Czytaj książkę: «Приручить донжуана. Кристина»

Часть 1.

Глава 1. Офис.

Кристина припарковала машину на свое место, прибыв в офис на сорок минут позже, чем планировала. «Наконец-то, добралась. Пешком быстрее!», раздражалась она. «А машины Марка до сих пор нет! И дело вряд ли в пробках!», Крис вспомнила, как оставила Марка в пятницу в клубе в объятиях очередной красотки, довольного, как кота перед миской сметаны. «Выходные, наверняка, прошли неплохо, но, если он забыл, о чем мы договаривались!!».

Пикнув сигнализацией, она услышала шум двигателя и, обернувшись, увидела нескромный спортивный автомобиль Марка, а спустя минуту и его самого, вылезающего из-за руля. Он направился к ней ленивой походкой.

– Ага!! А договаривались к девяти, не позже! – засмеялся он.

– Я-то в пробках почти час провела. А тебя что задержало? Ну, как выходные? – подмигнула она.

– Так, на троечку, – задорно улыбнулся Марк своей фирменной мальчишечьей улыбкой. Крис поняла, что речь о размере груди новой подружки.

– Правда? Мне показалось, твердая четверка, – не осталась в долгу Крис. – Но тебе, конечно, виднее.

У Крис и самой до сих пор голова шла кругом от ночных приключений в излюбленном клубе, где они оказывались чуть ли не каждую пятницу привычным составом коллег и друзей. Вокруг Марка роем кружились девушки, и он выбирал себе одну или несколько, как придирчивый сомелье выбирает новое вино, какое он еще не пробовал за свою долгую карьеру.

– Что с тем парнем, с которым ты уходила? – подхватил Марк.

– Да ничего особенного. Обменялись телефонами.

– Отшила, значит, бедолагу.

– Почему сразу отшила? Я что, должна была броситься к нему в постель, как бросаются к тебе твои подружки?

– Ладно, проехали. Раз ты такая нервная. Так что ты хотела обсудить? – спросил он, пропуская ее вперед в лифт.

– Новый проект, ты в курсе. Вроде особенная локация, многообещающе. Сегодня докладываю Графу. А он все равно спросит, что ты думаешь по этому поводу. К нему я обещалась не позднее одиннадцати, так что времени у нас немного.

На 15м этаже лифт остановился, и зашла Ирина, руководитель отдела продаж, привлекательная ухоженная брюнетка с соблазнительными формами, изобретательным хищным маникюром и туго стянутым, зализанным конским хвостом, доходящим почти до поясницы. Всю жизнь отдавая предпочтение короткой стрижке, Крис с ужасом взирала на подобные прически, представляя себе, какого ухода и усилий требуют они от своих обладательниц.

– Добрый день, Кристина. Привет, Марк! – прокурлыкала она последние слова, нажимая на кнопку лифта. – Я хотела зайти к тебе сегодня, обсудить кое-что, – сказала она томно, прогибаясь в спине так, что ткань блузки опасно натянулась, и Крис инстинктивно зажмурилась, боясь получить отлетевшей пуговицей в глаз.

– Конечно, давай. После обеда, – с готовностью отозвался Марк.

Лифт остановился, и Ирина вышла, призывно улыбнувшись Марку, обнажая ровные белоснежные зубы на фоне темно-бардовой густой помады на губах.

– Только не говори, что ты занимаешься этим на рабочем месте! – театрально закатила глаза Кристина.

– Ну что ты, это святыня!

Марка нередко упрекали в служебных интрижках, и это неудивительно. От мужчины, одаренного такой внешностью, природным обаянием и откровенно животной притягательностью, было наивно ожидать другого. Прекрасно осознавая свои достоинства, обладая высоким ростом и подтянутой фигурой, он с удовольствием и с напускной небрежностью подбирал свой гардероб, всегда выглядя стильно и привлекательно. Рукава его рубашек и джемперов были поддернуты по локоть, обнажая красивые сильные руки, темно-русые волосы лежали в продуманном беспорядке, на красивом волевом лице будто два магнита сияли серые глаза. Красота – это оружие, и Марк умело им пользовался, завлекая дичь в расставленные силки. Но несправедливо будет сказать, что только этим он привлекал к себе многочисленных поклонниц. Он был щедрым, умным, веселым, но не легкомысленным, остроумным, но не болтливым, умел ухаживать и покорял свою жертву безупречными манерами и широкими жестами. И он точно знал, как получить желаемое. В общении с женщинами Марк преследовал весьма тривиальные цели – затащить очередную красотку в постель, и на памяти Крис ни с кем не заводил серьезных романов. Она давно привыкла к такому поведению своего друга, а как друга Марка сложно было упрекнуть в чем-то.

Они вышли на 25м этаже и прошли в кабинет Кристины. Вооружившись кофе, друзья сели за стол и разложили документы. Понимая друг друга с полуслова, они, как всегда, чуть поспорили, чуть пошутили и посмеялись, а через час сидели в абсолютном согласии, что именно необходимо доложить Графу.

Граф, он же Константин Андреевич, заслужил свое благородное прозвище за безупречные манеры, величественную осанку и аристократические черты лица с тонким прямым ртом и прозрачно-голубыми, будто ледяными глазами. Учитывая угольно-черный цвет волос и бледность кожи начальника, многие сотрудники добавляли к прозвищу Граф слово Дракула. В общении с подчиненными ему были присущи неизменно вежливый тон и сдержанность, выработанная временем и опытом. Правда, этим подчеркнуто вежливым тоном он мог сказать такое, что руки начинали дрожать даже у таких старожилов, как Марк и Кристина. Зазря Граф не ругал никогда, но и на похвалу был крайне скуп. В качестве признания заслуг самым усердным и преданным сотрудникам на счету оседал щедрый ежеквартальный бонус. Учитывая это, можно было обойтись без похвалы и сантиментов. Несмотря на внешнюю строгость и холодность общения в глубине души Граф был сентиментальным, порядочным и душевным человеком. Доступ к этим качествам, однако, был лишь у немногих из его окружения.

Кристина, Директор по развитию, и Марк, Директор по строительству, за долгие годы работы заслужили безусловное доверие и признание Константина. Идеально работая в команде, они всегда поставляли ему свежие идеи, обдуманные решения и взвешенные авантюры. Как и все, он удивлялся и радовался, что они не пара, несмотря на упорно ходившие по компании слухи. Проникнувшись теплыми чувствами к Кристине, и, прекрасно понимая, что можно ожидать от такого, как Марк, он не желал ей такой участи. Хотя в конечном итоге, именно Кристина могла бы приручить этого заядлого донжуана.

Помощница Графа Валерия доложила, что Марк и Кристина подошли и спрашивают, когда удобно обсудить проект.

– Сейчас удобно, можно зайти, – отозвался Граф, откидываясь в кресле.

Рабочий день пошел привычным чередом в беготне между совещаниями, рейдами на строительные площадки и бесконечным кофе. Крис напросилась с Марком на площадку нового проекта. На прошлой неделе там установили фирменное ограждение компании и пункт охраны. Особой необходимости ехать туда у Кристины не было, но ее притягивало и вдохновляло это место, на берегу небольшого водоема с чистым песчаным берегом, среди сосен, при этом в таком близости от города. Это действительно уникальное место. В первый раз она задумалась о том, чтобы приобрести, наконец, свое собственное жилье. Ведь именно здесь она задумала реализовать нечто особенное.

Крис обожала свою работу. Всю себя она посвящала делу, не оставляя времени для личной жизни. Такое усердие и увлеченность делом вкупе с ее способностями принесли заслуженный карьерный рост. Менее чем через год, будучи новым человеком в фирме, не имея связей и влияния, она получила место Директора по развитию. И она полностью оправдала надежды руководства, подняв компанию на новый уровень. Крис умело рисковала, обладала врожденной интуицией, знала рынок, чувствовала малейшие дуновения перемен, и вскоре стала известной личностью на профессиональном рынке недвижимости.

Крис расслабленно откинулась назад на переднем сиденье, наблюдая, как Марк уверенно ведет машину. Будучи сама водителем, только ему она доверяла настолько, что даже могла задремать у него в машине. И сейчас, когда они выехали на ведущую из города скоростную трассу, она полностью ушла в свои мысли, меняющиеся так же быстро, как картинки за окном.

