Czytaj książkę: «Пропавшая принцесса. Война началась»

Карс.

Над Карсом сгустился сумрак. Ночь наступила буднично и быстро. Почти сразу в городе стало тихо и как-то тревожно. За городскими стенами стояла такая тишина, что казалось если прислушаться, то можно услышать звон колоколов Либекских церквей, хотя от Карса до гавани Либека было не менее недели пути. Городские ворота заперли уже час назад. Стражники на стене над воротами с трудом боролись со сном. Метрах в ста от них начинались строительные леса, довольно большой кусок стены спешно ремонтировался. Впрочем «спешно» не вполне соответствовало действительности. Стены Карса и вообще-то довольно низкие имели ещё и недостатки в виде обрушившихся от времени части укреплений. Предыдущий Глава города начал их ремонт, но после его безвременной кончины, работы почти не возобновлялись. Первый стражник с трудом подавил зевок и сказал:

– Чё-то они не слишком торопятся! Не ровен час заявятся эти дикие горцы, и будет нам всем хана! – он кивнул в сторону недостроенной стены.

– А-а! – второй стражник махнул рукой, – когда это ещё будет! Пока они соберутся сто лет пройдёт! Прежде чем они смогут подойти к Карсу сюда прибудет Королевская армия и никакой осады вообще не будет!

– Наверное, ты прав! – согласился первый стражник.

На стене наступило молчание, прерываемое только громкими зевками.

– Слышь, давай я, пока посплю часик, а потом сменю тебя! – предложил второй стражник.

– Давай! – согласился первый.

Второй стражник тут же улёгся рядом с бойницей, завернувшись в плащ, и почти сразу захрапел. Его напарник, оставшись один скоро начал клевать носом. Чтобы побороть сонливость он несколько раз принимался ходить взад и вперёд по стене, сжимая в руке длинное копьё, наконец, его это окончательно утомило и стражник прислонил копьё к стене. Найдя какой-то камень, он сел на него и подпёр руками щёки. Перед глазами его всё плыло и размывалось, пару раз он отключался, начиная дремать с открытыми глазами. В этот момент из-за облаков вышла Луна похожая на большое серебряное блюдо и осветило белым светом крепостную стену, башню и строительные леса. Сонному стражнику показалось, что он различил то ли две, то ли три тени промелькнувшие на недостроенной стене. Он выпрямился, яростно протёр глаза, всмотрелся ещё раз, Луна скрылась за облаками и недоделанная стена опять погрузилась во тьму. Сколько он не всматривался ничего не было видно, не слышно ни единого звука. Стражник поскрёб щёку толстыми пальцами с обгрызенными ногтями.

– Померещилось, наверное! – пробормотал он. Поднявшись, он пнул ногой своего спящего напарника:

– Вставай! Время меняться! – заорал он ему прямо в ухо.

Они двигались вперёд друг за другом, стараясь оставаться максимально тихими и незаметными. Когда Луна предательски выплывала из-за облаков, они прятались в тени ближайшего дома, выжидая, когда облака потушат её серебряный свет.

– Лукас, какого чёрта мы прячемся?! Я думал, наш план ворваться в городскую тюрьму и освободить Сэльму! – раздражённо проговорил один из троих. Голос у него был молодым и недовольным.

– Лорд Рикард, – отвечал ему, голос постарше, – как Вы правильно изволили заметить, наша цель освободить Сэльму! А не ворваться в городскую тюрьму круша всё на своём пути!

Третий, бородач с длинным луком за спиной, издал хриплый издевательский смешок.

– Мы даже не к тюрьме идём! – запальчиво возразил лорд Рикард.

– Слушай, Лукас, лорд прав! – неожиданно вступился за него бородач, – на черта нам новый бургомистр? Нам нужна девчонка! Сам видел, что охраны почти нет! Уверен, в тюрьме сейчас все спят!

Пожилой остановился. Несколько секунд он колебался. Потом скрипнул зубами и произнёс:

– Будь, по-вашему! Идём в тюрьму!

Сэльма.

Она открыла глаза и почти сразу села на своей постели устроенной из охапки гнилого сена. Напряжённо она прислушивалась, вглядываясь во тьму своей камеры. Ничего кроме писка крыс и шуршания их цепких коготков слышно не было.

– Пошли прочь! – прошептала Сэльма.

Некоторое время она не могла понять где находится. Ей снился приют, потом тюрьма в Ридене, куда она попала когда только начала заниматься проституцией. Когда их приют закрыли, брат и сестра четырёх и пяти лет, ходили за ней и не отставали, сколько она их не прогоняла. Они ни на что не жаловались, но Сэльма знала, как им хочется есть. Тогда она впервые отдалась мужчине, прямо на улице, в узком вонючем переулке, за две медные монеты. На эти деньги она купила детям еду. Сама она есть тогда не смогла, её мутило. Пока она сидела в тюрьме дети пропали. Сколько Сэльма не искала, найти их она так, и не смогла. Из Ридена она перебралась в Карс. Тогда же она решила, что если продавать себя, то только за большие деньги. В «Ласке», куда её замухрышку, не хотели брать даже посуду мыть, она скоро стала настоящей Королевой! Потом она встретила Лалатину, познакомилась с другими замечательными людьми. В её жизни появился какой-то смысл! Но кончилось всё тем же самым! На этот раз ей не избежать клеймения и каторжных работ! И это если ёщё повезёт! Сэльма села, на гниющем сене обняв руками колени. За неделю, проведённую в камере, её шикарное платье превратилось в лохмотья. К тому же этот мудак Гард, разорвал его перед тем как начать пороть. Это просто чудо, что до сих пор её пороли только один раз. Спина всё ещё горела, но это было терпимо. Всё же пройти через порку Сэльме пришлось. Это было её решение. Для того чтобы признания выглядели убедительно, нужно было показать им, что они сломали её. Теперь она рассказала многое, но до сих пор ничего не упомянула о Лалатине Рейгарден и других вождях мятежа, многих из которых она знала даже в лицо. Однако это не могло, конечно, продолжаться вечно. Вчера ей показали орудия пыток и она упала в обморок. Это было слегка наигранно, но особо стараться ей не пришлось. Ей и, правда, стало дико страшно. Эти блестящие холодные острые штучки! Она так и представляла себе, как они режут её плоть! Живьём сдирают с неё кожу! Сэльма прислушалась, её ушей достиг далёкий звон ключей. По коридору шёл Гард своей слоновьей, тяжёлой походкой. Сэльма уже научилась различать своих тюремщиков по шагам. У её двери Гард остановился, позвенел ключами и отпер замок. В камере Сэльмы не было окон. «Интересно сколько сейчас времени? День или ночь?» – подумала она.

– Здравствуйте, сир Гард, – нежно прошептала Сэльма. Тюремщик запер дверь и поставил свечу в медном кривом подсвечнике на пол у двери. Несколько секунд он напряжённо прислушивался. В тюрьме было тихо. «Ночь!» – решила Сэльма.

– Пошевеливайся, шлюха! – приказал Гард, хриплым шёпотом и она покорно встала перед ним на колени. Пока он развязывал шнуровку своих штанов, она облизывала губы кончиком розового языка. Даже в тюрьме она по-прежнему остаётся шлюхой, предназначенной для удовлетворения потребностей мужчин. Даже таких как этот вонючий Гард.

– Позвольте мне помочь Вам, сир Гард! – нежно проворковала она.

– Шевелись шлюха!

Сэльма приспустила с тюремщика штаны, от мерзкого запаха его члена её едва не стошнило.

– Я сделаю Вам приятно, сир Гард! – проворковала она. Когда его воспрянувший отросток оказался у неё во рту, тюремщик принялся стонать, держа её голову, он стремился пропихнуть свой член как можно глубже Сэльме в глотку. Она, в который уже раз возблагодарила небо за то, что у Гарда размер члена был весьма скромный. Обнимая его руками за задницу, Сэльма коснулась пальцами кинжала висевшего слева на бедре тюремщика. Выпустив его член изо рта она, мягко отстранила его руки, встала и прижалась к Гарду всем телом.

– Что ты делаешь шлюха? – прохрипел он.

– Вы такой классный мужчина, сир Гард! – промурлыкала Сэльма, – я хочу Вас с того самого момента как увидела! Возьмите меня прямо здесь!

Она впилась своими пухлыми губами в губы тюремщика, Гард довольно хрюкнул, её правая рука нащупала рукоять кинжала. Сунув язык ему в рот, Сэльма потянула лезвие из ножен. Уперевшись ему в грудь рукой она отодвинулась, глядя Гарду в глаза.

– Что ты…, – начал он и в этот момент Сэльма, ударила его ножом в грудь, вложив в этот удар все силы, которые у неё ещё остались. Кинжал вошёл по самую рукоять, тёплая кровь потекла у неё между пальцами. Гард смотрел на неё вытаращенными, округлившимися, рыбьими глазами. Он несколько раз полузадушено хрюкнул, скосив взгляд, посмотрел на рукоять ножа, торчавшую у него в груди.

– Шлюха! – прохрипел он.

Вцепившись в него руками и ногами, Сэльме удалось опрокинуть своего горе любовника на гниющее сено. Она наносила ему удар за ударом и всё не могла остановиться.

– Сдохни! Сдохни! – шипела она.

Наконец Гард перестал дёргаться и затих, Сэльма сидела верхом на его груди, тяжело дыша и всё ещё сжимая кинжал в обеих руках. Прыгающее пламя свечи отбрасывало причудливые отблески на каменные стены. На секунду Сэльме показалось, что в её камере есть ещё кто-то, но она быстро поняла, что это её собственная тень. Уродливая чёрная фигура колебалась, того и гляди грозя разломиться на отдельные осколки. Сэльма прислушалась, руки её были в крови, платье в крови, брызги попали на лицо. Она посмотрела на Гарда, тот лежал вытянувшись, осклабившись, он как будто улыбался, обнажая гнилые зубы. Почему он не кричал? Сэльма не могла этого понять. Все удары она нанесла ему в грудь, если бы он закричал, прибежали бы другие тюремщики и для неё всё было бы кончено. Но он только назвал её шлюхой, перед тем как умереть. Сэльма встала, вытерла рукавом порванного платья лицо, потом сняла его совсем и кое-как обтёрла руки. Нож был скользкий, она протёрла и его и засунула кинжал за пояс. Оставшись в одном нижнем белье, Сэльма забрала у трупа ключи, вздрагивая всем телом от каждого скрипа ключа в замочной скважине, она отперла дверь своей камеры. Глубоко вздохнув, Сэльма задула свечу, приоткрыла дверь и выглянула в коридор. Вначале она ничего не увидела во тьме, через несколько секунд глаза её пообвыклись, и она стала различать контуры каменных стен и уступы неровного коридора. «Даже если сейчас ночь, выбраться всё равно шансов ноль!» – подумала Сэльма. Однако жизнь приучила её бороться до конца, до того самого момента пока твоё сердце ещё бьётся. Сэльма выскользнула в коридор и бесшумно, как кошка двинулась вперёд. Чутьё подсказало ей, что идти надо туда, откуда пришёл тюремщик, сжимая в руке связку ключей, она кралась, стараясь не шуметь. Очень скоро она наткнулась на запертую дверь, преградившую ей путь. Стоя в темноте около запертой двери Сэльма ощупывала ключи один за другим. Единственный раз она проходила через эту дверь тогда когда её притащили сюда сразу после ареста. Сэльма постаралась запомнить как выглядит ключ которым открывался каждый замок, каждой двери через которую её проводили. Но теперь прошло больше недели, и она уже не была так уверена в своей памяти. Сэльма лихорадочно ощупывала бороздки на ключах, ей показалось, что подходят два из десятка. Она провела подушечкой пальца по одному из них и решилась. Сердце её бешено колотилось, ключ мягко вошёл в скважину, замок открылся, Сэльма выдохнула, проскользнула за дверь и прикрыла её за собой. Подумав, запирать её она не стала. Сразу за дверью начиналась лестница уходящая вверх. Сэльма споткнулась и едва не упала, ощупывая рукой стену, она начала подниматься. Лестница показалась ей невероятно длиной, с непривычки Сэльма задохнулась, ноги её дрожали. Вот и очередная дверь. Ключ! Какой здесь был ключ? Пальцы её натыкались на незнакомые бороздки. «Ты дура конченная! Глупая овца!» – ругала она саму себя, ощупывая ключи один за другим. Ничего похожего! Но нужно было решаться. Сэльма выбрала один из ключей, он зашёл с трудом и когда она попробовала повернуть его сразу застрял. Ободрав пальцы до крови, ей всё же удалось его вытащить. Сэльма принялась вставлять один ключ за другим, ни один не подошёл. Без сил опустилась она у двери на колени уперевшись лбом в обитые железом доски. «Это конец!» – пронеслось у неё в голове. Возможно, у Гарда где-то были ещё ключи. Нужно было вернуться к его телу и поискать их, но у Сэльмы не было на это сил. Ни на что больше не рассчитывая, она толкнула дверь и та вдруг поддалась. Она была не заперта! Силы вернулись к ней мгновенно. Сэльма вскочила и рванулась вперёд. За дверью её лёгкие наполнил свежий воздух, который показался ей сладким, она поняла, что находится во внутреннем дворе тюрьмы. Была и правда ночь, вернее уже почти наступило утро. Со своего места Сэльма видела узкую дверь, которая вела в город, вела на улицу. Сейчас пугаться было уже поздно. Звёзды исчезали на небе одна за другой, Сэльма огляделась по сторонам, не было видно ни одной живой души, тюрьма словно застыла в оцепенении. «Мамочка! Господи! Помоги мне!» – прошептала она про себя. Она попыталась вспомнить хоть одну молитву, из тех которые они учили в приюте Чёрного братства, но на ум ей ничего не приходило. Подобравшись, Сэльма порхнула к спасительной двери. Дверь оказалась запертой на щеколду, Сэльма сдвинула её в сторону и вот она уже на улице и тут разум оставил её, она сорвалась с места и припустилась бежать так, что ветер засвистал в ушах. Она остановилась только тогда когда совсем выбилась из сил. Ей всё ещё не верилось, что она смогла сбежать от Гарда, от уродливого Начальника городской стражи, от Карского палача. Она всё ещё сжимала в руках связку ключей, бока её раздувались как у загнанной лошади. Немного придя в себя, Сэльма поняла, что находится недалеко от «Ласки», видимо она на автомате побежала домой. Но возвращаться туда ей было нельзя. Не надо было быть особо умной, чтобы понять это. Сэльма сидела на коленях в узком переулке, пока бежала она сильно поранила босые ноги и они сейчас кровоточили и болели. Но это всё было неважно. Гораздо важнее было что-нибудь придумать. Самой ей, без одежды и помощи из города не выбраться. Нужно было где-то найти укрытие, она быстро перебрала в уме всех своих постоянных клиентов, но не нашла никого кому могла бы довериться. Горькая усмешка искривила её губы. Все кто приходили ей в голову, были Лалатина, Лукас Синт, Артур Найт, но никого из них в городе не было, да и не могло быть. Воздух стал серым, недалеко от того места где спряталась Сэльма громко и безумно загорланил петух. Приняв решение, Сэльма встала, сжав зубы, чтобы не застонать, и не обращая внимания на жгучую боль в израненных ногах, побежала дальше.

Лукас Синт.

На этих троих они наткнулись совершенно неожиданно. Собственно укрывшись в узком переулке, выходившим одним своим концом на крохотную площадь перед зданием тюрьмы, они неожиданно для себя оказались лицом к лицу с этими тремя. Рагна уже схватился за меч, но сир Лукас остановил его, схватив за руку.

– Это дети, – сказал он спокойно.

И, правда, это были трое мальчишек с самодельными мечами, сделанными не пойми из чего. Выставив вперёд своё нелепое оружие, они теснились друг к другу, руки их дрожали.

– Вы кто такие? – набросился на них Лукас.

– Не ваше дело! – огрызнулся один из мальчишек, его голос показался Синту знакомым.

– Жан? – спросил он, наудачу.

Подросток опустил свой «меч».

– Откуда вы меня знаете? – спросил он.

– Ты был связным у Сэльмы! – сказал ему Лукас.

– Откуда Вы…

– Что вы тут делаете?

– Мы пришли освободить леди Сэльму! – заявил другой мальчишка, прятавшийся за спиной Жана.

– Видал? Нас теперь прибыло! – сказал Лукас, обращаясь к Кемпбелу.

– Пиздец городской страже! – мрачно отвечал лучник.

– Вы тоже хотите спасти её? – удивлённо проговорил Жан.

Кемпбел сплюнул на землю и выругался.

– Значит так, – спокойно сказал Синт, – ты!

Он указал на Жана.

– Пойдёшь с нами!

– Вы! – ткнул он пальцем в мальчишек, – ждёте здесь!

– Мы тоже хотим пойти! – возразил один из подростков.

– Я вам что сказал? Ждёте здесь! Сэльма, скорее всего, избита и Вы нужны будете нам чтобы тащить её! Нам нужны свободные руки! Скорее всего, с боем придётся прорываться! Уяснили!

– Уяснили! – покорно отвечал один мальчишек.

– Спрячьтесь здесь и чтоб никто вас не заметил! Ждите пока мы выйдем!

Синт повернулся и посмотрел на чёрные стены тюрьмы.

– Сколько сейчас? – спросил он у Кемпбела.

– Скоро утро, – отвечал Рагна, посмотрев на небо.

– Самое время! – пробормотал Синт.

– Идём! – сказал он Жану, – покажешь, где здесь вход. И придумай что-нибудь, чтобы они нам открыли. Дальше держись позади!

– Я тоже могу драться! – упрямо возразил Жан.

– Постарайся не мешаться у нас под ногами! – сказал ему Кемпбелл, хлопнув подростка по плечу.

– Идёмте, лорд Рикард! – сказал Лукас Синт. Четыре фигуры отделились от стены и решительно направились через площадь к воротам тюрьмы.

Пока они шли по длинному коридору в который выходили только двери с зарешёченными окошками возбуждение, похожее на опьянение постепенно отпустило Рагну. Маленький серый шарик он проглотил ещё вечером и как обычно в таких случаях, у него появилось чувство, похожее на радостную эйфорию. Сейчас он с трудом мог вспомнить как рубил, рубил и колол, помнил только это возбуждение, почти затмившее его сознание. Желание убивать, кажется, так можно это назвать. Рагна поёжился, думать об этом было не очень-то приятно. Старуха, продавшая ему это лекарство, явно не рассказала ему обо всех последствиях. А может и сама не знала. Рагна покосился на Кемпбела, честно говоря, он считал, что этот горец, скорее лучник, но как оказалось, он и с мечом управляется на невероятно высоком уровне.

– Чего тебе? – угрюмо спросил горец.

– Я не знал, что Вы такой хороший мечник! – признался Рагна.

– Ну, до тебя-то мне далеко! – усмехнулся Норман, – но ты прав. Начинал-то я в обычной пехоте, так что и мечом и секирой помахать пришлось.

– Куда дальше? – спросил Синт, ткнув в спину палача, которого они заставили быть своим проводником по запутанным, узким коридорам тюрьмы.

Рагна даже подумал, что до этого момента всё прошло слишком легко.

– Вниз надо, – испуганно вжав голову в плечи, пролепетал заплечных дел мастер, – внизу она должна быть!

– Отпирай! – приказал Лукас.

Жан с любопытством выглянул из-за спины Кемпбела, пока палач дрожавшими руками возился с замком.

– Сколько здесь ещё осталось людей? – спросил у него Рагна.

– Я не знаю! Там никого нет! Вы, по-моему, всех убили! – палач поёжился.

Он распахнул дверь и перед ними открылась тёмная лестница уходящая вниз.

– Лорд Рикард и ты Норман, оставайтесь наверху. Жан, за мной! – приказал сир Лукас и отвесив палачу пинок, заставил того начать спускаться вниз.

– Сэльма там? – весь дрожа от нетерпения, спросил Жан.

– Мы найдём её! – отвечал Синт.

Держась рукой за стену, они стали спускаться вниз. Через пару минут свет их факела уже плясал далеко внизу.

– Хреновое тут место! – угрюмо заявил Кемпбел, – поймают нас здесь как крыс в мышеловку!

Он снял с плеча лук и, поправив колчан со стрелами на боку, приготовился стрелять при появлении незваных гостей. Рагна покосился вниз, свет факела был едва различим во тьме. Он вспомнил через сколько дверей они прошли, пока добрались сюда и ему стало не по себе.

– Впрочем, если тебя,… то есть Вас лорд Рикард, пустить вперёд, то, думаю, Вы прорубите нам дорогу к выходу! – усмехнулся лучник.

Рагна опять взглянул вниз, в пустоту, куда уходили выщербленные ступеньки лестницы. Он и в самом деле ощущал себя в силах пробиться через несколько десятков врагов. Особенно если они будут на таком же уровне, как эти стражники. В конце того коридора по которому они пришли сюда мелькнула какая-то тень.

– Кто идёт? – рявкнул Норман, поднимая лук и натягивая тетиву.

– Не стреляйте! Это я, Курт! – услышали они мальчишеский голос!

– Напугал! Иди сюда! – заорал ему Норман, опуская своё оружие.

Мальчишка подбежал задыхаясь.

– Ну, говори!

– Один из стражников побежал по направлению к ратуше! Там же и казармы местной стражи! – выпалил Курт.

Кемпбел выругался.

– Дуй на своё место! – приказал он пареньку и, наклонившись вниз, заорал во тьму.

– Лукас! Быстрее давай! Скоро гости пожалуют!

Его грубый хриплый голос, эхом раскатился по подземелью и постепенно затих в его тёмных углах. «Надеюсь, он услышал!» – подумал Рагна.

Когда Лукас Синт в сопровождении своих спутников спустился вниз, дышать сразу стало тяжело. Он содрогнулся от мысли, что Сэльма уже почти две недели провела в этом каменном мешке. «Я не смог защитить её!» – подумал он с горечью. Здесь крохотные камеры были отделены от коридора решётками с толстыми, ржавыми прутьями. В этих крошечных загонах кое-где сидели оборванные худые узники, они жмурились при свете факела, прикрывая руками глаза. От их угловатых тел, по каменным стенам пробегали причудливые ломаные тени. Запах гниющего сена был настолько сильным, что Синт невольно поморщился.

– Здесь! – палач указал на камеру.

– Открывай! – Синт отобрал у него факел и поднял его повыше над головой. Камера казалось пустой.

– Сэльма! – позвал Жан.

Палач, наконец, справился с замком, Лукас оттолкнул его и ворвался в камеру, почти сразу же он убедился, что она пуста. В этот момент они услышали громкий смешок за своей спиной. Лукас обернулся, свет факела осветил мужчину стоявшего у решётки, от ноги узника тянулась длинная толстая цепь.

– Никак пришли спасать Великолепную Сэльму? – осведомился узник.

– Так вот, вы слегка опоздали! Она уже третьего дня как сбежала! Зарезала этого ублюдка Гарда и упорхнула словно птичка! Её два дня уже ищут, но как я слышал до сих пор без толку! – продолжал он, явно смакуя каждое слово.

– Ах ты тварь! – обернувшись к палачу, Синт свободной рукой потащил из ножен клинок. Палач упал на колени, прикрыв голову руками.

– Пощадите! – загнусавил он, – она точно здесь была! Меня к ней два дня не вызывали! Я ничего не знаю!

Лукас в сердцах вернул меч в ножны. Обернувшись, он посмотрел на узника, тот улыбался стоя у решётки.

– Жаль, Нужно было рубить! – сказал он с сожалением.

– Лукас! Быстрее давай! Скоро гости пожалуют! – хриплый голос эхом пробежал по всему подземелью.

– Ха! Вы здесь не одни! Впрочем, этого и следовало ожидать! – прищурился заключённый. Синт разглядел глубокие шрамы на его лице, кровь на них запеклась не слишком давно.

– И Вы видимо Лукас Синт! – продолжал узник.

Синт усмехнулся.

– Похоже, меня ещё помнят! Хоть и в определённой среде! – сказал он.

– Ещё бы не помнить Вас! Вы единственный кому удалось бежать из Риверстоунских каменоломен! Я, во всяком случае, других не знаю! – отвечал узник.

– Ты сам видел, как она сбежала? – спросил у него Синт.

– Я не видел! – сказал заключённый, – я тогда в другой камере сидел. Вернее висел!

Он нехорошо усмехнулся.

– Но я слышал, как охрана это обсуждала. А как труп Гарда выносили, видел собственными глазами. Девчонка нанесла ему пятьдесят ударов, говорят! Он каждый вечер приходил к ней, чтобы она ему сосала! Да хотел бы я, чтобы она у меня отсосала!

– Заткнись! – оборвал его Лукас.

– Прошу прощения! Я не подумал, что она вполне может оказаться Вашей дочерью, сир Лукас! Или даже женой?

– Хлеборезку прикрой! – мрачно приказал ему Синт.

– Конечно! Как скажете! Ну, так вот, когда он в очередной раз пришёл, она его и прирезала! Взяла его ключи и выбралась наружу! Я даже думаю, что она специально его заманивала! Только удобного случая дожидалась! Женщины такие коварные существа! Они-то думали, что она просто шлюха! А я-то знаю, что она на Лалатину, то есть на нашу новую Королеву шпионила!

– Я тебе сейчас кишки выпущу! – спокойно сказал ему Лукас.

– Вот уже спасибо! Но не стоит трудиться! Да и жалеть этого Гарда у меня никаких поводов нет. Мразь первостатейная была! Жаль только, что не я ему кишки выпустил! – заключённый облизнул порванные губы.

– Вам поспешать надо как я слышал! Лучше прикажите этому болвану, – узник указал на палача, – отпереть мою камеру!

– Кто ты такой? – спросил его Лукас.

– Меня зовут Клаус! Я если можно так сказать некоронованный Король этого города! – осклабился узник. Жан смотрел на него во все глаза. Даже Синт слышал о нём. Клаус был легендарным вором.

– Я думал тебя поймать невозможно! – усмехнулся Синт.

– Так и есть! Но женщины! Всё из-за них! – узник широко улыбнулся.

– Открой его камеру! – приказал палачу Лукас. Через минуту Клаус оказался на свободе.

– А ты пойдёшь со мной! – сказал бывший узник, хватая палача за ухо.

– Не оставляйте меня с ним! – возопил заплечных дел мастер протягивая к Лукасу трясущиеся руки.

– Скоро здесь появится стража! – сказал Синт.

– Я слышал! Однако здесь много тех кого я не могу бросить! – отвечал ему Клаус.

– Как знаешь! – Синт пожал плечами. Вместе с Жаном они поднялись наверх, где Рагна и Норман сходили с ума от нетерпения.

– Где Сэльма? – спросил удивлённый Хатч.

– Потом объясню! – отмахнулся Синт.

– Да жива она! – добавил он, увидев изменившееся лицо лорда Рикарда.

– Леди Сэльма сбежала! – вставил Жан.

– И нам тоже, самое время ноги делать! – добавил Кемпбел. По пути им не встретилось ни одного охранника. Но когда они выбежали на площадь, то увидели, что на ней уже выстроился отряд из тридцати до зубов вооружённых стражников, со щитами и копьями в руках. Позади на чёрном жеребце гарцевал закованный в броню воин, видимо сам начальник стражи. У Рагны холодок пробежал по спине.

– Что-то их многовато! – пробормотал Кемпбелл, снимая с плеча свой огромный лук.

«Их много, у них щиты! А нас всего трое в лёгкой броне!» – подумал Хатч.

– Убей всадника! – приказал Синт. Кемпбелл вскинул лук, выпущенная им стрела вонзилась в щель между латными пластинами и рыцарь, покачнувшись в седле, повалился на бок, ему помогли слезть с коня. Первые ряды латников пришли в смятение.

– Я сказал убить, а не ранить! – возмутился Лукас.

– Он в броне, – отвечал Кемпбел и сплюнул себе под ноги. Рагна обнажил меч. «Эх, щит бы!» – подумал он. Взять его впрочем, было неоткуда.

– Я смотрю у Вас проблемы! – услышали они за своей спиной. Оглянувшись, Рагна увидел несколько десятков арестантов. Все они были оборваны и в крови, впереди стоял босой бородатый мужчина с полосами засохшей крови на лице. Его длинные грязные волосы висели спутанными клочьями.

– Кто это? – спросил Рагна у Лукаса.

– Арбалетчик на крыше! – проговорил Синт. Кемпбелл выстрелил, раздался вскрик и человек упал с крыши позади сгрудившегося отряда стражников.

– Этой мой знакомый. – Его зовут Клаус! – пояснил сир Лукас, обнажая меч.

– Так вам нужна наша помощь? – спросил бывший заключённый хитро прищурясь. Между тем уголовники вооружались кто чем мог. Лукас Синт повернулся к главарю воров:

– Если вы поможете нам, все ваши преступления будут прощены! Верно лорд Рикард?

– Да, – смущённо согласился Рагна, он всё ещё не мог привыкнуть к тому, что стал лордом.

– Идёт! – согласился Клаус.

– Слышали ребята? – обратился он к остальным.

– Трепло, ты Клаус! – угрюмо проговорил высокий бородач, почти на голову выше Рагны.

– Господа, – сказал Лукас Синт, – Меня зовут Лукас Синт! Все знают что я не проиграл ни одного сражения в котором участвовал! Кто хочет, может возвращаться в камеры! Ваше место ещё не остыло! Ну а кто не хочет, то следуйте за мной! Атакуем их пока они не опомнились!

– Вот это дело! – согласился бородач.

Начальник стражи.

Рагна вытащил меч из тела стражника, молодой прыщавый парень смотрел на него с испугом и тоской во взгляде. Через секунду он упал под ноги Хатчу и затих. Рагна огляделся. Бывшие заключённые добивали раненых. Рагна хотел сказать им не делать этого, но не стал. На площади осталось около десяти убитых и раненых, остальные стражники разбежались. «Есть ещё гарнизон!» – подумал Рагна. Он окинул площадь взглядом, навскидку потери их отряда оказались примерно сопоставимы. Это было странно, так как против хорошо вооружённых городских стражников сражались голодные и почти безоружные люди. Ничем кроме потери управления и нежеланием умирать неизвестно за что объяснить это было нельзя. «Но скоро они придут в себя!» – подумал Рагна.

– Кажись, мы победили, лорд Рикард! – сказал ему Клаус, лукаво прищурясь, он уже был в чужих сапогах и шлеме, на бедре его висел меч. Хатч не стал вступать с ним в диалог.

– Что делать будем, сир Лукас? – спросил Рагна у старого воина.

– Латурн подойдёт не ранее чем завтра. Однако я считаю, что нужно ковать железо пока горячо! Выдвигаемся к Ратуше! – предложил Синт.

– Клаус, раздели своих людей на две группы! Одну возглавит лорд Рикард, ты с ним пойдёшь! Другую, я и Норманн! – сказал Лукас.

– С чегой-то вы решили, что мы и дальше будем вам помогать? – осклабился Клаус.

– Ну, это вы как хотите! – улыбнулся Синт, – если мы не возьмём город под контроль, на тебя и твоих людей начнут охотиться. Но конечно вы можете отсидеться где-нибудь, пока всё не уляжется! Ну а потом попробовать сбежать из города! Как тебе такой вариант?

Клаус усмехнулся.

– Умеете Вы убеждать, сир Лукас! – сказал он с улыбкой, – давайте командуйте!

– Жан! – обратился Синт к мальчику, – веди лорда Рикарда к Ратуше обходными путями! Мы же пойдём напрямик! Если наткнёмся на городскую стражу и начнётся бой, не помогайте нам! Ваша цель захватить магистрат и этого начальника стражи, как там его зовут? Неважно! Если он ещё жив, конечно!

Отряд разделился на две части. С Рагной пошли сам Клаус и здоровенный бородач.

– Поторапливайтесь!

Следом за Жаном они побежали по узким улочкам. На площади перед тюрьмой остались Лукас Синт, Норманн Кемпбел и с ними ещё около десяти человек, кое-как вооружённых и выглядящих не лучшим образом. Норман даже присвистнул, оглядев это так называемое воинство. Лукас подозвал двух оставшихся с ним мальчишек.

