Czytaj książkę: «Моя скандальная соседка. Книга 1»

1

Алиса настойчиво звонила в дверь, но никто не открывал. Эта дверь была шестой и последней, после которой девушка была готова сдаться. Дом для неё превратился в страшную тюрьму, где соседи стали немы, слепы и цинично безразличны.

“Ну неужели я настолько проклятая?” — спрашивала она себя. Уткнувшись лбом в холодный металл, девушка пыталась остыть от перенапряжения.

Всё плохое навалилось слишком быстро, и ещё чуть-чуть — снежная лавина похоронит её с головой. И никто уже не вспомнит про Алису Арго. Хотя нет, подумала она, всё-таки вспомнят: “Известная актриса, убившая свой брак случайной связью, к счастью, умерла незаметно для всех”

Внезапно послышался шум, и перед ней показался высокий мужчина брюнет в очках.

— Здравствуйте, можете помочь? — её речь была неуверенной. — Извините, что отвлекла от дел.

Мужчина разглядывал её из простого интереса. Он только заехал в новую квартиру, и никто ему не знаком в доме на Олимпийской, 26. Это было его первое утро, и оно началось весьма… красиво.

Девушка тоже разглядывала незнакомца. Из всех соседей мужчина казался ей и самым молодым, красивым и доброжелательным.

— Я не верующий.

— Что? — опешила девушка. Ей стало страшно неловко. — Нет! Это ошибка. Да вы неправильно меня поняли… Я сама не из этих… Боже.

— Ну вот видите, — улыбнулся мужчина. — Упомянули всё равно. А говорите, неверующая.

Секунду они стояли в непонимании, что делать дальше. У Алисы накипала злость: мало того, что она просила помощи, так её ещё выставили дурой. Мужчина изучал девушку и ожидал следующего хода.

— Чем? — не дождавшись, он взял инициативу в свои руки.

— Мне нужно выбросить компьютер, а я, как видите, хрупкая натура… — тело девушки и правда было тонким. — Вы поможете?

— Да без проблем.

Спустя два этажа ниже:

— Не хочу показаться занудным, но ведь вы живёте на пятом этаже, а я на седьмом…

— Всё верно, — ответила девушка. — Никого дома нет. Вы первый, кто откликнулся.

— Хорошо. Как вас зовут?

Секундное замешательство рыжеволосой девушки сменилось лёгкой улыбкой, и только одним правым уголком:

— А меня зовут Алиса.

— Рад знакомству, — тяжелой рукой пожал добрец. — Микаэль.

В квартире девушки пахло больше парфюмом, чем домашней обстановкой. Всюду валялись коробки, ящички и вещи; часть предметов свалена в кучу, будто какой-то мусор.

— Интересный у вас… интерьер.

— Спасибо. Я актриса.

— Даже так?

— Вы здесь новенький, — девушка улыбнулась. — Я вижу вас впервые.

— Да-да, только приобрёл. Новенький.

— И вы ничего не знаете про этот дом?

— Ну, мне что-то говорил риэлтор про историю этой улицы, но вы знаете, что девяносто процентов сказанного им — просто чепуха. Очищаю мозг от спама.

“От спама, — внутри груди Алисы похолодело. — Опять айтишник?”

Она указала пальцем на стол и вздохнула: “Вот, выкиньте его, пожалуйста”.

Даже беглого взгляда оказалось достаточно, чтобы понять, насколько ценным было устройство. Пусть Микаэль не самый большой геймер, но в железе разбирался так же хорошо, как в промышленности, которую продавал на экспорт.

— Алиса, а вы уверены, что это необходимо выбросить?

— Да.

Микаэль почесал за ухом.

— Что ж, если актриса хочет пощекотать нервы.

— При чём тут нервы? — Алиса сложила руки на груди. С самого начала их знакомство зарядилось необычной энергией.

Ей жутко хотелось топнуть ногой.

— Это очень дорогая машинка. Поверьте, я разбираюсь в компьютерах. Мне жалко выбрасывать такую вещь.

— Ну и что? Мне она совершенно не нужна.

— Широкий жест, почти театральный. Понимаю.

Девушка одарила его ледяным прищуром.

На ней была обычная домашняя одежда: простенькие джинсы и чёрная облегающая блуза. Рыжие волосы, длинные, слегка кудрявые, горели золотым. Девушка уже сомневалась, что стоило выйти в таком виде перед этим… непонятным… человеком, одетым в поношенную белую майку и шорты ужасного кислотного цвета.