– О чем задумалась? – вывел ее из забытья голос Марка.

– Да так, – встрепенулась Крис, – сложно ответить, ведь думаешь о многом и сразу.

– Я, например, думаю о чем-то одном, потом уже о следующем!

– Ох уж это мужское скудоумие… – сокрушаясь, вздохнула Крис.

– Эээй, поаккуратней в выражениях, а то пешком пойдёшь, километров 20 ещё, и обратно тоже!

– Ладно, не обижайся, думай дальше свою мысль! Она-то верно гениальная, хоть и одна, – подмигнула Кристина.

– А Ваши сорок одновременных уж точно гениальные все?

– Ну, не бесполезные.

– Так о чем задумалась то?

– Как ни странно, о личной жизни, – театрально вздохнула Крис, но глаза оставались серьезными.

– С чего вдруг странно, думать о личной жизни?

– Странно для меня, ведь я о ней почти не думаю… Марк! – вскрикнула Крис, – можно помедленнее, мы так взлетим!

– Крис! Я же всегда так езжу, можно уже и привыкнуть!

– Ну должно же быть элементарное чувство самосохранения!

– В следующий раз можешь поехать на своей и тащиться сзади!

– В следующий раз так и сделаю! И я не тащусь! Это ты гоняешь, как бессмертный!

– Эта машина медленнее не ездит, – отозвался Марк, тем не менее чуть снижая скорость. –Ну и что ты надумала о своей личной жизни? – вернул он ее к разговору.

– Раздумываю, 28- это тот самый возраст?

– Тот самый! – с готовностью подтвердил Марк. – И, собственно, для чего?

– Ну для семьи, замужества, детей …

– А.., – протянул Марк разочарованно. – Тут я тебе не самый лучший советник. Именно в этом вопросе. Но в любом случае не думаю, что это возраст для подведения итогов, таких, как наличие семьи, мужа или детей.

– Если бы у меня хотя бы были отношения, длительные, с кем-нибудь.

– Не пугай меня.

– Чем?

– Перспективой своего замужества.

– Почему это тебя пугает?

– Ну, ты ведь моя! – лукаво улыбнулся Марк.

– Да что ты? Это новость! Тогда женись на мне! – тут же нашлась Крис с ответом.

– Боюсь, мы тогда не сможем остаться друзьями.

– Что, ты покажешь себя во всей красе?

– Ты и так знаешь меня во всей красе. Нет. Просто я не могу позволить себе потерять единственного друга!

– Будто я только и жду, когда ты придёшь и возьмёшь меня! – начала раздражаться Крис. – Почему мы вдруг вообще обсуждаем это?

– Потому что ты попросила меня, жениться на тебе, – поддел её Марк.

– Это была шутка. Уточняю, так, на всякий случай, учитывая твои сбои в чувстве умора. Давай тогда и тебя обсудим. Ты о своей личной жизни думаешь?

– Я о ней не думаю, я ею занимаюсь!

– Сексом ты занимаешься! Причём неразборчивым! – парировала Крис.

Марк от души рассмеялся в ответ.

– Да, пожалуй. Будем считать, это и есть моя личная жизнь. И меня она вполне устраивает.

– Это я заметила.

– Ну, я же не стремлюсь ни на ком жениться.

– Да и я не стремлюсь замуж, это меня и настораживает. Со мной что-то не так… Я думала, может, я должна дать Саше второй шанс? – добавила Крис, помолчав минуту.

– Кому? – от удивления Марк дернул руль, и машина чуть вильнула. – Саше? Этому зануде из конкурирующей фирмы? Да ну, Крис, ты снова сбежишь от него, это безнадежно! Да и зачем это тебе?

– Ну, он заботливый, надежный, любит меня. И следит за продуктами в холодильнике..

– Крис, ну нельзя же так прагматично подходить к отношениям. Надо влюбиться, в конце концов. Не в этого же товарища!

– А что с ним не так?

– Тебе напомнить, как ты рефлекторно зевала, стоило ему только заговорить?

– Да уж, спасибо, друг, – поморщилась Крис. – Влюбиться он мне советует. Сам-то ты влюблялся в кого-нибудь, чтобы советы раздавать?

– Справедливое замечание, – задумался Марк. – Нет, пожалуй, любовь для меня опасная роскошь.

– Ты вроде любишь опасную роскошь? Автомобиль, мотоцикл, спорт?

– Ты права. Как ни странно, своей жизнью я готов рисковать больше, чем своим сердцем.

– Отлично! А мое, значит, с легкостью готов подвести под удар?

– Нет. Не знаю, – замялся Марк. – Я точно знаю, что Саша – это точно не тот, кто должен быть с тобой. Он будет как твоя неотступная, надоедливая тень, и ты опять сбежишь от него!

– Давай я сама буду решать, с кем мне жить! – злилась Крис, понимая в глубине души, что Марк прав.

– Ты еще и жить с ним собралась? Крис! Да ты и месяца с ним не протянешь! Но решай сама, конечно, с кем тебе жить, – передразнил он интонацию подруги.

– Спасибо! И закроем уже эту тему. Давай лучше заедем на заправку, прихватим сэндвич, я проголодалась. А ты? – сменила тему Крис, заметив заправочную вдалеке.

– Даваай, – протянул Марк в ответ и погрузился в молчаливое раздумье до конца пути.

Вернувшись под конец рабочего дня в офис, Кристина отпустила свою помощницу Ольгу и, приземлившись в кресло в своем кабинете, устало потерла лоб ладонями. Она рассеяно взглянула на вибрирующий телефон: звонила мама. Кристина припомнила, что звонит мама уже четвертый раз за сегодня. С тех пор как Кристина переехала, мама каждый день проверяет, как дела у дочки. На этот раз Крис взяла трубку.

– Привет, мам! Прости, весь день в бегах, правда, не могла ответить, – сразу оправдалась она.

– Ясно! Как выходные? Вы что, в пятницу опять загуляли с Марком? – спросила мама.

– С чего ты взяла?

– Ты не отзывалась в выходные, отходила от гулянок?

– Ну да, все верно.

– Что за повод на этот раз? Не слишком ли вы часто в загулах? – заворчала мама.

– Новый проект, решили чуть-чуть отметить, ну и затянулось, как обычно, – опять оправдывалась Крис.

– Познакомилась с кем-нибудь? – как и все мамы, мама Кристины Наталья переживала за неустроенную личную жизнь дочери. Она подозревала, что именно Марк – причина отсутствия у дочери интереса к другим мужчинам. Даже если Кристина и не осознавала этого, она все равно сравнивала всех возможных кандидатов со своим бесподобным другом. Однако Наталья никогда не рискнула бы спросить дочь напрямую и вызвать тем самым гнев и раздражение. Ведь их дружба с Марком – это святое! Переехав из родного города сразу после вручения дипломов, Кристина оставила свою семью и немногочисленных друзей, и Марк был первым и единственным, с кем она сблизилась на новом месте, и кому она безоговорочно доверяла. Наталья лично в такую дружбу никогда не верила. Ей достаточно было одной встречи с Марком, чтобы уяснить для себя, с таким мужчиной дружить невозможно. Да и глядя на дочь, ее терзали сомнения, что Марк долго сможет сохранять равнодушие к столь привлекательной женщине. Кристина унаследовала лучшее от внешности родителей. От отца – высокий рост, стройность фигуры, и безупречную кожу, от матери – правильные черты лица, насыщенный шоколадный цвет волос и черные смоляные глаза. Но и не это было главным. Марк явно относился к тем мужчинам, которых возбуждает в женщине не только размер бюста и обхват бедер, но ум и сила, коих у Кристины было в избытке.

– Да, познакомилась, приятный парень. Проводил меня, поболтали. Может, встретимся еще разок, сходим куда-нибудь, – ответила Кристина.

– Понятно, – заскучала мама. Все как всегда, познакомилась, встретились раз-другой, стало скучно, разошлись. – Ты что, до сих пор на работе? Давай, дуй домой, отдыхать надо! Высыпаться!

– Да, как раз собираюсь, – согласилась Крис и зевнула.

– Пока, Крис, давай, не засиживайся! Целую! – чмокнула мама в трубку.

– Пока, мам. Целую.

Марк заглянул в дверь.

