Czytaj książkę: «Мой мальчик»

Глава 1

Тайга, на склоне гор ели и сосны, в низине озеро, бескрайнее, таинственное и темное в своей глубине - этот вид каждое утро дарил мне радость и возвращал к жизни после того, что случилось. Здесь я счастлива, теперь мне спокойно и нет мыслей о возвращении, о том, чтобы брать реванш, хотя я знаю, что есть много людей, кто ещё долго будет ждать моего возвращения. Но я решила, что мне достаточно всего что было, больше не хочу быть на виду, в центре событий, мне хорошо здесь в тишине природы вдали от суеты. Хотя людей и здесь хватает, это место нельзя назвать безлюдным, оно пользуется большой популярностью, вот только доступно не всем, купить здесь клочок уникального богатства могут позволить себе только избранные, туристов же заносит постоянно, и всем интересно заглянуть, как здесь живут. К числу избранных относится и мой брат, который после тех событий годовалой давности привез меня сюда, собрал, склеил и дал новый стимул жить. Знает, что меня всегда с детства влекло к земле, нравилось преображать и любоваться результатом. Дача бабушки была самым благоухающим участком в садоводстве, многие приходили посмотреть и, не скрывая восхищения, делали комплименты, а бабушка сияла и довольная отвечала, что это всё внучка выдумщица постаралась. И сейчас эта земля, а точнее огромная территория, к которой еще никто не прикасался, необходимость и огромное желание создавать красоту всё это меня спасло. Если бы я не попала в свою сферу, я бы с очень большой вероятностью занималась ландшафтным дизайном. Здесь у меня возникло столько идей, и я их с удовольствием воплощаю. Мне хотелось, чтобы участок был продолжением того, что взгляд видит до горизонта, а не оазисом и благоухающим садом с цветами, выбивающимся из общей картины, в этом чудесном уголке природы. Хотелось гармоничного продолжения в виде елей на участке, но с более мягким уклоном и переходом к цветущим декоративным растениям ближе к дому. А за домом непременно пруд, как маленькая копия озера, которое восхищало меня своей таинственностью и спокойствием в низине. Олег специально купил этот участок и дал мне зелёный свет делать всё как мне захочется, наняв в помощь людей, сказал, что хочет видеть здесь шедевр и приглашать сюда друзей и партнёров. Искорка во мне зажглась сразу, как только я увидела это место, но месяц я ещё приходила в себя, а потом с головой окунулась в дизайн, планировку и закупку всего, что могло понадобиться. Благо очень быстро Олег подобрал мне в помощь идеальную команду, которые привели с собой и простых рабочих, работы нам предстояло немало. Нина и Кирилл были профессионалами в своем деле. Олег сказал им нет равных по ландшафту, проектам, сметам, они дополняли друг друга. Сами они говорят, что сначала готовы были растерзать друг друга, когда познакомились на одном из проектов. Нину тогда наняли придумать, подобрать рассадку деревьев в саду с прудом, а Кирилл отвечал за расчеты, сметы. Они никак не могли между собой договориться, Кирилл считал, что Нина слишком тратит, а Нина негодовала, как можно отказаться от самого главного растения, которое будет восхитительно смотреться у пруда, но в силу его уникальности, конечно, являющегося весьма дорогим удовольствием. Но им удалось найти компромисс и не только в работе, после того проекта они работают в паре и счастливы в браке. Глядя на них наверное я и оттаяла, они деликатно меня подталкивали начать садовые работы, Нина приносила наброски невероятных идей, и я включилась. После работы в саду Нина заваривала чудесный чай из определенного набора трав, которые она умело комбинировала, его невероятный аромат и вкус не мог оставить равнодушным никого. Сначала именно этим чаем Нина меня и покорила, когда приносила показать свои первые наброски, она приносила с собой чай. Комната сразу наполнялась потрясающим ароматом, из знакомых мне был только привычный с детства запах мяты, на даче бабушка всегда заваривала её как только начинали появляться первые листочки. С Ниной и Кириллом мы со временем очень сдружились, ребята никогда не поднимали тему почему я здесь и что меня так выбило из колеи. И я им за это благодарна, я не готова с кем-то обсуждать то, что случилось, даже Олег не знает всей трагичности истории. Снова мыслями уношусь на год назад и думаю, что я могла изменить, как не допустить всего этого. И всю ночь как призраков отгоняю не успокаивающиеся вспышки воспоминаний о тех событиях.

Буду рада комментариям, замечаниям, подсказкам к улучшению, возможно захотите что-то расширить, открыта к диалогу

