскивать меня из депрессии.

Однако есть вещь, которую не знает даже Тина: я так устала от вечного контроля, что балансирую на грани. И если кто-нибудь вроде этого принца не спасет меня, камнем пойду ко дну.

К несчастью, он существует в “параллельной реальности”, в которой свобода – естественная часть жизни, а не награда за послушание.

Тем временем на сцене по очереди появляются попечители, спонсоры и просто знаменитые люди из мира кино, спорта и музыки.

Все они произносят бравурные речи и радостно пожимают мне руку, а я вместо того чтобы слушать их, продолжаю следить за красавчиком, стоящим в стороне.

Он же, с тех пор как поправил петлицу на платье, не удостоил меня ни единым взглядом. Зато, похоже, решил массу проблем других гостей, которые периодически подходили к нему, жалуясь на что-то.

Наконец, когда официальная часть заканчивается, и по залу прокатывается красивая музыка, меня отпускают.

Я начинаю медленно спускаться к столику, глядя на маму, смахивающую слезы, затем на отца, который, широко улыбаясь, поднимает бокал в мою часть, и вдруг понимаю, что падаю.

Из-за тумана в голове я наступила на подол, и лечу вниз, представляя, как разобьюсь на тысячу осколков. Но вдруг, словно героиня женского романа, оказываюсь не на полу, а в объятиях того самого организатора, успевшего подхватить меня.

– Не возражаете? – тихо спрашивает он, снимая микрофон с моего лифа. – Ни к чему, чтобы нас слышал весь Холл.

– Да, я сегодня не в своей тарелке, – жалко отвечаю я, не чувствуя пола под ногами.

В прямом и переносном смысле.

– Тогда предлагаю избавиться от этого платья, – я удивленно смотрю на него, но вскоре разочарованно вздыхаю, услышав продолжение фразы. – Это не лучшее место для бальных танцев.

Усмехнувшись, незнакомец передает меня отцу.

– С вашей дочерью все в порядке.

– Спасибо за помощь, – кивает папа, радостно обняв меня.

– Мы так гордимся тобой, – вторит мама, подбежав следом, и начинает поправлять подол, который чуть не избавил меня от ног.

Я же хочу поскорее переодеться, поэтому осматриваюсь в поисках Тины, но, по правде, ищу вовсе не ее, а те самые светло-карие глаза.

Клянусь, еще немного и я сожгу это платье прямо на себе!

– Мне нужно в уборную.

– Дорогая, не придумывай. Ты прелестно выглядишь, – не соглашается мама.

Поразительно, с какой легкостью рассуждают люди, когда им комфортно! Конечно, на ней же удобный темно-зеленый футляр и туфли на низком каблуке, а не платье для выпускного!

Я правда выгляжу нелепо, и, кроме нее, это видят все!

Особенно, он.

– Хотя бы сейчас я могу сделать то, что нужно мне, мам?

В ответ она делает такое лицо, будто я призналась, что в моей сумочке лежит билет на другой конец света.

Хорошо, что отец рядом.

Обняв маму за плечи, он быстро решает проблему единственной фразой:

– Клэр, она заслужила.

– Я скоро вернусь, – обещаю, наконец, разглядев Тину в компании журналистов.

Подруга, как всегда, сногсшибательна. У нее прекрасная фигура, оливковая кожа, густые темные волосы, которые всегда лежат волосок к волоску.

Не знаю, почему она захотела стать моей помощницей, ведь в любое время суток выглядит так, будто готовится заменить топ-модель на модном показе.

А еще Тина умеет говорить то, что думает, и не испытывает мук совести за правду.

Я так не умею.

Пока что.

Глава 2

– Тебе помочь? – спрашивает подруга, догадавшись, что я иду в дамскую комнату. – Я принесу из машины твою одежду.

Киваю и начинаю отсчитывать секунды до того, как она вернется с моим любимым черным платьем и удобными туфлями.

К счастью, по пути Тину не задерживают любопытные журналисты и гости, желающие познакомиться с ней, поэтому заветный чехол появляется у меня в руках уже спустя несколько минут.

Теперь мы обе идем по огромному залу, освещенному софитами. От столиков доносится аромат свежей еды и цветов, повсюду много людей, и все они веселятся и радуются жизни, как и Тина.

Меня же тревожит только боль из-за давящих туфель, поэтому я снимаю их и продолжаю идти босиком.

Наконец мы добираемся до уборной, и я расслабленно отпускаю подол, прощаясь с ужасом, который пережила благодаря этому платью.

Тина пытается помочь мне раздеться и дергает за молнию.

– Ну, и как это было?

– Что? – с невозмутимым видом спрашиваю я.

– Что за ангел подхватил тебя у сцены? Ты видела его крылья? Они наверняка у него есть, – тараторит подруга.

Что за щенячий восторг?

Это всего лишь… самый привлекательный мужчина на свете.

– Мы не познакомились. А что касается крыльев, вряд ли они есть у него.

Надев запасной наряд и распустив волосы, чтобы дать голове отдохнуть, я с облегчением смотрю на знакомое отражение.

– А что же есть? – заискивающе продолжает Тина.

Она подкрадывается и демонстративно достает из моих волос оставленную шпильку, требуя ответа.

– Я не присматривалась к нему так близко. Но уверена, что он далеко не ангел.

Ангелы не умеют так переворачивать душу.

Скорее, он другая сторона бытия.

До этого вечера я думала, что поставила на отношениях жирный крест. Несколько унылых романов с сыновьями правильных родителей не в счет. Мне было так же скучно с ними, как и им со мной. Зато они очень нравились моей маме, потому что принадлежали к кругу порядочных и воспитанных людей.

Я до сих пор не понимаю, как она не избавилась от Тины, ведь ее родственники не входят в круг университетской элиты.

– Нет, Вив, пора признаться, что встряхнуть тебя может только такой, как он. Или я не права? – допытывается подруга.

– Права, но я не могу связаться с ним. Я слишком занята, – говорю, пытаясь подкрасить губы.

– Но не сегодня, правда? – широко улыбаясь, наседает Тина. – Помнишь, что я говорила тебе: ты не поймешь, каково быть счастливой с хорошим парнем, если не попробуешь… с таким мерзавцем. Я знаю, о чем говорю. Потом всю жизнь будешь корить себя.

– Перестань, – перебиваю я, в который раз осматривая себя.

Наконец, я выгляжу достойно и максимально серьезно.

Тошнотворно серьезно.

– Как скажешь. Кстати, завтра открывается фестиваль воздухоплавания неподалеку от Хо́линбейла. Там и отметим твое назначение, а заодно поработаем.

Я опираюсь о край раковины и складываю руки на груди, подозревая неладное.

– Почему именно там?

– Там обитают неприлично богатые мужчины, – протягивает Тина. – Пора расширять географию и… устраивать мою личную жизнь.

– Любуясь на воздушные шары?

– Сейчас это модно! – подруга снова подкрадывается ко мне и тихо продолжает: – Успешные парни больше не меряются машинами. Они предпочитают покупать аэростаты, чтобы показать величие своего раздутого эго.

В следующий миг в ее ладони оказывается очередная забытая шпилька.

– Хорошо, – смеюсь я, глядя как подруга вертит ей перед моим лицом, требуя благодарности. – Ты моя спасительница.

Тина поправляет приталенный жакет и берет меня за руку.

– Пошли.

Теперь я чувствую себя комфортно и иду, спокойно разглядывая толпу.

До тех пор, пока не вспоминаю о нем.

Глаза тут же начинают искать то самое лицо, а живот сводит приятное волнение.

– Кого ты ищешь? – хитро спрашивает Тина, заметив мой блуждающий взгляд.

– Никого, просто смотрю на праздник, – вру я.

– Ладно, но, кажется, тот парень вон там, – нарочно произносит подруга, склонившись к моему уху.

– Где?

– Попалась! Значит, ты все же ищешь его. Ладно, это секрет. А теперь серьезно. Нам нужно уговорить твоих родителей отпустить нас на фестиваль.

Это будет нелегко, если вспомнить, что мама привыкла контролировать мой распорядок дня. Хорошо, что папа договорился с деканом кафедры и взял выходной.

Он опытный укротитель строптивых женщин.

Благодаря ему, мама спокойно сидит за столиком и даже подпевает этой ужасной песне.

Значит, самое время для разговора.

– Присаживайтесь. У вас есть планы на завтра? – интересуется отец, как только мы появляемся.

– Есть, мистер Нокс, – отвечает Тина. – Завтра мы едем на фестиваль воздухоплавания.

– И зачем же? – удивленно протягивает мама, разглядывая наши лица.

Подруга принимает деловой вид, стараясь притупить ее бдительность.

– По работе. Там будет много потенциальных спонсоров.

Отец соглашается с такой легкостью, будто чувствует, что мне необходимо развеяться.

– Ничего, перенесем званый ужин на послезавтра.

– Джон, это неприлично, – замечает мама. – Мы же договорились.

– Мы не обговаривали дату. Они придут, когда будет удобно нам. Пусть девочки съездят на фестиваль.

– Лучше перенесите ужин на денька два-три, – поджав губы, просит подруга. Похоже, она бессмертная. – Мы снимем номер в отеле в ближайшем городке. Это хорошая возможность для Вив.

Отец улыбается и с отросшей бородой выглядит как добрый волшебник из сказок, а мама, как всегда, хмурится, подозревая, что наша поездка лишь способ сбежать.

И она права.

– Что за ужин? – спрашиваю я, стараясь разрядить обстановку.

– Помнишь, мы говорили про Кларка Уо́лдера? Он работает со мной в университете, – продолжает отец. – Их семья на неделе прибудет к нам на ужин. Кстати, любопытное совпадение: их сын Макс сейчас где-то здесь. Фирма, которую он недавно приобрел, как раз занимается организацией таких важных мероприятий.

– Неужели? – оживляется Тина. – Может, мы видели его?

Чтобы подруга не сболтнула лишнего, я стучу коленкой по ее ноге, а сама продолжаю улыбаться.

Конечно, это выглядит глупо, но при одном упоминании об “организаторах” я сразу вижу лицо того незнакомца, тайно мечтая, что этим правильным сыном окажется именно он.

– А вот и Макс, – говорит мама, глядя мне за спину.

Неужели сейчас я снова увижу его?

Делаю продолжительный вдох, стараясь унять дрожь, и медленно оборачиваюсь, но, к разочарованию, вижу другого мужчину, и он выглядит, как и положено выходцу из интеллигентной семьи.

Если проще, новым претендентом на мое сердце оказывается аккуратно причесанный блондин в стильном костюме серого цвета.

– Добрый вечер, мистер и миссис Нокс, – говорит он, склоняясь, чтобы поцеловать мою руку. – Вивьен, приятно познакомиться, я Макс Уолдер.

Мама неодобряюще смотрит на бокал в его руке и интересуется.

– Вы пьете?

– Это вода, миссис Нокс, – уверяет наш новый знакомый. – Сейчас я на работе.

– Правильно, – улыбается мама.

Макс подсаживается ко мне и начинает свой ритуал обольщения.

Так в наших кругах называется открытая лесть с каменным выражением лица.

– Я восхищаюсь вашей добротой. Надеюсь, вы еще много сделаете для сирот из стран Третьего мира.

– Наш фонд занимается только детьми с острова Коста-де-Пальма, – цежу я, переглядываясь с Тиной.

