Czytaj książkę: «Пока не начался ливень»

(Рассказ)

Джеймс Фардон старался не поднимать головы, шагая рядом с женой и дочкой. Чёрная туча пожирала горизонт. В её непроглядной гуще мрака вспыхивали зелёные молнии, словно вздутые вены на теле живого существа.

– Она движется за нами, папа, – Дорис ткнула пальчиком в гнетущую субстанцию на небе.

– Не тревожься, солнышко. – Джеймс взял руку дочери в свою и ускорил шаг. – Она скоро устанет, уснёт, а мы к тому времени будем далеко отсюда.

Джеймсу очень хотелось верить в свои слова. Вот бы она остановилась, а лучше – исчезла вовсе, навсегда. Вот бы мир вернулся к прежней жизни и человечеству ничего не угрожало.

Смертоносная чёрная масса, разрастающаяся на небосводе, не останавливалась; она притаилась, как кровожадный зверь перед прыжком на добычу. Она ждала, играла с жертвами, дыша их страхом.

Джеймс глянул на супругу, шагавшую слева от дочери. Тина, как и он, держала Дориану за руку, но её взгляд был мёртв. Она смотрела под ноги, обходя котловины и валуны, стараясь не упасть. Её грязное от пыли лицо, мешки под глазами, пустившая побеги седина в длинных каштановых кудрях говорили о том, насколько она устала от такой жизни. Насколько она устала от выживания. Да и сам Джеймс заметно похудел в последние месяцы: на лице корнями разрослись морщины, а борода, скрывающая подбородок и щёки, почти полностью поседела.

Дорис – вот что заставляло их идти. Этот огонёк, дававший жизнь им обоим, выгоревшим дотла. Ради дочери, ради полноценной семьи они шагали на корабль АРК-19. Последний борт, улетающий на Марс. По сообщениям властей, им нужно прибыть на посадочную станцию за полчаса до отлёта, и они успевали.

Пейзажи вокруг не сильно радовали глаз, скорее наоборот: разрушенные бараки, котловины от ядерных бомб, зола и пепел. Природа создала человека – разумное существо, а вот чем он ей ответил…

Помимо семьи Фардонов, в космический порт спешило ещё полсотни выживших. Хоть и связывала всех одна цель, люди держались врозь: кто-то в одиночку, кто-то небольшими группами.

В паре метров справа от Джеймса волочил ноги старик в грязном тряпье. На его груди висела сумка, из которой раздавался плач младенца. Старик топал, опираясь на кол, превозмогая боль в ногах, чтобы спасти дитя.

Спустя ещё десять минут ходьбы по истерзанной почве Джеймс посадил пятилетнюю дочурку к себе на плечи.

– Ну, как тебе там? Высоко сижу – далеко гляжу? – посмеялся Джеймс и начал качаться из стороны в сторону, исполняя роль планирующего самолёта.

Девочка хохотала, болтая ногами, и представляла себя пилотом, подыгрывая отцу. Алевтина улыбнулась. Каменная усталость дала трещину на лице молодой женщины. Детский радостный смех – разве это не чудо, ради которого стоит жить?