Czytaj książkę: «Запасные крылья не предусмотрены»

Глава 1

Снега не было. Я шла по улице легко, с удовольствием цокая каблуками по сухому тротуару. В витражах магазинов мелькал мой силуэт — то расплывчатый, то неожиданно чёткий. Сапожки на изящном каблуке, узкие джинсы, светлая курточка с пушистым капюшоном. Я ловила своё отражение, словно искала в нём подтверждение.

«Очень даже хорошенькая. Не кривая», — отметила я про себя и невольно улыбнулась.

Вроде всё при мне, а парня нет. Иногда казалось, что мужчины просто не замечают меня. «Ну вот куда они смотрят? Я же вон какая!»

Подруга, с которой мы снимали квартиру, совсем недавно перебралась жить к своему ухажёру. Теперь её вещи исчезли из прихожей, а на кухне стало непривычно тихо. Квартира словно стала больше. И гораздо тише.

«Ничего, мой мужчина где-то ходит рядом. Просто пока не знает, что я уже готова…» Не успела я мысленно закончить свою шутку, как из стоявшей у тротуара машины буквально вылетела девушка в ярко синем пальто.

Не поднимая головы от телефона, она со всего размаха врезалась в меня. Мы обе ахнули. Из её рук чуть не выскользнул смартфон, а моя сумочка описала красивую дугу и стукнулась о бедро.

— Ой! Простите! Ради бога, простите! — затараторила девушка.

— Гульнара? — удивленно воскликнула я, поправляя свою куртку.

Девушка подняла голову. На секунду замерла, а потом её лицо озарила знакомая улыбка. А заметив мое изумление, весело и заразительно рассмеялась.

— А я думаю, кого это так неудачно сбила. Ну надо же…

Мы, одновременно смеясь и не сговариваясь, крепко обнялись. Потом отступили на шаг и стали рассматривать друг друга.

— Сколько же мы не виделись? — пыталась вспомнить я.

— Год прошел, — усмехнулась Гульнара. — Я только недавно приехала.

— Ты?! Где ты была? Куда пропала? Господи, как снег на голову!.. — завалила я ее вопросами.

— С Луны свалилась! — кокетливо улыбнувшись, Гульнара поправила капюшон.

Я посмотрела на машину.

— Ты куда-то спешишь?

— Нет. Я как раз собиралась выпить кофе. Составишь компанию?

— С удовольствием.

Через несколько минут мы уже сидели у окна на мягких диванах небольшого кафе. Сняв верхнюю одежду, невольно принялись разглядывать друг друга.

Гульнара выглядела хорошо. Как всегда стильная, ухоженная. Только что-то изменилось. Волосы стали длиннее, талия тоньше, глаза будто больше. И духи другие.

За стеклом неторопливо шли прохожие, на кухне готовили наш заказ, а мы сидели друг напротив друга и улыбались. Я так давно Гульнару не видела, что сейчас с трудом верила: она действительно сидит напротив меня. Стройная, черноглазая, красивая до невозможности.

Я смотрела на нее и вспоминала... Мы познакомились в фитнес-центре. Удивительно, как иногда сходятся совершенно разные люди.

После долгого ремонта наконец открыли бассейн. Я спустилась в воду и замерла. Вокруг раскинулась голубая гладь с мягкой разноцветной подсветкой по бортикам. Вода светилась изнутри и казалась почти сказочной.

— Всё нормально? Почему стоим?

Рядом вынырнула женщина в белой шапочке.

— Здесь так красиво... Посмотри.

Она огляделась по сторонам.

— Плыви уже, — сказала с таким видом, будто красота никуда не денется.

Через несколько минут я снова услышала её голос:

— Справа в углу подводный массаж. Попробуй, если что.

В раздевалке мы встретились ещё раз. Там пахло гелем для душа и свежестью. Народу было немного. Она стояла у зеркала, сушила волосы феном. Заметив меня в отражении, улыбнулась:

— Ну что, понравилось?

Я кивнула. А сама невольно любовалась её ладной фигурой и удивительно лёгкой улыбкой. Она убрала фен, встряхнула ещё чуть влажными волосами и достала косметику. Привычными движениями нанесла дневной макияж и объяснила:

— Я Гульнара. Не могу больше болтать. Тороплюсь — у меня клиент. Еще увидимся.

— Клиент? – сдерживая улыбку, подчеркнула я.

Гульнара весело усмехнулась.

— Ха! Еще какой! Я адвокат, — и она вышла из раздевалки.

Мне даже как-то неловко стало: «Нашла с кем шутить».

Сначала мы почти не разговаривали — только кивали друг другу в раздевалке, обменивались короткими «привет» и «как дела». Постепенно наши пути стали пересекаться не только в бассейне. Как-то после занятий йоги, Гульнара предложила:

— Если ты домой, я могу тебя подвезти.

— Нет, — сказала я. — Я останусь на аргентинское танго.

— Ты пойдешь танцевать? — почему-то удивилась она.

