Я была разорвана на части. Как старая тряпка. Одна часть меня тянулась к Северу, к его свету, к его искусству. Другая — к Бурану, к его тьме, к его первобытной силе.

Я старалась быть хорошей вожатой, улыбалась детям, проводила мероприятия. Но внутри все было в смятении. Я встречалась с Севером — мы гуляли, разговаривали, он рисовал меня. Его прикосновения были нежными, целомудренными. Он говорил о будущем, о нашем общем будущем. Я слушала и кивала, а сердце сжималось от тоски и чувства вины.

Иногда я видела Бурана. Он появлялся внезапно, как вихрь. Перехватывал меня по дороге из магазина, увозил на своей лодке в открытое море. И там, вдали от чужих глаз, мы снова отдавались страсти. Я знала, что это неправильно, что это разрушает меня, но не могла устоять. С ним я чувствовала себя живой, желанной, свободной от всех условностей.