– Бегите вперёд! – сказал он Курту, – разведайте, что у нас впереди! Столкнётесь со стражей возвращайтесь и предупредите нас!

Мальчишки кивнули и побежали вперёд.

– Кто из вас знает город? – обратился Лукас к своей «армии».

– Я!

– Я тоже!

Отозвались несколько голосов.

– Отлично! Господа, я знаю вы устали и вам страшно! Но там, в Ратуше нас ждёт вино, первоклассная жратва и до хрена золота! Всё что нам надо – это пробиться туда! За мной господа! – сжав меч в руке, Синт двинулся вперёд.

Начальника стражи внесли в его покои и положили на кровать. Его некрасивая костистая жена хлопотала около него. Начальник стонал. Долго никто не решался вытащить застрявшую между металлическими пластинами стрелу. Истошные вопли жены раздражали начальника. Как так вышло? Почему всё пошло не так как он планировал? Всё это началось, когда он арестовал эту сучку Сэльму и повесил хозяйку трактира! Не надо было ему связываться с этим! Но откуда он мог знать, что у этой Сэльмы такие серьёзные покровители! Но эта тварь Лалатина! Одной рукой она предлагала ему выкуп за Сэльму! Сто золотых монет! Сумасшедшие деньги! С другой отправила своих людей чтобы освободить её! Нельзя доверять этим горцам! Он всегда это знал! Эти стражники ни на что не способны без него! Уверен они просто разбежались! Да что же она так орёт! Прибежал толстый монах, вытирая о рясу грязные пальцы. Увидев торчавшую из груди начальника стрелу, он быстро спал с лица.

– Стрелу нужно вытащить, – промямлил он неуверенно.

– Так вытащите! – простонал начальник.

У монаха задёргался глаз, он испуганно заморгал, потом неуверенно взялся обеими руками за стрелу и потянул её на себя. Начальник издал болезненный вскрик и монах сразу отпустил древко стрелы, на его лбу выступил пот.

– Не могли бы Вы помочь мне? – робко обратился монах к одному из стражников, находившихся в комнате. Жена начальника жалобно всхлипывала. Стражник решительно подошёл к постели на которой распласталась бледная тушка начальника и одним движением вытащил стрелу. Начальник стражи издал тонкий болезненный вскрик, его жена заголосила. Наконец с начальника стражи сняли доспехи. «Будь оно всё проклято!» – думал начальник, пока монах неумело бинтовал его впалую грудь.

– Господин начальник, может поднять по тревоге гарнизон? – предложил стражник.

Начальник скривился.

– Ты что этого ещё не сделал? – спросил он, кривя рот.

– Приказа не было, – пожал плечами военный.

– Так поднимай их! И все к тюрьме! Разделайтесь с этими ублюдками! – простонал начальник.

Стражник уже хотел идти исполнять приказ, как вдруг внизу послышался шум и звон стали. Дверь в покои начальника распахнулась и вошёл среднего роста мужчина с бледным худым лицом и большими тёмными глазами. На нём был кожаный дублет с вшитыми металлическими пластинами руках у него был окровавленный меч. Следом за ним ввалилась толпа вонючих бандитского вида мужчин вооружённых кто чем.

– Где начальник стражи? – спросил бледный мужчина. Жена начальника мгновенно замолчала, все головы повернулись к лежавшему на постели начальнику.

– Ну-ка лорд Рикард! – из-за спины бледного мужчины появился взлохмаченный, худой парень, грязный, с обезображенным глубокими шрамами лицом, тоже с залитым кровью мечом. Он двинулся к кровати на которой лежал начальник стражи, стоявший рядом латник схватился за оружие, но худой мужчина, которого оборванец назвал лордом приставил остриё меча к его горлу.

– Клаус мы должны…, – начал лорд, обращаясь к своему спутнику, но оборванец уже оказался около постели начальника стражи и прежде чем кто-то успел что-либо предпринять пронзил мечом его грудь. Начальник хрюкнул, приподнялся на кровати и рухнул обратно на подушки. На лице его застыло выражение крайнего удивления. Он несколько раз открыл рот, как будто стремился изобразить рыбу, выброшенную на берег, из его горла хлынула кровь, начальник стражи изогнулся и замер. Клаус вытащил меч и вытер его о простыни.

– Так будет лучше, лорд Рикард! – сказал он.

Жена начальника стражи сразу замолкла, она тихо сидела на коленях у кровати только что убитого мужа и не издавала ни звука.

– Зачем ты его так сразу грохнул, Клаус? – недовольно пробасил ввалившийся следом за ними великан с чёрной большой бородой.

– Так надо было Борн! – весело отвечал ему Клаус, хлопая бородача по плечу.

– И что нам теперь с ним делать? – осведомился Борн.

Рагна выругался, он отобрал у стражника меч и отдал его Борну.

– Дальше пускай наш лорд решает! – хитро прищурясь заявил Клаус.

– Заприте всех троих где-нибудь! – приказал Рагна, кивнув на монаха, стражника и жену начальника стражи.

– Позовите ко мне Жана!

Мальчишка протиснулся вперёд.

– Найди сира Лукаса! – приказал ему Рагна. Вслед за Жаном он спустился вниз, бывшие заключённые жрали и пили всё что попадалось им под руку, даже не потрудившись убрать трупы убитых валявшихся прямо у них под ногами. Вся трапезная была уже загажена, следами грязных ног, и пятнами крови. Рагна вышел наружу и увидел как на площадь перед Ратушей выходит отряд под командованием сира Лукаса. «Ну, хоть одна хорошая новость!» – подумал он.

Сэльма.

Сидя в своём чулане под лестницей Сэльма незаметно задремала. Она подумала о том, что в принципе её камера не изменилась, если даже не стала меньше. Правда её больше не пытали, не приходил этот свиноподобный Гард и не тыкал ей в губы свой мерзкий отросток. Сэльма выглянула из своего чулана.

– Дедушка! – позвала она ростовщика. В доме было тихо, наверное, старик пошёл на рынок или ещё куда-нибудь. Сэльма выбралась из своего укрытия под лестницей и прошлась по половицам пола, прислушиваясь к каждому шороху. Забинтованные ноги всё ещё отзывались сильной болью при каждом шаге, но она всё равно заставляла себя ходить, каждый день хоть понемногу. Стараясь ступать как можно тише, Сэльма поднялась на второй этаж. Она и сама не знала что с ней происходит, она постоянно о чём-то думала и чем больше она думала, тем больше приходила к мысли, что дальше так продолжаться не может. Нужно что-то менять! Нужно поменять пока не стало слишком поздно! «Когда ты попадёшь к ним снова, тебе уже не вырваться!» – думала Сэльма. Она подошла к окну и осторожно выглянула на улицу. Она подумала, что правильно сделала, что не пошла к Курту или Робину. В трущобах её искали бы в первую очередь. Кроме того там полно тех кто продаст тебя за одну серебряную монету. Сэльма увидела в окно ставший ей уже привычным маленький фрагмент улицы, грязной и тёмной. Она заметила человека, быстро шедшего по улице и тут же отпрянула от окна, прижавшись к стене. Внизу забарабанили в дверь и Сэльме стало страшно.

– Открывай старик! – услышала она голос, показавшийся ей знакомым. «Это же Жан!» – Сэльма скатилась вниз по лестнице и распахнул дверь, когда мальчишка собирался уже уйти, проклиная удалившегося неизвестно куда ростовщика. Увидев пред собой Сэльму, он обомлел.

– Сэльма! – проговорил он, но она, схватив его за руку втащила за собой в дом и крепко обняла.

– Жан! Тебя не поймали! – она чуть не расплакалась от счастья.

– Конечно, не поймали! Потому что ты меня не сдала! – пробурчал Жан, вырываясь из её объятий.

– Ну же расскажи мне что происходит! – попросила Сэльма не отпуская его.

– Ты же ничего не знаешь! – Жан рассмеялся.

– Лукас Синт со своими друзьями, лордом Рикардом и Норманом Кемпбелом, чтобы освободить тебя напали на городскую тюрьму! Они перебили всю стражу и освободили узников! Но ты уже сбежала! – Жан довольно захихикал.

– Они привели с собой отряд? – уточнила Сэльма.

– Нет! Их было только трое! Ну и я ещё им немного помог! Представляешь?

– Ты-то как там оказался? Ну ладно не важно! Всего трое, говоришь? – у Сэльмы потеплело на душе, отчего-то рыдания подкатили к горлу. До сих пор никто не рисковал своей жизнью ради неё!

– Ну вот, – продолжал Жан, – потом они захватили Ратушу! Убили начальника стражи! Его голова теперь служит украшением над воротами городского суда! Вчера лорд Латурн пришёл и с ним ещё почти триста человек! Вместе с городскими нас почти пятьсот человек!

– А что гарнизон?

– Когда они узнали о приближении лорда Латурна, они решили, что идёт вся наша армия! Короче говоря, они сбежали в Габр! Оружия оставили полную кладовую! И даже лошадей несколько! Лорд Латурн сказал, что никогда не видел, чтобы три человека захватили целый город! Он сказал, что сир Лукас, гениальный военноначальник и по-хорошему, Королеве следовало бы назначить его командовать всеми нашими отрядами!

– Понятно! – силы вдруг оставили Сэльму, ноги сильно разболелись, она бы села прямо на пол если бы Жан не поддержал её.

– Я сейчас сбегаю за сиром Лукасом! – сказал мальчик, – он весь город на ноги поднял чтобы найти тебя!

Жан убежал. Сэльма вернулась в лавку ростовщика и села за стол. Слёзы текли по её щекам. Больше ей нечего было бояться! Город перешёл под контроль её друзей. Как во сне услышала она стук копыт. Дверь распахнулась так сильно, что едва не слетела с петель и в комнату ворвался Лукас Синт в сияющих доспехах и сине-жёлтом плаще, цвета дома Рикардов. Увидев Сэльму, он бросился перед ней на колени и прижал её забинтованную руку к своим губам. Ей показалось, что он плачет.

– Ну что Вы сир Лукас! – мягко проговорила Сэльма, – Вам не о чем переживать! Со мной всё хорошо!

Сэльма уснула. Лукас Синт смотрел на её спящее лицо. Он этого не планировал, даже не хотел. Но как-то само собой они оказались в постели и занялись любовью. Это было совсем не похоже на их первый раз. Сейчас всё было совсем по-другому. И Сэльма была теперь другая. То, что только что было между ними, действительно означало «заниматься любовью». То, что Синт чувствовал, было настолько сильно и всепоглощающе, что, пожалуй, это чувство он мог бы назвать любовью. Больше всего на свете он хотел сделать её счастливой, так сильно, что готов был в любую секунду умереть за неё. Сэльма изменилась, Синту не нужен был второй глаз, чтобы понять это. Дело было не в том, что руки и ноги её были в бинтах, и даже не в том, что на спине её остались рубцы. Лицо её похудело, щёки ввалились, а тёмные глаза стали просто огромными. Синту казалось, что теперь она стала совсем другой, что теперь она стала по-настоящему красивой. Когда они сейчас занимались сексом, Сэльма показалась ему до странности неопытной, как будто она растеряла все свои умения, но в тоже время Синту казалось, что он никогда не испытывал подобного наслаждения, ни с одной женщиной, которых впрочем у него было не слишком-то много. Синт слез с кровати, осторожно стараясь не разбудить спящую Сэльму. Набросив на плечи плащ, он подошёл к тяжёлому дубовому комоду, достал оттуда бутылку вина, посмотрел на свет. При свете свечи вино казалось ему похожим на кровь. Синт плеснул немного в бокал, набрал в рот, подержал вино во рту, потом проглотил. Терпкий бархатный вкус приятно обволакивал горло. Вино было неплохое, может не лучшее из того что он пробовал, но всё же неплохое. Лукас подошёл к окну. Ради Сэльмы он занял дом принадлежавший ранее городскому судье. Под окном на ступеньках крыльца сидели два солдата с пиками в руках. Кажется, они были из маленького отряда Рагны Рикарда. Они о чём-то тихо разговаривали, но Лукас не мог разобрать о чём. В целом над городом висела тревожная тишина. Синт уселся на подоконник, он сжал зубы, он честно признался себе, что даже не думал о возможности победы, когда влез во всё это. Да и что можно будет назвать победой? Момент, когда Лалатина НЕПоймиКто сядет на престол древних Королей? Сэльма, наверное, хотела бы этого. Синт почувствовал на себе её взгляд и повернулся, она смотрела на него своими огромными тёмными глазищами, подложив руку под голову.

– Ты проснулась? – смущённо спросил Лукас, он не знал как ему теперь вести себя с ней.

Сэльма кивнула.

– Я сильно подурнела? – спросила она неожиданно.

– Ты никогда не была так красива! – честно признался, сир Лукас.

Сэльма улыбнулась беззащитной, трогательной улыбкой ребёнка. Синт спрыгнул с подоконника, он почему-то совсем не ощущал сейчас своего возраста, даже напротив, казалось, что ему снова стало двадцать пять. Он сел на кровати рядом с Сэльмой и погладил её густые чёрные волосы.

– Хорошо, что они не остригли меня! – сказал она, – спину мне, правда, изуродовали!

– Это ерунда! Это заживёт, так что и следов не останется! – сказал ей Лукас.

– Ты очень добрый! Ты прямо как мой отец, которого у меня никогда не было! – улыбнулась Сэльма.

– Выходи за меня! – неожиданно для себя самого предложил ей Лукас.

– Что? – глаза Сэльмы стали ещё больше.

– Леди Сэльма, я прошу Вас стать моей женой! – серьёзно повторил Синт, – я не очень много могу предложить Вам! Я уже стар и мой замок удастся вернуть, только если мы одержим победу!

«А в это мне не очень верится!» – подумал Лукас.

– Но это всё, что я могу предложить Вам! – закончил он.

– А Ваше сердце сир Лукас? – спросила Сэльма, глядя ему прямо в глаза.

– Я люблю тебя, Сэльма! Я никогда и никого не любил так сильно как тебя! – сказал ей Синт.

За столом в главном зале Ратуши сидели трое. Рагна Рикард, лорд Латурн и Лукас Синт. Лукас хотел, чтобы Кемпбел тоже присутствовал, но лучник отказался. Латурн грузный, немолодой мужчина положил свои толстые, похожие на стволы дерева руки на стол.

– Говорите лорд Рикард, – проговорил он своим густым басом.

– От Королевы пришли известия, что с Севера к Карсу движется армия почти в пять тысяч человек! Это был карательный корпус, который вешал людей и жёг деревни на Севере. Теперь они идут сюда, чтобы вернуть Карс короне! – доложил Рагна.

– Пять тысяч! Хреново! Что будем делать Лукас? – обратился Латурн к Синту.

Сир Лукас встал и прошёлся по залу, за окном постепенно темнело, наступал вечер.

– Когда они будут здесь? – спросил Лукас.

– Дней через пять-шесть! – отвечал Рагна.

– Стену достроить не успеем! – резюмировал Латурн.

– В этом нет смысла! У нас всё равно недостаточно людей для обороны такого большого города! У лорда Латурна примерно двести пятьдесят человек, у Вас лорд Рикард, вместе с людьми Борна и Клауса не более ста пятидесяти! И большинство этих людей разбежится едва почувствует, что запахло жаренным! – сказал Синт.

– Я не думаю, что Клаус струсит! – возразил ему Рагна.

– Клаус, может быть, и нет! Да и Борн тоже! Но за остальных я бы не поручился!

– Предлагаешь сдать город? – спросил Латурн.

– Когда Королева сможет прислать нам подкрепления? – спросил Лукас.

– Не скоро, – честно признался Рагна, – кланы до сих пор не все собрались, так что…

Он замолчал. Латурн выжидающе смотрел на Синта.

Сир Лукас побарабанил пальцами по столу.

– Если сдадим город, потом его придётся брать с большими потерями. Если не сможем его вернуть, Канцлер получит опорный пункт, с которого сможет атаковать нас! По сути, весь первый этап военных действий зависит теперь от нас! – сказал Синт.

– Это верно! Девчонка должна понимать это и могла бы прислать нам пару тысяч человек! – вставил своё слово Латурн.

– Королева отправила всех кто у неё был на захват гавани Либек! Нет смысла держаться за Карс, если Либек будет в руках королевской армии! – попытался защитить Лалатину Рагна.

« Мальчишка хочет, чтобы вся война проходила здесь! Как можно дальше от его замка! Но моя-то женщина здесь!» – подумал Лукас.

– На хрена замахиваться на то, что не можешь проглотить?! – Латурн хлопнул по столу большой ладонью.

– У неё просто нет другого выхода! – пробурчал Рагна.

– Чёрт с ним! Что делать будем, Лукас?

– Драться за Карс! Мы уничтожим всю королевскую армию здесь! – отвечал Синт.

Рагна спустился по лестнице на первый этаж и вышел на улицу. Наступила ночь, но было довольно тепло, он отметил про себя, что лето в этом году наступило как-то незаметно. И, правда было тепло, около входа сидели бандитского вида латники из отряда Клауса и Борна. Они лениво отсалютовали своему лорду. Рагна кивнул и пошёл дальше мимо пылавших на площади костров, около которых там и сям сидели воины из его отряда и отряда Латурна. Они что-то жарили, над площадью стоял сильный запах жареного мяса. Хатч разыскал Клауса и строго навтыкал ему, чтобы не спалили город.

– Чего Вы так волнуетесь, лорд Рикард? – хитро прищурясь отвечал бывший вор, – скоро подойдут королевские войска и тогда на этих улицах начнётся настоящая бойня! Так есть смысл волноваться о каком-то пожаре?! Но будь, по-вашему! Я прослежу за своими охламонами!

Рагна вспомнил, что сказал об этих людях Лукас Синт, задержавшись на секунду он спросил:

– Почему вы всё ещё здесь?

Клаус широко улыбнулся, подзажившие шрамы на его лице явственно проступили в свете пламени костра.

– Лорд Рикард, я когда-то давно тоже был наёмником! Таким же как Вы когда-то! И тоже мечтал стать лордом! Но я быстро понял, что всё это глупые, несбыточные мечты и бросил это дело! А потом я встретил Вас и подумал, что я, наверное, рановато сдался! В общем, это и есть причина почему я не сбежал! – Рагне показалось, что Клаус, пожалуй, впервые совершенно серьёзен.

– Что касается всех остальных, – Клаус кивнул в сторону костров, – то у каждого здесь свои причины!

– Почему Вы присоединились к нам? За что вы сражаетесь? – спросил Рагна.

– Мы – горцы, – отвечал ему Клаус, – на протяжении столетий у нас пытаются отнять веру наших отцов и насадить здесь веру жителей равнин! Они делают это железом и кровью! Они хотят, чтобы мы платили дань в Королевскую казну, как это делают крестьяне на равнинах. Мы с этим никогда не смиримся! Мы – горцы!

Повторил он гордо. Рагна подумал, что чувство собственного достоинства есть здесь даже у такого отброса, как Клаус. «Он не струсит!» – подумал Хатч, он вспомнил статую грудастой Богини плодородия, которую видел в старом языческом храме. У этих людей была своя древняя вера и они не желали отказываться от неё, лишь потому что где-то в столице так захотели. Ему пришло в голову, что даже если этот мятеж подавят, эти люди будут восставать снова и снова. Рагна подумал, что и северяне были такими же, но их практически уничтожили. Незаметно для себя он оказался около дома судьи, в котором жил теперь Лукас Синт вместе с Сэльмой. Рагна постучал в дверь и Лукас открыл ему.

– Лорд Рикард! Чем обязаны? – спросил он, немного удивлённый. На сире Лукасе была простая полотняная рубаха, из-под выреза которой проглядывали могучие ключицы мечника.

– Кто там, Лукас? – услышал Рагна нежный голос Сэльмы.

– Лорд Рикард! – отвечал ей Синт.

Рагна смутился.

– Пусть заходит! – сказала Сэльма, – я сейчас накрою на стол!

– Я пойду, – сказал Хатч, опуская глаза.

– Ты не можешь отказаться от предложения моей жены! – со смехом сказал сир Лукас, он схватил Рагну за плечо и втащил за собой в комнату. «Он сказал – жены?» – недоумевал Рагна. В большой трапезной был накрыт стол, Сэльма поставила третий прибор для Рагны, Хатч обратил внимание, что на руках Сэльмы больше нет бинтов. Зато на указательном пальце её красуется большой перстень с драгоценным камнем. Синт перехватил этот взгляд лорда Рикарда и проговорил с улыбкой:

– Этот перстень передавался в нашем роду из поколения в поколение на протяжении веков! Мы пока никому не говорили об этом, но вчера леди Сэльма оказала мне честь став моей женой! Мы обвенчались в местной церкви!

Рагна удивился, но не слишком, всё произошло несколько быстрее чем он думал, но в принципе чего-то такого он и ожидал.

– Поздравляю! – сказал он смущённо.

– Спасибо! – отвечала Сэльма серьёзно. Рагна отметил про себя, что она сильно изменилась, как будто стала худее и выше ростом, от былой её игривости и несерьёзности, не осталось и следа. Синт помог жене накрыть на стол, в том, как он выхватывал у неё из рук тяжёлые чугунки чувствовалась отеческая забота. «Всё же они скорее похожи на отца и дочь, чем на возлюбленных! Впрочем, им кажется и так хорошо!» – подумал Рагна.

– Вкусно? – спросила Сэльма.

– Да очень! – отвечал Рагна, мясное рагу и, правда, было очень вкусным, оно прямо таяло во рту.

– Моя жена прекрасно готовит! – с улыбкой проговорил Лукас Синт.

– Я думала что разучилась! – рассмеялась Сэльма.

Молодые супруги обменялись ласковыми взглядами, заставившими Рагну почувствовать себя ещё более неуютно.

– Что привело Вас, в наш дом лорд Рикард? – спросил Синт,

– Ну, кроме желания отведать готовки моей жены! – добавил он с улыбкой.

– Я хотел бы поговорить с Вами! – признался Рагна, – если возможно с глазу на глаз.

– У меня нет тайн от моей жены, – сказал Лукас и Рагна убедился, что он серьёзен.

– Хорошо, – согласился он, тщательно облизал ложку, по своей старой привычке, прежде чем положить её на стол.

– Сир Лукас, – начал Рагна, – каковы наши шансы на победу в этой войне?

– Вы об обороне Карса? Или о войне в целом? – уточнил Синт.

– И том и о другом, – признался Хатч.

– Честно говоря наши шансы на успех в том и другом случае не выше чем у Вас, мой лорд, дожить до того момента как у Вас закончатся те пилюли, которые Вы время от времени принимаете! – отвечал Синт глядя на Рагну.

Рагна смутился, он думал, что никто не знает о его маленьком секрете.

– Не волнуйтесь! Ни я, ни моя жена никому не расскажет об этом! Хотя на Вашем месте я сообщил бы об этом леди Рикард. Впрочем, это Вам решать! Возвращаясь к вашему вопросу, то я и сам много думал об этом. В войнах побеждают те у кого лучше выучка, грамотнее командиры, больше опыта и выше мотивация. Если в мотивации горцев я нисколько не сомневаюсь, то во всём остальном у меня есть серьёзные сомнения. Да эти люди хорошие воины. Один на один они никому не уступят. Но они не приучены сражаться в строю, они вообще не склонны к беспрекословному исполнению приказов! Каждый из местных лордов при любом удобном случае начинает тянуть одеяло на себя! Сколько я повидал на своём веку поражений из-за того, что управление войсками сильно запаздывало! В нашем же случае, когда солдаты и так-то не слишком охотно подчиняются приказам, наши шансы прямо, скажем, стремятся к нулю. В первом же открытом столкновении мы будем разгромлены! Остаётся добавить, что при партизанской войне у нас, конечно, есть определённые шансы на успех, в том случае если удастся наладить чёткое управление отрядами. А это, сами понимаете, не слишком-то реалистично звучит! Что касательно до Карса, то наш успех всецело зависит от меня! То есть вернее будет сказать от того насколько я смогу верно расставить наши отряды и насколько грамотно смогу управлять ими. Не буду лукавить, я намерен победить! – твёрдо проговорил Синт.

За всё время его речи Сэльма оставалась совершенно спокойной, на её прекрасном лице не дрогнул ни один мускул. «Они это либо уже обсуждали, либо она умеет держать себя в руках!» – подумал Рагна с уважением.

– Мой муж не может проиграть! – сказала Сэльма, взглянув на Рагну своими чёрными глубокими глазами.

– Этот план кажется мне безумным! – признался Рагна, – так никто не делал!

– Это верно. В этом единственный залог нашего успеха! – улыбнулся Синт.

– Они будут здесь через пять дней! Самое позднее через неделю! – сказал Рагна.

– Это хорошо! А то наши люди уже начали скучать! – Лукас вытер салфеткой тонкие губы, – мы победим!

– Или умрём! – сказала Сэльма, взяв со стола бокал, она пригубила, немного вина и Рагна понял, что она не боится.

Супруги Синты пошли проводить его. Идя рядом с ними Рагна думал, что то как они идут рядом держась за руки выглядит очень мило, хотя и похоже на то как немолодой уже отец выгуливает свою внучку.

– Ложитесь пораньше, лорд Рикард! – с улыбкой сказал ему Лукас, – завтра нам всем рано вставать!

Когда они остались одни, Синт прижал к себе Сэльму.

– Ты какой-то слишком агрессивный сегодня папочка! – засмеялась Сэльма.

– Ты совсем не боишься, леди Синт? – спросил Лукас, глядя ей в глаза.

– Не боюсь! – сказала Сэльма, – ты победишь! Никто не сможет тебя одолеть!

За их спинами горели костры на площади, на куполе звёздного неба одна за другой загорались яркие точки звёзд и с каждой секундой их становилось всё больше и больше.

Мари.

На первый взгляд лавочка была расположена в не самом выгодном месте. Собственно это была даже не лавочка, а скорее прилавок около которого, здоровенный молодой парень поставил несколько столов и чурбачков, которые должны были заменять стулья. Высокая симпатичная девушка, немного грубоватая, ловко жарила колбаски из мяса неизвестного происхождения и одуряющее приятный запах тянулся до самых казарм городского гарнизона. Что же до расположения лавочки, то это как посмотреть. С одной стороны место было конечно не в центре города, да и не хватило бы у этих молодых приезжих денег заплатить за более проходную точку. Так что на что денег хватило. С другой стороны, здесь совсем рядом располагались казармы и эти солдаты собственно и были их основными клиентами. Сразу за казармами начинались городские пристани и оттуда ветер приносил запах моря и гниющей рыбы. Крупный парень, с уже во всю пробивавшейся на подбородке густой чёрной щетиной подбросил ещё угля под пылающую жаровню.

– Не переусердствуй, Грегор! – бросив на него быстрый взгляд, сказал девушка, – сгорят!

Грегор молча выгребал золу старой обугленной кочергой.

– Корабль сегодня пришёл, – сказал он, не поднимая глаз на девушку, – скоро моряки мимо пойдут!

– Это хорошо! – отвечала она, ловко подбрасывая ещё сосисок на жаровню. Мясо утробно зашкворчало, прозрачный жир капал на раскалённые угли. «Какое неплохое кушанье сестра умудряется сделать из собачатины!» – подумал Грегор с невольным уважением.

– Эй, ты! – услышал он над самым ухом и подняв голову увидел двух стражников, выпрямившись во весь свой рост, Грегор оказался на голову выше их обоих. Стражник слегка смутился.

– Эй, ты! – повторил он, распаляя сам себя, – ходят слухи, что вы тут крысятину продаёте!

– Это наглая ложь, господин начальник стражи! – с беззаботной улыбкой проговорила девушка, – эти слухи распускают наши конкуренты!

«Да какой он начальник! Так мелкая сошка!» – раздражённо подумал Грегор. Но стражнику видимо пришлось по вкусу, когда его назвали начальником, взгляд его стал более благосклонным. Между тем девушка взяла с решётки щипцами одну из сосисок и откусив от неё почти половину принялась с аппетитом жевать, жирный сок брызнул при этом так далеко, что едва не попал на того стражника, что стоял впереди.

– А ты что скажешь? – обратился он к Грегору.

– Мы крысятину не продаём! – пробубнил тот, глядя в землю.

– Попробуйте сами, господин начальник стражи! – девушка завернула сосиску в свежий хлебец и подала его вначале одному стражнику, потом тоже, самое проделала для другого.

«Чтоб вы оба подавились!» – подумал Грегор с ненавистью.

– Вкуснотища! – изрёк «начальник стражи», облизывая жирные пальцы.

– Работайте! – милостиво разрешил он. Стражники удалились преисполненные чувства выполненного долга.

– Подмени меня! – попросила девушка. Грегор встал за прилавок, а она поспешно отошла в узкий тёмный переулок, начинавшийся прямо за их спинами. Через минуту она вернулась вытирая рот платком.

– Ты в порядке, Мари? – спросил Грегор, косясь на неё.

– Я в порядке, – отвечала девушка. Она широко и приветливо улыбнулась, на пристань вываливались уже матросы в своих ярких куртках и залихватски сдвинутых набекрень маленьких шапочках с помпонами.

– Проходите! – Мари распахнула дверь и в их маленькую комнатку в подвале вошёл разодетый в шёлк и бархат торговец. Грегору пришло в голову, что его внешний вид совсем не подходит для этой убогой комнатушки. Торговец бросил замшевые перчатки на стол и сел. На лице его появилось усталое выражение.

– Вся эта наша легенда о том, что я продаю вам мясо, шита белыми нитками! – сказал он раздражённо, – с чего бы это такому уважаемому человеку, как я приходить в гости к обычным уличным торговцам?

– Вы их слишком переоцениваете, сир Хантер! – с ухмылкой отвечала Мари, – они тупые как пробки!

– Будешь так думать, закончишь на виселице! – торговец бросил быстрый взгляд на Грегора.

– Как ты Грегор? – спросил он.

– Я нормально, – пожал плечами юноша, – я просто делаю, то, что говорит Мари.

– Это хорошо. Это правильно. Мари я тебя слушаю.

– Сир Хант, за последнюю неделю не прибыло ни одного отряда! Те солдаты что пока ещё находятся здесь рассказывают, что сперва их собирались отправить к Карсу, но потом приказ отменили. Они сами не знают куда их отправят. Кроме того, количество провизии, которое сейчас находится в городе совершенно недостаточно чтобы прокормить большую армию. Именно поэтому я думаю, сюда и перестали присылать войска.

– Горцы создали проблемы со снабжением через перевалы нападая на караваны, а кораблей явно недостаточно, чтобы доставить провизию морем, – задумчиво проговорил Хантер. По-всему выходило что столичные власти не готовились к затяжной масштабной войне. Эти мысли проскочили у него в голове, но он не стал их высказывать.

– При всём при этом Джент – главный порт на этом побережье! Если они не могут даже здесь наладить снабжение, то что же твориться в других городах? – высказалась Мари.

«Девчонка то совсем не дура! Даром, что деревенская!» – подумал Хантер.

– Делать выводы – это не ваша задача! Ваша задача собирать информацию! – сказал он вместо этого.

– Прошу прощения! – тут же проговорила Мари опустив голову.

И хитрая!

– Больше Вам нечего здесь делать! Сир Боргес приказывает Вам отправляться в столицу! Он согласовал это с вашим лордом. Моя торговая компания купила постоялый двор, Вы будете работать там!

Торговец бросил на стол бумагу. Мари развернула её и пробежала глазами, брови её удивлённо приподнялись. Даже сам факт того, что она легко и бегло пробежала глазами по бумаге поразило Хантера. Лишь пару раз Мари пошевелила губами, видимо в месте где ей встречались трудные для неё слова. Ему пришло в голову, что в приличном платье, с модной причёской она бы выглядела как дочь какого-нибудь лорда средней руки. Хантер подумал, что далеко не каждая знатная дама умеет так хорошо читать, как эта выросшая в горах деревенская девушка.

– Здесь сказано, что умерла наша тётка и оставила нам в наследство гостиницу! – сказала она поворачиваясь к брату.

– Тётка? – переспросил Грегор, – не припомню, чтобы у нас была родственница в столице!

«А этому парню лучше мечом махать!» – подумал Хантер.

– Грегор, я потом тебе всё объясню! – сказала Мари брату.

