Czytaj książkę: «Во власти мафиози. Враг в постели»

Глава 1

На похоронах не положено улыбаться… Но ничего не могу с собой поделать, – уголки губ сами собой ползут вверх. Именно поэтому моë лицо скрывает густая вуаль. Что же, как вдова я вполне могу себе позволить этот несколько театральный атрибут.

Тем более, всё происходящее больше похоже на фарс, а не прощание с усопшим. Мой муж Шах, глава одного из самых влиятельных мафиозных кланов, был, мягко говоря, не очень приятным человеком. Хотя нет, не так. Олег был конечным ублюдком, – безжалостным, беспринципным и с садистскими наклонностями.

Мажу взглядом по сторонам сквозь густую вуаль и кривлюсь под ней. Вокруг меня «сливки» мафиозного сообщества. Фактически сейчас нахожусь в бассейне с акулами. Но эти акулы знают правила и чтят традиции, поэтому пока я в безопасности.

Ключевое слово «пока»… Ровно до тех пор, пока тело Олега не предадут земле, а нотариус не зачитает его завещание. Тогда я стану самой богатой вдовой, владелицей элитной недвижимости, целого парка люксовых авто и нескольких корпораций. И это лишь вершина айсберга – основной доход Олега имел криминальное происхождение. Все его подпольные казино, приносящие просто неприличные суммы, тоже перейдут мне.

Вот именно из-за них я тут же превращусь в добычу акул, которые постараются откусить самый жирный и аппетитный кусок. Ну и пусть клацают челюстями. Мне не нужны эти миллиарды. Мой адвокат уже подготовил документы на продажу недвижимости, которая достанется мне, и даже приискал покупателей. Я просто получу деньги, заберу сына, и мы растворимся, уедем как можно дальше отсюда. И пусть эти акулы перегрызут друг друга.

– Здравствуйте, Ярослава! Позвольте выразить вам свои соболезнования… – раздаётся сзади и откуда-то сверху низкий бархатный мужской голос, с лёгким акцентом.

Мне не нужно поворачиваться, чтобы узнать, кто у меня за спиной. Этот низкий, чуть тягучий голос узнаю из тысяч. Дамир Берсиев, чтоб его! На его фоне остальные собравшиеся здесь – пушистые котята рядом с голодным львом.

Тело пронзает миллионом игл, по коже рассыпаются мурашки, добегая до затылка и шевеля волосы. Сейчас я готова оказаться где угодно, лишь бы подальше от этого мужчины.

Я чувствую, как его горячее дыхание обжигает мою макушку и ухо, а запах сандалового парфюма, помноженного на что-то невероятно мужское, волнующее оплетает сознание. Дамир близко, – слишком, опасно, непростительно близко.

Резко разворачиваюсь к нему, почти утыкаясь в мощную грудь, обтянутую чёрной рубашкой. На секунду зависаю оттого, что рассматриваю каждую мышцу на огромном тренированном теле и пускаю слюни, словно глупая девчонка.

«Молодец, самое время пялиться на мужика! Твоего мужа ещё не зарыли, а ты уже представляешь, как выглядит этот чёртов Дамир без рубашки. Хотя чего уж там, он точно выглядит великолепно!» – вступаю во внутренний диалог с собой, на секунду выпадая из реальности.

– Ярослава, с вами всё в порядке? – сдержанно интересуется красавец, наклоняясь ко мне.

Да он издевается, что ли? Тёмно-серые глаза в обрамлении удивительно длинных ресниц смотрят пытливо, густые брови чуть нахмурены, но в уголках губ прячется какая-то недобрая усмешка, словно её обладатель знает нечто важное, недоступное остальным.

– Извините, мне не очень хорошо! – шепчу сдавленно, и это правда.

– Позвольте проводить вас. Скоро начнётся церемония прощания.

Мужчина берёт меня под локоть, и его горячие пальцы обжигают даже сквозь плотную ткань платья. Кажется, у меня на коже останутся волдыри. Все взгляды устремляются на нас, словно по команде. Боже, дай мне сил просто пережить этот день!

– Спасибо, я справлюсь сама! – режу жёстко, вырывая локоть из пальцев мужчины.

Он не прикладывает никакого усилия, чтобы меня удержать, но понимаю, что если бы захотел – я не смогла ничего поделать с его железной хваткой.

