Czytaj książkę: «Крылатый босс»

Пролог

В этом мире есть только две константы: дедлайн и моя чашка с жизнеутверждающей надписью «Мой мозг - в режиме полёта. Экипаж - в ужасе». Кофе в ней давно превратился в холодную, горькую химическую жидкость с металлическим послевкусием, идеально отражающим всю суть нашего офиса. В воздухе витал изысканный букет ароматов: мыльная вода, которой почему-то полили фикус в углу, сладковатый запах перегретого пластика от моего ноутбука и стойкий шлейф дешёвого парфюма секретарши Леночки. Она уже второй час самозабвенно рыдала в туалете, оплакивая увольнение.

32 года. Антикризисный менеджер. Звучит как приговор.

- Алиса Сергеевна, совет директоров требует отчёт по оптимизации уже вчера, - раздалось из динамика селектора.

Я хмыкнула, глядя на гору бумаг. «Оптимизация» - это когда я считаю, сколько людей можно вышвырнуть на улицу, чтобы владельцы купили себе ещё один остров в Средиземном море. За окном - серая пелена московского ноября. Свет люминесцентных ламп делал мою кожу бледной, как у покойницы. Иронично, да?

Я потянулась, хрустнув шеей. Внутри - пустота и усталость. Не та усталость, что проходит после сна. А та, что въелась в поры, став частью ДНК. Мне казалось, если я сейчас разрежу себе вену, оттуда потечёт не кровь, а белый офисный шум.

- Да иди ты… - прошептала я в монитор.

В этот момент что-то щёлкнуло. Сначала я подумала - искрит провод от старого обогревателя, который мне запретили выключать, потому что «у нас экономят на отоплении». А потом мир стал белым.

Запахло озоном, как после грозы. Только в тысячу раз сильнее. Моё тело будто пронзили миллионом игл. Я услышала, как что-то визжит в мониторе, а затем - тишина. Абсолютная, звенящая. И тьма.

«Ну вот, - мелькнула последняя циничная мысль. - Отдала концы. И даже не доделала эту чёртову презентацию. Фикус, мсти за меня».

Но фикус молчал.

Вместо этого меня закрутило в воронку запахов. Розы. Много роз. И… палёная плоть?

Глава 1.

Сознание вернулось резко, как пощёчина. Я лежала на чём-то твёрдом и шершавом. Пол? Нет, камень. Холодный, с выбоинами. Пахло пылью, старым вином и чем-то сладковато-приторным, от чего засвербело в носу.

Вокруг - гул. Тысячи голосов. Шёпот, смешки, кто-то даже всхлипывал. Я попыталась сфокусировать зрение.

Сводчатый потолок. Огромный зал. Мрамор, колонны, витражи, через которые лился солнечный свет, дробившийся на радужные пятна на полу. Всё это выглядело как музей. Но главное - толпа. Люди в каких-то дурацких платьях и камзолах, смотрящие на меня с жадным, почти звериным любопытством.

- Она жива! - выкрикнул кто-то.

- Еретичка! Смерть отравительнице!

- Тише! Дайте слово императорскому следователю!

Голова гудела. Я попыталась привстать, опираясь на руки, и почувствовала, как по пальцам скользит тяжёлая, влажная ткань. Платье. На мне было платье. Бархатное, чёрное, расшитое серебряной нитью. И ещё… кольцо. На безымянном пальце - массивный перстень с тёмным, почти чёрным камнем, который обжигал кожу холодом.

Я моргнула. Нет, это не мой палец. Мои пальцы - вечно перепачканные тонером, с заусенцами. Эти - длинные, холёные, с идеальным маникюром. Но почему на них сажа? Почему весь этот чёртов пол, на котором я валяюсь, залит чем-то тёмным и липким? И почему он пахнет… кровью?

Воспоминания пришли фрагментами, чужими и липкими, как паутина. Имя - Алисия ван Хорн. Позавчера была свадьба. Вчера она, то есть я, купила у старой ведьмы на рынке какой-то «высший яд», потому что терпеть не могла своего мужа. «Он чудовище, - шептал чужой голос в голове. - Дракон. Монстр. Он умрёт».