— Я люблю танцы. В студенческие годы танцевала, а сейчас — бальзам на душу. Пойдем тоже. Это так здорово.

— Я не занималась танцами, только — шахматы и плавание.

— Шахматы? — теперь удивилась я. — Я еще теннис люблю… Пойдем, потанцуем…

Гульнара чуть помедлила, будто взвешивая что-то в себе, а потом, улыбнувшись, сказала:

— Знаешь, я никогда не пробовала танго… Пожалуй, пойду с тобой.

И мы шагнули навстречу ритму, который обещал рассказать нам о себе.

А в выходной мне позвонила Гульнара:

— Кто-то говорил теннис любит. Я взяла корт на час. Так, что собирайся.

Потом добавились пробежки по парку или вдоль речки. Так и повелось. Мы были совсем разными. Гульнара — лёгкая, решительная, стремительная в поступках. Я — осторожнее и медлительнее. Наверное, именно эта разница нас и притягивала.

Формально мы оставались просто приятельницами по спорту. Вместе плавали, бегали по утрам, танцевали, играли в теннис, иногда болтали за чашкой кофе после тренировок. Но почему-то именно Гульнару я воспринимала как родственную душу.

Когда я заходила в фитнес‑центр, первым делом искала её взглядом. И каждый раз, когда видела эту знакомую улыбку, чувствовала, как внутри становилось чуточку спокойнее. А потом, почти год назад, она просто исчезла.

И вот теперь Гульнара сидела передо мной, словно не было ни этого года, ни бесконечных вопросов без ответов.

За этот год я не раз вспоминала Гульнару. Приходила в бассейн в её обычное время, как и всегда невольно искала взглядом знакомую белую шапочку. Всё было привычно: гул голосов, хлопанье дверей, запах хлорки, который уже почти не замечаешь. Но чего-то не хватало.

Она не приходила на тренировки, не отвечала на звонки, и постепенно я уже перестала надеяться, что когда-нибудь увижу ее снова. А сейчас казалось, что она исчезнет так же внезапно, как появилась. Всё ещё не веря своим глазам, я подошла и крепко её обняла.

— Я уже начала думать, что тебя какой-нибудь жених украл и увез за моря-океаны, — сказала я, садясь на место. — И осталась я без спарринг-партнера.

Гульнара слегка приподняла брови и усмехнулась.

— Как хорошо ты обо мне подумала! — улыбка стерлась с ее лица. — На самом деле не все так безоблачно.

Официантка поставила перед нами две чашки капучино, шоколадный бисквит и два фужера с вином. Я подняла свой и протянула второй Гульнаре. Выпили то, что помогает говорить откровенно и внимательно слушать.

— Знаешь... я так рада, что сегодня встретила тебя, — тихо сказала Гульнара. — Мне очень нужно выговориться. Всё это время носила в себе... Больше не могу. Просто задохнусь.

Я невольно улыбнулась. Почему-то мне было очень приятно, что выговориться она захотела именно мне. Я ничего не сказала, только кивнула. Пусть говорит.

Гульнара сделала небольшой глоток вина и ненадолго задумалась.

— Лучше начну с самого начала, — решила она. — В общем, с мужем мы разошлись спокойно, без скандалов. Два юриста… Поженились рано, расстались, когда любовь прошла. Осталась я одна. Стала чаще встречаться с подругами, занялась спортом, с тобой познакомилась. Наслаждалась свободой как умела.

Я замужем еще ни разу не была, но что такое расставание, уже знала. Гульнара улыбнулась и пожала плечами.

— По-прежнему ловила на себе завистливые взгляды женщин, заинтересованные взгляды мужчин и, честно говоря, была вполне довольна собой. Но… — она сделала паузу. — Познакомилась я с одним мужчиной. Молодой, интересный. Олег. На три года младше меня. Разговорились как-то после форума, потом он пригласил меня на кофе. Так всё и закрутилось. Ты его видела, он иногда встречал меня после тренировки.

Я неопределенно кивнула, потому что я ее ухажера не видела. Ну, сидел кто-то там в автомобиле на стоянке. Всех не разглядишь.

Гульнара усмехнулась своим воспоминаниям и покрутила бокал в руках.

— Даже не знаю, как объяснить... Сначала просто переглянулись. Потом разговоры. А дальше меня будто течением подхватило… И всё между нами произошло так быстро: встреча, взгляды, потом запорхали, заплавали эти пресловутые флюиды, о которых я уже начала забывать. Я бросилась в эту любовь с головой. У меня всегда так: если любить, то любить.

Она сделала глоток вина и откинуться на спинку дивана.

— Знаешь, после развода мне казалось, что я уже разучилась влюбляться. Жила себе спокойно, работала, занималась спортом. Смотрела на других женщин и не понимала их. Вот кто-то ждёт звонка, улыбается своим мыслям, вздыхает... И вдруг сама стала такой — перед сном вспоминаю не рабочие дела, а его голос, руки, запах, прикосновения.

Гульнара засмеялась, ее щеки зарумянились.

