Czytaj książkę: «Землянка. По ту сторону неба»

Пролог

— Ты с ума сошла, Ална! — отчего-то буква «ё» не употреблялась на Зеноре, и во вполне себе земном алфавите её не было, поэтому профессор Дмитрий Горич, ставший здесь моим «родственником», оформив мне документы как своей сестре, называл меня не Алёна, а Ална.

А сейчас он с ужасом смотрел на бумагу с гербовой печатью, на которой было написано, что меня приняли в студентки Высшей школы космической авиации, в простонародье — Вышка.

— Ты знаешь, кто там учится?! — если бы у профессора были свободны обе руки, то он наверняка бы вцепился ими в свои белокурые кудри.

— Кто? — поинтересовалась я, не понимая, что за бурная реакция от всегда спокойного и даже флегматичного Дмитрия.

— Тенорцы! — голос моего «брата» даже сорвался на тенор. — Имперская раса!

Я ничего не понимала, но Дмитрий, всмотревшись в написанное на бумаге, вдруг уронил её и прикрыл глаза:

— Это я виноват, я не успел тебе всё рассказать.

После чего снова открыл глаза и стал метаться по комнате:

— Ты не поедешь!

Я улыбнулась:

— Дима, я уже подтвердила, я не могу не поехать.

Он буквально упал в кресло, закрыл лицо руками и замолчал. Мне до этого было даже немного весело наблюдать за его метаниями, но вот сейчас, глядя на сгорбленную фигуру человека, ставшего мне родным, я испугалась.

— Что в них такого? — спросила тихо.

— Не в них, — почти что простонал он, — в тебе.

***

Я сидела в комфортабельном салоне нейромобиля, даже не пытаясь смотреть в окно. Такие машины ездили только по выделенным линиям воздушных трасс и только на автопилотах.

Это был личный автомобиль профессора Горич. В сумочке у меня были документы на имя Алны Горич, полноценного гражданина планеты Зенора, входящей в Альянс свободных миров.

Я летела в Высшую школу Космической авиации, в простонародье — Вышка.

Вышка находилась на другой стороне планеты, там, где видно «глубокий космос», потому что там нет городов, только леса, горы и озера, похожие на моря.

Лететь мне ещё несколько часов, несмотря на скорость. Я откинулась на кресле, прикрыла глаза и вспомнила, как год назад впервые здесь оказалась.

Приветствие

Дорогие читатели!

Рады приветствовать вас в новой истории "Землянка. По ту сторону неба"

Вас ждут космические приключения, любовь, тайны и интриги

Добавляйте книгу в библиотеку! Если вам нравится, то обязательно поставьте звездочку ⭐️⭐️⭐️

С любовью, ваши Екатерина и Адель

Книга выходит в рамках литмоба Завоевать землянку (18+)

https://litnet.com/shrt/u8l3

1 глава

Алена Птицына (Птица)

Часы показывали без двадцати восемь, а кофе горчил. Какая связь, спросите вы? Самая что ни на есть прямая. Если что-то может пойти не так, то оно обязательно пойдёт. Я опаздывала с выходом вот уже на десять минут, а напиток, сваренный для того, чтобы разбудить всё ещё спящую выпускницу лётной Академии, невозможно было пить. Горечь оседала на языке как предвестник неудачного дня, а чувство тревоги зудело где-то глубоко внутри под кожей.

И всё это происходило во второй самый важный день моей жизни. Первым было само поступление в Военно-воздушную академию. Сейчас я могла спокойно вспоминать бессонные ночи за лекциями по математике и физике, бесконечные формулы и теоремы, от которых рябило в глазах. Но тогда всё это казалось чем-то недостижимым. Но упорства мне было не занимать, и результат превзошёл даже мои нескромные ожидания.

И вот теперь я опаздывала на квалификационный экзамен. Не сдам его — не допустят до остальных. А принимать его будет сам (!) Николай Гаринборг — легенда авиации, человек, чьё имя произносили с придыханием даже бывалые пилоты. От предвкушения и нетерпения всё внутри тряслось.

Вылив горькую жижу в раковину, я придирчиво оглядела себя в зеркало. Тёмно-синяя форма сидела безупречно, каждая складка на месте, золотистые пуговицы начищены до блеска. Убедившись, что выгляжу превосходно, выскочила из дома.