Ах, вот оно что. Я смотрела на пятно на полу. Похоже, она опрокинула кубок с отравой. И, кажется, выпила сама. Или её толкнули. Боже, какая дура.

- Встать.

Голос прозвучал негромко, но он перекрыл весь гул, как стальной обруч, сжавший череп. В нём не было эмоций. Вообще. Только холод и сила, от которой по коже побежали мурашки.

Я медленно подняла голову.

Прямо передо мной стоял мужчина. Высокий, настолько, что приходилось задирать подбородок, чтобы увидеть его лицо. Свет из витража падал на него так, что половину лица скрывала тень, но вторая половина… Боже.

Острые скулы, прямой нос, тонкие губы, чуть искривлённые в усмешке. Глаза - янтарные, с вертикальным зрачком, который сузился, когда он встретился со мной взглядом. Волосы - пепельные, почти белые, убранные назад, открывали высокий лоб. Он был одет в чёрный кожаный сюртук с серебряными заклёпками, и от него пахло - не парфюмом, а лесом, озоном и опасностью. Чистой, животной опасностью.

Это был Этьен. Муж. Тот, кого хотели отравить.

- Ты жива, - сказал он, и в его голосе промелькнуло что-то, похожее на скучающее любопытство. - Я уже предвкушал, как придушу тебя голыми руками за покушение на жизнь дракона. Это было бы эффектно.

Внутри меня что-то щёлкнуло. Не страх. Нет, у меня после пяти лет в московском бизнесе атрофировался страх перед начальством. Это была злость. Чистая, холодная злость профессионала.

- Я бы на твоём месте не радовалась так рано, - сказала я, и мой голос - низкий, с хрипотцой , не мой! - Прозвучал неожиданно звонко в этой гулкой тишине. - Во-первых, если бы я хотела тебя убить, ты бы лежал здесь, а не я. Ты вообще проверял, что было в том кубке? Или как всегда - сначала морду набить, потом думать?

В зале повисла мёртвая тишина. Кто-то ахнул. Женщина в пышном фиолетовом платье - судя по портрету в воспоминаниях, свекровь, - даже присела, хватаясь за воздух.

Этьен медленно наклонил голову. Его зрачки расширились, став почти круглыми, и я поняла - он удивлён. Но не испуган. Скорее… заинтригован.

- Ты только что назвала меня «ты», - произнёс он с расстановкой, как будто пробовал слова на вкус. - И ты… грубишь. Та, что тряслась при моём приближении? Которая писала доносы на мою мать? Что случилось, Алисия? Удар в голову отравил твой жалкий мозг?

Я медленно поднялась на ноги. Платье было тяжёлым, как бронежилет. И каблуки - чёрт, зачем в этом мире каблуки? - немилосердно скользили по каменному полу. Но я устояла. Внутри меня пульсировала магия - странная, липкая, она текла по венам, отзываясь на каждое моё слово.

- Мозг в порядке, - ответила я, отряхнув юбку и стараясь не смотреть в лужу на полу. - А вот у тебя проблемы с клиентами. Ты императорский следователь? Или просто мальчик-погромщик, который не умеет слушать?

Этьен шагнул вперёд. Всего один шаг, но толпа отступила на шаг назад, как будто их толкнула невидимая волна. Он навис надо мной. От него разило жаром, как от печи. Я почувствовала, как у меня в горле пересохло, но не от страха.

- Ты… - прошептал он, и его дыхание коснулось моего виска. - Ты не Алисия. Говори, кто ты, или я сожгу тебя заживо. Не больно. Мгновенно. Я умею.

Я посмотрела ему в глаза. Этот взгляд - он мог бы сломать кого угодно. Но за спиной у меня был опыт совещаний с акционерами, которые хотели уволить меня в пятницу вечером, а в понедельник уже бегали ко мне с умоляющим видом.