– Я это и имел в виду, – соглашается Уолдер, но больше не говорит ни слова.

Чутье, выработанное годами нахождения в нашем теплом аристократическом кругу, сигнализирует ему, что пора уходить.

Он дарит дежурную улыбку родителям, а затем снова берет мою руку.

– Я жду приглашения, Вивьен. Уверен, мы найдем о чем поговорить. Кроме сирот…

Макс быстро касается губами моей ладони и тут же отпускает ее.

Я мысленно радуюсь его занятости, но Тина не собирается так просто отпускать Уолдера.

– Как вы один выполняете столько работы? Должно быть, это утомительно? – спрашивает она.

– У нас целая команда, – ничуть не удивляясь, отвечает Макс. – Хотя не скрою, что обычно партнеры не выполняют функции менеджеров. Просто сегодня очень ответственный день. Хорошего отдыха.

Он прощается с нами, а я ловлю себя на мысли, что очередная попытка мамы выдать меня замуж за подходящего человека обречена на провал.

Макс такой же правильный, какой стараюсь казаться я. Это будет не ужин, а бинго из предсказуемости и одних и тех же разговоров.

Ну уж нет!

Я готова прямо сейчас лететь в Холинбейл на воздушном шаре, только бы увидеть живых людей вокруг!

Теперь уже Тина аккуратно толкает меня в плечо, чтобы я сменила кислый вид на сдержанную улыбку и, дождавшись, когда отец пригласит маму на танец, сразу же нападает:

– Так и будешь сидеть? Он наверняка где-то здесь. Идем…

Она серьезно? Я еще не отошла от разговора с новым кандидатом в мужья!

– Я не собираюсь его искать.

– Тогда просто потанцуем, – подыгрывает подруга, зная, что на самом деле я хочу встретиться с ним, но боюсь признаться.

– Хорошо, но ненадолго, – вздыхаю я.

Нас снова окружает толпа, и блеск софитов освещает радостные лица танцующих. Тина ведет нас подальше от сцены, пританцовывая и периодически скрываясь за спинами людей.

Я отвожу взгляд на соседнюю пару, чтобы обойти ее, как вдруг понимаю, что подруга окончательно исчезла.

Она нарочно бросила меня!

Я не против танцев, но контраст между моим одиночеством и окружающими парочками не способствует расслаблению.

Несколько минут я блуждаю по залу, делая вид, что хочу вернуться к столику, как вдруг из полумрака навстречу мне выходит тот самый незнакомец.

И не просто выходит, а приковывает мой взгляд к себе.

Сейчас он выглядит еще более дерзко, чем раньше: строгая белая рубашка превратилась в повседневную благодаря подвернутым рукавам, а расстегнутые верхние пуговицы выделяют его сильную шею.

– Меня ищите? – спрашивает он, склонившись ко мне.

Теперь его губы находятся на расстоянии вдоха. Так близко, что я невольно ловлю его неровное дыхание и чувствую, как под тканью рубашки отчаянно колотится сердце.

– С чего вы взяли?

– Тина сказала, что у вас снова возникли проблемы.

– Нет, она…

Я успеваю произнести только это, прежде чем его руки начинают скользить по моим бедрам.

– Значит, Макс просто ушел? – усмехается он, продолжая плавить мою гордость. Я так хочу поцеловать его сейчас! Первой и без позволения! – Чертов трус.

– Думаю, у него много работы, – предполагаю я.

– Еще и лжец, – он проводит ладонью по моей щеке и кончиками пальцев спускается к шее. – Наша работа окончена, все разъехались по домам.

– Тогда почему вы здесь?

Незнакомец тянется к моему уху и шепчет:

– Я остался, чтобы кое-что сказать вам.

– О чем? – вздрагивая от его близости, спрашиваю я.

Он улыбается, кладет руки мне на плечи и, едва касаясь кожи, медленно спускается к локтям.

– Когда лед обжигает пламя, тот превращается в воду, и если продолжить – исчезает. На вашем месте я не стал бы проверять.

– Значит, я – лед? – разочарованно спрашиваю, увидев, как незнакомец отстраняется. – А что если я хочу стать водой или паром?

– В такие игры играют только взрослые. Вы же так и не отошли от маминой юбки, поэтому Макс – лучшая кандидатура для вас. Я же далек от семейных традиций и обязательств. Простите, мне пора.

Сказав это, возмутитель моего спокойствия быстро исчезает в толпе, оставив пепел на губах.

Зачем он подошел ко мне? Пожелать счастливого брака с Уолдером? Сделать внушение? – оглядываюсь, пытаясь понять, что сейчас произошло, и вдруг ответ приходит сам собой: – Мерзавец просто позабавился. А может, отомстил Максу. Сейчас это неважно. Главное, что он получил то, чего хотел. И если бы пошел дальше…

Боже, я бы попала на крючок к коллекционеру женщин и даже не заметила бы этого!

Ускоряю шаг и перехожу на бег, сталкиваясь с гостями и ругая себя за слабость.

Тины все еще нет, родители спокойно танцуют рядом со сценой. А он… наверняка уже познакомился с девчонкой посговорчивее и везет ее к себе домой.

Похоже, у них с Максом какая-то вражда, поэтому он так среагировал.

Или это ревность?

Какая ревность, Вив? Это голос разума, который ты не слышишь вот уже несколько часов!

– Вивьен? – спрашивает Тина, выскочив из-за спины.

Я очень хочу сдержаться, но вцепляюсь руками ей в предплечья, отчего она почти взвизгивает:

– Он, что, плохо вел себя?

– Наоборот, – цежу я. – Помог мне.

Благодаря ему я поняла, что творю все это назло родителям и своей унылой жизни.

Больше никаких мечтаний о красивых мужчинах!

Уж лучше Макс. С ним я могу не бояться за свое будущее.

Оно в любом случае будет не хуже, чем настоящее.

И не лучше…

Глава 3

На следующее утро.

– Как же я мог так вляпаться? Черт! Пусть этот урод Уолдер засунет свой план себе в задницу! Я не подпишусь на это! – ору я и бью по рулю, потому что какой-то придурок на Джипе лезет вперед.

То, что этот щенок стал партнером компании, которую я и Луис создали с нуля, нихрена не значит!

Однажды я верну свое!

Много лет назад я и мать переехали из Испании на остров Коста-де-Пальма, который находится к югу от США, чтобы начать новую жизнь.

Только не вышло.

Очень скоро безденежье завело ее на кривую дорожку, а меня выбросило на улицу, где я уяснил два простых правила выживания: “Бей первым” и “не отступай”. А третий – “не привязывайся”, я вбил себе в мозг чуть позже.

Я был очень смышленым подростком и быстро вошел в доверие к местному мафиози – Хосе: выполнял мелкие поручения, приносил “посылки” и все в этом роде.

Так жили все, ведь это был единственный способ выжить, и я зацепился за него, как и мать. Она охотно брала грязные деньги и даже гордилась мной, а спустя несколько лет ее на стало.

Я даже школу толком не закончил. Зато выучил английский, и это помогло мне обрасти полезными связями.

Так я и познакомился с моим бывшим другом Луисом.

Он тоже был из семьи мигрантов и связался с Хосе из-за нужды. Мы всегда были вместе.

В передрягах в том числе.

Однажды после очередного дела, мы пообещали друг другу: когда вырастем, займемся легальным бизнесом и забудем все, что здесь было.

Чтобы исполнить мечту, мы нашли парня, который занимался организацией вечеринок по всему юго-восточному побережью и напросились к нему в помощники. Он согласился и даже платил приличные бабки, но только не за нашу работу, а за сотрудничество с Хосе.

Мы таких денег сроду не видели и конкретно увязли снова. А очнулись, когда стояли одной ногой за решеткой.

Нам обоим было по двадцать три.

На то, чтобы оборвать все связи у нас ушло еще пару лет.

Зато к двадцати пяти годам мы были в шоколаде.

Новая жизнь, новые паспорта, новая чистая кампания по организации самых чумовых вечеринок по всем Штатам.

Мы назвали ее просто – “EL” по первым буквам наших имен.

Лучшие диджеи, танцовщицы и знаменитости наперебой просились к нам, а деньги летели прямо с неба.

У нас было все, пока не появился Уолдер.

Он был постоянным посетителем на наших “мероприятиях”. Его примерные родители даже не догадывались, что их сын творил там. Но все было в рамках закона, пока он не решил сделать “заказ” у Луиса на кругленькую сумму, и тот согласился.

Потом эту дрянь нашли на вечеринке.

Я узнал об этом, когда нам предъявили новое обвинение и пригрозили ста годами тюрьмы. Тогда же появился Макс и сказал, что поможет решить все проблемы взамен на шестьдесят процентов акций.

Правда, умолчал, что он и притащил тот самый товар.

Сто лет тюрьмы или акции? Конечно, мы выбрали второе, но с тех пор я не могу ничего предпринять без ведома этого говнюка!

Тогда-то я и решил, что с меня хватит. Связи помогли бы мне начать все заново в одиночку, чтобы больше не зависеть от чьей-то глупости. Но мой новый старт сорвал Уолдер, когда я пришел набить ему рожу и уйти.

Я до сих пор помню этот разговор.

– Твоя репутация сейчас валяется где-то между плинтусом и подошвой моих ботинок. Поэтому только тебе под силу разорвать договор с Ноксами. Взамен я отдам твои акции. Заметь, не продам, а отдам… И в знак моей серьезности я уже договорился с твоим адвокатом. Права передачи уже оформлены и лежат в надежном месте. Копия на столе, а твоя помощница в курсе. Можешь позвонить ей, и она подтвердит.

Я решил удостовериться, что эта мразь не лжет, поэтому потянулся за бумагой, сделал пару звонков и понял, что все это правда.

Он собирался избавиться от балласта в виде “ЕL”, потому что нихрена не смыслил в том, чем руководил.

А я повелся.

Правда, против меня играл еще один аргумент.

Уолдер пообещал превратить мою жизнь в ад, если я сбегу, и у него были все возможности сделать это, потому что его папаша входил в круг элиты города.

А может, и страны.

– Идет, – без сомнений ответил я, потому что посчитал эту аферу простым способом избавиться от проблем.

Знаю, что поступил, как подонок, но я пошел на это ради дела своей жизни.

Женщины же никогда ничего для меня не значили. Никто из них не задерживался в моей постели и жизни дольше двух дней, потому что я не люблю обязательства.

За всю жизнь была только одна девушка, в которую я втрескался без памяти.

Ее звали Мария.

Но это было на острове еще до моего успеха, и тогда я был сопляком.

Да, именно из-за договора я творил все это: подошел к Вивьен перед выходом, поймал у сцены, а потом нарочно попался на глаза ее подруге.

Все это была игра, но я чуть не вляпался сам, потому что эта мамина дочка оказалась почти копией Марии!

Надо же было случиться такому дерьму!

Только поэтому девчонка спокойно уехала домой, а не встретила утро в одном номере со мной.

Пошло оно! Мне не нужны привязанности!

Припарковавшись у здания компании, я захожу к Уолдеру и кидаю мобильник на его идеально чистый стеклянный стол.

– Звони, кому хочешь! Можешь даже с моего! – ору я. – Я не подпишусь на это!