– Нам нужно несколько дней, для того чтобы продать прилавок и собраться, – сказала она Хантеру.

– Если мы неожиданно исчезнем, это будет выглядеть подозрительно. Кроме того мы можем столкнуться в столице с кем-нибудь из тех кто видел нас в Дженте!

Она посмотрела на торговца, ища у него одобрения.

– Да. Так будет лучше! Чтобы не было вопросов покажите эту бумагу нескольким своим знакомым. Вот деньги!

Хантер бросил на стол кошелёк в котором глухо звякнули монеты.

– У нас есть немного денег! – быстро проговорила Мари, – наша торговля давала небольшой доход.

Она очаровательно улыбнулась и Хантеру стало немного не по себе. Всё в этой девушке казалось ему слишком: слишком умна, слишком красива. Хантеру хотелось потрясти головой, чтобы отогнать это наваждение.

– Сейчас в столице много офицеров призванных в армию. Было бы желательно, чтобы они стали постояльцами в Вашей гостинице.

– Я поняла! – Мари смотрела торговцу прямо в глаза.

– Потратьте деньги на улучшения в самой гостиницы, если они потребуются. Ваше заведение должно быть достойным того, чтобы командиры отрядов могли жить там. Кроме того, – Хантер посмотрел Мари в глаза, – купите платья и драгоценности для себя. Вы очень красивая девушка и на такую хозяйку эти мужчины слетятся словно мухи на мёд! Не нужно покупать ничего дорогого, какие-нибудь блестящие побрякушки вполне подойдут. Думаю, я могу довериться Вашему вкусу.

Мари вспыхнула и стала ещё прекраснее. Хантер вспомнил, историю о том как эта девушка победила асасина, который напал на жену лорда Найта. Он представлял себе её как женщину огромного роста и физической силы, но перед ним сейчас сидела стройная, гибкая, милая девушка.

– Но, сир Хант…, – начала Мари.

– Это приказ лорда Найта! – резко оборвал её Хантер.

– Я поняла. Я всё сделаю, – тут же отвечала она.

– Вот и отлично! – торговец поднялся, взял перчатки со стола и направился к двери.

– Вы не поужинаете с нами? – спросила Мари.

– Нет. У меня нет времени, да и выглядеть это будет слишком подозрительно! – отвечал Хантер.

– Хорошо. Я провожу Вас! – Мари накинула длинный серый плащ, Хантер заметил, в складках её плаща короткий узкий меч. «Она что собирается защищать меня?!» – поразился он.

– Идёмте! – девушка взяла со стола керосиновую лампу и пошла вперёд. Когда они вышли на улицу, Мари накинула капюшон на голову и подняла лампу повыше.

– Как там дела у лорда Найта? – спросила Мари.

–Всё хорошо, насколько я слышал. Со всеми своими людьми он ушёл к Либеку.

– А леди Найт?

– Её отправили в родовой замок Рикардов. Там же сейчас находится Королева со своей сестрой.

Мари подумала, интересно кого из двух сестёр, Хантер называет Королевой. На улицах было уже темно, в нос Хантеру ударил запах моря, который всегда напоминал ему запах гниющей рыбы. Он шёл вслед за укутанной в плащ Мари и ему казалось, что она не идёт, а парит, не касаясь ногами земли. Когда в конце тёмной улицы стало возможно различить приземистое здание постоялого двора, девушка остановилась.

– Идите сир Хантер! – сказала она, – будет нехорошо если нас увидят вместе.

– Прощай, Мари, – сказал ей торговец.

Он помедлил секунду и добавил:

– Береги себя!

Кажется, она кивнула в ответ. Пока шёл до ворот постоялого двора Хантер несколько раз оглядывался. Мари стояла на том же месте, высоко подняв над головой тусклый фонарь. Взявшись рукой за скобу он оглянулся в последний раз, на том месте где только что стояла Мари никого не было.

Жизнь в этой гостинице била ключом. Конечно, она была расположена далеко не в самом центре города, если точнее сказать скорее на окраине. Но и цены здесь были вполне умеренные, а самая главное милая, весёлая, юная хозяйка привлекала сюда молодых и не очень молодых мужчин, почти все из которых были военными. В конце каждой недели хозяйка устраивала в большой трапезной грандиозный ужин для знатных рыцарей и командиров отрядов. Были там и скоморохи и менестрели и молодые девушки и, конечно же, море превосходной выпивки, которую молодая хозяйка доставала только ей одной известным способом. Короче говоря, эти вечеринки быстро стали в городе популярными, во всяком случае, в низовой части столицы. И хотя более престижные гостиницы с лучшим расположением предпочитали не замечать того что происходит в «Весёлой вдове», так называлась гостиница управляемая молодой хозяйкой, ближайшие конкуренты несли убытки и скрежеща зубами называли «Весёлую вдову» не иначе как борделем. Хозяйку звали Мари Деес. Рассказывали, что в один из первых дней лета она приехала на возке, вместе с младшим братом, юношей гигантского роста, и вся их поклажа состояла из одного небольшого сундучка. Предыдущая владелица гостиницы, была бездетной и оставила её своим племянникам. Злые языки впрочем, утверждали, что у предыдущей хозяйки не было сестры, а брат умер в младенческом возрасте, но в любом случае, всё это были всего лишь ничем не подтверждённые слухи. Быстро стало понятно, что именно сестра, а не брат является здесь главной. Юношу звали Грегор, он таскал брёвна, переставлял мебель, и выполнял другую тяжёлую работу, часто его можно было увидеть на заднем дворе отрабатывающего приёмы с длинным старым мечом. Говорили, что он хочет записаться наёмником в один из отрядов, но сестра не разрешает ему это сделать. Этим вечером в обеденном зале, освещённом светом множества факелов, было необычайно оживлённо и что называется «яблоку негде было упасть». Стоял шум и гам, за которым почти неслышно было сладкоголосого менестреля выводившего свои рулады дёргая за струны старой лютни. Госпожа Деес всё время оказывалась в центре внимания, она подливала вино гостям, шутила, бегала на кухню подгоняя поваров.

– Сир Ландсдер, отпустите Лили! Вы же видите ей неприятно! – мягко упрекала она молодого рыцаря пытавшегося усадить себе на колени упиравшуюся совсем молоденькую худенькую девушку, почти девочку.

– Прошу простить меня леди Мари! – густым басом отвечал ей Ландсдер, отпуская девочку.

– Я обижена на Вас! – укоризненно проговорила госпожа Деес, погрозив ему пальцем.

– Ну не обижайтесь на меня, свет моей души! – басил рыцарь целуя руку Мари.

– Вы такой галантный кавалер, сир Ландсдер! Я не могу долго сердиться на Вас! – отвечала ему леди Деес с обворожительной улыбкой.

На стройной белой шее хозяйки сверкало колье с крупными бриллиантами, тонкие пальцы украшали перстни с драгоценными камнями, её платье было эффектным, даже слишком, на грани того что допускали приличия. Во всяком случае, декольте её точно было более глубоким чем это принято было при дворе.

– Госпожа Деес! – закричал ей другой рыцарь уже сильно пьяный, – я поспорил вот с ним!

Он ткнул пальцем в плотного низенького похожего на чиновнику мужчину сидевшего напротив, что Ваш брат сможет продержаться десять минут против сира Варга! Я знаю, Ваш брат упражняется каждый день! Позвольте нам разрешить наш спор!

Сидевший в углу Грегор оторвался от книги которую старательно разбирал смешно шевеля губами и посмотрел на сестру.

– Нет, сир Люциус! Я не могу разрешить такого! Мой брат просто дурачится! Он не воин и не престало ему драться с рыцарем! Я не могу позволить себе рисковать здоровьем, а может и жизнью моего дорогого брата! Наши покойные родители не простят мне этого! – возразила Мари.

– Ну-же леди Деес! Не упрямьтесь! Это будет поединок турнирными мечами! – Люциус схватил Мари за руку и не отпускал.

– Ну, если турнирными…, – неуверенно протянула Мари, – и если Грегор сдастся, то сир Варг сразу прекратит…

– Да-да! Конечно же! Сир Варг человек чести! Правильно я говорю? – обратился Люциус к мрачному, длинному мужчине в чёрном камзоле с узким вытянутым лицом. Тот кивнул, выражение его лица его не изменилось.

– К тому же я сам прослежу за этим! – заверил хозяйку, сир Люциус.

Мари опять обменялась быстрым взглядом со своим братом. Грегор отложил тяжёлую книгу и поднялся с деревянного топчана на котором сидел.

– Пожалуй, вправить ему мозги будет неплохо, – изрекла госпожа Деес, как будто раздумывая.

– Вот и отлично! – обрадовался Люциус, – я немедленно пошлю слугу за турнирными мечами!

– Господа принимаем ставки!

– Что? В чём дело? – посыпались вопросы.

– Брат нашей прекрасной хозяйки в тренировочном бою против сира Варга!

– Но это же полная глупость! Он и пяти минут не продержится!

– Господа! Господа! Условия следующие: мечи турнирные, Грегори Деесу нужно устоять на ногах в течение десяти минут и не лишиться своего оружия и он победил!

– Глупость!

– А я поставлю на брата леди Деес!

Вернулся слуга, он привёз броню и турнирные мечи. Впрочем, на Грегора, с трудом налез только защитный жилет. Увидев это сир Варг также отказался от шлема. Все гости ломанулись во двор неся с собой факелы. В этой суматохе Мари подошла к брату и прошептала:

– Только посмей победить его и я тебе уши надеру!

– Где уж мне! – так же шёпотом отвечал Грегор, – он же рыцарь!

Грегор нехорошо усмехнулся, на лбу его пролегла упрямая складка, а глаза его загорелись жадным волчьим огнём. Мари подумала что сейчас он стал сильно походить на отца и ещё она пожалела, что согласилась на это дурацкое представление. Изначально ею двигало желание привлечь ещё больше народу к их вечеринкам, но теперь глядя в глаза брату она испугалась, что всё это может плохо кончиться.

– Не бойся, я его не убью! – тихо сказал Грегор ухмыляясь. Мари хотела наброситься на него, но толпа увлекла их на улицу и она не успела больше ничего сказать брату.

Противников вытолкнули в центр большого пространства двора, зрители сгрудились вокруг подначивая соперников.

– Не покалечь его, Варг! – кричали из толпы.

Сир Варг, высокий, тощий, с длинными руками несколько раз крутанул меч рассекая воздух, он прошёлся взад и вперёд как бы примериваясь. Грегор молча смотрел на него не двигаясь с места.

– Смотри не обделайся парень! – проговорил Варг хищно улыбаясь. Быстро сократив расстояние что разделяло бойцов он атаковал Грегора. «Двигайся! Двигайся, дубина!» – хотелось закричать Мари. Она прикусила нижнюю губу, она совсем позабыла о том, что хотела запретить брату побеждать в этом поединке. «Руки длинные, достаёт там где обычно не ожидаешь!» – подумала она. Сжимая мечи обеими руками противники рубились уперевшись ногами в землю. Грегор не сдвинулся ни на сантиметр, Варгу пришлось отступить, волосы на его лбу взмокли от пота. Мари видела что Грегор с трудом сдерживает улыбку, она отлично понимала, что её брат ещё даже не начинал драться всерьёз. Варг вытер лоб рукавом своего чёрного камзола, на его лице появилось выражение недоумения и растерянности, от былой уверенности не осталось и следа. Он затравленно оглянулся по сторонам, как будто ища спасения. Большинство пьяных зрителей ничего этого не заметили. Мари уже хотела вмешаться, чтобы остановить поединок, она решила, что Варг, пожалуй, будет только рад если поединок закончится сейчас.

– Ставлю десять золотых на парня! – все повернулись к тому кто произнёс эти слова. Это был мужчина среднего роста совсем молодой, с красивым даже женственным лицом. «Сир Арман!» – подумала Мари. Этот загадочный человек давно привлекал её внимание, сир Арман был частым гостем на вечеринках в её гостинице, но Мари так до сих пор и не поняла чем он собственно занимается. Насколько ей удалось узнать, ни каким отрядом Сир Арман не командовал и в тоже время он явно занимал далеко не последнее положение в столице. Мари открыла и закрыла рот, она поборола искушение остановить схватку, ей захотелось посмотреть что будет дальше. Все повернулись и посмотрели на красавца-рыцаря.

– Кто это? – спросил кто-то за спиной у Мари.

«Значит, его даже и местные не все знают!» – подумала она.

Над площадкой повисла тишина.

– Ставлю десять золотых на то что Грегор уложит Варга! – повторил сир Арман с очаровательной улыбкой.

Варг нервно рассмеялся. Зрители загалдели, одни возмущались, другие принимали пари сира Армана. Грегор взглянул на сестру и Мари едва заметно кивнула ему. Грегор повернулся к Варгу и сказал со всей учтивостью на которую был способен.

– Прошу извинить меня сир рыцарь!

Варг хотел ответить, но прежде чем он успел это сделать меч вылетел из его руки и он с громким стоном опустился на колени, его права рука неестественно вывернулась. Над площадкой повисла мёртвая тишина, Варг смертельно побледнел. Первая пришла в себя Мари.

– Врача! Кто-нибудь пошлите за врачом! – закричала она. Тем временем Варг потерял сознание и повалился прямо в грязь. Грегор бросил меч и подбежав к своему противнику поднял его на руки и понёс в комнату.

– Помогите же ему! – закричал кто-то.

Мари послала служанку за доктором. Толпа хлынула обратно в трапезную, Грегор уложил Варга на стол.

– А парень-то хорош! Так выбить оружие уметь надо! – сказал кто-то.

Многие поздравляли Армана, он отшучивался, привели доктора, тот вправил сиру Варгу плечо и поднёс к его лицу нюхательную соль. Варг пришёл в себя, он ошалело огляделся по сторонам, видимо не совсем понимая что с ним случилось. Мари лично руководила доставкой сира Варга в его комнату и вечеринка возобновилась.

– Иди сюда парень!

Грегора заставили сесть за стол и налили ему вина, каждый счёл своим долгом хлопнуть юношу по плечу и выразить ему своё восхищение. Склонившись к его уху и положив ему руку на плечо сир Люциус нашёптывал что-то Грегору уговаривая его вступить в свой отряд.

– Девки, золото, слава – всё у тебя будет! – долетел до Мари его горячий пьяный шёпот. Она следила за Арманом, тот скромно сел на своё место, на губах его блуждала загадочная полуулыбка. Мари сама не понимала, что её так привлекает в этом человеке. Это точно была не его внешность. К подобной женственной красоте, она с детства относилась с презрением. По правде сказать, даже Лукас Синт, седой и одноглазый, казался ей более мужчиной, чем этот красавчик Арман. Но в тоже время было в сире Армане что-то загадочное, что приковывало её внимание.

– Письмо для сира Джона Андерсона! – услышала Мари громкий хорошо поставленный голос.

Все обернулись и увидели гонца в тёмной ливрее со свитком в руках, он только что вошёл в гостиную через главную дверь.

– Андерсон? Здесь есть такой?

Гости пожимали плечами.

– Я знаю этого человека! – послышался вдруг чистый звонкий голос Армана. Он поднялся со своего места.

– Давайте сюда бумагу! Я передам ему!

Посыльный отдал бумагу Арману и тот сунул её в карман своего расшитого золотыми нитями камзола. Пирушка возобновилась, лавируя между гостями, Мари то и дело теряла Армана из виду. Она выскользнула из пиршественного зала на одну секунду и подобрав юбку поднялась на второй этаж. Остановившись у двери в одну из комнат она осторожно постучала.

– Леди Алиса, это я, – проговорила она негромко.

– Входите хозяйка! – Мари проскользнула в комнату в которой у большого зеркала на низком пуфике сидела блондинка в платье с открытыми плечами. Её длинные волосы касались пола, она расчёсывала их черепаховым гребнем и они при свете свечей сверкали и искрились словно были сделаны из серебра.

– Что там был за шум? – спросила блондинка не отрывая взгляда от своего отражения в зеркале.

– Устроили поединок. Грегор вывихнул руку сиру Варгу, – отвечала Мари.

– Грегор большой и сильный мальчик! Не завидую любому его противнику, будь он хоть тысячу раз рыцарь! – улыбнулась Алиса.

– Ну? Кто сегодня? – спросила она, поворачиваясь к Мари и глядя на леди Деес своими огромными и глубокими точно океан синими глазами. «Она прямо как кукла!» – подумал Мари с восхищением.

– Сир Арман, – сказала она, – ему принесли письмо. Я хотела бы знать его содержание!

– Сир Арман! Такой приятный мальчик! – задумчиво протянула Алиса, – я не спрашиваю зачем и для чего вам нужно знать что у него в письме. Это не моё дело!

Она замолчала, потом глядя на своё отражение продолжала.

– Ведь если я буду слишком любопытна, ты убьёшь меня, леди Мари? Лишь один раз взглянув на тебя я поняла, что для тебя убить человека всё равно что муху прихлопнуть!

Мари подошла и положила Алисе руки на плечи, блондинка невольно вздрогнула от её прикосновения.

– Я надеюсь, до этого не дойдёт! – сказала Мари спокойно.

– Вы хорошо мне платите! Здесь работать очень спокойно и безопасно! И всё же я сама не знаю, почему согласилась на Ваше предложение, леди Деес! – сказал ей Алиса дрогнувшим голосом.

– Может быть, потому что тебе скучно? – спросила её Мари, – поторопись! Он может уйти! А я не могу допустить этого!

Когда Алиса спустилась вниз, восторженные крики огласили обеденную залу.

– Приветствую Вас мои дорогие сиры! – провозгласила блондинка приседая в глубоком реверансе.

– Ура нашей Королеве! – закричал кто-то и десяток пьяных глоток подхватили этот выкрик.

Ни на кого не глядя, Алиса прошла к сиру Арману и остановилась около него.

– Разрешите мне присесть рядом с Вами? – спросила она своим нежным ангельским голоском. Арман улыбнулся своей мягкой женственной улыбкой и поднявшись с места подвинул стул для Алисы. Блондинка села рядом с ним. Мари искоса глянула на брата, лицо Грегора на секунду исказила болезненная, страдальческая гримаса, но он почти сразу овладел собой. «Чёртова девка!» – подумала Мари, скрипнув зубами. Впрочем, от Алисы было много пользы, очень много, само её присутствие в «Весёлой вдове» привлекало сюда массу мужчин. Пока блондинка щебетала с Арманом, менестрель о котором все позабыли начал новую песню.

– Леди Деес! – кто-то дёрнул Мари за рукав. Это была девочка, что мыла посуду и вместе с матерью дважды в неделю убиралась в комнатах.

– Он здесь? – спросила у неё Мари.

Девочка кивнула. Мари поспешила уйти в подсобку, менестрель пел и на её исчезновение никто не обратил внимания. В тёмном коридоре, на бочке сидел рыжий подросток болтая ногами, на нём был поношенный камзол торговой компании.

– Леди Мари! – весело отрапортовался он спрыгивая с бочки.

– Добрый вечер Джейкоб! – сказал ему Мари, – тебе придётся немного подождать пока я составлю список.

– Элиза, проводи его на кухню! Пусть ему дадут поесть! – сказала она увязавшейся вслед за ней девочке.

Леди Деес отперла крохотную, почти незаметную дверь и вошла в маленькую комнату под лестницей. Здесь лежали бумаги, на полках стояли какие-то бутылки с мутными жидкостями разных цветов, вдоль скамьи стояли щиты, сложенные грудой, мечи и секиры. При желании этим оружием можно было вооружить небольшой отряд. Мари села за маленький столик разложила перед собой свои почеркушки и стала писать бумагу время от времени сверяясь с шифром. «Надо уничтожить шифр! Ты тупая крестьянская девка! Ты до сих пор не выучила его!» – корила она саму себя. Наконец Мари закончила, она пробежала глазами написанное и ей стал не по себе. По её мнению в письме не было ничего особенно важного, в основном слухи, и совсем немного фактов. В дверь осторожно постучали, Мари вздрогнула и потянулась к короткому мечу.

– Мари, это я! – услышала она горячий шёпот Алисы. Мари быстро отперла дверь и впустила куртизанку внутрь.

– Я говорила тебе не заходить сюда! – набросилась она на Алису.

– Не волнуйтесь госпожа Деес! Меня никто не видел! – отвечала Алиса, нисколько не испугавшись.

– Ладно. Что у тебя?

– Сир Арман ушёл.

– Ты пришла сюда, чтобы сообщить мне об этом?

– Нет, моя госпожа! – Алиса присела в глумливом реверансе.

«Я когда-нибудь убью эту шлюху!» – подумала Мари.

– Перед тем, как уйти, он распечатал письмо и прочитал его! – сказала Алиса улыбаясь, своей равнодушной улыбкой.

– Прочитал?

– Да.

– Значит, он и есть Джон Андерсон?

– Видимо так, – продолжала куртизанка, – едва прочитав письмо, он весь помрачнел и сразу потерял ко мне интерес! Он извинился и почти сразу ушёл.

– Что было в письме?

– Этого я не знаю. Он читал его так, что увидеть содержание было невозможно. Я лишь смогла заметить оттиск на воске. Письмо запечатывали перстнем на котором были изображены две скрещённые секиры!

– Скрещённые секиры! – повторила Мари, она опустилась на стул и задумалась.

– Не могу припомнить чей это герб! – сказала она, наконец.

– Очень жаль, – глядя ей в глаза проговорила Алиса.

– Это всё? – спросила её Мари.

– Всё, – подтвердила Алиса.

– Спасибо, но не могла бы ты оставить меня одну? – попросила леди Деес.

– Конечно, конечно, моя госпожа! Это правда, что вы вместе с братом ещё недавно пасли овец в горах? – спросила она, прежде чем уйти.

– Это Грегор тебе сказал? – спросила Мари, не глядя на куртизанку.

– Возможно. Леди Деес, Вы же понимаете, что я здесь не ради Вашей прекрасной особы? – сказала Алиса.

– Это ему решать. Он уже взрослый, – отвечала Мари, не поднимая глаз от бумаг.

– Я рада, что Вы так спокойно относитесь к тому, что Ваш драгоценный брат путается со шлюхой! – произнесла Алиса, голос её изменился до неузнаваемости. Теперь в нём звучала боль и горечь.

– Я работаю, Алиса, – сказал ей Мари.

– Прошу меня простить! Пойду, составлю компанию Вашему брату! Сегодня он купается в лучах славы!

Куртизанка ушла, Мари добавила к письму сведения о сире Армане и Джоне Андерсоне. Две скрещённые секиры не выходили у неё из головы. Леди Деес запечатал конверт печатью гостиницы. Взяла со стола свечу, выскользнула в коридор и аккуратно прикрыла за собой дверь. Мари прислушалась, в трапезной стало гораздо тише, гул голосов всё ещё доносился оттуда, но ей показалось, что большая часть гостей уже разбрелась по своим комнатам. Мари зашла на кухню. Джейкоб спал сидя на бочке, прижавшись к стене взлохмаченной головой и слегка похрапывая. Мари разбудила его и сунула в руки письмо.

– Леди Деес! Я тут задремал немного! – он смущённо улыбнулся. Мари спросила глядя на его неунывающее веснушчатое лицо.

– Джейкоб, ты не помнишь две скрещённые секиры, чей это герб?

Мальчик задумался.

– Не помню, леди Деес! – честно признался он.

«Ладно. Я написала об этом в послании. Может они там разберутся!» – подумала Мари.

– Ты поел? – спросила она.

Джейкоб показал ей большой палец.

– Нигде лучше не кормят чем у Вас, леди Мари! – сказал он.

Мари подумала, что постепенно привыкла к тому, что её все называют леди. Она вывела Джейкоба через чёрный ход и подождав пока затихли звуки шагов его подбитых гвоздями башмаков, задула свечу и вернулась в гостиницу. На улице почти рассвело. Мари заглянула в трапезную, в воздухе висел дым, трое гостей спали прямо за столом положив голову на руки, толстый сир Джон Баум валялся под столом в собственной моче и блевотине, менестрель спал в уголке завернувшись в свой плащ.

– Хильда, Элиза, идите сюда! – позвала Мари. Втроём они с огромными усилиями усадили толстяка Баума на скамью.

– Может позвать Вашего брата, леди Деес? – предложила Хильда, худая рябая девица, работавшая на кухне. На лбу у тщедушной Элизы выступил пот. Мари поморщилась.

– Сами справимся! – сказал она.

– Ты хорошо питаешься, Элиза? – спросила она у девочки.

– Аппетита нет, госпожа Деес, – пожаловалась подросток.

– Завтра я приглашу доктора пусть он тебя посмотрит!

– Спасибо Вам госпожа Мари!

В основном усилиями самой Мари Баума удалось затащить наверх и сбросить мешком на кровать в его комнате.

– Я уберусь внизу, идите спать леди! – сказал ей Хильда.

– Спасибо. Можешь завтра придти к обеду!

– Благодарю Вас леди Деес!

Мари прошла по длинному коридору и стала подниматься к себе на второй этаж, где под самой крышей она занимала комнату вместе с братом. На маленькой лестнице ведущей в погреб она услышала приглушённые голоса. Мари остановилась и прислушалась, один из этих голосов принадлежал её брату, второй Алисе.

– Алиса! Я люблю тебя! – горячо шептал Грегор, Мари никогда не слышала чтобы он был так взволнован.

– Весь вечер я смотрел как эти скоты хватают тебя за руки! Мне хотелось убить их всех!

– Твоей сестре это не понравится! – со смешком отвечала куртизанка. Грегор выругался.

– Алиса, я сейчас никто! Но скоро начнётся война и я обязательно прославлюсь! Я стану рыцарем, получу замок и женюсь на тебе! Ты станешь настоящей благородной леди!

– Глупенький, маленький мальчик! – нежно проговорила Алиса.

– Я не мальчик! – обиделся Грегор, – сколько тебе лет? да ты не старше меня!

– Глупенький, у девушек не спрашивают об их возрасте! – рассмеялась Алиса. Послышался звук поцелуев.

– Алиса!

Мари не стала слушать дальше, она поднялась к себе, сбросила верхнее платье, надела ночную сорочку и забралась под покрывало. За окном почти совсем рассвело. От накопившейся за сутки усталости она никак не могла уснуть. Скрещённые секиры не выходили у неё из головы. Так пролежала она долго, наверное, около часа и когда уже начала задрёмывать, дверь тихонько растворилась и вошёл Грегор. Не раздеваясь он повалился на свою кровать и та жалобно заскрипела под его весом.

– Хорошо провёл время? – спросила его Мари. Ничего ей не ответив, брат отвернулся к стене.

– Она просто играет с тобой! Ты интересен ей не более чем потерявшийся котёнок! – сказала Мари в сердцах.

– Ты ничего не понимаешь! – глухим голосом отвечал Грегор.

Мари тяжело вздохнула. Сердце её сжалось от болезненного предчувствия надвигающейся беды. Я себя просто накручиваю!

– Грегор, – спросила она зевая, и не особо рассчитывая на то что брат что-то помнит. Если уж даже она не знает!

– Не помнишь случайно, у кого на гербе две скрещённые секиры?

Грегор рассмеялся.

– Ну, гербом я бы это не назвал! Но это, правда что этот напыщенный чурбан всюду рисует эти дурацкие топоры! Ну, от этого борова Грена нечего другого ожидать и не следует!

– Что? Это герб сира Грена? – Мари подскочила на кровати, – того самого сира Грена которого Королева оставила оборонять Монастырь Святых Дев?

– Ну да. А что случилось? – отвечал поражённый её реакцией Грегор.

Накануне битвы.

Рагна Хатч спрыгнул с седла и взбежал по ступенькам Ратуши. Как ни был он расстроен, но не мог не отметить, что в Ратуше наведён порядок и чистота, а у крыльца стоят вполне опрятные и главное трезвые часовые. Толкнув дверь он оказался лицом к лицу с сидевшим за столом Лукасом Синтом. Перед старым рыцарем на огромном столе был развёрнут план Карса и он склонившись над ним время от времени задавал вопросы Сельме стоявшей рядом с ним. В кресле у стены сидел лорд Латурн, в руке у него был бокал с красным вином.

– По этой улице можно дойти до казарм?

Услышал Рагна войдя.

– Нет, – отвечала Сельма, – здесь ещё в прошлом году построили деревянную стену и теперь здесь тупик!

Она указала место на карте.

– Стена не очень прочная, её можно сломать или перелезть, но на это нужно время! – сказала леди Синт.

– Они будут на лошадях! Им придётся спешиваться, чтобы убрать препятствие! Если мы загоним их сюда.… О лорд Рикард! Рад Вас видеть! Что привело Вас к нам?

Сир Лукас добродушно улыбнулся при виде Рагны. «Чёртов старый лис!» – подумал Рагна с раздражением.

– Леди Синт! Лорд Латурн! – поздоровался он.

– Здравствуй, мальчик! – отвечал Латурн, прихлёбывая из бокала красную жидкость.

– Вы, кажется чем-то расстроены, мой лорд? – ласково спросил Синт.

– Сир Лукас, что это за повешенные украшают площадь? – спросил Рагна сдерживаясь изо всех сил.

– Это мой приказ, – не моргнув глазом, отвечал Синт, – эти мерзавцы были ворами, мародёрами и насильниками!

Рагна ощутил вдруг как будто из него разом вышел весь гнев. Он снял свои грубые перчатки, бросил их на стол и сел.

– А разве вся наша армия не такова? – спросил он усмехаясь.

– Именно поэтому я и приказал повесить этих троих! – спокойно отвечал Лукас.

– Что об этом думает Клаус? – осведомился Рагна.

– Мне глубоко плевать, что там себе думает этот головорез. Но я точно знаю что если с такими как он не проявить твёрдость, то они быстро сядут тебе на шею!

– Лорд Рикард, оставьте решать эти неприятные вопросы нашему дорогому Синту! Поверьте мне он знает что делает! – подал голос Латурн.

– Вот и леди Сэльма расстроится! – добавил он отсалютовав Сельме своим бокалом.

– Благодарю за заботу лорд Латурн! – отвечала леди Синт с обворожительной улыбкой. Рагна подумал, что она теперь почти совсем такая, какой он помнил её по первой их встрече в трактире «Ласка».

– Кроме того, Вы мой лорд можете спокойно продолжать играть в доброго господина! – невозмутимо проговорил Синт.

– Сир Лукас, Вы же знаете… ладно. Повесили и повесили! Чёрт с ними! Но мне сообщили что Вы приказали взять в заложники сыновей всех самых знатных людей в Карсе! Это же может настроить всех горожан против нас!

– Мой лорд, именно это и удержит их от предательства! – спокойно возразил сир Лукас.

– Сир Лукас я приказываю освободить детей! – взорвался Рагна, вскочив с места.

– Мой лорд, это Ваше право! Но в таком случае я снимаю себя ответственность за оборону Карса! – не отводя взгляда и не повышая голоса отвечал Лукас.

– Мой лорд, – вмешалась Сэльма, – дети живут в отличных условиях! Они находятся под моим присмотром! Я забочусь о них как о своих собственных! Вы можете сами убедиться в этом!

– Но если что-то пойдёт не так Вы прикажете убить их? – спросил Рагна глядя сиру Лукасу в его холодные бледно голубые глаза.

– Если потребуется, – отвечал сир Лукас, – но я надеюсь что до этого не дойдёт!

– Лорд Рагна, мы в крайне тяжёлой ситуации! Если нам попытаются воткнуть нож в спину, это будет для нас концом! – спокойно провозгласил лорд Латурн.

– Короче говоря, нас перебьют как крыс попавших в мышеловку! Помяните моё слово, бережёного Бог бережёт! Ваше здоровье!

Рагна сел на свой стул плечи его поникли.

– Мой лорд, – сказал ему сир Лукас, – мы защитим город, одержим победу и дети невредимые вернутся к своим родителям! Я верю, что так и будет!

– Хорошо. Я хотел бы послушать о том какой у нас всё-таки план! – сказал Рагна со вздохом.