— Птица, я уж думал, ты сдрейфила! — как только я вошла в аудиторию, мне на плечо упала тяжёлая рука сокурсника.

— И позволила тебе опередить меня по итоговым баллам? — усмехнулась, глядя в карие глаза парня. — Не слишком ли лёгкая победа?

— Уж и помечтать нельзя?! — он приобнял меня за талию и притянул ближе.

— Руки, Баранов! Чай не твоя девушка, — я хлопнула по ладони наглеца.

— Недотрога! — недовольство так и сквозило в голосе, но всё же он сделал, как я просила. — Ты многое теряешь, между прочим.

— Переживу. Всё лучше, чем потом сопли на кулак наматывать, как твои бывшие.

Я стала для Баранова этаким недосягаемым алмазом, который он всё никак не мог получить. И всё бы ничего — он был парнем видным, с деньгами и связями, но вот незадача, на свою беду поспорил с парнями, что уложит меня в койку за месяц. Может, и вышло бы, не узнай я об этом. Так что шансов для выигрыша не было. А вот его настойчивость порой поражала.

— Да замолчите вы, — шикнула на нас Светка. — Вам лишь бы шушукаться. Тут, между прочим, экзамен скоро начнётся.

— Что? — закричал на весь кабинет Баранов. — Какой экзамен? Я думал, нам так в зачётки «отл» поставят, за то что вообще пришли сюда.

Светка уже открыла было рот, чтобы выдать лекцию о тематике нашей встречи и напомнить имя преподавателя, но увидев, как я давлюсь со смеху, гневно сверкнула глазами и отвернулась от нашей компании.

Когда в классе появился преподаватель, воцарилась тишина. Размеренным уверенным шагом он прошёл до середины аудитории и смерил нас оценивающим взглядом.

— Ну что, будущие пилоты, готовы? — засунув руки в карманы, он перекатывался с пяток на носки.

— Да, сэр! — отсалютовал ему Баранов.

«Ох, и шут, но харизматичный, мерзавец», — думала я, глядя на блондина.

— Тогда приступим. Выдам вам координаты, надо как обычно: полёт туда — отметка у диспетчера со всеми входными, и обратно. Все понятно? — убедившись, что все кивнули, продолжил: — Алёна первая. Дальше Максим, Светлана и…

Окрылённая, я уже не слушала. Полностью ушла в себя, повторяя пункты протокола полёта до заданной точки. Каждый из группы летал по такому плану много раз, но сегодня не было права не то что на ошибку — даже на малейшую неточность. Я шла к этому несколько лет и не могла срезаться на финишной прямой.

— Птица, — подмигнул мне Баранов, — не оплошай!

«Тук-тук», — сердце отбивало бешеный ритм, словно я первый раз села в кресло и взялась за штурвал. Наверное, волнение будет всегда.

Я провела рукой по горячей от солнца пластмассовой поверхности, поглубже вдохнула воздух с примесью запаха смазки самолета, уже ставшие знакомыми и родными.

Поворот тумблера, вибрация кабины и вид облаков из иллюминатора. Я посмотрела на нужные мне координаты, сверяясь с датчиками на панели, и взмыла вверх.

— Ну, Птица, вперёд! — меня затопило ощущение свободы и полёта.

В небе я чувствовала себя особенно хорошо. Казалось, за плечами и правда вырастают крылья. Здесь я могла дать волю чувствам и желаниям, отдаться во власть стихии и парить в потоках ветра, жадно ловя блики солнца в отражении приборной панели. Штурвал под ладонями казался продолжением моего тела, каждое движение — отточенным и выверенным.

Всё происходило как надо, я бы даже сказала — «слишком как надо». Никаких встречных птиц, стремящихся залететь в турбину, никакого турбулентного воздуха, даже намёка на него. Никаких неопознанных объектов и помех от спутников. Мне бы радоваться такому везению, но внутренний голос всё так же настойчиво шептал, что надо быть настороже. Я повертела головой в поисках возможного источника опасности, но вокруг меня было только небо — голубое и безоблачное, да кромка горизонта где-то далеко внизу, размытая утренней дымкой.

Впереди маячила нужная мне точка отметки, до неё оставалось совсем немного, когда передо мной внезапно разверзлась в буквальном смысле чёрная дыра. Она появилась из ниоткуда — просто соткалась из воздуха, как прореха в ткани мироздания. Датчики столкновения тут же загорелись красным и запищали, предупреждая об опасности. Я хотела повернуть штурвал, но в нём что-то щёлкнуло, и он перестал реагировать на повороты, намертво застыв в одном положении.