– Тогда послушай, что будет, – спокойно отвечает Макс, развалившись в кожаном кресле. – Что, если с Вивьен что-то случится? Последний мужчина, который проявлял к ней особое внимание – ты. Это даже подтвердит ее подруга и Джейд, которой ты очень понравился. За новые контракты и жареные факты акулы шоу-бизнеса сожрут тебя. Отец же не допустит и пятна на моей репутации. Ты в любом случае проиграешь, Миллер.

– Значит, ты что-то сделаешь с девчонкой Ноксов и подставишь меня? – продолжаю орать, склонившись над ним. – Дурь совсем разложила твой мозг?

– Послушай, дело проще некуда, – подонок складывает руки в замок, как чертов психолог. – Научи девочку отрываться. Соблазни и всего-то. Она довольно привлекательна, хотя ты до сих пор не отличался разборчивостью.

– Мне плевать, что ты думаешь обо мне.

Смахиваю со стола кучу папок, которые Уолдер педантично разложил перед собой.

– Это взаимно, Эван. Но ты психуешь зря. Насколько я понял, Вивьен почти твоя. Я видел это вчера, так что дерзай.

– Как мне обойти Ноксов? Мамаша, как цербер, следит за репутацией своей дочки.

– Девушек на несколько дней отпустили на фестиваль воздухоплавания в Хо́линбейле. Поторопись. Они уже в пути.

Отпираться бессмысленно, ведь я сам в это влез, потому хватаю телефон и предупреждаю:

– Однажды я найду, за какие нити потянуть, мразь, и ты будешь молить, чтобы твоя кристально чистая репутация осталась при тебе. Вот увидишь.

– Жду с нетерпением, Эван.

Глава 4

Всю дорогу до Хо́линбейла Тина не спускает с меня глаз, а я никак не могу проснуться, потому всю ночь меня мучили кошмары.

И неизменным их участником был, конечно же, тот негодяй.

Это невыносимо! Я даже не знаю его имени, но не прекращаю думать о нем и под кошмарами имею в виду горячий секс.

Конечно, я давно не маленькая девочка, и могу иметь такие фантазии, но почему же мне так стыдно? Что за детские комплексы заставляют меня быть послушной даже наедине с собой? Будто на самом интересном месте в моей голове вдруг появится мама и погрозит пальцем!

В глубине души я знаю, почему столько лет продолжается этот абсурд, и очень хочу вырваться, но приятное тепло от мысли об этом сразу же сменяет ужасное “но”– слухи.

Каждая мать боится их больше преддверий ада, разорения и всех кар небесных вместе взятых. А заодно – внушает этот страх своим дочерям.

В первую очередь дочерям.

Хотя сейчас совсем другое время, и никто не осуждает отношений до брака, мама никогда не подпустит ко мне мужчину не из нашего круга.

Хотя, если честно, правила поведения примерной девочки записаны у меня на подкорке, так что мама может не стараться.

Скорее всего, я не смогу нарушить их даже под дулом пистолета и в объятиях идеального мужчины.

Может, поэтому мне сейчас так плохо.

– Вив? – осторожно спрашивает Тина. – С тех пор, как мы ушли из Холла, ты все время молчишь. Что с тобой?

– Ничего… нового, – недовольно отвечаю я, злясь на себя.

– Слушай. Если ты не хочешь веселиться, только скажи, – продолжает подруга, пытаясь подбодрить меня. – Мы встретимся с парочкой стариканов, убедим их стать попечителями твоего фонда и засядем в номере с огромным ведром попкорна. Будем все три дня смотреть фильмы. Как тебе план?

– Он безупречен, – протягиваю я, рассматривая идеальную женщину за рулем красной Хонды. – Ты такая красивая. Что нужно этим дуракам?

– Чтобы я приносила пиво, когда он с дружками будет смотреть футбол, и ублажала его ртом. Ты как с луны свалилась, – смеется подруга.

– Но и в одиночестве нет ничего хорошего.

– Я предлагала тебе скрасить его в компании “мистера совершенство”, но что-то явно пошло не так. Признайся, это же ты не захотела продолжения?

– Он, – честно отвечаю я.

– Что? Быть не может! Я видела вас! Он хотел провести с тобой всю жизнь и начать прямо там! – издевается Тина.

– Не говори глупости и следи за дорогой! – кричу, потому что вижу, что мы начинаем съезжать в кювет.

Подруга вскрикивает от неожиданности и выравнивает машину, приняв более серьезный вид.

Минут пять она молчит, но делает это так “громко”, что я не выдерживаю первой.

– Какая разница. Мы больше не встретимся, и я стараюсь убедить себя, что все в порядке, – неожиданно срываюсь. – Это всего лишь незнакомый человек. Прошу тебя, Тина, поддержи меня и все! Я и так знаю, что будет после фестиваля, и не вижу смысла делать вид, что эти три дня способны изменить мир!

Меня не ждет ничего стоящего.

Ничего из того, что я могла бы сохранить и с любовью вспоминать, уткнувшись в подушку.

Только скучные встречи, такие же унылые будни, и ужин с семьей правильного мужчины.

– Значит, Эван тебе не подходит?

Тина прикусывает губу, потому что выдала себя.

– Так, ты знаешь его? И все это время молчала?

– Ты же не хотела говорить о нем? – хитро спрашивает подруга, пытаясь выкрутиться. – Я подумала, что его имя еще больше подстегнет твои бурные фантазии.

– Тина!

– Да, признайся, наконец, ты без ума от него! – вскрикивает подруга. – Это ведь я позвала Эвана вчера. Забыла? Вот и узнала, как его зовут. Если хочешь, я дам тебе его номер…

– Прекрасно. Ты уже все спланировала.

– Не то слово, – говорит она. – Все я затыкаюсь.

***

Вот уже час подруга стойко исполняет обещание и молчит как рыба. Но она сделала главное – нашла очередное слабое место и будет использовать его до победного.

Почему Эван так быстро среагировал на мое внимание? Что это было? Столько женщин крутилось вокруг. Да, та же Джейд! И он посмотрел на меня?

Я так глубоко погружаюсь в эти мысли, что не замечаю, как мы заезжаем на парковку возле небольшого уютного отеля. В нем всего три этажа, зато вокруг много зелени, а сбоку виднеется вход в маленький сад с изящным фонтаном.

– Странно, – говорю я вслух, не прекращая мучиться вопросами.

– Что? – спрашивает Тина, выворачивая руль, потому что опять не смогла припарковаться с первого раза.

– Почему Эван так среагировал на меня? Как думаешь?

– Ты опять за свое, Вив? – спрашивает подруга. – Вот уж точно – горе от ума. Ты можешь хотя бы сегодня не заниматься самокопанием и не искать заговоры там, где их нет? Пожалуйста.

Вот и показалась одна из ужасных привычек Вивьен Нокс – во всем искать подвох.

Наверное, чтобы перестать это делать, мне нужно лишиться головы.

Но Тина права.

Пора выдохнуть и идти дальше.

– Хорошо, больше ни одного занудства не вылетит отсюда, – смеюсь и делаю губки бантиком, чтобы поцеловать ее в щеку.

Спустя пару часов разбора вещей, принятия душа и быстрого разговора с родителям, мы, наконец, надеваем спортивные костюмы и останавливаемся на пороге своих номеров, с улыбкой разглядывая друг друга.

– За нами скоро приедет такси, – говорит подруга, собирая волосы в небрежный пучок. – Черт, забыла кошелек. Подожди.

– Тина, мы так опазд…– кричу и с удивлением смотрю на экран смартфона, на котором высвечивается сообщение с незнакомого номера: “Я буду ждать тебя”.

Кто это? Может, ошиблись?

– Тина, – верчу телефон в руке. – Кто-то написал мне, что будет ждать… где-то. Не знаешь, чей это номер?

– Угадай, – смеется она, торопливо натягивая кроссовки.

– Не говори, что это Эван? – я мечтаю услышать “да”, и Тина с радостью исполняет мое желание, кивнув в ответ. – Надеюсь, это все секреты на сегодня?

– Все, – клянется она. – Но что он написал?

– Что будет ждать меня. Я же сказала.

– Вив! Похоже, он тоже будет на фестивале! – вскрикивает подруга, прыгая от радости, будто это сообщение пришло ей, а не мне. – Вот и такси. Идем.

Аэроклуб находится в отдалении от города, но мы добираемся туда всего за тридцать минут.

Учитывая, что обочину и часть дороги во всей округе заняли любители аэростатов, это совсем немного.

Выскочив из машины, я бегу к полю, и вскоре из-за зеленых холмов, освещаемых закатом, показываются первые воздушные шары.

Они выглядят как настоящие произведения искусства: в форме лиц знаменитостей, птиц и цветов. Аэростаты появляются один за другим и заставляют людей вокруг долго стоять с поднятой головой.

Я и не знала, что простое наблюдение может вызывать столько эмоций.

Вот она – настоящая свобода!

– Покатаемся? – осторожно спрашивает Тина, выждав момент моего максимального расслабления.

– На шаре? Ни за что! – нервно смеюсь. – Я даже на колесе обозрения не могу высидеть ни минуты, не то что в корзине на такой высоте. К тому же мы здесь не за этим.

Тина соглашается, и я спокойно продолжаю смотреть вверх, как вдруг за спиной раздается знакомый мужской голос.

– Даже со мной? – спрашивает Эван, обняв меня сзади. – Вивьен…

Его дыхание на шее, как яд, парализует мою волю, а крепкие объятия заставляют почувствовать каждый кубик на идеальном торсе.

Я кладу руки поверх его ладоней и закрываю глаза, но Тина выбирает самый неудачный момент для вопроса:

– Так, ты идешь с Эваном или остаешься со мной?

– Она идет со мной, и точка, – заявляет он.

Глава 5

Час назад.

С Уолдером нужно кончать! У меня достаточно связей, чтоб нарыть на него компромат, но все молчат или не хотят ввязываться, будто его отец Глава ФБР, а не профессор в местном университете.

Поэтому прилизанный говнюк ведет себя так спокойно!

Он уверен, что папаша сможет купить всех и вся. Но раз ему нужны связи Ноксов, значит, он не такой всесильный, каким кажется.

Рано или поздно я найду его слабое место, а пока придется играть по его правилам.

Черт! Да, я в дерьме по самое горло! И в сравнении с ним, все мои прошлые проблемы – детский праздник!

Вот уже час я стою рядом со взлетной площадкой аэроклуба и постоянно ищу Вив, а заодно – способ выбраться из удавки.

И так по кругу: Вив, Уолдер и мои серьезные проблемы…

Я кручу эти мысли без остановки, а сам нарезаю виражи, пока воспоминания о вчерашнем не завладевают мной.

Что я должен сделать с этой девчонкой? Именно с девчонкой, потому что женщиной ее не назовешь.

Я готов поспорить на миллион, что настоящий секс у Вивьен был от силы пару раз в жизни, и она даже не сможет произнести это слово, чтобы не покраснеть.

Я понял это, когда обнимал ее после награждения.

Она вся горела, будто так никто не делал до меня. Но это только прикосновения. Начни я действовать всерьез – от нее остались бы угли.

В другой ситуации я бы без зазрений совести запудрил ей мозги – тем более это несложно. Но против меня играет ее сходство с Марией и умопомрачительная наивность.

Они заставляют мой мозг вскипать от каждой встречи, и с этим я нихрена не могу сделать!