– Еще здесь? Хотел спросить, тебя Ирина пригласила в клуб, по случаю своего счастливого рождения? – Марк прошел в кабинет и встал у окна.

– Да, пригласила. Как ни странно… Придется идти, корпоративная этика, и все такое. Не знаешь, что дарить?

– Ксения из маркетингового собирает деньги на подарок, не вникал, какой именно. Давай, сдам за тебя.

– Отлично! Спасибо, ты меня выручишь. Я замотаюсь, забуду. Ну что, может, поехали по домам уже?

– Это ты домой! – усмехнулся Марк. – У меня еще планы на вечер.

– Ты неутомим! – засмеялась Кристина. – Ну как знаешь, мне пятницы хватило. До сих пор не отошла! – сказала она, собирая сумку.

Марк снял с вешалки ее пиджак, и накинул ей на плечи, слегка приобняв. Марк один из немногих в компании, кто был выше Крис на голову.

Они вместе спустились в паркинг и, попрощавшись, разошлись по машинам.

Глава 2. День рождения Ирины.

Рабочая неделя пролетела как всегда интенсивно и, поэтому, незаметно. Вся команда с головой ушла в работу над новым проектом, Кристина, окрыленная, летала по офису, надеясь воплотить в этом проекте все свои давно вынашиваемые идеи.

В пятницу уставшие, но довольные сотрудники собрались в большом конференц-зале, где на столе было расставлено вино и шампанское, фруктовые и сырные тарелки, по случаю дня рождения Ирины, руководителя отдела продаж. Граф произнес поздравительную речь, вручил виновнице торжества огромный букет и яркую книгу «Лучшие особняки мира», и все подняли бокалы за здоровье именинницы и за рост продаж.

Накрытый стол в офисе был лишь началом обещающего быть долгим вечера. Дамы прихорашивались, переодевались в туалетах, поправляли прически и макияж, готовясь двинуться в клуб. Кристина съездила домой, взбодрилась под горячим душем, нанесла свежий макияж и уложила волосы феном. Одев серебристое короткое платье и шикарные красные туфли на высоком каблуке, она удовлетворенно осмотрела свое отражение в зеркале. «Красотка!», справедливо подытожила она.

Кристина подъехала к клубу на такси. У гардероба уже толпились ее коллеги. «Отлично, значит, я не приехала раньше всех», – подумала она.

Сдав в гардероб легкое пальто, она прошла в клуб, где громыхала музыка. Справа от танцпола был накрыт огромный длинный стол, за которым уже рассаживались коллеги, а между ними суетилась нарядная именинница. На танцполе было пусто, танцевали всего пара человек, хотя позднее здесь будет не протолкнуться. Кристина уже бывала в этом клубе, здесь отличная музыка и атмосфера, и всегда полно народу.

Она заметила Марка, стоящего у барной стойки, и подошла к нему, обращаясь через плечо.

– Привет!

– Привет! Ты просто шикарно выглядишь! – присвистнул Марк и оглядел ее с ног до головы, остановившись на блестящих черных глазах.

– Ты и сам неотразим! – ответила Кристина, отдавая должное Марку. Светло-серая водолазка вторила цвету глаз, волосы, как обычно, лежали в притягательном хаосе, черные брюки слегка свисали на бедрах. Он прекрасно понимал, как он хорош. Как обычно, вокруг него стайкой будут крутиться девушки, стараясь увлечь его хотя бы на этот вечер.

Вместе они подошли к имениннице, одетой в крохотное белое платье, обтягивающее все изгибы ее аппетитной фигуры и заканчивающееся прямо под ягодицами, демонстрируя всю длину ее безупречных ног, вставленных в серебряные туфли на высоченных шпильках. Друзья прошли за стол и сели по обе стороны от Ирины на оставленные специально для них места. Ирина натянуто улыбнулась Кристине, принимая поздравления, посматривая на нее с колючей ревностью. Только должность Кристины гарантировала ей приглашение на это мероприятие. В противном случае Ирина не постеснялась бы оставить ее за бортом, как оставил ее саму за бортом Марк. Крис прятала улыбку, заметив, что Ирина посадила Марка с другой стороны от себя, рассадив их с Кристиной. Но ее меньше всего волновали такие мелочи. Ее больше волновало другое. Что-то необычное и опасное мелькнуло во взгляде Марка, которым он оглядел ее сегодня. Это был не просто одобряющий и привычный взгляд ее друга. Это был взгляд Марка-мужчины, взгляд, которым он смотрит на свою добычу. Крис вздрогнула от этой мысли. Они же обсуждали это, они договаривались, что никогда не переступят эту черту, сохранят дружбу, несмотря на очевидную внешнюю привлекательность обоих. Ведь эта дружба дороже того, что может прийти или, хуже того, не прийти ей на смену. Но сегодня ей надо быть осторожной, так как ее собственная реакция на этот взгляд ее испугала. В животе сладко кольнуло, и перехватило дыхание. Видимо, она в первый раз ощутила на себе всю силу его обаяния. «Этого еще не хватало», – хмурилась Кристина, бросая осторожный взгляд в сторону Марка. Их взгляды на мгновение пересеклись, и она завязла в сером омуте. Ладони вспотели, перед газами поплыли круги. «Зачем он так со мной? Развлекается?», – подумала Крис в отчаянии.

За столом быстро набирало обороты веселье вперемешку с тостами, шутками, поздравлениями и пожеланиями, а в клубе в разы прибавилось народу. Под неусыпным контролем Ирины всегда незаметно появлялись новые закуски и напитки. Компания взбодрилась, за столом было все больше пустых мест, а на танцполе все теснее. Все это время Ирина не отпускала от себя Марка, развлекая его разговорами и одобряя его шутки веселым смехом, от которого у Крис уже звенело в ушах. Справа сидела Татьяна, руководитель отдела маркетинга, очень худая, словно высохшая девушка, с прямыми крашеными в морковный цвет волосами и заостренными чертами лица. Своей худобой девушка явно гордилась, всегда одевая обтягивающие платья, под тканью которых проступали все элементы ее скелета. С коллегой сложились внешне приятельские отношения, но Крис всегда ощущала их натянутость и неискренность. Со временем разочарованная Крис была вынуждена признать это следствием простой зависти, ведь Татьяна пришла в компанию задолго до Кристины и по слухам рассчитывала на ее должность. В слова и поступки эта скрытая неприязнь за столько лет ни разу не вылилась, а сблизиться Крис не пыталась. Поэтому она подыгрывала и поддерживала внешне спокойный и дружелюбный настрой. Девушки время от времени разговаривали, когда Татьяна возвращалась на свое место после танцев под очередную любимую композицию.

Из динамика прозвучало заказанное кем-то, если не самой же виновницей торжества, поздравление. «Дорррогие дррузья», – орал Ди-джей, растягивая «Р», – «сегодня в нашем клубе отмечает свой День рождения самая обаятельная и привлекательная Ирррииина!!!» В этот момент на компанию за столом высыпалось штук пятьдесят белых и розовых шаров, и все посетители клуба повернули голову в сторону застолья. Раздались аплодисменты и радостные возгласы. «Мы желаем имениннице любви, счастья и побольше денееег!! И для красавицы Ирины звучит сейчас эта замечательная песня», закончил Ди-джей свой ор, и зазвучала известная медленная песня одной американской поп-исполнительницы. «Неплохой выбор», – подумалось Крис. Ирина потащила Марка за руку на танцпол, и повисла у него на шее. Сердце неприятно уколола ревность, но Крис решила не заострять на этом внимание. «Такие странные теперь медленные танцы», – отрешенно думала Кристина. Одним глотком она допила свой пятый бокал джина с тоником, и, откинувшись на диванчике, закидывала в рот виноградинки. «Не танец, а просто топтание, и партнеры так неприлично близко друг к другу. Какой смысл в таких танцах?.. Вот раньше… вальс, кадриль и прочее. Традиции, церемониал, манеры, да и просто умение танцевать», – воображение рисовало кринолины и Марка в смокинге и с поклоном. Крис улыбнулась своим мыслям, подняла глаза на танцпол и опять поймала на себе пристальный взгляд Марка. Стало нечем дышать, Кристина судорожно втянула воздух, и непонятно зачем выскочила из-за стола. Она искала возможность спрятаться где-нибудь, и вспомнила, что когда они были здесь в последний раз, ей стало плохо от выпитого спиртного и от духоты, и бармен указал ей на дверь запасного выхода, который не был закрыт. Там была небольшая площадка с железной лестницей вниз, во внутренний двор. Она незаметно приблизилась к этому выходу и улизнула наружу. Глубоко вдохнув ночной воздух, она стояла, запрокинув голову назад, и пытаясь разглядеть звезды на городском небе. Мысли неслись своим чередом. «Возможно, у Марка просто такое настроение, и скоро он найдет себе цель на вечер, или продолжит его с самой обаятельной и привлекательной Иррриииной. А мне надо незаметно удалиться, хватит себя испытывать. Надо протрезветь. А в понедельник все пойдет своим рабочим чередом», размышляла она и почувствовала, что на площадку вышел Марк. Он стоял сзади и молчал. Терпкий аромат его любимой туалетной воды щекотал ей ноздри.

