Czytaj książkę: «Выбираю себя. После развода»
Глава 1.
Эльвира.
Мне сорок и у меня есть все… Наверное, так я начну интервью топовому журналу «Бизнес и Леди». Ведущая, конечно, расплывется в улыбке и завалит меня вопросами… Я сдержанно улыбнусь в ответ и расскажу о Леве и нашем счастливом браке…
Я зря себя накручиваю, вот правда… У нас все хорошо. Ирка – моя подруга уже слушать устала о моих подозрениях…
«Эля, такие, как твой Лева не родились ещё… Он музейный экспонат, великая ценность, которую нужно хранить под стеклом».
Расхаживаю по мраморному коридору клиники, битый час ожидая Инночку. Инна – мой лечащий врач, и она помогает мне решить единственную проблему, бросающую тень на «у меня есть всё»…
У меня нет детей.
– Прости, дорогая, – выпаливает она, торопливо цокая каблуками по коридору. – Летучка иногда затягивается. Главный лютует не по-детски. Идём в кабинет?
Странное дело – главный лютует, а Инна радуется. Может, дело во мне, и все не так плохо… Я ведь все могу перенести… Я сильная. Гнусь, как веточка ивы, и не ломаюсь…
И я не стала человеком, которым поклялась никогда не быть. Мои мечты реализовались, а дух укрепился. Хм… Пожалуй, неплохое дополнение к интервью.
Пока я мысленно репетирую, Инна садится за стол и разгребает папку с принесенными анализами…
За окном чирикают воробьи, купаясь в июньских лужах, колышется верхушка старой акации, а тополиный пух летает в воздухе.
Расслабляюсь, пристроившись в кресле возле окна, и… умираю.
Прямо сейчас распадаюсь на невидимые ошметки.
Гул улицы и стук собственного сердца – все схлопывается в ледяную, вакуумную точку за грудиной. Прикипаю взглядом к стеклу и вижу его.
Моего мужа. Человека, чье дыхание я чувствовала на своей коже прошлой ночью. И чья рука – вот эта самая широкая, теплая рука, которая должна сжимать мою… Она лежит на ЕЕ талии. Легко. Привычно. Как ложится каждый день на мою талию…
И если бы она была незнакомкой, вероятно, было не так мучительно больно… Красивая. Уверенная. Она смеется над чем-то, что он только что сказал. Лева смотрит на нее. Особенным, предназначенным только для меня взглядом – внимательным и влюбленным.
Воздух вырывается из легких хриплым стоном, который я сама едва слышу. Ноги становятся ватными, предательски подкашиваются. Я хватаюсь за край подоконника, чтобы не рухнуть. Пальцы скользят, оставляя липкие отпечатки.
Такими же запятнана моя идеальная жизнь…
– Эльвира… Элечка, с тобой все в порядке? – хмурится Инна, не отвлекаясь от бумаг.
Осознание предательства не гремит громом. Оно сочится, как яд. Разливается по венам ледяной сыростью, сменившей первый жар.
Я теряю его. Теряю Леву. Сейчас.
Не завтра.
Не когда-то.
Прямо сейчас.
Тот человек, кого я любила и кому верила, ради которого дышала – он исчезает. Испаряется на моих глазах. Остается только незнакомец, целующий другую женщину на глазах у всей улицы.
Что там я говорила про «всё»? У меня есть все? А вот нетушки… Ни черта нет. Песок – зыбучий, затягивающий с головой.
Разочарование горше самой боли. Это привкус пепла на языке. Пепла от сгоревших иллюзий, надежд, планов на завтра.
Инна не выдерживает моего молчания. Подходит ближе и кладет ладонь на мое плечо. Прикосновение отрезвляет…
– Ты отелем любуешься? – воркует она. – Достроили, наконец-то. Шикарное место. И вокзал рядом, да и исторический центр. Рынок, опять же…
– Да так… Знакомого увидела, – прихожу в себя я.
Лев отрывается от губ Алины и ведет ее к входу в «Ла-Гранж»…
Пока я медленно отхожу от шока, Инна взмахивает ладонью, приглашая меня к столу…
– Не можем мы сделать тебе ЭКО, Элечка. Ановуляторный цикл. А вы со Львом Максимовичем не думали о донорской яйцеклетке? Полтора года без овуляции, это ведь…
– Что? – бормочу я, в красках представляя, ЧЕМ мой муж прямо сейчас занимается с Алиной Зориной – дочерью моей подруги Ирки…
Той самой, кто считает моего Леву экспонатом…
Интересно, она в курсе, что ее дочь – любовница моего мужа?