Глава 2

Всё началось 1,5 года назад. Офис моего межрегионального филиала, очередная планёрка. Все как один по струнке, и это не от страха, ребята видели нового человека и ждали информацию о нём, были напряжены, к нам никогда не попадали просто так, команда была укомплектована, решение о потребности и необходимости в новых умах мы всегда обсуждали и принимали вместе с руководителями направлений. Команда у нас действительно сильная и построила я ее на уважении, костяк видел, как я вкалываю, могу любую рутинную операцию сделать сама, и проблемы разрулить сама, но теперь у меня есть и они, всегда учила их вникать в дела за которые отвечают их подчинённые и знать всё с основ. У нас лучший рейтинг среди всех филиалов, нами восхищаются и завидуют, но со стороны наблюдая мало кто задумывался, что за этими показателями не с неба упавшая удача, а результат самоотдачи и слаженной работы всего механизма, каждого члена команды. К нам стремились попасть, с нами хотели работать, потому что мы являлись не просто надёжным партнёром, мы вникали в суть проблем клиентов и делали их мир немного легче, беря на себя заботы. Клиенты нам доверяли, щедро оплачивая нашу работу и все были довольны. Вот только как гром среди ясного неба на мой филиал свалился наглый, прущий на пролом, ни с кем не считающийся Марк, и отправили его по протекции нашего главного, неужели у них там мест в белокаменной не хватило этому надменному типу. Главный наш, Игорь Иванович, позвонил мне только накануне прибытия Марка и толком не дал информации, был не похож на себя, сумбурно пытался объяснить про Марка, в итоге я лишь поняла, что ему можно всё, это было удивительно и совсем не в духе Игоря Ивановича, так доверять людям без проверки.В тот момент на планерке я думала, что это лишь очередная сложность, которую нам предстоит преодолеть и либо Марк уйдет, либо внедрится в команду и поймет наши принципы работы. Представила его коротко, больше давала ему информацию по функциям присутствующих людей, чтобы он понимал с кем по каким вопросам взаимодействовать. Моим надеждам на то, что всё быстро встанет на свои места не суждено было осуществиться. Марк буквально лез во всё и ломал нашу отлаженную систему своими дурацкими внедрениями, несмотря на все мои умения в коммуникациях, с ним договориться я не могла, он не умел ни слушать, ни слышать, а вышвырнуть его я не могла - от руководства же подарочек. Я всегда выстраивала работу на логичности, обоснованности и целесообразности, ну и конечно, наша уникальность в человечности, мы умели привлечь именно этим – в бизнесе много хороших услуг, но не всем партнерам можно довериться, наши клиенты могли, и это для нас было не меньшей ценностью, чем доходность и прибыль. Когда Марк совсем стал выходить за рамки, срывая большие контакты с главными клиентами нашего филиала, существенно повышая и абсолютно не обосновывая цены, я полетела в Москву к главному. Нужно было спасать ситуацию, и выстроенную годами доверительную систему, на кону была не только моя репутация, но и люди, моя команда. Я всё чаще встречала в коридорах растерянные взгляды, глаза которые всегда горели идеями и решениями любых возникающих вопросов. А теперь я сама не знала что делать, как решить проблему этого самодурства, у нас лучшие показатели, зачем ломать всё и ставить под сомнения наш имидж и срывать наши сделки. Контакт в этот раз с Игорем Ивановичем, нашим главным, не задался сразу, он не захотел ни видеть меня, ни слышать, каких трудов мне стоило всё же расположить его к общению и добиться встречи, и диалога. Только нормального разговора у нас не выходило. В кабинете Игоря Ивановича всё было в светлых тонах, огромные стол и кресло, последнее у меня всегда ассоциировалась с троном. Но вся обстановка была продумана до мелочей и располагала к доверительным беседам, но только не в этот раз, шеф был совершенно не настроен на конструктивный диалог. А уж я умела находить подход к весьма сложным и несговорчивым личностям, и считала, что могу уладить любую ситуацию. Одна история с моим первым крупным клиентом чего стоила – я прошла настоящее боевое крещение тогда. Клиент был весьма перспективный, но сложный, с постоянными недовольствами и изменением и дополнением требований, и мало кто хотел с его фирмой связываться из-за постоянных конфликтов, а так как это были первые наши шаги, я ставила задачу во что бы то ни стало сделать его нашим клиентом. Мне удалось, стоило много усилий, но мы нашли общий язык и как раз нашим главным кредо – вникать в суть потребности клиента мы и завоевали его доверие и в последующем он всегда выбирал нас. Поэтому опыт выстраивать взаимодействие и находить подход к людям я считала важным своим достоинством. Считала так до Марка, с ним не работала никакая логика.