 Делаю шаг, стараясь забыть ощущение пальцев Дамира на своей руке, а в следующий момент замираю на месте, а затем и вовсе врезаюсь спиной в литую грудь и каменные кубики пресса Берсиева. Его рука вновь ложится на мой локоть, и теперь сомнений нет – там точно останется ожог.

– Никто не смеет отказывать мне, Ярослава! – рычит он.

Глава 2

Ночь перед похоронами

Дамир

Делаю глоток вискаря и смотрю на рыжую девчонку, извивающуюся передо мной в ВИП-кабинете. Яркий макияж, минимум одежды, идеальное тело со сделанными сиськами и накаченной жопой. Член встаёт, когда она медленно стягивает кружевной топ и моему взгляду открываются округлые полушария с вершинками розовых аккуратных сосков. Да, пластический хирург постарался на славу.

– Иди сюда! – приказываю коротко.

Мне уже хочется натянуть малышку на член, без всяких этих игр и плясок. Я насмотрелся на шлюх-стриптизёр, вертящих задом, – ничего нового и сейчас не увижу. Скучно, смертельно скучно… И даже когда буду ебать эту малышку, веселее особо не станет. Особенно после того, как кончу и желание сменится брезгливостью и непониманием, какого хера я вообще делаю.

Девчонка вдруг начинает мяться и даже отступает на шаг.

– Ты чего? Новенькая, что ли? – рявкаю на неё.

Рыжая испуганно кивает, словно я её убивать собираюсь, а не трахать.

– Я подружку заменяю. Она сказала, что нужно только танцевать и раздеваться. Что меня никто пальцем не тронет, это запрещено в клубе! – блеет овечка, стараясь казаться невинной.

– Это мой клуб, и я делаю всё, что хочу! Поэтому хватит кусать губки. Лучше тащи их сюда и отсоси как следует!

В глазах девчонки вдруг сверкают слёзы, а член опадает. Да чтоб тебя! Мне только ревущей шлюхи не хватало.

– Ну и какого хера ты сюда припёрлась? – хочется размазать эту овечку по стене за её тупость.

– Я хотела мужчину богатого найти! Вот даже сиськи в кредит сделала! Теперь года три платить! Вы не думайте, я не проститутка, мне только один мужчина нужен! – ревёт рыжая, размазывая потёкший макияж и разом теряя лоск.

Меня вдруг пробивает на смех. Хохочу так, что аж сердце покалывает – не хватало ещё схлопотать инфаркт из-за этой соски. То-то друзья удивятся, что сдох не в перестрелке, а из-за остановки сердца во время приступа неконтролируемого ржача. Интересно, что за эпитафию мне тогда на могиле напишут… «Умер смеясь?»

Девка косится на меня с испугом, явно сомневаясь в моей адекватности.

Приступ весёлости проходит так же внезапно, как и начался.

– Родители знают, чем занимаешься? – бросаю зло.

Бля, Дамир, что ты творишь? Тебе нужно трахать шлюх, а не вести с ними душеспасительные беседы.

– Мама думает, что я в институте учусь, а я русский провалила на вступительных! Но я буду в следующем году поступать!

Всё, это уже перебор! Похоже на сцену из какой-нибудь тупой комедии. Достаю из лопатника толстую котлету бабла и кидаю перед собой на пол, даже не думая, сколько там.

– Подняла – и на выход!

Рыжая бледнеет так, словно я бросил в неё шипящую кобру, но мельтеша начинает подбирать купюры, опустившись на колени.

Делаю ещё глоток вискаря, чтоб запить горечь во рту от картины. Эти сучки готовы на всё ради бабок, – все без исключения. А те, что прикидываются чистыми, просто хотят урвать побольше.

– Спасибо… – шепчет рыжуха, расплываясь в улыбке.

– Пошла вон! Учти, увижу ещё раз в своём клубе, выебу так, что неделю ходить не сможешь.

Стриптизершу словно сдувает ветром, а я задумываюсь, не заказать ли ещё бутылку вискаря.

Не проходит и несколько минут, как дверь в ВИП-ку открывается, но вместо официанта входит ещё одна танцовщица.

– Света ушла так быстро. Вам что-то не понравилось? Я танцую, лучше, чем она! Хотите посмотреть? – названная гостья невинно хлопает блядскими глазами.

Кажется, она держит меня за лоха и надеется, что я тоже осыплю её баблом, если скосит под целку-фанатичку. Но вместо этого расстёгиваю ширинку и вываливаю член, который бодро восстал и решил наверстать упущенную возможность.

