Czytaj książkę: ««Открыть строго в 15:05!»»
Как только они загрузились в поезд и поехали, Диана насупилась, забилась в угол у окна и мрачно уставилась в него. Дочь явно сильно расстроилась.
– Ты чего загрустила? – как можно бодрее спросила Татьяна. – Смотри, как хорошо: мы едем! На улице жара, а тут прохладно-то как! Хорошо…
От жары она сегодня очень устала, пока собирали сумки, ехали на вокзал и торопились на поезд.
– А бабушка заплакала, когда нас провожала, – сказала Диана. Татьяна вздохнула.
– Да… Ей грустно, что не увидит нас до следующего лета. И вообще, провожать всегда грустно. Совсем не то, что уезжать.
– Уезжать тоже грустно! – горячо возразила Ди. – Я хочу назад! На огород и на море! Не хочу уезжать!
– А в Москву разве не хочешь? Ты же её любишь. Мы приедем и погуляем там, будет классно. Купим новый костюмчик и всякие тетрадки в школу, а?
– Фу, не хочу в школу!
У Дианы задрожали губы. Она расстроилась ещё больше. «Да уж, утешила, так утешила», – подумала Татьяна.
– Мне тоже грустно уезжать, дочь. Но зато нас будет встречать папа! А дома ждут Мурчик и Дымок. Ты же тоже скучила по ним?
– Да! – оживилась Ди. – Хочу погулять с папой! А он будет встречать на вокзале? А кока-колу привезет? Деда мне дал с собой баночку, вот она! Хочешь? А на Красную Площадь пойдём? А шарики будем запускать с моста? А в музей с динозаврами пойдём?
Татьяна улыбнулась дочке. За месяц, проведенный у бабушки с дедушкой, Диана часто спрашивала, как там папа, и обожала говорить с ним по телефону. Жаль, что он не поехал с ними этим летом из-за работы, но оставить Диану совсем без поездки на каникулы оба родителя не смогли. Ди умница, окончила первый класс отлично, и им хотелось её как следует поздравить. А что может быть для ребёнка лучше поездки на море и беззаботной летней жизни в селе? Прятки в высокой кукурузе, гулянки с кучей местных друзей, лазанье по деревьям в фруктовом саду, абрикосы, ягоды, арбузы и дыни, мороженое каждый день…
А море? Первая крупная волна, песочные домики, восточные сладости на пляже, купание до посинения, испуганные визги при виде медуз, грязевые ванны неподалёку от моря, караоке и танцы для взрослых и детей под открытым небом по вечерам… Татьяна словно снова окунулась в своё детство, наблюдая за счастливой Ди и переживая снова все эти замечательные детские открытия и впечатления.
Жаль только Егор с ними поехать не смог. Он бы с удовольствием помог Диане строить песочную крепость, а то при помощи Татьяны у них получилась какая-то кривуля, и соревнование по песочному строительству среди детей они проиграли. Татьяна соскучилась по мужу. А он – по ним с Ди. Даже несмотря на ежедневные созвоны. Но наконец-то завтра Егор встретит их на вокзале в Москве, и они чудесно погуляют по городу всей семьей. А потом поедут домой.
«До чего же приятно, когда тебя дома ждут. Когда хочется возвращаться. И хочется снова увидеться», – мысленно улыбалась Татьяна, пытаясь ответить на все вопросы дочери, которые со скоростью света сыпались на неё.
Всласть нафантазировавшись о завтрашнем прибытии в Москву, Диана успокоилась и перестала грустить. И дочь, и мать, наговорившись, некоторое время молча сидели в своих телефонах под мерный стук колёс. Дочери нравились поезда так же, как и Татьяне. Она любила подолгу смотреть в окно на сменяющиеся пейзажи и всегда так забавно восхищалась, когда поезд проезжал по мосту через какую-нибудь широкую реку. Скоро Ди ещё и друзей тут в вагоне найдёт, и они устроят беготню по коридору, пока родители не начнут их разгонять по своим купе.
– Мам, а с нами в купе опять будет ехать тот дядька и тетя? – спросила Диана, вспомнив попутчиков по дороге на юг.
– Не знаю. Может, никто и не будет. А может, потом подсядут.
Через несколько минут Диана опять заговорила, теперь уже возмущённо:
– Мам! Интернет пропал!
– Это нормально, мы же разогнались и едем по полям. Он уже пропадал и в прошлый раз.
– Дааа, помню. Это была такая скукотень!