Глава 3

Игорь Иванович раньше всегда был благо расположен ко мне, нет, в самом начале он присматривался, у него был принцип – руководили его филиалами только мужчины, но меня ему очень рекомендовали. Сначала он с недоверием перепроверял, но довольно быстро сделал выводы и в дальнейшем никогда не вмешивался в работу моего филиала, видя, что показатели постоянно улучшаются, партнерство крепнет, отзывы только положительные. Через 2 года к нашему региону обслуживания добавили еще один регион, и мы с энтузиазмом взялись за работу и там. У людей горели глаза, нам действительно было интересно, азартно и расширение пошло всем на пользу, мы смогли повысить в должности многих достойных, которые выросли из своих обязанностей и могли больше. И вот уже больше 8 лет мы были единственным межрегиональным филиалом, Игорь Иванович на общих собраниях всегда ставил наш филиал в пример и шутил, что нам можно и еще регион добавить. А я не сомневалась, что мы с командой справимся, для меня не было бы шоком такое его решение, даже наоборот воспринималось как вызов своим возможностям. Игорь Иванович даже по некоторым моментам спрашивал моего совета, у нас были нормальные отношения, в этот же раз его как будто подменили. Когда нам всё же удалось поговорить, хоть и безрезультатно я видела в его глазах какую-то пустоту, вину, отчаяние что ли. Он ничего не захотел обсуждать, сказал, что решение по Марку окончательное он будет работать у нас и мне надо смириться и принимать его управленческие идеи. Моя непримиримость к несправедливости не позволила мне молча согласиться, и стоила мне выволочки с выговором, главный был в бешенстве как никогда, выставил меня и сказал больше не являться без вызова, а только по приказу. Но настоящий шок ждал дома, когда вернувшись меня встретил сюрприз в виде назначения на моё место Марка.Я была подавлена, но своё детище оставить не могла как и людей, которые негодовали пожалуй больше меня. Я же ситуацию приняла, взяла себя в руки, все трудности временные успокаивала я себя, и успокаивала людей. На сдерживание возмущений надо сказать сработал ещё и кнут Марка, он был весьма резок с теми кто посмел высказать недовольство, мне удалось уговорить его не горячиться и не увольнять первоклассных спецов, но стоило это немало сил, мне казалось ему просто нравилось ломать. Команда сохранилась, но пошатнулась, методы Марка мы никак не могли принять, он вел переговоры и вообще работал совсем не по нашим принципам, был груб, категоричен и рубил с плеча, считая, что клиенты никуда не денутся. Через два месяца он привлек новых сомнительных клиентов, я тогда уже была морально вымотана воевать с ним по каждому шагу и пункту, пытаясь отстоять логичность и честность наши прошлых договоренностей с клиентами, показатели падали, я не понимала как остановить этот крах. Марк настоял на моем участии в переговорах со своими новыми клиентами, назначил встречу. В половине 7-го за мной заехал водитель Марка, чем весьма удивил, ужин был назначен на 8, обычно встречи мы проводили в центре, это максимум 15 минут езды, даже до ресторана на берегу. Я не стала звонить Марку с вопросами, решила, что возможно он хочет обсудить ход переговоров до начала ужина. Но водитель поехал за город, мы добрались ближе к 8, и как оказалось Марк уже был с потенциальными партнёрами в отдельной загородной резиденции. Я была удивлена, но за годы работы с разными людьми научилась не показывать эмоций и разочарований. Марк встретил меня, представил, и мне бы уловить сигналы интуиции, но я и мысли не допускала, что рабочее может вылиться во что-то роковое. Они были уже навеселе и я не понимала своей роли в этих переговорах, похоже они уже и так всё решили по сделке. Но оказалось бонусом к ней шла я. Глушь загородной резиденции была идеальна, эти места созданы для приватности, никто не поможет, кричать бесполезно. Наверное никто не думает что может стать жертвой, и я не думала, не могла и мысли допустить, что всё зайдет настолько далеко и они будут глухи к моим взываниям к здравому смыслу. Марк не участвовал, он просто пообещал меня как бонус. К утру меня привез домой его водитель. Я не помню первые сутки, я была в агонии от ужаса что это было со мной. Сейчас боль от того что сделал Марк и как меня выплюнула система уже притупилась, сказать что она прошла я наверное не смогу никогда.

Глава 4

Сначала я просто исчезла на несколько дней, не включая телефон, заперлась дома. Но мои ребята слишком хорошо знали меня, даже при температуре 40 я была на связи когда мы разрабатывали новый проект, а им нужны были мои комментарии. После событий за городом Марк в первый день сказал им, что я в командировке на пару дней, но когда мне не могли дозвониться неделю, моя команда забила тревогу, у моей первой помощницы Ангелины был телефон Олега, она позвонила ему. Брат, открыв квартиру своим ключом, застал меня не в лучшем состоянии. Хотя за неделю шок и физическая боль немного спали, я не могла ему этого рассказать, он бы уничтожил всех, и создал себе проблем. Олег был старшим братом всегда во всех ситуациях чего бы ему это не стоило, я вроде не была задирой или конфликтной, но хорошо помню и его сломанный нос, и вывихнутую руку, когда он не разбираясь бросался защищать меня мелкую, больше я не могла позволить ему рисковать. Сказала, что Марк полное ничтожество, что работать с ним невозможно, что я так больше не могу и не хочу. Наверное, в моих глазах было слишком много отчаяния, но Олег не задавал больше вопросы, он просто вызвал свою Киру, а сам уехал, оставив ее за мной присматривать. За несколько дней что Кира была рядом мы, конечно, подругами не стали, но я увидела в ней не только инфантильную девицу, которая звала брата Олежа, ненавижу это уменьшение, меня каждый раз передёргивает когда она так называет его, а она, видя это, как нарочно при мне его так называет. Оставшись же со мной, она была внимательна ко мне, даже бережно, не настойчиво старалась разговорить, наверное это чисто женское ощущение что дело не просто в работе, но она ничего не предполагала, просто оставила меня в покое, и старалась заботиться, на третий день я попросила ее отвезти меня на работу написать заявление. Она больше не задавала лишних вопросов просто была рядом, помогла привести себя в порядок, мне никогда не требовалось особого макияжа, я наносила лёгких классический каждый день, статус обязывал, но после 10 дней моего домашнего заточения я была не в лучшем виде. До встречи с Олегом Кира была профессиональным визажистом, она сделала из меня человека. Колдовала она долго, вздыхая над темными кругами под глазами, над осунувшимся лицом в целом и больше всего сокрушалась, над потухшим взглядом. «Виолетт, так же нельзя» - воспитывала она как маленького несмышленого подростка – «ты же сильная женщина, столько передряг и проектов за плечами, надо взять себя в руки и главное понять, если ты окончательно решилась уйти, то отпусти, больно, да бесспорно, опустощающе, ведь столько лет ты жила работой и отдавала всю себя, но ты же не хочешь потерять себя, что-то же есть в тебе и кроме этой работы, встряхнись, подумай и вытаскивай себя из этого, только ты сама можешь себя вытащить мы лишь можем помочь, но без твоего желания, ничего не выйдет». Думала над ее словами уставившись на себя в зеркало, конечно, она права, но дело не только в работе, но об этом я ей сказать не могу. Вид у меня действительно не важный, я наблюдала за четкими движениями Киры, как она наносит основу, тени и ворчит, о том, что у меня безжизненные глаза. «Слушай, - выдала она – давай-ка я тебе плесну колдовства что ли для блеска, ну надо что-то делать с глазами!» - и не дожидаясь моего согласия она уже достала бокал и наливала виски, когда я сообразила, что киваю. После нескольких глотков по телу разлилось тепло и в глазах действительно добавилось блеска, а Кира продолжила на моем лице воплощать своё мастерство. С достойным видом я поехала писать заявление и прощаться с командой, это было самым сложным и опустошающим. Когда мы с Кирой вошли в офис я попросила секретаря срочно всех собрать в конференц-зале, а Кира попросила кофе, умеет она ввести в ступор, я кивнула секретарю, чтобы приготовила. Пока всех оповещали, Кира пила кофе, а я отдала заявление в кадры и решила зайти к Марку. Мне ничего не хотелось выяснять, просто взглянуть ему в глаза. Без стука (могу в этой ситуации себе позволить) зашла в его кабинет, который раньше был моим, он постарался, мало что напоминало о моем присутствии. Марк хотел было возмутиться на неожиданное вторжение, но подняв недовольный взгляд, заметил меня и замолчал. Я подошла к столу и через него мы смотрели друг на друга молча несколько секунд. Похоже он прикидывал чего от меня ожидать, а я просто смотрела в его лицо ничего не ожидая, извинения или раскаяния не в его природе. Но в какой-то момент мне показалось, что в его глазах мелькнуло сожаление, но он или быстро взял себя в руки или мне действительно показалось. Он внимательно смотрел на меня, потом перевел удивленный взгляд на внезапно возникшую и идущую по кабинету прямо на него Киру. Она прошагала мимо меня прямо к Марку и не стала себя сдерживать, ткнула ему в грудь своим длинным красным ногтем и сказала ровным тоном «козел» и к моему удивлению не стала ничего добавлять, резко развернувшись, пошла на выход из кабинета. В дверях она оглянулась на меня, подняв бровь, как будто приглашая с собой. Я так ничего не сказав, вышла следом за ней, Кира пожалуй озвучила главную мысль и дополнять нет смысла. Услышав в спину - «Не думал, что после всего ты вернёшься!», я не обернулась, ничего не ответила, тратить энергию на таких как он бесполезно. Он еще не знал для чего я вернулась, что это мой последний визит сюда.