– Марк? – вопросительно сказала она, не оборачиваясь.

– Сбежала?

– Устала от грохота музыки.

– Да? Когда ты убегала, музыка была скорее медленной, чем громкой, – возразил он.

Она резко обернулась. Не стоило этого делать, хотя разговаривать спиной тоже становилось странно. Марк оказался слишком близко. Пытаясь отступить, Крис уперлась спиной в перила. Марк же сделал еще шаг навстречу.

– Крис, – тихо сказал он, беря ее за руку. Он поднес ее ладонь к губам, перевернул и мягко поцеловал центр ладошки, двигаясь к запястью. По всему телу пронесся электрический заряд, и ноги стали ватными.

– Марк, ты что делаешь?! – в панике пыталась остановить его она.

Но Марк уже гладил тыльной стороной ладони ее скулы. Ее губы приоткрылись, он провел большим пальцем по ее нижней губе. Притянув ее к себе, он поцеловал ее нежно и медленно, с нарастающей страстью. Не в силах сопротивляться или думать о чем-либо, она отдалась его объятиям и растворилась в поцелуе. Никогда в жизни она не испытывала подобного, желание волнами накрывало ее, не давая дышать. Когда он оторвался от ее губ, оба задыхались от страсти, а глаза горели опасным блеском.

– Предлагаю сбежать, – отдышавшись, сказал Марк.

– Куда, Марк? – обреченно спросила Крис.

– Ко мне.

– Бог ты мой, Марк! Что мы делаем?? – в отчаянии зашептала Крис, почувствовав ловушку.

Но он уже тянул ее вниз по лестнице, и она не сопротивлялась, лишь старалась не скатиться кубарем по крутой металлической лестнице и не переломать ноги.

– Марк! У меня же там сумочка и пальто! – пыталась она вразумить его.

– Я попрошу Стаса, он все захватит.

– Стаса?? – в ужасе прокричала она, – Чтобы по всей компании пошли слухи, что мы уехали вместе??

– Да не все ли равно! – отмахнулся Марк. – Скажу ему, что тебе стало плохо, и я отвез тебя домой. Он не будет болтать, иначе язык оторву! А что он сам подумает, да плевать я хотел! – возбужденно говорил Марк, тянув ее по двору на улицу обратно ко входу в клуб к припаркованному мотоциклу.

Мотоцикл и Марк. Сочетание, которое было призвано добить Кристину этим вечером. Стоявший возле клуба охранник восхищенно присвистнул, глядя и на шикарный блестящий мотоцикл последней модели, и на Кристину. Марк сразу напрягся и вздернул голову в направлении охранника. Но понял, что это лишь свист невольного восхищения, а не попытка заигрывать с его девушкой. Марк оглянулся на Кристину, и реакция парня стала ему близка и понятна. На него смотрела красотка на стройных длинных ногах, в идеально сидящем светящемся платье, с копной взъерошенных шоколадных волос и горящими глазами. Румянец на щеках и распухшие от жадного поцелуя губы выдавали их настроение и предстоящую цель поездки. Марк снял цепь с машины, протянул ей второй шлем и влез на мотоцикл. Гибкое поджарое тело будто слилось с мотоциклом в одно целое. Да, этот транспорт именно для Марка. Опасный, быстрый и дерзкий.

– Подожди! – вскрикнула Крис. – Ты разве не пил?

– Полбокала шампанского в офисе. Считается? Брось, Крис. Разве я стал бы рисковать жизнью, своей, а тем более твоей? – спросил он, протягивая ей руку.

«Но моим сердцем ты рискуешь», пронеслось у нее в голове.

Короткое платье и каблуки – не самая лучшая одежда для такой поездки. Она влезла на мотоцикл, опираясь на его руку, стараясь не слишком задирать ноги. Прильнув к нему сзади, она обвила его торс руками.

Они неслись по ночному городу. Движение оказалось даже более опасным, чем днем. Дорогие иномарки летели на бешеной скорости, подрезая друг друга и нарушая правила. Марк лавировал между ними, стараясь держать дистанцию от машин.

Крис жмурилась от удовольствия, ее руки порхали по его телу под водолазкой, по упругому животу и груди, вверх и вниз. Марк судорожно вздыхал от ее прикосновений и старался не потерять управление из-за этих невыносимых ласк.

Менее чем за двадцать минут они добрались до его дома, где он два года назад выкупил пентхаус. Зарулив на свое парковочное место, Марк слез с мотоцикла и резко сдернул Кристину, целуя, прижал ее к себе. Ее нежные прикосновения в дороге лишили его остатков самообладания. От поцелуев кружилась голова, и подгибались ноги. Кристина забыла, как дышать, когда он, наконец, отпустил ее. Держась за руки, они зашли в лифт, который поднял их прямо к нему домой.

Крис замерла у входа. Типичное жилище успешного красивого холостяка, грустно подумала она. Стильный современный интерьер с обилием бетона, кирпича и дерева. Огромная гостиная, окна в пол, барная стойка, большой удобный диван, обитый светло-серой кожей, пушистый пегий ковер и открытая бетонная лестница, ведущая наверх в спальню. Сколько раз они собирались здесь, в этой гостиной, вдвоем с Марком или компанией. Обсуждали работу, сплетничали, просто отдыхали, смеялись и шутили, смотрели фильмы. На столе валялись уцелевшие куски пиццы, а в руках было пиво или вино, и за веселой болтовней могла пролететь вся ночь.

– Марк, – серьезно и тихо сказала она и в который раз спросила. – Что мы делаем? Мы же разрушим все, что берегли!

– Крис, – не менее серьезным тоном отозвался Марк, смотря ей прямо в глаза. – Я не могу этому противиться. Что-то изменилось, и мне не справиться с этим! Но если ты можешь – то уходи. Сейчас.

Крис отступила назад и поднесла руку к кнопке вызова лифта. Но рука замерла и повисла в воздухе. Она поняла, что то, что они берегли, уже разрушено и больше никогда не будет прежним, и спасать их дружбу бессмысленно. Поцелуи и накрывшая их с головой страсть не оставили им пути назад. И если это не произойдет сегодня, рано или поздно это произойдет все равно. Ей стало по-настоящему страшно за себя и за них. Что-то важное происходило и бесповоротно менялось в ее судьбе. Она прильнула к нему, положила голову на плечо, и обняла его как друга.

– Мне страшно, Марк, – прошептала она, поднимая лицо к нему.

Он обхватил ее лицо руками, наклонился к ней, нежно поцеловал лоб, щеки, губы. И она отдалась его объятиям, не думая больше ни о чем.