Рагна поднялся на стену. Латники стоявшие здесь были ему незнакомы, видимо это были люди лорда Латурна. При его появлении они встали, хотя Хатч по их лицам видел, что они понятия не имеют кто он такой. Рагна прошёл по полуобвалившейся стене до самой башни, это была самая высокая точка укреплений, тогда когда стена была ещё целой. «Синт прав, даже если стены были бы в отличном состоянии у нас всё равно не хватило бы людей чтобы оборонять периметр!» – подумал он. Прямо под его ногами бежала дорога, извиваясь она уходила в горы. Сейчас по ней тянулись подводы, на которых сидели горожане. Рагна знал, что они собираются укрыться в ближайших деревнях. Он отлично знал, о чём говорят жители Карса. «Они собираются вернуться в город, когда Королевская армия нас уничтожит!» – думал Хатч. До сих пор ему приходилось участвовать в городских боях только тогда когда нападающим удавалось прорваться за стены. В первой для него военной компании, ещё до того, как он стал служить лорду Рикарду, он сражался в рядах защитников одного южного города. Пожалуй, он был даже меньше чем Карс. Когда нападавшие прорвали их оборону и они отчаянно отбиваясь отступали к цитадели, Рагна подумал, что вот здесь и наступит его конец! Они не сдавались только по одной причине, они знали что их не пощадят. До цитадели им добраться не удалось. Да даже если бы и удалось, цитадель пала тем же вечером. Рагна трое суток прятался в подвале сжимая в дрожавших руках рукоять меча. Когда он вылез из своего укрытия то едва не ослеп от яркого солнечного света. Тогда он подумал, что ведь для чего-то Господь или кто там есть, оставил ему жизнь? Уже гораздо позже когда он выхлебал тонны крови и дерьма, он потерял веру в Бога. Если бы Бог существовал, он бы не допустил такого! Рагна и, правда, так думал. Теперь для него существовала только Лиона Рикард. Только она одна. Пока он жив он будет защищать её! Что ж если для этого нужно взять детей в заложники, значит, он так и сделает! Рагна задумался о том плане что предложил Лукас Синт. Устроить Королевским войскам ловушку, в качестве которой должен выступить целый город, казалось безумием. Но когда Рагна обдумал план старого рыцаря, уверенности у него как ни странно прибавилось. Он понял, что план этот может сработать. И хотя Рагна не оценивал вероятность успеха достаточно высоко, шансы всё-таки были не нулевые. Всю неделю они тренировались разбившись на небольшие отряды. Вчера сир Лукас сказал в сердцах:

– Эх, ещё бы дней десять!

Но этих десяти дней у них не было. Не было даже одного дня. Королевскую армию видели уже в одном дне пути от Карса и завтра город окажется в осаде. Рагна увидел что с холма в противоход беженцам, спускается кавалькада всадников. Приглядевшись он увидел чёрно-красные знамёна Рейгарденов. Вначале у него затеплилась надежда, что Лалатина прислала им подмогу, но он быстро понял, что всадников не более двадцати. Между тем он уже ясно различал два больших стяга. Это было странно. У Рагны возникло странное чувство, что он уже видел это, кажется это называется дежавю. Перепрыгивая через две ступеньки он спустился вниз и поспешил к городским воротам и как раз вовремя, всадники были уже на мосту. «Вот чёрт!» – пронеслось у него в мозгу. Королева Лалатина с длинными развевающимися на ветру светлыми волосами неспешным галопом пересекала мост. Рагна заметил и Королеву Вендис со своими слугами. Обе Королевы прибыли в Карс.

– Ваше Величество! – приветствовал Королеву, Рагна опускаясь на одно колено.

– Лорд Рикард! – Лалатина улыбнулась, – рада Вас видеть в добром здравии!

– Битва ещё не началась? – спросила Вендис, подъехав ближе и остановив лошадь рядом с конём сестры. Рагна заметил, что у трёх её слуг теперь на поясе есть мечи. «Похоже, отношения между сёстрами улучшились!» – подумал он.

– Нет Ваше…, – он осёкся, но ведь она тоже Королева? Чёрт их всех разберёт!

– Нет, Ваше Величество! Мы ожидаем прибытие их войска завтра на рассвете!

– Значит, мы ничего не пропустили! Правда, сестра? – улыбнулась Вендис.

– Это хорошо. Я чертовски устала! Я хотела бы поздравить Сэльму с тем, что она стала леди Синт! Принять ванну и поесть! Ты составишь мне компанию сестра?

– Конечно, моя Королева! – отвечала Вендис. Рагне опять пришло в голову, что дочери Короля Трора совсем не похожи друг на друга. «Это от того что у них разные матери?» – подумал Рагна.

– Проводите нас, лорд Рикард! – очаровательно улыбаясь попросила Лалатина, вся её одежда и плащ были покрыты слоем пыли, даже щёки Королевы стали серыми, – а пока Вы расскажите нам о том как три человека захватили целый город!

– Как прикажите, Ваше Величество! Хотя всё было не совсем так! – скромно сказал Рагна поднимаясь в седло, – как скоро прибудут Ваши войска?

– Какие войска? – Лалатина удивлённо подняла брови.

– Ну, Ваш отряд? – смутился Хатч. Не могла же она приехать в Карс одна?!

– Мой отряд это всё что Вы видите перед собой, сир рыцарь! Больше никого не будет! – улыбаясь, сказала Королева.

Лалатина и Сэльма сидели забравшись с ногами на широкий подоконник, на Королеве было простое белое платье, после ванны она посвежела и выглядела гораздо лучше. У их ног раскинулась главная городская площадь.

– Вы удивили меня Ваше Величество! Мы не ожидали увидеть Вас здесь так скоро! – сказала Сэльма глядя на подругу.

– Ты стала говорить совсем как знатная дама, Сэльма! – улыбнулась Лалатина.

– Теперь я и есть знатная дама! – отвечала ей Сэльма, – я была Вам милее когда была шлюхой?

– Господи, Сэльма! Ты всё такая же язва! – рассмеялась Лалатина, глаза её блестели от радости, – как же я рада, что с тобой всё хорошо!

Сэльма вспомнила, дыбу, сверкающие при свете факелов блестящие пыточные инструменты, ощутила кнут палача рассекающий кожу на её спине.

– Благодарю Вас Ваше Величество! Со мной всё хорошо! – сказала она.

– Где сир Лукас? – спросила Королева.

– Мой муж сегодня не будет ночевать дома. Сражение должно начаться завтра и у него сейчас слишком много дел, требующих его неусыпного внимания! – отвечала Сэльма.

Наступил вечер. На площади горел костёр и рядом с ним можно было различить сидевших латников.

– Вы устали с дороги! Вам пора ложиться, Ваше Величество! Завтра у всех нас будет тяжёлый день! – сказала Сэльма.

Проводив Королеву, Сэльма вернулась в свою супружескую спальню. Там она залезла под шкуры и укрылась им с головой. Ей стало по-настоящему страшно. Все последние дни она боролась со своим страхом, но сейчас оставшись одна не могла ему сопротивляться. Если бы только Лукас был здесь! Он бы обнял её, погладил по голове! И она бы почувствовала себя в безопасности. Дверь тихонько заскрипела и Сэльма замерла от сковавшего её ужаса.

– Сэльма, ты спишь? – услышала она испуганный голос Лалатины.

– Я так виновата перед тобой! Я не смогла защитить тебя, хотя я обещала сделать это! Мне так стыдно! Ты теперь никогда не простишь меня? – Королева всхлипнула. Сэльма выбралась из-под шкур и бросившись на колени стала целовать Лалатине руки.

– Ваше Величество! Я люблю Вас! – шептала Сэльма с трудом сдерживая рыдания.

– Называй меня Лалатиной, как раньше!

– Да, Лалатина!

– Поцелуй меня! – попросила Королева испуганно и смущённо и, Сэльма поняла, что ей очень страшно.

Сэльма.

Дверь внизу тихонько скрипнула и также тихо закрылась. Сэльма услышала, как муж шёпотом выругался, ей даже показалось, что она разобрала, что-то о несмазанных петлях. Она выпростала из- под шкуры босые ноги, встала, набросила халат на ночную сорочку и не разыскивая туфли спустилась вниз. Сир Лукас сидя в прихожей на сундуке стягивал с ноги сапог.

– Ты ещё не спишь? – спросил он, поднимая голову.

– Нет. Я ждала тебя! – Сэльма подумала, что обрезав бороду и подстригшись её муж определённо помолодел лет на десять. Подойдя к нему Сэльма опустилась на корточки и мягко отстранив руки Синта сняла с него второй сапог. Лукас смотрел на неё своим ласкающим взглядом, так как никто и никогда не смотрел на неё. «Кто я для него?» – подумала Сэльма. Взяв обеими руками его большую ладонь, она прижала её к своей щеке. Рука мужа была тёплой и шершавой и пробуждала в ней какие-то смутные детские воспоминания. Возможно, это были руки её отца, которого она не помнила, а может быть, она просто выдумала всё это. Кто я для него? Сэльма взглянула на мужа.

– Мои разведчики заметили их на расстоянии одного перехода от города, – сказал ей Лукас.

– Я нагрела воду. Пойдём, я помогу тебе помыться, – сказала ему Сэльма, поднимаясь.

Они прошли в помещение купальни. Сэльма опустила пальцы в воду, чтобы удостовериться, что вода не остыла. Сир Лукас снял одежду и поспешно полез в бочку. От его мальчишеского смущения у Сэльмы сладко сжалось сердце. Приставив лесенку к бочке она сняла халат взяла с полки мыло и поднявшись по деревянным ступенькам положила обе руки на голову мужа. Сэльма ощутила, как он вздрогнул и мурашки побежали по его шее и спине. Сир Лукас расслабился. Сэльме не хотелось вспоминать всех тех мужчин, что были у неё, но всё же она подумала, что муж для неё словно открытая книга, большой нежный ребёнок, только с ним она ощущала себя и женой и дочерью и даже матерью как сейчас. Взяв кувшин она начала поливать сира Лукаса нежно массируя пальцами кожу его головы.

– У тебя очень приятные руки! – прошептал он.

– Спасибо!

Сэльма намылила голову мужа, любуясь делом своих рук.

– Сэльма, – тихо сказал Лукас, – я долго думал о том как защитить твои права. Я уже не молод, идёт война и в любой момент ты можешь остаться вдовой.

– Не говори так! – оборвала его Сэльма.

– Подожди! Но если бы у нас был ребёнок, тогда всё было бы по-другому! Я уже стар и у нас вряд ли получится…, – сир Лукас сглотнул.

– Ты могла бы завести ребёнка от другого мужчины! А я признал бы его своим! – закончил он.

Сэльма улыбнулась. Она взяла кувшин и принялась поливать голову мужа.

– Лукас я не хочу другого мужчину! – сказала она, – я уверена что ты наговариваешь на себя! Я знаю тебя лучше, чем ты сам!

Закончив с его волосами, Сэльма поцеловала Лукаса в макушку. Её руки принялись гладить его грудь, Сэльма с удовлетворением заметила, что член её мужа сразу же отреагировал на её ласки.

– Сэльма! – простонал Лукас, – ты мне во внучки годишься! Даже больше! Ты могла бы быть дочерью моей внучки!

– И что с того? Ты прекрасный мужчина! Ты думаешь, что я всего лишь благодарна тебе за то, что ты вытащил меня из грязи и сделал благородной леди?! Мне всегда было плевать на это! Лукас ты мне нравишься! С тобой я чувствую себя любимой и желанной!

Сэльма сняла через голову, насквозь промокшую ночнушку, вода из бочки выплеснулась когда она погрузилась в купель рядом с мужем.

– Что ты делаешь?! – простонал Лукас, когда она оседлала его колени.

– Тс! – Сэльма прижала палец к губам мужа потом поцеловала его, засунув свой язык ему в рот.

– Рона, увеличь огонь! Вода остывает! – закричала она приподнявшись из воды по грудь.

– Слушаюсь госпожа!

Её крупные конической формы груди качнулись перед его лицом, Синт не удержался и впился ртом вначале в один потом во второй сосок этой роскошной груди. Она застонала, сжала свои полушария руками, помогая мужу ласкать себя. Его член упирался ей между бёдер.

– У тебя большой член! Я люблю тебя! – шептала Сэльма.

Руки Синта прошли по её спине ощутили шрамы на её нежной коже. Глядя на жену своим единственным глазом, Лукас сдавил талию Сэльмы и насадил её горячее мокрое тело на свой член. Сэльма издала протяжный глухой стон, обхватив голову мужа тонкими руками, она прижала его лицо к своей груди и начала двигаться, поднимаясь и опускаясь на его члене. Сейчас пенис её мужа стал таким большим, что Сэльма к своему удивлению не могла насадиться на него до конца. Каждый раз ей становилось больно и, она вновь приподнималась.

– У тебя такой большой! Ты меня разрываешь! – шептала она, кусая пухлые губы.

– Не хочу, чтобы другие мужчины прикасались к тебе! Ты моя! – хрипел Синт. Сэльма ощутила, как горячо стало у неё в животе, она опустилась ниже, её бёдра коснулись его коленей, его член вошёл так глубоко в неё, что казалось, проткнул что-то. Этот член упёрся внутри Сэльмы в какую-то точку до которой никто ещё не доставал. Взрыв удовольствия был столь сильным, что она едва не лишилась чувств. Пальцы Синта словно железные крючья впились в её нежную кожу.

– Кончи в меня! Я твоя! – Сэльма почти прокричала это, не узнав свой хриплый искажённый страстью голос. Член мужа необычайно раздулся внутри неё и начал извергаться, казалось затопляя все её внутренности. Новый взрыв последовал в мозгу Сэльмы. Она беспомощно повисла в объятиях мужа, живот её конвульсивно сокращался. «Боже, что со мной? Я никогда не кончала с мужчиной, пока не встретила его!» – думала Сэльма. Целуя Лукаса глядя на его обезображенную глазницу Сэльма была переполнена такими сильными эмоциями, что не находила слов чтобы высказать их.

– Я хочу от тебя ребёнка! – прошептала она единственное, что пришло ей в голову.

– Я люблю тебя! – отвечал ей Лукас.

Пока Сэльма подавала на стол, пока кормила своего мужа, наливала ему вино и сама прихлёбывала из его кубка, внутри неё бушевала странная никогда прежде не испытываемая ею радость. Когда она присаживалась рядом с Лукасом то ощущала как его сперма толчками вытекает из всё ещё мокрого влагалища и в эти моменты её опять накрывало нечто напоминающее оргазм. Лукас Синт казался ей сейчас необыкновенно привлекательным. Что с того что ему шестьдесят? Что с того что лицо его обезображено палачём?! Он лучший мужчина из всех! Думала Сэльма боясь расплескать свою радость.

Когда муж насытился, она взяла свечу и придерживая рукой полу надетого на голое тело халата пошла наверх указывая ему путь.

– Я посплю пару часов! – сказал ей сир Лукас, извиняющимся тоном. Сэльма укрыла его мягкой шкурой, Синт закрыл единственный глаз. Сидя рядом с ним на постели Сэльма осторожно дотронулась пальцем до поврежденной глазницы.

– Нужно было отослать тебя в замок Рикардов, – тихо проговорил Синт.

– Ты же знаешь, что я никуда бы не уехала! – мягко проговорила Сэльма. Она сжала маленькой рукой, грубую ладонь сира Лукаса. «Рука каменотёса!» – подумала Сэльма.

– Я люблю тебя Лукас! – прошептала она. Он не ответил, он уже спал. Профиль его заострился в неровном пламени свечи Сэльме вдруг живо представилось как труп её мужа будет лежать внизу на обеденном столе и ей стало страшно. «Дура! Дура! Конченная дура! Чур, меня! Чур!» – сказала она самой себе. Она вдруг поняла, что не будет знать, что ей делать, не будет знать как ей жить если Лукаса не станет. Он не умрёт! Я забеременею рожу ему ребёнка. Он не умрёт, пока не увидит его! Почему то Сэльме казалось, что этой ночью она зачала. Она вспомнила, на какие ухищрения пускалась раньше, чтобы избежать беременности и ей стало смешно и жалко себя прошлую. Та Сэльма, Сэльма-куртизанка умерла в городской тюрьме. После второй встречи с Синтом Сэльма поняла, что больше не будет принадлежать никому другому. Ей пришло в голову что вся её предыдущая жизнь нужна была для того чтобы встретить сира Лукаса, стать ему любовницей, женой и опорой, родить ему ребёнка. Подоткнув на муже одеяло, Сэльма спустилась вниз. Она была немного пьяна и очень голодна. Словно волчица набросилась она на остатки ужина. В гостиную вошла Лалатина, растрепанная и заспанная. В руке Королева держала свечу.

– Вы не спите Ваше Величество? – осведомилась Сэльма даже не потрудившись оторвать попу от стула, на котором сидела. Лалатина устроилась рядом с ней.

– Трудно уснуть, когда ты так кричишь! – сказала Королева с некоторой ревностью в голосе, – неужели это так приятно?

– Тебе стоит попробовать! – сказала ей Сэльма с набитым ртом.

Лалатина помрачнела.

– Единственный мужчина, которого я любила, умер! – произнесла она тихо.

– Неужели тебе совсем не страшно? – спросила она и Сэльме показалось, что Королева хочет сменить тему.

– Не-а! – беззаботно отвечала Сэльма – Лукас защитит город! Он победит! Я это точно знаю!

– Он тебе нравится? – улыбнулась Лалатина.

– Нравится! Я влюбилась! – призналась Сэльма.

– Он хороший человек!

Лалатина недовольно покосилась на то, как Сэльма уминает жаркое.

– Вредно так много есть на ночь! Да и потом ты растолстеешь! – сказала Королева с плохо скрываемой завистью.

– Меня это больше не волнует! Мне теперь надо хорошо питаться! – отвечала ей Сэльма, облизывая пальцы, по которым стекал мясной сок.

– Почему? – удивилась Лалатина.

– Потому что я беременна! – отвечала ей Сэльма с непоколебимой уверенностью в голосе.

Мистер Андерсон.

Боргес сидел за большим дубовым столом опираясь локтями на его выщербленную шершавую поверхность. Перед ним на столе лежали бумаги, свитки, листочки и карты нарисованные убого и неточно. Глядя на них Боргес морщился как от зубной боли. Впрочем, большинство зубов у него было выбито ещё в тюрьме. Было раннее утро, Боргес сидел в маленькой горнице, сквозь открытую настежь дверь лился яркий солнечный свет. Сквозь эту дверь был виден зелёный склон плавно поднимавшийся вверх, а за ним увенчанные снежными шапками вершины далёких гор. Свет этот раздражал Боргеса. "Это от того, что я состарился!" – думал он. Ему хотелось закрыть дверь, но он знал что тогда останется в темноте. Впрочем, он любил темноту. Это было странно, ведь он десять лет просидел в каменном мешке. Иногда Боргесу казалось удивительным, что после всего этого он смог сохранить ясность рассудка. Даже и теперь многие смотрели на него как на сумасшедшего, ведь упоению битвы он предпочёл сидение вот за этим вот столом. Боргеса посещали мысли бросить всё это, вскочить на коня и помчаться в Карс. Боргес знал, что битва за этот город начнётся со дня на день, а может быть пока он тут разбирает бумажки она уже началась. Сир Боргес тяжело вздохнул. Решение Лалатины ехать в Карс казалось ему безумием, но возражать дочери Трора которому он служил всю свою жизнь, старый рыцарь не осмелился. В глазах этой девочки Боргес увидел огонь, сверкавший во взоре Трора Рейгардена и его решимость служить ей, стала для него естественной потребностью, такой же, как есть и дышать. «Кто-то должен делать эту работу!» – думал старый рыцарь. Вчера он лично командовал казнью двух лазутчиков посланных Канцлером. Хрипы повешенных ещё звучали у него в ушах. Боргес знал, что его считают мстительным и жестоким, но сам он знал, что просто исполняет свой долг. Делай, что должен и пусть будет что будет. «Кто-то должен делать эту работу!» – повторил он сам себе. Боргес покосился на письмо лежавшее справа от него на краю стола. У него опять возникло тревожное чувство, чувство, что он что-то упустил. Но что? В этом сообщении от агента Мади не было ничего важного или необычного. Этот агент, Боргес ни разу не разговаривал с ней, но слышал, что это молодая женщина, женщина-воин служившая в личной охране лорда Найта, нравилась ему. Вернее ему нравилась четкость и конкретность её донесений. Эта Мади умела выделять главное и отбрасывать второстепенное. Боргес ценил её больше всех прочих. Он взял бумагу и поднёс её к глазам подслеповато щурясь. Зрение его сильно ухудшилось за время проведённое в каземате. Сиру Боргесу пришло в голову, что на поле боя он вряд ли смог бы принести существенную пользу. Взгляд его зацепился за имя Джон Андерсон. Почему Мади написала о нём?

–Джон Андерсон, – шевеля потрескавшимися губами, он тихо проговорил это имя. Чувство тревоги и непонимания стало сильнее. «Я сам себя накручиваю!» – решил сир Боргес. Он отложил бумагу несколько раз недоверчиво покосился на неё как будто боялся, что у письма вырастут крылья и оно вдруг упорхнёт от него в открытую дверь.

– Сир Боргес!

Он поднял голову на пороге стоял его оруженосец молодой человек лет шестнадцати то ли двоюродный племянник, то ли ещё более дальняя родня сира Боргеса.

– Чего тебе Тим? – спросил он с неудовольствием.

– Приехал человек из монастыря святых дев, от сира Грена, – сказал юноша смущённо.

Боргес поморщился.

– Я работаю. Что ему надо? – спросил старый рыцарь.

– Он привёз бумагу.

– Давай её сюда!

Тим подал сиру Боргесу скрученный в трубочку свиток. Развернув его, Боргес увидел корявый с большим количеством ошибок почерк здоровяка Грена. Он быстро пробежал глазами бумагу и обомлел. В глаза ему бросилось имя Джон Андерсон. Прошу не задерживать моего человека, важное поручение… Боргес отложил бумагу и проговорил, глядя на Тима.

– Тимми дружок позови ко мне Кигана!

– Восемь!

– Чёрт тебя дери Джон!

Рыжий худой солдат поправил съезжавший на глаза явно не по размеру шлем и смешал кости. Сидевший напротив него маленький человечек в рваном плаще с неразборчивым гербом, хитро сощурил свои маленькие поросячьи глазки.

– Ещё разок?

– Да иди ты!

Рыжий выругался и сплюнул.

Третий солдат, крупный парень с простоватым мрачным лицом покосился на своих приятелей.

– Жрать хочу! – пробасил он, – когда уже нас сменят?

– Заткнись жирдяй! Ты вечно только о еде и думаешь! – со злобой отвечал ему рыжий.

– Что мы вообще тут делаем? – спросил здоровяк жалобно.

– Дубина! Слышал, что на реке третьего дня видели небольшую шхуну? Сир Боргес разослал приказ захватить её! Большую награду обещают!

– Так-то ж шхуна! А здесь и реки то нет! – возмутился толстяк

– Дурак ты! – презрительно сказал ему рыжий, – люди видели как со шхуны на берег сошли два человека. Их-то мы здесь и ловим!

Здоровяк поёжился и что-то пробормотал себе под нос. Рыжий уже открыл рот, что бы извергнуть из себя очередное грязное ругательство, но неожиданно захлопнул рот так сильно, что зубы клацнули.

– Кто-то едет! – сказал он указывая грязным пальцем на путника появившегося на тропинке пробегавшей внизу того самого холма на вершине которого сидели трое дозорных. И, правда, по дороге ехал путник на ослике. Путник этот был в плаще какой обычно носят странствующие торговцы, позади седла висели мешки со всяким товаром.

– Похоже, бродячий торговец, – пробасил здоровяк.

– Не твоего ума дело! – огрызнулся рыжий.

– Что будем делать, Джон? – обратился он к маленькому стражнику с поросячьими глазками.

– Возьми арбалет Боб и обойди его сзади, а мы с сиром Поросенком поприветствуем этого служителя Бога мелкой торговли! – отвечал Джон с неприятным смешком. Рыжий взял арбалет, уперевшись ногой в петлю натянул тетиву и вложив металлический болт в желоб стал спускаться с холма таким образом, чтобы путник его не заметил.

– Пошли! – Джон покровительственно хлопнул здоровяка по плечу и закинув на плечо длинное копьё стал спускаться к дороге.

– Эй ты! Стоять! – заорал он еще на полпути. Путник поднял голову, лицо его пряталось под капюшоном, но Джону показалось, что торговец вздрогнул услышав его окрик. Тем не менее, путник остановил своего мула и стал дожидаться стражников не двигаясь с места и внешне не проявляя беспокойства. Джон в сопровождении своего спутника вышел на дорогу и преградил путь торговцу.

– Мы люди сира Найта! – заявил он нахально, – кто ты такой? Признавайся!

Торговец откинул капюшон и глазам стражников предстало прелестное словно у девушки лицо с правильными чертами, гладкой кожей и большими голубыми глазами. Слегка вьющиеся каштановые волосы падали на плечи что ещё более усиливало сходство путника с красивой женщиной.

– Я обычный торговец! – сказал путник спокойным уверенным голосом.  Он слез с мула и поправил плащ. Намётанному глазу Джона показалось, что под плащом что-то топорщиться. Он благоразумно сделал шаг назад и снял с плеча своё копьё.

– Что у тебя в мешках? – спросил он.

– Ложки, вилки, столовые ножи и кое-какие приправы, – отвечал торговец, – хотите взглянуть?

Путник откинул плащ и Джон заметил под ним рукоять меча. Джон улыбнулся торговцу, показав тому гнилые зубы.

– Руки подними!

Путник быстро оглянулся и увидел целящий ему в спину арбалет рыжего. Он отпустил рукоять меча и поднял руки вверх.

– Так-то лучше! – ухмыляясь сказал ему Джон, подойдя вплотную и избавляя торговца от перевязи с мечом.

– А меч-то хорош!

Он даже прищёлкнул языком от удовольствия рассматривая оружие.

– Ну-ка Потер, глянь чего у него в мешках! – приказал он здоровяку. Тот воткнул своё копьё в землю и подойдя к флегматично стоявшему мулу принялся рыться в поклаже.

– Тут всякий хлам! – сказал он, показывая своему напарнику грубую деревянную ложку.

– Ясненько! – широко улыбнулся Джон.

– А ты, значит, собрался напасть на людей лорда Найта! Следовательно, ты враг нашей Королевы! – добавил он, обращаясь к торговцу.

– Нет, – спокойно отвечал торговец, – я просто принял вас за бандитов! За что нижайше прошу прощения!

– Ну, это мы ещё посмотрим! Снимай-ка плащ! – приказал Джон.

Он сбросил свою рванину и быстренько облачился в плащ торговца.

– Красота!

Джон придирчиво оглядел путника и приказал:

– Сапоги снимай! А ты рыжий поройся у него в карманах!

Рыжий придирчиво обследовал карманы торговца, но ничего кроме нескольких медных монет не обнаружил.

– Дерьмо!

– Сапоги! – повторил Джон.

Торговец присел на камень и стянул с ноги вначале один сапог затем другой. Из левого сапога выпала свёрнутая вчетверо бумага, торговец поспешно подхватил её, но прежде чем успел спрятать своё сокровище Джон остановил его грубым окриком

– Сюда давай!

Торговец обезоруживающе улыбнулся и протянул бумагу Джону. Стражник развернул её, из одной бумажки выпала другая.

– Ого! Да их тут две!

Джон поднял и принялся разглядывать свои находки. На одной бумаге был изображён какой-то план, другая представляла собой письмо, написанное корявым, неаккуратным почерком. Джон осмотрел план и, честно говоря, не очень понял, что это такое, однако он сделал умный вид, как будто ему всё ясно и принялся изучать письмо. Вышло не намного лучше. Сам то Джон считал что умеет читать, но едва его так называемые умения столкнулись с суровой реальностью, как выяснилось что он знает и может прочитать лишь несколько слов. Да и то с трудом.

– Это герб сира Грена, – сказал здоровяк заглядывая Джону через плечо.

– Сам вижу! – раздражённо отвечал Джон.

– Что там? – спросил рыжий нетерпеливо.

– Бумаги и, похоже, важные! – отвечал Джон не слишком уверенно.

– Это план моего дома и письмо от сира Грена о том, чтобы меня не задерживали! – с безмятежной улыбкой отвечал торговец.

– А вот мы отведём тебя к командиру! Там и разберёмся! – сурово отвечал ему Джон.

По лицу торговца пробежала тень.

– Если вы проводите меня до Троусенда там я заплачу вам 50 золотых! – после секундного замешательства произнёс торговец.

– Сколько?! – опешил рыжий.

– Пятьдесят? – поразился Потер.

– Откуда у тебя такие деньги? – осведомился рыжий.

– Вас это не должно беспокоить, – с той же лучезарной улыбкой отвечал путник

Рыжий занервничал.

– Что скажешь Джон? – обратился он к своему товарищу. Маленькие глазки Джона ещё больше сузились.

– Похоже, нам попалась важная птица! – сказал он.

– Но пятьдесят монет! – вырвалось у рыжего.

– Заткнись! – резко оборвал его Джон

– Может я вор но не предатель! – сказал он резко.

– Ну-ка Потер сажай нашего друга на мула! Ты рыжий оставайся здесь, а мы с Потером проводим нашего гостя к командиру!

Боргес ещё издали увидел низкое каменное строение в котором размещался штаб южной заставы. Подъехав, он остановил своего коня и спешился. Привязав лошадь рядом с мирно жевавшем сено флегматичным мулом Боргес поприветствовал часового и вошел внутрь. Все пространство внутри представляло собой одну единственную комнату, полутёмную и грязную. Справа у стены стоял кособокий стол за ним сидел здоровенный детина и пытался что-то писать. Пальцы у него были в чернилах, на лице застыла страдальческая гримаса. Увидев сира Боргеса он вскочил со своего места.

– Сир Боргес! – завопил он с явным облегчением, – а я как раз пишу вам доклад!

Боргес снял перчатки и бросил их на стол.

– Что с лазутчиками, Рендал? – спросил он недовольным тоном

– Я разослал дозоры по всем дорогам! Мои люди оседлали каждый чёртов холм в округе! – отвечал начальник заставы.

Только тут Боргес заметил красивого молодого человека сидевшего на скамье у стены. Незаметно разглядывая его сир Боргес уселся напротив Рендала.

– Результаты, Рендал! – сказал он, – мне нужны результаты!

Рендал смешался.

– Мы делаем всё что можем! – пробормотал он смущённо.

– Кто Вы такой? – неожиданно спросил Боргес, поворачиваясь к молодому человеку. Юноша лучезарно улыбнулся.

– Моё имя Джон Андерсон! – сказал он, – сир Грен должен был известить Вас обо мне, сир Боргес.

У Боргеса радостно забилось сердце. Разглядывая молодого человека он протянул задумчиво:

– Да как будто было какое-то письмо. Извините, слишком много дел! Почему Вы задержали господина Андерсона? – спросил он у несчастного начальника заставы.

– Мои ребята привели его, – отвечал всё более грустневший Рендал, – у мистера Андерсона были при себе бумаги.

– Можно мне взглянуть? – спросил Боргес. На юношу он больше не смотрел.

Рендал протянул ему две бумаги. Взглянув на одну из них, Боргес сразу узнал план монастыря Святых дев. Здесь были также указаны тайные ходы в крепость. Боргес отложил план и взял в руки второй документ. « Почерк Грена!» – подумал он. На первый взгляд письмо представляло собой ценовое требование. Сир Грен предлагал неизвестному покупателю, купить у него некое здание за 1000 золотых монет. «Неплохо!» – подумал Боргес.

– Мы отправили посыльного к сиру Грену с вопросом, что нам делать с мистером Андерсоном, – сказал Рендал.

«Чёрт! Ублюдок наверняка сбежит!» – пронеслось в голове у Боргеса. Он повернулся к юноше и заметил, что тот сильно побледнел.

– Здравствуйте мистер Андерсон! – сказал сир Боргес, – или мне называть Вас сир Арман?

Боргес вышел на воздух и вдохнул полной грудью.

– Полей мне! – попросил он солдата.