Раньше я держался от таких принцесс подальше, потому что результат не стоил бы потраченных сил. А сейчас столкнулся и понял, что слабость Вивьен на самом деле – сила, и она вырубает меня на раз.

В остальном я и Уолдер – одного поля ягоды. Просто ему посчастливилось родиться в богатом доме, а мне – на улице в грязи.

Короче, чем быстрее все закончится, тем лучше.

И хватит об этом.

Парочка томных слов и объятий, а остальное – работа прикормленных журналюг.

Пусть не рассчитывают на большее.

Если повезет, я избавлюсь сразу от обеих проблем еще до ночи. С Уолдером придется повозиться, а вот от Вив не должно остаться ни следа в моей памяти, как только мы приземлимся.

Может, совесть какое-то время помучает меня, но ее заткнет новая жизнь и дом подальше от побережья.

Я собирался почти на ходу, чтобы успеть до приезда подружек, а потом гнал тачку так, что подвеска скрипела на всю дорогу. И вот я здесь, и, похоже, мне придется глотать пыль еще несколько часов, а потом еще дня два торчать в автомастерской.

В рюкзаке звонит телефон.

Это Уолдер, поэтому я отвечаю только на последних гудках, а потом сжимаю куртку так, будто вместо нее держу голову партнера.

– Я на месте, если за этим звонишь.

– Отлично, Эван. С тобой приятно иметь дело.

– Пошел ты! Я делаю это, потому что ты прижал меня! – ору я, глядя вслед проходящим мимо дамочкам, которые назвали меня хамом.

– А ты думал, что держишь меня за горло, – издевается Уолдер. – Итак, мои папарацци уже на фестивале. Все будет гладко. С тебя – красивые кадры влюбленной по уши Вивьен и рук не на своем месте.

– Кто полетит с нами?

– Никто. Ты же умеешь управлять аэростатом, – Макс делает глоток. Наверное попивает кофе, пока я таскаюсь здесь. – Я навел справки.

Еще бы!

– Когда я получу бумаги? – продолжаю я.

– Скоро.

– Мне нужен точный срок! Дата. Число! – давлю я, чтобы пижон не чувствовал себя в безопасности.

– Как приземлитесь, вас встретит мой человек, – отвечает он, будто не слышит моего вопроса. – Я пришлю тебе место посадки. Это в десятке миль от аэроклуба. Ветер попутный, так что проблем не будет. Надеюсь, ты сделаешь все, чтобы Вивьен запомнила этот полет.

– Мразь!

В трубке раздаются гудки, а в голове слова тех старух про хама. А потом я замечаю, что каждый прохожий отправляет мне те же комплименты.

С меня хватит.

Лучше уйти к дороге.

Чтобы встретить Вивьен, я направляюсь к трассе, постоянно глядя на небо. Вдалеке виднеется закат – самое подходящее время для полета и… удачных кадров, но подружек все нет.

Где их носит? Они давно должны были приехать.

Я припарковался у выезда, поэтому сразу замечу их машину.

Проходит минута, две, три, и я все больше понимаю, что теряю время зря.

Надо было узнать номер этой Тины, а лучше самой Вив, чтобы не торчать здесь просто так.

Вот почему в делах я предпочитаю вести переговоры напрямую.

Недостаток информации – первое, что приводит к проблемам.

Залезаю на переднее сиденье и жду, сам не знаю чего. Вроде бы все решено, но меня не оставляет чувство, что что-то происходит за моей спиной, и подонок Уолдер точно приложил к этому руку.

Я не стану набирать его или Льюиса.

С появлением Макса мой бывший друг стал другим, и теперь я не могу доверять ему как раньше.

Идите нахрен, я все сделаю сам, – бурчу и с этой мыслью бросаю мобильный на соседнее кресло.

Здесь красиво.

Я давно не был в Холинбейле и не поднимался в небо. Слишком много проблем постоянно тащат меня на дно.

Пока я думаю об этом, неподалеку останавливается такси. Тина выскакивает первой и зовет Вив к площадке для взлета.

Я не выхожу, продолжая наблюдать за ними из машины.

Быть не может…

Она, что, не видела воздушных шаров?

Радуется, как ребенок, и вертит головой…

А я злюсь, потому что все больше ощущаю себя подонком.

Вернее, просто ощущаю, ведь до этого мне было плевать.

Хватит скулить! Пора действовать.

Я закрываю тачку и медленно иду к Вивьен. Подружки уже обсуждают будущий полет, но у меня на него другие планы.

Тина замечает меня первой. Я подношу палец ко рту, чтобы не мешала, и после отказа Вив, спрашиваю: “Даже со мной?”, а затем обнимаю ее сзади.

Похоже на бред, но мне нравится это гораздо больше, чем страстный поцелуй или секс до утра.

Это чувство возвращает меня в те несколько месяцев, когда я был реально счастлив без этой мишуры.

Даже не верится, что такое было.

Вивьен вздрагивает, а я зарываюсь лицом в ее волосы и чувствую, как учащается пульс.

Мне кажется, еще немного и девчонка издаст легкий стон, но она изо всех сил сдерживает себя, как и положено примерной девочке. А мне, как назло, очень хочется услышать его именно из ее губ. И именно здесь, потому что это будет лучшим доказательством, что она почти моя.

– Она идет со мной, и точка, – вырывается вместо “идем”, а после все происходит на автомате.

Теперь мы вдвоем. Над нами оранжевый закат, и я не чувствую земли, а впереди – огромный красный купол аэростата.

Жаль, что он не может унести Вивьен подальше от Уолдера и продажных родителей.

А еще от того, кто пытается разрушить ее жизнь, чтобы спасти свою.

Глава 6

Вот уже пятнадцать минут мы наблюдаем, как аэростат готовят к взлету.

Мне пришлось поднять старые связи, чтоб команда заранее привезла его, иначе мы бы летели на том, что не успели забронировать толстосумы.

То есть – на откровенном хламе.

Вив еще не догадывается, что в кабине будем мы одни. Она боится и все время смотрит на трех парней, которые нагоняют в купол холодный воздух. А я вспоминаю, как учился управлять аэростатом в похожем клубе лет десять назад.

Конечно, дело не в призвании и даже не в интересе.

Мне пришлось потратить месяц, чтоб отбитые пижоны с бутылкой наперевес могли полюбоваться рассветом. Редкий пилот согласится подняться с таким балластом, но тогда нам нужны были связи и деньги. И мы зарабатывали, как могли.

И на чем могли.

Но сейчас рядом с Вив я не хочу об этом думать.

Все это время я держу ее за руку и смотрю почти в упор, но она нарочно не поворачивается. Зато тело реагирует на каждое касание и с помощью знаков говорит со мной.

Когда я просто стою, она приближается и слегка подталкивает меня плечом, но, как только я сжимаю ее ладонь – отстраняется и делает вид, что это случайность.

Тогда я начинаю чертить завитки большим пальцем на ее запястье, и от этого Вив поджимает губы и опускает глаза, чтоб скрыть, насколько ей приятно.

Ее реакция занозой впивается мне в мозг!

Как можно в ее возрасте заниматься такой ерундой?

Обычно поглаживания были приглашением к поцелую, а через минуту девчонка уже расстегивала мои штаны. Но такого поворота я не ожидал, и это опять сбивает меня с толку.

Что, если на моем месте был бы кто-то другой?

Да, тот же нанятый Уолдером мудак со спермотоксикозом. Для партнера это было бы проще. Он легко обеспечил бы себя компроматом лет на сто.

То, что с ней я, – удачное стечение обстоятельств.

Я не оправдываюсь, но это так, ведь у меня нет цели переспать с Вивьен. В сравнении с тем, что творят наследники на закрытых вечеринках, поцелуй на камеру – просто детский сад.

Лишь это не дает совести порезать меня на части.

Серьезно!

Несколько снимков продажных журналюг не станут концом света. Ноксы найдут способ отмазать Вив.

Только почему Уолдер считает, что это сработает?

Нет, что-то не так, и я начинаю чувствовать это затылком.

Черт, телефон! Какого хрена от меня нужно… Луису?

Сбрасываю, но он опять начинает звонить, и привлекает внимание Вивьен.

– Ответь, – просит она, обернувшись: – Вдруг что-то срочное?

Похоже, ей нужно время, чтобы одуматься, потому она и отправляет меня поговорить.

– Ладно, узнаю, что там, и вернусь. Ты не убежишь? – спрашиваю я и продолжаю крутить мобильник, потому что знаю, что Луис не стал бы мне звонить просто так.

– Нет, иди, – просит Вив и снова погружается в процесс подготовки аэростата.

Я отхожу ярдов на пятнадцать, беру телефон и сразу слышу:

– Эван, послушай меня немного!

– Зачем звонишь? – рычу я.

– Предупредить. В общем, я должен забрать вас после полета. Это подстава. Ты в курсе?

Опомнился, идиот!

Сжимаю телефон, пока он не начинает трещать.

– В курсе, потому что подписался на это ради компании.

– Знаю, что мы больше не друзья, но, если хочешь выбраться, вали оттуда! – орет Луис. – Бросай девчонку и вали! Ноксы живьем тебя закопают за этот цирк!

– Заткнись и перестань паниковать! – специально встаю спиной к Вив, чтобы она не видела мою реакцию. – Пусть ублюдок думает, что все идет по плану. Так меньше шансов, что меня прикончат прямо здесь или похитят Вивьен.

– О чем ты?

– Твой приятель угрожал сделать это и свалить на меня. И если ты правда хочешь помочь… – останавливаюсь и прошу у рабочих карту местности, чтобы найти новое место для посадки. – Пригони мою тачку на пересечение 140-го и 16-го шоссе. Там стоит какой-то мотель и кафе, а за ними поле. Мы приземлимся в этой точке. А ты скажешь Уолдеру, что опоздал или проколол шины. У меня будет время увезти ее… Все понял?

– Эв, ты не слышишь меня? Брось ее и беги! Ноксы и Уолдеры – один организм! Элитная банда! Хуже Хосе! Что-то типа “Лиги Плюща”! Они договорятся, а ты пойдешь в расход! Макс не вернет компанию, а просто подставит тебя!

Зависаю, потому что понимаю, что побег – единственный способ не влипнуть сильнее.

Но судьба Вив почему-то слишком беспокоит меня.

И, мать его, я опять к этому не готов!

От нарастающего напряжения я снова начинаю ходить кругами и постоянно слежу за Вивьен. Она уже заметила, что что-то не так, и теперь тоже смотрит на меня.

Почему я вообще беспокоюсь о ней? У нее есть родители, мощный клан за спиной, а я, как наемный рабочий в ее жизни.

Еще пару дней назад я вообще не знал о ней. Так, с какого хрена я должен подставлять свою шею?

Снова хожу, пытаясь выбросить мысли о геройстве и прочий бред, но он возвращается сразу, как я ловлю взгляд Вивьен.

Она такая же заложница, как и я. И это единственное общее, что есть у нас, похоже, скрепляет получше связей и денег.

Уолдер не остановится на этом. Может, я и скроюсь, но что будет с ней? Она ведь не заслуживает стать разменной монетой в играх родителей…

До звонка Луиса я бы не подумал об этом, но теперь…

Черт! Неужели я правда собираюсь сделать это?

Выдыхаю и подношу трубку к уху:

– Она останется со мной. Так безопаснее, но я должен знать: журналисты ублюдка уже здесь?