Эта улыбка. Или ухмылка? Боже, что он себе позволяет?

— Хорошо, я выкину, — Микаэль быстро засобирался. — Хозяйка велела, то так и будет, спору нет.

— Спасибо.

На всё ушло не больше десяти минут. Монитор, клавиатура, мышь и прочие безделушки, ненавистные Алисе за то, что они несли огромный след прошлого её жизни, полетели в мусор. Всё, кроме системника. Мужчина стоял возле грязного, пахнущего жухлым бананом и скисшим помидором контейнера минуту и, ощутив мальчишескую жалость, и вспомнив детскую нужду, когда о таких игрушках можно было только мечтать, унёс его обратно, от греха подальше и от необдуманных решений от людей, ничего не понимающих в технике.

— Да? — на лице девушки читалась тревога.

— Я покупаю.

Алиса раскрыла рот.

— Что вы делаете?

— Покупаю. Куда отправить деньги?

У Алисы сейчас язык свяжется в узел не то от возмущения, не то от удивления.

— Микаэль, я буду признательна, но этот компьютер, он как бы принадлежит… Даже не знаю, что сказать.

— Он ваш?

— Да.

— Предлагаю сделку. Покупаю по любой цене. Если не согласны, то прямо сейчас скину его.

Алиса молча протянула свой айфон. Микаэль отправил нужную сумму, подыграл чернявыми бровями и поднялся на два этажа в свою квартиру, догадываясь, как актриса с открытым ртом смотрела ему в спину.

Казалось бы, простой день и простая просьба — но какую историю они откроют…

2

Время девять вечера. Театр закрывает вечернее представление.

После выступления Алису не ждал традиционный букет цветов. Столик был пуст: только макияж, салфетки и стеклянная бутылка воды. Несколько скомканных бумажек хранили её пролитые слёзы.

— До свидания, котёнок.

Это была Инга, её коллега по театру. Между ними была крепкая дружба. Единственная, кто категорически и с порога отвергла обвинения против Алисы Арго, бывшей ведущей актрисы и перспективной звезды.

Бывшей…

— И тебе я говорю: прощай.

В глазах подруги появилась обеспокоенность.

— Иди уже. Я еду домой, — улыбнулась Алиса.

— Долго не сиди. И не реви. Увидит директор, захочет укусить за ушко.

— Уф! Пока-пока.

Взгляд невольно упал на сумку: в ней хранилась самая большая трагедия на свете, смерть и отрава, ужасный яд позора. Бумага с гербовой печатью извещала о расторжении брака с Максимом. Прекрасный муж, который объелся груш. Два года импульсивных отношений: она горела театром и его телом, а он горел от того, что её якобы мало в жизни.

«Ну вся в театре»

«Я устал тебя ждать»

«Наверное, у тебя есть другой, раз не ночуешь дома»

И всё такое прочее.

Ирония судьбы — изменил в итоге он. Вторая ирония заключалась в том, что ей пришлось вынести муки клеветы: Максим ради дешёвых денег публично обвинил её в супружеской неверности. Газеты подхватили, блогеры раздули, моралисты акцентировали. Карьера Алисы Арго пошла на спад. Как и её жизнь.

Уже в своей квартире на Олимпийской ей удалось расслабиться хотя бы чуть-чуть, сбросить с себя панцирь, броню, доспехи непоколебимого человека, которому не страшны скандалы; теперь слезы лились градом, обиды потоком неслись по венам её тела.

Ничто не казалось ей вечным, и она это знала, принимала жестокие правила игры, но где уважение?

«Где, Максим, уважение? — спрашивала она в пустоту гостиной. — Ведь я отдала два года ради чего? Чтобы так опозориться, что ли?»

Она простила ему измену, даже намекала, что готова смириться с этой скверной историей его похождений (Лариса? Или Эвелина?), чтобы сохранить брак. Максим пошёл на неё войной и победил, отобрав по контракту собственность, деньги и репутацию.

В действительности ей ничто не было так важно, как спокойная жизнь дома. В детстве такой радости у неё не имелось, а в студенчестве все силы ушли на то, чтобы стать выдающейся — или хотя бы востребованной — актрисой. Годы изъедала моль тоски, а по утрам разрывы в личной жизни сшивала бабочка надежды.