– Я понимаю, что ты утратила надежду и…
– Инна, мне теперь все равно, – выдавливаю, поднимаясь на нетвердых ногах…
Роняю стаканчик, судорожно поднимаю с пола ручки и скрепки…
– Элечка, да брось ты… Дорогая, мне очень жаль. Ты же принимаешь препараты, ты…
– Я тороплюсь, Инночка. Побегу, ладно?
– А как же…
– Я хочу отдохнуть. Отвлечься от этого и… Препараты я принимаю.
Нужно прийти в себе, нужно… Собрать осколки разбитой жизни? Так, что ли? Перед глазами против воли всплывает плачущая турецкая актриса, произносящая высокопарные слова… А что у меня…
Пепел, вот что… Как теперь жить дальше? Выскакиваю из клиники, едва не сбив с ног какого-то мужика в белом пиджаке.
– Черт!!! Вы что наделали? Сумасшедшая! Фурия… – орет он, морщась и беспомощно держа в руках пластиковые стаканчики с кофе.
Кошмар просто… Его роскошный пиджак и светло-голубая сорочка облиты кофе.
– Простите меня. У меня мало времени, поэтому… – бормочу, стараясь не смотреть ему в глаза.
– Ах, его у вас мало? По вашей милости, у меня его теперь хоть отбавляй. Важная встреча накрылась медным тазом.
– Снимайте одежду, – приказываю я, метнув на истеричку в брюках хлесткий взгляд.
– Что? Обычно женщины произносят это не таким тоном.
– Эм… Обычно о таком просят мужчины. Раздевайтесь. И возьмите мою визитку, я привезу вам вещи после чистки. Все, конфликт исчерпан? – копаюсь в сумке, не переставая думать о муже…
Господи… Руки дрожат, как у припадочной, сердце… Оно телепается в груди, как запертая в клетке птичка.
– Эльвира Симонова? – прищуривается хлыщ, высверливая во мне дыру. – ДизайнСевКав…
– Не утруждайте себя, эм…
– Адам.
Он не сообщает фамилию и род занятий, да мне это и не нужно… Плевать, чем этот мужик промышляет. Не удивлюсь, если он ждет любовницу, чтобы отправиться с ней в номер стильного, новенького отеля…
– Я позвоню вам, Эля, – улыбается он.
– Эльвира Александровна, ладно? Не люблю фамильярностей.
Глава 2.
Адам.
Симонова? Серьезно? Не удивлюсь, если прекрасная Эльвира – жена Льва Симонова, и порча моего дорогущего пиджака – не что иное, как диверсия…
А что? Версия вполне рабочая. Она подкараулила мужа и решила сорвать нашу встречу…
– Я вам позвоню, Эльвира Александровна, – выдыхаю я, сверля ее взглядом.
Красивая девка… Сок просто… Патока, сладкая только на вид… Внутри нее – гремучая смесь цинизма и превосходства.
Одним словом, моя целевая аудитория… Все мои клиенты – точно такие...
– Не сомневаюсь. Погодите, Адам… – выпаливает она, прижимая мой испорченный пиджак к груди. – Ваша сорочка, она…
– Не берите в голову, я ее постираю.
– Вы все испортите. Снимайте и ее.
Ах, снять? Не могу отказать себе в удовольствии лицезреть, как непробиваемое лицо Элечки меняется при виде моего голого торса…
– Подержите стаканчик.
– А зачем он вам? Там же ничего нет, – хмурится она. – Вы пока… А я отойду к мусорке.
Ну вот… Ничего не вышло. Эльвира отреагировала на меня голого… никак. Будто я пустое место. Схватила рубашку и устремилась прочь по дорожке сквера, бросив на прощание: «На связи».
Провожаю взглядом ее тонкую фигурку в прямом, строгом платье и бреду к машине. Благо в спортивной сумке у меня всегда есть запасная, чистая футболка. Напяливаю ее и звоню Симонову.
Мы условились встретиться возле «Ла-Гранжа». Неподалеку от гостиницы – приличное кафе с уютной, летней террасой, окруженной живой изгородью из туй. В воздухе витают ароматы кофе и покачивающихся в клумбах ирисов.
– Лев Максимович, я на месте, – деловито произношу я в динамик.
– Кхм… – прочистив горло, отвечает он. – Буду через десять минут. Адам Юрьевич, закажите что-нибудь перекусить. И… Простите за опоздание.