«Чёртова кровь! Всегда так трудно отмывать!» – думал он. Теперь Боргес знал всё. Всё что ему было нужно. В эту самую минуту писарь заканчивал записывать показания сира Армана. Надо признать, что держался шпион Канцлера очень достойно. Боргес даже зауважал его. Но это означало всего лишь, что пришлось приложить чуть больше усилий. Боргес вернулся на конюшню. Арман висел на притолке его руки были прибиты к бревну здоровенными ржавыми гвоздями.  Все тело юноши было залито кровью, между ног кровавое месиво, от которого хотелось отвести взгляд, спутанные мокрые волосы прилипли ко лбу. На лице Армана застыла мученическая гримаса

– Убейте меня! – прохрипел он изменившимся чужим голосом.

– Всему своё время, – холодно отвечал ему Боргес

– На рассвете мы вас повесим! – добавил он равнодушно.

– Вы не можете меня повесить! Я рыцарь! – собрав последние силы, прохрипел юноша.

– Вы лазутчик и шпион. А шпионов мы вешаем, – холодно возразил сир Боргес.

– Вы чудовище Боргес! – простонал Арман

– Возможно. Но если бы не такое чудовище как я Канцлер получил бы монастырь Святых Дев а вместе с ним и ключ ко всей долине! – отвечал ему старый рыцарь.

На рассвете Армана вывели во двор, вернее вытащили сам идти он не мог. Сидя в седле Боргес провожал юношу в последний путь. Когда на шею Армана надели петлю, юноша прокричал глухим страшным голосом

– Увидимся в аду Боргес!

Через секунду он содрогаясь в конвульсиях танцевал на пеньковой верёвке. Солдаты наблюдали его агонию с вялым интересом.

– До встречи! – прошептал Боргес

– Удалось ли захватить сира Грена? – спросил он, поворачиваясь к Рендалу.

– Утёк! – отвечал Рендал испуганно, – он эти горы как свои пять пальцев знает!

– Плохо Рендал, плохо! Надо лучше стараться! – сказал ему Боргес.

Ведьма.

Ей снился отец, во сне она ощущала этот тошнотворный запах. Пахло аммиаком, но Хельга знала, что это запах кишок, фекалий, сена, извёстки и мочи. Этот запах прочно ассоциировался у неё с отцом. Глупый мечтатель! Он хотел сделать что-то для людей, он говорил Хельге:

– Я хочу, чтобы люди больше не боялись голода! Тогда они изменятся! Они станут лучше!

Глупый отец! Хельга села и прислушалась, на сеновале было тихо, её лошадь фыркала время от времени и снова наступала тишина. Она подумала, что это запах сена навеял ей воспоминания об отце. Её путь лежал в столицу, она помнила, что отец сказал ей перед смертью, селитра лежит на складе! Почти три тонны! Пять лет его трудов! Он мечтал сделать людей счастливыми, но нужна им была только та разрушительная сила которую таил в себе этот серо-белый порошок. Три четверти селитры, одна четверть угольной пыли! Если добавить серу, то не будет так быстро отсыревать! Секрет изготовления прекрасных удобрений которые помогут вырастить отличный урожай на самой неплодородной почве! Но это и секрет изготовления пороха! Адской смеси способной сокрушить самые высокие стены самых прочных замков! Её отец не стал делать этот порошок ни для Канцлера, ни для Короля Трора. Узурпатор Трор после двухмесячной осады так и не сумел взять крепость Гарб и, в конечном счете, потерпел поражение и погиб. А её отец в тоже время умер в нищете! Он предпочёл умереть! Глупый отец! Но она Хельга не такая! Она не будет голодать! Она докажет всем, всем тем кто обзывал её дочерью колдуна, вонючкой, ведьмой! Парень который ей нравился женился на другой! Теперь всё что у неё осталось это желание разбогатеть! Она всем им докажет! Всем кто смеялся над ней из-за постоянно преследовавшего её мерзкого запаха! Теперь-то они поймут! Теперь-то они будут завидовать ей! Денег у Хельгы хватило только на этот сарай и одну ржаную лепёшку! Она съела половину, запивая её водой, оставшийся хлеб завернула в чистую тряпицу. Потом Хельга вывела из сарая свою худую лошадёнку, запрягла её в старенький тарантас и тронулась в путь. Сразу за деревней начинался подъём, она спрыгнула с телеги, и пошла рядом, чтобы облегчить жизнь своей лошадке.

Городская площадь неприятно поразила Хельгу. Прежде всего, высохшие тела повешенных произвели на неё сильное впечатление. Она смотрела как они качаются на ветру и их костистые руки каждый раз шевелятся, как будто того и гляди потянутся к горлу стремясь избавиться от верёвки. Долго смотрела Хельга на огромное здание столичной Ратуши, тёмное и подавляющее своей мощью оно показалось ей похожей на Адский замок, про который отец читал ей в одной сказке. Великий Канцлер сидевший в этом здании представился ей самим дьяволом. Хельга тяжело вздохнула. Но что-то делать надо было. Она совершенно не ожидала, что долг за хранение бочек с селитрой, станет настолько большим! Целых три гинеи! Продав дом отца Хельга не получила даже одного золотого! Чтобы заработать на выкуп наследства, что оставил ей отец, ей нужно будет работать несколько лет! И то если жить на улице и совсем ничего не есть! За это время долг станет ещё больше! Ситуация была безвыходной! Нужно было где-то занять денег! Другого выхода не было. Но в долг нищей бродяжке никто не даст! Оставалось идти к Канцлеру и рассказать ему о наследстве отца. Хельга опять тяжело вздохнула, её мечта сказочно разбогатеть развеялась как дым. Нет никаких гарантий, что услышав о селитре её не повесят также, как этих несчастных! На груди у повешенных висели деревянные таблички на которых было написано: «я служил Трору». Хельга поёжилась, она вспомнила, как на том постоялом дворе, где она остановилась, разговаривали о трактире «Весёлая Вдова» и о его доброй хозяйке. Вроде как она была из той же местности, что и Хельга. Девочка слышала, что дела у «Весёлой Вдовы» идут очень хорошо, следовательно, возможно удастся одолжить там денег. Идти к ростовщикам не имело смысла, никто из них не даст ей столько. Где-то в глубине души Хельга понимала, что рассказывать о селитре придётся и перед ней стоял выбор, владелица «Весёлой вдовы» или Главный Канцлер. Хельга снова покосилась на повешенных и побрела с площади. «Надо спросить, как мне найти Весёлую Вдову!» – думала она.

Мари протирала стаканы и расставляла их на деревянной полке, краем глаза она наблюдала за трапезной, в которой сейчас было почти пусто. Входная дверь слегка приоткрылась, в узкую щель проскользнула девочка-подросток, с худеньким личиком, из-под серого плаща выбивались вьющиеся ярко-рыжие кудри. «Она из племени горцев!» – подумала Мари. Девочка огляделась по сторонам и немного поколебавшись подошла к Грегору который с засученными по локоть рукавами рубашки чистил огромный чугунный котёл. Девочка что-то робко спросила у него, Грегор поднял на неё глаза и простодушно улыбнувшись указал грязной рукой в сторону прилавка за котором стояла Мари. Девочка низко поклонилась и пошла между столиками по направлению к леди Деес. Подойдя, она остановилась в нерешительности. Мари уставилась на неё вопросительно. Девочка кусала губы и молчала в нерешительности. Одного взгляда на неё было достаточно для Мари чтобы понять, что ребёнок этот недавно приехал в столицу из деревни и денег у неё совсем нет. «Будет проситься на работу!» – подумала Мари, прикидывая можно ли что-нибудь придумать для бедняжки. Между тем девочка всё не решалась заговорить. Мари ободряюще улыбнулась ей и проговорила:

– Не бойся меня, дитя! Я не кусаюсь!

– Я не ребёнок! – сказала ей девочка, глянув на Мари из подлобья. «Говор знакомый!» – подумала леди Деес.

– И я не боюсь! – добавила девочка упрямо.

– Я вижу! – усмехнулась Мари, – тебя даже мой брат не испугал!

– А должен был? Он совсем не страшный! – удивилась девочка, быстро обернувшись она взглянула на огромного Грегора.

– Просто он большой и иногда дети пугается его! – пояснила Мари.

– Так что ты хочешь? – спросила она у посетительницы.

– Меня зовут Хельга. Мне нужно поговорить с Вами! – после секундного колебания произнесла девочка.

– Я Мари Деес.

Мари пристально всмотрелась в лицо девочки и предложила:

– Пройдём наверх?

Девочка кивнула в знак согласия.

– Эмма, пригляди за прилавком!

– Слушаюсь, леди Деес!

Мари открыла маленькую дверь находившуюся за стойкой и следовавшая за ней Хельга оказалась в длинном узком коридоре, в котором не было ни одного окна. Тусклый свет попадал сюда только с двух лестничных проёмов. Хельга подумала, что когда наступит ночь в этом коридоре станет темно, словно внутри склепа.

– Иди за мной! – сказала ей хозяйка. Они стали подниматься по лестнице на второй этаж и здесь столкнулись с красивой томной молодой женщиной. На ней было ярко-красное платье, но при этом она казалась почему-то практически голой. Со вкусом уложенные волосы, большие голубые глаза и трогательные ямочки на щёчках делали её похожей на куклу. Из глубокого выреза её откровенного платья наружу просились сочные, спелые груди. Вдобавок она приятно пахла. Так приятно, что Хельге стало стыдно и неудобно за свой затрапезный внешний вид. Разинув рот она уставилась на неё, эта девушка показалась ей похожей на принцессу из сказки, Хельга никогда не видела ничего настолько красивого.

– Доброе утро, леди Деес! – сказала красавица, скромно потупив свои огромные синие глазищи, украшенные длиннющими тёмными ресницами и приседая в глубоком реверансе.

– Уже полдень, Алиса! – резко отвечала ей хозяйка гостиницы, – это для тебя ещё утро!

– Да. К несчастью мне приходится работать по ночам! – с притворным вздохом отвечала красавица.

– Как тебя зовут дитя? – обратилась она к девочке.

– Хельга, – потупившись отвечала та, она хотела добавить, что она не ребёнок, но почему-то постеснялась.

– Хельга будет работать у нас? – спросила Алиса.

– Возможно, – отвечала Мари, – мы торопимся. Ты можешь продолжать отдыхать. Народу пока почти нет!

– Я хотела увидеть Вашего брата, леди Деес! – сказала Алиса томно закатывая глаза.

Мари цикнула на неё и ничего не ответив прошла мимо.

– Пока девочка! – напутствовала Алиса Хельгу.

Поднявшись на второй этаж, Мари пропустила девочку вперёд и заперла за собой дверь.

– Садись!

Хельга робко уселась на краешек стула, Мари села напротив.

– Я тебя слушаю! – сказала она.

– Кто была эта красивая леди? – спросила Хельга, всё ещё находясь под впечатлением от видения светловолосой красавицы.

– Это Алиса. Она звезда нашего заведения и она не леди! – сухо отвечала Мари. Леди Деес поставила перед Хельгой тарелку с белым хлебом и одуряющее приятно пахнувшей кровяной колбасой, налила в бокал вина.

– Ешь! – сказала она пододвигая тарелку Хельге.

«Как она догадалась, что я умираю с голоду?» – подумала девочка.

– Ты выглядишь голодной. Да и не трудно это понять для того кто ещё недавно сам голодал! – произнесла хозяйка гостиницы, как будто прочитав мысли Хельги. Девочка удивлённо уставилась на леди Деес. Эта изящно одетая, богатая леди выглядела такой успешной, что Хельга с трудом могла представить её на своём месте. Судорожно проглотив слюну, она пододвинула к себе тарелку и начала есть, изо всех сил сдерживаясь чтобы не начать запихивать в рот большие куски. Экономя деньги, Хельга последнее время почти ничего не ела. Колбаса показалась ей необыкновенно вкусной, а вино необычайно приятным. Оно быстро ударило Хельге в голову и девочка слегка захмелела. Леди Деес терпеливо ждала пока Хельга утоляла голод. Наконец девочка наелась, глубоко вздохнула и начала.

– Мой отец был глупым человеком, – проговорила она тихо.

– Но я любила его, – Хельга сглотнула. Она взглянула на Мари, не смеётся ли та над ней, но хозяйка гостиницы смотрела на неё с серьёзным выражением на лице. Хельга вдруг поняла, что леди Деес красива совсем другой красотой, нежели Алиса. Эта красота не так бросалась в глаза, но была притягательной, она заставляла тебя чувствовать себя легко рядом с её обладательницей. От Мари исходила доброжелательность и участие, и Хельге впервые в жизни захотелось рассказать о себе постороннему человеку. Путаясь и сбиваясь Хельга начала рассказывать о своём отце и если бы не была так смущена, то заметила бы как сверкнули глаза хозяйки, когда она упомянула о селитре.

– У меня есть бумаги! Но нет денег, чтобы выкупить то, что принадлежит мне! – закончила она, тяжело дыша.

– Сколько там? – спросила её Мари, стараясь казаться равнодушной.

– В одной бочке примерно 440 фунтов. Там должно быть пятнадцать бочек! У моего отца ушло пять лет на то чтобы изготовить столько, – отвечала Хельга.

– 6600 фунтов. Почти три тонны, – проговорила Мари задумчиво.

– Сколько тебе нужно денег?

– Нужно пять гиней! Ну, собственно четыре! Одна у меня есть! – смущённо отвечала девочка.

– Пять гиней, – протянула Мари.

– Давай договоримся так: я дам тебе эти деньги в счёт будущих расчётов! С одним условием, ты продашь всю эту селитру мне! Договорились? – предложила леди Деес, протянув руку Хельге.

– Вы купите её у меня? – поразилась девочка, пожимая руку хозяйке гостиницы.

– Да всё полностью! О цене мы договоримся! Но я обещаю, что мы тебя не обидим! – сказала ей Мари.

– Вы продадите селитру Канцлеру? – спросила Хельга.

– Не совсем, – улыбнулась леди Деес, – у меня есть покупатель получше!

Она выдвинула ящик стола и отсчитала Хельге пять золотых монет.

– Где ты остановилась, девочка? – спросила Мари.

Хельга назвал ей адрес постоялого двора.

– Я предлагаю тебе переехать к нам! – улыбнулась хозяйка гостиницы, – здесь тебе будет гораздо комфортнее и безопаснее! Если хочешь можешь помогать мне по хозяйству пока не получишь деньги за своё наследство!

То как леди Деес небрежно достала такие огромные деньги из незапертого ящика поразило Хельгу ещё больше чем неземной внешний вил прекрасный блондинки. Она уставилась на Мари широко открытыми глазами. Хельге пришло в голову, что придти в «Весёлую Вдову» было самым правильным решением в её жизни.

– Спасибо, леди Деес! Я с радостью приму Ваше предложение! – отвечала девочка и поклонилась. Мари улыбнулась.

– Вот и хорошо! – сказала она, – ты хочешь идти на склад прямо сейчас?

– Да госпожа.

– Это правильно. Однако деньги немалые и много в этом городе найдётся охотников до них! Выделить тебе охрану?

Вообще-то идея что её будут сопровождать при других обстоятельствах не пришлась бы Хельге по вкусу, но сейчас сжимая деньги в руке она полностью попала под влияние хозяйки «Весёлой Вдовы».

– Если Вас это не затруднит, – промямлила она.

– Отлично! Я пришлю к тебе Ларса! Подожди его внизу!

Хельга ещё раз поклонилась и вернулась в трапезную. Народу прибавилось, посетители косились на голубоглазую Алису, которая беззаботно щебетала о чём-то с огромным братом хозяйки, сидя на столе и болтая ногами, словно ребёнок. Щёки её раскраснелись, одного взгляда на Алису сейчас было достаточно, чтобы понять, как она довольна. Грегор же оставил работу и ловил каждое слово красавицы. Как ни неопытна была в любовных делах Хельга, но ей сразу стало понятно, что происходит между этими двумя и к своему удивлению она испытала что-то похожее на укол ревности. Почему на неё никто не обращает внимания?! Успокаивая себя тем, что в данном случае ей это только на пользу, Хельга присела за столик недалеко от входной двери. Взгляд её против воли был прикован к Алисе и брату хозяйки. Рассмотрев его получше, Хельга нашла его довольно интересным молодым человеком. Почувствовав её взгляд Алиса обернулась и заметив Хельгу улыбнулась и помахала ей рукой. Хельга смутилась, не зная что ей делать.

– Я Ларс! Вы леди Хельга? – услышала она у себя над ухом.

Назвавший её по имени был крепким коренастым мужчиной, со смуглой кожей, чёрной бородой и такими же чёрными волосами до плеч, на поясе у него висел меч, в кожаный дублет были вшиты металлические диски. Он был похож на цыгана и показался Хельге немного страшным.

– Я буду сопровождать Вас, юная леди! – Ларс слегка поклонился. Хельга так торопилась ответить ему, что вскочив едва не упала.

– Благодарю Вас, сир! – пролепетала она, приседая в неловком реверансе.

Когда в сопровождении Ларса она проходила мимо Алисы и Грегора, голубоглазая красавица заговорщицки ей подмигнула.

Мышеловка.

– Слышь Клаус, какого хрена мы во всё это влезли? Подохнем мы тут все! – худой оборванец с вытянутым точно у крысы лицом, сплюнул вниз и его плевок полетел на мостовую с высоты колокольни. Кроме него и Клауса здесь были ещё двое мальчишек игравших в кости сидя на корточках на каменном полу звонницы. С этого самого высокого здания в городе отлично просматривался широкий торговый тракт. Именно по этой дороге, скорее всего, должны были подойти к Карсу королевские войска.

– Может быть, и нет, – лениво отвечал Клаус вглядываясь в даль, заходившее солнце красными бликами пробежала по его покрытому глубокими бороздами шрамов лицу.

– Одного я не могу понять! – продолжил ныть человек с крысиным лицом, – нам-то всё это зачем? Жили себе, воровали, со шлюхами путались! Чего ещё надо?

– Знаешь Крыса, всё что ты говоришь, правда! Только вот есть одна загвоздка, не вытащи я тебя из тюряги, повесили бы тебя сушиться на солнышке! Или ты забыл?

– Да помню я! – огрызнулся Крыса, – потому я и здесь!

– То-то и оно! – Клаус сплюнул вниз, – у таких как мы один конец – петля! А тут большие дела творятся! Неужели тебе никогда не хотелось чего-то большего?

Крыса поёжился.

– Мудрено ты стал говорить в последнее время, – сказал он недовольно, – сразу видно что со знатными господами якшаешься!

Клаус рассмеялся.

– Хороший ты парень, Крыса! – сказал он весело.

– Я тебе так скажу, – продолжал он, – благодаря старику я выпустил кишки начальнику городской стражи! Когда этот ублюдок пытал меня, резал мне лицо, он смеялся! Господи боже, как же было приятно всадить клинок в его жирное брюхо!

Клаус довольно засмеялся.

– Так что я должен нашему старику Синту! А быть должником я не люблю! Слушайся меня Крыса, и всё у тебя будет! И бабы и золото и даже такое о чём ты и мечтать не смел!

– Ага. Если уцелею, – мрачно отвечал Крыса.

Клаус опять рассмеялся.

– Дурачёк! – проговорил он покровительственным тоном, – если бы они собирались тут умирать разве молодая Королева прибыла бы в город?! Мозгами пораскинь, дурья башка! Бери пример с нашего старика! Наш-то старик не дурак! Видел его жену? Красотка! И молода! Сколько ей? Семнадцать?

– Восемнадцать, – угрюмо отвечал Крыса, – говорят, она была самой дорогой шлюхой в Карсе!

– Вот! Она была такой же, как мы! А теперь она леди Синт, жена лорда! Вот об этом-то я и талдычу тебе, Крыса! Время возможностей!

Ответить Крыса не успел, на тракте показались всадники. Клаус замолчал и напрягся, кавалерия всё двигалась и двигалась к городу появляясь из-за холма, напоминая длинную сверкающую змею.

– Похоже, они, – сказал Крыса.

– Слышь, Джон, ударь-ка в колокол! А мы побежим к старику! – сказал Клаус одному из мальчишек. Когда держась за стену он и Крыса спускались вниз спотыкаясь на выщербленных ступенях над их головами глухо и басовито ударил большой городской колокол.

Эдвин Саар был опытным командиром. Достаточно опытным для того, чтобы не входить в город ночью. Даже если гарнизон этого города мал, даже если ворота открыты. А ворота действительно были открыты. Рва у стен можно сказать, что и не было, так название одно. Ну, вообще-то мост могли бы и поднять! Ну, для порядка хотя бы! Но нет, висевший на ржавых толстых цепях мост выглядел так, как будто его вообще никогда не поднимали! Странно это было. Непонятно. Саар решил, что город сдаётся. Да и немудрено! У него под командованием почти пять тысяч человек, а по известной ему Саару информации в городе максимум тысяча солдат. Когда он только увидел низкие местами разрушенные стены Карса, Эдвину пришло в голову что сейчас появится делегация с ключами от города. Но никто не появился. Прождав около часа Эдвин решился подъехать к городским стенам. Город выглядел так словно все жители покинули его и когда Эдвин обернулся к своему оруженосцу чтобы пошутить на этот счёт, над Карсом заунывно и мрачно раздался удар колокола. Этот словно из преисподней доносящийся звук заставил Эдвина поморщиться.  Он выругался, этот колокол ему не понравился. Между тем совсем стемнело и Эдвин приказал разбить лагерь на холме с которого весь Карс был виден как на ладони. Впрочем, смотреть было особо не на что. С наступлением ночи Карс погрузился во мрак.

Хельга сидела на стуле в своей маленькой комнатке под лестницей и смотрела на огромную кучу золотых монет лежавших перед ней на столе. Пятьдесят гиней. Такую огромную сумму Хельга за свою короткую жизнь никогда не видела. Не думала даже что когда-нибудь вообще увидит! В её сознании не укладывалось что это только половина того что ей полагается за селитру которую сделал её отец. Хельге пришло в голову, что они могли бы жить как короли! Даже богаче королей! Всю жизнь сколько себя помнила Хельга считала своего отца жалким неудачником, но теперь выходило так что её папаша был гением. Хельга горько усмехнулась про себя. Глупый отец! Он так не смог заработать на своих умениях! А она смогла! Хельга взяла монету в руку, она была тяжелой, полновесная золотая гинея! Монета королей! Когда сегодня в присутствии леди Деес, купец отсчитывал Хельге монеты она всё никак не могла поверить что это и правда происходит. Где-то в глубине души она всё равно считала что её обманут, скорее всего, просто убьют! Но вот она сидит в своей комнате которую выделила ей леди Деес и перед ней на столе лежит целое состояние! Через три месяца она должна получить ещё столько же! Леди Деес сказала что на эти деньги можно купить большой дом в столице, карету запряженную шестёркой лошадей, нанять прислугу и несколько лет жить безбедно! Даже если больше ей ничего не заплатят Хельга теперь всё равно богата! Всё ещё не осознавая то, что с ней случилось Хельга смахнула золото в ящик стола почти с брезгливостью. Странно она думала что будет счастлива когда разбогатеет, и вот это случилось. Почему же ей так тоскливо? В дверь её каморки тихонько постучали.

– Кто там? – спросила Хельга.

– Это я Эмма! – услышала Хельга тихий голос девочки, – хозяйка спрашивает не хотите ли Вы переехать в один из номеров на втором этаже, где живут наши знатные постояльцы?

– Нет. Я хочу остаться здесь! – отвечала ей Хельга.

– Передай леди Деес, что я хочу поговорить с ней!

– Как прикажите миледи! – отвечала Эмма.

Хельга живо представила себе, как служанка делает реверанс у её закрытой двери. Она достала из старой холщовой сумки мятые бумажки, писанные неразборчивым корявым почерком отца. «Никто не сможет их разобрать кроме меня!» – подумала Хельга с удовлетворением. Она разгладила ладонью драгоценные записи. С какого момента она стала считать их драгоценными? Но ведь она же сохранила их! Не сожгла в печке хотя и хотела.

«Чтобы получить семь килограмм селитры нужно вырыть яму полтора на полтора метра и такой же глубины, взять триста килограммов свежей требухи…» – шевеля губами прочитала Хельга. На этих мятых бумажках был подробно описан весь процесс получения драгоценного порошка! Всё что ей нужно было здесь! В её дверь снова постучали.

– Это я, Хельга! – Эмма сказала, что ты хочешь поговорить со мной!

– Да леди Деес! – Хельга открыла дверь и впустила хозяйку гостиницы.

Мари присела на узкую кровать и внимательно посмотрела на Хельгу.

– Эмма сказала, что ты хочешь остаться в этой комнате! Почему? – спросила она.

Хельга смутилась.

– Я не привыкла к роскошным комнатам. Здесь мне будет спокойнее, – отвечала она тихо.

Мари улыбнулась.

– Наши комнаты не так уж роскошны как ты думаешь! – улыбнулась она.

– Всё же ты вольна поступать так как считаешь нужным! Ты уже решила, что будешь делать с деньгами?

– Нет. Я не знаю, – пролепетала Хельга. Она и правда не знала, что с ними делать. Все её прежние мечты казались ей теперь смешными и глупыми.

– Леди Деес, – проговорила она решительно, я не такая уж дурочка и я прекрасно понимаю что вы купили у меня селитру для дочери короля Трора! Хоть Вы и называете меня ребёнком, но даже я догадалась!

Мари спокойно смотрела Хельге в глаза, на её лице не дрогнул ни один мускул.

– Я знаю вам нужно ещё! Впереди будет много крепостей которые вам нужно взять! Я могу сделать вам селитру! Я знаю как это делается! Я могу приготовить порох! Я знаю как сделать чтобы он не впитывал влагу! Я могу быть полезной! – проговорила Хельга, она чувствовала что задыхается.

– На изготовление селитры требуется минимум два года, – улыбнулась Мари.

– Мой отец сделал несколько закладок три года назад! Уже можно начинать промывать!

– Сколько там? – спросила леди Деес

– Не знаю точно, – смутилась Хельга, – но думаю примерно столько же сколько было на складе.

Мари на секунду задумалась.

– Сколько ты хочешь за это? – спросила она.

Сердце Хельги сжалось. Чего она на самом деле хочет?

– Леди Деес мне ничего не нужно! – прерывающимся голосом произнесла Хельга, – я хочу быть полезной! Я хочу быть полезной Вам!

– Ты понимаешь, что если мы потерпим поражение всех нас ожидает смерть! – спросила её Мари.

– Я понимаю! Мой отец был глупцом и я как видно унаследовала от него этот талант! – улыбнулась Хельга.

– Твой отец был великим человеком! Когда-нибудь, когда мы победим, селитра, которую делал твой отец, будет помогать людям выращивать овощи и пшеницу! Тот мир о котором он мечтал станет реальностью!

Леди Деес произнесла это с такой горячностью, что Хельга невольно удивилась. Она вдруг поняла почему ей так понравилась хозяйка "Весёлой вдовы". «Она такая же как мой отец!» – подумала Хельга.

– Я поговорю о тебе! – сказала ей Мари после недолго раздумья. Она встала и Хельге опять пришло в голову, что в леди Деес ощущается необыкновенная сила и уверенность. «Я хочу быть такой как она!» – подумала Хельга.

– До тех пор можно я буду продолжать помогать по хозяйству? – взмолилась Хельга

– Конечно! Ты нас очень выручаешь! – Мари пожала своей крепкой как у мужчины рукой пальцы девочки и вышла. Хельга бросилась на постель на которой только что сидела Мари и зарылась лицом в подушку. Она вдруг ощутила себя счастливой. Хельга решила что надо идти на кухню. Выскользнув из своей комнатушки, она налетела на Грегора.

– Простите, – прошептала она смущённо.

Грегор улыбнулся ей, церемонно поклонился и проследовал дальше. Хельга проводила его взглядом, её сердце билось так сильно, что, казалось, готово было разорвать ей грудь. «Что со мной?» – подумала девочка.

Эдвин проснулся в своём жёстком походном ложе, над его головой надувалась под порывами ветра парусиновая ткань шатра. Он лежал не двигаясь ощущая как капли пота стекают по вискам и не делал ничего чтобы отереть его. Сегодня ночью ему опять снились костры. Костры на которых они сжигали бунтовщиков северян. Все они предатели по природе своей! Все они готовы бежать словно псы за любым сомнительным типом называющим себя потомком Рейгардена. Всех их нужно уничтожить! И Эдвин старался выполнить эту задачу как можно лучше! Он и его ребята жгли деревни, рубили, кололи и вешали, не жалея ни женщин, ни стариков, ни детей. Теперь они долго не будут представлять угрозу для трона! Правда кто сейчас сидит на этом троне Эдвин Саар не мог сказать точно. Впрочем, это было и неважно. Его задачей всегда было исполнять приказы. Больше ничего. Совесть Саара не мучила, никогда. Аппетит его нисколько не страдал и лишь по ночам они приходили к нему. Повешенные, сожжённые матери с приплавившимися к их грудям младенцами протягивали к нему чёрные руки и тогда Эдвин просыпался в холодном поту, как сейчас. Не двигаясь и почти не моргая лежал он до тех пор пока не высох пот на висках. Осторожно почти бесшумно вошла худенькая девушка, светлые волосы, белая кожа и большие голубые глаза которой явственно выдавали в ней северянку. Она застыла у входа в шатёр глядя на Саара с привычным ему страхом. Он знал что каждый день она ожидает смерти. Сам Эдвин не мог объяснить себе причину по которой сохранил ей жизнь. Когда он разгорячённый резнёй, одурманенный запахом крови насиловал её она лежала молча отрешённо глядя в сторону и не сопротивляясь. Кончив, он поднялся и увидел кровь от порезов причинённых его латами. И ещё он увидел кровь между её бедёр. Она лежала раскинув ноги и даже не пытаясь прикрыться всё также глядя в стену. В дом забежал какой то солдат и увидев её начал спускать штаны и тогда Эдвин убил его. Убил прежде чем осознал это. Девушку звали Эльза. Забрав её в свой шатёр Эдвин убеждал себя что она нужна ему для удовлетворения своей похоти, но с того первого раза он больше ни разу не притрагивался к ней. Сейчас она стояла у входа и на лице её было ставшее уже привычным ему выражение покорности и ожидания смерти. Саар поморщился, он сел на своём походном ложе и приказал.

– Подойди!

Она подошла и встала рядом опустив руки.

– Ты меня любишь? – спросил он.

– Нет, – тихо отвечала Эльза.

Саар грубо сжал её маленькие сиськи, руки его перешли на мягкую упругую попку. Он потискал её сквозь тонкую ткань платья, это платье было снято с дочери какого-то купца, вернее сказать с ее мёртвого поруганного тела. Прикасаться к этой девочке было приятно, но желание не приходило. Саар скривился.

– Обоз пришёл? – спросил он, отпуская её.

– Нет, – отвечала Эльза тем же тихим равнодушным голосом. Эдвин выругался.

– Подай мне вина! – приказал он.

После кубка красного он почувствовал себя гораздо лучше.

– Позови Хенрика! – распорядился Саар.

Эльза выскользнула из шатра тихая и незаметная словно тень. Вошёл оруженосец, молодой человек с вытянутым худым лицом. Он застыл у входа в шатёр, глядя на Саара с равнодушным ожиданием.

– Где мой чёртов обоз? – спросил Эдвин раздраженно.

Хенрик пожал плечами. Это движения ясно означало мне-то откуда знать? Саар скрипнул зубами.

– Город взят? – продолжал допрашивать он своего оруженосца.

– Да как вам сказать сир, – замялся юноша, – можно и так сказать

– Ну?

– Ратушу мы захватили. Впрочем, там никого не было. Мятежники удерживают здание тюрьмы. Хотя мы её ещё не штурмовали.

– Почему?

– А зачем? Они и так уже в тюрьме! – осклабился Хенрик.

– Избавь меня от своего юмора!

– Как прикажите! Тюрьма единственное здание в этом чёртовом городе, где есть стены! Хоть они и не слишком высоки, штурмовать крепость в городе довольно сложно…

– Провиант нашли? – перебил его Эдвин.

– Нет сир. Во всём чёртовом Карсе нет ни одного заплесневевшего сухарика!

– Этого не может быть! Жителям же нужно, что-то есть!

– Нужно, но мы так и не обнаружили жителей! Город пуст!

– Что ещё? – хмуро осведомился Саар.

– Дерек докладывает, что еще трое из его подразделения пропали. Они ушли в город искать провиант и не вернулись.