Глава 3. Пробуждение

Открыв глаза и сладко потянувшись, Кристина чувствовала себя абсолютно выспавшейся, несмотря на то, что полночи провела в объятьях Марка. В голове все ещё царило вчерашнее опьянение, и выпитым в большом количестве любимым коктейлем и умелыми ночными ласками. Поворочавшись туда – сюда в мягкой постели, застеленной гладким приятно-пахнущим бельем цвета сливок, она уставилась в потолок и размышляла над тем, что случилось этой ночью. Несколько минут понадобилось ей, чтобы осознать, что ее возлюбленного рядом нет, и в квартире тихо. Повернув голову налево, она заметила на его подушке вырванный из блокнота листок бумаги, перевернутый текстом вниз. Сердце наполнилось дурным предчувствием, и она судорожно сглотнула. Резко сев в постели, она уставилась перед собой и не сразу взяла листок. Крис уже знала, что в этой записке, как если бы уже прочитала ее. Зная Марка, она понимала, что это не записка мужчины, который встал пораньше и умчался за свежесваренным кофе и круасанами для своей любимой в ближайшую пекарню. Это была записка мужчины, который трусливо сбежал на утро от своей уже бывшей подружки. «Боже!», – думала Крис. – «Он поступил со мной так же, как со всеми ними!!» Растеряно блуждая взглядом по комнате, она зачем-то искала блокнот, откуда был вырван листок, и скоро увидела его на столике со стороны Марка. «Видимо, это его обычный способ попрощаться на утро, и блокнот всегда под рукой. Наверно, он быстро заканчивается», – грустно усмехнулась она. Набравшись наконец смелости, она взяла листок, перевернула и прочитала прыгающие слова, написанные корявым подчерком Марка:

«Ты права, мы не должны были. Давай забудем. Ты сможешь? Я смогу. Ради нашей дружбы. Твой друг Марк».

Она безвольно опустила руку с листком и минуту сидела в оцепенении. «Дура!! Какая же я дура! Как я позволила загнать себя в эту ловушку! Дура!», – выкрикнула она последнее слово вслух, в отчаянии ударив руками по одеялу. Больше всего на свете она жалела о том, что Марка сейчас нет рядом, и она не может залепить со всей силы по его самодовольной физиономии. В груди клокотало бешенство и злость на саму себя. Что ей злиться на Марка? Он поступил с ней так же, как поступал со всеми, кто имел счастье разделить с ним это ложе. Но на себя она злилась безумно, за свою глупость, доверчивость, за свои чувства, с которыми она не смогла совладать, стоило ему притянуть ее к себе.

Кристина огляделась вокруг и увидела свои вещи – платье, нижнее белье, чулки, все аккуратно сложено в кресле. Она вспомнила, как он снимал с нее каждую из этих вещей, разбрасывая по всей комнате, по мере приближения к кровати. Значит, Марк собрал их. «Какая забота», – зло подумала она и поднялась с постели. Подхватив вещи, она направилась в ванную и залезла под прохладный душ, пытаясь успокоить нарастающую в сердце боль и обиду. Приняв душ и закутавшись в полотенце, она стояла перед зеркалом и в упор, не мигая, смотрела на свое отражение, размышляя над тем, кто эта дикарка с горящими глазами, и что ей теперь с ней делать. Намерившись почистить зубы, она заметила, что в стаканчике стояло две зубных щетки. Одной явно пользовались, видимо, это щетка Марка, а вторая была новая с защитным пластиковым колпачком. «Как предусмотрительно! Видимо, он ставит новую зубную щетку после каждой очередной подружки», – подумала она, чувствуя, как опять закипает ее злость. Крис зачем-то заглянула в выдвижной ящик под раковиной и увидела еще пять таких новых щеток. Ее замутило, она закрыла ящик и опёрлась на раковину. Не сумев совладать с собой, она со всей силы одним взмахом руки снесла все содержимое полки. На пол полетели стаканчик с щетками, флакон туалетной воды, пена для бритья. Что-то звякнуло и разбилось, но Крис даже не посмотрела в эту сторону. Стараясь прийти в себя, она расчесала влажные волосы рукой и плеснула в лицо холодной водой. Затем оделась и вышла из ванной.

Спустившись вниз, Крис заметила на диване свое пальто и сумку. Значит, Стас и правда привез все это. Интересно, когда? Рядом с диваном стояли ее красные туфли. «Он сделал все, чтобы я быстрее собралась и покинула квартиру. Не удивлюсь, если снаружи стоит таксист с табличкой «Кристина Серебрякова» в руках». Она одела пальто, обулась, взяла в руки сумку и пошла к лифту. Вдруг вспомнила кое-что и уже одетая понеслась наверх в спальню. Оглядевшись, она нашла на полу листок с запиской, подняла его, аккуратно сложила и положила в сумку. «Теперь можно и нужно уходить», – думала Крис, глядя на смятые подушки. Находиться здесь, рядом с постелью, где еще недавно… было просто невыносимо.

Кристина вышла на улицу, где светило солнышко, и вышагивали выспавшиеся выходные прохожие. Она пошла пешком в направлении дома, стараясь не думать ни о чем вообще, а уж тем более не подсчитывая, что идти ей так не менее двух часов. Меньше всего она могла представить себя сейчас в такси с чужим человеком за рулем, или в метро. Нет. Она никуда не спешит, а домой рано или поздно все равно доберется.

Выходные Кристина провела дома, не выходя никуда и не отвечая на телефон. Она без конца смотрела новости и ток-шоу и периодически разогревала себе еду. На экране телефона мигнул очередной пропущенный вызов от мамы и следом появился текст сообщения от нее же. Марк не звонил.

Кристина в оцепенении и ужасе ждала понедельника, когда она снова увидит его. Пару раз приходила спасительная мысль, взять отгул на несколько дней и спрятаться дома. Но внутренний судья строго говорил Крис, что так нельзя. Тем более, это не спасет и не поможет, а только отстрочит испытание. Гордость и уверенность в себе не изменят Кристине и на этот раз. Она стойко выдержит все, что свалилось ей на голову. Тем более сейчас она не имеет права отстраниться от дела, успех новых проектов целиком и полностью зависит от нее.

Понедельник неизбежно наступил. Скорее уставшая, чем отдохнувшая Крис сидела в припаркованной машине, уже пять минут заставляя себя выйти. Она вцепилась в руль, чтобы унять дрожь в руках. «Сейчас я доиграюсь, что дождусь его здесь в паркинге. Только не здесь, один на один при неярком свете». Эта мысль подтолкнула ее, и Крис наконец вылезла из машины и направилась к лифту.

На 11 часов Константин назначил совещание со всеми главными действующими лицами, и Крис, добравшись до своего кабинета, закрылась, распечатала материалы и готовилась. Выписав все вопросы и предложения в еженедельник, она прихватила документы и направилась в главную переговорную на последнем этаже здания.

Граф не прощал опозданий, и никогда не позволял опаздывать себе. Поэтому весь персонал собирался всегда не позднее, чем за десять минут до назначенного времени. Те, кто решал проверить на себе это правило, подвергались публичной порке, поэтому желающих со временем не осталось, и коллектив к приходу Графа всегда был в полном составе. Просматривая переговорную сквозь прозрачную перегородку, Кристина с облегчением и удивлением поняла, что Марка нет. Она зашла в зал, заняла свое привычное место по правую руку от места Графа. В стул напротив вместо Марка уселся Стас, его заместитель. «Вот и Стас, который ночью или утром притащил к Марку мои пальто и сумку», – думала Кристина, чувствуя, что краснеет. Рядом с Кристиной приземлилась Ирина.

– Кристина, привет! А Марк где? – спросила она.

– Не знаю, – пожала Кристина плечами в ответ.

– Я за него! – отозвался Стас. – Марк в Fresh lime, – назвал Стас одну из строительных площадок компании.

– Ну и зачем мы собрались? Ты же не примешь решения без него? – кисло протянула Ирина.

– Ай вилл трай май бест, ледиис! – с нарочито русским произношением отчеканил Стас, одаривая Ирину обескураживающей очаровательной улыбкой. Ирина не сдержалась и улыбнулась в ответ. Стаса, видного, хорошо сложенного брюнета приятной наружности, по праву считали в компании вторым по привлекательности мужчиной. Вторым после понятно кого.

В переговорную зашел шеф, и все моментально примолкли.

– Приветствую, коллеги, – церемонно произнес Граф и сел в свое кресло. – Начнем, по повестке. Валерия, будьте добры, – добавил он, обращаясь к своей помощнице.

Пункт за пунктом коллеги обсудили все проекты компании. Константин Андреевич, как опытный и умелый дирижер, знающий каждого музыканта своего любимого оркестра, пресекал все попытки неконструктивных споров, уводящих в сторону речей, взаимных обвинений, и склонял своих сотрудников к компромиссам и договоренностям. Как и опасалась Ирина, в виду отсутствия Марка некоторые решения были отложены до обсуждения с ним. Прошло полтора часа, прежде чем Граф счел, что совещание закончено. Он поднялся, поблагодарил участников и велел расходиться.