— Си…цы, вы… перейти на… впереди… — диспетчер что-то кричал мне в наушники, но я не могла разобрать слова из-за нарастающих помех, а потом и вовсе раздался жалобный писк, и всё смолкло. Ожидаемо, меня тоже не было слышно.

Отбросив ставший бесполезным микрофон, я ещё раз оценила масштаб катастрофы и нажала на кнопку катапультирования. Драгоценные доли секунды на срабатывание механизма, но и их оказалось много. Меня начало затягивать в вязкий сумрак, засасывая в открывшуюся тёмную воронку, как в гигантскую водосточную трубу.

Последнее, что я успела подумать: «Вот и пригодились те часы по квантовой физике…»

Визуал

Знакомьтесь, наша героиня Алёна Птицына, или просто Птица

2 глава

Птица

Пришла в себя в больничном боксе. Подвигала руками, ногами.

«Слава богу, жива и цела».

С удивлением огляделась — палата была супернавороченная, и я в ней лежала одна.

Сразу пришла мысль: «Наверное, были какие-то неполадки с самолетом, и Министерство обороны или училище решили таким образом реабилитироваться, поместив меня в крутую клинику».

Я о таких случаях ещё не слышала, но всё же когда-нибудь бывает впервые.

Вдруг что-то запищало, бесшумно отъехала незаметная дверь, и в палату вошёл… шикарный красавчик в белом комбинезоне, не скрывающем атлетическую фигуру и остальные подробности анатомии.

— Доброе утро, — заявил этот голливудский доктор с внешностью киноактера и подошёл к моей кровати, что-то разглядывая на мониторе, установленном чуть выше сбоку.

Так состоялось моё знакомство с мультимиллиардером, гениальным учёным и просто прекрасным человеком, который стал мне братом в этой части Вселенной.

Дмитрий рассказал, что он занимается исследованиями в области мгновенных гиперпереходов органических тел. И в злополучный день в час моего экзамена он тоже проводил эксперимент, но на планете случилась аномалия, на долю секунды произошло колебание энергетического поля планеты, и эксперимент «провалился».

Вернее, так и образовался портал, в который я попала, почти мгновенно оказавшись на Эло. Так называлась планета, на которой жил Дмитрий.

Когда я вывалилась Диме и его команде «на головы», голая и без сознания, они сперва подумали, что это нападение, и обездвижили меня.

Не рассчитали разряд, и у меня произошла остановка сердца. Но потом быстро разобрались и сами же спасли.

Поместили в отдельный бокс, ввели в искусственный сон, провели полную диагностику, взяли кучу анализов, и сегодня по графику я должна была «проснуться».

Я проснулась.

Во время нашей беседы что-то периодически пикало. А я обратила внимание, что я как-то поразительно спокойно реагирую на то, что попала в некий портал, лежу в боксе на другой планете, и в докторах у меня миллиардер-учёный с внешностью голливудской кинозвезды. Об этом и спросила у «доктора».

— Да, Ална, — мы познакомились, но, как оказалось, в алфавите элонцев не было буквы «ё», поэтому Дмитрий называл меня Ална. — Ты права, диагност химически регулирует уровень стресса, поэтому ты так невозмутима.

— То есть вот это пиликанье, — возмущённо спросила я, — означает, что мне впрыскивается лекарство?

Стоило возмутиться, как что-то снова запищало, и я провалилась в сон.

***

Отправить обратно меня не могли, никто вообще не знал, в какой части Вселенной находится моя планета с «поэтичным» названием Земля. Дмитрий предположил, что где-то произошёл ещё и временной сбой, именно поэтому оборудование не сохранило координат входа.

А я думала:

«Ну надо же, всему учат в лётном училище, а вот координаты родной планеты я не знаю».

Зато здесь были межпланетные перелёты — гиперпереходов, над которыми работал Дмитрий, пока не изобрели, поэтому летали. А ещё здесь шла война с врагом, который был чужд человечеству настолько, что договориться с ним не было возможности. Шла она, как я поняла, уже много лет.

Примерно пятьдесят лет назад люди объединились с другими гуманоидными расами и создали Альянс, чтобы выжить. Так образовался Альянс свободных миров. Но прекратить войну так и не смогли.