Эдвин выругался. Какой смысл стоять лагерем рядом с Карсом если солдаты при любом удобном случае несутся в город?! Впрочем, понять их можно, жрать в лагере Саара стало почти нечего. Эдвин отлично знал, что солдаты недовольны сокращением рациона, перед его глазами живо встал пример отряда Де Лейна уничтоженного бандитами в этих горах.

– Этот город точно выгребная яма, в которой тонет всё, что туда попадет! – проговорил он в сердцах.

– Хенрик, – сказал Саар мрачно, – Мы заходим в город! И готовьтесь к штурму тюрьмы. Запасы еды должны быть там!

Десять человек. Их было десять! Штурм к которому три дня готовились, оказался просто какой-то шуткой. Вот они стоят перед Сааром. Красавцы, нечего сказать! Особенно этот с глубокими шрамами на лице! Эдвин нахмурился.

– Где провизия? – спросил он сурово.

– Мы не знаем, – отвечал тот что со шрамами, когда он улыбался Саару казалось, что лицо его того и гляди развалится на части, – еще когда узнали что вы идёте старик приказал вывезти из города всю жратву!

Саар знал, что стариком они называют Лукаса Синта. Сам он не верил, что старый рыцарь жив, с Риверстоунских каменоломен бежать невозможно!

– Куда вывезли?

– Туда! – солдат с изуродованным лицом махнул рукой в сторону гор.

– Повесить их! – приказал Саар.

– Воля ваша сир командующий! – пожал плечами уродец, – только мы вам сами ворота открыли едва вы на приступ пошли! И ни одного вашего не убили! Сдаётся мне, что это чего-то да стоит!

– Почему вы вступили в ряды мятежников?– спросил Эдвин.

– А куда нам было деваться? – пожал плечами солдат с изуродованным лицом, – мы в этой тюрьме и сидели!

Он ухмыльнулся.

– Нас выпустили под обещание служить им!

– За что ты сидел?

–Воровство, – ухмыльнулся уродец.

– Старик сказал либо меч в руки, либо петлю на шею! Теперь мы со всем нашим удовольствием готовы служить Вам!

– Почему?

– Потому что Вы побеждаете! – он опять ухмыльнулся.

Саар задумался.

– Где прячутся отряды мятежников? – спросил он.

– В старом городе, – охотно отвечал меченный.

– Посадите их всех под замок! – приказал Эдвин, – когда пойдём на штурм, они пойдут первыми!

– Премного Вам благодарны! – меченный поклонился едва ли не до земли.

– Как тебя зовут?

– Клаус! – отвечал солдат с мерзкой уродливой улыбкой во всё лицо.

Старый город представлял из себя ряд домов так близко построенных друг к другу, что можно было без труда перепрыгнуть с одной крыши на соседнюю. Стоя на улице, вы видели над головой лишь узкую полоску неба между двумя гребнями черепичных крыш. Эдвин почти сразу понял что это и есть настоящая крепость города Карс. На первой же улице они наткнулись на баррикаду из мебели и какого-то хлама. Когда Саар отдал приказ разбирать её на них обрушился град стрел из луков и арбалетов. Прикрываясь щитами им удалось пробиться и ворваться в ближайший дом. Завязалась короткая рубка после чего мятежники отступили оставив на месте лишь убитых солдат Саара. Перерыв весь дом пехотинцы Эдвина не обнаружили ни мятежников, ни провизии. На следующей улице они опять столкнулись с баррикадой. Потеряв ещё нескольких человек пробились сквозь неё и начали обыскивать здания. Клаус и его ребята издавали воинственные крики, Саар видел его рыжую голову, мелькавшую в первых рядах, но толку от этого было мало. Шагая вслед за своей пехотой в тяжёлых доспехах, Эдвин думал, не маленький ли отряд он отправил на поиски потерявшегося обоза! Пешком он шёл потому, что ехать на коне означало представлять собой лёгкую мишень для арбалетчиков. Кроме того, на этих узких улицах всё равно не мог проехать больше чем один всадник в ряд. Саар отлично понимал что мятежники специально выбрали эти улицы в качестве поля боя, ни свою конницу, ни своё численное преимущество реализовать здесь он не мог. А еда заканчивалась! Он отправил другой отряд на поиски ушедших горожан с приказом безжалостно отобрать у них всю еду. Как не похоже было всё это на то, что делали они на северных землях! Вечер наступил неожиданно и едва узкие улицы накрыла тьма, Эдвин услышал лязг оружия справа в переулке. Его отряд был атакован, стремительно и неожиданно, Саар подумал, что мятежники крались за ними всё время едва они вошли в старый город. Он схватился за меч, ожидая, наконец, что удастся вступить в битву! Эдвин слышал завывания Клауса требовавшего пропустить его вперёд. Ряды его отряда смешались, в темноте невозможно было оценить численность неприятеля и Саару впервые пришло в голову, что возможно его врагами действительно командует бывший начальник Королевской гвардии, командир рыцарского ополчения сир Лукас Синт. «Старая развалина! Как смеешь ты бросать мне вызов?!» – думал Саар с яростью пробиваясь навстречу врагу сквозь ряды своих солдат и раздавая удары рукоятью меча направо и налево. В этот момент он ощутил вдруг несильный укол справа под ребро.

– Что за чёрт?! – взревел он. Эдвина толкнули, он обернулся перед ним был какой-то солдат, с совсем детским испуганным лицом. Саар ударил его кулаком в переносицу. Шум битвы внезапно стих. Эдвин услышал резкий свист доносившейся казалось со всех сторон. Создавалось ощущение, что их враги повсюду.

– Приготовиться! – заорал кто-то из командиров пехоты. Но атаки не последовало. Саар слышал стоны раненых и умирающих, их тяжёлое дыхание. К нему пробился Клаус с окровавленным мечом в руках, в полумраке его лицо казалось ещё страшнее.

– Они отступили, сир! – сказал он, – эти крысы разбежались, едва увидели Вас!

– Как они отличают своих от чужих? – спросил его Саар.

– У них на руках повязаны шарфы, – отвечал меченный.

– Какого они цвета?

– Синие и жёлтые, если я правильно рассмотрел, – сказал Клаус.

«Цвета дома Рикардов!» – подумал Саар.

– Отступаем! – приказал он. Ему вдруг резко поплохело, Эдвин ощутил, что нижняя рубашка его пропиталась кровью, он пошатнулся и не подхвати его бывший вор, он бы упал на мостовую. «Кто-то из них протиснулся сквозь толпу и пырнул меня! Как же это подло!» – подумал Эдвин. Его принесли в здание ратуши и сняли доспехи. Колотая рана в боку выглядела так словно нанесена было тонким стилетом. Узкое лезвие прошло между пластинами брони. Саара уложили в постель.

– Вернулся ли хоть один из отрядов, отправленный на поиски обоза? – спросил он.

– Нет, – отвечали ему.

– Сир, – тихо сказал Клаус, который неизвестно как оказался в его спальне, – я отлично видел, рядом с Вами не было ни одного мятежника! Вас ударил кинжалом кто-то из своих!

Он проговорил это шёпотом, наклонившись к самому уху Эдвина. Саар вспомнил, как приказывал пороть провинившихся, как с мрачными лицами остальные пехотинцы взирали на экзекуцию. Ему пришло в голову, что хоть он и отгонял от себя эти мысли, уже тогда он ощущал ненависть с их стороны. И вот теперь один из них решился ему отомстить! Проклятое мужичьё! Все вы одинаковы! Ну да ничего завтра он проведёт расследование, найдёт и повесит того кто покушался на его жизнь! И всех его друзей он тоже повесит! Саар подумал, что за весь сегодняшний день они продвинулись на несколько улиц, но с наступлением темноты им пришлось отступить. Скорее всего, баррикады за ночь будут восстановлены и завтра придётся начинать всё с начала! Он закрыл глаза. Рана в боку болела, тянущей зубной болью. Сжечь бы этот город ко всем чертям! Вместе со всеми этими мятежными крысами! Но без приказа из столицы делать этого нельзя! А пока посыльный съездит туда и вернётся, у них в войске начнётся голод! Эдвин поймал себя на том, что не верит в то, что обоз вдруг найдётся. Дверь в его спальню тихо приоткрылась, даже не открывая глаза он по звуку шагов догадался, что пришла Эльза. «Что ей нужно?» – подумал он раздражённо. Девушка присела на край его постели, Эдвин слышал её лёгкое едва различимое дыхание. Потом её рука несмело коснулась его живота. Он замер, член его вдруг отреагировал на её прикосновение, боль ушла. Сердце его наполнилось благодарность к этой девочке. «Возьму её с собой в столицу!» – думал Эдвин. Судя по шуршанию ткани, Эльза сняла платье. Его члену было так хорошо у неё во рту! Саар уже готов был кончить, когда она выпустила его член взобралась на него верхом и ввела его пенис себе во влагалище. Там было необыкновенно горячо! «Все они такие! Не могут устоять перед настоящим мужчиной!» – самодовольно подумал Эдвин. Оргазм приближался к нему с каждым волнообразным движением её бёдер. Он открыл глаза, в полумраке зрачки Эльзы блестели словно зрачки сиамской кошки, волосы её растрепались.

– Ты любишь меня? – прошептал Эдвин, неожиданно для себя самого. Вместо ответа Эльза наклонилась вперёд, как будто собираясь поцеловать его, он уже предвкушал, собираясь кончить и слишком поздно заметил блеснувшее в темноте лезвие. Горло его обожгла боль, он захрипел, попытался сбросить с себя северянку, но не смог. Эдвину показалось, что голова его отделится сейчас от тела, сквозь застилавшую глаза пелену он видел сидевшую на нём Эльзу, всю залитую кровью, его кровью! Она улыбалась, струйка крови из его перерезанной шеи, била ей прямо на грудь, Эльза смотрела ему в глаза и Саар впервые не видел в её взгляде страха и покорности.

– Я не рабыня! – тихо проговорила она и засмеялась. Саар уже ничего не видел, он услышал звук борьбы и хриплый стон около двери. «Хенрик!» – подумал он. Открылась дверь, тяжёлые шаги и Эдвин услышал мерзкий, издевательский голос Клауса.

– Ого! Ещё не сдох! Прикройся сестрёнка!

Эльза слезла с него и в следующую секунду сталь пронзила грудь Эдвина. Мгновенная вспышка боли и наступила темнота. Он ещё успел подумать, что больше никогда не увидит своих страшных снов и ему стало легко.

Два города.

Над причалами Либека взошло Солнце, его лучи пробежали по покачивающимся на волнах кораблям, по обросшим зелёнными водорослями каменным стенам пристани. Крики жадных чаек возвестили начало нового дня. Портовый город Либек давно уже жил в тревожном ожидании, ходили слухи о наступлении огромной армии мятежников под предводительство безумной дочери Короля Трора. Рассказывали, что она демоница, что заставляет всех поклоняться дьяволу и каждое утро принимает ванну из крови невинных младенцев. Поначалу подобные слухи повергли жителей Либека в крайний испуг и возбуждение, многие стали говорить о том, что нужно бежать в столицу пока ещё не поздно. Торговцы спешили распродать товары и закрыть свои лавки. Но дни проходили за днями, а никто не появлялся. Постепенно слухам верить перестали, жизнь в городе потекла как раньше, даже ещё лучше. Закрытые лавки вновь открылись, корабли с товарами продолжали прибывать. И тут ушей жителей Либека достигли слухи о начавшейся битве за Карс. Слухи эти вызвали новую волну паники.

– Мы будем следующими! – говорили добропорядочные граждане.

Каждый день просыпаясь они ловили последние новости и если новости были хорошие (армия мятежников разбита под Карсом, а Лалатина Рейгарден пленена), то в городе наступало оживление, а если плохие (королевская армия одержала отрицательную победу), впадали в уныние. Но даже и это со временем приелось. Никакие банды к городу не приближались, всё было спокойно и тихо. Невероятные слухи больше почти никого не тревожили и только на ратушной площади собирались оставшиеся «интеллектуалы» которые с видом знатоков рассуждали о том как продолжается «специальная военная операция». Это утро обещало быть таким же спокойным, как и всегда. Одинокий немолодой стражник изо всех сил боролся с зевотой. Ему вообще было не очень понятно, что он здесь делает. Все знали, что у мятежников нет флота, а, следовательно, ожидать нападения со стороны моря не имело никакого смысла. На горизонте показались паруса, к Либеку приближался торговый караван. Присмотревшись повнимательнее, стражник в этом убедился. Обычные грузовые суда шли при полном парусном оснащении в гавань Либека. Судов, правда, было немного многовато, стражник разглядел над кораблями флаги торговой федерации и успокоился. Он опять зевнул, больше всего ему сейчас хотелось оказаться в своей постели в казарме. Между тем суда не сбавляя хода приближались к причалам. «Что они делают?!» – подумал стражник, он поднялся со своего места и сложив руки рупором заорал:

– Эй, на барже! Вы с ума там сошли что ли? Убирайте паруса и становитесь на якорь!

На кораблях на его крики не обратили никакого внимания, они были всё ближе, стражник уже мог различить на палубе людей в доспехах. В доспехах?! На его глазах флаги торговой федерации спустили и над кораблями поднялись красно-чёрные знамёна Рейгарденов.

– Чтоб меня! Богу душу мать! – потеряв копьё, стражник заметался по пристани, потом нелепо взмахивая руками побежал в сторону казарм.

Артур Найт, прошёлся по площади заваленной трупами людей и коней. Всё прошло не так хорошо, как он ожидал. Впрочем, это и неудивительно! В Либек прислали из столицы большой гарнизон и гарнизон этот не сдался и не побежал. Внезапная их высадка с моря дала им определённые преимущества, но защитники Либека быстро сумели собраться, и началась битва на улицах города, которая продолжалась до самого вечера.

– Мой лорд! – Найт увидел Митча с перевязанной рукой, командир его стражи шёл к нему через площадь перешагивая через трупы людей и коней.

– Они отступили в старый город. Я приказал не преследовать их! Мы захватили восточные ворота и люди сира Маклейна вошли в город.

«Хоть одна приятная новость!» – подумал Найт.

– Не давай ребятам грабить и убивать жителей! Нам нужен этот город! Он должен стать центром снабжения нашей армии и Королеве нужны хорошие отношения с горожанами! – сказал он сурово.

– Наши-то ребята сегодня вряд ли ещё на что-то способны! – скривился Митч, – а вот за людей Маклейна я поручиться не могу!

«Если завтра всё продолжится в таком духе, я потеряю большую часть своих солдат!» – подумал Найт.

Утром его разбудил Митч и сказал, что пришли парламентёры от начальника гарнизона Либека. Артур наскоро оделся и спустился вниз. Начальник гарнизона седой мужик со шрамом на левой щеке, мрачно приветствовал его.

– Присядем? – предложил ему Артур.

Они сели за большой дубовый стол друг напротив друга.

– Я слышал о Вас много плохого, сир Найт, – всё также сурово заговорил Главный стражник.

– И чем больше плохого я слышал, тем больше думал о том, что с Вами можно иметь дело! – старик хлопнул большой ладонью по столу.

– Что ж, мне приятно слышать это, пусть даже и от своих врагов! – с улыбкой сказал ему Найт, он изо всех сил старался изображать беспечность.

– Вы у меня даже меч не отобрали! Это странно! – ухмыльнулся начальник стражи.

– Как Вас зовут? – спросил его Артур.

– Дерек. Дерек Аргайл! – отвечал старик.

– Сир Аргайл, я слышал о Вас не слишком много, но уверен, что Вы человек чести! Думаю мне не о чем переживать! – серьёзно отвечал Артур.

Аргайл усмехнулся.

– Ладно! Достаточно мы тут друг перед другом расшаркивались! Пора переходить к делу! – рубанул Аргайл.

– Я Вас слушаю!

– Сегодня мы можем продолжить убивать друг друга! Мои ребята не хотят умирать, но если придётся…

Артур молчал, он всё понял, едва увидел старого воина.

– Я готов гарантировать вам жизнь если вы сложите оружие! – сказал он.

– Ха! Об этом не может быть и речи! – Аргайл поднялся.

– Ваши условия?

Аргайл сел.

– Мы уйдём с оружием и конями, которые у нас ещё остались. Вы получите город. Все попавшие в плен с обеих сторон должны быть освобождены! – сказал он твёрдо.

Найт обменялся быстрым взглядом с Митчем, на лице того не дрогнул ни один мускул.

– Мы на это не согласимся! Вы должны сдаться! – заявил он твёрдо.

Аргайл усмехнулся и встал.

– Ну что ж, попытаться стоило! – он криво усмехнулся, – значит будем резать друг друга пока все не сдохнем!

Он слегка поклонился Артуру и вышел. Найт скривился.

– Верни его, Митч, – сказал он после небольшой паузы.

– И не смотри на меня так! Нам нужен город и нам нужны люди чтобы контролировать его! – добавил он, отводя глаза.

Когда отряд, которым до своей безвременной и странной кончины командовал Эдвин Саар покидал город, солдаты карательного отряда впервые увидели своих врагов, вернее сказать некоторых из них. На полуразрушенных стенах стояли несколько чёрных фигур и смотрели, как королевские солдаты бегут в сторону крепости Гарб. Потеряв за одну ночь командующего и командиров трёх отрядов они теперь думали только о том, чтобы добраться живыми до Гарба. Им уже не казалось что численное преимущество на их стороне, их воображение превратило немногочисленных защитников Карса в несметные полчища и солдаты проклинали своих командиров и прежде всего Эдвина Саара приведшего их на верную гибель. Не успели они пройти под главными городскими воротами, как над шпилем ратуши взвилось чёрно-красное знамя Рейгарденов и чуть ниже него жёлто голубое знамя дома Рикардов. Почему-то у Рагны сладко защемило сердце когда он увидел это знамя. Он столько всего повидал сражаясь под знаменем лорда Рикарда, и теперь когда стяг этот развивался над Карсом, это было как будто его лорд был всё ещё жив. Впрочем, теперь он сам стал лордом и защищать честь этого дома было теперь его обязанностью. На площади перед ратушей спешно седлали коней, Лалатина Рейгарден сидела в седле в сверкающих золотом доспехах, рядом с ней была её сестра Вендис в доспехах красных как кровь в окружении своих оруженосцев у одного из которых голова была замотана шарфом. Лукас Синт распоряжался подгоняя всадников.

– Я хочу, чтобы никто из них не добрался живым до Гарба! – сказала ему Лалатина.

– Мы будем гнать их до самых ворот Ада! – весело отвечал ей одноглазый рыцарь, – как только мы соединимся с людьми Латурна, начнётся настоящее веселье!

Лукас засмеялся, словно мальчишка.

«Он всё ещё очень опасен!» – подумал Рагна. И ещё ему пришло в голову, что лорд Латурн сделал неблагодарную, но очень важную работу, перехватив обоз и заставив карательный отряд королевских войск фактически голодать. Синт поцеловал в губы вышедшую проводить его Сэльму.

– Кемпбелл, оставляю город на тебя! – сказал Синт, обращаясь к старому лучнику.

– Выступаем! Командуйте мой лорд! – сказал Хатчу Лукас.

– Выступаем! – закричал Рагна, вышло на его взгляд не очень хорошо, как-то не слишком вдохновляющее. Он поскакал вперёд и вся группа двинулась за ним.

Глядя на отъезжавших всадников. Клаус грыз кусок вяленого мяса, стоя в толпе, он оглядывался по сторонам и видел вокруг счастливые лица победителей. «А ведь всё это благодаря мне!» – подумал он с некоторым самодовольством.

– Слышь, Клаус, каково это командовать отрядом? – хлопнул его по плечу здоровяк Борн.

– Заткнись. Медведь! – беззлобно огрызнулся бывший вор. Кто-то тронул его за локоть, Клаус обернулся и увидел рядом с собой Эльзу в тёмном плаще, скрывавшем почти всю её фигуру.

– Приветик сестрёнка! – сказал он весело.

– Которая из них Королева? В золотом или в красном? – спросила девушка тихим голосом. Клаус подумал, что она постепенно оживает, кажется, любопытство всё таки даже её заставило выйти на улицу. После убийства Эдвина Саара, Эльза несколько дней провела в маленькой комнате под лестницей и если бы Клаус не приносил ей еду и вино, наверное, умерла бы от голода. Ему уже стало казаться, что девочка так и не придёт в себя, она вообще напоминала ему полутруп.

– Чего ты с ней возишься? Она уже не жилец! – укорял его Крыса и Клаус ничего не мог ему возразить. Но всё же дважды в день он приносил еду Эльзе в чуланчик под лестницей. И вот теперь увидев её на улице он так обрадовался, что даже удивил сам себя. Он знал что точно не влюблён в неё, ему нравились совсем другие девушки. Может быть, она напомнила ему старшую сестру? Когда Клаус последний раз видел сестрёнку она была такого же возраста, как Эльза сейчас, а сам он был тогда ещё ребёнком.

– Которая из них Королева? – повторила Эльза с любопытством, приподнимаясь на цыпочки чтобы получше разглядеть всадников.

– Хрен его знает! – отвечал он весело.

Рагна резко остановил своего коня, вонзил меч в очередного солдата, уперевшись ногой ему в грудь, он выдернул клинок и обернулся. Сняв с головы шлем он поискал глазами сира Лукаса, его чёрный шлем с длинным белым пером он увидел между горящими палатками. Чёрный всадник показался ему призраком сеющим смерть. Синт рубил беззащитных людей копошащихся словно черви у его ног. Далеко впереди при свете пожара сверкали золотые доспехи Лалатины Рейгарден. Солдаты карательного отряда метались словно тени охваченные паникой. Их командиры сбежали накануне, Синт сказал, что атаковать сейчас самое время.

– Неважно сколько их, сейчас они не более чем стадо, которое жмётся друг к другу от страха! – сказал он.

Рагна огляделся, у него появилось ощущение, что все кроме него наслаждаются этим праздником смерти. Он знал, что эти солдаты палачи и насильники, но всё же не мог получать удовольствие от убийства уже не сопротивлявшихся людей. Королева приказала никого не оставлять в живых и все исполняли её приказ с явным удовольствием. Почему Рагна жалел их? Может быть не жалел, ему просто было тошно. Может быть от того, что хоть он и звался теперь лордом, он всё ещё олицетворял себя с каждым из них. Да и так ли уж сильно он от них отличается?! К нему подъехала Вендис в окружении своих одетых как монахи оруженосцев, остановив коня рядом с конём Хатча, она подняла забрало своего отливавшего красным шлема. Рагна увидел её возбуждённое, взмокшее от пота лицо, Бывшая Королева тяжело дышала.

– Чед, верни мою сестру! – приказала она и двое чёрных всадников отделились от группы и поскакали вперёд.

– Она всё-таки ещё ребёнок! – произнесла Вендис, пристально вглядываясь в лицо Хатча.

– Похоже, Вам не очень нравится всё это! – сказала она со смешком.

Рагна скривился.

– Я воин, а не палач! – произнёс он запальчиво.

Улыбка сошла с лица Королевы.

– Я знала одного человека который однажды сказал мне эти слова! – произнесла она тихо. Вендис довольно быстро овладела собой и продолжала тем же беспечным тоном.

– Значит вот Вы какой, лорд Рикард! Я много слышала о Вас! Похоже, Вы ставите себя выше всех остальных людей!

Хатч смутился.

– Я не это имел в виду, – пробормотал он.

Вендис рассмеялась, они медленно ехали по горящему лагерю карательного отряда. Рагна вспомнил судебный поединок в столице.

– Почему Вы не выдали меня во время суда? – спросил он, – мне показалось, что Вы меня узнали!

Вендис опять рассмеялась.

– Узнала?! С чего бы? Королева не обязана помнить всех солдат в лицо! Впрочем, я уже не Королева!

Она повернулась к Рагне.

– Если бы я и узнала Вас, сир Рикард, я бы не стала лишать себя удовольствия увидеть как умрёт этот мерзкий Де Лейн! Честно говоря, он был ещё большим говнюком, чем его брат! Старшего убил Сайрус Стоун, младшего – Вы! Вы в хорошей компании Рагна Хатч!

Опустив забрала шлема, Вендис послала лошадь вперёд, двое её телохранителей последовали за ней. Рагна подумал, что эти четверо братьев производят на него гнетущее впечатление, не тем даже, что они были некрасивы, он и сам не отличался красотой, сколько тем, что хоть и были они ещё юнцами, взгляд их стал жестоким и холодным. «Куда катится всё это?» – подумал Рагна. Ему пришло в голову, что вот он сражается ради своей жены, Синт помешавшийся на девчонке годящейся ему во внучки, сражается ради Сэльмы, а эти мальчишки? Ради безумной Королевы? Хатч остановил коня, перед ним прислонившись спиной к камню сидел солдат опустив голову, изо рта его лилась кровь, он уже не двигался, Хатч видел, что это совсем мальчишка, не старше оруженосцев Вендис. Сидя в седле Рагна возвышаясь над умирающим смотрел на него сверху вниз. «Так всегда происходит, ради того чтобы один влез на лошадь и мог любоваться видом со стен собственного замка, десяткам тысяч приходится умирать!» – подумал он. К нему подъехал Лукас Синт. Старый рыцарь снял свой чёрный шлем. Его седые волосы стали совершенно мокрыми от пота. Вытащив из-за пазухи платок, сир Лукас вытер лицо.

– Да уж староват я уже для этого! – пробормотал он.

– Вы чем-то расстроены мой лорд? – обратился он к Хатчу.

– Вы закончили? – сухо осведомился Рагна.

– Почти! Почти закончили! Да не переживайте так! Всадники Латурна не дадут уйти беглецам! – единственный глаз Синта сверкал в отблесках пламени.

– Соберите все трупы и сожгите! – приказал Рагна.

Синт подъехал к нему вплотную.

– Я говорил, что Вам лучше остаться в Карсе! Нужно было предоставить мне сделать всю грязную работу! – проговорил он негромко.

– Я в порядке! – резко отвечал Рагна. Он надел шлем и поскакал туда откуда слышались жалобные мольбы о пощаде, воинственные крики и звон стали.

Стражники увидели его на мосту когда солнце только взошло. Солдат с разбитой головой шёл пошатываясь словно пьяный. Спутанные волосы его запеклись от крови, едва вступив на мост он покачнулся и упал как подкошенный. Оставаясь настороже, стражники подошли к нему, то и дело оглядываясь по сторонам.

– Ты кто? Кто ты? – спросил один из них, хриплым старческим голосом. Стражники перевернули солдата на спину, раненый открыл глаза и посмотрел на них полубезумным взглядом.

– Это Гарб? – спросил он едва слышно.

– Гарб! – подтвердил второй латник.

– Добрался! – раненый улыбнулся счастливой глупой улыбкой.

– Кто ты? – повторил свой вопрос первый стражник.

– Я Дик Таунсенд, знаменосец сира Эдвина Саара! – отвечал солдат.

– А где весь ваш отряд?

– Больше никто не выжил! Дойти сюда смог только я! – отвечал знаменосец, он счастливо улыбнулся, глубоко вздохнул и тело его обмякло.

– Он умер! – с удивлением проговорил второй стражник.

Когда отряд под командованием Рагны вернулся в Карс их встречали радостные жители возвратившиеся в свои дома. Хатчу казалась их радость несколько наигранной. «А что ещё им остаётся?!» – думал он. Отряд их за эту неделю проделал отличную тяжёлую работу. От отряда Саара не осталось ничего, а их потери были сравнительно небольшими. «Объясни это жёнам, матерям и сёстрам погибших!» – подумал он.

– Прошу меня простить! – Синт свернул на боковую улицу и скрылся в переулке. Рагна проводил его мрачным взглядом. Жители вопили от восторга, ехавшая впереди в своих отливающих золотом доспехах Лалатина явно наслаждалась своим триумфом. Вчера она сказала Рагне что хочет короноваться в Карсе. «Скоро сюда прибудут лорды всех горных кланов!» – подумал он. Рагна решил найти Клауса, никто кроме бывшего Короля преступного мира не сможет лучше обеспечить безопасность коронации. «Вместо того чтобы короноваться, нужно выдвигаться на крепость Гарб! Трор не смог взять её и погиб!» – думал Рагна. Но Лалатина, похоже, наслаждалась сегодняшним днём и совершенно не думала о будущем. Рыжий веснушчатый мальчишка на неказистой в яблоках лошадке пробился к Лалатине, отбиваясь от пытавшихся остановить его оруженосцев. Заметив его Королева знаком приказала пропустить мальчишку. Тот подъехал к ней вплотную и что-то зашептал склонившись к самому уху Королевы. Лалатина выслушала его и ласково потрепала затянутой в лайковую перчаткой рукой по непослушным рыжим кудрям. Отпустив мальчугана, она остановила свою каурую кобылу и поравнявшись с Рагной проговорила с улыбкой.

– Я уже говорила Вам, что собираюсь короноваться в Карсе?

– Я сделаю всё возможное, чтобы Ваша коронация стала успешной! – отвечал ей Хатч с поклоном.

– Благодарю Вас! Но для Вас у меня будет другое задание!

– Какое? – удивился Рагна.

– Вы должны взять для меня крепость Гарб! – не дожидаясь его ответа Лалатина продолжала, – Вы и сир Лукас заберетё всех солдат, что есть в Карсе. Оставите мне человек сто не больше!

– Это опасно, моя Королева! – возмутился Рагна.

– Лорд Рикард, я не дура! Моя коронация ничего не будет стоить, если Гарб не окажется в наших руках! Если мы не возьмём его, всех нас ожидает смерть! Я закончу так же как мой отец! И то если повезёт! – проговорила она с ожесточением.

– Но моя Королева, у нас недостаточно солдат для штурма! Честно говоря, их даже для осады недостаточно! – в сердцах проговорил Хатч.

– Я понимаю, что Вы хотите сказать, лорд Рикард, – улыбнулась Лалатина, – у моего отца было гораздо больше людей, но даже он не смог овладеть Гарбом! И Вы правы, конечно, но у меня есть кое-что чего не было у моего отца!

– Что же это?

– Порох!

– Порох?!

– Три тонны пороха! Лорд Рикард, Лорды, что прибудут на коронацию приведут с собой людей. Лорд Найт нашёл опытных минёров! Вы заберёте всех людей, что будут в Карсе и пойдёте на Гарб!

– Но…

– Порох прибудет в город завтра на рассвете! Будьте с ним осторожны, это очень опасная вещь! – Лалатина весело рассмеялась и поскакала вперёд раздавая на право и налево воздушные поцелуи.

Блудница.

Хельга тщательно протёрла бокалы и расставила их на полке. Она залюбовалась своей работой, бокалы сверкали чистотой и стояли ровным рядом одним пузатым бочком к другому. «Красота!» – подумала Хельга. Она тяжело вздохнула, ей опять припомнилось, что уже через три дня она поедет на север с торговым караваном. Оттуда она двинется в сторону плато, в деревню где есть дом в котором она выросла и кладбище на котором покоится прах её родителей, бабушек, дедушек и всех прочих до седьмого колена. С того момента как Хельга ушла из своей деревни, прошло почти полгода. Она столько всего повидала за это время, столько всего поняла про себя саму. Люди с которыми она познакомилась изменили её и теперь Хельга считала себя совершенно новым человеком. Она уже решила что выкупит отцовский дом и порадовалась, что на участок, где отец выкопал ямы для производства селитры, никто не позарился из-за исходившей оттуда вони. И всё же ей грустно было расставаться с Мари Деес и особенно с Грегором. Хельга подумала, что это шанс для неё показать чего она стоит на самом деле! Когда он увидит, то что она сделает, он поймёт… Хельга опять тяжело вздохнула.

– Хе-ельга! – услышала девочка голос Алисы нараспев произносившей её имя.

– Леди Алиса! – Хельга обернулась и поклонилась куртизанке.

– Ты такая умничка! – всё тем же сладким голосом продолжала Алиса, – налей-ка мне немного вина, Хельгачка!

Хельга насупилась.

– Леди Деес не велит…, – начала она.

– Тебе не кажется, что ты чересчур правильная для своих лет! – сказала Алиса резко.

– Леди Деес здесь нет! А мне скоро уже работать! И мне необходимо взбодриться! Наливай! Ты что забыла кто я?!