– Кристина, будь добра, задержись, – добавил он. – Пройдем ко мне.

Они прошли в кабинет шефа, из которого открывался лучший вид на реку и на город. Он взглядом указал ей на стул возле огромного массивного стола из темного дерева.

– Присаживайся, Кристина. Как прошли выходные?

– Спасибо, неплохо.

– Понравилась вечеринка Ирины?

– Все было здорово, – сглотнула Крис. – Место отличное, и Ирина организовала все как надо.

– Ну хорошо, – закончил Граф вступительную часть. – Что ты думаешь по поводу предложения Татьяны? У меня есть сомнения.

– Согласна, Константин Андреевич, сомнения есть. Тем более что к моему удивлению, эту программу она со мной не согласовала. Почему – не знаю, пока я не поговорила с ней. Надеюсь, есть внятное объяснение. Она не только не согласовала программу, но и не учла моих пожеланий и идей. Будто мы с ней не обсуждали проект вообще!

– Как такое могло произойти? У вас были стычки или противоречия?

– Нет, не было. Рабочие моменты – да, как обычно. Серьезных разногласий – нет. Константин Андреевич, дайте мне полдня, я разберусь. Конечно, она подготовила целый труд, исследования, опросы, фокус-группы и прочее. Но этого точно недостаточно, идея неубедительная. Я изучу материалы, внесу предложения, и мы снова вынесем на обсуждение.

– Хорошо. Отложим вопрос. Пожалуйста, займись этим в первую очередь, нужно запускать продукт. И обсуди с Марком, какие у него будут предложения.

– Конечно, Константин Андреевич, – хрипло проговорила Крис, при упоминании имени Марка голос все-таки изменил ей.

В дверь постучали, и Кристина и Граф обратили глаза на дверь, в которую заглядывал Марк.

– Привет! – сказал он. – Присоединюсь?

– Марк, здравствуй. Заходи, – отозвался Граф.

Кристина замерла, смотря на стол перед собой. Так. Надо взять себя в руки и продолжать дышать и говорить. Боковым зрением она увидела, как Марк прошел в кабинет и сел напротив нее. Она, наконец, подняла на него глаза и порадовалась, что Марк, расслабленно откинувшись на стуле, смотрел в это время на Графа. Тот стоял у окна и продолжил начатую ранее тему.

– Марк, на совещании возникло несколько вопросов, которые требуют твоего участия. Кристина, будь добра, посвяти.

Чтобы выиграть немного времени, Кристина сделала вид, что ищет пометки в еженедельнике, хотя, разумеется, без всяких пометок она помнила, какие вопросы было решено обсудить с директором по строительству. Она налила стакан воды, сделала пару глотков и заговорила.

– Во-первых, Таня озвучила программу по Better living. И это было неубедительно, – Крис снова посмотрела на Марка, на сей раз более спокойно. Она сообразила, что если смотреть не прямо в глаза, а поверх лица, то ощущение было вполне сносное, и можно было сосредоточиться на деле. – Это, конечно, не напрямую твоя тема. Но, чтобы отложить решение, мы сослались на тебя, что необходимо твое подтверждение. Есть нюансы, неприятные. Программу она со мной не согласовала, и мои мысли и идеи в программе не учла. Такое впервые, и для меня это стало сюрпризом.

– Да, на Татьяну не похоже. Скорее уж на Ирину. Может, они сговорились, – предположил Марк.

– Кристина, Марк, этот вопрос обсудите без меня, – вмешался Граф, – Кристина, запроси программу у Татьяны, изучите с Марком и доложитесь. Все свои идеи, разумеется, тоже изложи. Давай дальше.

– Второй вопрос непосредственно твой. Стас не смог подтвердить. Продажи просят запускать вторую очередь Smile раньше, чем было запланировано. Первая разлетелась моментально.

Марк подался вперед, облокотился руками на стол и задумчиво приложил указательные пальцы к губам. Привычный жест Марка на сей раз вызвал у Крис бурю эмоций. Она спешно уставилась в еженедельник, стараясь не выдать себя.

– В принципе, это возможно, – сказал Марк после недолгого раздумья. – Придется чуть нагнать народу, но, раз нужно, давайте. Сегодня прикину график, финансирование.

– Отлично! – вступил Граф. – Жду план работ на утверждение не позднее полудня завтра. Как дела в Fresh lime?

– Дела идут неплохо. Маршстрой радуют темпами и качеством, я бы работал с ними же по Better living. Мы в графике, но можно еще быстрее, сегодня как раз обсудили как именно. Рамболь в отставку, это несерьезно. Руководители слабые, на стройке бардак, хоть сам с метлой ходи. Народ случайный, будто с улицы набран. Промахнулся я с ними, доверился рекомендации. Сроки все равно вытянем, но качество… Скорее всего подгоню потом других на доделку и переделку. Может, тот же Маршстрой. Когда мы уже свой состав соберем? – небрежно добавил он.

– Ты имеешь в виду, самим строить? – оживился Константин.

– Да. Я давно уже Кристине предлагаю. Ведь плюсы понятны.

– Кристина? – обратился Граф к Крис.

– Я, собственно, не против. Но нужно проработать разные сценарии. Очевидно, что и риски понятны. И риски заключаются в отсутствии опыта. Экспериментировать на большом объеме я бы не стала. Я предлагаю, и Марку это известно, взять стартовый небольшой объект, например, тот же Better Living, и на нем отработать собственный строительный процесс. Тем более, это премиум-класс, и личный контроль и управление будут уместны.

– На небольшом объеме больших денег не сделаешь, – резко возразил Марк.

– Бог ты мой, Марк, – закатила глаза Крис, – твоя самоуверенность хороша в личной жизни. А не когда ты рискуешь стабильностью компании и ожиданиями тысячи дольщиков.

– Пока моя самоуверенность приносила компании только доход! – парировал Марк.

Они некоторое время зло буравили друг друга взглядами.

– Что происходит? – обернулся к ним Граф, почувствовав напряжение, – Обсудите между собой и предлагайте решение. Кристина, если ты не уверена – меня это не устраивает. Марк, если ты не поддерживаешь – меня это тоже не устраивает. Договаривайтесь! И почему я первый раз слышу об этой идее?

– Потому что пока ее обсчитывают финансисты. Прежде чем докладывать Вам, надо посчитать и обосновать, – ответила Крис.

– Крис, если они обсчитывают вариант на пару коттеджей, то …, – начал было Марк.

– Марк! – перебила его она. – Они обсчитывают оба варианта!

– Кристина, поторопи финансистов. Если мы хотим строить Better living сами, то решать это надо было еще вчера! – строго сказал Граф, поочередно смотря то на Марка, то на Кристину.

Крис виновато потупила глаза. Да, с этим решением они явно затянули. Никак руки не доходили довести концепцию до конца, и вот теперь придется просиживать в офисе до ночи. Крис устало вздохнула.

– Все! Не смею задерживать, – Граф вернулся на свое место и открыл папку с документами на подпись.

«Кажется, он не очень доволен», подумала Кристина и раздраженно взглянула на Марка.

Они вышли и остановились рядом с кабинетом.

– Марк, зачем ты начал про стройку? Ни я, ни ты не были готовы обсуждать эту тему с шефом! Ты же знаешь!

– Да. Похоже, я сглупил. Не хотел тебя подвести, правда, прости. Конечно, я хочу этот процесс ускорить, это же моя стихия. Надо заняться подготовкой поплотнее. Крис, так а что с Татьяной, в чем там дело? – перевел Марк тему.

– Пока не знаю. Но с этим я разберусь, чего-то подобного я от нее ожидала рано или поздно. А вот саму программу, которую она предложила, нужно обдумать. Вроде все неплохо, всю начинку премиум-класса она вложила. Но все слишком обычно, как у всех, и как во всех наших предыдущих премиум-объектах. Я ей рассказывала про свои идеи, и просила обмозговать и изложить, если не как основную, то хотя бы как альтернативную концепцию.

– Что за идеи? – заинтересовался Марк.

– Ну, кое-что я тебе уже говорила. Я давно хочу сделать проект на манер американского пляжного дома. Индивидуальные входы в квартиры с галерей, опоясывающих здание. Открытые лестницы. Еще – общее пространство внизу, открытая кухня с барбекю. Своя свободная атмосфера и эксклюзив.