- Я - антикризисный менеджер, - чётко сказала я, чеканя каждое слово. - Сейчас я - твоя жена. И если ты не хочешь, чтобы твой дворец рухнул, как твоя репутация, я советую тебе выслушать меня. И, желательно, накормить. Потому что, судя по ощущениям, эта дура не ела три дня.

Он замер. Его глаза вспыхнули алым - на секунду, и снова стали янтарными. Я видела, как его челюсть сжалась. И вдруг - он рассмеялся. Коротко, сипло, как будто разучился это делать.

- Ты, - повторил он, и в голосе теперь звучало нечто большее, чем просто любопытство. - Ты очень забавная. Иди за мной. Если ты снова попытаешься меня убить, я заставлю тебя смотреть, как твой мир горит. В прямом смысле.

Он развернулся и пошёл прочь, не глядя, иду ли я. И я пошла. Потому что сидеть на полу, в этом дурацком платье, среди трупов или что там было, не хотелось. И потом, внутри меня, помимо страха, билась азартная жилка.

Это была новая игра. И я собиралась выиграть.

Глава 2.

Коридоры замка ван Дорнов были похожи на лабиринт, созданный параноиком с безграничным бюджетом. Мраморные полы, гобелены с изображениями сражений и драконов, факелы, которые горели ровным, не мигающим пламенем - надо же, магия, а не газ. Проходя мимо одного из гобеленов, я заметила, что дракон на нём был поразительно похож на Этьена: та же ледяная усмешка, тот же острый профиль. И под ним - груда черепов. Мило.

- Не отставай, - бросил он через плечо, даже не обернувшись. - И не трогай стены. Там охранные чары. Если ты не хочешь остаться без пальцев.

- Я и без твоих предупреждений знаю, как вести себя в исторических интерьерах, - парировала я, с трудом переставляя ноги в этих дурацких туфлях. Каблук был около десяти сантиметров, и он явно был создан не для ходьбы, а для того, чтобы эффектно падать в обмороки. - Слушай, у тебя есть нормальная обувь? Или это всё, что может предложить имперский гардероб?

Он остановился так резко, что я чуть не врезалась в его спину. Повернулся, и я снова увидела его глаза - теперь они казались тёмно-золотыми в свете факелов. Он смотрел на мои ноги с таким выражением, будто увидел там вторую голову.

- Ты носишь туфли, которые сама выбрала, - сказал он медленно. - Или, точнее, их выбрала для тебя твоя горничная. Ты всегда носила только такие. И никогда не жаловалась.

- Ну, значит, та дура была мазохисткой, - пожала я плечами. - Я - нет. Дай мне что-нибудь удобное, или я пойду босиком. Камень холодный, но это хотя бы не киллер для позвоночника.

Этьен на мгновение прикрыл глаза, и я почти физически ощутила, как он подсчитывает в уме, стоит ли ему придушить меня прямо сейчас или всё же выслушать. Похоже, победило любопытство. Он щёлкнул пальцами и передо мной возникла пара кожаных сапог на плоской подошве, тёплых, мягких, идеально сидящих по ноге.

- Ты телепортировал обувь, - констатировала я, скидывая туфли-убийцы и с наслаждением вступая в сапоги. - Круто. А можешь так же сделать мне кофе?

- Ко-фе? - он произнёс это слово так, как будто я попросила у него фрагмент звёздного неба. - Я не знаю такого заклинания.

- И не узнаешь, - вздохнула я. - Ладно, идём дальше. Только предупреди, если впереди будет комната с креслами. Я хочу сесть. И, желательно, выпить что-то крепкое. Судя по запаху, у тебя тут есть отличное вино.

- Ты в своём уме? - спросил он, и в голосе проскользнула нотка почти неподдельного изумления. - Ты только что пыталась меня отравить, провалилась, чуть не сдохла сама, и теперь хочешь вина?