Максим появился внезапно. Принёс ей маленький букет на сцену:

— Это вам.

Нарциссы. Игривые и яркие. Жёлтая романтика проникла в сердце Алисы Арго. Продолжительное время всё сводилось к дружбе с привилегиями, но отношения раскрыли журналисты из молодежной авангардной группы. Туда же подтянулись столичные издания. Так появился брак.

Ей всего хватало, только любовь в дефиците. Максим дарил свою любовь, или хотя бы пытался делать вид, что он настоящий мужчина, и она чувствовала себя уверенной женщиной. А сейчас она сломлена.

Сломлена.

Отвержена.

Унижена.

Какая гадость!

Теперь она в скандале: театр на неё зол, потому что репортёры настырно следят за каждым её шагом, повис вопрос о будущих ролях после окончания сезона, а в доме, где она жила прекрасные три года без единой ссоры, большинство жильцов, прежде друживших с ней, просто-напросто отвернулись. Свидетельство о расторжении прилепилось к зеркалу туалетного столика. В квартире прохладно — в открытую форточку врывался декабрьский мороз. Алиса всё смотрела на бумагу, на эту злобную гербовую печать и ужасные строки распада, разложения даже, смотрела и грустила. И плакала.

3

— За повышение! — друзья чокнулись бокалами. Стекло звенело, бармен улыбался, и только Микаэль сидел напряженный.

В баре было душно. Половину зала оккупировали богемные люди, распивали вино и громко обсуждали культуру. Отголоски их разговоров пугали Микаэля. Чужой мир, в котором он никогда не жил.

Вторую половину занимали родные акулы капитализма.

— Не пора ли завести пару? — спросил Георгий, лучший друг и сопартнер.

— Ой, не начинай.

Микаэль взялся за блюдо. Холодное. Поковыряв вилкой, бросил.

Всё не то.

— Эй, ты чего? — Георгий положил руку на плечо. — Ты сам не свой последний месяц! Так перетрудился?

— В том числе. Хотя не знаю! — Микаэль недовольно фыркнул. — Кажется, я сам не знаю, чего хочу.

— Ты рвался на эту должность. Вот она, лежит на блюде. Бери и пользуйся. Теперь выход на международную логистику в Азии, — Георгий всегда был мечтателем. — Вот если бы в Афганистане было поспокойнее…

— То что? Продавал бы местным воду? Ты бы смог.

Друзья заговорили о перспективах. Микаэль Иванов — будущий генеральный директор транснациональной корпорации. Они будут его лучшими товарищами и компаньонами по бизнесу, если, конечно, Микаэль не зазвездится. Сам мужчина ушёл в переживания — а жизнь хоть та?

Или не та вовсе.

А что, если ему не хватает чего-то жизненно важного?

Мысль про отношения не посещала его со времен студенчества, и неслучайно. Окружение Микаэля постепенно окольцевалось, холостяков оставалось всё меньше. Ну и где они все? Микаэль возглавил департамент в двадцать, за ним стоит целый дивизион подразделений, отвечающий за развитие партнерских и клиентских связей. Друзья даже близко не подобрались к такой высоте.

Нет, конечно, он думал о девушке, чтобы успокоить разговоры в окружении. Хотелось ли чего-то конкретного? Сложный вопрос для человека-карьериста. Может, забота? Ему хотелось тепла в своем доме. Пора признать: Микаэль достиг дна одиночества, и холодная постель стала откровенно раздражать. Не для того он строил карьеру, так изнурительно и кровопролитно борясь с врагами и оппонентами…

Но кто бы привлек его внимание? В последний раз его заинтересовала Алиса-соседка — девушка из дома, живущая двумя этажами ниже. Правда, о ней он знает ровным счётом ничего. Ах да, она не разбирается в технике. И легко ведётся на троллинг. Имеет странные желания.

Это даже забавляло Микаэля: он умел всё и был готов на любой риск, только с отношениями никогда не ладилось. Наверное, поэтому любой поиск девушки вызывал у него раздражение.

Элегантный, высокий мужчина уронил глянцевый журнал, пока искал в сумочке свой смартфон; сопровождавшая его девушка на высоких каблуках звонко смеялась и что-то говорила про Милан и скорый отъезд. Он улыбнулся, поднял утерянное и хотел было отдать, но его внимание притянула обложка.