– Нет. С земли вас должна снимать Тина, – протягивает Луис и окончательно собирает пазл в моей голове.

– Подружка Вив?

– Уяснил, наконец? Она тоже в деле… Ладно, это твоя жизнь. Я предупредил. Скоро буду.

– Спасибо, – рявкаю и обрываю связь.

От разговора с партнером ноги подкашиваются, но я не должен показать это Вивьен.

И все-таки я был прав.

Уолдер затеял опасную игру, и я в любом случае буду крайним.

Меня может вытащить из этого дерьма “чистосердечное” и возвращение Вивьен домой… к родителям.

Сжав ладони, я подхожу к Вив и спрашиваю:

– Боишься?

– Я не привыкла принимать спонтанные решения, – отвечает она, всем видом показывая, что мечется между “остаться” и “сбежать”.

– Это часть жизни. Нельзя предугадать, что будет дальше, – говорю, прикидывая варианты, где укрыться от Уолдера, пока все не стихнет.

И вдруг вопрос Вив бьет меня под дых.

– Тина попросила тебя помочь мне, так? Поэтому ты написал смс?

Какое смс? У меня нет даже ее номера.

– Ты думаешь, что меня купили? – спокойно спрашиваю я, притянув ее к себе.

– Эван, просто ты и я…

– Да, противоестественно. Но это один из уроков, которому меня научила жизнь: у нее всегда собственные планы на нас.

– Значит, Тина здесь ни при чем?

Еще как при чем! Эта продажная тварь умудрилась присесть сразу на двух стульях, обслуживая интересы обеих семей!

– Нет. Это моя инициатива, – продолжаю врать. – Ты против?

– Я просто не понимаю – почему?

Сейчас не время для признаний и выяснения отношений.

Нужно действовать, пока не поздно.

Я приподнимаю ее лицо, коснувшись подбородка.

– Так и будешь всю жизнь прятаться и тайно желать оторваться? Вот он я – решение твоей проблемы.

– И как долго это продлится? – спрашивает она, подняв глаза к небу.

– Насколько ты собиралась остаться здесь?

– На три дня.

– Значит, на эти три дня я предлагаю забыть о том, кто мы такие. Ни расспросов, ни ревности. А я покажу тебе, какой бывает жизнь, если ты настроена серьезно.

Вив улыбается, но я вижу, что ее беспокоит еще что-то, потому даю шанс выговориться.

Лучше знать обо всем, пока мы на земле. После взлета другого пути не будет.

– Еще что-то? Лучше скажи сразу. Так мы быстрее поймем, стоит ли начинать все это.

На это раз Вивьен не отворачивается, а говорит, как никогда уверенно:

– Что будет дальше? – ее голубые глаза сводят меня с ума. – Я хочу знать, Эван.

– Свобода, Вив, – провожу по ее лицу краем ладони. – Из этого отпуска ты не вернешься прежней, но я не буду обещать тебе любовь до гробовой доски. Может, ты ожидала другого, зато я говорю честно. У нас будет три дня вместе, и на этом все. Ну так, что? Летим? Или все еще боишься, что скажет мама?

Вивьен смотрит сначала на меня, потом на готовый к вылету аэростат и отвечает:

– Ты прав. Не знаю, получится ли, но если не попытаюсь, буду жалеть всю жизнь.

Я беру ее за руку и, прихватив маленький рюкзак, тяну к корзине.

Знала бы ты, что происходит на самом деле. Но я не подам вида. Пусть для тебя это будет приключением.

Если повезет, и я выживу, то брошу все свои амбиции и вернусь на Косту. А ты никогда не услышишь обо мне, как и я о тебе, потому что связать наши жизни будет самой серьезной ошибкой.

Глава 7

Поверить не могу!

Я согласилась на короткий роман с Эваном почти бездумно, хотя совершенно не знаю его и не представляю, что он имел в виду, когда обещал показать другую жизнь.

Это пугает и интригует одновременно, а еще рождает во мне новую Вивьен, с которой я знакома не больше, чем с ним. И все, чего она хочет – улететь очень далеко и никогда не возвращаться домой.

Я знаю, что у нас с Эваном нет будущего. Осталось только убедить себя, что все должно закончиться моим освобождением, а не тяжелой привязанностью.

Я должна почувствовать себя живой, а он только средство и ничего больше.

Просто опасный и невероятно притягательный способ сбросить с себя роль правильной девочки и научиться говорить “нет” всему, что мешает мне быть счастливой.

Пусть это продлится недолго, но сейчас я ощущаю приятный трепет в груди, и он медленно растекается по мне, потому что я делаю то, что никогда не делала – лечу к своей мечте.

Когда Эван заводит меня в корзину и, удерживаясь за поручень сверху, притягивает к себе, его близость наполняет меня до краев. Стук сердца заглушает напутствия рабочих, которые отпускают веревки, чтобы дать нам взлететь, и на время заставляет меня забыть о высоте.

Какое-то время я спокойно смотрю на открывающийся вид за плечом Эвана, но, как только корзина начинает покачиваться от ветра, вцепляюсь в его сильную грудь.

– Не стесняйся, – усмехается он, заметив мой смущенный вид. – Это всего лишь тело.

– Нет, я…

Хочу оправдаться, но Эван берет мою руку и прячет под своей футболкой.

– Так лучше, – томно шепчет он, согревая меня горячим дыханием.

Теперь я чувствую его еще лучше.

Каждый мускул и волнительный изгиб плеч под моей ладонью превращается в чувственное путешествие.

Эван не останавливается даже тогда, когда мимо пролетает еще один шар.

Пассажиры презрительно смотрят на нас, а он поворачивается, чтобы показать им, где находится моя ладонь.

На его торсе, конечно же.

– Зачем ты это делаешь?

– Мы обнимаемся, Вив, а не занимаемся сексом. Это нормальное проявление чувств.

– Знаю, но не на людях, – по инерции занудствую я.

– Обними меня так, как ты хочешь, – требует он. – Давай, Вив…

Наверное, он почувствовал мое тайное желание прижаться к нему, поэтому и предложил это. Но мне трудно отпустить ситуацию, когда вокруг столько народа.

Пусть даже на таком расстоянии, но они видят нас!

– Как ты сказала? “Будешь жалеть всю жизнь”, – напоминает Эван, прильнув губами к моей макушке. – Это твоя жизнь, и только ты решаешь, как ее прожить. Не они.

Я стараюсь представить, что незнакомцы – всего лишь стена, которая отделяет меня от исполнения мечты.

С трудом поднимаю взгляд на недовольные лица и забираюсь под кофту Эвана свободной рукой.

Теперь обе мои ладони скользят по телу самого сексуального мужчины на свете. Он же отпускает меня и смотрит в сторону невольных зрителей.

– Умница, – шепчет Эван. – Какая разница, что думает эта кучка стариков, когда ты хочешь совсем другого? Расслабься и доверься мне.

В ответ я киваю и замечаю, как он кончиками пальцев поднимает край моей футболки.

Добравшись до живота, Эван начинает рисовать первую букву моего имени. Я тяжело глотаю воздух, зная, что несколько человек в очередном шаре жадно наблюдают за нами.

– Расслабься, Вив. Скоро мы наберем высоту, и тогда я буду свободен…

Меня снова бросает в жар. В глубине души я все еще борюсь со стыдом и всем, к чему привыкла, но не показываю этого и от волнения закрываю глаза, прижавшись к Эвану щекой.

– Все хорошо, – повторяет он, покусывая мочку уха. – Тебе приятно?

– Да…

Не просто приятно.

Теперь для меня не существует ничего, кроме этого момента.

***

Исследовав мою спину и живот, Эван медленно поднимается к груди и стягивает лямки бюстгалтера.

Желание обладать этим дерзким раскрепощенным мужчиной становится таким невыносимым, что я сама тянусь к его губам, но они остаются неподвижными.

– Что с тобой? – жалобно спрашиваю я.

Он кладет голову мне на плечо и признается:

– Ты сводишь меня с ума.

Я думаю, что поторопилась, и отстраняюсь, пытаясь сосредоточиться на виде леса и извилистой реки, как вдруг Эван отпускает поручень и властно проникает в мои губы.

Кабину покачивает ветер, вокруг нас яркое зарево заката, но мне ничего не нужно, кроме терпкого вкуса его близости.

Эван покусывает мои губы, чередуя чувственность и нежность. Ласкает язык, врывается глубже и отступает, прерываясь на глубокий вдох.

Кажется, еще немного и мы оба сойдем с ума, позабыв, где находимся.

Еще чуть-чуть и это произойдет…

Но звонок на мобильный Эвана вырывает его из моих объятий.

– Черт! Кто это? – недовольно вскрикивает он, глядя на экран.

Я поправляю лямки бюстгальтера и отхожу, а спутник быстро набирает сообщение кому-то.

– Мы увлеклись, – говорю, чтобы не чувствовать себя такой жалкой и брошенной.

– Называй вещи своими именами: мы чуть не переспали, – отвечает Эван, убрав телефон в карман кофты. – Это водитель. Он встретит нас после приземления. Попросил координаты. И… давай не будем торопиться. Согласна?

– Да, – говорю, отвернувшись.

На этот раз он не обнимает меня и держится на расстоянии, будто жалеет, о том, что произошло. Я же не решаюсь расспрашивать его и крепко сжимаю корзину, гадая, почему он так изменился из-за какого-то звонка.

Твою мать! Что это было?

Стоило мне приблизиться к Вив, как мозг просто отключился! После разговора с Луисом даже дежурный поцелуй не имел смысла. Так, почему я сорвался от одного прикосновения к ней?

В меня будто бес вселился! Когда я водил ее ладонью по груди, единственное, что меня сдерживало – чудо!

И это нихрена не нормально!

Я собирался отключить чувства и воспринимать ее, как одну из девиц, с которыми хорошо проводил время.

Черт!

Да, я ни к одной из них ничего не ощущал, кроме желания трахнуть и смыться! Но сейчас было что-то другое.

И это что-то полностью отключает контроль.

Заткнись, Эван! Просто думай!

Прогулки до утра, поездки на яхте, клубы и вечеринки – весь этот жалкий набор не сработает, если я не возьму себя в руки. Да, еще эта тварь – Уолдер сидит на хвосте.

Мне повезет, если я не рехнусь от напряжения.

Вив стоит на другой стороне и делает вид, что смотрит на закат, а на деле, уверен, считает меня трусом.

Еще бы! Она точно ожидала другого от такого подонка, как я!

Пусть так. Но я вовремя понял, что влип, а значит, есть шанс не привязаться.

Я должен вернуть ее домой, но сам, а не через продажную подружку.

А потом свалю, как и хотел.

Это лучше той судьбы, что ждет ее со мной.

Мы не можем быть вместе, и точка.

Это только игра, и пусть она останется ею.

Глава 8

8 часов назад.

Курительная комната в здании закрытого клуба для членов ассоциации старейших университетов США.

Кивнув швейцару, отец Вивьен, пересекает широкий зал и входит в роскошную комнату, обставленную мебелью из красного дерева.

На одном из мягких кресел у камина его ждет Кларк Уолдер.

– Кларк, – говорит Нокс, протягивая руку. – Прошу прощения за опоздание.

– Ничего, я приехал недавно, – оправдывается тот, привстав перед гостем. – Итак, ты сказал, что Макс опять что-то натворил. В чем дело?