Глава 5

Конференц-зал уже был переполнен, я прошла вперёд в центр и взяла микрофон. Эта была самая трудная речь за всю мою жизнь, а выступала я много и часто. Я сдержалась от слез которые так и подступали к горлу стоило мне вспомнить всё что мы прошли с ребятами. Я искренне и от всей души благодарила их за лучшее время, за преданность, надёжное плечо каждого, и за всё то чего мы достигли, у каждого на лице было полнейшее непонимание когда я говорила, что пришло время прощаться, как будто они ждали что я рассмеюсь и скажу что это розыгрыш и мы продолжаем наше традиционное "быстрее, выше, сильнее". После моего последнего "спасибо" на глазах всё же стали собираться слезы, я положила микрофон и пошла к выходу, стояла оглушительная тишина, что мне казалось все слышат как колотится моё сердце, а потом резко раздались аплодисменты и мой уход сопровождали не просто хлопки, это были настоящие овации. На выходе я обернулась и сказала "берегите себя", в грохоте аплодисментов, конечно, этих слов не услышали все, только те кто был с краю, около меня, но я уверена, что они передадут и ребята знают о чем это. Они все знали себе цену, не зря же являлись частью сильнейшей команды, мы никому не позволяли диктовать нам жёсткие условия, были на том уровне, когда могли решать работать нам с клиентом или нет, это про то что подобное притягивает подобное, у нас действительно были хорошие клиенты, партнёры, а непорядочные и сомнительные отваливались сами. И наше правило было в ценности, я уверена ребята поймут, что я напоминала им об том, никто не будет позволять вытирать о себя ноги. Они классные специалисты их разберут с руками, если здесь их не захотят сохранить и сберечь. Выйдя из офиса Кира взяла меня под руку и повела к машине поняв что слезы застилают и я уже не вижу куда идти. В машине я разревелась, а Кира поглаживала меня, я не могла унять слез тоски что это всё, моё детище больше не моё, я действительно сейчас попрощалась и отпускала. К концу недели вернулся Олег и вынес вердикт - я уезжаю в его новое приобретение в сказочном месте. От Киры он знал, что я уволилась, поэтому он не спрашивал, он констатировал что он меня увозит. Я не возражала, я знала он заботится и принимает лучшее для меня решение. Мне хотелось его поблагодарить, но не просто словами, я обняла его и сказала что Кира у него хорошая. Брат отстранился, не отпуская меня из своих сильных рук, заглянул в глаза, будто не веря что это я сказала, я улыбнулась, и повторила, что ему повезло с женщиной. Он просиял, я знаю, ему важно было от меня это услышать, когда не стало родителей мы остались с ним одни и еще больше ценили друг друга. Он переживал что я недолюбливаю Киру, я действительно считала её пустой, взбаламашной, инфантильной, ничего не дающей брату взамен, но наверное я ошиблась, не всё выставляется напоказ, а за неделю, что Кира была со мной я увидела ее другой. Я хочу, чтобы Олег был счастлив, пусть даже раз уж так нравится называет его Олежа. Мы стояли в объятьях друг друга, брат поглаживал меня по голове, когда из кухни выглянула Кира, возмущаясь, что все ею приготовленные изыски скоро остынут, и, посмотрев на мужа, сказала – «Планы можно и за ужином обсуждать, Олег». Олег, я не ослышалась, не Олежа, это что-то новое. Видимо на моем лице читалось недоумение, Кира в привычной манере вскинула бровь, у нее это мило получалось, и широко улыбнулась мне – «Я тоже не люблю называть Олега этим уменьшительным именем, не удивляйся, я видела, как тебя это раздражает, а мы вроде как не очень ладили, мне нравилось тебя хоть как-то нервировать. Но теперь вроде мир?». «Если бы я знала, то пожалуй давно пошла бы на мировую» - улыбнулась ей в ответ я. Прямо идиллия какая-то, мы ужинали в тихой семейной атмосфере и ничего не угнетало меня в тот момент, я не жалела о своем решении, оно было взвешенным. Олег с энтузиазмом рассказывал о своем вложении, перечислял какие виды там открываются, хвастался, как он успел заполучить именно этот участок, уведя из-под носа у какого-то крутого бизнесмена. А мы с Кирой с интересом слушали и наслаждались его довольным и воодушевленным настроением. Глядя, как Кира любуется эмоциями Олега, я радовалась, что рядом с ним любящий человек.

