Czytaj książkę: «Повести Аурума Салтуса»

Повести Аурума Салтуса

Глава 1

ДНЕВНИК ЗАКАТА 364 г.н.э. (год новой эры)

Я пишу это, потому что отчаянно боюсь забыть времена, когда я был счастлив. Со временем подробности былой жизни предательски стираются и остаются где то далеко за задворках памяти… а боль и тоска остаются, напоминают, что я потерял. Точнее - это отняли у меня. Бессовестно… Но я скорее умру, чем забуду и буду жить дальше.

Я родился в небольшой деревне западнее от Леса под названием Бронзовый Берег. До совершеннолетия меня воспитывали в строгости, но справедливо. Научили ответственности и любви к ближним, бороться за свое счастье несмотря ни на что, если я верю, что путь верен. Мне показали этот пусть мать с отцом.

Я души не чаял в родном крае, хотя он и не отличался от многих других деревень - для меня это было самое особенное место в Златоземье, а то и во всем мире! Там было все, чего я мог желать: семья, что любила меня - мать с отцом работали на лесопилке и на заработок никогда не жаловались, и меня баловать порой могли. Друзья, которые были мне не просто опорой - они были частью меня, каждого прожитого дня, бессонной ночи, первой любви и продолжением собственной души.

Каждое утро было особенным. Я просыпался от жары в своей комнате на мокрой подушке. Можно подумать - приятного мало - и я часто сетовал на жару, на летнюю погоду, но спустя годы я вспоминаю это с улыбкой. Сейчас я называю это - свободой. Конечно, дело не исключительно в мокрой подушке… а в особом душевном состоянии под названием “дом”. Птицы пели по особенному, как родные. Прохладный ветер шептал о том, как прошла ночь - была ли она холодной или дождливой? Я просыпался с полной грудью свежего воздуха и чтобы в не происходило - все тревоги, неприятности… казались мелкими и несущественными. Потому что любые преграды можно преодолеть дом с тобою в сердце, верно?

Однажды ранним утром я открыл глаза и уже представил себе предстоящий день. Настал ежегодный праздник солнцестояния, весь город собирается на площади, надевает маски, сжигают чучело и проводят ночь как в последний раз. Мне было двадцать лет, и я уже полностью освоился в семейном деле, поэтому первым делом я должен был выполнить утренние обязанности, а потом отдыхать.

Отец работал на лесопилке почти всю жизнь и умел обращаться с деревом лучше любого плотника в округе. После смены он обычно пах смолой и свежими опилками, а ладони у него всегда были в мелких порезах.

Я закончил с делами и тогда увидел его, шедшего с рынка и помахал ему рукой. Он широко улыбнулся мне и обнял как только смог дотянуться. Отец был хорошо сложен и выглядел моложе своих лет, но каждый раз что-то внутри сжималось сердце в тиски от вида его седины. Но я скрывал эти чувства, всегда был сдержан с отцом. Не знаю почему мне сложно говорить о чувствах, может мне не хочется выглядеть слабым или страшно оказаться дураком в глазах близких.

-

Пап, задушишь! - вырвался я и заулыбался.

Я тоже соскучился, его долго не было по делам в соседнем селе. Всего пара дней, а я уже скучаю по нашим посиделкам вечерами, пока мать готовиться ко сну - мы могли читать книги, изучать ночное небо или даже выйти на ночную охоту. Тоскливо без него.

-

Молодец, спасибо что прибрался тут, сын, - сказал он с какой-то лисьей ухмылкой и глаза так хитро сощурил.

-

Ты чегой-то?

-

Да вот гляжу лентяйничал ты раз подарок наш с матерью не нашел.

Не знал возмущаться мне или радоваться, но отце сразу развеял мою смущенность. Похлопал меня по плечу да посмеялся, а потом позвал за собой в мастерскую.

Он достал из тайника среди необработанных брусков сверток длиною чуть меньше двух метров. Отец с гордой улыбкой протянул мне подарок, я предполагал что там, но поверить пока не мог и старался не спугнуть удачу.

Аккуратно не вышло, я порвал упаковку как голодный пес и едва сдержал слезы радости, при этом стараясь сохранить достойное выражение лица. У меня в руках был посох ручной работы, легкий и очень крепкий - должно быть ясень или кизил. По всей длине покрыт мягкой, профессиональной резьбой, а навершие закручивалось в двойную спираль - очень тонкая работа. Я потерял дар речи.

-

Ну что? Опробуешь или так и будешь стоять? - сказал отец.