- А что мне, рыдать в подол? - я пожала плечами и пошла вперёд, теперь уже обгоняя его. Ноги в сапогах чувствовали себя гораздо увереннее. - Я не она, Этьен. Я тебе уже сказала. Та идиотка, которая хотела тебя убить, - она умерла. Когда я открыла глаза, её там уже не было. Я - другой человек. Из другого мира. Так что у тебя есть выбор: либо ты тащишь меня в подземелье и пытаешь, но учти - я всё равно ничего не знаю о заговорах, либо мы садимся, пьём вино и разговариваем, как два взрослых разумных существа.

Он молчал. В коридоре было слышно только, как трещат факелы. И как бьётся моё сердце - я надеялась, что он не слышит этого. Но он - дракон. Он всё слышит.

- Ты не врёшь, - сказал он наконец, и это был не вопрос. - Это странно. Обычно я чувствую ложь. Она пахнет кислым молоком. От тебя пахнет… железом. И страхом. Но ты его прячешь. Ловко.

- Это называется профессиональная деформация, - усмехнулась я. - В моём мире, если ты покажешь страх, тебя сожрут. В прямом смысле. Только не драконы, а менеджеры среднего звена. Но последствия схожи.

Он хмыкнул - коротко, почти неслышно - и махнул рукой в сторону двери, которая вдруг бесшумно отворилась. Мы вошли в его кабинет.

Это было нечто. Огромная комната с книжными шкафами до потолка, массивным столом из тёмного дерева и окном во всю стену, за которым открывался вид на ночной город. Звёзды здесь казались ближе, крупнее, и горели каким-то неестественным серебряным светом. Пахло старой бумагой, воском и ещё чем-то - терпким, пряным. Драконом.

- Садись, - кивнул он на кресло напротив стола. - Вино будет через минуту.

Я рухнула в кресло, и оно оказалось на удивление удобным, облегало тело, как дорогой диван. Глаза слипались, но адреналин всё ещё бурлил в крови. Я не могла позволить себе уснуть. Не сейчас. Нужно было понять, что происходит, и как мне выжить в этом мире с его драконами, ядами и витражами.

Этьен сел напротив. Он не смотрел на меня в упор, а как будто изучал, сканировал каждую чёрточку лица. В его взгляде не было враждебности. Только холодный расчёт. Таким взглядом смотрят на шахматную доску перед сложным ходом.

Передо мной возник бокал с тёмно-рубиновой жидкостью. Я взяла его, понюхала. Пахло вишней, кожей и дымом.

- Не бойся, - сказал он с лёгкой усмешкой. - Если бы я хотел тебя отравить, я бы не стал ждать, а просто сжёг бы тебя. Но ты… ты слишком любопытна, чтобы умирать.

- Комплимент, - я сделала глоток. Вино обожгло горло, разлилось теплом по телу. Вкус - густой, терпкий, с ноткой шоколада. - Идёт. Хорошее винцо. Так, Этьен, давай сразу к делу. Что ты хочешь от меня? Реально хочешь, а не то, что говорят эти олухи за дверями.

Он откинулся на спинку кресла, и я заметила, как он сложил пальцы в замок. Этот жест я видела у сотни директоров перед объявлением о сокращении штата, что говорило о сдерживании эмоций и напряжения.

- Я хочу знать, кто ты, - сказал он. - На самом деле. Потому что Алисия ван Хорн была тупой, трусливой и продажной интриганкой. Она ненавидела меня, боялась моей матери и тайком писала доносы на всех, кто был хоть немного выше её по статусу. Она не умела держать спину прямо, не умела смотреть в глаза, и уж точно не стала бы торговаться за обувь. А ты - другая. Ты пахнешь магией, но твоя магия странная. Другая. Чужеродная.

- Ого, - я присвистнула. - Ты ещё и химический анализатор, да? Слушай, может, не будем усложнять? Я - антикризисный менеджер из Москвы. Это другой мир. В нём нет магии, есть электричество, офисы и бесконечные совещания. Я попала в тело твоей жены, потому что умерла от короткого замыкания. И, честно говоря, я не планировала тут задерживаться. Но, видимо, планы изменились.