Именно поэтому спрос на военные специальности был высоким. А куда может пойти выпускница лётного училища, попав в галактику, где есть звездолёты? И я подала документы в единственную на планете школу пилотов.

Экзамен был странный.

Надо было проложить навигационный маршрут и высадиться на планету. Мне прислали файл, который и содержал задание. Решать его надо было в симуляторе.

Сначала всё шло весьма стандартно, потом начали происходить какие-то нелогичные вещи. Например, при входе аппарата в атмосферу отключился автопилот. Хотя во всех учебниках было написано, что автопилоты отключаются в двух случаях: первый — когда никого живого не остаётся на борту корабля, и второй — когда идёт сближение с планетой при входе в атмосферу.

А у меня в задании отключился. Но я же военный летчик с Земли, с российской школой, я взяла управление на себя и посадила звездолёт.

И в конце ещё одна странность. На планете, куда я «высадилась», якобы не было разумной жизни, но я «познакомилась» с маленькой белочкой, вернее, со зверьком похожим на белочку. Поделилась с ней пайком, предварительно проведя анализ на совместимость продуктов.

Поскольку в симуляторе казалось, что я «прожила» на той планете несколько дней, то с белочкой я разговаривала и вообще общалась, потому что чувствовала себя одинокой и мне надо было с кем-то говорить.

Получив результаты экзаменов, ахнула. Моё общение с белочкой было принято как высший уровень интуиции при установлении контакта с негуманоидными расами.

В Вышке было правило: пока ты не подписал контракт на обучение, которое для сдавших экзамен было бесплатным, ты гражданское лицо. Как только поставил цифровую подпись — всё, назад пути нет. Никакие деньги не освободят тебя от обучения. Можешь не являться, но тогда тебя ждёт военный трибунал по законам военного времени.

Именно поэтому Дмитрий и расстроился, когда я сказала, что уже подтвердила согласие на обучение.

Вспомнила напутственные слова.

— Используешь только это средство, после душа тоже, — Дмитрий передал мне целую «батарею» геля для душа и спрея. — Вот эти флаконы для походов. Когда кончится, напиши, пришлю.

Оказалось, что раса тенорцев очень чувствительна к запахам. Они чувствуют кто с кем и как. А у меня ещё не было мужчины.

— И они это сразу поймут, Ална, — трагическим голосом произнёс Дмитрий.

Укоризненно посмотрел, как я улыбаюсь:

— Зря улыбаешься, они объявят соревнование, и пока кто-то из них не возьмёт тебя, не дадут проходу.

— Меня что, изнасилуют? — в ужасе воскликнула я, представив себе толпу здоровых тенорцев, набрасывающихся на маленькую и беззащитную меня.

— Нет конечно, — выдохнул Дмитрий, — всё только по добровольному согласию.

— А, ну тогда можем не волноваться, — уверенно сообщила, даже не сомневаясь, что уж мне-то никакие тенорцы не страшны.

Дмитрий покачал головой:

— Вот этого я и боялся, нельзя их недооценивать. Нет ни одной женщины, которая устояла бы перед тенорским магнетизмом и обаянием.

И вот Дмитрий специально для меня разработал универсальный нейтрализатор запахов.

3 глава

Птица

Я в очередной раз проверила флакончик с блокирующим зельем в кармане. Три капли утром, три вечером — и никто не узнает, что я не из этой реальности. Правда, пока с трудом верилось, что есть какая-то опасность, и что эти капельки помогут мне её избежать. Но Дмитрию я верила. Поэтому решила принимать, как он и советовал. Сделаю всё, что поможет мне учиться в Высшей школе космической авиации.

Я стояла перед величественным зданием академии пилотов, и в голове до сих пор не укладывалось, что я здесь. Целый год после перемещения в этот мир я готовилась к поступлению, зубрила местные законы и теорию управления космолётами. И вот я здесь.

Белоснежные стены Вышки — я снова посмаковала это слово, оно напоминало мне Землю — там тоже одно из самых престижных и дорогих учебных заведений носило такое название — поднимались, казалось, до самого неба, а огромные окна из силового стекла отражали лучи двух солнц: большого красного и маленького голубого. До сих пор не могла привыкнуть к этому зрелищу. На Земле такого точно не увидишь.

Все вокруг суетились с вещами — новоиспечённые студенты как раз заселялись в общежитие. Я крепче сжала свою сумку и направилась к главному входу.