Девка сосёт технично, но я запускаю пятерню в нарощенные волосы и буквально трахаю её в ротик, входя до упора, но и это не приближает меня к оргазму.

Почему-то в памяти вдруг всплывает образ Ярославы, жены Шаха. Её хрупкая фигурка, вечно испуганные глаза. Почему сейчас думаю о ней? Она же совсем не в моём вкусе: слишком худая – ни сисек, ни жопы – похожа на встревоженного зверька, боящегося собственной тени. Хотя, если смогла выжить с таким мудаком и садистом, как её покойный муженёк, значит, характер у неё есть.

Стоит вспомнить о ней, как меня вдруг накрывает и я обильно кончаю в рот шлюшке. Вот это поворот… Не ожидал, что оргазм будет таким бурным.

Танцовщица благоразумно сваливает, поняв, что от меня не дождётся бабла и лучше сейчас ко мне не лезть, а я довольно улыбаюсь.

Ну что, малышка Яра, возможно, уже завтра ты будешь полировать своими губками мой член после оглашения завещания Шаха. У тебя просто не будет выхода, ведь тебя ждёт большой сюрприз!

Глава 3

Ярослава

Даже не верю, что церемония закончилась. Пустые громкие слова, о том, каким прекрасным человеком был мой покойный муж, наконец закончились.

Все ждут оглашения завещания. Ведь ради этого и собрались. Всем плевать на кусок плоти, который некогда заставлял всех трепетать. Шах в земле, и я искренне этому рада. Надеюсь, что в аду для него уже подготовлен котёл.

– Прошу всех действительно близких пройти со мной! – отрешённо произносит невысокий лысый мужчина, холодно поблёскивая стёклами очков в золотой оправе.

Паук, душеприказчик моего благоверного… как всегда холоден, спокоен и невозмутим.

Все словно по команде поднимаются с мест. Две красавицы модельной внешности делают вежливый жест и слегка кивают, приглашая меня пройти первой. Это любовницы моего мужа…

Неплохие, достаточно неглупые девчонки, выгодно пристроившие свои молодые тела к Шаху. Они улыбаются, зная, что насосали на спокойную безбедную жизнь. Я им даже завидую в чём-то. По крайней мере, уверена, что на них он не поднимал руку и не срывал свою злость, как на мне.

Пытаюсь выпрямить спину и иду в комнату, где сейчас произойдёт самое важное. Ощущение такое, что от духоты, усталости и слишком тесного платья вот-вот упаду в обморок.

– Ярослава, вы в порядке? – интересуется Паук.

– Давайте уже поскорее закончим с этим фарсом! – шиплю я, надеясь, что никто нас сейчас не слышит.

На его лице не дёргается ни единый мускул, – вот уж самообладание.

Просторная комната наполняется под завязку. Лишь табун девиц в вульгарных чёрных платьях, пришедших сюда, чтобы приискать себе «папика", остаётся в общем зале.

Словно сквозь вату слышу неторопливый голос Паука, зачитывающего завещанием.

 Конечно, любовницам мужа достаётся по домику на Лазурном побережье и неплохое месячное содержание. Девчонки поднимаются с места и направляются к выходу, сжимая моё плечо перед уходом. Возможно, это странно, но мы с ними были почти подругами, ведь Шах сделал всё, чтобы ограничить мой круг общения, и лишь его любовницы не боялись поддерживать меня, ходить со мной к врачам, вправляющим переломы и лечащим гематомы после очередного приступа гнева ныне покойного мужа.

«Быстрее!» – мысленно тороплю неспешного душеприказчика, опасаясь, что завалюсь в обморок от духоты.

Мне хочется скорее выбраться отсюда, вдохнуть свежего воздуха, оказаться вне прицелов чужих взглядов.

Кажется, что воздух в комнате начинает дрожать и вибрировать, когда Паук берёт театральную паузу. Он прочищает горло, делает глоток воды, а я готова завыть.

– Всё движимое и недвижимое имущество я завещаю своему сыну Шахову Андрею Олеговичу – звучат решающие слова. – Все активы и бизнес перейдут к нему в момент наступления совершеннолетия. Но до этого момента опекуном моего сына назначается Берсиев Дамир Русланович, имеющий право распоряжаться данным имуществом по своему усмотрению, но так, чтобы не нарушить интересы опекаемого.