- Москва, - повторил он, и в его голосе не было насмешки. Только интерес. - И что там, в этой Москве? Ты была важной особой?

- Я была наёмником, - сказала я, делая ещё глоток. - Моей задачей было решение проблем. Устранение кризисов. Меня звали, чтобы спасти компанию от банкротства. Когда нужно было уволить половину сотрудников, чтобы спасти другую половину - звали меня. Я видела, как люди плачут, как они ненавидят меня, а потом через год они же приходят и благодарят, потому что я не дала их бизнесу сдохнуть. Так что, если тебе нужен кто-то, кто разберётся с твоим дворцом, твоими врагами и твоими проблемами - я здесь. По совместительству.

Этьен рассмеялся. На этот раз громче, дольше. Смех у него оказался низким, грудным, и он преобразил его лицо - убрал льдинку, добавил человечности.

- Ты предлагаешь мне свои услуги, - сказал он, отсмеявшись. - Та, кто хотела меня отравить?

- Я уже сказала: я не она, - я поставила бокал на стол. - Давай так. У меня нет желания сидеть в этой клетке. Ты не хочешь меня убивать, потому что я забавная. Я не хочу умирать, потому что у меня есть планы. Предлагаю тебе сделку.

Он приподнял бровь. Это была его коронная поза - «и что же ты можешь мне предложить?».

- Я стану твоей женой. По-настоящему. Не той тряпкой, которая пыталась тебя отравить, а партнёром. Я разберусь с твоей мамашей, которая, судя по её лицу, мечтает тебя съесть живьём; разрулю придворные интриги; приведу в порядок финансы и, может быть, даже сделаю твой замок прибыльным. А взамен… - я сделала паузу. - Ты меня защищаешь. Не от других - от себя. Ты не трогаешь меня и даёшь мне свободу передвижения.

Он долго смотрел на меня. Так долго, что я начала считать трещины на потолке. А потом он сказал:

- Нет.

- Что значит «нет»? - я нахмурилась.

- Это значит, что я не верю тебе на слово, - произнёс он, и в его глазах снова вспыхнул огонь. - Ты хочешь свободы? Хочешь, чтобы я тебя не трогал? Это слишком легко. Если ты так хороша, как говоришь, докажи. Я заключу с тобой контракт. Магический. На крови. Но условия поставлю я.

- Давай, - я скрестила руки на груди. - Послушаем, что придумал великий следователь.

Он встал, подошёл к шкафу, взял свиток, исписанный серебряными рунами. И начал читать. Голос его стал низким, вкрадчивым, и в нём появились вибрации, от которых у меня засосало под ложечкой.

- Я, Этьен ван Дорн, дракон, императорский следователь, заключаю контракт с Алисией ван Хорн или тем, что скрывается под этим именем. Срок - один месяц. Ты будешь играть роль моей супруги - перед двором, перед матерью, перед врагами. Ты будешь посещать все мероприятия, улыбаться мне в глаза и не пытаться меня убить ни магией, ни ядом. Взамен я защищаю твою жизнь от внешних угроз. Однако, - он сделал паузу, и я заметила, как уголки его губ дрогнули, - каждую ночь, до рассвета, я буду тебя «пытать». Особым образом. Если ты трижды сумеешь уложить меня на лопатки - любым способом, без убийства - трон перейдёт к тебе и ты станешь императрицей. Я же отправлюсь в изгнание.

Я раскрыла рот. Потом закрыла. Потом снова открыла.

- Ты сейчас серьёзно? - выдавила я. - «Пытать»? Это что, эвфемизм? Ты хочешь, чтобы я с тобой… каждую ночь?

- Я хочу проверить тебя, - ответил он, и в его голосе промелькнула плотоядная усмешка. - Ты называешь себя партнером. Докажи это. Я дракон. Моя сила - в моей сути. Если ты сможешь победить меня в постели так же ловко, как в словесных дуэлях - может быть, я признаю тебя достойной. Но если ты сломаешься, если заплачешь, если попросишь пощады - контракт расторгается, и я делаю с тобой всё, что захочу. Но, - он наклонился ко мне, и его горячее дыхание коснулось моего уха, - я не буду брать тебя силой. Это игра. А ты, насколько я понял, любишь игры.