— Это было так сладко — спустя долгое время снова почувствовать себя женщиной. Не сильной, не самостоятельной, не деловой, а просто женщиной. Раствориться в этой влюблённости. Видеть в его глазах восхищение и, чего уж скрывать, желание.

Сколько раз я видела её терпеливой, собранной, готовой подставить плечо всем вокруг, но… Такой растерянной и одновременно счастливой Гульнару я видела впервые.

— «Да что ты в нём нашла? — удивлялись многие подруги», — продолжала Гульнара. — «Посмотри на себя и посмотри на него. Ты красивая, образованная, с хорошей работой. А он? Далеко не красавец. Ладно бы, богатым был, так нет. Компьютерами в магазине торгует».

Гульнара усмехнулась, покачав головой, и машинально поправила прядь волос, скользнувшую на глаза,

— Никогда не понимала таких разговоров. Я не научилась выбирать любимого человека по зарплате или профессии. Богатый, значит, влюблюсь — так, что ли? Сердцу не прикажешь.

Она положила в рот кусочек бисквита и улыбнулась каким-то своим воспоминаниям.

— Может, Олег и не был красавцем. Зато он был красивым внутри. Книги читал, театр любил. А ещё – он романтик...

Гульнара посмотрела на меня и неожиданно спросила:

— Тебе когда-нибудь писали стихи?

Я отрицательно покачала головой. И вдруг поймала себя на мысли, что раньше я никогда этого не замечала. Мне признавались в любви, говорили комплименты, обещали многое… Но стихов мне не писал никто.

— А мне Олег писал стихи. Устраивал романтические вечера, дарил цветы. Он умел говорить комплименты. Я потом ещё полдня ходила и улыбалась, — Гульнара тихо засмеялась. — С ним было интересно. Легко… Жила себе счастливая и думала, что так будет всегда...

Она вдруг замолчала. Выпрямилась. Залпом допила вино. Весёлая улыбка незаметно исчезла.

— Потом наступила зима, — негромко продолжила Гульнара. — Как-то раз мы с Олегом собрались к друзьям на день рождения. Я, конечно, постаралась: причёска, маникюр, новое платье... Всё как положено.

Она улыбнулась уголком губ и крутила на пальце тонкое колечко, не глядя на меня.

— Приготовила подарок имениннику. Довольные и счастливые мы вышли из дома. Олег был за рулем. Мы ехали по вечернему городу, болтали обо всём подряд, строили планы на Новый год... И посреди дороги вдруг — БАХ!

Гульнара резко хлопнула ладонью по подлокотнику дивана, словно тот удар до сих пор звучал у неё в ушах.

— Потом ничего...

Ее передернуло. Она замолчала на секунду и продолжила:

— Очнулась от холода. Голова возле бордюра. И не могла пошевелиться. Я лежала на ледяной дороге почти голым задом, примерзая к ней, потому что моя норковая шуба задралась. Шапка валялась в стороне… Холод пробирал до костей.

Гульнара невольно коснулась шеи.

— Рядом стоял полицейский. Я попросила его помочь мне, потому что буквально замерзала. Он подсунул подол шубы мне под зад, на голову сверху положил мою шапку ... А по шее теплой струйкой потекла кровь.

Гульнара сцепила пальцы в слабый замок и задумчиво смотрела на окно.

— Следующий раз я открыла глаза уже в больнице.

Я молчала. Мне даже представить было страшно, что пришлось пережить Гульнаре той ночью. Я была потрясена, а слова сочувствия просто застряли в горле. Вино в бокале вдруг показалось горьким.

— Ты знаешь, я даже не поняла, как произошла авария. Каким образом я вылетела из машины?.. У меня было сотрясение, еще что-то с позвонками, с ребрами, рукой. Олег тоже находился в этой же больнице, только в другом отделении: у него были проблемы с ногами.

Я молча показала наполнить фужеры. В возникшей тишине зала был слышен только тихий плеск вина.

— Сначала я была никакая, — продолжала Гульнара. — Постепенно восстанавливалась… У нас с Олегом началась телефонная любовь. Когда начала вставать и ходить, хоть и в бандаже, счастью не было предела. Голова кружилась, всё болело, но меня это не останавливало, — она вздохнула. — Крылья любви понесли меня к любимому, единственному и неповторимому.

Гульнара грустно усмехнулась.

— Ты бы видела мои «крылья любви». Я больше походила на черепаху в панцире. В бандаже, рука в гипсе, вторая растопырена для равновесия, а сверху на плечи накинут белый халат. Но я упорно ползла через весь коридор к своему ненаглядному.

— Я верю, — поддержала я. — По тренировкам чувствуется твое упорство.

— Да. Получилась такая трогательная встреча с Олегом, словно мы не виделись целую вечность. Мы целовались и сидели рядом, держась за руки. Мне казалось, что все плохое осталось позади. Но… В этот момент дверь палаты открылась. На пороге стояла молодая женщина с маленьким ребенком.