Глава 6

Мы уехали в новое загородное место моего обитания на следующий день. Клиенты и некоторые из команды ещё несколько месяцев пытались звонить, советоваться, мне было не сложно, наверное даже приятно, что я по прежнему нужна, а с другой стороны это как извращенная пытка. Игорь Иванович уволился через месяц после моего ухода, подробностей никто не знал, но уж я то знаю, что после стольких лет успешной работы просто так в никуда не уходят без очень веской причины, что-то мне подсказывало, что его уход тоже связан с Марком. В один из дней я приняла решение сменить номер, и это было окончательной точкой, я знаю, что они справятся, а мне пора двигаться дальше без оглядки. В поместье Олега, я чувствовала себя живой как никогда раньше. Но порой на смену спокойному ритму приходит ураган, и меня он накрыл, не связанный с прошлым, а совсем новый о котором я бы никогда не подумала. Меня никто не заставлял, я сама с головой окунулась в это безумие.Раннее утро, чуть начало светать я уже на ногах, снова плохо спала, от накативших воспоминаний, бесследно ничего не проходит. Решила встать, поработать в саду, а не доводить себя сюжетами, всплывающими из прошлого. Достала свой любимый джинсовый комбинезон, Нина смеялась, что я в нём настоящий садовник только очень сексуальный, не знаю, что ей дался этот комбинезон, мне просто в нем удобно работать ничего не мешает, вместительные карманы для небольших инструментов. Мои любимые плющи всё время требуют обрезки, отдельные побеги так и норовят выбиться из общей картины, как прядь непослушных волос, а я хочу чтобы было идеально по задумке, они должны подниматься до крыши дома в форме определенных фигур. В то утро на улице стояла особая тишина, пробуждение природы в этих местах стоило таких ранних подъемов. Я время от времени поглядывала на спокойную гладь озера, в котором отражалось пробуждение солнца, слушала перекличку разных птиц, и на сердце было хорошо, даже вопреки плохому сну, природа успокаивала и дарила такую необходимую мне гармонию. Занимаясь подравниванием плюща, я получала удовольствие, но в какой-то момент появилось ощущение пристального внимания. Я слышала, что ночью, уже под утро, приехал Олег, но он сразу прошел в отдельный гостевой дом, поэтому я не стала его тревожить, пусть отоспится хотя бы до обеда. Нина и Кирилл вчера уехали в город на пару дней. Да и никто из своих бы не вызвал таких мурашек по коже. Я невольно обернулась на гостевой дом и на балконе увидела парня, вздрогнула от неожиданности и полетела с лестницы. На моё счастье была лишь на второй ступеньке, потирала ушибленное место, чертыхалась, пыталась осмотреть и растереть лодыжку, кажется, не подвернула, как вдруг почувствовала, что меня поднимают крепкие руки. Подняла глаза и снова этот мальчишка, выдернула руку - "ты кто?" Он поднял брови и выдал "и Вам доброе утро, и пожалуйста". Вот наглец. "Вообще это ты меня напугал, из-за тебя же и упала, поэтому не за что тебя благодарить" - чего я на него накинулась, ничего же плохого мне не сделал, сама дернулась. "Что ты здесь делаешь?" - снова нападаю на него, мне показалось он нахмурился, но ответил "я Ник, мы с Олегом приехали ночью, видимо ты и есть моя нянька". От его слов я моргала и ничего не приходило в голову, какая к черту нянька! Надо поговорить с братом, что за сюрпризы такие. Я направилась в гостевому дому, мальчишка не пошел за мной, я обернулась и увидела его на турнике, около плюща, поставив лестницу, подтягивался спиной ко мне, он не показался мне накаченным, но подлетал на турнике он очень быстро, я отвернулась и пошла к брату, надо выяснить что происходит? То Олег настойчиво пытался меня социализировать, общением с соседями, благо расстояния между усадьбами приличные, это не элитный посёлок, здесь у каждого территории до нескольких гектаров, и через забор соседа не увидишь. Но Олег со многими познакомился и наладил связи, хотя приезжал и не часто, каждые выходные он звонил и говорил, что меня ждут в гости то одни то другие, но я не была готова к обществу, мне хорошо было в уединении, пока хорошо. Олег не одобрял, но не настаивал, а теперь вот мне подкидывает такой сюрприз, что мне теперь с этим ребенком нянчиться. Хотя какой он ребенок, взрослый парень и что мне с ним делать, я не воспитатель, и даже не педагог, чего он от меня ждёт вообще?! С этими мыслями ворвалась к брату, стянула одеяло и начала тормошить - "рассказывай!" - требую я. "Витка, отстань, потом, дай хоть сон досмотреть, всю неделю как проклятый" - брат со стоном отворачивается и тянет назад одеяло, а мне становится совестно, чего действительно завелась, он крутится с бизнесом, со мной ещё забот, посмотрела на него с тоской, мы всегда чувствовали друг друга, сейчас я чувствовала, что он устал. А про этого парня можно и потом поговорить, проснется и всё объяснит, ничего за несколько часов не стрясется от моей не осведомленности, накрыла брата одеялом и уже тихонько прикрывая дверь услышала тихое сквозь сон "спасибо, сестрёнка".