– Да, звучит отлично! Предлагай программу сама, я поддержу, тем более, тебе виднее. А по поводу строительного управления, может, обсудим за обедом? – спросил Марк. Тем временем они подошли к ее кабинету, и он встал перед дверью, облокотившись на стенку и, таким образом, преградив ей вход.

– Нет, Марк, спасибо. На обед я сегодня не успею, перехвачу сэндвич в офисе. Давай я полдня посвящу программе, а вечером обсудим другие вопросы. Прости, мне нужен перерыв, – закончила она, обходя его и осторожно заглянув ему в глаза, прежде чем закрыть дверь.

Оставшись одна, Крис села за стол и, облокотившись, закрыла лицо руками. Ей казалось, будто на плечи ей легла свинцовая накидка. Поведение Марка не оставляло сомнений. Он решил все забыть и общаться как раньше. «Ну что ж, предельно понятно. Я не буду ему мешать и готова подыграть». Крис включила ноутбук, открыла электронную почту и уставилась в экран. Стараясь не обращать внимания на нарастающую боль в груди и подступающий к горлу ком, она загоняла себя в состояние отрешенности и равнодушия. Но сквозь это состояние проступало то, что приводило ее в отчаяние. Она поняла, что влюблена. Безнадежно влюблена в своего лучшего друга.

Глава 4. Решение

Дни понеслись своим чередом. Работы было столько, что некогда было думать ни о чем другом. Крис это полностью устраивало, и она дни и ночи проводила в офисе.

Марку тоже некогда было вздохнуть. План работ по созданию собственного строительного управления был готов, и, с одобрения Графа, Марк подбирал персонал, встречался с партнерами, заключал договора и носился по строительным площадкам, раздавая кнуты и пряники.

Отношения с Татьяной после серьезного и не очень приятного разговора наладились, и они вместе часами просиживали в переговорной, составляя программу для нового проекта.

Уставшие сотрудники не пропускали ни одной пятницы, чтобы не отметить очередную небольшую победу, которая заключалась хотя бы в том, что они выдержали еще одну неделю работы в таком темпе. Крис, на удивление коллег, отклоняла любые приглашения на вечерние посиделки в барах и походы в клубы, которые всегда были традицией молодого коллектива. Она проводила все выходные дома за ноутбуком, доделывая то, что не уместилось в рабочее время в офисе. Она заметила, что ей теперь мало что приносит радость. Даже перспектива покупки новых туфель или дизайнерского платья не выманивала ее из дома. Но Крис старалась не зацикливаться на этом, списывая все на официальную версию для мамы – перегруз и усталость.

Кристина вдруг осознала, что у нее нет подруги, с которой она могла бы разделить все, что происходит у нее на душе. У нее не было привычки делиться своими мыслями и чувствами с мамой, так как Наталья воспринимала все через призму своей нервной натуры и чрезмерного беспокойства за дочку. Всегда делая из мухи слона, она накручивала любую информацию от дочери так, что последняя сразу жалела о сказанном. Единственным ее другом был Марк, и Марка-друга больше нет. «Интересно, как он переносит все это? Неужели, его не трогает, что мы не такие, как прежде?», – думала Крис. В минуты общения с ней Марк был непринужден и весел, как и раньше. И, казалось, что ему дается это так легко, будто ничего не произошло между нами. Крис старалась отвечать тем же, хотя на сердце лежал тяжелый груз. Видимо, для Марка ситуация выглядела так, будто все наладилось. Иногда, Крис думала, не приснилась ли ей их ночь вдвоем, настолько невероятным казалось это теперь. Общение с Марком происходило только в стенах офиса, и свободное время друзья проводили теперь исключительно по отдельности.

Ночь с Марком задала для Кристины новую точку отсчета. Уже четвертая рабочая неделя подходила к концу, а на выходные Кристина собиралась в родной город по случаю дня рождения мамы. Воспользовавшись поводом, она добавила к выходным еще пару дней отпуска. Крис заранее купила билеты на скоростной поезд, и ловила себя на мысли, что рада сменить обстановку и наконец не думать, чем занять себя в выходные. Выбор и покупку подарка взяла на себя младшая сводная сестра Кристины, Алена, дочка Натальи от второго брака. Алена, хоть и младше Кристины на пять лет, уже удачно вышла замуж и носила под сердцем первенца, который обещал появиться на свет через четыре месяца. Находясь полностью на попечении мужа, Алена не понимала неуемного рвения Кристины к выстраиванию карьеры и финансовой самостоятельности. Алена с удовольствием дни напролет занималась обустройством новой шикарной квартиры и подбором мебели в детскую. Семейные дела и вопросы всегда решала она совместно с мамой. Где и как будут проходить семейные праздники, Кристину оповещали по факту, и о том, чтобы пропустить хоть один из них, не могло быть и речи. Обе, и Алена, и мама, обожали Кристину и затаили бы жуткую и долгую обиду за ее отсутствие на редких семейных сборищах.

С отчимом у Кристины не сложилось никаких отношений. На самом деле отношений не сложилось у него и с собственной дочерью. Казалось, что Стас был не в семье, а вне ее. Он всегда присутствовал на всех праздниках, поддерживал беседу и разделял веселье. Но у Кристины всегда оставалось ощущение, что мыслями он где-то далеко от застолья, от них, от собственной супруги. Все время и душу Стас отдавал любимой работе, своему детищу, и только там он был по-настоящему счастлив, доволен и незаменим. Наталью это устраивало, и она, как и Алена, посвящала дни личным делам, обустройству загородного дома и садоводству. Ну и бесконечным звонкам Кристине, которая уехала из родного дома, как только закончила университет. Наталья переживала, что Крис так и не простила маме развода с первым мужем, ее родным отцом.

«Н-да… непростая у меня семейка. Но вся моя», – весело подумала Крис, собирая небольшую сумку.

Поезд уносил ее от любимого мужчины, и на сердце становилось одновременно и легче, и тяжелее. Легче потому, что впереди были выходные, поминутно расписанные ее родственниками, и времени думать о своей боли у Кристины не останется. Тяжелее потому, что она понимала кратковременность такой передышки и необходимость снова вернуться к работе, снова видеть Марка каждый день, и прятать от него и от себя самой свои чувства. Воспоминания об их совместной ночи были для Кристины под запретом. Она не позволяла себе, смотря на руки Марка, вспоминать, как они ласкали ее, на губы – как близко они были от ее губ, на волосы – как ее пальцы зарывалась в спутанных русых прядях. Такие воспоминания довели бы ее до безумия. Иногда, когда они незаметно закрадывались в ее сознание, и она, не удержавшись, начинала перебирать их, как драгоценные камни в шкатулке, ей казалось, что она закричит от боли посреди улицы, или в разгар совещания. «Надо научиться жить с этим!», – твердила себе Крис, сжимая кулаки.

День рождения мамы по традиции отмечали в загородном доме, где мама и отчим жили теперь вдвоем. Комнаты Кристины и Алены были всегда убраны, кровати застелены, и под подушками лежали их любимые пижамы.

Кристина попросила водителя остановиться у цветочного магазина, и вышла оттуда с огромным букетом белых роз. Через час езды они были у загородного дома родителей.

– Крис! – выбежала мама навстречу, караулив, когда подъедет машина.

– Мама! С Днем рождения, мам! – бросилась к ней Кристина, обнимая маму и вручая ей букет.

На террасу вышел Стас, тепло поприветствовал Крис, и перехватил у нее сумку.

В холле их ожидали Алена с замечательным округлившимся животиком и ее муж Руслан. Расцеловавшись со всеми, Кристина поднялась к себе в комнату, куда Стас уже закинул ее сумку. В комнате все было как раньше. Занавески и покрывало явно были свежевыстиранными, окна намыты. На душе было легко и светло, что так редко случалось в последнее время. Находясь в доме, где ее любят, она согрелась и расслабилась, позволив себе, наконец, ничего не делать и ни о чем не думать.