Татьяна не стала начинать рассказывать страшные истории о том, как в её детстве вообще не было интернета, и даже телефонов с играми. Не хотелось чувствовать себя слишком старой рядом с дочкой, ведь ей было всего лишь двадцать семь лет. Вместо этого она предложила:
– Давай тогда арбуз съедим, который дед нам запихал в сумку. А то по Москве совсем неохота его таскать.
Диане арбуза пока явно не хотелось, но девочкой она была доброй и согласилась помочь разгрузить сумку, которая была набита всякими вкусными и не очень вкусными гостинцами от дедушки с бабушкой.
– Но суп я есть не буду точно! – сразу заявила она. Бабушка ни в какую не отпускала их в дорогу без контейнера супа, который уже наверняка успел испортиться на тридцатиградусной жаре.
– Договорились, – кивнула Татьяна, и не собиравшаяся его предлагать.
Пока они доставали арбуз, Диана полезла в другую сумку, с вещами и одеждой. И с загадочной ухмылкой извлекла из неё странное «сокровище». Татьяна не сразу вспомнила, но смутно узнала эту вещицу. Неужели это… её собственная детская сумочка?!
Так и было. Потрепанная, с давно облупившимися стразиками и порванным ремешком, её сумочка «Хеллоу Китти». Прозрачная, жутко модная в Татьянином детстве. Предмет гордости! Её купили на Черкизовском рынке в Москве, которого давно больше не существует, но поход туда для маленькой Татьяны был одним из ярких воспоминаний. Первым огромным скоплением иностранцев, ярких товаров, которые так хотелось выпросить у родителей. И сумочка с китайской кошечкой стала таким желанным подарком. Первый крупный девчачий шопинг.
– Откуда… – только успела произнести ошарашенная Татьяна, как Диана радостно затараторила:
– Это бабушка нашла, разбирала твои старые вещи! Такая стрёмная сумочка! Я её взяла, чтоб не выкинули, и чтоб поржать!
– Диана!
– Ну, мам, ну она же угарная!
– Сама ты такая. Раньше она красивой была, – возразила Татьяна, чтобы хоть немного отстоять честь своей сумочки. Хотя её, конечно, давно стоило выбросить. Но её мама, конечно, ни за что бы этого не сделала.
– Там ещё и лежит что-то! – радостно продолжила Ди и высыпала весь сумочный мусор на чистую постель на полке. – Давай смотреть!
– Фу, – сказала Татьяна при виде скукоженных обёрток от жвачек и конфет, крошек и шелухи от семечек. – Убирать всё это сама будешь.
– Мам, смотри! – увлечённо зашуршала всем этим мусором Диана. – Нарисованные денежки! Монетка! Брелок! А я смотрела «Покемонов», это он? Вау, какая блестяшка! Это серёжка? А давай мне вставим!
Этим летом Диане прокололи ушки, и она не могла не обойти вниманием новую серёжку, пусть даже та и была без пары.
А Татьяна вдруг обратила внимание на конверт. Помятый, конечно, но такой яркий. Он был весь обклеен наклейками, вырезками из журналов и разрисован от руки. Татьяна взяла его, чтобы рассмотреть получше.
– Надо же. Письмо! – вырвалось у неё. Диана тут же бросила все остальные побрякушки и заверещала дать ей посмотреть на письмо.
– Мам, это что? От кого? Зачем?
Татьяна мысленно вздохнула. Всё-таки придётся потом читать Ди лекцию о том, что раньше все писали друг другу письма, когда не было интернета и смартфонов. Но это будет трудно объяснить.
– Тут подписано «Танюхе от Янки»! Это кто? Ещё и адрес! Ой, мы в соседнем доме живём же! Да? – восторженно прочитала Ди надписи на конверте. – А почему тут наклеены какие-то старики?
– Ну, тогда Том Круз, Брэд Питт и Сальма Хайек ещё были не стариками, – попыталась объяснить Татьяна. «Вообще-то, они и сейчас огонь», – подумала она с небольшой ноткой гордости за любимых с детства актёров. А у самой уже чуть не наворачивалась слеза умиления от оформления конвертика. Она, конечно, сразу вспомнила, что это было за письмо, от кого и когда.
– Тут ещё написано… «Открывать только в поезде! Не открывать заранее! Совершенно секретно!» И ещё… «Открыть строго в 15:05!» Мам, это что такое? – Диану распирало от любопытства.