Глава 7

На душе стало тепло, вышла под лучи выглянувшего из-за облака солнца, подставляя лицо и жмурясь при этом как довольная кошка, вздрогнула, услышав возвращающее к реальности - "Кхым..". Чуть не столкнулась с мальчишкой, он отошёл в сторону от меня, а я направилась к плющу, обратив внимание, что он прошёл мимо гостевого дома к душу. Олег любил уличный душ, он напоминал ему детство, как у бабушки на даче - уличный летний душ, просто стены, из чего придется, а наверху бак покрашенный черной краской, чтобы нагревался на солнце, я никогда этого удовольствия не понимала и не любила, а у Олега остались какие-то теплые детские воспоминания о нем, и он захотел здесь тоже иметь что-то подобное, конечно по последнему слову, но сама суть нагревания от солнца была принципиальным моментом. Соответственно я понимала, что мальчик собрался в душ где вода с ночи ещё холодная, к тому же без полотенца. "Помощь нужна?" - посмотрела на него я. "Что спину потереть предлагаешь?" Вот же наглец, ну и пусть идёт мёрзнет не буду предупреждать что вода там холодная, пусть визжит. "Полотенце хотела предложить"- сощурилась я - "но смотрю ты обойдешься" и пошла дальше по дорожке, через несколько секунд меня схватили за руку, останавливая - "Извини, что-то мы не очень начали знакомство, - провел рукой по голове, словно стряхивая с себя ненужное - у меня выдался не очень период, но это не повод, не контролировать себя, от полотенца действительно не откажусь, принесешь?" - и улыбнулся какой-то усталой как мне показалось улыбкой и под глазами темные круги, кажется он тоже не спал. Тряхнула головой, в знак согласия, вытаскивая свою руку, которую он не спешил отпускать, выдавила из себя "Принесу" и ушла в дом. На удивление рассудительный этот парень, а выглядит совсем молоденьким. Через несколько минут вышла с полотенцем ожидая услышать возгласы, но из летнего душа не было звуков кроме шума воды. Повесила полотенце на крючок и решила уточнить - "ты в порядке там? это летний душ, вода там холодная после ночи". "В порядке, скоро выйду" - ответил Ник, кажется так он представился. "Полотенце на крючке" - сказала я удаляясь от душа обратно к своим делам с плющом, так и не завершила ведь обрезку, как из душа мне показалось "я по ходу тоже" или мне послышалось?

Буду рада комментариям, замечаниям, подсказкам к улучшению, возможно захотите что-то расширить, открыта к диалогу