В динамике слышится женское хихиканье, да и у Льва голос, словно он только что предавался страсти…
Плюхнувшись на уютный диванчик, заказываю салат с морепродуктами и чай с чабрецом.
Симонов является через пятнадцать минут. Выползает из отеля, опасливо озираясь по сторонам. Рядом с ним – молодая девка с пухлыми губами. На ней кислотно-зеленого цвета платье с открытыми плечами, обтягивающее высокую, полную грудь.
– Простите за опоздание, – протягивает он руку. – Знакомьтесь, это Алина.
– Бонжур, – игриво произносит Алина.
– Добрый день. С вашего позволения я перекусил. Так торопился, что не успел переодеться. Выскочил из спортзала и…
– Моя жена тоже помешана на ЗОЖе, – морщится Лев. – Я вас поэтому и позвал. Хочу подать на развод и забрать у нее все.
– Хм… Мне нужна информация. О чем речь? Все? Имеется в виду все-все или…
– Все. Мы оба владеем фирмой под названием…
Ага, что-то такое я уже слышал. ДизайнСевКав… И прочая ерунда… Значит, чутье меня не подвело, и Эльвира – его жена? Скорее всего, она следила за мужем и точно знает, кто я.
– Погодите. Имущество приобретено в браке. Фирма оформлена на двух человек. Дети у вас есть?
– Нет, слава богу. Элька бесплодна. А вот Алина… Скоро она подарит мне наследника. Долгожданного.
Алина по-акульи улыбается и отводит за ухо выбившуюся из высокого хвоста прядь.
– По закону все делится пополам. Я не могу повлиять на Конституцию. При всем вашем желании, я…
– У меня есть генеральная доверенность на право управления недвижимостью и активами фирмы. Эльвира сделала ее два года назад. Я потихоньку готовлю документы для переоформления всего на…
– На Алину? – перевожу взгляд на это чудо с накаченными губами, жующее жвачку.
– Нет, на мать и сестру. Мне нужна ваша помощь, Адам. Вы же самый прожженный в лучшем смысле этого слова адвокат. Как сделать так, чтобы никакой суд не встал на сторону Эли?
– Если у вас есть доверенность, вы можете переоформить все на третьих лиц. Она же подлинная? Нотариус сможет подтвердить, что на момент ее составления Эльвира была в трезвом уме и твердой памяти?
– Конечно. Она тогда… Она готовилась к ЭКО и не могла управлять делами. Легла в клинику и… Кстати, во-он там ее здание. Частный медцентр, один из лучших в городе. Вы не думайте, она сама так решила… Она…
Она верила тебе, Левушка. Я все понимаю, не нужно повторять.
– Тогда вам нужен хороший риелтор, Лев Максимович. Занимайтесь переоформлением собственности. Сделайте так, чтобы жена не знала о том, что дом или фирма принадлежат не ей. А после позвоните мне… Я составлю документы на развод, она все подпишет. В суд она подать не сможет – бесполезно...
– Спасибо вам, Адам Юрьевич, – подает голос Алина. – Мне не терпится переехать к Левушке и спокойно вынашивать малыша. А эта… акула… Она у всей семьи, как кость в горле.
– Аля, перестань, – отрезает Лев.
– Можно личный вопрос? Вам не жаль жену? У нее есть другое жилье, чем она будет заниматься, как подниматься?
Лев злобно прищуривается, встречая мой прямой взгляд.
– Вы еще спросите, не отбираю ли я у нее то, к чему не приложил руку? Так вот, я отвечу: не жаль. Пожила хорошо за мой счет, пусть теперь дорогу освободит молодым. Все, что имею, я заработал вот этими руками, – демонстрирует он мне свои гладкие, белые ручки без мозолей.
Ладно… Посмотрим, какие тайны скрывает семья Симоновых.
– Я дал вам совет. Жду звонка после…
– Я понял. Как только все станет моим, я вам позвоню.
Только вот станет ли оно твоим? Почему-то Эльвира видится мне другой… А все сказанное о ней мужем – неправдоподобной чушью…
Глава 3.
Эльвира.
Заезжаю в химчистку, не переставая думать о Льве… Я не собираюсь сдаваться. Клянчить любовь, умолять его остаться… Хочу понаблюдать. Интересно, когда Лев планирует признаться мне? И планирует ли? На что он, вообще, надеется?
Оплачиваю чистку, гадая, позвонит ли мне напомаженный хлыщ? Судя по его виду, тип он безответственный и нагловатый. Правда, торс у него шикарный. Я успела оценить… Интересно, он специально разделся при мне? Решил, что я унылая тетка без личной жизни, и решил посмеяться?