Джон садится на соседнее кресло и берет со столика бокал красного вина.

– Мы с тобой прошли долгий путь, прежде чем обзавестись семьями, поэтому я не против развлечений твоего сына.

– Кто здесь без греха, – усмехается Кларк.

– Конечно, но, похоже, ситуация вышла из-под контроля, – говорит Нокс. – Около недели назад я встретился с Луисом. Мы договорились, что он будет приглядывать за Максом после той истории на вечеринке у Миллера. И новости не порадовали меня.

– Говори же, черт подери, что произошло? – вскрикивает Уолдер.

– Твой сын пытался сорвать нашу договоренность о его браке с Вивьен.

– Каким образом?

– Он предложил своему партнеру Эвану Миллеру соблазнить ее, чтобы получить доказательства их связи и придать ее огласке.

– Вот же неблагодарный мерзавец, – в ярости произносит Кларк, затушив сигару. – Но мы быстро заткнули бы рот этим писакам. В чем проблема?

– Когда Эван отказался, Макс перешел к угрозам жизни и здоровью моей дочери. Я не верю, что он исполнит их, но сам факт заставляет меня задуматься…

– Боже, прости, Джон, – вскочив с кресла, оправдывается Уолдер и начинает ходить по комнате. – Этот мозгляк всегда делал что хотел и никого не слушал. Но я найду, как приструнить его.

– Постарайся. Свадьба через месяц, а Макс все еще спит с этой Тиной Бэнкс. Уверен, что без ее чуткого руководства не обошлось, – с прежним спокойствием говорит Джон. – В связи с этим у меня есть предложение.

– Я слушаю.

– Реши вопрос с Максом и его любовницей как можно скорее. Ты знаешь, что ждет члена братства за покушение на одного из нас. И еще, отдайте парню активы “EL”. Это будет достойная плата за беспокойство.

Поняв, что поведение сына перешло все границы, Уолдер подходит к другу и с готовностью решить проблему прощается:

– Спасибо, Джон. Я рад, что мы договорились. Ну, он у меня получит!

Кабина воздушного шара.

Наше молчание затянулось.

Тот звонок, будто построил невидимую стену, и никто из нас не решается ее разрушить.

Конечно, Эван все еще контролирует полет, но раньше это не мешало ему. Теперь высота заботит меня гораздо меньше, чем его холодность, и я тихо мечтаю, чтобы эта пытка поскорее закончилась.

– Красивое небо, правда? – спустя десять минут молчания, спрашивает он.

– Очень. Но меня беспокоит твое состояние. Еще недавно ты был таким… – сбиваюсь. – А сейчас молчишь и делаешь вид, что меня нет.

– Давай начистоту, Вив, – предлагает Эван, чем останавливает мое сердце. – Ты же знаешь, что у нас нет будущего, а эта поездка – просто приключение, чтобы развеяться?

– Таков план, – отвечаю я, хотя в глубине души надеюсь, что все изменится, когда мы лучше узнаем друг друга. – Дело только в этом? Ты боишься, что я привяжусь к тебе и захочу серьезных отношений?

– Я боюсь за нас обоих, – сдвинув брови, признается он. – Не знаю, как сказать проще… Наша близость все усложняет, хотя никогда не была для меня проблемой.

– Ты передумал?

– Нет. Я хочу договориться здесь и сейчас, – продолжает Эван, взяв меня за руку. – Мы взрослые люди, и понимаем, что впереди тупик. Поэтому, чтобы ни произошло, через три дня мы остановимся, и каждый продолжит свою жизнь. Без слез и долгих расставаний. Пообещай мне, Вив. Мы не зайдем дальше…

– Обещаю, – вру я. – Мы не должны делать то, о чем пожалеем.

– Хорошо.

Еще недавно я убеждала себя, что Эван – только средство, но с каждой проведенной минутой, все больше сомневаюсь в этом и хочу верить в чудо, когда два разных человека, вопреки всему, идут по жизни вместе.

– Видишь эту точку вдалеке? – спрашивает Эван, обняв меня.

– Да.

– Этот маяк – первое, что я увидел, когда перебрался на материк с Косты.

– Значит, ты не американец?

– Не по рождению, – отвечает он и тихо усмехается.

Улыбаюсь в ответ.

– Что?

– Подумал, что это символично: каждый раз, когда я начинаю новую жизнь, он появляется передо мной.

Эван замолкает, забираясь пальцами в мои волосы. Его дыхание становится прерывистым, а ладонь крепче сжимает мою голову и… снова притягивает к нему.

На этот раз он не сомневается и не прерывается на вдох. Эван жадно впитывает вкус моих губ, смакуя каждый дюйм.

От экстаза я сильно сжимаю его плечи, позволив ему взять меня на руки.

Боже!

Я снова чувствую бешеную пульсацию между ног и прижимаюсь к Эвану, чтобы не упустить ни секунды его ритма.

Мы оба ловим его и, двигаясь в такт, одновременно понимаем, что пора сделать следующий шаг.

– Сними с меня кофту и футболку, – дрожа от страсти, просит Эван.

Я стягиваю с него вещи, но он не останавливается на этом.

– Теперь сними свои. Давай, Вивьен…

Я киваю, и вскоре между нами не остается ничего, кроме прохладного ветра.

Эван продолжает держать меня и ловко балансирует в корзине, как серфер на бушующих волнах. Его губы и язык ласкают мои напряженные соски. Он прикусывает их и рисует спирали, спускаясь и поднимаясь снова, а я с трудом сдерживаюсь от того, чтобы не прокричать его имя.

Остальные аэростаты давно разбрелись над долиной, поэтому никто не видит и не слышит нас. Но меня не оставляет чувство, что я нахожусь в заполненной комнате, и каждый в ней называет меня шлюхой.

– Я хочу тебя, Вив! – вскрикивает Эван, с трудом оторвавшись от моей груди.

Я же полностью доверяю ему, прогоняя ощущение, что все идет неправильно.

Какое-то время у меня получается игнорировать сигналы опасности, но это длится до тех пор, пока он не начинает стягивать с меня белье, спустившись к полу.

Это просто животное влечение! Быстрое удовлетворение похоти!

Но я хочу большего!

Я хочу быть с ним дольше. Намного дольше, чем сейчас.

И это должно произойти не здесь.

– Нет, – жалобно прошу я, сжав бедра. – Прости. Это очень приятно, но…

– Но ты хочешь не так, – сбивчиво произносит Эван, стараясь совладать с желанием. – Хорошо…

– Правда?

– Все в порядке, – он поднимается и обнимает меня, склонив голову к плечу. – Об этом я и говорил. Ты такая красивая, когда расслабляешься…

– Я не думала, что это так сложно…

– Что?

– Забыться.

– Мы это исправим, – отвечает Эван и, осмотревшись, громко произносит: – Черт! Пора снижаться.

Глава 9

Я должен остановиться и подумать головой. Но сомневаюсь, что рядом с Вив вообще способен на это.

Мои клятвы разлетелись вдребезги за какой-то час. И, похоже, это только начало.

“Не спать с Вивьен” – самое эпичное обещание из всех.

Я почти нарушил его, когда стягивал с нее трусики.

Еще я скучной и зажатой девочкой , которая не сможет вызвать настоящую страсть.

На это даже отвечать нет смысла.

И третье: наш роман – только способ решить мои проблемы. А в итоге – адский котел, который я создал себе при жизни.

Это все адреналин, высота и красивая женщина.

То, что лишает эрекции других, мобилизует меня и напрочь отшибает мозг.

Так было всегда, просто я привык вовремя сбрасывать напряжение, вот и накинулся на Вив.

Чисто по инерции…

Не делай глупостей и просто посади этот чертов шар! А потом уносите ноги подальше отсюда.

Пока я держусь за поручень рядом с горелкой и медленно тяну за веревку, чтоб выпустить из купола горячий воздух, Вив натягивает кофту, скрывая от меня сексуальную грудь с твердыми сосками.

Она небольшая, но очень упругая и так и манит, чтобы я укусил ее. А тонкая талия и круглая попка в этих облегающих штанах выглядят, как намеренная провокация.

У этих богатых мачо стоит только на бабки и на кристальную репутацию, раз Вив до сих пор не испытала и половины из того, что может дать ей нормальный мужик.

Поэтому элитные телки сломя голову бегут за первым встречным альфонсом, чтобы выбраться из унылого, но правильного брака.

Заткнись, Эван! Просто заткнись и смотри в сторону, потому что ты выглядишь как озабоченный кретин!

– Что? – с улыбкой спрашивает Вивьен, заметив, что я откровенно завис на ней. – Еще не налюбовался?

Машу головой, приняв серьезный вид, но быстро сдаюсь, когда она подходит ко мне и нежно обнимает.

– Это опасно. Сядь и возьмись за ремни. Корзина может опрокинуться, – прошу я.

Правда, не очень убедительно, потому что не могу игнорировать сигналы похоти в мозгу.

– Нет, Эван. Самое надежное место рядом с тобой, – шепчет Вив, уткнувшись носом в мою шею.

Чтобы остыть, я подставляю лицо под порыв прохладного ветра.

– Тогда не мешай мне следить за ситуацией, иначе я брошу управление и займусь тобой.

– Молчу.

Хорошая девочка все-таки решила поиграть со мной во взрослые игры?

Не лучшее время, но я запомню это, и видит Бог, когда мы окажемся в безопасности, я соберу всю волю в кулак и сам доведу ее до рая.

Посадка происходит легче, чем я думал.

Уже темно, но ориентироваться мне помогают яркие огни придорожного кафе и шоссе, проходящего рядом.

На нем нас уже ждет пафосный Джип Луиса, а сам партнер стоит у капота моей тачки вместе с рабочими, которые приехали за шаром.

Гарсия приоделся: рубашка, брюки и лакированные туфли. Выглядит как пижон. Да и волосы прилизал, будто после нашей встречи поедет в клуб вместо квартирки в захолустье.

– Не забудь свой рюкзак, – напоминаю Вив, когда корзина касается земли.

Если бы я не взял его, он остался бы на взлетной площадке.

Вивьен тянется к рюкзаку, улыбаясь мне, но как только из-за поворота выезжает черный лимузин в окружении двух седанов, резко замирает.

Это что еще за процессия?

– Папа? – удивляется она.

Конечно! Как я мог подумать, что просто увезу его наследницу?

Наверное, кто-то сдал меня, и я даже знаю кто!

Бросаю шар и иду к дороге, чтобы набить морду нашему “спасителю”.

Он видит, что я настроен серьезно, поэтому сразу начинает орать:

– Эван, подожди! Твоя проблема улажена!

– Что значит улажена? – грозно спрашиваю я, схватив его за грудки. – Откуда тут папаша Вив?

– Я работаю на него, – признается мерзавец, и на этом моя логика начинает сбоить.

– Ты работаешь на Нокса? А что с Уолдером?

– Прикрытие, – отвечает Луис, глядя в сторону.

Прекрасно, сам папа Нокс идет сюда и не боится замарать начищенные ботинки.

Значит, дело – дрянь!

Он выглядит, как и все мужики его круга – лощеный, в классическом плаще, будто сбежал из театра. За ним двое крепких ребят из охраны с кобурой на видном месте, чтобы я не вздумал смыться.

Меня не запугать этой жалкой постановкой. Я много раз был на грани смерти, так что буду биться до последнего.