Глава 8

НИК Олег привез меня в безлюдное по сути место, от последнего дома до момента когда мы остановились, прошло минут 30, а ехал он не медленно. Мне не привыкать быть вдали от людей, всю сознательную жизнь я жил на острове, вылазки были только с матерью и то по делу. Всё - учеба, секции, тренировки, репетиторы, а их было очень много, с большим разнообразием, были с доставкой на дом, точнее на остров. Мать не была стеснена в средствах и позволить мы могли наверное всё в разумном понимании. Она строила площадки по всем видам спорта, в которых считала я должен себя попробовать, места в ее распоряжении было более чем предостаточно, и это были не просто площадки для индивидуальных любительских занятий. Она не жалела средств, чтобы у нас появлялись именитые в своем виде спорта люди, часто собирала встречи и спонсировала приезды спортсменов. Проводились регулярные любительские, коммерческие, а иногда и благотворительные турниры по разным направлениям. Были занятия и для обычных ребят, которых привозили для участия в тренировках, где мне нужна была команда. И им можно сказать весьма повезло – всё бесплатно и секция, и тренер лучший из лучших, и поездки на остров на скоростных комфортабельных катерах. Целая команда была нанята для налаживания и поддержания постоянной работоспособности спортивного направления. Сама мать всегда оставалась в тени, а в качестве хозяина благотворительных мероприятий или турниров отправляла кого-нибудь из своих людей, основной задачей которых был я. Именно мне посвящались все эти мероприятия и приезды известных людей, и я впитывал их опыт, умения, ими нельзя было не восхищаться, со многими я сдружился и общался. Самым близким мне стал Илья, после сборов дзюдоистов на нашем острове мы с ним по-настоящему подружились, мы могли подолгу общаться обо всем и ни о чем, он рассказывал о своих девчонках, которых менял с завидной регулярностью, за что я его упрекал в легкомыслии, а он всегда смеялся, что я просто еще не распробовал сам. Только на него мать реагировала нормально, он был обаятелен, сумел найти к ней подход и был единственным частым гостем на острове. Несмотря на разницу в возрасте, он был на 10 лет старше, мне было с ним легко в общении. И когда у него были перерывы в соревнованиях и сборах он тоже с удовольствием приезжал ко мне на остров. Мы не только общались, он щедро делился своими знаниями, мы много тренировались, дзюдо мне нравилось благодаря ему. Илья звал меня к себе гости, в Армению, но я знал, что мать не отпустит, когда мне было почти 16, он как-то решил поговорить с ней сам, но разговор не задался и больше он не появлялся у нас. У меня было всё, о чем можно было помыслить, кроме свободы, такого понятия для меня не существовало. Мать была категорична в отношении моего свободного времени и как одержимая забивала каждую минута важным и значимым для моего будущего, она любила подчеркивать, что всё для моего блага. У меня постоянно менялись «няньки» как я их называл, мать боялась привыкания, как с моей стороны так и с их, она требовала от них четкого следования инструкциям, и графику дня, никаких изменений, отступлений, вольностей. А я с самого раннего детства привык к нагрузкам и находил в них плюсы, мне нравилось заниматься, благо мать всё же считалась с моим мнением относительно того, что выбрать, сначала она выбирала то, что она считала подходящим, а уже из этого выбирать мог я. Если в каком-то из моих дополнительных занятий был перерыв, то я начинал тосковать, и поглощал книги чтобы не сойти с ума, к интенсивным нагрузкам и темпам привыкаешь. Из всех занятиях у меня были любимые, если их можно так назвать, но по уверениям матери, я должен был быть безупречен, результативен во всем что делал, и мне приходилось соответствовать, это не то чтобы невозможно, когда у тебя самые лучшие инструкторы, тренеры и постоянные участия в соревнованиях. Мне не хватало общения, регулярно приезжали ребята, которые часто бывали на острове, благодаря нашим тренировкам, мы неплохо общались и они даже многим делились со мной о своей обыденной жизни, какие места любили посещать, с кем дружили кроме спортивных друзей, но у меня всегда было ощущение, что они делают это вынуждено. Они и между собой, командой, много общались, встречаясь помимо занятий спортом, для меня же бесцельные встречи, по выражению матери были под запретом, я мог общаться только на занятиях или по телефону.

Глава 9

Наверное, полностью открываться и доверять ребятам мне не позволял случай из детства. Когда мне было 8 лет, я пришел в раздевалку чуть раньше чем обычно, пока команда еще переодевалась к игре, после того как их привезли, у меня же была своя отдельная раздевалка. Капитан команды говорил неприятные вещи в мой адрес, сейчас я понимаю, что это была зависть, но тогда не мог сдержаться и накинулся на него с кулаками. Только он занимался еще боксом и легко парой точных ударов остудил мой пыл, остальные оттаскивали его, с беспокойством повторяя, что он всё испортит, и они не смогут больше играть здесь на таких шикарных условиях. Увидев после этой истории мой разбитый нос, мать исключила капитана из команды, остальных я уговорил оставить, это было хорошим уроком – все понимали, что их возможности полностью зависят от их стараний и делать глупости не стоит. Кроме исключения капитана, мне мать сказала, что нужно стремиться быть во всем лучше других и к моим занятиям добавились тренировки по боксу. Занимался я не только развитием физической формы, было много иностранных языков, они давались мне легко, тем более, когда общаешься с носителями языка на разные темы. Я мог поддержать любой разговор, поскольку часть моих занятий состояли из общения с людьми из разных уголков мира, разных профессий, мать умела находить интересные личности, и благодаря этим разговорам я интересовался и изучал много разных сфер и направлений, от географии и политики до различных религиозных течений. Наверное, можно сказать я ни в чем не нуждался, мы были обеспечены всем, мне не хватало только тепла матери и свободы передвижений. Со стороны матери это был даже не контроль, это был полный запрет на сомнительных людей и действия. А сомнительными она считала всех. Ребята из секций сначала удивлялись, что я никуда с ними не выбираюсь, потом просто перестали обращать на это внимание. Девушки были отдельной больной темой, из-за изоляции у меня не было никакого практического опыта. Возможно, будь у меня отец, моя жизнь была бы разнообразнее и проще, только с матерью и это была не лучшая тема для разговора. Тема отца тоже была не из обсуждаемых, в детстве мать просто отмахивалась и отвечала, что это не имеет теперь значения. Она всегда была вроде снежной королевы - холодной, четко знающей, что должно делать и ей, и мне, и лишнего не нужно. Однажды я попытался более настойчиво чем в детстве, выяснить про отца, поговорить про то, что мне нужна свобода и общение со сверстниками и даже осмелился упомянуть противоположный пол, на что получил ответ, что сам решать, куда мне ходить и с кем встречаться я смогу когда мне исполнится 18, а пока живу по ее правилам и говорила она вполне спокойно и холодно. Возможно, будь у меня другой характер, я бы бунтовал, истерил, но привычка работать над собой была сформирована с раннего детства, я умел владеть своими эмоциями. К тому же до 18 оставалось немного, всего то пару лет. Я стал изучать теорию общения с противоположным полом, раз практика мне была не доступна и ждать. Но через 1,5 года мать внезапно пропала, в одном из наших редких совместных путешествий, когда мы были Италии. После ужина мы приехали на виллу и разошлись по комнатам, на утро ее нигде не было. Она не приехала вечером и не появилась следующим утром, ее не было больше суток, для нее это невероятный срок оставить меня одного настолько, она просто исчезла. Тогда я стал обзванивать сначала стандартный список, начал с ее работников, уточнять о ее планируемых встречах, но в поездке о ее встречах они не знали, якобы она собиралась отдыхать. Администратор виллы тоже ничем не могла помочь, только вызвать местную полицию, благо языками я владел и мог с ними свободно общаться. Они собрали всю интересующую их информацию и посоветовали с виллы не отлучаться. На следующий день полицейские пришли снова, и уточнили есть ли у меня родственники которые могли бы прилететь, поскольку мне было только 17. Я сказал, что нет, мы никогда ни с кем не общались. Я всё прокручивал в голове – что будет, если мать погибла, интуиция подсказывала, что это так. Как я буду жить дальше, неужели смогу жить по-другому. Но должен быть кто-то из родственников, поскольку я несовершеннолетний, у меня скорее всего будут проблемы даже с вылетом из страны.

