Czytaj książkę: «Неровные шедевры»

Не ищите здесь ровных строк.

Не ждите удобных рифм.

Эта книга – не про красоту.

Она – про правду.

А правда, как известно, редко бывает удобной и красивой.

Здесь живёт боль, которая кричит из окопа.

Здесь живёт любовь, которая зашивает душу на живую.

Здесь живут старики, которые идут по своей тропе, держась за руки, потому что один – хромой, а другой – слепой.

Здесь живут те, кого «скурили, как сигарету», и те, кто до сих пор ищет чью-то тень на пустом окне.

Я не сочиняла эти истории.

Я их – проживала.

Каждую.

От первой до последней строчки.

Поэтому они такие неровные. Сбивчивые. Как пульс в момент, когда не знаешь, выживешь ли.

Эти стихи – не попытка понравиться.

Это – разговор без прикрас. Голос в тишине.

Если вы слышите в нём что-то своё – значит, я писала не зря.

Значит, мы с вами – одной крови. Из одного, израненного поля.

Добро пожаловать в мир без глянца.

В мир неровных шедевров.

Здесь честно.

И очень больно.

И, возможно, именно поэтому – живо.

Светлана Ладная

Извините нас,люди!

Извините нас, люди, – пока мы живые,

Но веселье и радость нам чужды теперь.

Извините нас, люди, – за слёзы скупые,

Мы в ловушке, как загнанный зверь.

Извините нас, люди, – мы не вернулись,

А остались лежать там, где нет зимы.

Извините нас, люди, – теперь вы очнулись?

От веселья и пьянок, и былой кутерьмы?

Извините нас, люди, – мы так не хотели,

Мы хотели домой, а не здесь умирать.

Извините нас, люди, – там пули свистели.

Обещайте нам, люди, нас вспоминать.

Ебашим по вашим

Ебашим по вашим, не видно ни зги.

О, Господи, милый, Ты нам помоги.

Хочу я на родину, в дом свой родной,

Прошу, забери мои страхи с собой.

И парень упал – его больше нет,

Остался один окровавленный след.

Сорвали жетон с груди у солдата,

В кармане – табличка «случайная дата».

О, Господи, милый, Ты нам помоги,

Хочу я на родину, в дом свой родной.

Прошу, забери мои страхи с собой.

А вечером снова, по плану, – захват.

А ноги устали, бля, руки дрожат,

И слышатся взрывы над головой.

Прошу, забери мои страхи с собой.

И каждый считает минуты и дни,

Но нет у нас шанса быть позади.

Мы – те, кто сегодня стоит за тебя,

У каждого быть здесь причина своя.

Молилась женщина

Сидела женщина, молилась и молчала,

Усталый взгляд, слезу смахнув рукой.

Она за сына тайно горевала:

«Не с ней он, но дай Бог, чтоб живой».

Он там, где взрывы и огня раскаты,

Где боль, печаль и слёзы матерей.

Он там не сын – они там все солдаты.

Не крикнешь вслед: «Оденься потеплей!»

И остаётся матери молиться Богу,

Просить Его от пули уберечь,

С души убрать за сыновей тревогу

И веру в лучшее в сердцах зажечь.

И каждый день, вставая на колени,

В руках сжимая лик святой, —

Минуты с Богом для неё бесценны.

И просит мать вернуть детей домой.

Призывник

Кутаясь в пальто и опуская плечи,

Устало по дорожке мать идёт.

В руках её венок,цветы и свечи,

Их на могилку бережно кладёт.

На могиле фото, а на нём парнишка,

Молодой совсем,с улыбкой на лице.

Похоронен тут теперь её сынишка,

С войны вернулся полностью в свинце.

Хочет мать сказать ему хоть слово,

Но с губ слетает только крик:

«Почему так вышло бесталково?

Сынок её был просто призывник».

Конечно, мать гордилась сыном,

Но,вытирала слёзы на глазах,

Воевать пошёл он по своим причинам,

Позабыв про юность и свой страх.

И он вернулся, как и обещал,

Героем,не жалея своей жизни.

Медаль вручал посмертно генерал

«За отвагу»перед своей отчизной.

Брат.