Алиса Арго. Рыжеволосая, бледнокожая, в образе девы в белом одеянии стоит у ствола древнего дерева. Актриса драматического театра под шквалом критики. Скандал, развод, экс-муж получил в собственность…

Мда. Такое красивое лицо, а уже попало в большую передрягу. Совет директоров может мягко намекнуть: “Тормози и кончай с этим, пока не поздно”.

— За нашего друга! — зазвенели бокалы.

Микаэль, недовольно хмыкнув, отбросил от себя журнал. Как-нибудь в другой раз. И не с громко звучащим именем Алисы Арго.

4

Когда лифт остановился на пятом этаже, Микаэль быстро смекнул, кого следует ожидать за раскрывающимися дверями.

Естественно, это была она. В её тонких руках была заклеенная скотчем коробка.

— Доброе утро, Алиса Арго.

— Доброе утро, добрый человек Микаэль.

Мужчина перехватил её коробку. На вид крупновата, но по ощущениям почти пуста.

В кабине лифта раздался запах мужского парфюма: изыскан, но заметен, твёрд, но лёгок. Статус Микаэля, одетого в простой свитер и джинсы, выдавал только аромат духов.

— Теперь вы выкидываете воздух.

— Что? — она фыркнула в ответ. — Бросьте, это мусор. Не продается.

— Точно?

Бровь Алисы слегка приподнялась.

— Точно.

— Ладно, — в голосе Микаэля послышалась усмешка, — а то ещё подумаете, что я сталкерю за вами.

— Не подумаю, — холодно ответила Алиса, выйдя из лифта.

Микаэль, тем не менее, помог ей донести коробку. Упав в контейнер, коробка рассыпалась, выбросив кучку разных листов, бумажек и писем. Говорить о рассыпавшихся бумагах мужчина не стал.

Алиса наблюдала за ним, рассматривала его спину, плечи, руки, изучила талию. Микаэль был развит и атлетичен, чем сильно выделялся на фоне бывшего. Максим был худ, иногда даже слишком. Инге-подруге часто доводилось слышать от Алисы шутки про пёрышко в постели.

Чувствовалась угроза. Могущество. И дискомфорт. Нервозность в голове нарастала, и Алиса вознамерилась уйти немедля.

— Спасибо за помощь, — мужчине подарили реверанс, слегка комичный, но при этом забавный. — А теперь, я пойду.

— Арго — это настоящая фамилия? — вдруг послышался необычный вопрос.

— Нет, не совсем.

— Досталась от мужа?

“К чему такие вопросы? — от удивления Алиса едва не раскрыла рот. — Если только не дошли до него слухи… Неужели и ему я противна?”

Если это провокация, то она почти удалась.

— Нет, не от мужа. Творческий псевдоним. Прижился ещё в мастерской. Я тогда себя искала, как, впрочем, и сейчас.

Микаэль долго смотрел в её глаза:

— Мне пора на работу. Всего доброго.

Развернулся и ушёл.

Ещё возвращаясь обратно, Алиса почувствовала неладное. Сердце отозвалось печалью: некогда её красивая жизнь гасла под натиском внешнего давления. И не было уверенности в том, что виновником её смущения — или тревожности — стал Микаэль. Он хотя бы видел её, в отличие от прочих, решивших поверить слухам и предпочитавших делать вид, будто бы её больше не существует в природе.

В квартире ещё сохранялся беспорядок, но дело за малым, подумала Алиса. Она продолжила убирать всё, что хоть как-то напоминало бывшего мужа. Оставшиеся бумаги, дневники, фотоальбомы, видеозаписи, посуда и одежда. Всё, что не забрал Максим ранее, теперь отправлялось в утиль.

Кажется, пожили всего ничего, три года вместе, не больше, а столько общего осталось… К вечеру собралась ещё одна коробка ненависти. Отнеся её к лифту, в глубине души Алиса надеялась снова увидеть Микаэля, но встретил её Владимир Петрович, сосед по шестому этажу, профессор старых нравов.

Седовласый сосед, словно горделивый лев, завидевший слабую и хилую жертву, даже не поздоровался. Как будто она чума. Как если бы он поздоровался и заразился бациллой скандала. В кабине лифта стояла противная тишина.

Изоляция страшно удручала девушку. Быть оболганной тяжело, но ещё тяжелее дается несправедливое общественное порицание. Весь дом сплотился против актрисы Арго, считая её виновницей и роковой женщиной, а её мужа — жертвой.

Весь дом. Кроме Микаэля.