Я взял посох в правую руку и нащупал углубление, прямо под мою ладонь. Мы вышли на улицу и я поставил посох на мягкую почву и ощутил как сила родной земли единым потоком, словно река, проходит по древку, от него - мне в ладонь и без всяких проблем по щелчку пальцев левой руки зажглось маленькое зеленое пламя. Прямо у меня на пальце, как на свече.

Магов в наше время рождается много, но не все решаются осваивать это искусство, сложнее не найти. С детства я был упертый, тренировался с палками и самодельными посохами - вся магия Златоземья идет от земли, поэтому магам нужен посох для контакта с ней. Но как и в любом деле - результат зависит не только от навыка мага, но и от правильного инструмента. Я мог только надеяться на подарок от такого мастера, как мой отец. Я ощутил эффект сразу же. Сотни раз я создавал огонь, но всегда это давалось с трудом и я четко ощущал, что из-за качества посоха возникали сложности. А сейчас после стольких тренировок - все получилось, словно само собой, как дыхание.

-

У меня… нет слов, пап… - только и выдавил я.

-

Даже слов благодарности?

-

Спасибо, пап.

Он подтянул меня к себе и обнял, а я стоял и гадал, чем заслужил такую семью. Это должно быть будет самый счастливый день в моей жизни, раз утро уже выдалось таким.

-

Ну, это еще не все, иди покажи матери - потом можешь гулять.

Я не представлял что может быть ЕЩЕ после такого подарка, но долго меня уговаривать не пришлось, я побежал сломя голову. Дом у нас был небольшой, но двухэтажный - мать обычно была в гостинной, где я ее и нашел. Зашел гордо переставляя посох и покружился, показывая обновку. Она рассмеялась и театрально похлопала в ладоши.

-

Ну прямо настоящий волшебник, дорогой! Ты доволен?

-

Спрашиваешь! Да это лучший подарок в моей жизни… а ведь даже не день рождения! И как ты выдержала и не проболталась?

-

Твоя первая реакция намного ценнее моей болтовни.

-

Это точно!

Она достала из кармана небольшое сверток пергамента и протянула мне в развернутов виде. Я трижды прочитал его содержание - все буквы знакомы, но я не мог поверить в их смысл. Настолько невероятно, что я уточнил - что это?

-

Письмо из Келладора - улыбнулась она.

Келладор - крупнейший город в Златоземье, оплот образования и прогресса, помимо ученых там живут и учатся опытнейшие маги. Я много раз говорил с родителями, что хотел бы учиться там и жить, но эти темы всегда переводились. А пару раз мне и прямыми словами говорили. что я не готов и это слишком далеко, практически на другом конце Златоземья. Я стоял и думал, что это розыгрыш.

-

Я… поеду в Келладор?

-

Да.

Сердце грозило выпрыгнуть из груди, скажи я еще хоть слово. Но я рискнул.

-

Когда?

-

Когда решишь нужным - учеников там ищут круглый год, ты и сам знаешь.

Стало трудно дышать от этой новости. Это же может изменить всю мою жизнь, моей семьи, но одно печалило - значит я покину родной дом на долго. Забавно, что я понял это только когда достиг своей цели. Мать взяла меня за руку, потому что все поняла по моему лицу.

-

Мы гордимся тобой и потому отпускаем. Ты можешь стать великим человеком, сын, и мы не можем держать тебя, все равно рано или поздно сам бы ушел искать свой путь. А мы… всегда будем здесь тебя ждать

Мне потребовалось несколько минут, чтобы удержать слезы от всех оттенков эмоций разом, и этот момент я запомнил на всю жизнь. Я убрал письмо в карман плаща.

-

Спасибо, мам, вы лучшие. - сказал я и шмыгнул носом, - Люблю вас.

-

И мы тебя. А теперь сотри эту грустную мину с лица - тебе еще веселиться весь день, сегодня праздник.

Я уже и забыл про праздник. Это утро уже ничто не перебьет по количеству эмоций. Так я думал тогда.

Не забыл я и о сестре - Лили, накануне она умоляла взять ее с собой на праздник, она конечно еще мелкая, всегда приходилось ее опекать. Но тогда ничего не могло испортить мне настроение.

-

А где Лили? Она хотела со мной на площадь.

-

Спит еще, иди спокойно. Как встанет - приведем ее к тебе.

Меня вполне устраивал такой план, я направился в город, все время поглядывая на посох. Никак не мог налюбоваться. Дорога повела меня в любимую таверну, где мы с друзьями отдыхали почти каждый вечер, а этот вечер обещал быть незабываемым. К сожалению, так и оказалось.