Голос Паука затихает, но всё ещё продолжает звучать у меня в голове. Что происходит? Почему покойный муж доверил всё имущество и бизнес этому зверю, а меня даже не упомянул в завещании? Он оставил меня ни с чем! И это после всего, что довелось вытерпеть!

Сжимаю кулаки и оборачиваюсь, чувствуя пристальный взгляд в области затылка. Возле стены, скрестив руки на груди, стоит Берсиев в непринуждённой позе, а на его порочных губах улыбка победителя. Это он подстроил!

Я срываюсь с места ещё до того, как придумываю, что буду делать. Ноги сами несут меня к ухмыляющемуся зверю, уверенному, что он может получить всё, что захочет. Рядом с Шахом я научилась контролировать свои эмоции, прятать их так глубоко, что и следа не заметно окружающим. Но сейчас словно прорывает плотину, и этот процесс уже не унять, не повернуть, не остановить.

– Это всё ты! – рычу дикой кошкой, задирая голову так, чтобы видеть выражение лица Дамира. – Не знаю, как тебе это удалось, но я оспорю завещание! Не надейся, что отдам всё! Ничего не получишь! Только через мой труп!

К концу фразы срываюсь на крик.

Мужчина глядит на меня сверху вниз, а в тёмно-серых глазах появляется любопытство. Наверное, так смотрит породистый доберман на шпица, заливающегося на него лаем. Только доберман должен знать, что и карманная собачка может вцепиться в горло, если её загнать в угол.

– Ярослава… – тянет он моё имя так, словно говорит что-то развратное, а у меня тут же вспыхивают щёки от его низкого вибрирующего баритона. – Никто не смеет поднимать на меня голос. Так что лучше прикусите язычок, пока не пожалели.

Но во мне сейчас просто вырубился инстинкт самосохранения, иначе как объяснить, что скалюсь от злости и бросаю мужчине прямо в лицо: «А мне плевать на твои угрозы!»

В следующий момент щёки сводит от резкой боли, когда пальцы Дамира сжимают их с такой силой, что челюсть вот-вот сломается.

– Слушай меня, глупая женщина! Хочешь жить и, чтобы с твоим сыном всё было в порядке – слушайся меня и знай своё место! Будешь открывать рот лишь тогда, когда позволю!

Он склоняется ко мне, наши губы разделяет всего несколько сантиметров, чувствую его горячее дыхание на своём лице.

– Я беру всё, что захочу! Поэтому у меня будет бизнес твоего мужа, всё его имущество и счета, но мне нужно кое-что, что закрепит мой статус! – глаза Дамира становятся чёрными от расширившихся зрачков. – Ты станешь моей женой, и я усыновлю твоего ребёнка. Так я стану полновластным хозяином империи Шаха.

Только не это! Меня отдали замуж за Олега против воли, тогда наш брак стал стратегическим ходом, призванным положить конец в кровопролитной войне двух кланов. Я оказалась разменной монетой, заложницей и любимой игрушкой Шаха. И теперь, когда только поверила, что обрела свободу, меня запирают в золотую клетку с очередным зверем.

– Нет… – шепчу затравленно, на глазах выступают слёзы от боли и обиды.

В этот момент Дамир дёргает меня к себе, и буквально врезаюсь в его огромное горячее тело, твёрдое настолько, будто высечено из камня. Мощная лапища отпускает мои щёки, но тут же впивается в волосы, наматывая их на пятерню. Я не могу даже пошевелиться.

– Вот так, моя милая! Сегодня ещё можешь носить траур, а завтра мы подпишем все необходимые документы и сыграем свадьбу. А затем нас ждёт первая брачная ночь! – тихо рычит он, заставляя меня трястись всем телом. – И вот небольшой аванс.

Горячие сухие губы мужчины буквально сминают мои. Силюсь закричать, но лишь нечленораздельно мычу, и Дамир тут же пользуется этим, вторгаясь языком в мой рот, – действует властно, умело, вылизывая меня, щекоча нёбо, прикусывая губы. Впервые испытываю нечто подобное: мне одновременно страшно и порочно-приятно. Теряюсь от смеси противоречивых эмоций, впадая в транс.

– Сладкая девочка… Завтра вся моя будешь! – довольно выдыхает мучитель и отправляется к выходу с таким видом, будто ничего не произошло, а я едва держусь на дрожащих ногах посреди похоронного комплекса с губами, горящими от поцелуя.