— Новенькая? — раздался звонкий женский голос за спиной.

Я обернулась и увидела миниатюрную девушку с типичными для местных иссиня-чёрными волосами. Она была одета в белоснежный обтягивающий комбинезон с отличительными нашивками.

— Да, только прибыла. Я Ална.

— Рина, — улыбнулась она. — Я куратор группы первокурсников на первое время. Рассказать, что где находится, помочь с заселением, ну и прочее. Ты, — она сверилась со списком на планшете, — да, ты последняя! Сейчас я тебе покажу куда идти, чтобы не заблудиться.

Пока мы шли по светлым коридорам, Рина без умолку болтала о правилах академии, расписании и преподавателях. Я честно пыталась запомнить хоть что-то, но пока удавалось с трудом.

Наконец, мы дошли до небольшой комнатки с высоким столом, больше похожим на барную стойку, за которым сидела полная женщина с большими очками на носу.

— Имя? — строго спросила она, не поднимая глаз от головизора.

— Ална Горич, — произнесла я имя, которое получила в новых документах.

— Факультет? — всё так же отрывисто спросила строгая администраторша.

— Космического пилотирования, — заглянув в бумаги, как будто сама всё ещё сомневалась, произнесла я.

И администратор, и Рина — обе уставились на меня так, словно я сказала что-то совершенно несовместимое с реальностью.

— Дайте, — и женщина протянула руку за бумагой, с которой я зачитала ей название факультета.

— М-да, — задумчиво протянула она, — действительно космического пилотирования.

Убрала ключ, который собиралась выдать до этого, и достала другой, больше похожий на карту.

— Вот, — протянула мне, — тебе на десятый.

Потом будто спохватилась и достала ещё небольшой металлический цилиндрический предмет.

— Это ключ для гравилифта.

Посмотрела на меня и вдруг совершенно другим тоном, более человечным, что ли, сказала:

— Удачи!

— Собрание для всех первокурсников в шестнадцать по полудню в главном атриуме.

Рина дождалась, когда я возьму бумаги, и только после этого сказала:

— Я первый раз вижу девушку не с Теноры и не с Артемис, поступившую на этот факультет.

Меня же в этот момент волновало другое:

— А зачем мне ключ от гравилифта?

— Ну как же! — с придыханием воскликнула Рина. — Студенты факультета пилотов живут не на планете, ваши комнаты находятся на космической станции.

— Ну вот, в принципе, и всё, — радостно проговорила девушка, когда мы дошли до большой двери, за которой был гравилифт. Потеребила волосы, собранные в хвост, и неожиданно прошептала: — Если вдруг будет нужна моя помощь, то нажми вот сюда, — она ткнула пальцем в панель и быстро забила свои координаты. — Вот, I2R5, мой короткий код.

— Ага, — я кивнула, мысленно повторив путь, куда она нажимала. — Поняла.

— Ну всё, до встречи на практике или ещё где-нибудь, — Рина подмигнула и быстрым шагом скрылась за поворотом коридора, уткнувшись в планшет.

Я же поспешила к лифтам. Пока поднималась, мысленно повторила легенду — родилась в дальней колонии Эола-5, родители погибли при аварии на космической станции, воспитывалась братом Дмитрием. Целый год я зубрила историю этой колонии, чтобы не попасться на мелочах.

Как оказалось, на станции ещё и гравитация была другая. Я почувствовала, что меня придавило раза в полтора сильнее, чем внизу. Вспомнила, что гравитация на Теноре, родной планете имперской расы, гораздо выше, чем на других планетах Альянса. Кстати, сведений и о тенорцах, и об их планете было крайне мало. Мне повезло, что электронная библиотека Дмитрия была гораздо «богаче» чем то, что можно найти в космонете.

На станции было довольно просторно, и я бы даже сказала, что стандартно. Если не обращать внимания на черноту космоса за иллюминаторами, то можно было подумать, что это просто такое модерновое общежитие с экстремальными условиями. На первый взгляд, стандартный коридор со стандартными дверями комнат.

Я нашла комнату, номер которой совпадал с цифрами, указанными на карте, но не могла понять, что делать с картой. Дверь была совершенно гладкой: ни ручки, ни щёлочки, ни какого-то ещё признака наличия замка.

Оглянувшись и не увидев никого в коридоре, я стала пробовать прислонять карточку к двери. Но дверь отказывалась открываться.