Хельга тяжёло вздохнула, она взяла с полки один из сверкающих чистотой бокалов и поставила его на дубовую в тёмных прожилках столешницу. Затем рука её потянулась к близко стоявшей начатой бутылке, но Алиса остановила её.

– Другую, Хельгачка! – она указала пальцем на интересовавшее её вино.

Хельга тяжело вздохнула и взяла бутыль в которой плотная красная жидкость напоминала собой свежую кровь.

– Давай сюда! – Алиса ловко откупорила бутылку и подала её Хельге.

– Наливай!

Хельга подумала, что Алиса никогда сама себе не наливает. Она плеснула немного в бокал.

– Достаточно! – Алиса взяла сосуд и посмотрела его на свет.

– Неплохо! – изрекла она, вдохнув терпкий аромат, потом набрала немного в рот и покатала жидкость во рту.

– Хочешь попробовать? – спросила Алиса, проглотив вино.

Хельга отрицательно помотала головой, вино ей не нравилось, она искренне не понимала, что Алиса находит в этой кислятине.

– В сущности, ты ещё ребёнок, – пробормотала Алиса, допив вино она поставила бокал на стол. В этот момент дверь распахнулась настежь и в трапезную ввалилось трое мужчин. Впереди выступал человек заросший чёрной бородой до самых глаз, его длинные грязные волосы падали на плечи спутанными космами. Он был среднего роста, но до того широк в плечах, что казался почти квадратным, в руках он сжимал огромную почти с него ростом секиру. Громила оглядел зал пронзительным взглядом напоминающим волчий.

– Это она? – обратился он к одному из своих спутников, такому же грязному и заросшему громиле.

– Ага! – подтвердил тот.

Предводитель выругался, и тут его взгляд остановился на Алисе. Глаза его хищно блеснули.

– Неплохо! – пробормотал он.

– Эй, ты! – заорал громила, тыча толстым грязным пальцем в Алису, – ты здесь официантка? Иди сюда!

– Леди Алиса! – испуганно пискнула Хельга.

– Скажи, Мари что у нас проблемные посетители! – прошептала Алиса и улыбнувшись пошла навстречу неприятной троице, покачивая бёдрами. Хельга подумала, что сейчас она неотразима. Подойдя к посетителям, Алиса низко поклонилась.

– Меня зовут, Алиса! – проговорила она, своим нежным воркующим голосом, – позвольте мне проводить Вас сир за Ваш стол!

– Ну что ж веди! – улыбнулся громила, показав жёлтые гнилые зубы.

«От него, наверное, воняет!» – подумала Хельга с содроганием.

– Как мне называть Вас, мой лорд? – ласково спросила Алиса, снова кланяясь.

Здоровяк опять улыбнулся.

– Зови меня, лорд Грен! – заржал он и так сильно хлопнул Алису по заду, что девушке стоило огромных трудов, чтобы не растянуться на полу.

– Вы такой сильный! Вы делаете мне больно! – она неестественно рассмеялась и бросила быстрый умоляющий взгляд на Хельгу. «Если бы здесь сейчас был Грегор, он бы взбесился!» – подумала девочка. Спохватившись она уже хотела бежать за хозяйкой, но тут маленькая дверь отворилась и согнувшись в три погибели, чтобы не стукнуться головой о косяк в помещения протиснулся Грегори Деес. Он приветливо улыбнулся Хельге, оглядел зал и вдруг сильно побледнел, порывисто повернувшись он хотел уже вернуться в подсобное помещение, но тут навстречу ему из коридора позади зала появилась его сестра.

– Грен здесь! – шёпотом проговорил Грегор и Хельга увидела как румянец сошёл со щёк леди Деес. Схватив брата за рукав она втащила его за собой в подсобку, сделав знак Хельге следовать за ними. Оказавшись в коридоре, Мари заскрипела зубами. Хельга впервые видела её в таком состоянии.

– Он смог сбежать! – сказал Грегор, криво усмехаясь, – как нибудь вымани его на улицу и я убью этого ублюдка!

– Как? Посреди улицы?! Дурак! – набросилась на него Мари, – ты видел с ним ещё двое, кажется, я уже видела их раньше! Их ты тоже убьёшь?!

– Я сделаю это Мари! Или мы пропали! – твёрдо сказал ей Грегор.

Мари страшно и грязно выругалась, такого богохульства Хельга никогда от неё не слышала и даже не представляла, что леди Деес знает такие слова.

– Так, – произнесла она немного успокаиваясь, бока её раздувались, как у скаковой лошади, – не будем пороть горячку! Меня он наверняка вспомнит! Но тебя он видел лишь мельком! Я скажусь больной и не выйду сегодня в зал! Может быть всё и обойдётся!

– Возможно ли, что он уже знает, что мы здесь? – предположил Грегор.

– Я не знаю! – огрызнулась Мари.

– Я вернусь в зал и пригляжу за ним! – предложил Грегор.

– С ним там Алиса? – спросил он, обращаясь к Хельге.

Девочка кивнула.

– Мне кажется леди Алиса в опасности! – пропищала она.

Лицо Грегора потемнело, он решительно взялся за ручку двери намереваясь вернуться в зал.

– Я с ним разберусь! – услышали они за спиной мужской голос, это Ларс бесшумно подошёл и встал рядом, – я затею с ним ссору и отправлю этого предателя в Ад!

Ларс сказал это так спокойно, что недоверчивость Хельги пропала. Конечно Ларс раза в два меньше этого страшного Грена, но может быть всё и обойдётся!

– Ларс! – леди Деес задумалась на секунду.

– Хорошо! – согласилась она, наконец.

– Грегор иди в зал, подстрахуешь Ларса, если что!

Брат кивнул и толкнув дверь протиснулся в зал.

– Вернись за стойку, Хельга! – приказала Мари, – я пришлю в зал всех кого найду. А сама побуду на кухне!

Когда девочка возвратилась в трапезную, Грегор сидел около камина, за его спиной на стене висели скрещённые мечи. Трое пришельцев громко разговаривали и смеялись, посетители как-то рассосались и в трапезной почти никого не осталось. Чёрный, похожий на медведя Грен пытался усадить бледную и уже не смеющуюся Алису себе на колени.

– Отпусти девушку! – услышал он и подняв голову увидел перед собой Ларса.

– Ты ещё, что за хрен с горы! – пьяно вопросил Грен.

«Когда он только успел набраться?» – подумала Хельга.

– Отпусти девушку! – спокойно повторил Ларс.

Грен нехорошо ухмыльнулся, он отшвырнул от себя Алису так сильно, что куртизанка полетела на пол. Через мгновение Грен был уже на ногах, он схватил со стола свой огромный топор и отшвырнув стул бросился на Ларса с рычанием дикого зверя. Мечник отпрыгнул в сторону, в правой руке его блеснул меч а в левой длинный кинжал. Секира рассекла воздух в каких-то двух дюймах от его головы.

– Вали его, Грен! – подначивали своего собутыльника товарищи, они даже не встали со стульев на которых сидели. Грегор поднялся с топчана и выпрямился во весь свой рост, готовый схватиться за меч. Между тем Грен со страшным рычанием крутил секиру над своей головой, каждый его следующий удар грозил раскроить Ларсу череп, но ловкий мечник до поры до времени избегал этих страшных атак. В какой-то момент ему даже удалось ткнуть Грена мечом. На бедре того выступила кровь, громила грязно выругался.

– Хенрик, помоги мне! – заорал он, но прежде чем его товарищ успел вскочить на ноги, Грегор с мечом в руке оказался рядом с ним.

– Сиди где сидишь! – процедил он сквозь зубы.

– Что?! – проревел Хенрик поднимаясь и Грегор вонзил меч ему в горло так быстро, что Хельга даже не успела заметить как он это сделал. Грегор вытащил меч, изо рта Хенрика толчками полилась кровь, он плюхнулся вначале на стул, потом повалился на пол. Хельге хотелось закрыть глаза чтобы не видеть весь этот ужас, но от страха она не могла даже зажмуриться, она застыла не в силах сдвинуться с места и широко открытыми глазами наблюдала за разворачивающимся в трапезной поединком. Эмма, и другие девчонки сбились в кучу в дальнем углу и визжали от страха и лишь Алиса не смогла отойти в сторону. Сражающиеся перекрыли ей возможность бежать и она замерла прижавшись к стене. Грегор оглянулся на неё.

– Грегор! – вскрикнула Алиса и вовремя, потому что второй товарищ Грена бросился на него стремясь проткнуть грудь Дееса своим мечом. Грегор успел парировать удар и между ними завязалась ожесточённая схватка в которой поначалу не понятно было на чьей стороне преимущество. В какой-то момент когда противники оказались вплотную друг другу собутыльник Грена выхватил нож и ударил Грегора в грудь. Юный Деес успел подставить ладонь, клинок пронзил её, даже не застонав Грегор ударил головой своего противника в нос. Хельга услышала хруст ломающихся костей, товарищ Грена повалился назад, Грегор не вытаскивая ножа из своей руки, пронзил мечом его грудь пригвоздив своего врага к столу за которым тот только недавно выпивал. Деес извлёк нож из своей ладони и швырнул его на пол, на лбу его выступил пот, он взглянул на смертельно бледную Алису и заметив как она напугана ободряюще улыбнулся ей. Хельга совсем отвлеклась от Ларса сражавшегося с Греном, а в этот самый момент, здоровяк нанёс страшный удар, долженствовавший разрубить своего противника на две половины, но промахнулся. Его топор глубоко вонзился в столб поддерживающий крышу здания и прежде чем Грен успел его вытащить, Ларс ударил его кулаком сжимавшим эфес меча в лицо с такой силой, что громила отлетел назад и перевалившись через стол с громким грохотом, оказался на полу. Быстро вскочив на ноги он увидел рядом с собой бледную прижавшуюся к стене Алису и мгновенно сориентировавшись рванул её лёгкое тело к себе. Схватив одной рукой за горло он выставив блондинку перед собой словно щит. Выхватив кинжал, Грен приставил лезвие к нежной шее куртизанки.

– Не двигайтесь! Иначе ей не жить! – прохрипел он, на губах его пузырилась кровь.

Грегор и Ларс застыли на месте.

– Бросайте оружие! – проревел Грен.

Меч Дееса со звоном упал на пол, но Ларс не спешил бросать свой.

– Бросай! Я её зарежу! – бесновался Грен.

– Ларс, брось меч! – приказал ему Грегор.

Ларс не реагировал не сводя глаз со своего противника.

– Ларс!

Мечник ухмыльнулся и швырнул клинок на пол, вслед за ним он бросил и свой кинжал.

– Молодцы! Хорошие мальчики! – рассмеялся Грен, глаза его сверкали бешеным огнём, прикрываясь девушкой он отступал к дверям.

– Отпусти девушку!

– Конечно, отпущу! – осклабился Грен, – я вот только одного не могу понять, что делают псы этого дурака Найта в таком месте? Не хочешь объяснить мне Грегор? Твоя сестрёнка, небось, тоже где-то тут?

Грегор изменился в лице, рука его невольно сжалась и разжалась как будто сжимала рукоять меча. Грен хрипло заржал.

– До встречи придурки! – глумливо изрёк он и откинув маленькую головку Алисы назад провёл лезвием по её горлу, На глазах обезумевшей от страха Хельги, нежная шейка куртизанки раскрылась огромным красным ртом, кровь хлынула потоком залив её роскошное платье. Грен оттолкнул Алису от себя и всей тушей обрушился на оконную раму, вынеся её своим телом он оказался на улице, на которой уже наступила ночь.

– Алиса! – Грегор бросился к девушке, Ларс мгновенно поднял с пола меч и по кошачьи пригнувшись выпрыгнул в окно вслед за Греном. В трапезной стало тихо. Алиса билась и хрипела на руках Дееса, всё вокруг было в её крови. Грегор пытался зажать её горло, но пальцы его скользили натыкаясь на обнажённую плоть. Алиса дёрнулась в последний раз и затихла. Грегор вдруг затрясся и зарыдал как ребёнок. Хельга увидела леди Деес, Мари подошла к Грегору и положила руку ему на голову.

– Брат, – сказала она стараясь казаться спокойной, – нам нужно уходить. Грен, скорее всего, сбежал.

Грегор поднял на неё глаза и Хельга увидела выражение страшной муки, сменившейся почти безумной злобой. Деес глубоко вздохнул, всё ещё сжимая в объятиях тело куртизанки он проговорил глухим голосом:

– Принеси мне плащ, Мари! Я не оставлю им Алису!

Хельга была уверена, что из города ночью их не выпустят. Ворота закрываются на закате и даже Канцлер…, хотя Канцлер, наверное, смог бы. Впрочем, леди Деес тоже смогла. Две гинеи открыли ворота самым волшебным образом. Перед глазами Хельги стояла сцена, как леди Деес раздаёт деньги служанкам. Хозяйка выдала им даже аванс на месяц вперёд.

– Теперь забирайте всё что нравится и бегите отсюда! – приказала она.

Девушки сгрудились в кучу испуганно на неё глядя. Вернулся мокрый от пота Ларс, он обменялся с леди Деес коротким взглядом.

– Выгони их! – приказала ему Мари.

– А ну прочь отсюда! – Ларс так громко рявкнул, что Хельга вздрогнула. Девчонки бросились бежать и трапезная опустела. Ларс подошёл к стойке взял бутылку дорогущего вина и принялся пить прямо из горла, красная жидкость полилась ему на грудь. Осушив больше половины бутылки он грохнул её о столешницу.

– Ушёл подонок! – пробормотал он со злобой.

Мари дала Хельге пять минут на сборы, девочка взяла деньги и кое-что из вещей. Когда они проезжали под воротами была уже глубокая ночь. Они мчались без остановок до самого утра, если бы Хельга не ездила раньше верхом, она бы упала и погибла. Несколько раз когда её лошадь спотыкалась она уже прощалась с жизнью, но ей повезло. Остановились они на рассвете, свернули в лес и спешились под деревьями. Ларс влез на дерево.

– Никого не видно! – сообщил он.

Грегор снял с лошади завёрнутое в плащ тело Алисы, взял свой меч и пошёл в чащу. Хельга последовала за ним держась на расстоянии. Остановившись между двумя высокими дубами, Деес аккуратно положил тело девушки на траву, извлёк из ножен меч и стал копать. Он остервенело рубил корни, выбрасывал землю руками, на его лбу вздулись вены. Стоя за деревом Хельга наблюдала за ним и ей было страшно и до боли жалко его и Алису. Ещё вчера ей казалось, что если бы Алисы не было, она была бы счастлива, но сейчас, когда куртизанка умерла, она испытывала жгучее раскаянье и боль, как будто она сама была виновата в смерти голубоглазой блондинки. Грегор копал долго, солнце поднялось уже высоко, когда он весь мокрый от пота с почерневшим от грязи лицом, вылез из ямы, воткнул меч в землю, осторожно взял мёртвое тело и спустился с ним на руках в могилу. Там он положил Алису головой на восходившее солнце, отвернул край плаща и несколько минут смотрел на её лицо. Потом накрыл лицо Алисы плащом, вылез из ямы и стал забрасывать тело землёй. Хельга несмело подошла к нему и стала помогать. Грегор не смотрел на неё и не сказал ей ни слова. Всё с тем же страшным ожесточением он закапывал тело девушки в которую был влюблён. Хельга совсем выбилась из сил пока над могилой появился небольшой холмик. Грегор тщательно разровнял дёрн. Он вытер рукавом лезвие меча и убрал его в ножны. Стоя над могилой, он вытащил из-за пазухи маленький кулон в виде четырёхлистного клевера, поцеловал его и так и не взглянув на Хельгу пошёл назад в лагерь. Шатаясь от испытанных переживаний и усталости, Хельга поплелась вслед за ним. На полянке сидел Ларс вытянув ноги в пыльных сапогах, леди Деес с серым усталым лицом резала хлеб на постеленной на траве тряпице. Грегор взял свой плащ и поднялся в седло, на лице его застыло угрюмая решимость. Хельга испуганно заметалась не зная что ей предпринять, чтобы помешать Деесу.

– Ты куда? – спросила Мари, не глядя на брата.

– Я вернусь в город. Я убью эту тварь! – прошипел Грегор.

– Может быть, – спокойно произнесла Мари, – но скорее всего ты умрёшь так и не добравшись до него. Твоя голова украсит городские ворота, а Грен будет пить, жрать и трахаться со шлюхами!

Лицо Грегора исказилось от боли.

– Предлагаешь мне простить его? – заорал он.

– Нет. Я предлагаю тебе хранить в себе свою ненависть, до тех пор пока вы не встретитесь снова. А этот момент обязательно настанет! Я уверена! И тогда ты сможешь отомстить!

Грегор смотрел на сестру и казалось, что он не понимает о чём она говорит. Затем он неожиданно разрыдался, Ларс помог ему слезть с коня и сунул в руку початую бутылку вина.

– Пей парень! – произнёс он, и в его голосе Хельге послышалось сочувствие.

– Если ты умрёшь раньше, я сам прикончу этого ублюдка Грена! – сказал Ларс и сел на своё место прислонившись спиной к дереву.

– Возьми! – леди Деес протянула брату краюху хлеба и Грегор глотая слёзы стал есть, запивая её вином. Хельга подумала, что сейчас он выглядит как большой быстро выросший ребёнок. Она совсем одурела от усталости, жуя хлеб, она улеглась завернувшись в свой плащ и почти сразу уснула.

Неприступная крепость.

Рагна спустился в туннель и пригибаясь, чтобы не задеть головой о потолок пошёл вперёд, в руке он держал лампу, но она освещала только чуть-чуть вперёд и не могла развеять кромешную тьму пещеры. Хатч подумал, что если бы старый минёр не знал о существовании этого прохода, порох привезённый людьми Артура Найта никак не помог бы им. В его голове совершенно отчётливо отпечаталась крепость Гарб, похожая на гигантский каменный спрут оплетший своими щупальцами мост через ущелье Скеер. И сам мост, и крепость были построены в те далекие времена когда здесь жили древние люди. Это величественное сооружение появилось над этой пропастью тогда когда не было ещё ни Карса, ни Либека, ни даже горных кланов. С тех пор Гарб был только немного достроен, но по сути это была всё та же древняя крепость. Неприступная крепость. Рагна знал, что никому ещё не удавалось пройти через мост без разрешения его гарнизона. Даже великому Королю Трору. Хатч задумался почему Трора называют великим и что такого замечательного он сделал. В голову ему ничего особенного не приходило. Он пару раз видел Трора, когда служил в отряде лорда Рикарда. Крепкий, чернявый мужчина, не слишком высокого роста, любитель женщин, грубых шуток и выпивки. Он нравился Рагне, но считать его великим?! Глупость какая-то!

– Был бы он великим – он взял бы Гарб и сидел бы сейчас в столице на золотом троне! – сказал сам себе Хатч.

В конце коридора забрезжил тусклый свет.

– Кто идёт?

– Это я!

– Лорд Рикард!

Хатч приблизился, мокрые от пота, чёрные от грязи мужчины, рубили кирками скальную породу. На полу каменного коридора стояла керосиновая лампа, на выступе сидел старик с длинной седой бородой и не торопясь ел хлеб, запивая его вином из своей самодельной фляги.

– Далеко ещё Макграф? – спросил его Рагна.

Старик поднял на Хатча усталые глаза и произнёс:

– Я уже говорил, что когда окажемся под воротами, я пошлю за Вами!

По всему было видно, что он не очень-то доволен появлением командующего. «Да какой я командующий!» – подумал Рагна. Он знал что в это самое время Лукас Синт торгуется с гарнизоном Гарба, пытаясь за деньги купить неприступную крепость. С самого начала было понятно, что ничего не выйдет, но сир Лукас успешно тянул время до тех пор пока не удастся пробить туннель до Главных ворот крепости. Защитники Гарба в свою очередь также ожидали подкрепления и охотно вступили в переговоры. В результате каждая сторона была уверена, что обманывает другую. Рагна скинул дублет и снял рубашку.

– Дай-ка! – он взял кирку у одного из сыновей Макграфа и принялся рубить камень. Старик мрачно посмотрел на него и ничего не сказал.

– Лорд Рикард! – мальчишка тронул Рагну за плечо, Хатч тут же открыл глаза и сел на своей походной кровати, состоявшей собственно говоря, из шкуры медведя брошенной на голый камень.

– Сир Лукас велел послать за Вами! – сказал мальчик.

– Спасибо, Кир! Я сейчас приду!

Рагна второпях облачился в броню, нацепил пояс с мечом и взяв шлем вышел на воздух. Едва он вышел из палатки, как сразу понял, что момент которого он ждал так долго, наконец, настал. Он выругался про себя на Макграфа за то, что тот не позвал его раньше. По всему лагерю почти в полной темноте сновали латники, горели всего два костра и Рагна подумал, что со стен Гарба их лагерь выглядит спящим. Он опять восхитился железной дисциплине, которую установил в его отряде Лукас Синт.

– Мой лорд! – подошёл сир Лукас в полном облачении, даже шлем его был уже пристёгнут ремнями. Из-под поднятого забрала весело сверкал единственный глаз старого воина. Рядом с палаткой Хатча начинался вход в туннель и сейчас туда один за другим спускались люди с бочками за спиной.

– Макграф сказал, что они достигли ворот! – сказал Синт, то что Рагна и сам уже понял.

– Если нам повезёт и стена рухнет, мы должны будем не мешкая ворваться в крепость! Первый удар решит всё! Эх, было бы у нас больше всадников! – заключил сир Лукас, раздражённо.

– Ничего страшного! – успокоил его Хатч, – прикажи людям выдвигаться к воротам крепости! Мы расчистим им путь, а остальное уже их дело!

– Уже сделано, мой лорд! – улыбнулся старый рыцарь, – а теперь по коням!

Хатч поднялся в седло, его охватила приятная дрожь, которая всегда появлялась у него перед атакой. Он сунул руку за отворот перчатки, достал маленькую коробочку и отправил в рот маленькую серую пилюлю. Он не стал смотреть сколько их ещё там осталось. Кажется, сир Лукас, заметил это его действие, но ничего ему не сказал. Синт опустил забрало шлема, Хатч не стал этого делать. С того места на возвышенности где они стояли отлично было видно ворота крепости и её уходящие казалось в самые чёрные небеса зубчатые стены. Рагна невольно засомневался, что у них получится овладеть этой твердыней. «Если сможем это будет подвиг, о котором будут складывать легенды!» – подумал он. Наступила странная гнетущая тишина, из туннеля один за другим появлялись носильщики уже без своей ноши. Рагна слышал как негромко всхрапывают кони их маленького отряда, слышал металлическое позвякивание, время от времени кто-то нервно кашлял. Из-за туч вышла полная круглая Луна и осветила крепость и всё вокруг своим холодным серебряным светом, ветер стих и Рагна ещё успел подумать, что теперь их могут заметить защитники крепости. В ту же секунду раздался глухой гул, идущий из самой глубины скалы, казалось содрогнулись горы, Луна и само небо. Лошади встали на дыбы с испуганным ржанием. Вслед за этим, Камень под копытами коней заходил из стороны в сторону, точно трясина в топком болоте и взрыв сотряс всю крепость Гарб. Секунду ничего не происходило и Рагна решил уже что древняя твердыня устояла, но тут вдруг стена над воротами осела вниз, сокрушив сами деревянные окованные толстыми листами железа створки. Камни полети во все стороны, осыпав отряд Рагны смертоносным дождём. Послышались крики раненых сменившиеся стонами, пыль медленно оседала на месте ворот и части стены образовался внушительный пролом. Не слушая никого и не оглядываясь, Рагна рванул меч из ножен и заорал диким звериным голосом:

– За мной, сучьи дети!

Он ударил пятками своего коня и понёсся вперёд и грохот десятков копыт полетел вместе с ним грохочущей стальной лавиной.

Рагна спрыгнул с седла вытер лезвие своего меча тряпкой и отправил его в ножны. Старый Макграф лежал на телеге в окружении своих сыновей. Младший, ещё подросток, не стесняясь плакал, двое других постарше сидели рядом с мрачными серыми лицами.

– Как он? – спросил Рагна у лекаря.

– Ноги перебиты, позвоночник повреждён…, – лекарь осёкся пряча глаза.

Хатч подошёл к старику и склонился над ним.

– Лорд Рикард! – проговорил Макграф, приподнимая голову и болезненно кривясь, – крепость взята?

– Да! Мы овладели уже цитаделью! Гарб захвачен! – отвечал ему Рагна.

– Отлично! Вы видели, какой был взрыв?! Это было великолепно! Порох оказался отличным! Это лучшее из того что я сделал в своей жизни! Ну не считая этих оболдуев! – Макграф кивнул в сторону своих сыновей, его смех сменился удушливым кашлем. На его губах выступила кровь.

– Макграф, все мы обязаны тебе! Проси всё что хочешь! И я… – начал Рагна.

– Лорд Рикард, можете ли Вы спасти меня от смерти? – криво улыбнулся старик.

– Я это не к тому…, впрочем, пустое! Возьмите этих ребят в свой отряд! Впереди у вас ещё много крепостей, а лучших минёров Вам всё равно не найти! Я научил их всему что знал сам! Теперь пришло их время! – Макграф закашлялся, на губах его выступила кровавая пена.

– Папа был слишком близко! Я говорил ему! – всхлипывая, сказал младший.

– Я должен был это увидеть! Но сила взрыва была просто потрясающей! Передайте тому кто сделал этот порох, что лучшего я не видел!

Доктор дал Макграфу выпить какого-то питья.

– Вот так лучше! Теперь не больно! – прошептал старик и закрыл глаза. Рагна стоял около телеги, за его спиной поднимались кверху языки пламени, это горела угловая башня, слышался звон стали, победные крики и вопли отчаянья. Крепость Гарб пала на рассвете, последние защитники её сдались, обломки догоревшей башни рухнули в пропасть и вместе с тем старый Макграф отошёл в мир иной.

От заката до рассвета.

Они ехали друг за другом так близко, что хвост впереди идущей лошади то и дело шлёпал по морде коня трусившего сзади. Лошади фыркали, конь на котором ехал Ларс то и дело взбрыкивал и мечнику приходилось успокаивать его. Он ругался сквозь зубы и гладил рукой шею своей лошади. Если бы не это Хельга, наверное, уснула бы и свалилась со своей лошадки прямо ей под копыта. Узкая тропинка и мерный размеренный ход лошадей убаюкивал, погружал в полудремотное состояние. Впереди ехал Грегор с серым вытянувшимся лицом и плотно сжатыми губами. За всё время их пути он не проронил ни слова. За ним следовала леди Деес, она встревожено следила за братом, как будто ожидала, что он того и гляди выкинет какую-нибудь штуку. Потом своей неторопливой рысцой трусила лошадка Хельгы, Ларс замыкал их маленькую процессию. Дорога здесь была извилистой и узкой, Хельга подумала, что Ларс выбрал её не случайно. Только ближе к вечеру они выехали на широкий тракт и пустили лошадей галопом.

– Здесь должен быть постоялый двор, – сказал Ларс, – иначе придётся ночевать под открытым небом.

Хельга поёжилась, ещё одна ночёвка на голой земле её не радовала. Она вспомнила как добиралась до столицы, тогда ей часто приходилось ночевать в лесу или в поле. Но тогда она была бедна как церковная мышь, а сейчас в сумке на поясе у неё лежало целое состояние, но ей всё также приходилось спать на твёрдой земле подложив под голову собственную руку. Как они не спешили, но достигли постоялого двора когда на улице уже совсем стемнело. На шум вышла заспанная хозяйка, в старом замызганном халате.

Добрый вечер, – протянула она, с трудом подавляя зевоту.

– Ужинать будете?

Ужин состоял из холодного мяса и прокисшего вина. Каждый раз когда Ларс отпивал из чашки он недовольно крякал. Хельга наелась и осоловела. Леди Деес отправила её спать, поднимаясь по лестнице Хельга слышала негромкий разговор между Мари и Ларсом. Она улеглась на соломенный тюфяк вцепилась в сумку с деньгами обеими руками и почти сразу провалилась в сон. Разбудил её шум доносившийся с улицы, Хельга подумала что уже утро но темнота за окном указала на неверность её догадки. Между тем ушей Хельгы достиг звон стали и громкие крики снаружи. «Нас догнали!» – подумала она с ужасом. Подскочив на постели Хельга бросилась к окну и едва не погибла – арбалетная стрела впилась в оконную раму на уровне её головы. Хельга успела разглядеть в свете факелов вооруженных людей на улице. Укрывшись за стеной Хельга осторожно выглянула на улицу, ей показалось что нападавших человек двадцать или тридцать. «Нам конец!» – пронеслось у неё в голове. Встав на четвереньки Хельга поползла мимо окна к лестнице. Спустившись вниз первое что она увидела была ссора брата и сестры.

– Открой дверь! – шипел Грегор, – я выйду и порублю их всех!

– Заткнись дурак! – рычала Мари, в руках у неё был арбалет. Рядом стоял Ларс и ещё какой-то незнакомый мужик с помятым несвежим лицом. Как потом узнала Хельга это был муж хозяйки постоялого двора. Увидев Хельгу леди Деес сунула самострел ей в руки и велела зарядить, даже не потрудившись узнать умеет ли девочка обращаться с оружием. К счастью для Хельги арбалет она видела не впервые. Уперевшись ногой в петлю она ловко взвела тетиву.

– Надо бы сперва прорядить их ряды! – предложил Ларс задумчиво, глядя на Хельгу с одобрением.

– Может не стоит сопротивляться? – угрюмо пробасил муж хозяйки, – их слишком много!

Мари одарила его таким взглядом, что он сразу заткнулся.

–Что здесь происходит?– тихонько спросила Хельга у Ларса.

– У хозяев постоялого двора произошёл конфликт с жителями небольшого городка в десяти милях отсюда. Короче говоря, они собрали толпу и пришли расправиться с нашими хозяевами! – пояснил мечник.

«Так они не за нами?!» – удивилась Хельга.

– Сколько у нас арбалетов? – спросила Мари.

– Два, – пробасил муж хозяйки.

– У нас тоже два! – сообщила леди Деес.

– Идите наверх и постарайтесь выбить побольше их бойцов! – предложил Ларс, – а мы с Грегором будем прикрывать вход на случай если они всё же решатся высадить дверь!

– У них тоже есть арбалет! – поделилась своими знаниями Хельга.

– Верно, – согласился Ларс, – похоже, только один, но есть несколько луков. Так что будьте осторожны!

Хельга, Мари и хозяйка с мужем поднялись наверх и расположившись у окон принялись стрелять. Хельга впервые выстрелила в человека. Она вдруг осознала это когда нажала на длинную ручку внизу и арбалет выбросил в темноту стрелу с громким щелчком. Человек на улице заорал и Хельга поняла что попала.

– Молодец, девочка! – похвалила её Мари и Хельга уже не о чём не задумываясь заряжала и стреляла снова. С пальцев её капала кровь, мышцы гудели от напряжения, но она продолжала тянуть, ставить очередной болт и стрелять. По ним стреляли в ответ, но арбалетчика Мари застрелила первым же выстрелом, а лучники меткостью не отличались. Деревянные стены вокруг оконных проёмов были все утыканы стрелами, но особого вреда они до поры до времени не причиняли. В конце концов, муж хозяйки всё же получил стрелу в плечо. Он громко, жалобно стонал сидя на полу.

– Ларс, у нас болты заканчиваются! – закричала Мари.

– Принято! – отвечал Ларс, – нужно атаковать, леди Мари! Я слышу, что они собираются поджечь здание!

– Подождите меня! – закричала леди Деес. Она разорвала свою юбку почти до пояса чтобы та не сковывала её движения и взяв из своей комнаты меч собралась идти вниз.

– Продолжайте стрелять, пока мы не окажемся на улице! – приказала она.

– Леди Деес! – испуганно проговорила Хельга, она не представляла себе что хозяйка гостиницы будет драться наравне с мужчинами.

– Не бойся за меня! – сказала ей Мари, – я не женщина! Я воин! Кроме того у меня кольчуга под платьем!