Внутри меня всё закипело. Не от страха. От злости. Этот наглый ящер только что загнал меня в угол, и он это знал. Он ждал, что я испугаюсь. Что я откажусь.

Но я - Алиса Королёва. Я не умею сдаваться.

- Идёт, - сказала я, глядя ему прямо в глаза . - Но я дополню контракт. Если я выиграю трижды - трон мой. Если я проиграю, если я не смогу тебя «уложить» - я остаюсь твоей женой навсегда, но в качестве… консультанта. Без прикосновений и без ночных «пыток». Ты не получишь меня просто так. Это моё условие.

Он на мгновение задумался. Потом кивнул.

- Принято.

Мы ударили по рукам. Моя ладонь обожгло огнём - магия контракта впиталась в кожу, оставив алый отпечаток в виде драконьего когтя.

- А теперь, - сказал он, отступая на шаг, и в его глазах зажглась та самая золотая искра, - первая ночь. Ты готова?

Я выпрямилась, чувствуя, как воздух в комнате стал горячим и плотным.

- Я готова, - ответила я с вызовом. - Только учти, я не буду мямлить. Это не любовная сцена, Этьен. Это битва.

Он рассмеялся и щёлкнул пальцами - и вдруг я почувствовала, как моё платье растворилось в воздухе, оставив меня в одной тонкой сорочке. Я поёжилась, но не от холода. От напряжения.

- Тогда покажи, - прошептал он, нависая надо мной. - Покажи, что ты умеешь.

И я почувствовала его магию - она обволокла меня, как раскалённая сталь, пробежалась по коже, по нервам. Она пыталась подчинить, сломать, превратить меня в податливую глину. Внутри меня тоже проснулась магия - чужая, непонятная, но сильная. И я не стала её сдерживать. Я использовала её как оружие.

Я перехватила его заклинание - тонкую нить принуждения - и, как опытный системный администратор, взломала его код. В одно мгновение я перестроила структуру его магии, развернув её против него. Этьен на миг замер, его глаза расширились - он почувствовал, как его собственная сила обвилась вокруг него, сковывая руки.

- Что ты… - начал он, но я не дала ему договорить.

Я шагнула вперёд, опрокинула его на стол, нависла сверху, чувствуя, как его сердце колотится в груди.

- Я сказала, что буду играть по-своему, - прошептала я ему в губы. - Ты хотел битвы? Получи.

И я поцеловала его. Жестоко, грубо, впиваясь зубами в его губу до крови. Он зарычал - и это был не гневный рык, а ответный, жадный. Его руки освободились от моей хватки, но он не оттолкнул меня. Он притянул к себе, вжимаясь в моё тело так, что я ощутила жар его кожи сквозь сорочку.

- Ты ведьма, - прохрипел он мне в шею, и его голос дрожал от желания. - Ты просто ведьма.

- Нет, - я провела ладонью по его груди, расстёгивая рубашку, и почувствовала под пальцами твёрдые мышцы, горячие, как печь. - Я - твой новый кризис.

Мы рухнули на пол, и в этом падении не было нежности. Был только инстинкт. Я царапала его спину, он рвал остатки моей сорочки, и запах крови смешался с запахом вина и дыма. Когда он вошёл в меня, я закусила губу - не от боли, а от удовольствия, такого острого, что я чуть не закричала.

Каждое его движение было точным и резким, как удар меча. Я отвечала ему тем же - изгибалась, царапалась, шептала проклятия и поощрения. Мы не любили друг друга. Мы сражались. И в этой битве я поняла, что никогда не чувствовала себя такой живой.

- Сдавайся, - прошептал он, склоняясь к моему уху, когда мы оба уже были на грани. - Скажи, что я сильнее.

- Ни за что, - выдохнула я, сжимая бёдрами его бёдра и чувствуя, как мир взрывается искрами. - Это только начало, ящер.

