Czytaj książkę: «Темная Башня»

Глава 1

Город назывался Эвенхолл, но Эльза не помнила, чтобы здесь хоть кому-то было хорошо.

Она стояла у окна, прижавшись лбом к холодному стеклу, и смотрела, как серый рассвет наползает на черепичные крыши Нижних Кварталов. Дождь моросил третий день подряд — мелкий, надоедливый, он не лил стеной, а словно плевал в лицо каждому, кто осмеливался выйти на улицу. Камень мостовых блестел жирно, маслянисто, отражая тусклый свет редких фонарей. Фонари здесь заправляли не магией — магия стоила дорого, — а дешёвым горючим маслом, от которого по вечерам над городом стелился сизый, горьковатый дым.

Эльза разглядывала своё отражение: худое лицо с острыми скулами, бледная кожа, почти прозрачная в этом свете, и нос с небольшой горбинкой — единственное, что спасало лицо от кукольной красоты. Голубые глаза смотрели на неё из стекла устало, без интереса. Длинные рыжие волосы она не стала заплетать — они лежали на плечах, путаясь у висков, и цветом напоминали не огонь, не осень, а что-то другое. Что-то мёртвое. Снизу донёсся крик — уличный торговец зазывал покупателей на солёную рыбу. Кричал хрипло, безнадёжно. В Эвенхолле всё звучало именно так: хрипло и безнадёжно.- Ну и мрак, - прошептала Эльза и отвернулась от окна.

Комната была маленькой, но чистой, насколько это вообще возможно в доме, построенном лет триста назад. Стены из серого камня, потолочные балки потемнели от времени и копоти. Единственная свеча на столе почти догорела — жёлтый огонёк вздрагивал, отражаясь в лужице расплавленного воска. Рядом лежала раскрытая книга — «Трактат о ядах и противоядиях» некоего Магнуса Ферра, изданный в соседнем королевстве Эрдайн. Эльза читала её уже третий месяц подряд, делая пометки на полях огрызком карандаша. Не потому, что была отравительницей. Просто другой книги не нашлось, а читать хотелось хоть что-то. Её жизнь в Эвенхолле была… никакой.

Эльза работала помощницей городского архивариуса — мрачного старика по имени Орвин, который почти не разговаривал, а только кашлял в кулак и перекладывал пыльные свитки с места на место. Платили мало, но хватало на комнату, хлеб и иногда — на табак. Она курила трубку, потому что это успокаивало, потому что дым заполнял пустоту в груди, и потому что это было хоть какое-то действие, хоть какой-то ритуал, делавший вечера чуть более сносными.

Она подошла к столу, взяла с края глиняную трубку — простая, без резьбы, тёмная от времени, — набила её остатками табака из жестяной банки. Чиркнула спичкой, поднесла огонёк к чаше, затянулась. Дым обжёг горло, поднялся к потолку серой струйкой. Эльза выпустила его через нос и закашлялась.

Вот так и жила. День за днём. Пыль, свитки, дождь, трубка, сон. Иногда она думала: а что если где-то там, за горами, за морем, в других городах с чужими названиями — в Аш-Тарине, в Иллирии, в портовом Валенсете, — жизнь устроена иначе? Может, там солнце светит чаще, чем раз в месяц, и люди не ходят с серыми лицами? Может, там умеют смеяться, не оглядываясь по сторонам? Но это были глупые мысли. Эльза знала: её судьба здесь. В этом городе. В этой комнате. С книгой о ядах и трубкой в зубах.

Она затянулась ещё раз и вдруг услышала стук. Не в дверь — стучали снизу, в стену дома, с улицы. Три удара, пауза, ещё два. Так стучали только свои. Эльза нахмурилась, положила трубку на край стола и, накинув плащ, стала спускаться по скрипучей лестнице. Свеча позади неё потухла сама собой.