Глава 10

Я вспомнил, что как-то мать обронила упоминание о сестре, удачно вышедшей замуж за бизнесмена, в тот момент его показывали в каком-то ролике. Я запомнил фамилию и сам сюжет о роде его деятельности. Стал наводить справки и на утро созвонился с его офисом, других возможностей связаться у меня не было. Секретарь обещала передать мои контакты, и я стал ждать. Олег позвонил через 15 минут, задал уточняющие вопросы и пообещал прилететь в ближайшее время. Уже через несколько часов на пороге виллы он стоял со своей женой, как-то не поворачивался язык назвать ее тетей. «Кира» – протянула она руку, я пожал, потом поздоровался с Олегом. Они прошли в дом, я рассказал, что знал, не так уж много, и мы сразу поехали в полицию. Олег подготовился, привлек нужных людей и нас сразу встретили с информацией. Как оказалось мне как ребенку они не имели право сообщить, но было найдено тело без документов по описанию похоже на мать. Мы опознали её, и я вдруг осознал, что в голове у меня мысль о том, что я не чувствую грусти от потери близкого человека, мы никогда не были близки с матерью, я был для нее будто проектом, который она ставила себе задачей сделать совершенным. Из теплых воспоминаний пожалуй только несколько путешествий, которые запомнились колоритом стран, мать и места для путешествий выбирала с пользой, и везде, куда мы путешествовали, она организовывала встречи с уникальными людьми. От мыслей меня отвлекла Кира, она приобняла меня за плечи, мне стоило усилий не отшатнуться, я не привык к тактильности. Но она почувствовала, что я напрягся и быстро опустила руки, смотря мне в глаза с сочувствием, сказала – «Коль, мы всё решим, не оставим тебя, всё наладится, ты можешь нам с Олегом доверять». Пауза затягивалась, я вижу что она ждет ответ, но я не знал что ей ответить, сказать, что я никогда не доверял, у меня просто было всё что нужно, да и теперь будет, понятно что нуждаться мне не придется, и привычный мир не рухнет, но доверять кому-то и полагаться я не привык. Они с мужем сорвались в другую страну, решают мои проблемы, как минимум я должен быть благодарен, а дальше посмотрим. «Я услышал, Кира. Спасибо, что приехали.» Она улыбнулась и напряжения на ее лице стало меньше. «Только просьба, Кир, пожалуйста, зовите меня Ник.» Она кивнула - «Хорошо. – и добавила - Ник, мы со всем справимся». Сначала мы прилетели в Россию, Олег оформлял документы, готовил опекунство, всё осложнялось двойным гражданством и необходимостью решать юридически вопросы по имуществу на острове, там связи Олега не действовали. За неделю в России я много гулял, просто бесцельно бродил и заходил перекусить в понравившиеся места, было необычно без привычного графика, но я воспринимал пребывание в России как продолжение путешествия. А потом мы улетели на остров и проволочки пришлось решать по местным правилам и порядкам – долго и нудно. Но Олег терпеливо подавал документы, собирал нужные бумаги и ждал положенные сроки. Пока шло время ожидания, он улетал обратно в Россию, решать свои рабочие вопросы, а я оставался и продолжал обучение и тренировки, няняк здесь хватало, а у меня был выпускной курс, домашнее обучение не отменяло сдачи экзаменов и написания тестов. Олег возвращался за день до назначенных у чиновников встреч, мы много говорили, он казался мне надежным человеком. За несколько месяцев удалось всё решить и с юридическими вопросами и с учебными, я всё сдал и впереди были каникулы, на которых обычно у меня увеличивалось количество тренировок, т.к. освобождалось время от занятий. Олег же за одним из разговоров перед финальной встречей по опекунству спросил, а чем я хочу заняться на каникулах. И я действительно задумался, я ведь я могу улететь с ним, мне было интересно больше узнать о России. Я озвучил ему свои мысли, мне кажется, Олег был рад это слышать, ну и опекунство на нем конце концов и жить в разных странах мы пока не можем. В России я несколько недель жил с ними в коттедже на окраине города, это был закрытый поселок местной элиты общества, но после островной жизни мне даже в нем было слишком много чужих домов, людей, соседства, хотя я не жаловался, но мне кажется, Кира моё состояние неплохо чувствовала.