– Вивьен, сядь в машину к Луису, – просит Нокс, одним взглядом убедив дочь подчиниться.

Я продолжаю наблюдать, как она несмело садится в тачку, но на лице читается: “Не бросай меня”.

И я не брошу, мать его!

Я останусь с ней!

– Энцо Идальго, я полагаю, – говорит Джон, показывая, что знает обо мне все, вплоть до жизни на Косте.

Это мое настоящее имя до смены паспорта.

Я стараюсь не обращать внимания на стволы в руках телохранителей за его спиной и отвечаю максимально уверенно:

– Навели справки?

– Печальная история.

Узнаю этот тон.

Папаша взял этот метод у мафии.

Сначала с тобой говорят по душам и даже сочувствуют, а потом заливают ноги бетоном и сбрасывают на дно моря.

– Хотите прикончить меня? – продолжаю я, взглядом бросив ему вызов. – Тогда стоит уйти с дороги, чтобы не напугать вашу дочь.

Повисает молчание.

Нокс долго рассматривает меня, и это выглядит, как невербальный мордобой, но в нем нет реальной опасности.

Если бы он хотел пристрелить меня, давно бы отвел подальше, и дело с концом.

Ноксу явно интересно сможет ли он меня расколоть, и только поэтому я все еще дышу.

Наконец, папаша делает какой-то вывод и кивает охране, чтобы спрятали пушки.

– Прошу ко мне в машину, Эван. Есть разговор, – говорит он, указав на лимузин.

Я прохожу мимо охранника, специально толкнув его плечом, чтобы не зазнавался, и вскоре оказываюсь внутри машины.

По роду деятельности я видел разные модели лимузинов, но этот похож на крепость на колесах: бронированные стекла, такой же металл корпуса, кожаный салон и бар из красного дерева.

Здесь можно жить несколько дней и пить, не просыхая, но Джон позвал меня не за этим.

Я разваливаюсь в кресле и спрашиваю:

– Так в чем дело?

Нокс садится на сиденье рядом – поправляет подкладку плаща, затем ворот и только после этого начинает говорить.

Педант хренов!

– Я давно наблюдаю за Максом, поэтому знаю, что он предложил тебе сделку.

– И?

– Честно говоря, я был уверен, что ты не струсишь, поэтому… хочу отблагодарить тебя и вернуть долю в компании “EL”, – с легкой улыбкой заявляет Джон.

– Серьезно? Вот так просто? – удивляюсь я, ни секунды не веря в его щедрость. – А что бы было, если бы я оставил Вив и исчез? Просто интересно.

– Твоя доля отошла бы Луису, а Вивьен отправилась бы домой, несмотря на попытки Макса очернить ее доброе имя.

– Значит, Луис не зря так надрывался. Мразь. Но что дальше? Вы приехали забрать дочь?

– Просить тебя об одолжении, – Джон предлагает мне выпить, но я отказываюсь. – Вивьен хотела встряхнуться, поэтому я не против, если вы проведете два дня вместе. К сожалению, не могу дать вам больше времени из-за очень бдительной супруги.

От его слов у меня пересыхает в горле.

– Я не ослышался? Вы не против, чтобы ваша дочь закрутила роман с таким, как я? Шутите?

– Знаю, это слишком экстравагантный метод поддержать ее, и Клэр точно не согласилась бы… учитывая, что неприятные слухи с развитием интернета пресекать все сложнее и дороже. Но я сумел убедить ее, что поездка на фестиваль пойдет Вивьен на пользу. Остальное предлагаю оставить втайне.

– Остальное?

Нокс протягивает мне пачку фото с воздушного шара в самых интересных ракурсах.

Они сделаны издалека, но качество позволяет понять, чем мы занимались в это время.

Проклятье!

– Будьте внимательнее. В другой раз на месте моих людей могут оказаться папарацци.

К несчастью для папаши, я давно не верю в сказки.

– Это хорошее предложение, и будь я идиотом, принял бы его. Но такие, как вы, рассчитывают все наперед. Вы пришли сюда не за этим.

Джона не задевает мой вопрос.

Наоборот, ему нравится, что я говорю открыто.

– Верно, Эван, – с улыбкой признается он. – У Вивьен свадьба через месяц. Мы решили это давно, но за это время Макс, как и Кларк, сделал слишком много непростительных ошибок…

– Ближе к делу, Джон, – перебиваю я.

– Я прошу тебя помочь мне уничтожить Уолдеров, но так, чтобы ни одна зацепка не указала на нашу семью, – говорит Джон, протянув мне флеш-карту. Вот чего хотят все элитные говнюки: спрятаться за спиной таких, как я, чтобы с гордостью показывать чистые руки! – Здесь зашифрованный файл. Пароль знаю только я. Твоя задача отдать флеш-карту Хосе, когда вы с Вивьен отправитесь на Коста-де-Пальма этой ночью.

На Косту с Вивьен? Это самая хреновая затея из всех!

Мы с Луисом с трудом свалили оттуда!

Не знаю, как среагировал Хосе, но явно не пожелал нам удачи!

– Для меня там все кончено, – отрезаю я.

– Хосе не тронет тебя. Обещаю. Он обеспечит вашу безопасность, ведь по гроб жизни обязан мне. Там не будет лишних глаз и людей Уолдера, и вы сможете отдохнуть. За свое будущее можешь не переживать. Как только вы вернетесь, ты продолжишь жить, как посчитаешь нужным. Все дальнейшее сделают другие.

Никак не пойму, он считает меня психом?

– Скажите честно: почему я?

– Хосе поручился за тебя. Если бы я не доверял ему, ты не подошел бы к моей дочери в тот вечер. Пусть твоя репутация не соответствует званию джентльмена, но в тебе есть то, чего нет у многих из моего круга – стержень. Ты не трус, и не раз доказывал это.

Нокс послушал рекомендацию от мафиози?

– Вы так хорошо знаете Хосе? – дерзко спрашиваю я, вынудив охрану снова достать пушки. – И что же думают о вашей дружбе остальные члены клуба?

– У меня нет друзей. Есть ситуативные союзники.

Его спокойствие бесит меня гораздо больше, чем вся эта ситуация, но я пока держу себя в руках.

По сути, я все решил, и просто набиваю себе цену.

Да, я не гожусь в мужья Вивьен, но мудак Уолдер тоже не достоин ее!

Она заслуживает мужика, за плечами которого не будет столько дерьма, как за нашими.

– Согласен.

Убираю флешку в карман, а Нокс дает команду открыть дверь и напоследок предупреждает:

– Не делай глупостей, и когда Вив захочет продолжения, а так и случится, судя по этим фото, не уподобляйся слабой женщине. Прими ответственность на себя.

– Не понимаю, тогда в чем смысл этой поездки для Вивьен? Не через год, так через два она захочет повторения. И что? Продолжите покупать ей любовников?

– Если пружину пережать, то в другой раз она рванет так, что сломает все на своем пути и разрушится. Я пережил такое и точно знаю: это поможет ей. Все дальнейшее тебя не касается.

Вот значит как!

Вив балансирует на грани, и он боится, что дотошная мамаша вместе с правильным обществом уничтожат его дочь.

Не думал, что такие, как Нокс, обращают на это внимание. Брак по расчету – стандартная практика в элитных семьях.

А вот дружба с Хосе – нехреновый сбой.

С чего бы старому мафиози так плотно общаться с белым воротничком?

В любом случае, я остаюсь с Вив.

Нужно только выжечь мысли, что для нас еще не все потеряно.

Глава 10

Отец уже здесь!

Но теперь он не похож на доброго волшебника, каким всегда был для меня.

Его острый взгляд из-под бровей и двое вооруженных людей за спиной, скорее, напоминают кадр из триллера, в котором жертву заталкивают в машину и увозят в неизвестном направлении.

Честно говоря, я давно подозреваю, что папа не просто профессор в университете. Пару раз я приезжала к нему поговорить о давлении мамы, но его не было на месте, а предметы в его кабинете были так аккуратно расставлены, будто он никогда не пользовался ими.

Отец предпочитал отшучиваться или говорил, что помимо работы занимается инвестициями и ценными бумагами, но это все, что мне удалось узнать о нем.

Теперь я увидела его тайную сторону, и она вызывает во мне тлеющий страх.

Пока папа говорит с Эваном, я сижу в машине помощника и в его глазах пытаюсь найти ответ, чем закончится наша встреча, но он не показывает эмоций.

Как же тяжело просто ждать и не иметь возможности вмешаться!

Это я виновата во всем! Эван просто согласился провести со мной время.

Хотя, о чем я говорю? Если мама узнает об этом приключении, то лучшее, что меня ждет – пожизненный арест в стенах дома, а в худшем – весь этот срок она проведет в одной комнате со мной!

Все же хорошо, что папа приехал один. Это дает надежду, что ничего плохого не случится.

Удивительно, но он всегда чувствует, когда я дохожу до точки кипения, будто сам когда-то испытывал то же, поэтому и пытается помочь мне пережить такие моменты.

Уверена, что и сейчас он поймет меня, как и всегда.

Мужчина, которому поручили присматривать за мной, по-прежнему молчит и вертит телефон, ожидая команды. В этом полумраке его загорелое лицо почти сливается с салоном, а нервный взгляд в сторону окна заставляет меня вжаться в кресло.

– Вы давно знаете Эвана?

– С детства, – сухо отвечает он, не глядя на меня.

– И какой он?

Помощник резко оборачивается, но продолжает вести себя очень отстраненно.

– Сложный. Не связывайтесь с ним, Вивьен. Вы пожалеете. Лучше поезжайте домой.

Что за чушь?

За все время, что мы были вместе, он ни разу не сделал мне плохо, не обидел и всегда говорил честно.

Наконец, Эван выходит из лимузина и уверенно идет ко мне.

Что отец сказал ему?

Нас отпустят или прикажут расстаться?

Эта неопределенность изводит меня, и я первой открываю дверь, чтобы услышать:

– Мы уезжаем.

– Куда?

Эван молча смотрит вслед автомобилю отца, затем на мужчину за моей спиной.

– Сначала в порт Лонг Холинбейл, а оттуда – на остров Коста-де-Пальма.

На Косту?

Что ж, у меня будет уникальная возможность самой увидеть людей, которым должна помогать…

– Черт, – протягивает надсмотрщик, бросив телефон на приборную панель.

Эван заглядывает в машину, продолжая давление.

– Ничего не хочешь объяснить, Луис? Собирался напугать меня и прикарманить долю в компании? Жизнь ничему тебя не учит!

Эван готов наброситься на Луиса, но того спасает, что между ними сижу я.

– Я бы поговорил с тобой по-другому, если бы не Вив! – кричит Эван, придерживаясь дверь. – Идем!

Луис выходит и направляется к багажнику. Я вылетаю вслед за ним, чтобы не допустить нового конфликта, но он лишь набирает обороты.

Достав сумку, собранную Габи, Луис говорит:

– Это вещи Вивьен. Их собрала ее служанка.

– Служанка? – недовольно протягивает Эван. – Конечно, господам не принято собирать вещи самостоятельно.

– Не кипи. Вив же была с тобой, – язвит надсмотрщик.

Эван не отвечает и резко дергает за ручку сумки, чтобы вырвать ее из рук Луиса.

Кажется, я понимаю, что так разозлило его.