Он прав был… Так и есть. Я Эля, мне сорок лет и я дура. Живу в иллюзиях, а мой дом атаковали змеи… Я давно в нем не хозяйка.
Паркуюсь на подъездной дорожке, издали замечая красный Порше Кати – сестры Льва…
Два года назад он перевез мать и сестру в наш дом.
«Мама тяжело заболела. Подозрение на рак. У них там… Элька, в нашей Пупырловке нет толковых врачей. Пускай они с Катюхой приедут. Мама поживет у нас немного, а потом я определю ее в самый лучший хоспис».
Тогда я поверила… Приняла страдающую тяжелым недугом Римму Антоновну с распростертыми объятиями… Мы никогда особо не ладили. Я наивно полагала, что общее горе нас сблизит, но… Просчиталась. Попала в сплетенную свекровью паутину лжи, до сих пор в ней барахтаюсь…
Врачи опровергли диагноз. А спустя время я узнала, что рак она придумала… Ей очень хотелось быть поближе к сыну, вот и все…
– О, наша Элька явилась. А что морда кислая? – фыркает Катя, выплывая из кухни.
В ее тонких руках – бокал с шампанским, кружевной халат спадает с тощих, сутулых плеч.
Страшила и старая дева – вот, кто она… Потому я почти не реагирую на колкости девицы.
– Да вот тебя увидела и расстроилось. Пить надо меньше, Катюша.
– Чего?
– Патчи купи себе, вот что. А у меня все отлично.
Из гостиной, тяжело дыша и шаркая по паркету, выползает свекровь.
– Забор опять поломался. Я Левушке сказала мастера прислать, а он…
– А он…
Он предается страстям в объятиях молоденькой любовницы. Интересно, семья знает об этом? Полагаю, что да… Да и победоносный, снисходительный взгляд Кати прямо-таки кричит об этом. Как я раньше не замечала? Она ведь никогда не пропускала мимо ушей моих колкостей, а тут…
Из гостиной выбегает белый шпиц Персик. Несется ко мне с радостным визгом и успокаивается, когда я прижимаю его пухлое, ароматное тельце к груди.
– Бестолковая какая… Смотри, Лева себе другую найдет. Катя, погляди, она собаку облизывает, – каркает Римма Антоновна, приглаживая неопрятные пучки седых волос. – Собака вместо ребенка. Что сказали в больнице, Эля?
– Не ваше дело, – бросаю я равнодушно.
– Да не может она родить, мам.
– Ты тоже никогда не родишь, так и сдохнешь в обнимку с бутылкой.
Одно радует – скоро я избавлюсь от этой семейки… Мы продадим дом, я куплю себе уютную квартиру на Набережной, заберу Персика. И будем мы жить-поживать, да…
Память подбрасывает давнее событие… Неудивительно, что я не вспоминала об этом – не было надобности… Я беззаботно верила мужу и не обращала внимания на всякую чепуху вроде генеральной доверенности… Теперь же картинка, склеенная из осколков моей безграничной веры и любви, приобретает четкие черты – мерзкие, отвратительные…
Он может лишить меня всего…
А, может, уже лишил…
Катя кричит ругательства мне вслед, а я, подхватив Персика, поднимаюсь на второй этаж, в спальню…
Стягиваю платье, переодеваюсь в домашний костюм и оживляю экран смартфона… С гулко бьющимся сердцем ввожу пароль от Госуслуг и заказываю выписку о принадлежащей мне собственности…
Фух… Он ничего не успел переоформить.
Отпускаю песика и прохожу в кабинет… Не знаю, что ищу… Роюсь в тумбах, перебираю его бумаги. Пароля от его ноутбука у меня нет. Даже пытаться не буду подбирать его…
Что же делать? Как поступают в таких случаях? Говорить с мужем начистоту – не вариант… Листаю лежащий на столе блокнот Левы, замечая спрятанную между страничек визитку.
«Игорь Тимофеевич Орехов, риэлтор».
Сердце колотится где-то в горле, когда я слышу раздающийся внизу голос мужа:
– Я дома! Кто меня встречает? Где моя любимая женушка? Эля-я-я… Катюша, мама? Кто-нибудь будет меня кормить?
Пришел, значит? Налюбился со своей гадиной и приперся в дом, как гулящий, шелудивый пес…
– Иду, любимый, – елейным голосом протягиваю я.
Надо завтра же отозвать доверенность…