Ты видишь, брат? На небе закат.

Багровые реки,вокруг – страшный ад.

Смотри,командир наш мёртвый лежит:

Руку оторвало,но тело дрожит.

Закрою глаза, молитву прочту —

И эту минуту за слабость сочту.

Брат, ну же, глаза мне открой!

Ты дышишь ещё,а значит – живой.

Брат,не смей уходить раньше нас!

Тебя не запомнит суровый Донбасс…

Нет больше крика. Струя потекла.

Обмякшее тело,закрылись глаза.

Сжимает карман ослабшей рукой.

В кармане— конверт, и адрес домой.

Срок человечности.

Люди!! Посмотрите, что вокруг творится —

Вам,бездушным, разве невдомёк?

Как,скажите, до такого докатиться,

Или срок у человечности истёк?

Войны, ну, к чему они приводят?

Разве мало горя у людей,

Что солдаты воевать уходят,

Разбивая сердца матерей?

Разве тот солдат хотел бы славы

Или слёз любимой по ночам?

Он стоит у стен своей державы,

Не даёт пройти туда врагам.

Может, он и сам боится пули,

И не может не увидеть дочь,

И мечтает,чтобы ноги отдохнули,

И обнять мамулю он не прочь.

Но не может – он совсем не трус,

Он боец,герой, его так воспитали.

И не важно,ведь, татарин, белорус, —

Солдат не хочет,чтоб родные умирали.

Мама ты слышишь?

Мама, ты слышишь, я здесь, я живой.

Прошли мы так много, хочу я домой.

Тут ад, тут стрельба, разрывы снаряд.

На поле убитые просто лежат.

Мама, ты слышишь, мне страшно здесь быть,

Молитву читаю, мне хочется жить.

Нас кормят, одеты, но страшно порой,

И каждому хочется скорее домой.

Мама, ты слышишь, меня больше нет.

Уже не куплю я себе сигарет.

Прости меня, мама, я не хотел,

Снайпер случайно пулей задел.

Стыд

Стыдно не уметь нам извиняться,

Стыдно не уметь прощения просить.

Стыдно в душах ковыряться,

Стыдно сор из дома выносить.

Стыдно не уметь сказать «спасибо»,

Стыдно не сказать«пожалуйста» в ответ.

Стыдно ожидать стереотипа,

Стыдно рассказать чужой секрет.

Стыдно не уметь увидеть горе,

Стыдно не уметь помочь.

Стыдно победить лишь в споре,

Стыдно не любить родную дочь.

Стыдно не воспитывать ребенка,

Стыдно не уметь сказать«привет».

Стыдно обижать в саду котёнка,

Стыдно слушать Интернет.

Огонёк

Проснулся с утра, не включаю шансон,

Прогрею машину,проверю фургон.

Мне ехать ещё километров пятьсот,

Дорога разбита,посыпан песок.

Тебя дома ждут— тормози, паренёк,

Ещё метров 100 впереди— огонёк.

Доехал в ночи – а адреса нет.

Ночую на заправке,а утром – разбег.

Спешил по пути,отдыхает сейчас,

Везёт он груз двести с пометкой«Донбасс».

В кабине прохладно, снова рассвет.

Доеду до завтра,возможно, в обед.

Молчит телефон?Да сам наберу —

Я дочь в выходные на день возьму.

Тебя дома ждут— тормози, паренёк,

Ещё метров 100 впереди— огонёк.

Блестит уже руль в салоне до блеска,

И с добрым утром летит эсемеска:

«Папуля,вставай, я в школу ушла».

Глаза открываю— и звонит жена.

Тебя дома ждут— тормози, паренёк,

Ещё метров 100 впереди— огонёк!

Послушай дед

Послушай, дед, вдруг легче станет —

Хочу тебе о жизни рассказать.

Бежал вперёд,а кто меня осудит?

Никто шаги мои не станет защищать,

Не оправдает и не скажет:«Глупость,

Что жил не так,как сам хотел».

Не понимал,откуда во мне трусость,

Но отказаться сразу не сумел.

Хотел свернуть, пойти другим путём,

А что держало там— не понимаю.

Меня как будто зарыли живьём,