Приняв душ, переодевшись в черные обтягивающие брюки и шелковую бежевую тунику, наложив легкий макияж, она спустилась вниз. Мама суетилась. Вместе с помощницей Софьей, которая за последние 10 лет стала членом семьи, они накрывали стол, покрытый белоснежной скатертью и заставленный подсвечниками и цветами. Крис залюбовалась своей мамой. Ее восхищало не только то, как она выглядит – стройная, стильная в шелковом брючном костюме любимого сиреневого цвета, подвижная и энергичная. Кристину поражали бесконечные воля и сила, оптимизм и жизнелюбие, неизменно исходившие от матери. Она никогда не видела ее в унынии, даже в минуты отчаяния мама искала выход, а не впадала в оцепенение, из сложностей она создавала возможности, никогда не жаловалась и смотрела только вперед. Наталья перехватила любящий взгляд дочери, тепло улыбнулась и подмигнула ей. Остальные сидели на диване и разговаривали. Алену на этот раз не пустили помогать, в виду ее положения. А Крис как всегда отстранили, потому что у нее было положение столичной гостьи, которой не к лицу возня на кухне.

Алена и Руслан сидели рядышком, Руслан обнял молодую жену за плечи, его ладонь лежала на ее животике. Крис слегка кольнула грусть, оттенявшая, однако, бесконечную радость за сестру. Крис присела рядом. Завязалась непринужденная беседа про то, как протекает беременность, обустройство нового дома, покупка детских вещичек и прочее, прочее, прочее. Про Крис речь не заходила, и она была этому бесконечно рада. Среди близких людей притвориться, что у тебя все великолепно, будет сложнее. Она сидела и наблюдала за своими родными, по которым так соскучилась за время разлуки. Алена слегка располнела, но это нисколько ее не портило. К ее худобе всегда хотелось добавить килограммов. Несмотря на то, что их общая мама обладала яркими сильными чертами лица, Кристина с Аленой вышли совсем не похожие друг на друга. Кристина лицом походила на Наталью, а вот Алена вышла полной копией своего отца. Волосы ее от природы были невнятного соломенного оттенка, и Алена их исправно осветляла с последних классов школы. Лишь сейчас можно было вновь увидеть натуральный оттенок, во время беременности сестра избегала окрашивания. Глаза ее, зеленые, как и у Стаса, были красивой, миндалевидной формы, полные губы будто очерчены контурным карандашом. Как и у сестры у Алены была идеальная кожа, и они обе при желании могли обойтись без макияжа. Но в первую очередь бесконечных кавалеров привлекала в Алене ее мягкая, будто кошачья манера держаться и откровенно сексуальный тембр голоса, который обволакивал собеседника. При звуке переливов ее смеха любой мужчина тут же превращался в истукана и не мог связать более и двух слов, безвольно уставившись на девушку. Алене, при всей ее внешней мягкости, были свойственны расчетливость и целеустремленность в действиях, она всегда знала, чего хочет, и выбирала из крутящихся вокруг ухажеров выигрышную партию. Руслан, безусловно, подходил на эту роль. Симпатичный парень из богатой семьи с гарантированным будущим в банкирском деле, хорошим доходом и перспективами, он смотрел на сводную сестру Кристины с обожанием, и, если принято считать, что в паре всегда кто-то любит, а кто-то позволяет себя любить, с этой парой было все ясно с первого взгляда.

Пришел последний ожидаемый гость – лучшая подруга мамы, Светлана, и все стали усаживаться за стол. Когда наступила очередь Кристины сказать тост для мамы, она смутилась и поднялась со своего места с бокалом шампанского в руке.

– Мама, – начала она, чувствуя, как к глазам сразу подступили слезы. – Так случилось, что я не рядом, и не разделяю с тобой каждый день. Но в моем сердце ты каждый день со мной. Твои любовь и забота греют меня даже там, в другом городе. И когда я сегодня вернулась сюда, я снова почувствовала себя дома. Потому что в этом доме есть ты. Спасибо тебе за то, какая я, какой ты воспитала меня и Алену. Спасибо за то, что ты делаешь для всей семьи, как сохраняешь и бережешь наш мир. Главное, будь, пожалуйста, всегда здорова и полна жизненной энергии, как сейчас, в свои «опять восемнадцать», – подмигнула она. – За тебя, мама.

Зазвенели бокалы, мама смахнула слезинку и благодарно и тепло посмотрела на дочь.

– Спасибо, солнышко мое, – отозвалась она звенящим голосом.

Угощения все поступали на стол, тосты и поздравления шли по кругу. Алена от обоих дочерей вручила маме сертификат в элитный СПА-клуб с бассейном, а Стас подарил очередное великолепное ожерелье. Мама сияла от счастья. После нескольких часов за столом все заметно объелись и перебрались на диван, куда было подано кофе и вкуснейшие пирожные, заказанные специально по случаю.

Торжество подходило к концу, и Алена подустала. Они с мужем начали собираться домой, и все засуетились, провожая и собирая их. Мама отложила в коробочку несколько пирожных и трюфелей, и вручила Алене.

Через некоторое время Светлана и Софья тоже удалились домой, еще раз обняв и поздравив именинницу. Стас, не желая мешать общению мамы с дочкой, которые видятся всего несколько раз в год, обнял и поцеловал в щеку супругу и удалился в кабинет к своему родному монитору.

Мама взяла из буфета бутылку вина и пару бокалов, и присела рядом с Кристиной на диван.

– Ну, Крис, может, расскажешь, что с тобой? – спросила мама, протягивая ей бокал с вином.

– Что со мной, мам? Все в порядке. С чего ты взяла? – напряженно отозвалась Крис, отпивая вино.

– Кристина, ну зачем ты так? Я тебя чувствую гораздо больше, чем ты думаешь. Что происходит? – Крис молчала.

– Дело, похоже, в мужчине? – не отступала Наталья.

– Мам… – пыталась уйти от разговора Крис.

– Дело ведь в Марке? – проницательно спросила мама, заглядывая дочери в глаза.

– Как ты? Как ты поняла? – опешила Кристина.

– Сложно быть у такого огня и не обжечься. Только ты могла рассчитывать на дружбу с таким мужчиной. Он обидел тебя? – спросила мама мягко.

Кристина не могла произнести ни слова. Она поставила бокал обратно на столик. К горлу подступил ком, и из глаз полились слезы. Она пыталась сдержать рыданья, и беспомощно смотрела на маму затравленным взглядом.

– Мам!!! – выла она, – Мама…. Что мне делать?.. Как же мне теперь? – говорила она бессвязно, с трудом выговаривая слова. – Я просто не могу больше!!!! – Кристина обхватила себя руками. Плотину, которую она выстраивала целый месяц, прорвало, и боль неразделенной любви устремилась наружу.

Мама в ужасе смотрела на дочь, она в первый раз видела ее в таком отчаянии.

– Кристина… Что произошло? Ты что, любишь его? – она отставила бокал на стол и села рядом с ней, отрывая ее руки от лица. – Солнышко, успокойся, ради Бога. Ты должна поговорить об этом. Да, ты сильная, все держишь в себе, но это тебе не по зубам. Крис?

Крис подняла на нее заплаканные глаза. Во взгляде мамы было столько любви, заботы и страха за нее. Крис, всхлипывая, начала говорить.

– Мам, но мы же дружили столько лет! Я думала… Я даже не думала о другом. Эти его подружки, каждую неделю новая. Я никогда не хотела на место одной из них. Для меня это выглядело как опасный аттракцион, американские горки, на которые я смотрела со стороны, но я никогда не села бы на них сама! Но он так легко сломал это, он просто взял меня за руку, и все, и я… Выходит, мы были друзьями, только пока он хотел этого. Стоило ему захотеть меня, он в две секунды распоряжался мной, как ему вздумается. Я ведь сильная, мам. Я гордая. Я разумная. Как я оказалась в этой ловушке? И что мне делать теперь?? – в отчаянии почти кричала Кристина, заламывая руки.

– Крис, а что сейчас? После того, как вы… как вы были близки? – спросила мама.

– Все будто как прежде. Он оставил мне записку, бросил меня на утро. Написал, что хочет остаться друзьями. Как это вообще возможно?? Просто нелепо! И мы же работаем вместе, каждый день, бок о бок! Это невыносимо, но я как-то справляюсь. Я как неживая, мам. Я не могу быть живой, потому что если начну чувствовать, то просто не выдержу всего этого. Видимо, это защитная реакция. И конечно, я вся в работе. Благо ее столько, что в другой ситуации, я уже очутилась бы в психушке, – горько усмехнулась Кристина, уже успокаиваясь.