*************

Путь мой лежал не сразу к площади - сначала я пошел в любимое и родное для себя место - Таверна “Тень у Дуба”. Наша деревня стояла неподалеку от Леса - самого древнего и огромного места в Златоземье.

Лес был странным местом, будто чуждым самому миру. Даже с расстояние несколькиз лиг я осозновал, что деревья толстые и очень высокие, стояли плотно. А сам его размер поражал воображение, люди осматривающие его с гор говорили - Лес занимает больше половины всего Златоземья, и был не просто большой, он казался неисчерпаемым. Чтобы обойти его по окраине может потребоваться до полугода, если верхом, то несколько месяцев. А сколько бы требовалось идти, чтобы пройти насквозь - никто не знает. Все кто его проходил рассказывали совершенно разные истории - кто-то шел неделю, кто- то пару дней. А Некоторые говорили о годах! Тех, кто сгинул в лесу - намного больше, и я не сомневаюсь в опасности тамошней нечисти, но убежден, что самая распространенная причина смерти - человеческая глупость. В общем коротко - Лес очень опасное место, оплот призраков и демонов, в который лучше не соваться по доброй воле, а в самом его центре стояла башня - “Спичка”. Башня взаправду была похожа на спичку рядом с этим Лесом - сияющая верхушка доставала до облаков.

Башня Спичка выглядывала из-за горизонта как предзнаменование. Ее архитектура была завораживающе зловещей, темной и древней. Говорят, кто-то из ангелов, которых уже не осталось в Златоземье, заточен в ней и охраняется самим Лесом.

Но это мне было известно лишь из рассказов, легенд и книг и было не более чем красивым фоном в моей чудесной жизни.

Каждый раз когда я шел в таверну “тень у дума” какая-то часть меня кричала от радости и дыхание замирало. Она была оплотом стабильности - в какое бы время я туда не зашел - знал, что найду там покой и добрую компанию с детства знакомых людей. Если бы мне предложили вернуться туда на один день в самый худший день из возможных - я бы вернулся без раздумий.

Таверна - небольшое одноэтажное здание, сложенное из бревен - стояла почти на реке, опираясь на массивные деревянные сваи. Название висело над входом, на выточенном дубовом листе. Старое место и это видно невооруженным взглядом, но каждая трещина или гнилое бревно были неотъемлемой частью истории. Звук работающей водяной мельницы уже издалека погружался в воспоминания о вечерах проведенных рядом. Настоящее умиротворение - компания близких людей, журчание воды и легкий ветерок на веранде. В жаркие дни все местные спасались там от зноя.

Уже на входе меня встретил мой лучший друг Яра. Завидев мой посох, он выразил удивление и восхищение.

-

Вы только поглядите на него! В сапога-ах, с по-осохом!

Я пожал ему руку, не скрывая радости от обновки.

-

Доброго утра. - сказал я - Еще бы, прошу завидовать молча.

Он был выше меня, крепче и, как мне всегда казалось, совершенно неспособен передвигаться спокойно. Даже когда просто шел, умудрялся за что-нибудь зацепиться, кого-нибудь задеть плечом или обязательно что-нибудь уронить.

-

То-то ты такой довольный? — сказал он, прищурившись.

Я молча поднял посох и Яра замер нанесколько секунд разглядывая его со всех сторон, почесывая затылок. Брови съехались друг к другу.

-

Вот же зараза… - только и выдавил он.

-

Все-таки завидуешь?

-

Еще бы, прохвост, - улыбнулся он, - Дай глянуть.

Он обошел меня кругом, будто перед ним стоял не я, а только посох. Я аккуратно протянул ему посох, не хотел чтобы на нем даже царапина появилась.

-

Только осторожно.

-

Да знаю я, знаю как держать палку

-

Это посох, - сухо поправил я.

-

Хорошо, палка с завитушкой!

Понятно, что он просто дразнил меня. Должно быть его веселила моя серьезность и безусловная любовь к этому куску дерева, но тогда я и правда как одержимый носился с ним. Яр должен был быть благодарен, ведь только ради него я выпустил посох из рук.

-

Все, наигрался - возвращай.

Я забрал посох назад, на что Яра рассмеялся и хлопнул меня по плечу.

-

Ладно, не ворчи. Очень красивый посох, - сказал он и уставился на мою недовольную мину, - Правда красивый. Отец сделал?