Czytaj książkę: «Сказки про Макара»

Как Макар тепляк искал

В некотором царстве, в таежном государстве, жил-был парень по имени Макар. Про таких в народе говорят: «Где все топором бьют, Макар умом берет». Силой его природа не обидела, но пуще кулаков ценил Макар смекалку да доброе слово. Женился он на первой красавице деревни, Любаве, срубил крепкую избу, и все бы ладно, да пришлась на те края зима лютая — Столетняя.

Налетели ветры ледяные, заковали реку Анк под косогором в три обхвата льда, сугробы по самую крышу намели. Дрова в печке горят-гудят, а тепла в избе нет: мороз сквозь бревна инеем проступает, Любава в три шали кутается, зуб на зуб не попадает.

Пошел Макар к деревенским старикам на совет. Сидят деды на завалинке, бороды в сосульках.

— Эх, Макарка, — говорит старейшина, — это не простой мороз. Это Зюзя — царь ледяной — свое сердце на замок запер. Чтобы избу согреть, обычных дров мало. Нужен камень-тепляк. Он под заветной горой за тридевять земель лежит. Кто его в печь положит — у того всю зиму в избе весна стоять будет. Да только дороги туда никто не знает, а кто ходил — замерз по пути.

— Не бойтесь, деды, — отвечает Макар. — Русский человек на печи не замерзает и в сугробе дорогу найдет. Соберусь — и дойду.

Собрала Любава мужу узелок в дорогу: сухарей ржаных, сала кусок да рукавицы пуховые. Поцеловал Макар жену и зашагал в чистое поле, куда ворон не залетает.

Идет Макар день, идет два. Вокруг только белая пустыня да ветер воет. К концу третьего дня видит — торчит из сугроба серый хвост и уныло так качается. Раскопал Макар снег, а там Волк-серый бок. Замерз бедолага, лапы поджал, еле дышит.

Жалко стало Макару зверя. Достал он из-за пазухи кусок сала, дал Волку, а сам своими пуховыми рукавицами стал его бока растирать. Ожил Серый, глаза открыл, заговорил человеческим голосом:

— Спасибо тебе, Макар! Обогрел, накормил. Другой бы за шкуру мою взялся, а ты человеком оказался. Куда путь держишь в такой буран?

— За камнем-тепляком иду, к Зюзе ледяному. Да дорогу потерял.

— Садись на меня, — говорит Волк. — Я к Зюзе три раза за добычей бегал, когти об его крыльцо тупил. Довезу с ветерком!

Поскакал Волк пуще стрелы. Леса мимо мелькают, горы назад отступают. К полуночи примчал он Макара к хрустальному дворцу. Стены изо льда прозрачного, вместо окон — узоры морозные, а на крыльце стража стоит — белые медведи с ледяными пиками.

— Дальше мне нельзя, Макар, — шепчет Волк. — Зюзя меня в сосульку превратит. Удачи тебе!

Макар шапку поправил и пошел прямо к воротам. Медведи пики скрестили, зарычали. А Макар достал из узелка ржаные сухари, маслицем смазанные:

— Здорово, служивые! Чай, лапы-то на дворе оттоптали? Попробуйте-ка угощения нашего, деревенского. Хлеб — он и в морозы греет.

Медведи отродясь печеного не едали. Понюхали, сухари слизали, заурчали довольно и пики опустили — проходи, мол, добрый человек.

Входит Макар в тронный зал. Сидит на ледяном престоле царь Зюзя — борода до пола, изо рта пар синий идет, а в глазах — холод лютый.

— Зачем пришел, смертный? — гремит Зюзя, и от его голоса сосульки с потолка сыплются. — Жизнь надоела? Сейчас как дуну — в ледышку обратишься!

— Погоди дуть, Ваше Морозное Величество, — спокойно говорит Макар. — Я к тебе с миром и с подарком. Слышал я, что ты самый сильный царь на свете, да только скучно тебе в твоем хрустале. Все тебя боятся, никто слова доброго не скажет.

— А зачем мне слово? — удивился Зюзя. — Я силой велик!

— Сила — она у всех есть, — улыбнулся Макар. — А вот уменье душу погреть — это редкость. Давай уговор: если я тебя заставлю улыбнуться да сердце твое растоплю — ты мне дашь камень-тепляк. А коли выстоишь против моей хитрости — забирай мою голову.

Зюзя нахмурился — лед вокруг потрескался.

— Ладно, хвастун! Попробуй.

Достал тогда Макар из кармана простую деревянную свистульку, что в свободный час сам вырезал, прижал к губам да как заиграл! Полетела по ледяному залу веселая, задорная камаринская. Да так складно, что ноги сами в пляс просятся.

Зюзя сначала брови хмурил, ладонью по колену стучал. Потом видит — медведи-стражники у дверей переминаются, хвостами крутят. Не выдержал ледяной царь, усы задергались, и... улыбнулся! А как улыбнулся — побежал по залу теплый весенний ветерок, хрустальные стены заслезились, капель зазвенела. Сердце у Зюзи оттаяло, подобрел он.

— Ох, Макар, — утирая ледяную слезу, промолвил царь. — Сто лет я так не радовался. Твоя правда — музыка да доброе слово сильнее любого мороза. Забирай свой тепляк, заслужил!

Ударил Зюзя посохом оземь, раздвинулись плиты ледяные, и поднялся оттуда огненный камень-тепляк. Сам небольшой, а жар от него идет — словно от хорошей печки.