И в тот же миг мы оба достигли пика. Я чувствовала, как его тело содрогнулось, как он зарычал, уткнувшись лицом в мои волосы. А я смотрела в потолок, тяжело дыша, и думала: «Господи, что я творю? Но, чёрт, как же это круто».

Этьен откатился на спину, глядя в потолок. Его грудь вздымалась, по лицу стекал пот. Он был красив - даже в этом разобранном, уязвимом состоянии. И он улыбался. Впервые я видела на его лице настоящую, тёплую улыбку.

- Счёт один-ноль в твою пользу, - сказал он хрипло. - Ты уложила меня на лопатки. Только… формально. Мы же не договаривались о правилах подсчёта.

- Договоримся, - я перевернулась на бок и положила голову ему на плечо, чувствуя, как он вдруг обнимает меня за талию. - Но не сейчас. Сейчас я хочу спать. И, Этьен?

- Да?

- Ты не такая уж и плохая партия. Для дракона.

Он хмыкнул и притянул меня ближе.

- Спи, Алиса. Завтра у нас бал. И аукцион. Ты ведь хотела показать себя?

Я закрыла глаза, чувствуя, как его жар убаюкивает меня. Внутри всё гудело от победы. Я переиграла дракона. Сегодня. Но завтра будет новый день.

И я была готова к нему.

Глава 3.

Проснулась я от того, что кто-то настойчиво тряс меня за плечо. И, судя по запаху, этот кто-то пах лавандой и выпечкой. Я приоткрыла один глаз и увидела девушку в простом сером платье, с круглым лицом и испуганными глазами. Она сжимала в руках поднос с чем-то, что отдалённо напоминало завтрак.

- Госпожа, - прошептала она , - уже почти полдень. Господин Этьен велел разбудить вас. Сегодня большой бал, и вы должны быть готовы к вечеру. А ещё… - она замялась, - прибыла ваша свекровь, госпожа Изабелла. Она требует вас к себе.

Я села на кровати, чувствуя, как ноет каждая мышца. На мне была только тонкая простыня, а всё тело покрывали следы от укусов и царапин. Я взглянула на свою руку - на запястье всё ещё горел алый отпечаток драконьего когтя. Контракт. Не приснилось. И ночь… тоже не приснилась.

- Скажи свекрови, что я встаю, - зевнула я, потягиваясь. - И что если она хочет поговорить, то может подождать, пока я не выпью хотя бы три чашки местного аналога кофе. И да, как тебя зовут?

- Лина, госпожа, - она опустила глаза. — Я ваша новая горничная. Прежняя уволилась сразу после… после свадьбы. Говорила, что не хочет работать на отравительницу.

- Разумно, - хмыкнула я. - Но ты-то почему осталась?

- Мне некуда идти, - честно ответила она. - И господин Этьен сказал, что если я пригляжу за вами, он увеличит мне жалованье втрое. И не отдаст меня на кухню.

- Ах, вот оно что, - я усмехнулась. - Муженёк решил приставить ко мне шпионку. Ну что ж, Лина, с сегодняшнего дня ты работаешь на меня. Забудь, что сказал Этьен. Я плачу тебе в два раза больше, чем он, и дарю выходные по субботам. Если, конечно, в этом мире есть субботы.

Лина распахнула глаза так широко, что я испугалась, что они выпадут.

- Но госпожа, вы не можете…

- Могу, - я спрыгнула с кровати и направилась к умывальнику, который стоял в углу. В зеркале на меня смотрела незнакомка: бледная, с тёмными кругами под глазами, но с острым, волевым лицом и яркими зелёными глазами. Волосы - медные, как осенние листья, - были спутаны. - Итак, что у нас на повестке дня? Бал. Аукцион. Свекровь. Завтрак. План действий: сначала еда, потом свекровь, потом подготовка к вечеру. Давай.

Лина оказалась расторопной. Пока я умывалась холодной водой, так как драконья магия не предусматривала горячего водоснабжения, она принесла какое-то платье, кружевное и неудобное.