Рассмеявшись она стала спускаться вниз, Хельга успела выстрелить ещё раз прежде чем входная дверь распахнулась и перед гостиницей завязалась схватка. Продолжалась она впрочем, недолго, нападавшие обратились беспорядочное бегство. Высунувшись почти по пояс и рискуя выпасть из окна Хельга наблюдала, как Грегор разметал столпившихся у входа точно медведь свору бродячих собак, Ларс двигался быстро и не делал ни одного лишнего движения, но больше всего поразила Хельгу леди Деес. Такой скорости она никогда в жизни не видела. Тенью промелькнула Мари в свете отбрасываемом факелами, сея перед собой смерть. Хельге показалось, что именно Мари, а не её грозный брат заставили нападавших струсить и позорно бежать. Побросав факелы они разбежались исчезнув во тьме. Свет с шипением умирал.

– Леди Мари не увлекайтесь! – закричал ей Ларс и бывшая управляющая сразу остановилась. Обернувшись она пошла назад и сразу наткнулась на брата.

– Ты не ранена? – спросил он встревожено.

– Этим деревенским увальням не ранить меня! – рассмеялась Мари, она добавила ещё что-то на наречии своего клана, чего Хельга не поняла. Ларс заржал и даже Грегор слегка улыбнулся. Хельга видела тела лежавшие в грязи, но посчитать их не было возможности. Некоторые стонали, видимо были только ранены.

– Добить их? – равнодушно спросил Ларс.

– Нет. Отнесём их внутрь и окажем помощь! – распорядилась Мари, – завтра они могут вернуться и заложники нам не помешают!

– Завтра нас здесь не будет! – сказал ей Ларс.

Мари уставилась на него.

– Ты прав! – проговорила она смущённо, – я совсем забыла, что нам нужно ехать!

– Их убьют, – спокойно сказал Грегор, кивнув в сторону гостиницы.

– Я что-нибудь придумаю! Помогите мне! – Мари перевернула застонавшего мужчину на спину, Хельга сбежала вниз и стал помогать затаскивать раненых внутрь. Их оказалось трое, один вскоре умер, второй был ранен тяжело и казалось не доживёт до утра, третий был ранен легко.

– Нам надо уходить! – мрачно сказала хозяйка, – эту гостиницу всё равно уже не спасти! Завтра они вернутся и подожгут нас!

– Так и будет! – подтвердил её муж, который на секунду даже перестал стонать.

– Хельга, что с твоими руками? – услышала девочка голос Грегора.

– Ничего! Всё в порядке! – она спрятала свои израненные руки за спину.

– Покажи! – потребовал он.

Грегор промыл ей царапины и перевязал, Хельга подумала, что у него на удивление нежные и умелые пальцы. Вернувшись в свою комнату она легла на постель но заснуть не могла. Если честно Хельга совсем не думала об убитых ею людях, она и не видела толком, убила ли она кого-нибудь. Заснуть она не могла из-за прикосновений рук Грегора к своим ладоням. Это было очень глупо, но она чувствовала себя совершенно счастливой.

Утром пришли крестьяне из соседней деревни, они сказали, что будут защищать гостиницу.

– Задолбали эти городские! Думают что им всё можно! – сказал один из них.

Тем же утром отряд леди Деес покинул постоялый двор. Глядя на Грегора теперь, Хельга подумала, что выражение его лица стало чуть менее мрачным.

Мрачный жнец.

Едва крепость на перевале показалась на горизонте, Боргес пришпорил коня. «Время – это того чего мне всегда не хватает!» – думал он. Подъехав ближе, он понял, что стены почти закончены и «Всадница перевала» как называли крепость лорда Найта, практически готова. Проскакав по мосту, такому узкому, что две телеги не могли здесь разъехаться, Боргес оказался на маленькой площадке перед приземистым широким донжоном, которая сама по себе была практически крепостью внутри крепости. Боргес спрыгнул с коня бросив поводья своему оруженосцу. Навстречу ему вышла юная хозяйка леди Найт. Целуя ей руку, Боргес подумал, что она совсем ещё ребёнок.

– Они здесь? – спросил он нетерпеливо.

– Ждут в главном зале! – с улыбкой отвечала леди Элайна, – я провожу Вас!

Вслед за леди Найт, Боргес вошёл в большой светлый зал, расположенный в каменной пристройке к главной башне. Там он увидел четырёх людей, двух девушек и двух парней. Он сразу обратил внимание, что девушки очень разные, первая совсем девочка, неуверенно сидела на краешке скамьи, вторая высокая, красивая, выглядела уверенной и сильной. У него не осталось сомнений в том, кто из них Мади.

– Рад приветствовать Вас лично леди Деес! – сказал он, целуя ей руку.

– Мне стыдно за свой провал! – краснея отвечала ему Мари, кланяясь.

– Провал?! – возмутился Боргес, – это говорит та благодаря которой был разоблачён предатель и спасен монастырь Святых Дев?! На месте нашей Королевы я целовал бы Вам руки!

– Вы слишком добры ко мне, сир Боргес! – смущаясь ещё больше проговорила леди Деес.

Боргес понял, что его первое впечатление было обманчивым. «Ей не больше двадцати!» – подумал он.

– Сколько Вам лет, леди Деес? – спросил он.

– Девятнадцать, – отвечала она с удивлением.

– Вы должны гордиться собой! Многим за всю жизнь не удаётся совершить того, что Вы сделали к своим девятнадцати!

– Вы Хельга Райли? – спросил он у молоденькой девушки.

– Это я, – отвечала девочка.

– Благодаря Вашему пороху, крепость Гарб пала! Путь на столицу открыт! – сказал он с улыбкой.

Невысокий крепкий, похожий на цыгана мужчина хлопнул ладонью по столу.

– Что я говорил тебе, Грегор! – проговорил он с восторгом.

Боргес уставился на них.

– Это Ларс Ридел, – представила «цыгана» леди Деес, – а это мой младший брат Грегор.

«Ну и здоровый!» – подумал Боргес с уважением.

Грегор встал со скамьи.

– Сир Боргес, – проговорил он, – я бы хотел попросить Вас отпустить меня в армию. Мне всё равно где, но я хочу сражаться!

– Сколько тебе лет, мальчик? – спросил его Боргес.

– Мне шестнадцать! Какое это имеет значение?

– Помолчи Грегор! – резко оборвала его Мари и младший брат помрачнев сел обратно на скамью.

– Мне нужно будет поговорить с Вами с глазу на глаз, леди Деес! – Боргес взял Мари за руку и отвёл её к окну. Они говорили негромко и, Хельга не могла разобрать ни слова, Боргес её пугал, она много слышала об этом человеке и в основном это были ужасные истории. Конечно, вблизи он оказался обычным человеком. Но всё же в его внешности и манере держаться было что-то от нежити. Боргес и Мари вернулись к ним.

– Ларс, – сказал леди Деес, – поедешь ли ты со мной в Галле? По легенде мы будем изображать мужа и жену.

– С Вами куда угодно! – просто отвечал Ларс.

– Отлично! Грегор, ты поступаешь в распоряжение сира Боргеса!

– Я хочу сражаться! – упрямо повторил здоровяк.

– Сир Деес, – с улыбкой проговорил Боргес, – сейчас мне очень нужна помощь! Но думаю, через месяц я смогу отпустить Вас если Вам придётся не по вкусу служба под моим началом!

– Ты меня отпустишь? – спросил Грегор у сестры.

– Я не нянька тебе! Делай что хочешь! – резко отвечала Мари.

– Хельга, леди Найт выделит тебе людей и охрану! Наши пути здесь расходятся! – сказала она Хельге.

– Леди Мари! – чуть не плача проговорила Хельга. Девочка не смогла сдерживать слёзы когда леди Деес обняла её.

– Я верю, с тобой всё будет хорошо! – сказала Мари.

Утром следующего дня Хельга прощалась со своими спутниками.

– Берегите себя юная леди! – сказал Ларс, пожимая ей руку. Мари обняла её на прощание.

– Прощайте, миссис Хельга, – сказал ей Грегор.

Девочка смотрела ему в глаза, ей хотелось спросить будет ли он хоть немного скучать по ней, но она не решалась.

– Мы ещё встретимся, сир Деес? – проговорила она чуть слышно.

– Я не знаю, – отвечал ей Грегор.

Телеги тронулись и пока они не скрылись за поворотом дороги, Хельга смотрела на Грегора, как будто стремилась навсегда запечатлеть его образ в своей памяти.

– Я люблю тебя! – прошептала она, но он уже не мог её слышать.

Отрада моряка.

Над городом Галле взошло солнце такое яркое, что казалось можно запросто ослепнуть взглянув на него. Солнечный диск отражался в прозрачной голубой воде и волны набегая разбивались о покрытые зелёными водорослями причалы. Мари вдохнула полной грудью и невольно улыбнулась. Здесь в этом большом портовом городе, с лёгкостью можно было позабыть о том что где-то далеко идёт война, здесь ничто не напоминало о ней. Как обычно в этот день, Мари встала ещё до рассвета чтобы попасть на рынок одной из первых. Рыбаки возвращавшиеся с уловом продавали свою рыбу прямо с лодок раскачивающихся у причалов.

– Доброе утро мисс Анна!

Мари всё ещё не привыкла к своему статусу замужней дамы и к своему новому имени. Вместе с Ларсом они купили трактир недалеко от порта. Поначалу всё здесь напоминало ей Джент, но Мари быстро ощутила разницу. По сравнению с Джентом, Галле был настоящим монстром. Да и то сказать, самый большой порт на всём побережье! Когда Мари зашла в трактир «Отрада моряка», Ларс в полотняной рубахе с закатанными по локоть рукавами уже вовсю драил пол их маленького заведения.

– Привет, – сказала ему Мари и он поздоровался с ней с показным равнодушием, которое делала его даже милым. Мари прошла на кухню и бросив рыбу в таз пошла переодеваться. Ей пришло в голову, что в последнее время между ней и Ларсом возникла какая-то напряжённость. Ещё когда они только добирались до Галле они общались как обычно и Мари ощущала себя с ним также легко и свободно, как с Грегором. Но с того момента как она покрасила волосы в чёрный цвет Ларс стал смотреть на неё по-другому. Мари подумала, что видимо именно жгучие брюнетки во вкусе этого безземельного рыцаря! Следовательно, пока она была рыжей, то он и не воспринимал её как женщину. Эта мысль слегка её развеселила. Переодевшись в простое платье она вернулась на кухню и принялась разделывать рыбу краем глаза следя за Ларсом, протиравшим барную стойку. Несколько раз муж бросал на неё взгляды и, кажется даже краснел. Ларс тоже изменил внешность. Он остриг волосы и существенно укоротил бороду. Мари тогда подумала что он, пожалуй, моложе чем ей казалось. Так искоса наблюдать за ним вошло у неё в привычку, пока не начинали приходить посетители. Вначале завсегдатаи пьянчужки, а потом и матросы с прибывающих в порт кораблей. И тогда у Мари и Ларса начиналась тяжёлая напряжённая работа. В «Отраде моряка» они работали вдвоём, только вечером приходил повар, старик на деревянной ноге, сам бывший матрос. Мари ловко сновала между столиками с подносами в обеих руках, а Ларс стоял за стойкой разливая ром по железным корабельным кружкам, не забывая обмениваться шутками с посетителями. Кроме того Ларсу не раз и не два приходилось вышвыривать из трактира забуянивших моряков. Его тяжёлые кулаки быстро стали известны по всем докам, отчего уважение к нему только возросло. Все знали что в «Отраде моряка» не допускают поножовщины, а ром разбавляют не так сильно как в других местах. Приходивший старик готовил только простые блюда без всяких изысков, но привыкшим к лишениям и вечно пьяным морякам, эта еда пришлась по вкусу. Но сегодня Мари решила сама пожарить рыбу, так как эта вечная подгоревшая конская колбаса стояла уже у неё поперёк горла. Занимаясь разделкой рыбы она украдкой наблюдала за Ларсом. Тот закончил со столами и взялся за протирку стаканов. Мари подумала что для рыцаря он через, чур, работящий. В столице он непосредственно подчинялся ей, и она как то подзабыла, что он из благородных. Мари ловко справлялась с рыбой, руки её быстро стали грязными и как назло в этот момент из под её косынки выбилась длинная чёрная прядь волос. Несколько раз Мари сдувала ее в сторону но это помогало ненадолго. Она уже хотела бросить рыбу и идти мыть руки как вдруг услышала над ухом голос Ларса.

– Позволь мне помочь тебе?

Прежде чем Мари успела ответить, Ларс аккуратно, даже нежно заложил прядь ей за ушко и сразу вернулся за стойку.

– Спасибо, – прошептала Мари с ужасом ощущая, как краска залила её щёки. С какого момента она стала ощущать себя женщиной рядом с ним? Ей пришло в голову, что её догадка правильна и Ларс также украдкой наблюдает за ней. Она непроизвольно улыбнулась, ей стало от чего-то приятно на душе. «Похожи ли мы на мужа и жену?» – подумала Мари.

С середины дня в трактире начался привычный бедлам и Ларс на некоторое время позабыл обо всём на свете. Только успевай подливать и прислушиваться к тому о чём говорят пьяные матросы.

– Говорю тебе, триста больших кораблей! Триста! Гуго-младший везёт целую армию! Всё сплошь одни рыцари! Он сокрушит этот жалкий сброд горцев одним ударом!

– Да, ладно! Говорят, Лалатина взяла Гарб! А это до сих пор никому ещё не удавалось!

– И что? Гуго запросто вернёт старую крепость!

Всё это Ларс слышал уже не впервые и всё это было не более чем слухи. Прибытие двоюродного брата маленького Короля ожидали со дня на день, но его корабли всё не появлялись. Ларс опять посмотрел на Мари, ему нравилось наблюдать за ней. Чёрт, неужели стоило ей перекрасится в брюнетку и он уже стал заглядываться на неё?! В столице она была не более чем руководителем их группы. Может быть, присутствие Грегора, может быть то, что вокруг было полно других девиц, не давало ему присмотреться к ней? К тому же тогда она была огненно рыжей!

Их трактир представлял собой одноэтажное деревянное строение с двумя пристройками, в одной из которых жили Ларс и Мари, он чем-то напоминал перевёрнутый вверх ногами большой корабль. По мнению Ларса, бывшие хозяева запросили за него непомерно высокую цену, но Мари заплатила им требуемую сумму не торгуясь. Ларсу тогда пришло в голову, что эта крестьянская девка ведёт себя точно аристократка! Сам он привык считать себя элитой, что ведут род свой от Королей древних людей! И пусть сейчас у него не было даже собственного дома, это не отменяло того факта, что род его был знатнее чем у Лалатины Рейгарден или Лукаса Синта. А тут эта крестьянка вскружила ему голову! Но с другой стороны трудно было не залюбоваться тем как она ловко и весело обслуживает клиентов, ухитряясь держать между ними дистанцию не позволяющую пьяной матросне распускать руки. Ларс подумал, что если кто-либо из них посмеет прикоснуться к его жене… он поймал себя на том, что опять назвал Мари своей женой. Чертовщина какая-то! Что эта девка о себе возомнила?!

Как обычно избавиться от последнего клиента удалось глубоко за полночь. Заперев трактир Мари наскоро вытерла один из столов, принесла перо и чернила и стала писать, время от времени задумываясь как будто что-то вспоминая. Потом она попросила Ларса рассказать ей всё, что он услышал сегодня. Он рассказал, но на его взгляд это был ничего не значащий мусор. Однако Мари аккуратно записывала за ним изредка сверяясь с написанным для памяти шифром на своей руке.

–Зачем ты это делаешь? – не удержавшись, спросил Ларс.

Мари подняла на него глаза.

– Всё это может казаться бессмысленным, – сказала она серьёзно, – но я верю, что сир Боргес не послал бы нас сюда если бы в этом не было никакого смысла!

Ларс отвернулся, смущённый не её словами, а красотой её глаз. Он подумал, что Алиса красотой которой все восхищались, не произвела на него большого впечатления. Слушая как ей поют дифирамбы Ларс уже тогда думал, что если бы ему предоставили право выбирать между Алисой и леди Деес, он однозначно предпочёл бы Мари. «Это странно, получается она уже тогда мне нравилась?» – подумал Ларс. Он сходил за ведром и тряпкой и принялся драить пол. Мари закончила писать, стёрла буквы на внутренней стороне руки, но не пошла на кухню мыть посуду, а залезла на барную стойку и стала наблюдать за Ларсом.

– У тебя нет работы? – осведомился он раздраженно.

– Я устала, – призналась Мари, но голос её показался Ларсу несколько игривым.

– Сир Ларс, – нараспев спросила она, – знаете ли Вы какой сегодня день?

Он поднял голову и посмотрел на неё с недоумением.

– Так я и думала! – Мари улыбнулась, – сегодня ровно месяц как мы женаты!

Она сделала пальцами кавычки.

– Наш брак нельзя считать состоявшимся, – не глядя на неё проговорил Ларс.

Мари рассмеялась.

– Я знаю! – сказала она, – но всё же мне кажется это повод отметить!

– Делай, как знаешь, – сказал ей Ларс, не поднимая головы.

– Хорошо!

Мари спрыгнула со стола и пошла на кухню. Пока Ларс заканчивал с полом как всегда заблёванным и грязным, она накрыла маленький столик в углу.

– Прошу Вас сир рыцарь! – сказала Мари, приседая в глубоком реверансе. Ларс увидел, что она переоделась в своё лучшее платье зелёного бархата и ему стало стыдно за свой затрапезный вид. Он поспешно снял фартук и неловко уселся за стол. Мари погасила и без того уже догоравшие факелы и зажгла несколько свечей поставив их на стол. Глаза её блестели, Ларс подумал, что она уже немного выпила и ещё он заметил, что его жена уложила волосы, свои красивые густые чёрные волосы, такие нежные и приятные на ощупь, он понял это когда сегодня прикоснулся к ним. До Ларса вдруг дошло какую смущающую вещь он проделал и ему стало ужасно стыдно. Он возблагодарил Бога за то, что в трактире полутемно. Мари разлила вино по бокалам. Ларс отпил немного, вино оказалось на удивление хорошим.

– Отличное вино! – вырвалось у него.

– Я обегала полгорода в поисках этой бутылки! Оказывается, найти в Галле хорошее вино это та ещё задачка! – улыбнулась Мари.

Рыба с овощами также получилась у неё отлично. Ларс подумал, что давно не ел чего-то настолько изысканного. Некоторое время они ели в тишине. Теперь уже Ларс наливал вино ей и себе. Мари захмелела, она почти не ела, подперев рукой щёку она наблюдала за тем как ел Ларс.

– Зачем ты это делаешь? – спросил он.

– Пишу отчёты?

– Нет. Устраиваешь этот дурацкий ужин, как будто мы действительно женаты! – проговорил Ларс раздражённо.

Мари рассмеялась.

– Разве мы не друзья? – спросила она, сверкнув на него большими чёрными глазами, – всегда ведь лучше ладить! Правда? Налей мне ещё!

– Может быть, Вы правы, – пробормотал Ларс, наполняя её бокал.

Мари выпила его залпом и встала.

– Я пьяна, – сказала она, Ларсу показалось что она расстроена, – я иду спать!

– Вы в порядке леди Деес? – спросил Ларс.

– В полном! А даже если бы и не так, то кому какое дело! Ведь я всего лишь крестьянская девка!

Мари вышла. Ларс доел рыбу, пить ему больше не хотелось. Он отнёс столовые приборы на кухню. Перемыл большую часть посуды, на душе его было неспокойно и муторно. Он решил идти спать. Проходя мимо комнаты Мари он услышал сдавленные рыдания. Это так его поразило, что он несколько минут стоял у закрытой двери. Войдя в свою комнату он сел на постель и прислушался. Мари Деес горько плакала в соседней комнате. Ларс вдруг понял насколько ей одиноко и страшно, он подумал что она, наверное, безумно скучает по своему брату, с которым ранее почти не разлучалась. Понимая что она пьяна и расстроена, он всё же не смог сдержаться. «В конце концов, она моя жена!» – сказал он себе. Выйдя в коридор он постучал.

– Что тебе нужно? – грубо ответила Мари. Голос у неё был словно у обиженного ребёнка. Ларс толкнул дверь и вошёл, она сидела на кровати в своём зелёном атласном платье. При его появлении она вскочила, Ларс схватил её за плечи и поцеловал. Он знал что она сильная, но сейчас не ощутил никакого сопротивления с её стороны. Напротив Мари сама потянулась своими губами к его губам. «Ей просто очень одиноко!» – пронеслось в голове у Ларса, но остановиться он уже не мог. Он опрокинул Мари на кровать и стал расстёгивать на ней платье. Она смотрела на него своими большими чёрными глазами и время от времени облизывала губы, но ничего не говорила. Её бёдра и плечи оказались мускулистыми словно у парня, а грудь большой, горячей и необыкновенно нежной, она застонала, когда Ларс раздвинув её бёдра вошёл в неё.

– Не спеши, – прошептала Мари, глядя ему в глаза. Ларс понял, что это у неё впервые, что сейчас она отдала ему свою невинность и ему стало безумно стыдно. Он вспомнил, как считал всех крестьянок распутницами, ложащимися под первого встречного и даже подозревал, что сама Мари спит со своим братом. Алкоголь совершенно выветрился из головы Ларса, сейчас он полностью осознавал, что Мари необыкновенно хороша, даже в этой своей смущающей неопытности. Ему никогда ещё не было так приятно с женщиной, может быть потому, что раньше он никогда не испытывал столь сильных чувств?

– Я люблю тебя Мари! – прошептал Ларс. Она потянулась своими губами к его губам, тяжело и глубоко дыша. Внутри неё запульсировало, что-то сжало его член так сильно, что Ларс сразу кончил, едва успев вытащить свой член из неё. Он слез с неё и сидел рядом глядя ей в глаза, между бёдер Мари рос рыжий золотистый пушок, застеснявшись она прикрылась одеялом, щёки её горели.

– Теперь наш брак состоялся? – спросила она смущённо.

– Да, – твёрдо ответил ей Ларс.

– Скажи, ты тоскуешь по брату? – спросил он.

– Да, – призналась Мари, – очень! Но я должна была отпустить его! Моя забота уже давно тяготила его! Надеюсь, сир Боргес не будет требовать от него слишком много!

– Мари, – сказал ей Ларс, – я ничего не могу обещать тебе! У меня нет ничего кроме моего меча! Да и вероятнее всего мы с тобой закончим повешенными как преступники на городской площади! Но всё же я прошу тебя стать моей женой!

Мари смущённо улыбнулась.

– Я согласна! – сказала она.

Ларс хотел пойти к себе, но Мари удержала его.

– Останься со мной, пожалуйста! – взмолилась она, и с этого момента они спали в одной кровати.

За Ларсом пришли тогда когда они меньше всего ожидали этого. В середине дня в трактир ввалились стражники и подошли к Ларсу который как раз мыл пол. Мари выглянула из кухни и невольно задрожала от страха.

– Ты Ларс Рикен?

– Это я!

– Пройдём с нами! Начальник городской стражи желает тебя видеть!

Ларс спокойно вытер руки и снял фартук.

– Можно мне переодеться? – спросил он.

– И так сойдёт! – заржал один из стражников.

Ларса схватили под локти и потащили за собой. Мари выбежала вслед за ним ломая руки и не зная что ей предпринять. Обернувшись Ларс подмигнул ей, стражники рванули его за собой, один из них пнул его кулаком под рёбра, но Рикен даже не дёрнулся и не застонал. Мари осталась одна посреди улицы, бледная и растерянная. Она вернулась в трактир и закрыла его. Руки у неё опустились, войдя в комнату в которой они теперь спали вместе она упала на кровать и долго лежала не двигаясь, совершенно без сил. По договорённости с Ларсом, она сейчас должна была собрать деньги и бежать, но Мари ничего не делала. Она представила себе какие пытки ожидают её мужа, какие пытки ожидают её, когда придут и за ней. Вероятно, Ларс расскажет о ней, она знала, что эти люди умеют развязывать языки. Он постарается продержаться хотя бы пару дней, чтобы дать ей возможность скрыться. Значит, она больше никогда его не увидит! Где они прокололись? Она не могла ответить себе на этот вопрос. Почему арестовали именно Ларса? Ведь если кто-то опознал их как владельцев «Весёлой вдовы» арестовать должны были именно её. Ларс вообще нечасто появлялся в общем зале и далеко не каждый видел его в их гостинице. В дверь трактира барабанили посетители, но Мари не двигалась и не отвечала. Пришёл старичок повар, долго звал её, потоптался у дверей и тоже ушёл. Несколько раз Мари вставала попить и пописать. Она ничего не ела, она лежала на постели, пока не стемнело. Ненадолго она забылась сном похожим на забытьё. Проснувшись, она увидела, что уже наступило утро. Странно, за ней уже могли бы и придти! Мари вдруг ощутила сильнейший голод, она взяла меч, встала, пошла на кухню, нашла кусок колбасы и зачерствевший хлеб. Нашлась и початая бутылка вина. Она ела сидя за кухонным столом и не ощущала вкуса пищи. В дверь постучали настойчиво и требовательно и Мари поняла, что за ней пришли, она допила вино, взяла меч и пошла к дверям.

– Кто там? – закричала она грубо, – мы закрыты!

Ей не ответили. Мари извлекла клинок из ножен и сжав его рукоять правой рукой левой сбросила металлический крюк запора и распахнула дверь.

– Так-то ты встречаешь своего мужа? – услышала она насмешливый голос Ларса.

Меч со звоном выпал из рук Мари, она бросилась к Ларсу и повисла на нём.

– Ларс! Ларс! – повторяла она, захлёбываясь слезами. Он вошёл в трактир и запер за собой дверь. Мари увидела, что он сильно избит, правый глаз его совсем заплыл, два пальца на левой руке были перемотаны какой-то грязной тряпкой, когда она задела их, муж болезненно скривился.

– Я нагрею воду и займусь тобой! – проговорила она решительно, вытерев слёзы. Пока она грела воду в купальне, Ларс сидел за одним из столиков в их маленьком зале и оглядывался вокруг.

– Думал, что уже никогда всё это не увижу! – признался он.

– Гораздо важнее другое! Почему ты всё ещё здесь?! Мы же договаривались! Думаешь, мне было бы легче, если бы тебя схватили?!

– Меня бы не схватили! – закричала ему Мари из купальни.

– Дура!

– Что?

– Я люблю тебя!

Ларс услышал, как она счастливо рассмеялась. Мари разделась до нижней рубашки, уже мокрой, сквозь которую просвечивалось её крепкое тело и потащила его в купальню, там она приложила лёд к его распухшему глазу и занялась сломанными пальцами.

– Знаешь, что они от меня хотели? – усмехнулся Ларс.

– Нет.

– Контрабанда пива! Контрабанда пива, бл@ть! – Ларс выругался.

– Они решили, что я скупаю контрабандный алкоголь, потому что у нас выпивка лучше чем у других! Кто-то из наших конкурентов написал на меня донос! – со смехом объяснил Ларс.

– Едва я понял это, как у меня прямо от сердца отлегло! Ну, думаю, как-нибудь выкручусь! Они били меня почти сутки, два пальца сломали. Потом пришёл начальник стражи и приказал отпустить меня! Вот и вся история!

Мари закончила накладывать шину на его пальцы. Слёзы текли у неё из глаз и она их смахивала ладонью время от времени, ставшую совсем мокрой рубашку она сбросила и осталась совершенно обнажённой. Когда член Ларса отреагировал на это, Мари встала на колени и взяла его в рот.

– Мари! Боже мой, как приятно! – шептал Ларс.

Потом они сидели вдвоём в купальне, и Мари болтала безумолку.

– Когда наши родители умерли, мы с братом стали изгоями. Нашу мать считали ведьмой! Ты же видел, что я рыжая? Это я в мать пошла! – Мари весело тряхнула головой, – но для тебя я буду краситься в брюнетку! Тебе ведь брюнетки нравятся?

– Когда мы вернёмся, я хочу чтобы ты снова стала рыжей! – серьёзно сказал ей Ларс.

Она опять рассмеялась совсем как девчонка.

– Ты глупый! – она вертелась в воде, ни секунды не могла усидеть на месте. Ларс гладил её попу, несмотря на все её мышцы, крепкие словно у парня, попка и грудь у неё были мягкими и упругими, совсем женскими.

– Ну вот, – продолжала Мари, – я так устала от этого! Мне было десять, Грегору семь, мы постоянно голодали! Соседские мальчишки избили меня, а когда Грегор попытался мне помочь, избили и его! Я решила, что мы больше не можем так жить! Я украла нож у мясника. Знаешь, такой большой! И наточила его. Я решила убить вначале брата, а потом покончить с собой. В это время в деревню приехал новый Глава нашего клана, его звали Артур Найт. Ему тогда было лет двадцать, наверное. Он забрал меня и брата к себе. С тех пор мы живём у него в доме. Грегора начали обучать владеть мечом. Он был тогда маленьким и слабым и ему доставалось. Чтобы помочь ему, я стала тайком тренироваться с ним. Так я тоже кое-чему научилась!

Ларс обнял её и крепко прижал к себе, как ни странно её мускулистое тело было сейчас таким нежным и приятным, что у него мурашки бежали по спине и он забывал о боли от синяков и ссадин, даже от боли в сломанных пальцах.

– Скажи, я красивая? – прошептала Мари, ласкаясь к нему.

– Ты самая красивая на свете! – отвечал ей Ларс.

– Они идут! Корабли идут!

Вслед за Ларсом Мари побежала на пристань, здесь теснилось уже огромное количество народа. То, что она увидела, поразило её – весь горизонт раскрасился разными цветами от огромного количества ярких парусов. Столько кораблей Мари никогда в жизни не видела, казалось, что даже воды невозможно разглядеть между бортами многочисленных судов. Мари взглянула на Ларса, тот смотрел на море и на лице его застыло напряжённое суровое выражение. Люди рвались поближе, чтобы лучше разглядеть корабли Гуго-младшего, Мари и Ларса толкали, они едва могли устоять на ногах. Мари невольно ухватилась за руку мужа и Ларс, найдя её пальцы, крепко сжал их.

–Эти люди уже забыли, как маленький Король обложил их налогами! Как каждое воскресенье устраивались казни! И теперь они вопят от восторга видя корабли его двоюродного братца! Который по слухам ещё хуже нашего предыдущего Короля! – тихо проговорил Ларс. Мари крепче сжала его руку.

– Пойдём, жена! Нам нужно открывать трактир! – громко проговорил Ларс и раздвигая широкими плечами толпу повёл Мари вслед за собой наперекор текущему к пристани потоку людей.

Когда корабли разгружались, Мари всё же отпросилась у Ларса пойти посмотреть на армию Гуго-младшего.

– Мне нужно будет писать об этом сиру Боргесу! – сказала она.

По сходням на берег сходили испуганные кони, крупные боевые лошади рыцарей, их было несметное количество. Мари начала их считать, но быстро сбилась со счёта. Вслед за ними в город высадились и сами всадники, в вычурных цветастых одеждах, они показались Мари похожими на ярких заморских птиц. Глядя на них сразу становилось понятно, вот идут хозяева этой земли! Несокрушимая сила, верящая в свою неуязвимость! Удалось ей увидеть и самого Гуго, называемого младшим, потому что был у него старший брат, тоже Гуго, но говорят, сошёл с ума. Гуго-младший, не произвёл на Мари особого впечатления. Худой и нескладный, с каким-то болезненным лицом, на котором, казалось, отражались все пороки присущие человеку. Впрочем возможно Мари так показалось, потому что Гуго был её врагом, был человеком которого она ненавидела ещё до того даже как увидела. Теперь же видя перед собой это тщедушное испорченное существо, она только укрепилась в своей ненависти. Увидела она и Великого Канцлера приехавшего встретить нового Государя, маленького толстого человечка. Моряки трепались, что услышав о падении Гарба, Канцлер с перепугу убежал подальше от столицы, мотивируя это тем, что в его обязанность входит встречать нового Короля. Всех их про себя Мари назвала жалкими. И всё же то что она увидела потрясло её в самом неприятном смысле. Сила их была огромна, Мари пришло в голову, что, несмотря на все их успехи, настоящая война начинается только сейчас.

Конец третьей части.