– Просто поезд, видимо, тогда отправлялся в пятнадцать ноль-ноль, – внезапно сдавленным голосом ответила Татьяна, вытаскивая из конверта письмо. Прочитать его сейчас внимательно было невозможно, потому что Диана прыгала рядом, изнывая от любопытства, и Татьяна решила сделать это позже. А сейчас она только пробежалась глазами по длинному письму на несколько листов, написанному аккуратным детским почерком, с рисунками и наклейками и разноцветными надписями.
– Дело было так, – начала она говорить. – Когда я была маленькой…
– Как я? – тут же перебила Ди.
– Немного постарше, года на два-три. У меня была лучшая подруга Яна. Мы с ней везде ходили вместе. В школу, из школы… Весь день друг у друга в гостях сидели. Гуляли вместе. И когда я уезжала на летние каникулы, мы писали друг другу такие вот письма. По-моему, я даже сидела у Яны в гостях, а она при мне писала это письмо. А я писала письмо ей. И мы условились открыть их и прочитать, только когда я буду сидеть в поезде, а она дома, в одно и то же время. Вот поэтому там и написано, что открывать точно в пятнадцать ноль-пять.
– Вы что, созвониться не могли? – спросила Диана, наклонив голову со взглядом, полным подозрения, что её сейчас странным образом разыгрывают.
– Нет, тогда смартфонов ещё не было, – развела руками Татьяна.
– В смысле?!.
Татьяна вздохнула:
– А вот так! Были только домашние телефоны, а если ты уезжаешь, то никаких. И мы с Янкой так скучали друг по другу, что заранее писали такие вот письма. Чтобы в дороге не скучать. А потом отправляли их по почте, и они доходили до нас за месяц или дольше.
– Ну и кри-и-инж, – произнесла Диана с сочувствующим видом. В другой раз Татьяна бы засмеялась от её серьёзности и лексикона, но сейчас было не до смеха. Письмо напомнило ей о сильной детской дружбе, привязанности и любви.
– А о чём там написано-то? – поторопила Диана, не давая маме погрузиться в ностальгию.
– Да обо всём подряд. «Я пишу сейчас тебе, пока ты сидишь и пишешь мне. Завтра ты уезжаешь, и смотри не прочитай мой письмо раньше! Я тоже не буду твоё письмо заранее читать», – выбрала Татьяна первые строчки письма. Потом прочитала со следующего листа: – «А Дима и Вован козлы! Приедешь, устроим им. А Джонни классный». – Татьяна перевернула страницу: – «Мама приготовила салат, я сейчас буду есть. Ненавижу лук!».
– А про папу почему не написано? – спросила Ди. И сразу продолжила: – А почему эта Яна с тобой не поехала? Не надо было бы ничего писать.
– Ну, она не могла.
– Как папа?
– Да, почти как папа, – согласилась Татьяна.
– А вы сейчас не дружите?
– Нет, так сильно уже нет. Перестали общаться потихоньку. Но память осталась, ещё какая!
– А-а… – помолчала Диана, обдумывая что-то своё. И заявила: – А я с Алёной не собираюсь перестать общаться! И с Катькой! И С Лёхой! О, интернет появился! Быстрее бы приехали к папе в Москву! – Ди уселась, скрестив ноги, и задорно зачавкала арбузом, глядя в окно и включая тиктоки. – Мам, смотри!
Татьяна спрятала письмо вместе с конвертом в свою сумку. Потом прочитает целиком. И стала смотреть с Дианой видосики.
От внезапной находки, привета из прошлого в виде старого помятого конверта с письмом, стало очень тепло и нежно на душе.
– Знаешь, Ди, вот тебя Катя и Лёха, и Алёна ждут. Так что нечего грустить, что лето проходит. Вам и осенью весело будет, – сказала Татьяна дочери.
– Ну да. Только там школа!
– Все равно, с друзьями будет веселее в школу ходить, и не только. Если что, напишете друг другу письма, как вас всё бесит, – усмехнулась Татьяна.
– Ещё чего! Для этого «телега» есть.
Татьяна улыбнулась и погладила Ди по плечу. Заодно подумала, что Янка сейчас в Москве живёт, можно будет созвониться и заехать в гости. Прочитать вместе это трогательное письмо и обняться.
Приятно, когда тебя ждут. Когда пишут письма обо всём и ни о чём. Когда провожают и встречают. И когда каникулы и летняя беззаботность заканчиваются, впереди осень, дожди, холода и зима, а ты возвращаешься к тем, кто по тебе скучал, и ждёшь этой встречи больше всего.