Это несправедливо, когда один человек вынужден служить другому, потому, что ему не повезло родиться в бедности. Но мы очень ценим Габи, и она очень довольна работой в нашем доме, о чем не раз говорила.

– Ты сделал это нарочно, мразь! – кричит Эван вслед уходящему Луису.

– Помните мои слова, Вивьен! – громко произносит тот, не оборачиваясь.

Эван сильно сжимает мою ладонь и тянет к своей машине.

Когда мы наконец садимся, и внедорожник с громким рычанием трогается с места, он спрашивает:

– Что ублюдок сказал обо мне?

– Что ты сложный, – настороженно отвечаю я, продолжая вглядываться в его надменное лицо, освещенное придорожными фонарями.

– Еще бы. Что еще он мог сказать! – вскрикивает спутник и при виде темного седана с людьми отца бурчит: – Прекрасно, еще и охрана подоспела.

– В чем дело? Объясни мне, – спрашиваю я, положив свою ладонь поверх его в момент, когда он резко дернул за рычаг коробки передач.

Эван не обращает внимания на мою попытку успокоить его и монотонно отвечает, уставившись вперед:

– Не могу. Это касается только меня и твоего отца.

Откидываюсь на спинку сиденья.

– Я не о том.

– Мы договорились не задавать вопросов. Меня догнало прошлое, вот и все.

В салоне повисает тишина, и Эван не делает ни одной попытки объясниться.

Какое-то время я смотрю на цепочку тусклых фонарей, пролетающих мимо, ищу среди туч звезды и сквозь приоткрытое окно ловлю порывы прохладного ветра, но на самом деле не перестаю думать о том, что случилось.

Из-за моего ерзания Эван начинает громче дышать и тянется к радио, чтобы заглушить звенящее напряжение музыкой.

Следующие пятнадцать минут в салоне звучит дребезжащее безумие, прерываясь на новости и сводки о погоде.

Не уверена, что ему нравится такая музыка, но она и правда помогает заглушить мысли.

Во всяком случае, Эван перестает делать резкие маневры и постепенно успокаивается.

Я же, наоборот, очень хочу снова услышать тишину и тянусь к радио, чтобы выключить его. Только вместо этого переключаю волну, и нас окутывает мелодичный эмбиент.

Похоже, я знаю, что должна сделать!

– Останови машину, – резко прошу я, глядя на Эвана.

– Нет. Здесь плохо освещенный участок дороги.

– Я сказала: останови! – снова требую я.

– Зачем? – удивляется он, сбавив скорость из-за нового поворота.

Стараясь быть как можно нежнее, я кладу ладонь ему на плечо и тихо повторяю просьбу:

– Так нужно. Поверь мне…

– Ладно, – отвечает Эван и снисходительно снимает с себя мою ладонь. – Не люблю, когда меня трогают за рулем.

– Я запомню.

Дожидаюсь, когда внедорожник остановится, и быстро перебираюсь на сиденье позади водительского кресла.

Устроившись поудобнее, я тяну за регулятор, чтобы откинуть сидение вместе с Эваном и снова посмотреть в его глаза.

– Что ты делаешь? – спрашивает он, привстав на локтях.

Склоняюсь к его лицу и шепчу:

– Массаж, чтобы ты успокоился. И музыка подходящая.

Закрыв глаза, Эван ложится.

Я очень хочу поддержать его и начинаю вспоминать все, чему меня учил семейный врач.

Глубоко вздохнув, я осторожно касаюсь его бровей подушечками больших пальцев и слегка надавливаю, рисуя дорожку до самых висков.

В ответ Эван улыбается и расслабленно вздыхает.

– Мне нравится, Вив, продолжай, – тихо просит он.

– Как скажешь, – ласково шепчу.

Спустившись к основанию шеи, я осторожно сжимаю ее, приподняв его голову.

– Ммм, – протягивает Эван, полностью отдавшись моим рукам. – Ты полна сюрпризов, Вив.

– Тише, – прошу я, – слушай музыку и расслабляйся.

Размяв его сильную шею, я начинаю поглаживать его плечи, растираю и мну их, чем вызываю очередной громкий стон. Затем поднимаюсь к голове и погружаю ладони в его густые волосы, расчесывая их кончиками пальцев.

Эван выгибает спину и медленно поворачивает голову вслед за моими руками.

Несколько минут он продолжает тихо стонать в такт музыке, извиваться и с силой сжимать кресло, но, в конце концов, не выдерживает и подтягивает меня к себе.

Теперь мои губы напротив него, и я вновь чувствую пламенное дыхание на щеках.

– Я тоже умею делать один массаж.

Эван улыбается и начинает ласкать языком мою нижнюю губу. Насладившись ею, он осторожно переходит к верхней, рисуя на влажной поверхности зигзаги и круги, а затем поочередно надавливает на обе, чтобы пробраться внутрь.

Крепко сжав мою шею, он уверенным толчком добирается до языка. Я позволяю ему целовать меня так, как он хочет, периодически прерываясь на вдох.

Эван садит меня сверху, прижавшись к моим бедрам возбужденным членом, и вдруг в окно начинает стучать один из охранников отца.

– Мисс Нокс, здесь не лучшее место для остановки. Предлагаю продолжить движение, – говорит он, не глядя на нас.

– Ты очень вовремя, – сквозь зубы цедит Эван.

– Это моя работа, – в той же манере произносит мужчина.

Я впервые попадаю в ситуацию, в которой чувствую себя, как застуканная школьница, но мне нравится этот запретный плод.

Эван натягивает кофту и поднимает спинку кресла.

– Сядь рядом. Я должен видеть тебя, – властным тоном заявляет он.

– Уверен, что мне не стоит остаться здесь, чтобы вовремя помочь?

– Я больше не увижу Луиса, значит, проблем не будет, – отвечает Эван, поправляя зеркало заднего вида.

– Хорошо.

Глава 11

Судя по карте навигатора, мы почти прибыли в порт.

Эван окончательно успокоился и теперь ведет машину, вскользь наблюдая за мной.

Я же так бессовестно счастлива, что не могу сдержать улыбку.

– Отец хочет, чтобы ты расслабилась, поэтому дал нам два дня, – внезапно произносит Эван, объезжая яму на дороге. – На его месте я поступил бы так же.

– Неужели? – усмехаюсь я. – Тебе угрожали из-за меня, но ты все равно поддерживаешь отца?

Эван сдвигает брови, всматриваясь в темноту за окном.

Как в одном человеке могут сочетаться две противоположности: серьезность на грани мании контроля и распущенность?

К последней я почти привыкла, но первая заставляет меня напрячься.

– Джон сделал все, чтобы ты бросила меня и вернулась домой, – говорит Эван, на миг повернувшись.

– Так, ты везешь меня в Глейнвил, сделав крюк по океану? – смеюсь, чтобы разрядить обстановку.

Эван сильнее сжимает руль, а в его голосе появляются нотки грусти.

– Можно сказать и так. Для него ты все еще ребенок. А если ребенок чего-то очень хочет, лучше дать ему это, иначе он возьмет свое, наделав кучу ошибок. Джон дает тебе шанс увидеть реальную жизнь и вернуться под его заботливое крыло.

– Значит, мне точно не понравится эта жизнь?

– Чудес не бывает, Вив. Люди привыкают быть теми, кем родились, и что-то изменить сложно. Но ты можешь спрятаться за стенами дворца или принять, что мир за его пределами совсем другой и где-то каждый день умирают люди. От голода, холода или нищеты…

– Я знаю, поэтому и согласилась стать главой Фонда, если помнишь. К чему ты клонишь?

– Там, куда мы едем, не любят элиту с материка. Постарайся не выделяться.

– И что же меня может выдать? – выпаливаю я.

– Черт, что за олень поставил тачку у самого шлагбаума? – вместо ответа бормочет Эван.

Это люди отца.

Как только мы останавливаемся, они тут же подлетают к нам. Один из них указывает на катер, стоящий у дальнего понтона, а остальные идут к соседнему.

– В постель тоже заберетесь? – нервно спрашивает Эван, хлопнув дверью.

– Это наша работа, – отвечает высокий мужчина в черных очках. – Меня зовут Лекс, я начальник вашей охраны. Обращайтесь ко мне при возникновении любых проблем.

Эван уверенно подходит к нему, вынуждая достать оружие.

– Двинешься, и я выстрелю, – угрожает Лекс.

– Держитесь на расстоянии, дилетанты. Или вы собираетесь валить каждого, кто подойдет к нам?

– У нас инструкции, Миллер.

– Тогда придется перестрелять половину острова, ведь люди там другие. Того, кто реально захочет напасть, не остановит даже кольцо из вас.

– Эван, – тяну его за плечо. – Они все равно не послушают тебя. У них приказ.

– Значит, они покойники.

Вскоре к Лексу присоединяются те двое. Они покидают катер и встают рядом с начальником, готовые в любой момент увезти меня домой.

По лицу Эвана я понимаю, что он не боится их и, конечно, не отпустит меня, но у них оружие, а значит, драка может кончится чьей-то смертью.

– Твою мать! Миллер во плоти! – вдруг громко вскрикивает кто-то.

Мы оборачиваемся и видим, что к нам бежит темнокожий мужчина, окруженный двумя женщинами в неприлично коротких платьях.

Он же одет только в белое и в темноте выглядит как свет прожектора.

– Бак? – удивляется Эван.

Парень подлетает к нему и обнимает, похлопывая по спине, а спутницы подходят следом.

Одна из них целует Эвана в щеку, мило улыбаясь. Вторая кладет руку ему на бедро, совершенно не стесняясь моего присутствия.

– Я думал, что ты давно покинул эту дыру и записываешь платиновый альбом где-нибудь в Лос-Анджелесе, – усмехается Эван.

– Ты что? Холинбейл – новый центр притяжения! Все покупают здесь виллы, строят студии…

– И как вы познакомились? – вмешиваюсь я, чтобы друзья, наконец, начали меня замечать.

Лениво оторвав взгляд от кумира, Бак молча оценивает меня.

– Если бы не его чумовые вечеринки, я бы так и остался никому не известным Баком Эймсом. Клянусь, если бы не он…

– Да, умолкни уже! – требует Эван и представляет меня: – Это Вивьен.

– Красивое имя, – из вежливости отвечает Эймс и сразу же стирает меня из поля зрения, рассматривая кофту приятеля. – Вы в горах, что ли, были?

– Летали на воздушном шаре.

– Я думал, ты завязал после случая с богатым говнюком! – вскрикивает друг, но серьезное лицо Эвана заставляет его перейти к делу: – Ну ладно. Проходите на мою красотку. Она – вон там.

Бак оборачивается и с гордостью указывает на огромную яхту, стоящую в двухстах ярдах от нас.

– Нет времени. Мы должны быть на Косте через три часа.

– На вечеринку собрались? Говорят, там обитают жаркие девочки…

– Вообще-то, там голодают люди, – вмешиваюсь я. – Не хочешь помочь им, Бак?

Парень делает вид, что не слышит меня.

– Брось. На море нет пробок! Доберетесь быстро. Ну, хотя бы на полчаса, брат! – жалостливо просит Бак.

Эван щурится и сжимает мою ладонь.

– Ты не сильно устала?

Что я могу ответить?

Я не в восторге от веселья в компании этой монохромной троицы.

Но я не имею права ограничивать Эвана. Меньше всего мне хочется, чтобы он считал меня занудой.