- Это единственное, что осталось от вашего гардероба, госпожа. Остальное господин Этьен приказал сжечь.

- Сжечь? - я нахмурилась. - Он что, маньяк-эстет? Ладно, неважно. Сегодня мы купим новое. Или заставим его оплатить. У нас есть деньги?

Лина замялась.

- Господин Этьен выделил вам двадцать золотых на расходы.

Я присвистнула.

- Двадцать? Это на что - купить носовой платок? В моём мире я тратила больше на такси. Ладно, будем работать с тем, что есть. Где свекровь?

- В малой гостиной, - Лина указала рукой. - Она уже третий раз посылала слугу узнать, проснулись ли вы.

- Пусть подождёт. Я ещё не готова.

Я наскоро съела тост с каким-то джемом, запила его горячим травяным чаем со вкусом лесной ягоды, с мятой и мёдом и принялась приводить себя в порядок. Волосы пришлось заплести в высокую косу, чтобы не мешали. Платье, увы, было ужасным - бледно-розовое, с рюшами, делало меня похожей на свадебный торт. Но времени на переделку не было.

- Веди, - сказала я Лине, поднимая голову. - Пойду познакомлюсь с мамочкой.

Малая гостиная оказалась небольшой уютной комнатой с камином, диванами и тяжёлыми шторами из зелёного бархата. Изабелла ван Дорн восседала в кресле с таким видом, будто она была не просто женщиной, а главой инквизиции. Лет пятьдесят, подтянутая, с седыми прядями в тёмных волосах, с пронзительными голубыми глазами и тонкими, поджатыми губами. На ней было тёмно-синее платье, расшитое жемчугом, и она держала в руках веер, которым похлопывала по колену - нервно и ритмично.

- Ну наконец, - произнесла она, даже не поднявшись. - Я уже думала, что ты умерла во сне. А жаль.

- Доброе утро, мама, - я чопорно присела в реверансе, которому Лина научила меня за две минуты, и я сделала его с максимальной издевкой. - Вы прекрасно выглядите. Наверное, потому что не устаёте строить козни каждый день.

Изабелла поперхнулась воздухом. Её глаза расширились.

- Как ты смеешь так разговаривать со мной, девка? Ты - никто. Выскочка из обедневшего рода, которую мой сын взял в жёны только из-за того, что ты…

- Что я? - я села на диван напротив и скрестила ноги. - Что я - удобная пешка? Что у меня нет влияния, нет денег, нет мозгов? Так вот, мама, новости для вас. Я передумала быть пешкой. Я теперь - игрок. И, кстати, ваш сын со мной согласен.

Она замерла. Веер остановился.

- Ты лжёшь.

- Проверьте, - я пожала плечами. - У него на запястье такой же след, как у меня. Магический контракт. Мы договорились о сотрудничестве. Так что ваши планы по моему устранению, простите, провалились. Теперь я - ваша невестка, и я буду сидеть в этом доме столько, сколько мне вздумается.

Изабелла медленно поднялась. Она была на голову выше меня, но я не отступила.

- Ты… ты не Алисия, - прошептала она. - Она была трусихой и боялась даже собственной тени. Что ты с ней сделала?

- Ничего, - сказала я спокойно. - Она умерла. Я заняла её место. Так что примите это, как данность. Если вы будете хорошо себя вести, я оставлю вам вашу комнату и пенсию, а, если плохо, то я продам ваши драгоценности на аукционе, который состоится сегодня вечером.

Я сказала это не глядя на неё, а рассматривая свои ногти. Но внутри у меня всё сжалось - блеф был рискованным. Я понятия не имела, есть ли у неё драгоценности, и будет ли аукцион. Но Изабелла побледнела так, что стала почти прозрачной.

- Ты не посмеешь.

- Посмею, - я поднялась. - И, кстати, я слышала, что на аукционе присутствует сам императорский казначей. Думаю, ему будет интересно узнать, сколько вы потратили на подкуп придворных в прошлом году. Я подготовила отчёт, если что.